Kitabı oxu: «Между вдохом и выдохом»

Глава 1

Перегруз, шум.

Нелюбимое дело.

Шея сжата под напряжением нелюбимого дела.

Лицо отражает злость, перемешанную с отчаянием.

И уже непонятно, что раздражает больше — дело или агрессия,

сменившая курс с внешнего на себя.

«Так тебе и надо. Страдай. Терпи».

В детстве говорили: «атаманом станешь».

Раздражение щекочет грудную клетку.

Дыхание медленно срывается на всхлипы.

Всхлипы — в вопли.

Громкое рыдание заполняет комнату.

…

Пять минут.

Очищение.

…

Глубокий, всё ещё всхлипывающий вдох.

И где-то внутри — возможность,

что легче

быть

может.

____

Маленький стул.

Маленький стул в комнате со старшим взрослым

буквально давил моральное тело вниз.

Всё тело сжато.

Воздух еле-еле заходит в грудь.

Тревога не отпускает, хотя внешний мир всё ещё стоит,

а внутри — вот-вот и всё рухнет.

«Я тоже взрослая.

Я не несу ответственность за мысли другого человека»,

— успокаивающие,

вроде бы даже факты,

ничего не меняют.

Атмосфера энергетического давления не проходит

ни на следующий день,

ни через месяц,

ни через два.

Боль,

порождённая в детстве, продолжает развиваться в теле,

сковывая его цепями,

как должное,

как врождённое.

Тяжёлыми шагами — к дому.

Глаза цепляются за объявление на стенде у остановки:

«Вакансия».

— возможность

сесть на большой стул.

____

Глава 2

Наблюдение

Уже можно.

Люди, склонив головы, будто на автопилоте, мчатся домой.

По пути забегают в магазин за недостающими продуктами.

Воздух пропитан суетой и усталостью — как будто даже ему

хочется посочувствовать и сказать: «Ночь уже близко».

Наслаивается всё:

транспорт, создавший вечернюю пробку,

магазины с переполненными кассами,

люди с уставшими глазами и телами,

которые всё ещё держат их на ногах.

Кажется, в этой атмосфере до состояния воздуха — один вдох.

И вдруг — смех.

Радостный. Живой. Искренний.

Малыш держит маму за руку и рассказывает ей

самую весёлую историю, которая произошла с ним

в детском саду.

Укутанный в тёплый шарф,

улыбающийся мальчик с выпавшим передним зубом,

настолько осветил этот участок усталого города,

что в каждом прохожем

появилась искра.

У кого-то — сразу и

они смеялись

вместе с его мамой.

У кого-то — тихо.

Сначала смех

просто захватил внимание,

потом попал в грудь,

расправил плечи на вдохе

и поселился где-то в позвоночнике,