Kitabı oxu: «Глубокие недра 1. Сладкая тьма»
Copyright © 2025 by Emma Hamm
Cover Design by WizzyLee Hardcover Design by DarkLeafDesigns
© ООО «РОСМЭН», 2026
Посвящается каждой девочке, которой говорили, что она слишком шумная, что ее слишком много, что в ней все чересчур…
Надеюсь, ты найдешь того, с кем тебе будет хорошо со всеми этими твоими «слишком», и не только.
Потому что ты этого заслуживаешь
Глава 1
Майя стояла перед дверью, за которой ее ждала совсем иная жизнь. Сердце грохотало в груди, прерывистое дыхание гулко отдавалось в ушах. Вдох через нос, выдох через рот. Ей казалось, что она вот-вот умрет на этом самом месте.
А ведь именно об этом она и мечтала. Все возможности, что ей выпадали в этой жизни, привели к этому невероятно важному моменту, который никак нельзя испортить. Иначе всей ее карьере придет конец.
Ладно, возможно, она немного сгущала краски, но в самом деле – стать ответственной за цветочное оформление королевской свадьбы? Такой шанс выпадает раз в жизни. У короля был единственный ребенок – его дочь. Ее свадьба должна была стать самым великолепным зрелищем в истории королевства – и если она все сделает правильно, все запомнят имя Майи Фремонт.
Сделав еще один глубокий вдох, она подняла дрожащий кулак и постучала в дверь. Вышло как-то слишком громко. Но это потому, что она стояла в гулком коридоре. Над головой изгибались арки потолков, таких высоких, что казалось, под ними начинали собираться облака. Серый камень, впрочем, был ей хорошо знаком. Сколько таких подданных, как она, смотрели на сияющий мраморный замок и мечтали хоть раз в жизни увидеть его изнутри?
По обе стороны от нее стояли шестнадцать стражников. В их начищенных до блеска серебристых доспехах отражались ее огненные буйные кудри. Она поклясться была готова, что, когда входила в замок, ее волосы были аккуратно причесаны, – но ситуация явно изменилась, пока она поднималась по массивным ступеням.
Майя пригладила рыжие локоны ладонями, тайком поглядывая на свое отражение на груди ближайшего стражника. Тот чуть подвинулся, будто бы разворачиваясь к ней, чтобы ей было удобнее смотреть.
– Спасибо… – начала она, но тут открылась дверь.
По ту сторону стояла статная женщина с суровым лицом и настолько туго зачесанными назад волосами, что кожа на лице натянулась, и черты лица казались острее. Крупный нос крючком напоминал стрелу, нацеленную на все, что приходилось женщине не по душе. Казалось, природа создала его специально, чтобы ей было удобнее смотреть на людей сверху вниз.
– Вы опоздали, – прошипела она, словно вспоров воздух ударом плети.
– Прошу прощения, – ответила Майя. – Мне сказали, меня ждут в полдень.
– Полдень был почти полчаса назад.
Неправда. Майя была очень пунктуальна, пришла почти на час раньше и убедилась, что ничто, даже какие-либо непредвиденные обстоятельства, не лишат ее такого шанса.
Но не могла же она обвинить эту женщину во лжи. Она явно работала с самой принцессой, только полная дура стала бы спорить с кем-то столь влиятельным.
От злости ее щеки раскраснелись лишь сильнее. Так и хотелось возразить, но Майя уже давно научилась молчать, даже когда зло берет. Им нужны были цветы на свадьбу, они наняли ее. Искать кого-то другого было уже поздно. Так что Майя открыла было рот, чтобы оправдаться за свою предположительную нерасторопность, но тут же его захлопнула, потому что женщина напротив отступила в сторону и жестом пригласила ее внутрь.
– Ну же. – Ее голос был недовольным, слова отрывистыми. – Проходите.
Майя повиновалась.
Она до сих пор не понимала, зачем ей вообще встречаться с принцессой. Ладно бы еще с главой прислуги, или кто там ответственный за организацию свадьбы… С чего ей было встречаться с самой принцессой или вообще с кем-либо из королевской семьи?
Но когда она прибыла в замок, первым делом ее отправили вверх по лестнице в эту комнату. Спрашивать, с чего это вдруг, она не собиралась. Тем более что поглазеть на замок изнутри ей тоже было любопытно.
И все равно, как же непривычно было находиться в таком роскошном здании. Цветы у нее забрали при входе на территорию, и она не знала, куда деть свободные руки.
Но все эти странности стоили вида этой комнаты. Весь замок был серым, но покои принцессы сияли белым мрамором. Потолки покрасили синим и изобразили на них настолько реалистичные облака, что их хотелось потрогать. В дальнем углу стояла мягкая пышная кровать с одеялом небесного цвета и белым балдахином.
Одна эта комната, казалось, была больше всего дома Майи. Здесь был шкаф выше ее роста, сидячий уголок с шестью разными стульями, подиум у зеркала, чью идеальную серебряную раму изготавливали, наверное, лет десять. А какой там балкон. Четыре двери, за которыми открывалось все королевство, как детский конструктор на ладони. Так и тянуло разглядывать город. Эти маленькие, аккуратные разноцветные домики с поднимающимися облачками дыма.
Но тут Майя посмотрела вправо и вновь замерла на месте. Потому что рядом с тем самым подиумом стояла самая прекрасная женщина во всем королевстве. По ее плечам и спине волнами спадали золотые локоны, сквозь которые едва заметно проглядывали небольшие острые ушки. На принцессе было белое платье, подпоясанное на безумно тонкой талии. Майя даже подумала, что, пожалуй, могла бы обхватить ее ладонями целиком.
Делать этого она, конечно, не стала бы. У нее под ногтями была земля.
На нее обратились небесно-голубые глаза под стать потолку и миру за перилами балкона. Оказалось, принцесса хороша не только фигурой, но и лицом. Крохотные, пухлые губки бантиком на идеально гладком фарфоровом лице, которое уж точно никогда не краснело. В отличие от лица Майи в этот самый момент.
– Вы прекрасны, – заикаясь, выдавила она, скомкала коричневую юбку платья в пальцах и сделала реверанс.
Принцесса Лелиана рассмеялась. Ее смех был похож на звон крохотных колокольчиков.
– Боже мой, какая ты очаровательная.
Так ее еще никто не называл. Обычно люди забывали, что Майя вообще существует. Она не была очаровательной, она была странной и немного слишком активной в общении. По крайней мере, так говорил ее отец, когда был еще жив. Он вечно настаивал, чтобы она оставалась в другом конце дома, если к ним приходили гости.
Но поправлять принцессу было непозволительно. И потом, после ее слов Майя и правда почувствовала себя самую капельку очаровательной.
Задержавшись в реверансе, пожалуй, слишком долго, она выпрямилась.
– Для меня большая честь заведовать цветами для вашей свадьбы, ваше высочество.
– А, так вот зачем ты здесь. Я-то подумала, ты новая служанка.
Принцесса провела руками по расшитому корсету платья. Шагнув ближе, Майя осознала, что крохотные перламутровые бусины сложены в рисунок. Розы. Сверкающие розы, спадающие с груди на гладкую атласную юбку, покачивающуюся с каждым движением. Все в ней было прекрасно. Яркая представительница эльфийской крови, текущей в жилах всей королевской семьи. Если верить слухам, почти полукровка.
Майе надо было срочно вспомнить, где она находится. И прекратить таращиться на принцессу как полная идиотка.
Но сложно было находиться в присутствии полуэльфийки, когда в ней самой эльфийской крови было совсем чуточку. Это как перед самим солнцем стоять.
– Надеюсь, цветы пришлись вам по душе. Для меня честь участвовать в первой королевской свадьбе за много лет. – Майя прокашлялась, стараясь не смотреть на пышную и удивительно высоко поднятую грудь принцессы. И как ей было не больно?
Принцесса отошла к подиуму, взошла на него и окинула взглядом свое отражение.
– Королевская свадьба, которая свяжет меня с чудовищем. Вот это будет зрелище.
В ее словах была слышна горечь, и в груди Майи тут же вспыхнуло сочувствие.
– Вы не… простите. «Чудовищем»?
– А ты не слышала? Мой отец отдает меня троллям. Чтобы заключить мир. Хотя я что-то сомневаюсь, что эти создания способны контролировать свои низшие инстинкты.
Майя почувствовала, как отлила кровь от лица, и ей пришлось ухватиться за ближайший предмет, стул возле трюмо, чтобы не упасть.
– Троллям?
Лично она их, конечно, никогда не видела. Их вообще редко заносило в эти края, но она слышала, будто они подбираются все ближе. Участились нападения на окраинах королевства. Ходили слухи, что тролли роют туннели под землей и вламываются в дома через подвалы. Все боялись этих звероподобных существ.
Они даже оружием толком не пользовались. Предпочитали огромные кулаки – и колотили ими человека по черепу, пока не превращали его в кашу из костей и мозга.
– Но не станет же ваш отец выдавать вас за одного из них… так ведь? – тихо спросила Майя.
За ее спиной в комнату внезапно хлынули служанки.
Шестеро, все в одинаковых черно-белых платьях. Юбки в пол, волосы убраны назад так же туго, как у крючконосой женщины у дверей. Все они выстроились вдоль стены, ожидая приказов принцессы Лелианы.
– Я принцесса. Я не выбираю, за кого мне выйти. – Когда она бросила взгляд через плечо на Майю, в ее лице промелькнуло что-то расчетливое. – А ты можешь выбирать… Прости, как тебя звать?
– Майя, ваше высочество. – Было так странно, что принцессу вообще заинтересовало ее имя, что Майя чуть не забыла ответить на первый вопрос. Переступив с ноги на ногу и прочистив горло, она попыталась подобрать правильные слова. – Я не могу выйти замуж.
– Не можешь? Какая странная формулировка.
– Мой отец… – Ей вообще не стоило об этом говорить, но слова полились сами собой. – Когда отец умер, я была единственной наследницей. Если я хочу сохранить его дело, а я очень этого хочу, то мне нельзя замуж. Иначе все мое наследство перейдет мужу, и мало кто захочет сохранить все это, а не продать.
Дело отца под конец толком ему и не принадлежало. Майя выращивала цветы, доводила их до совершенства, вовремя их срезала, собирала идеальные букеты. Да, было непросто. Мало у кого были лишние деньги на цветы. Но богачи нередко платили ее отцу, только бы их дома выглядели впечатляюще во время приемов.
А потом он умер. И мало кто из богачей хотел платить женщине, пусть товар и не изменился ни капли.
Принцесса повернулась к Майе. Она и так была безупречна, но служанки подбежали и стали крепить еще один слой ткани у нее на спине, вплетая ее в пряди волос под вуалью. Шею ее они украсили драгоценными камнями, а пальцы кольцами. Но принцесса смотрела только на Майю.
– Подойди, – мелодичным голосом тихо произнесла принцесса.
В воздухе словно похолодало. В груди у Майи начал расползаться холод, становясь с каждой секундой все болезненнее. Нужно было двигаться, пусть Майе и не хотелось. Словно во сне, она подошла ближе и взяла протянутую к ней руку с украшениями.
В некоем ступоре она смотрела, как принцесса переворачивает ее руку, смотрит на мозоли на ладони, на грязь под ногтями, а затем… нежно целует ее пальцы.
– Мы с тобой одинаковые. Застряли в жизни, которую не выбирали. Не знаем, кто будет нашими мужьями, хотим ли мы вообще замуж. Я чувствую близость к тебе.
– Близость, ваше высочество?
– Ты ведь тоже одинока, разве нет?
Майю словно ножом в сердце ударили. Да, она была права. Мама Майи умерла еще в ее детстве, отца не стало в прошлом году. Было тяжело. Всю жизнь Майя работала на отца, порой доводя себя до измождения. Даже в лучшие годы у нее не было времени искать друзей или ухажеров.
Но вот в одиночество принцессы верилось с трудом.
Видимо, эти мысли отразились у нее на лице, потому что принцесса печально улыбнулась.
– Вокруг может быть столько людей, и никто из них не будет близок тебе по-настоящему.
Майю снова пронзило ледяным уколом. Да что это такое? Магия? Словно внутри ее тела нарастала какая-то энергия.
Пожалуй, в этих словах был смысл. С трудом сглотнув, Майя попыталась забрать руку, но хватка принцессы стала лишь сильнее.
– Ваше высочество? – спросила она, пытаясь не выглядеть очень уж испуганно при остальных присутствующих. – Вы в порядке?
– Все хорошо, – сказала принцесса, но выглядела она неважно. – Я редко встречаю кого-то столь похожего на меня. Майя, я хочу, чтобы ты была подругой невесты.
Она… что?
– Прошу прощения? – переспросила Майя, уверенная, что ослышалась.
– Я думаю, ты будешь прекрасно смотреться рядом со мной. Мне нужен кто-то, кто не испугается, когда тролли войдут в зал. У тебя стальная выдержка, и в делах ты, очевидно, сообразительна.
Но с чего вдруг она понадобилась принцессе? Они ни разу до этого не встречались, да даже если бы они знали друг друга годами, все это не было так просто. Майя даже отдаленно не напоминала знатную девушку. Ни в малейшей степени.
– Не думаю…
Принцесса щелкнула пальцами, и служанки отхлынули от нее. Как было странно за ними наблюдать. Все их движения были синхронны, словно отрепетированы.
– Подберите для мисс Майи платье высочайшего качества. Она будет стоять рядом со мной, когда дикари войдут на территорию замка, и она будет первой, кого они увидят. Никто не станет сомневаться, что она бесстрашна, как бесстрашна я сама. – На ее лицо вернулась улыбка, идеальная, словно высеченная из камня. – И только она пойдет со мной к алтарю.
– Но я не хочу…
– Возражения не принимаются, – перебила ее принцесса. Яркие голубые глаза стали стальными, словно она не привыкла слышать слово «нет». – Или мне стоит попросить отца заставить тебя силой?
Ну нет, только внимания самого короля ей не хватало. Он по всей своей земле славился железной хваткой и безжалостными расправами. Ходило множество историй о ремесленниках, которые не вернулись из дворца – потому что их товар не оправдал его ожиданий.
– Не нужно, – прошептала Майя. – Почту за честь стоять рядом с вами в день вашей свадьбы.
Принцесса чуть расслабилась. Она вытянула руки и дождалась, пока служанки подхватят ее под локти и помогут развернуться обратно к зеркалу.
– Хорошо. Я абсолютно уверена, что никак не справлюсь без тебя.
Провожаемая этими странными словами, Майя вышла вслед за двумя служанками и направилась в гардеробную.
И без того необычный день, похоже, становился с каждым часом все более странным.
Глава 2
Сбрызнув лицо водой, Рагнар попытался привести в порядок мысли. Те отказывались успокаиваться вот уже два месяца. Сотни мыслей, тысячи, голоса, кричащие на него снова и снова.
Что он согласился на нечто неправильное.
Нет, даже не «неправильное», а попросту отвратительное. Да, он выбрал пойти по пути чести, помочь своему народу, чего бы ему это ни стоило. Но жениться на человеке?
Вот это было сложно переварить. Не покидало подозрение, что он пройдет к проклятому алтарю и его вырвет прямо ей на ноги. Не от страха, а от осознания, что он женится на одной из них. Люди никогда его не привлекали. А теперь ему предстояло быть навеки повязанным с одной из них. И не просто браком и бытом, но от них будут ждать потомства, а это значит…
Подавив очередной рвотный позыв, он встряхнул головой и оперся о край кожаной ванны. Он справится. Король приказал ему установить эту связь, пусть она и будет фальшивой.
Человеческий король, Джеймс, попросил о перемирии. Король троллей, Эгил, рассмеялся и ответил, что мир будет построен только на эльфийской крови. Так и подписали. Король Джеймс сам предложил им свою дочь. Женщину наполовину эльфийских кровей. Ее кровь была чиста, куда чище крови Рагнара, тут уж сомневаться не приходилось.
Его народу нужна была эта кровь. Они устали от низших инстинктов, одолевающих тех, кто соткан из грязи и шерсти. Много лет они копили в себе эльфийскую кровь. Магия в их венах была сильнее, чем у большинства людей, но и ее было недостаточно.
Впрочем, король троллей не собирался жертвовать ради этого перемирия собственным сыном. Нет. Принца смертной женщине было не заполучить.
Вот тут-то и пригодился Рагнар.
Вход в его палатку приоткрылся, едва слышно прошуршав мягкой кожей, и внутрь вошел еще один огромный тролль. Его брат, Гуннар, был точной копией их отца. Широкие плечи, темно-зеленая кожа, большие бивни, изгибающиеся почти до самых скул. Плоские черты лица делали его невероятно привлекательным для женщин их народа, а светлые полосы на теле – еще более необычным.
У них с братом был одинаковый узор. Он позволял им сливаться с листвой, когда они шли через березовые леса их родной горы. Но Рагнару не повезло заполучить тот же насыщенный зеленый цвет кожи. Он пошел в мать, и между татуировками на груди и руках сверкали оттенки сливы и ежевики.
– Видок такой, словно тебя на казнь посылают, а не на свадьбу, – со смехом заметил брат и с такой силой хлопнул Рагнара по плечу, что тот врезался в ванну и чуть не опрокинул ее. – Аккуратнее, а то твоей женушке еще покажется, что ее муж недостаточно силен.
От одной только мысли о ней на языке опять появился вкус желчи.
Рагнар простонал:
– Ты же знаешь, меня совершенно не привлекают люди.
– Да-да, ты всегда считал их отвратительными. Напомни – почему?
– Потому, что они слабы. У них кожа слишком бледная. Ни когтей, ни клыков, ни одного достоинства. Одни только…
Гуннар перебил его, потому что слышал эту речь уже не раз:
– Дохлые кожаные мешки, которые давно пора истребить до границы миров?
– Да! – рявкнул Рагнар. – Именно так, и сил у меня никаких нет их терпеть. Я прекрасно понимаю, почему король не хочет женить на одной из них сына, уж поверь, но почему именно я?
– Потому что ты лучший из нас.
Лучший из них.
Сколько раз он уже это слышал. Да, в этом был некий смысл. Он был крупнее многих. Они с братом оба казались внушительными чудовищами даже среди своих. У него была широкая грудь, аккуратная талия, впечатляющие, но не слишком огромные бивни. Их мать была почти на четверть эльфийкой, так что они с Гуннаром оба отличались способностью к сильной магии. Да любая была бы рада стать его женой.
Рагнар тронул несколько сережек в ухе и потянул за те, что заготовил для будущей избранницы. У каждой из них было свое значение, но кольца на самых кончиках острых ушей значили, что в нем было полно эльфийской крови, которую он передаст детям. Другие пирсинги тоже были. И много.
И столько из них он сделал ради нее. Будущей жены, о которой мечтал всю жизнь. И которая теперь станет его сущим кошмаром.
Вздохнув, он покачал головой:
– Я не лучший. Если критерий был бы таким, им бы стоило выбрать тебя.
Гуннар широко улыбнулся – огромные бивни ему почти не мешали.
– А, ну да. Но мне еще не пришло время жениться.
Одна и та же отговорка, одна и та же причина. Те, кому было суждено вскоре жениться, появлялись в дыму и миражах чтецов будущего. Вот и сейчас ему полагалось идти к их Чтице Костей. Чтобы провидица сказала ему, что и правда пришла пора встретить свою вечную пару. Подтвердила то, что он и так знал, потому что уже слышал это от королевского Чтеца Дыма.
Вздохнув, он провел рукой по голове, ощупывая свежевыбритые виски, уже начинающие колоться свежей щетиной.
– Голову ради нее побрил. Ради этой женщины, которую совершенно не хочу себе в жены.
– И тем не менее выглядишь как настоящий жених. – Гуннар открыл вход в палатку, впуская луч света. – Пойдем, брат. Уже утро. А Чтица Костей жаждет вернуться домой.
– Она-то хоть сможет спокойно пойти домой, – пробормотал он и вслед за братом вышел на солнечный свет.
Ему пришлось вскинуть руку и прикрыть глаза, прежде чем те привыкли к ослепительно-белым лучам. Тролли редко выходили на свет. У многих из них до сих пор сохранились узкие кошачьи зрачки или огромные совиные глаза. Лучше всего они видели в сумерках, а не в яркий полдень вроде этого.
Пробурчав что-то себе под нос, он стал пробираться через толпу своих сородичей. Мужчины, женщины, все мощные тролли стеной стояли между ним и его судьбой. Проталкиваясь между мускулистыми телами, он слышал звон пирсингов и скрип зубов. То тут, то там из массы разноцветных тел сверкали клыки и бивни, сопровождая его на пути к центру их палаточного круга. Там сидела она.
Чтица Костей.
Скрестив ноги под собой, она покачивалась из стороны в сторону. Темные волосы были убраны в дреды и скручены на голове в изящных узорах. В пряди были вплетены кости. Останки существ, к которым она обращалась, чтобы увидеть будущее. Ее глаза давно заволокло белым, а бледно-фиолетовая кожа была так плотно забита татуировками, что ее изначальный цвет было сложно разглядеть.
Она сидела на коврике, который кто-то постелил для нее, и тихо мычала себе под нос. Остальные тролли затихли, когда брат вытолкнул Рагнара в центр. Все смотрели на него, ожидая подтверждения будущей пары.
Живот опять скрутило. Он не хотел, чтобы приходило его время. Рагнар всегда молился, чтобы ему досталась жена с такими чертами, которые он находил красивыми. Округлые мышцы рук. Бивни, может, чуть поменьше, чем у него, но такие, чтобы они соприкасались ими во время поцелуев. Светло-голубая кожа, как небо перед прибытием облаков. И угольно-черные волосы, как в потухшем костре.
И теперь ему предстояло застрять на всю жизнь с женой, у которой не будет ничего из этого.
Чтица Костей вытянула ладонь, полную маленьких косточек. Некоторые из них были кроличьими, это он помнил, а другие, возможно, ребрышками змеи. Все они бряцали, когда она встряхивала их в ладони.
– Рагнар, семя Фрода, сын Ингвильд. Ты стоишь передо мной в поисках жены.
Нет.
Нет, никого он не искал.
Не хотел он никакой жены, если это будет вот так. Ему нужна была женщина, которая возжелает его. Которая сможет видеть красоту в их общем мире. Жену, которая не будет ненавидеть весь его народ, – а человек точно будет.
Но кости никогда не врали. Теперь они уже дрожали в ее пальцах сами по себе, излучая магию, которая щупальцами обернулась вокруг его тела и заставила сделать шаг вперед. Потом еще один. Пока наконец он не оказался точно перед Чтицей.
Он взглянул в ее белые глаза, чувствуя, как ледяные осколки чужой силы пронзают его насквозь. Он подумал о той жене, которую хотел. О ее храбрости перед лицом любой опасности. О доброте в ее сердце, о том, как она смотрит на всех троллей с любовью, а не осуждением. Но больше всего он думал о жене, которая любит его, искренне и абсолютно.
Ледяная магия пульсировала в его теле, уронив его на колени перед Чтицей. Теперь их глаза были на одном уровне, и он видел силу в ее взгляде. Она сверкала во всем ее теле, заставляя вены светиться странной тьмой, сетью раскинувшейся под кожей. Она была сильна. Интересно, как они вообще уговорили такую сильную предсказательницу рискнуть жизнью и прийти так близко к человеческому поселению.
Чтица Костей провела пальцами у него за ушами. Они были не так длинны, как у нее, но их кончики были остры.
– Хорошая родословная, – тихо сказала она. – Унаследовал от матери.
– У отца было меньше эльфийской крови, чем у нее.
– И ты пойдешь по стопам отца. Того, кто видит только лучшее в своих детях, как бы они ни выглядели. У тебя доброе сердце, Рагнар, но я боюсь, ты слишком недальновиден.
Вот этой второй части он не понял. Хотя и первой тоже. Принцесса вроде как была эльфийкой даже больше, чем наполовину, а значит, их дети будут и того сильнее.
– Король нам соврал? – спросил он, не подумав.
Она не ответила, потому что пришла сюда не за этим. Кости вырвались из ее ладони на свободу, бряцая друг о друга и раскатываясь по земле узором, ничего не значащим для него, но прекрасно понятным Чтице.
Она согнулась и всмотрелась в них. Что-то пробормотала, подтолкнула пару костей, словно они ее не устраивали. Наконец выпрямилась и села на пятки.
Он видел разочарование у нее в глазах. Его ответ на всю эту ситуацию тоже не устраивал, но ему даже захотелось успокоить ее: мол, он и сам знает. Ему было суждено страдать с нежеланной женой. Их жизнь будет несчастна, а сам он отринет все свои мечты о будущем, все только потому, что король выбрал его подходящим для этого дела.
Но Чтица молча подозвала мужчину рядом с ними, и тот поднес ей миску белой краски.
– Жена – это ответственность. Она прорастает в твоей душе, как корни дерева.
Чтица Костей окунула ладонь в краску и прижала ее поверх его бешено колотящегося сердца. Он толком ничего больше и не слышал. Грохот в его груди почти заглушил ее дальнейшие слова.
– Я открываю твое сердце той, что войдет в твою жизнь. Ты обязан заботиться о своей жене. Следи, чтобы она была в безопасности, счастлива и чтобы все ее потребности были важнее других. Даже твоих собственных.
Он слышал, как согласно бормочет толпа. Для них создание повязанной пары было священным событием. Они были повязаны душой, разумом и телом. Из такого союза нет иного пути, кроме смерти, сколько ни умоляй богов избавить тебя от страданий.
Чтица Костей окунула в краску на этот раз уже обе ладони, и когда он поймал ее взгляд, тот был мрачен.
– Слишком много лет сражений и ненависти ослепили тебя, Рагнар. Твоя жена ждет тебя в стенах того города. Ты придешь на свадьбу с закрытым сердцем, потому что оно не готово мириться с тем, что ты видишь. Но боги сказали свое. Боги послали ее тебе. Сделаю, что смогу, чтобы открыть тебе глаза.
Она протянула руки и прижала ладони к его глазам, запуская пальцы в короткие, только вчера обритые волосы. Оставив отпечатки, она снова печально взглянула на него.
За его спиной другие тролли пришли в неистовство, наполняя поляну криком:
– Жена! Жена!
– Охота началась, – сказала Чтица. – Боги сделали для тебя правильный выбор, пусть ты в это и не веришь.
– Я знаю, что вы лжете, – тихо сказал он, поднимаясь на ноги и нависая над ней. – Нам обоим будет сложно пройти этот путь.
– Думаю, ты сделаешь этот путь куда сложнее для нее, чем стоило бы. Знаю, мои слова ничего для тебя не изменят, но, Рагнар, услышь меня. Брак с человеком – это еще не конец света.
– Что-то я не вижу у вас человеческого мужа.
Он развернулся к толпе троллей позади и вскинул кулак вверх. Они все взвыли, топая ногами и речитативом повторяя слово «жена». Сегодня им предстояла охота. Уйти в мир людей и вернуться с его женой.
Им было плевать, что он не хотел жену. Плевать, что не хотел именно эту.
Таков был его путь. Каким бы ни был его конец.
