Kitabı oxu: «Шляпа для ведьмы»

Пролог

А вы знаете, как важна для ведьмы ее метла? А драная юбка? А шляпа? Как думаете, где смелые воительницы котла и гримуара покупают свои магические аксессуары? Правильно! В мастерской «Котел и Корона» на улице Ведьм! Не в лавке, не в магазине, а именно в мастерской. Потому что весь инвентарь настоящей ведьмы изготавливается индивидуально.

А где маги покупают волшебные палочки, колпаки со звездами и посохи? Верно! В мастерской «Маг и Башмак» на улице Магического искусства.

Эти две мастерские держим мы с мужем. Я, потомственная ведьма, продаю экипировку для ведьм, а он, лучший в городе маг-артефактор снабжает оборудованием магов.

Наш дом – совершенно особенное место. Одна дверь выходит на улицу Ведьм, вторая – на улицу Магического искусства. Сколько сил и денег мы потратили, прежде чем нашли этот дом, и переоборудовали его под нашу задумку! Но обо всем по порядку!

Глава 1

Торговые зоны разделяет глухая стена. Если волшебник зайдет в «Маг и Башмак», он увидит строго отделанный торговый зал, улыбчивого юношу-продавца и огромный ассортимент товаров, которые мы закупаем в других мастерских, и делаем только привязку к хозяину. Да, это фишка мастерской – сделать вещь непригодной для вора или злоумышленника. Последняя наша придумка – устрашающий крик при попытке открыть зачарованную сумку. Верховный магистр купил три штуки после того, как «рев сатаны» вложенный в папку для бумаг напугал его слишком любопытную маменьку.

Если ведьма заглянет в «Котел и Корону», она увидит милый торговый зал, юную ведьмочку за прилавком и целую выставку необходимого для каждой уважающей себя ведьмы инвентаря. Мы продаем все – от метел, до черных котов, но наша особая гордость – ведьмовские шляпы!

Головной убор для ведьмы то же самое, что для мага посох – способ собирать и концентрировать магическую энергию. Тут как с едой. Кто-то восполняет силы булочками, кто-то куском мяса, а кто-то блюдет фигуру и питается салатиками и кашками. Чтобы шляпа собирала только тот вид маны, который «питателен» для конкретной ведьмы, в полотно или тонкий войлок вплетаются травы, заговоренные нити, птичьи перья и даже металлическая проволока. Подбор ингредиентов тонкая и творческая работа, и потому стоят шляпы немало, зато помогают своим хозяйкам стать сильнее.

Желая сделать заказ, покупательница оставляет свои размеры, отпечаток ауры, несколько капель крови и прядь волос – все это нужно для того, чтобы ее шляпа помогала только ей. Ведьма-продавец быстро снимает параметры, дает на подпись договор на изготовление шляпы, а потом передает все полученное прямо в мастерскую сквозь неприметную дверь за прилавком.

Мастерская у нас огромная! Во всю ширину дома! Слева располагается швейная машинка, рядом с ней стол для раскроя юбок, затем болван для валяния шляп, кадушки с розгами для метел, пучки трав, сушеные мыши, змеиные шкурки и прочий ведьмовский инвентарь. Справа картина иная – тут стоит токарный станок, лежат на сушке и растяжке заготовки для волшебных палочек и посохов, болванки для волшебных башмаков, выделанная кожа для футляров и многого другого, необходимого магам.

В центре зала стоит длинный высокий стол, который делит помещение на две части. На столе лежат наши готовые работы – магические колпаки и шляпы, метлы, посохи, палочки и низки амулетов. Только с этого стола продавцы могут брать изделия для передачи заказчикам.

Каждый экземпляр подписан, упакован, и снабжен инструкцией по уходу. Сейчас это кажется обычным делом, но когда мы с Сандером только начинали, ведьмы и маги сами мастерили себе все снаряжение, или все же заказывали у ремесленников, пытаясь в меру своих знаний и сил привязать вещи к себе. Результаты неумелых попыток иногда становились столь пугающими, что Ковен магов или Шабаш ведьм присылали летучий отряд, разбираться с последствиями.

На моей памяти одна только Голодная Шляпа чего стоила! Представьте себе вонючий кусок фетра размером с дом, пожирающий все, до чего мог дотянуться! А вырезанный кривыми ручками юного магистра Кровавый Посох? Или волшебная палочка, направляющая любое заклинание в небо? В общем трудные были времена. Сидя за книгами, маги и ведьмы забывали о ремесле, и позднее очень страдали от своей неумелости.

А потом в столице появились мы! Рикарда и Сандер Деллакруз!

«Появились» конечно, громко сказано. Меня, Рикарду Сантеро в столичную Школу Ведьм привез отец – умный и добрый столяр, которому не повезло связаться ведьмой. Результат летнего гуляния ему положили на крыльцо через девять месяцев, после пьянящей летней ночи. Папа, наверное удивился, но не отказался от своего ребенка – принял, записал на свою фамилию и воспитал, как умел.

Сандера в Королевскую Академию Магии привезла маменька. Очень трепетная и переживательная дама. Когда моя свекровь волнуется, на небе собираются тучи. Поэтому она живет в самой засушливой провинции, где за ее волнение платят золотом. Впрочем, ведьмы – погодницы все такие. Побушуют и успокоятся.

Отца Сандер потерял в довольно раннем возрасте – тот погиб от рук неизвестного разбойника, когда вез в столицу артефакты своей работы. Зато мой супруг перенял тонкое ремесло родителя, и с блеском закончил академический курс артефакторики и амулетного дела.

На выпускном балу наших учебных заведений мы и познакомились. Встретились в танце, понравились друг другу, и проболтали до рассвета. А утром, слушая бой курантов на Часовой башне, поняли, что не желаем покидать столицу.

Сначала мы оба пытались подрабатывать своим ремеслом – я варкой зелий, а Сандер изготовлением артефактов. Да только в столице своих ведьм и артефактчиков хватало. Плюс «молодые специалисты» покинувшие стены Школу вместе с нами, плюс студенты-старшекурсники, готовые работать за еду.

Мы совсем было запечалились, и собрались возвращаться в провинцию, когда наш бюджет подкосили два происшествия – мой фамильяр неудачно спрыгнул с каминной полки, и уронил в огонь единственную ведьмовскую шляпу! А затем муж, пытаясь спасти ее, швырнул в огонь свою волшебную палочку!

Ужас произошедшего накрыл нас удушливой волной паники.

– Светлая Мать! – прошептала я со стоном, – да я же ее два курса мастерила!

– Светлый Отец! – в тон отозвался Сандер, – я руки в кровь сбил, пока ее выстругал! Две недели!

Тут мы недоуменно покосились друг на друга, и я осторожно сказала:

– Вот эту кривую палку ты строгал две недели?

– Вот эту кошмарную шляпу ты делала два года? – уточнил супруг.

– Давай я тебе сделаю! – хором объявили мы. И принялись за дело.

Для начала мы обсудили пожелания, срисовали ауры, и засели за расчеты. Мало выточить волшебную палочку. Нужно подобрать ее форму, наполнение, кристалл или наконечник для фокусировки – в общем, предварительной работы хватает, а мы еще были стеснены в средствах. Со шляпой возни столько же – выбор основного нейтрального материала, форма, плетения…

Через два дня я нашла мастерскую с набором инструментов, купила брусок красного дерева, рог единорога, перо феникса и аметист. Пришлось продать сережки с бриллиантами – единственную ценность, оставшуюся от матери, но мне хватило половины суммы. Вторую половину потратил Сандер. Что и как он делал, я не наблюдала, но замечала его счастливое лицо, когда он возился с утюжком и щипцами для формовки фетра.

В конце недели мой подарок был готов. Я приготовила вкусный ужин, и целуя любимого мага над тарелкой жареной картошки вручила ему футляр. Муж бережно открыл его, помолчал, взял в руки палочку темного дерева с фиолетовым кристаллом на конце, сделал пробный взмах, вызывая волну пахнущего грозой воздуха и благоговейно прошептал:

– Карди, это просто божественно! Такой поток одним движением! Какая она гладкая! Легкая! Спасибо!

– Не забудь капнуть на нее кровью, – напомнила я, любуясь изделием своих рук, – она еще не привязанная.

Мой маг просто задохнулся от восторга! Быстро капнул на палочку кровью, провел короткий ритуал и прижал мой подарок к себе, как ребенок любимую игрушку. Мне было очень-очень приятно!

На следующий день Сандер отправился на «точку» – пятачок у стен Академии, где молодые маги поджидали заказчиков. Желающих нанять мага не было, а недавние студенты любили пошалить, вот и устроили соревнование – кто дальше пошлет пульсар с помощью палочки. Обычное упражнение, студенты часто делают его на полигоне, записывая результаты в зачетку.

Тут все конечно было проще – начертили на брусчатке несколько меловых линий, выбрали судью и начали. Когда пульсар моего мужа – среднего по силе мага вписался в стену Академии, не каждый поверил своим глазам. Ему пришлось повторить подвиг полдюжины раз, а потом расхвалить свою новую палочку, прежде чем сокурсники поверили, что это не обман, а просто магия.

Мой разумный и предусмотрительный муж не сказал друзьям, что палочку делала ведьма. Сослался на знакомого мага, который изготовил нужный инструмент за большие деньги и… получил парочку заказов!

Я сначала похлопала удивленно глазами, глядя на булькающее в котелке зелье от прыщей, потом взглянула на деньги, выложенные на стол, и… согласилась! Делать палочки для посторонних было сложнее. Я вложила много сил и старания в те первые палочки, и они получились великолепными. А дальше заработали слухи. Вскоре мне пришлось снять подвал для мастерской, прикупить инструментов и самых расходных материалов, да еще и освоить множество сопутствующих работ: инкрустацию, гравировку, чернение. Сандер помогал, учил, давал свои учебники, ведь артефакторы часто применяют навыки ювелиров, а сам в это время творил…шляпы!

Да-да! Мой серьезный строгий муж обожал возиться в войлоком, лентами, бусами и травами! Тут уже я помогала своими знаниями и связями. Шляпу, которую он сделал для меня за какой-то десяток дней, я продемонстрировала на ближайшем шабаше и получив море восторгов намекнула, что есть у меня знакомая мастерица. Для маскировки я лично делала привязку шляпы к хозяйке, и все были уверены, что шляпы изготавливаю я, просто стесняюсь в этом признаться.

Глава 2

Когда родилась Корделия, мы поняли, что жить на съемной квартире, разрываясь между домом и мастерской нельзя. Вот и стали присматривать дом. К этому времени клиентов у нас было много, и все сложнее стало прятать наш большой секрет. К тому же я «доросла» до посохов, а Сандер начал понемногу шить юбки, и это окончательно подстегнуло нас на поиски.

Взявшись за руки, мы «гуляли с коляской» сначала по кварталу магов, потом по улице ведьм. Бродили, прислушиваясь к разговорам, разглядывали дома, пытаясь угадать – есть ли под ними подвалы? Не текут ли крыши? Когда мы уже совсем отчаялись, к нам подошел сухонький старичок в потертой мантии, и заявил, что знает, что нам нужно!

Мы не сопротивлялись – устали до невозможности, да еще у Деллы всю ночь резались зубки. Маг привел нас к дому на улице Магического Искусства. Показал узкий фасад с унылой серой краской, облупившийся заборчик у трех чахлых кленов, темные окна, кое-где заколоченные фанерой и дождавшись волны отрицания повел внутрь.

А внутри все было не так и плохо! Каменный пол, толстые стены, разумно устроенная система отопления. Даже подвал был и чердак! Руны на стенах и особая аура подсказывали, что в доме была мастерская мага. Или лаборатория. Тут сохранился оббитый медью стол и магическая горелка. Совсем не плохо!

Настроение наше улучшилось. Огорчало лишь то. Что дом был маловат для двух мастерских, и вот тогда… Тогда этот хитрый старик открыл неприметную дверь и вывел нас в другой дом!

Тут пахло травами, воском и мышами. Метла в углу и закопченный котел на огне просто кричали о том, что это дом ведьмы!

Мы застыли в недоумении – как такое может быть?

– Все просто, похихикал старик, – жила была ведьма, и завела она себе сердечного дружка. Но выходить замуж и становиться местресс маг она не хотела, вот и купили они два дома на параллельных улицах, и бегали друг к другу через калитку. А как состарились, и мокнуть под дождем расхотелось, так и соединили оба дома…

Тут хитрец распахнул еще одну дверь, и мы увидели ее! Нашу будущую мастерскую! Эта огромная светлая комната и решила вопрос с покупкой. Денег на выкуп дома и полное его переоборудование у нас, конечно, не было, пришлось брать кредит в гномьем банке. Зато мы сэкономили на ремонте, вспомнив годы учебы. Краску подновили и закрепили, стекла вставили, крышу перекрыли, но главное – официально открыли и зарегистрировали ведьмовскую лавку и магический магазин! И все это при мастерской семьи Деллакруз!

В день открытия лавки мне стало плохо. Улыбаясь и протягивая ведьмам пучки заговоренных трав, перевязанные ленточками с названием нашей мастерской, я вдруг сползла по стеночке. Сандер перепугался, но его утешила соседка-повитуха, моментально обнаружившая причину недомогания:

– Через семь месяцев мага понянчишь, папаша! – и сунула нам обоим под нос по флакончику нюхательных солей.

Гадость конечно, но голову прочищает. Сначала мне стало страшно – кредит, оплата за оборудование, материалы… Смогу ли я делать палочки, будучи беременной? Супруг понял мои волнения, и едва толпа гостей схлынула, оставив парочку мелких заказов на метлы и амулеты, как он подхватил меня на руки, унес в гостиную и сел в кресло, не выпуская из объятий.

– Мы справимся, – было все, что он сказал.

Время показало, что мой любимый маг был прав.

Беременность не отвратила меня от работы. Напротив – я жадно вдыхала запах стружки, с упоением чертила схему фокусировки кристаллов и вообще погрузилась в творчество с головой. Сандер и Делла сначала поддерживали, потом начали скучать и стучать по кухонному столу пустыми мисками. Я обижалась, плакала, давала себе клятву, что утром отправлюсь на кухню и наконец испеку пирог или сварю суп, но утром шла в мастерскую, и пропадала в ней целый день.

Спасла нас та же тетушка Штрубе – повитуха. Заглянула однажды, оценила паутину на кастрюлях и к вечеру привела в дом крепкую немолодую троллину с угрюмым лицом.

– Вот, это вам Сиэлла. Ей нужна работа и жилье, а вам пироги и чистое белье.

Мы с зеленокожей дамой смерили друг друга взглядами, и решили попробовать жить вместе.

Троллина отлично готовила, не тратила понапрасну хозяйские деньги и при своем немалом росте двигалась почти бесшумно. В результате я вообще забыла, что в доме есть кухня. Утром поднос с завтраком, словно сам собой появлялся у кровати, в обед муж приносил перекус в мастерскую, а вечером мы собирались за круглым столом в гостиной и делились итогами дня, отдавая должное жаркому и пирогу.

Делла нашу кухарку обожала еще и потому, что Сиэлла без вопросов выдавала нашей зеленоглазке котелки, веселки и разделочные доски для игры «в самую умелую ведьму». Несмотря на юный возраст, дочурка охотно листала мои учебники по зельеварению, с первого взгляда отличала шалфей от наперстянки, и виртуозно крошила в суп петрушку. Мы умилялись и радовались – династия ведьм это важно. Далеко не каждая ведьма может родить способную дочь.

А уж когда по улице ведьм пошли слухи, что я ношу мага, многие любопытные начали заглядывать в лавку и делать заказы только для того, чтобы увидеть меня и лично убедиться в этом. Дела шли в гору, и я не возражала – выплывала уточкой из мастерской, улыбалась ведьмам, брала заказы на новые шляпы и эксклюзивные метлы. Сандер тоже не терял времени – слухи среди молодых магов разносятся быстро, так что палочки я точила даже в день родов, рыдая, потому, что не успевала закрепить особенно удачный наконечник.

Глава 3

Дориан родился в грозовую ночь. Наш дом прижимал к земле ливень, грохотал гром, сверкали молнии, тряслись склянки в шкафах, а тетушка Штрубе покрикивала на меня, заставляя правильно согнуться, чтобы помочь малышу появиться на свет.

Магия наполняла воздух, искрила, переливалась, текла по стенам, поднималась от земли, рвалась в небо вместе с первой весенней грозой. Я стонала не от боли, а от переполненности магией, от непередаваемых усилий, с которыми я старалась влить этот поток в крошечное тельце сына, проходящего первое в своей жизни испытание.

С первым криком нашего сына в спальню ворвался Сандер – и принял малыша на руки, окутывая своей магией, как коконом. Я смотрела на мужа и сына и не могла сдержать слез – у нас получилось невероятное! Ведьма и маг!

Повитуха, ворча, помогла мне перебраться на чистую половину кровати, напоила молоком с медом, укутала и велела спать, пока отец качается вместе с сыном в кресле, и напевает ему какие-то детские песенки, больше похожие на обережные наговоры.

Потом я уснула, а проснулась жарким солнечным днем. Последние капли влаги испарялись на глазах, воздух пах травой и цветами, а маленький Дориан тихонько причмокивал губами, и морщил лобик, собираясь вот-вот разразиться плачем. Я потянулась к нему и обнаружила рядом с колыбелькой серьезную Деллу.

– Мама, – сказала она, не сводя с брата пристального взгляда, – он всегда будет таким маленьким?

– Нет, Делла, он вырастет большим и сильным, как папа!

– А я? Я тоже вырасту?

– Обязательно!

Малышка удовлетворилась ответом, и вскоре смирилась с появлением в доме младенца. Правда порой она прижималась ко мне и замирала, стараясь почувствовать мое тепло. Тогда я обнимала рыжую непоседу, дула в макушку и шептала смешное стихотворение, в котором много раз говорилось «я тебя люблю».

Постепенно наша жизнь вошла в прочную колею. Мы много работали, стремясь расплатиться с кредитом, ездили в провинцию за ингредиентами и очень полюбили наш большой дом, со всеми его лестницами, переходами и огромным чердаком, половину которого мы отдали подрастающим детям.

За политической ситуацией в стране мы почти не следили. Есть король, есть королевская семья, порой в газетах мелькает фотография юного наследника – значит все благополучно. Может поэтому мы и не обращали внимания на кое-какие изменения в столице.

Сначала прошел слух, что королеву напугала бродячая собака. Упоминание в газетах было коротким и мутным. Собак в столице действительно было много, но до определенного момента это никого не беспокоило.

Потом на улицах появились фургоны с хмурыми мужиками в грязных куртках с повязками королевских порученцев. Они отлавливали собак, а заодно домашних лис, кошек и хорьков. В общем, любое животное могло угодить в клетку, если только хозяин не вел его на поводке. Моя соседка, опытная и добрая ведьма, вынуждена была раз пять или шесть выплачивать штраф, чтобы забрать свою ручную лисичку из фургона. Хитрая рыжая морда, любила гулять по ночам чтобы сунуть нос в помойки.

Вскоре ловцы исчезли так же тихо, как появились. Я вздохнула с облегчением – мне жалко было животных. Конечно, служащие уверяли, что собак просто вывозят из столицы, но мне не верилось в такое милосердие.

Глава 4

В один из дней мы всей семьей завтракали за круглым столом во внутреннем дворике. Сиэлла подавала нежнейший творог с ягодами, и блинчики со сметаной. Дети баловались, Сандер читал газету, а я пила чай и размышляла над правильной заточкой орехового прута для детской волшебной палочки, которую собиралась сделать для сына.

Вдруг муж положил газету и озадаченно спросил:

– Рикарда, ты не помнишь, как назывался тот городок, куда тебя хотели отправить на практику?

Я изумилась – прошло почти десять лет с того момента, как вредный декан объявил мне приказ. Тогда мне не удалось отвертеться, но впечатление от унылого городка, лежащего посреди выжженной степи, было столь сильным, что я до сих пор вспоминала его с содроганием!

– Согдис? А почему ты спрашиваешь?

– В газете пишут, что королева не смогла отправиться от испуга после нападения собак, поэтому отправляется в Согдис для поправки здоровья. Неужели там настолько благотворный климат?

Я потянулась и взяла газету.

– Странно! В это время года там стоит невероятная жара! Пыль, мухи, и даже ночью невозможно обойтись без охлаждающего заклинания!

– Так что это по-твоему такое? – Сандер отчего-то обеспокоился.

Я углубилась в чтение, ловя детали:

– Король наследный принц остаются в столице, Ее Величество сопровождает малая свита из трех дам и парочки пажей. Время возвращения к королевским обязанностям не указано…

Я опустила газету, и уставилась на стену дома:

– Это ссылка. Только за что? – впервые я пожалела о том, что слишком погрузилась в работу и заботы о семье.

Королевская семья нашей страны старалась поддерживать высокий магический уровень наследников. Конечно, случались бездарные дети, слабые по характеру или больные, но семья была большой, а зачарованные основателем рода корона, орденская цепь и перстень отсеивали тех, кто не мог претендовать на трон.

Так было прежде. У нынешней монаршьей пары родился только один сын. Сейчас наследнику было четырнадцать, и судя по тому, что писали в газетах, он успешно развивал свою магию, занимался общественными делами и всем тем, чем полагается в его возрасте и статусе. Так что же произошло с королевой?

Впрочем, любопытство одолевало меня не долго. Дориан запустил искру в плошку со сметаной, брызги полетели на Деллу, она ответила заговором, от которого у юного мага подкосились ножки стула, Сандер взмахнул газетой и уронил на каменные плитки дворика расписной чайник, а следом грохнулся сын. Пришлось вставать, и разгонять всех по местам. Дочь убежала менять платье, сын помогал отцу пассами устранять учиненное безобразие, наша бессменная Сиэлла убирала уцелевшую посуду, а я поспешила в лавку.

Надо же было молоденькой продавщице отпроситься на выходной, чтобы навестить приболевшую бабушку! Я подозревала, что бабушка носит усы и курит трубку в лучших традициях королевских гусар, но снисходительно отпустила вертушку на целых три дня, о чем успела пожалеть. В мастерской я готова была проводить целый день, а скучная тишина лавки наводила на меня тоску.

Не смотря на острое желание убежать к верстаку, в положенное время я открыла ставни, распахнула внешнюю дверь и повесила на нее значок изображающий ведьму на метле, украшенной красной лентой. По этому сигналу местные обитательницы узнавали, что лавка открыта.

Не успела я обмахнуть полки с ингредиентами, и протереть прилавок воском, как звякнул колокольчик. Дверь открылась, впуская высокого очень худого мужчину в плотной многослойной мантии. День выдался жарким, к чему он так вырядился? Успела подумать я. Потом пришла волна удивления – маг на улице ведьм? Однако летом каждый покупатель – на вес золота, так что я любезно улыбнулась и поздоровалась:

– Добрый день, сударь, вы желаете приобрести травы или готовые зелья?

Мужчина смерил меня взглядом, осмотрел лавку и словно нехотя ответил:

– Нет, я хочу сделать заказ… На шляпу.

– Очень хорошо, – я чувствовала себя странно и неловко, но все делала так, как мы с Сандером придумали еще в начале нашей карьеры. Вынула блокнот для записей и специальную бумагу с тончайшим магическим слоем – для переноски рисунка ауры. – Расскажите, для кого вы хотите заказать шляпу, перенесите на бумагу слепок ауры и укажите на отдельном листе желаемые параметры.

Мужчина стоял молча, но у меня возникло ощущение, что он колеблется. Потом решился:

– Позовите хозяйку! – потребовал он, нависая надо мной с самым угрожающим видом.

– Я и есть хозяйка, – усмехнулась я в ответ, щелчком пальцев вызывая ворох искр падающих на его мантию.

Незнакомец отступил, затем он еще раз подозрительно осмотрел меня и вынул из складок мантии золотой знак с короной и гербом:

– Дело королевской важности, – негромко проговорил он, – клянитесь, что никто не узнает о заказе.

– Не могу, – мотнула я головой, – в этом доме живет моя семья, они очень удивятся, если я буду молча изготавливать шляпу.

Мужчина задумался, обвел взглядом лавку, и у меня побежали по рукам мурашки. Так бывало каждый раз, когда Сандер или Дориан колдовали рядом со мной.

– Клянитесь, что об этом заказе не узнает никто кроме тех людей и нелюдей, которые сейчас находятся в этом доме.

Это было уже более понятно, и я согласилась:

– Клянусь! – легкий укол магии тотчас прилетел в руку. Я поморщилась, демонстративно потерла место укола и вернулась к оформлению заказа.

К моему огромному сожалению, заказчик практически ничего не знал о ведьме, для которой собрался купить шляпу. Он не смог предоставить слепок ауры, личную вещь или образец магии. Зато подробно описал внешность, и даже предоставил портрет очаровательной юной ведьмы с ярко-рыжими волосами.

Рыжие кудри среди ведьм скорее правило, чем исключение, так что это совершенно не помогло. Я устала объяснять мужчине то, что знает каждый мастер и каждая ведьма – шляпа без привязки к владелице может стать опасной!

– Я вам могу даже описать эту шляпу! – буркнул в ответ странный посетитель. – И я уверен, что это будет шляпа вашей мастерской! Поэтому и пришел к вам!

– Откуда такая уверенность? – недовольно распахнула я глаза, – в городе еще два десятка магазинов, торгующих заготовками для шляп, и минимум пять из них делают шляпы по индивидуальному заказу!

– Клеймо! – так же раздраженно буркнул в ответ маг и показал мне совсем другой рисунок.

Он был выполнен слегка неловко, неуверенно, зато детально. Пропущу непропорциональное лицо, съехавшие на бок глаза и странно расположенные уши. На сложной шляпе действительно стояло клеймо нашей мастерской! В самом центре!

Чтобы вы знали – мы всегда помечаем наши изделия, но клеймо всегда делается максимально незаметно. На палочках я выжигаю змею и чашу на самой «пяточке», на посохе – под изгибом рукояти, на саквояжах и шкатулках значок прячется на изнанке ручки. А крохотная сова Сандера рисуется обычно на ленте с изнанки, либо вообще в глубине колпака. А тут сова сияла и блестела прямо в центре, на месте пряжки! Похоже она металлическая!

Я поднесла листок ближе к лицу, всматриваясь в детали и невольно принюхалась – плотная дорогая бумага, неровно обрезанная по краям, пахла тонкими благовониями, чернилами и…псиной! Неужели этот сухарь любитель домашних зверушек? Ой, сомневаюсь!

– Оставьте мне рисунок, – попросила я, – с ним уже можно работать. Только вот пряжка… Это будет дольше и дороже!

– Неважно! – буркнул маг, – главное сделайте все в точности, упакуйте и отправьте сообщение вот сюда – карточка с адресом легла на стол.

– Аванс семнадцать золотых, – напомнила я, разглядывая шляпу на бумаге.

Определенно самый тонкий и прочный шелковый фетр, плетение из девясила и льна, и перышки сойки вдобавок! Еще косточка, и кристаллик! Я не специалист, пусть муж разбирается, но изделие явно штучное и недешевое, а за тайну стоит взять отдельную плату!

Незнакомец не спорил – оставил кошелек с двумя десятками золотых монет, и напомнил про клятву. Я с большой радостью закрыла за ним дверь, повесила табличку «перерыв» и помчалась в мастерскую, обсудить с мужем странный заказ.

Глава 5

Сандер сидел за верстаком, прилаживая на болванку ровные полосы грубой шерсти. Похоже, делает заказ для той пожилой метресс, которая придерживается старинных обычаев, и до сих пор носит деревянные башмаки. Рядом с отцом крутилась Делла, в восхищении поглядывая на приготовленные к плетению травы, шкурки ящериц и бусины из зеленой яшмы.

Корделии уже стукнуло восемь, и я знала, что муж втайне подбирает ингредиенты для ее шляпы. Что-то закупает, иногда дает ей подержать камень-индикатор, или полосу ткани, но все любопытные детали хранит в секрете. Даже не говорит, когда шляпа будет готова. Дочка расстраивается, дует губы, но молчит – знает, что с отцом спорить бесполезно. При всей внешней мягкости Сандер умеет быть и строгим и жестким. Просто не проявляет своей силы без нужды.

– Милый, – я чуть заполошно рухнула на запасной табурет и жалобно попросила: – хочу с тобой кое-что обсудить!

Мой любимый маг кивнул, прижал одну полосу шерсти посильнее, оценил проделанную работу и накрыл будущую шляпу льняным отрезом – чтобы шерсть не пылилась и не впитывала эмоции другой ведьмы.

Неслышно появившаяся на пороге Сиэлла вручила дочери поднос и удалилась на кухню. Дочь понимающе поморщилась, поставила чайник и чашки на отдельный столик и позвала брата:

– Дориан! Идем! Мама с папой ругаться будут!

Я вытаращила глаза на это заявление, а предатель-муж только хмыкнул и спросил елейным голосом:

– Чай с валерианой сразу наливать? Или сначала ромашковый?

Я надулась, фыркнула, бросила в него наговор на икотку, который конечно сразу отскочил и угодил в моего фамильяра. Тот обиделся, повернулся ко мне хвостом, но не ушел, потому что троллина подала к чаю бутерброды с красной рыбкой. Так и я – пообижалась, но чашку из рук супруга приняла, и даже закуски оценила.

Чай оказался обычным – черным, с парой ягодок толокнянки. «Хороший сбор, мужскую силу повышает, и женскую прелесть тоже!» – подумала я и чуть не облилась. Значит, наша кухарка тоже считает, что мы с Сандером ругаемся в мастерской? Да не ругаемся мы! Просто выясняем некоторые детали заказов! Ну сломали пару раз верстак или стул, с кем не бывает?

Я снова обиженно фыркнула и заслужила внимательный взгляд мужа. А он и впрямь хорош, когда стоит вот так, прислонившись к верстаку, пьет чай и демонстрирует мне крепкие смуглые запястья в закатанных рукавах рубашки. Еще шею под расстегнутым воротничком. И широкие плечи, обтянутые полотном рубашки… А как ему идет этот плотный жилет!

Так! Я поставила чашку, вздохнула, прогоняя мысли о том, что на верстаке вполне удобно заняться любовью, а вон та кушетка в углу видела уже немало наших спонтанных «споров». Сейчас важно рассказать о новом заказе! А вот потом…

Я сумела коротко изложить историю странного заказчика, а потом выложила на верстак рисунок. Сандер сначала небрежно мазнул по нему взглядом, а потом взял в руки и не выпускал, озадаченно разглядывая. Я все строила предположения, кто может быть этой самой ведьмой, а муж молчал, уставившись в одну точку. Наконец я это заметила и обеспокоенно подскочила к нему:

– Сандер, что?

– Я только вчера получил эту пряжку от ювелира, – спокойным тоном ответил мне супруг.

– Так это же хорошо, – непонимающе ответила я, – сумеешь раньше выполнить заказ.

– Рикарда, – голос мага стал строже, а я вздрогнула – так он называл меня нечасто, – я заказал ее для шляпы Корделии, как шутку. Изделие семьи Деллакруз!

Я схватилась ледяными руками за горячие от стыда щеки:

– Ты хочешь сказать, что…

– На этом странном портрете наша дочь. Потому что второй такой пряжки нет, и не будет. Мастер вплавил в серебро мою и твою кровь. А еще серьги! Неужели ты не узнала? Это же украшения моей матери! Она подарила их Делле на первый день рождения!

Я только вздохнула. Свекровь действительно подарила внучке серьги с бриллиантами. На годик. Я постаралась спрятать эти старинные «жирандоли» с массивными сверкающими подвесками, как можно дальше, вот и не узнала их.

– Что будем делать? – спросила я. – Аванс взят, но сроки не оговорены. Меня просили написать записку, по готовности, вот адрес.

Сандер взглянул на карточку и отбросил ее от себя, как ядовитую змею.

– Что? – я снова подскочила.

– Улица Семи Шутов, знаешь где это?

– Не представляю, – я не чувствовала за собой вины. Столица огромна.

– Это ровно на задворках королевского дворца. Лет пятьсот назад там располагалось старое кладбище, которое началось с захоронения королевских шутов. Сейчас его превратили в парк, вокруг которого стоят домики очень непростых людей.

– Аристократы? – фыркнула я с показной беззаботностью.

– Хуже, – ледяным тоном остановил мое веселье Сандер, – верные слуги Короны. На этой улице живут королевские секретари.

Мы помолчали. В голове было пусто и странно. Наша дочь будет ведьмой в этакой вот шляпе? Только как она ее получит, если незнакомец заказал ее сейчас? Шляпу ведьма изготавливает во время учебы, либо получает на совершеннолетие.

Может и раньше получить, если выйдет замуж с полным магическим обрядом – сейчас на такое мало кто решается. Даже я колебалась, прежде чем согласилась на «полный магический брак» объединяющий супругов на всех доступных этому миру уровнях.

Сандер молчал иначе – крутил в руках рисунок, заглядывая в сундучок с ингредиентами. Потом отложил бумагу, потер переносицу и сказал:

– У меня не хватает только шелкового фетра, но как раз завтра придет купец, который пообещал привезти из Каамы невиданную редкость. Думаю, ты догадываешься, какую.

– Значит, шляпе быть, – расстроено проговорила я.

– Я ее сделаю, – подумав, решил Сандер. – Возможно, эту шляпу рисовала провидица, или ведун. Но пока я буду ее делать, ты должна узнать все, что можно о заказчике. Наша дочь не должна стать несчастной.

– Несчастной? – Делла на рисунке явно улыбалась.

– Ей тут не больше восемнадцати, а шляпу получают в двадцать один или делают во время учебы, – напомнил супруг.

Я стукнула себя по лбу. Получается наша крошка выйдет замуж прямо со школьной скамьи? Радость светской маменьки и кошмар любой ведьмы!

– Я сделаю все, что смогу, и даже больше! – заверила я мужа, а сама подумала, что будущему зятю не поздоровится, если он хотя бы попытается обидеть мою девочку!

Остаток дня я провела за прилавком. Только теперь я не стремилась быстро принять заказ и отправить ведьм восвояси! Нет, я предлагала чай и печенье, заводила длинный разговор о магических происшествиях и слушала. Новости, сплетни, слухи… Все потом коротко записывала в блокнот и перечитывала, стараясь понять, что же такое происходит в столице?

Утром я продолжила расспросы. Перебирать пустяки и тайны пришлось долго. Уже и смущенная ведьма вернулась к работе, и Сандер хмурясь, начал делать шляпу из роскошного шелкового фетра небывалого сливочного цвета, а я все не могла отыскать заказчика. Увы.

Идею мне подала тетушка Штрубе, заглянувшая на чашку чая. Она неспешно выбрала на полках кое-какие травы и амулеты, похвалила ассортимент, и наконец, уселась в кресло, ворча на свои старые кости. В неспешной беседе старушка упомянула ежегодник, который выпускает столичная школа магии:

– Внучка моя, Мирабель, так расстроилась! Ее портрет в ежегодном сборнике магов и ведьм получился просто ужасным!

Старушка еще щебетала про свою внучку, а меня осенило! Библиотека школы магии! В ней хранятся все ежегодники за много-много лет. Выпроводив разговорчивую соседку, я заглянула в мастерскую, предупредила Сандера, что ухожу. Мой любимый маг как раз сплетал кору ивы в замысловатую косичку, поэтому лишь кивнул и бросил в меня резным «путевичком». Я послала ему воздушный поцелуй, схватила амулет и убежала.

На улице было хорошо – яркое солнце ласкало старые камни ведьминой улицы. Я глубоко вдохнула воздух, улыбнулась и двинулась к стоянке фиакров.

Дорога оказалась приятной – давно я не выбиралась за пределы нашего квартала. С интересом разглядывала прохожих, свежеокрашенные дома и нарядные клумбы. Все же наша столица красивый город и королевская семья много делает для того, чтобы жить в нем было удобно и приятно.

Когда под колеса бросилась крупная рыжая собака, я подпрыгнула на сидении и вынырнула из грез. Кучер выругался и остановился. В переулке за углом раздавались крики, шум. Похоже, ловцы гнались за псом и готовы были вот-вот схватить его. Решение пришло мгновенно – я ухватилась руками за рыжую шерсть и втянула в экипаж и прикрикнула на кучера:

– Гони!

К удивлению, он сразу послушался, и мы уехали, оставляя шум и крики за спиной. Пес спокойно лежал на полу коляски, а я размышляла, что теперь делать? В Школу с животным-не фамильяром не пустят, оставить с кучером? Дорого. И я буду спешить, могу пропустить что-то важное. Может попросить дежурного студента присмотреть за псом?

Проблема решилась сама собой. Едва фиакр остановился, рыжий тихонько гавкнул, спрыгнул на землю и пропал в кустах, окружающих ограду Школы. Я пожала плечами и двинулась к воротам альма-матер.

Глава 6

Я всегда любила запах книг. Особенно тех, старинных, в которых пергаментные листы сжимали деревянные резные крышки. Библиотекарь ведьминского отдела мистрис Уортерби приветствовала меня поднятием руки и кивком. В ответ мягко замигал «ведьмин огонек» на одном из рабочих столов. Я вежливо поклонилась в ответ и заняла предложенное место. На столике лежали кусочек вечного пергамента и самописное перо. Задумавшись, я вспомнила внешность мага, зашедшего в лавку, прикинула его возраст и написала:

– Ежегодники Школы за … и вписала дату за сто пятьдесят лет до собственного выпуска.

Брови мистрис Уотерби изогнулись элегантной дугой, и больше опытная ведьма ничем не показала своего изумления. Стопка пыльных журналов спланировала на мой стол, я вынула блокнот и карандаш, и принялась за работу.

К исходу второго часа в глазах рябило от физиономий магов и ведьм, окончивших Школу еще до моего рождения. Некоторые «встречи» были забавными. Не думала, что верховная ведьма в юности была такой тощей, а у декана Школы были такие смешные усики.

Я уже собиралась отложить журналы, решила, что ошиблась с возрастом, но со страницы на меня взглянули знакомые цепкие глаза. Магистр Ванимар. Любопытно! Под довольно схематичным изображением магистра было перечисление его увлечений и направлений магии: защитная, погодная, целительская. Хм, а предсказаний или пророчеств тут нет! Откуда же у «заказчика» портрет?

Призадумавшись, я нацарапала на вечном пергаменте заказ на ежегодный список назначений и королевских наград за последний десяток лет. Имя я знаю, так что витки карьеры странного магистра отслежу, а заодно узнаю, насколько он близок королевской семье.

Еще одна стопка пыльных бумаг хлопнулась на стол, и я поняла, что мне нужен перерыв! Маленький успех обрадовал, но впереди еще столько! Срочно нужен кофе и кусок мяса! Ведьме, конечно, полагался травяной чай и булочка с вареньем, но я сладкое не любила, а на традиции плевала, поэтому накрыла стол пологом, поставила сигналку для библиотекаря и спустилась в студенческую столовую.

Знакомая атмосфера захлестнула в один миг! Запах еды, треск разряженных за секунду до взрыва заклинаний, густой туман от зелий, скопившийся в углу возле чахлой пальмы и скелет-официант радостно улыбнувшийся мне во все уцелевшие зубы.

– Жак! – я радостно улыбнулась ему в ответ, – мне кофе, стейк и лепешку с сыром!

– Сию секунду, местресс! – скелетон погромыхивая костями умчался на кухню, а я огляделась по сторонам.

Огромная школьная столовая была самым популярным местом на территории. Тут можно было сидеть, хоть круглые сутки, заказывая чай и булочку по своему студенческому жетону. Можно было читать конспекты, обсуждать лекции, готовиться к семинарам или упорно тренировать неудачный пасс.

Здесь никогда не бывает тихо и пусто, даже в каникулы столовая полна народа – преподаватели, практиканты, аспиранты, или такие вот посетители, как я, вспомнившие об альма матер в минуту нужды. Пока я крутила головой на меня успели налететь, припечатать парочкой заклятий, узнать, не узнать и проклясть на всякий случай. Пришлось вспомнить, что я практикующая ведьма, вернуть проклятия, снять заклятия и стукнуть по шее того нахала, который вознамерился спеть дифирамбы моим ногам прямо под столом!

Защитив свое личное пространство, я получила кусок истекающего соком мяса, и на короткое время выпала из жизни, наслаждаясь едой. Уж о чем наш хозяйственник-дворф заботился в первую очередь, так это о питании.

Насытившись, я отпила кофе, и прислушалась к разговорам. Обсуждали практику в дальних уголках королевства. Согдис не упоминали совсем! А ведь в мое время это была главная страшилка для старшекурсников! Похоже, Ее Величество испортила студентам ссылку! Ведьмы жаловались, что из списка ингредиентов в лавках пропали клыки и когти оборотней – прежде блохастики охотно сдавали молочные зубы и сломанные когти, получая за них неплохую мзду. Теперь все они покинули столицу после облав, а кое-кто уехал за пределы королевства.

Я призадумалась – мы с мужем почти не использовали оборотнические заклинания и соответственно не пользовались клыками и когтями. Хотя коробочка с ними у меня была. Случился однажды заказ для мага-оборотня, не поленившегося развить не только животную ипостась, но и человеческий разум. Ему для фокусировки нужен был клык, и он принес мне целую шкатулку зубов, а еще клок шерсти, пару когтей и мензурку слюны. Интуиция подсказала мне, что все эти сокровища мне скоро понадобятся. Слишком заметна связь между ловцами собак, отъездом королевы и пропажей оборотней из столицы.

Остальные сплетни для меня были малоинформативными – кто на кого посмотрел, кто кому дал списать, «ах, магистр Ирнор такой душка»! «Ха, местресс Вианн велела зайти после зачета»! Наивный молодняк еще не знал, что Ирнор инкуб, питающийся эмоциями, а Вианн, старая перечница, которая выжмет из пацана все соки, но заставит перспективного студента сдать рунную магию на «отлично»! Усмехнувшись, я отодвинула поднос, оставила на нем монету и поспешила назад, в библиотеку. Посиделки в столовой напомнили мне, что врага надо знать в лицо!

Информации о магистре Ванимаре было немного. Судя по документам, он давно служит Короне, регулярно получает мелкие поощрения, и занимается обычной архивной работой. Ну-ну. Тот тип, что приходил в лавку не выглядел скромным книжным червем. О, нет! Его сила обжигала холодом. Если бы муж и сын не были магами, я бы может и не заметила давления его ауры, но глаз у меня наметан!

Да и не дали бы простому архивариусу столь необычное задание. Не доверили бы результат предсказания. Я сердито взглянула на портрет магистра и погрозила кулаком: чтобы не смел старый хрыч чинить обиды моей девочке! Неоформленное материнское проклятие само собой вспорхнуло и устремилось к окну. Дезактивировала я его почти в прыжке, чем и привлекла внимание мистрис Уотерби.

– Рикарда, дорогая, кому это ты пожелала счастливых долгих лет? – язвительно спросила она, направляя любопытный взгляд на мой стол. Ежегодник, увы, был открыт как раз на странице с портретом. – Ах, душка Винни! Пожилая библиотекарша расцвела и тут же нахмурилась: – ты что хотела прикончить лучшего магистра выпуска семь тысяч шестого года?

– Нет, мистрис, – устало заверила я, – просто вспомнила неприятного заказчика, который делал намеки о моей дочери.

– А, случается, – Уотерби пристально на меня посмотрела, но я сказала чистую правду, так что подозрительной ведьме пришлось поверить. – Так чем тебя заинтересовал магистр Ванимар?

– Он сделал сложный заказ моему супругу (вновь ответила я чистую правду, шляпы же делает Сандер), вот и собираю информацию о клиенте.

– А почему Сандер сам не пришел? – все еще недоверчиво уточнила ведьма.

– У маленького Дориана режутся клыки, – вздохнула я, снова сказав чистую правду.

Дети-маги не всегда адекватно реагируют на боль, поэтому рядом с ними всегда должен быть взрослый маг или ведьма. Папе пришлось меня нести к болотной ведьме, когда зубки резались, почти полгода туда-сюда носил. С другой стороны – пожар в столярной мастерской, или иссушение сразу всех колодцев обошлись бы деревне куда дороже, чем усталость одного столяра и одной ведьмы.

Уотерби понимающе покивала, но взгляд ее пристальности не потерял. Похоже, в ближайшее время она сообщит магистру о моем интересе. А тот вспомнит про клятву именем Короны, и запретит мне выяснять обстоятельства заказа. Значит… нужно поторопиться!

Выписав на лист краткую информацию по «архивариусу», я вернула ежегодники, поблагодарила мистрис за помощь и двинулась прочь из Школы.

На пути к воротам я по рассеянности столкнулась с парочкой спорящих аспирантов, затем обошла стайку студенток, обсуждающих любовные зелья, и заслушавшись новым способом обработки листьев любистока врезалась в мальчишку лет шестнадцати, обряженного в слишком просторную мантию.

– Извини! – сразу повинилась я, понимая, что сама виновата.

Он что-то неразборчиво буркнул себе под нос и убежал в сторону парка. Только сделав несколько шагов к стоянке фиакров, я поняла, что у меня в руке остался клочок бумаги! Дернувшись, я сделала вид, что камушек попал мне в открытые туфли, пользуясь шириной юбки, перепрятала странную «добычу» в карман.

Открывать записку в дороге я не решилась. Еще в школьные времена многие маги наловчились подвешивать «ухо», «глаз» или даже «нос» к любой поверхности. Ведьмы действовали иначе – подкидывали амулеты, травки, подсылали фамиьяров. Если я хочу сохранить тайну, лучше добраться до дома. Наши мастерские защищены получше Школы, да и Сандер не даст мне запаниковать, что бы в записке не обнаружилось.

Так что я легкомысленно крутя головой добралась до дома, да еще и в лавку за сладостями зашла и поболтала с соседкой. Потом безмятежно улыбаясь, зашла в дом, отдала корзинку с пирожными детям, вымыла руки, погладила маленькую фигурку трехглазого толстячка, и только потом прошла в мастерскую. Самоцветные глаза статуэтки не мигнули, не посветлели, значит, на мне посторонней магии нет!

Сандер стоял у рабочего стола, вытягивая пальцами тончайшую нить паутины. Крупная черная паучиха Анарда недовольно скреблась в своем гнезде, но позволяла разматывать ее труд для изготовления очередной шляпы. Вообще пауки-птицееды в наших краях большая редкость и для недорогих заказов мы пользуемся паутиной обычных домашних пауков, которых специально разводим в сухом углу сарая, но для шляпы Деллы Сандер уговорил ворчливую старушку Анни поделиться черной шелковой паутиной.

Я не стала мешать супругу, просто села за свой верстак и развернула припрятанную записку. Внутри красовалась прелюбопытная и надпись каллиграфическим почерком: «Выполните заказ и не задавайте вопросов! А ниже торопливая приписка карандашом: «предсказательница Велла».

Вот последнюю фразу я сразу поняла. Велла Сонная. Удивительная ведьма с даром пророчества и предсказания. Что бы вы знали – это разные направления магии Ведающих. Пророчества отменить нельзя – сбудутся до последней буквы, а вот предсказание это штука из серии «по какой дорожке пойдешь», их результат зависит от выбора того, кому они даются.

Если рисунок шляпы делала Велла – быть Корделии замужем в восемнадцать. Но вдруг это просто предсказание? И тогда склянка с кислотой вовремя опрокинутая на творение Сандера может все отменить. Так может съездить завтра в квартал Пророчиц?

Результаты дневных трудов я как могла коротко изложила супругу. Он покивал, оценивающе взглянул на свое творение, вздохнул и согласился со мной, что к пророчицам придется съездить. А пока надо поужинать – дети то пирожных наелись, а мы с обеда голодные, да и пахнет с кухни чем-то аппетитным.

Корделия и Дориан предсказуемо отказались от мясной запеканки и салата, зато выпили кувшин ягодного морса и убежали во двор, испытывать очередное изобретение нашего пытливого мальчика. А мы набросились на еду, как два голодных волка и какое-то время в столовой слышался только стук приборов и просьбы передать соль, хлеб и масло для салата.

А вот когда настало время чая и отвоеванных у детей пирожных, Сандер заговорил. Муж у меня на редкость рассудительный и хотя со стороны кажется романтичным мечтателем – подмечать умеет куда лучше, чем я.

– Не нужно спешить, Карди, – сказал он, размешивая ложечку меда в густом травяном настое, – чтобы не сказала тебе предсказательница Велла, наша дочь еще мала и нуждается в нашей защите. Даже если это пророчество, у нас есть семь лет на подготовку.

Я слушала, кивала, пила чай, пробовала нежный крем, и думала. Семь лет для подрастающей ведьмы – это много. Если Сандер прав, мы сумеем что? Мы сумеем подготовить нашу крошку к грядущим испытаниям! Но сначала – улица Пророчиц!

Приняв решение, я успокоилась, с аппетитом доела пирожное, убрала посуду на поднос, а потом игриво куснула Сандера за ухо:

– Господин великий маг желает массаж ног? – тоном восточной джинии пропела я, мягко надавливая мужу на плечи.

О, да! Такому откровенному намеку благоверный противиться не мог, и скоро мы очутились в нашей спальне, плотно притворив дверь.