Kitabı oxu: «Охота на наше сердце»

Глава 1. Вендиго

15 ноября. 23:47. Штат Миннесота, округ Лейк-оф-зе-Вудс. Заброшенная лесовозная дорога, в четырнадцати милях к северу от трассы I-94.

Черный «Додж Чарджер» 1972 года выпуска, рыча проржавевшим глушителем, словно раненый зверь, продирался сквозь густой ноябрьский снегопад. Фары высвечивали плотную стену падающих хлопьев, за которой угадывались изломанные силуэты мёртвых деревьев. Лес здесь был старый, больной – стволы, изъеденные короедом, тянули к небу скрюченные, чёрные пальцы. В салоне, несмотря на включённую на полную мощность печку, стоял собачий холод, а из динамиков, перекрикивая шум двигателя и завывание ветра, неслась разухабистая «Highway to Hell» от AC/DC. Это был их личный саундтрек к апокалипсису, который они устраивали каждую чёртову неделю в каком-нибудь новом, богом забытом углу страны.

За рулём, перехватывая его одной рукой, сидел Аид. Старший. Двадцать шесть лет, но выглядел он на все тридцать. Жизнь, состоящая из постоянных боёв, недосыпа и потерь, проложила жёсткие складки вокруг его рта и залегла тенями под серыми, цвета штормового неба, глазами. Он был в своей обычной униформе: потёртые джинсы, тяжёлые ботинки «Ред Винг», фланелевая рубашка и поверх неё – видавшая виды кожаная куртка, на подкладке которой были наспех начертаны защитные символы. Свет от приборной панели выхватывал его профиль: упрямый подбородок, прямой нос, сломанный в двух местах и давно сросшийся неправильно, и вечно напряжённую челюсть.

Джейден, младший, полулежал на пассажирском сиденье, закинув ноги в кроссовках на приборную панель. Ему было двадцать два, и он был полной противоположностью брату – светлый, стремительный, с вечной дурацкой ухмылкой на губах, которая не сходила даже перед лицом смерти. Он скорее бы откусил себе язык, чем признал это, но он бесился. Бесился, потому что Аид вёл машину уже шесть часов, не проронив ни слова, игнорируя все его попытки завязать разговор. Тишина давила на Джейдена сильнее, чем любой монстр.

— Знаешь, — лениво протянул Джейден, не отрывая взгляда от своего телефона, где он бездумно скроллил какую-то ленту, — я тут статистику подбил. Мы уже третий год в этом дерьме. Это, получается, наша... семьдесят третья охота.

Аид бросил на него короткий, ничего не выражающий взгляд и снова уставился на дорогу.

— Заткнись, Джей.

— Семьдесят три раза мы могли сдохнуть. Оборотни, вампиры, пара тупоголовых призраков, один очень злобный лепрекон... И что мы получили в сухом остатке? Джейден хлопнул ладонью по бардачку. — Ноль долларов на счету, просроченные кредитки и машину, которая разваливается на ходу. И никаких тебе гастролей, никаких групиз. Только мы, эта колымага и бесконечная дорога в никуда. Это, бля, самая хреновая рок-группа в истории, чувак.

— Я сказал, заткнись, — повторил Аид, и в его голосе зазвенел металл. — Ты прекрасно знаешь, зачем мы это делаем.

— Ага, «спасаем людей, охотимся на тварей, семейное дело», — передразнил его Джейден, скривившись. — Я всё это наизусть выучил. Только вот семьи-то у нас, по сути, и нет. Есть мы двое и... — он осёкся, поняв, что едва не переступил черту.

В салоне повисла звенящая тишина, нарушаемая только воем ветра и песней, которая как раз сменилась чем-то более тяжёлым. Джейден сжал челюсти. Пять лет. Прошло пять лет с тех пор, как они в последний раз видели Эмму. Их младшую сводную сестру. Девушку, которая одним своим присутствием могла превратить их угрюмый бункер на колёсах в подобие дома. Девушку, которую они оба поклялись защищать, и которую они оба в итоге отослали прочь, подальше от этого кошмара. Чтобы спасти её от самих себя.

Аид крепче сжал руль. На его скулах заходили желваки. Джейден знал этот взгляд. Взгляд в никуда. Взгляд в прошлое, полное вины и боли. И в этот самый момент впереди, в белой пелене снега, словно материализовавшись из ниоткуда, возникла фигура.

— Твою мать! — заорал Джейден, роняя телефон и хватаясь за ручку над дверью.

Аид среагировал раньше, чем мозг обработал увиденное. Нога вдавила педаль тормоза в пол. «Чарджер» повело юзом. Покрышки, лысые, как колено гребаного монаха, взвизгнули по укатанному снегу. Машина, словно огрызающийся зверь, закрутилась на месте. Фары, бешено вращаясь, выхватывали из темноты то ствол вековой сосны, летящий прямо в лобовое стекло, то белое, перепуганное лицо в свете этих самых фар. Человек. Девушка.

Последовал глухой, тошнотворный удар бампером. Не в дерево. В плоть. Тело отбросило в сугроб на обочине. «Чарджер», проскользив ещё пару метров, замер, уткнувшись капотом в ствол дерева. Двигатель, чихнув, заглох. Наступила оглушительная тишина, в которой звенело только натянутое, как струна, напряжение и их собственное, сумасшедше гулкое сердцебиение.

— Блядь! Блядь! Блядь! — зашептал Джейден, отстёгивая ремень безопасности. Его трясло. — Ты её видел? Аид, ты её видел?!

— Вылезай, — голос старшего брата был ледяным и спокойным. Спокойным до жути. Таким тоном он отдавал приказы во время боя. Аид уже открыл свою дверь и вышел в метель. В его руке, словно по волшебству, появился большой охотничий нож.

Они пошли к телу. Валил густой снег. Сугроб, в который сбило девушку, был похож на смятую постель. Но тела в нём не было. Только следы. Не отпечатки обуви, а борозды. Словно кто-то, отброшенный ударом, просто протащил себя дальше, в лес, скрываясь в тенях.

— Чё за херня? — прошептал Джейден, доставая из-за пояса свой пистолет. — Она что, уползла?

Аид присел на корточки, всматриваясь в след. Снег в этом месте был примят, и на нём, чёрные на белом, блестели капли крови. Много крови. Свежей. Но цепочка следов обрывалась через каких-то десять футов. Дальше – нетронутая пелена снега. Словно тварь просто взлетела.

— Это не человек, — тихо, почти одними губами, сказал Аид. Он выпрямился, его взгляд скользил по кромке леса. — Мы не на человека наехали. Это оно нас засекло.

— Кто «оно»? Ты о чём? — Джейден начал злиться. Адреналин после аварии требовал выхода.

— То, что устроило резню в том охотничьем домике, — Аид кивнул куда-то в темноту. — Вендиго. Мы, мать твою, прямо в его логово и приехали. И похоже, мы ему не понравились.

В этот момент из чащи леса раздался звук. Он был похож на плач младенца, на крик раненой кошки, на скрежет металла по стеклу – всё это одновременно, усиленное многократным эхом. Звук, который проникал не через уши, а сразу в костный мозг, заставляя первобытный ужас скручивать внутренности в узел. Это был охотничий клич вендиго.

— В машину! Быстро! — рявкнул Аид, хватая брата за шиворот и толкая к «Чарджеру». — Оружие наготове! Сейчас начнётся!

Они нырнули обратно в машину. Аид повернул ключ зажигания. Стартер взвыл, но двигатель не схватывал. Ещё раз. И ещё. Джейден лихорадочно перезаряжал пистолет, вставляя обойму с серебряными пулями, хотя они оба знали, что от вендиго серебро помогает так же, как аспирин от чумы. Нужен огонь. Много, мать его, огня.

— Давай, детка, заводись! — прошептал Аид, и на этот раз двигатель, чихнув, ожил. Фары снова вспыхнули, выхватывая из темноты картину, от которой кровь стыла в жилах. На границе света и тьмы, всего в двадцати футах от машины, стояло Оно. Высокое, под два с половиной метра ростом, тощее, как скелет, обтянутый серой, похожей на старый пергамент кожей. Руки непропорционально длинные, заканчивающиеся когтями, похожими на грязные хирургические скальпели. Но самое ужасное – это голова. Оленьи рога, венчающий вытянутый, лишённый всякого намёка на человечность череп, с горящими во тьме, словно два угля, глазами. Тварь раскрыла пасть, полную игольчатых зубов, и снова издала этот леденящий душу, многослойный вопль.

— Газуй! Газуй! Газуй! — заорал Джейден.

Аид вдавил газ. «Чарджер», взревев мотором, сорвался с места. Но вендиго двигалось быстрее. Оно не побежало. Оно просто исчезло, слившись с тенями, и в следующую секунду крыша машины прогнулась вниз от чудовищного удара. Металл заскрежетал. Тварь прыгнула на капот. Её когти, словно консервный нож, вспороли крышу, и в салон просунулась эта омерзительная, кошмарная башка. Смрад гнилой плоти и палёной шерсти заполнил всё пространство.

Джейден, почти не целясь, выстрелил прямо в раскрытую пасть. Пули входили в гнилую плоть, вырывая куски, но тварь даже не замедлилась. Аид, резко вывернув руль, послал машину в крутой вираж, пытаясь сбросить монстра. «Чарджер» занесло, он снес небольшой дорожный указатель и, подпрыгнув на ухабе, понёсся прямо в гущу леса, ломая кусты и молодые деревья. Вендиго, потеряв равновесие, соскользнуло с капота, но тут же взревело от ярости и помчалось следом, легко перепрыгивая через поваленные стволы.

— У нас бензин на нуле! — крикнул Аид, глядя на замигавшую лампочку. — И эта тварь нас сейчас догонит! Хватай коктейль Молотова!

Джейден обернулся и, перегнувшись через сиденье, начал рыться в оружейном ящике. Бутылки с горючей смесью, перемотанные изолентой и тряпками, были их главным аргументом в подобных спорах.

— Там одна осталась! — панически выкрикнул он.

— Хватит и одной! — Аид, не сбавляя скорости, лавировал между деревьями. — Подожги и жди команды!

Машина вылетела на небольшую, занесённую снегом поляну. Аид крутанул руль, и «Чарджер», развернувшись на сто восемьдесят градусов, замер, освещая фарами пространство перед собой. Классический «разворот Импалы», который они репетировали десятки раз. Но «Импала» была у их отца, а эта колымага была всего лишь её бледной тенью. Вендиго, не ожидавшее такого манёвра, выскочило из леса прямо на свет фар, прямо перед капотом. Оно на мгновение замерло, ослеплённое.

— Давай! — крикнул Аид.

Джейден, уже поджёгший фитиль, высунулся в окно и швырнул бутылку в тварь. Стекло разбилось о его грудь. Огонь мгновенно охватил тощее тело, превратив тварь в живой, дико ревущий от боли и ярости факел. Вендиго заметалось по поляне, размахивая объятыми пламенем руками, и его крик теперь слился с рёвом пламени и воем ветра. Аид не стал ждать финала. Он сдал назад, вырулил на просёлочную дорогу, которую они чудом нашли, и погнал прочь от этого проклятого леса.

Они ехали молча, пока позади не стихли последние отзвуки жуткого воя. Сердце колотилось где-то в горле. Руки, сжимающие руль и пистолет, мелко дрожали. Адреналин медленно отступал, оставляя после себя звенящую пустоту и дикую, всепоглощающую усталость.

— Ну что, семьдесят четвёртая охота, — сипло выдохнул Джейден, пытаясь унять дрожь в руках и закуривая сигарету. Его «Зиппо» с выгравированным черепом щёлкнул в тишине салона. — И ты говорил, что в Миннесоте скучно. С меня хватит этой ебучей зимней сказки. Куда теперь?

Аид посмотрел на разбитую, залитую кровью приборную панель, на зажатую в руке карту, и его взгляд упал на обведённый красным кружком город, о котором они уже почти забыли.

— В Блэквуд, — сказал он, вытирая кровь с рассечённой брови. — Заглянем в центральную библиотеку. Там смотрительница – старая знакомая отца. Проверим, нет ли ещё гнёзд этих тварей в округе. И... возьмём газету.

— Газету? Ты серьёзно? Зачем?

— Посмотрим объявления, — Аид бросил короткий, но многозначительный взгляд на брата. — И найдём нам нового механика. Наш старый, помнится, сбежал, когда ты прострелил ему колено из арбалета, перепутав с оборотнем.

— Да ладно тебе, это была случайность! Да и хромал он после этого недолго! — фыркнул Джейден, но в его голосе уже не было обычной злости. — Блэквуд, значит...

16 ноября. 02:15. Штат Миннесота, город Блэквуд. Мотель «Ласточкино гнездо».

Мотель был именно таким, какие они любили: старый, обшарпанный, с мигающей неоновой вывеской, на которой горели только буквы «ЛАС... ГНЕЗДО». Идеальное место, где не задают лишних вопросов и принимают наличные. Администратор за стойкой, мужик с лицом человека, потерявшего всякую надежду, даже не поднял глаз, когда они регистрировались как «Пейдж и Плант» – их вечная шутка, которую они не оценивали уже года три.

Аид бросил свою сумку на одну из двух продавленных кроватей в их номере. Всё тело ломило. Каждая мышца напоминала о сегодняшней ночи. Он стянул с себя пропахшую потом, кровью и гарью куртку и рубашку и направился в ванную. Ледяная вода из-под крана немного привела его в чувство, смывая грязь с лица. Он опёрся руками о раковину и поднял взгляд на своё отражение в мутном, треснувшем зеркале. Оттуда на него смотрел загнанный, смертельно уставший мужик с диким взглядом. Кем он стал? Машиной для убийств? Защитником? Или просто тем, кто вечно бежит, таща за собой младшего брата в бесконечный ад их жизни?

Когда он вышел, Джейден уже развалился на своей кровати, прямо в ботинках, и уставился в низкий, пожелтевший от времени потолок. В комнате воняло сигаретами, старым ковром и какой-то безнадёгой.

— Аид, — тихо позвал Джейден, и его голос впервые за долгое время прозвучал серьёзно. — Мы реально вендиго грохнули?

— Похоже на то. Если повезёт, труп найдут лесники и решат, что это просто обгоревший бомж.

— А если не повезёт?

— Тогда нам лучше убраться отсюда до рассвета.

Снова повисла пауза. Джейден затянулся и выдохнул дым в потолок.

— Я скучаю по ней, — сказал он одними губами. — Каждый день. Особенно в такие ночи. Может, зря мы её отпустили? Может, ей было бы лучше с нами?

Аид ничего не ответил. Он просто лёг на свою скрипучую кровать, повернувшись спиной к брату. Но перед тем как закрыть глаза, он сам увидел её лицо. Её рыжие волосы, её смех, её манеру закатывать глаза на их вечный сарказм. Он тоже скучал. До тупой, ноющей боли в груди. Пять лет. Долгих пять лет.

В комнате было слышно только завывание ветра за окном и далёкий лай собак. Сон, тяжёлый и липкий, как болото, начал затягивать Джейдена. Он уже проваливался в темноту, когда услышал это. Едва уловимый, жалобный писк из угла, где стоял старый телевизор с антенной, похожей на кроличьи уши. Писк повторился. Громче. Навязчивее. Словно сверчок, забравшийся в электронную начинку.

— Аид... — прошептал Джейден, садясь на кровати. — Ты это слышишь?

Старший брат уже стоял у телевизора с ножом в руке. Он присел и провёл рукой по задней панели. Телевизор даже не был включён в розетку, шнур валялся на полу. Но звук шёл именно оттуда. Аид, задержав дыхание, отодвинул громоздкий ящик от стены. За ним, в толстом слое пыли и мусора, лежал старый, потрёпанный, но невероятно знакомый амулет. Это была простая кожаная веревка с грубо вырезанной из кости фигуркой птицы, но при взгляде на неё у Аида перехватило дыхание.

— Быть не может, — прошептал он, поднимая амулет. Писк прекратился, и теперь вещица просто тихо вибрировала в его ладони, излучая слабое, пульсирующее тепло. Тепло, которое было почти родным.

— Что это? — спросил Джейден, уже стоя у него за спиной. — Какая-то ведьмовская штука?

— Это маячок, — голос Аида дрогнул. — Настроенный на кровь рода. Я думал, мы потеряли его навсегда. Это амулет Эммы.

В тот же миг в дверь номера постучали. Не грубо и требовательно, как обычно стучали копы или разъярённые родственники их клиентов, а тихо, неуверенно. Всего три коротких, осторожных удара. Братья переглянулись. Воздух в комнате словно сгустился. Джейден молча взял со стола пистолет и, взведя курок, встал за дверью. Аид, сжимая в одной руке нож, а в другой амулет, медленно, на полусогнутых, подошёл к двери.

— Кто? — хрипло спросил он, хотя ответ уже пульсировал где-то в висках, вместе с бешеным током крови.

За дверью помедлили, а затем раздался голос. Голос, который они оба узнали бы из миллиона. Голос, который снился им в самых страшных кошмарах и самых сладких снах. Он звучал устало, на грани слёз и нервного смеха, с примесью того самого, родного сарказма, который они не слышали пять лет.

— Серьёзно, пацаны? «Пейдж и Плант»? — голос дрогнул, и стало слышно, как она судорожно вздохнула, пытаясь справиться с эмоциями. — Я проехала три чёртовых штата по вашему следу, угробила тачку, чуть не отморозила себе задницу в этом вашем Миннесото-на-хрен-ни-кому-не-нужном, а вы даже не удосужились придумать псевдоним пооригинальнее? Открывайте, придурки. Это я, Эмма. И нам нужно серьёзно поговорить. И да, если вы сейчас снова попытаетесь меня куда-нибудь отослать, клянусь Господом Богом и всеми его архангелами, я начну охоту на вас.

Аид застыл. Мир сузился до размеров этой обшарпанной двери и голоса за ней. Он повернул замок и распахнул дверь. На пороге, в свете единственной тусклой лампочки, стояла она. Повзрослевшая, с мокрыми от растаявшего снега волосами, уставшая, с огромным синяком на скуле, в армейской куртке на три размера больше, с рюкзаком за плечами и старым обрезом в руках, который она тут же опустила. Её зелёные, как у Джейдена, глаза блестели от непролитых слёз, но на губах играла та самая дерзкая, полная сарказма ухмылка, которую они так хорошо помнили. Ухмылка, которая обещала им обоим большие, очень большие проблемы. И впервые за последние пять лет Аид почувствовал, как внутри что-то болезненно, но сладко перевернулось. Кошмар закончился. И начался новый.

♡♡♡ Конец Главы 1. ♡♡♡