Kitabı oxu: «Сны света. Глубинная дневная практика осознанных сновидений»

Andrew Holecek

Dreams of Light. The Profound Daytime Practice of Lucid Dreaming

© 2020 Andrew Holecek

© Перевод. О. Турухина, 2021

© ООО ИД «Ганга», 2022. Издание на русском языке, оформление

* * *

Отзывы о «Снах света»

«Сны света» очаровывают тем, что развеивают чары, в плену которых мы обычно находимся, – чары видения вещей не такими, какие они есть, а такими, какие мы есть. Я был в равной степени восхищён удивительным содержанием этой книги и потрясающей ясностью изложения. Это одновременно практичное и волшебное руководство, ведущее нас туда, «куда нам нужно отправиться внутри, чтобы обнаружить иллюзорность мира снаружи».

Джонатан Бриклин, автор книги «Иллюзия воли, „я“ и времени. Невольное руководство по пробуждению от Уильяма Джеймса»

Эндрю Холечек – мастер йог сновидений и практик осознанности. Из его книг я узнал больше, чем из многих других книг по данной теме. Я крайне рекомендую его новую работу «Сны света», а также все его остальные книги.

Роджер Уолш, доктор медицины, PhD, профессор Калифорнийского университета, автор книги «Основания духовности. Семь главных практик для пробуждения сердца и ума»

Это важная и очень прагматичная книга, позволяющая привнести дневные практики в мир осознанных сновидений. Холечек не просто писатель – он эксперт, прошедший по этому пути. Благодаря использованию метафор и ярких примеров мудрость Холечека сияет в его наставлениях, позволяющих читателю последовать по его стопам. Я получил огромное удовольствие от прочтения этой книги.

Джадсон Брюер, доктор медицины, PhD, автор книги «Зависимый мозг. От курения до соцсетей: почему мы заводим вредные привычки и как от них избавиться»

Книга «Сны света» – это глубокое исследование пустотности, иллюзии и ума ясного света. Глубокие познания Эндрю, его поэтичный стиль и сострадательное сердце освещают каждую страницу этой дивной книги. «Сны света» многому вас научат и привнесут осознанность во все аспекты вашей жизни.

Клэр Джонсон, PhD, автор «Полного руководства по осознанным сновидениям»

В «Снах света» Эндрю Холечек очень умело, осознанно и сострадательно учит нас тому, как пробудиться от иллюзорных сновидений наших дневных переживаний, указывая на ту основу открытости и свободы, которой является наша вечная природа. Эта книга – находка для всех, кто хочет углубить свою практику осознанных сновидений или ищет ясный путь к просветлённому восприятию в гуще повседневной жизни.

Цви Иш-Шалом, PhD, автор книги «Опыт кедумах. Изначальная Тора»

Откровения Эндрю Холечека об иллюзорной, подобной сновидению природе повседневной жизни, опирающиеся на глубокую мудрость, общую для науки, религии и философии, потрясут ваш мир. Холечек убедительно демонстрирует, что ничто никогда не бывает таким, каким кажется, и что это знание обладает силой освободить нас. Всем, кто ищет «настоящих себя» в жизни бодрствования или в сновидениях, эта книга даст бесценный набор инструментов для дневных практик, идеально дополняющих ночные техники осознанных сновидений и йоги сновидений, описанные в его предыдущей книге. Холечек не просто учитель осознанных сновидений – духовный путь, который он освещает, меняет всё.

Джеймс Кингсленд, автор книги «Уж не сон ли это? О новой науке сознания и о том, как изменённые состояния перезагружают мозг»

Введение

В своей обычной жизни мы похожи на тех, кто видит сны и верит, что эти сны реальны. Мы думаем, что бодрствуем, но это не так. Мы думаем, что этот занятой ум, наполненный мыслями и эмоциями, и есть мы. Однако когда мы на самом деле пробуждаемся, наше ложное понимание того, кто мы есть, и страдание, вызванное этим заблуждением, исчезает.

Дзогчен Понлоп

Осознанные сновидения и йога сновидений – чудесные практики для психологического и духовного роста. При их полном развитии они представляют собой революцию в высшем образовании – уникальный ночной университет. Вместо того чтобы тратить треть своей жизни, теряясь во тьме неосознанного сна, вы можете включить внутренний ночник, «бодрствовать» большую часть ночи и открыть внутри целый мир. От возможностей быстрой трансформации и бесконечных открытий захватывает дух.

Осознанные сновидения – это радикальное, трансформирующее средство, однако, как и любая продвинутая образовательная программа, они не всегда даются легко. Я много лет путешествую по миру, обучая ночным практикам, и люди с энтузиазмом встречают возможности, ожидающие их каждую ночь. Однако без надлежащей подготовки воодушевление сменяется разочарованием. Надежд так много, но многие надежды не сбываются. Одним людям с трудом удаётся обрести осознанность, а затем поддерживать её. Другие могут иметь завышенные ожидания или быть слишком нетерпеливы. Третьи сталкиваются со страхом или тревогой относительно того, что может поджидать их в темноте. В темноте вы имеете дело с тонкими состояниями сознания, и сила привычки особенно велика во сне и сновидениях. Чтобы поступить в этот внутренний институт высших знаний и не быть отчисленными, требуется моральная поддержка, а также некоторая коррекционная работа. Эта книга призвана предоставить вам эту необходимую основу.

Соединим две метафоры: чтобы получить доставку ночью, вам нужно отправить её днём надёжным транспортом. Вам нужен вездеход, или, в нашем контексте, практика для всех состояний сознания. Это то, что сможет доставить вашу осознанность из сознания бодрствования в глубокую темноту, а затем вернуть вас в состояние бодрствования с горой прозрений, которые вы соберёте за время путешествия. В этом заключается роль дневной практики иллюзорной формы. Она – идеальный вездеход, практика, применимая ко всем состояниям сознания.

Между практикой иллюзорной формы и йогой сновидений (включающей осознанные сновидения) существуют особые отношения. С одной стороны, иллюзорная форма является лучшей подготовкой к йоге сновидений, а также основным средством против множества помех, сопровождающих эту практику. С другой стороны, видение иллюзорности всего является плодом йоги сновидений. Таким образом, практика иллюзорной формы обрамляет йогу сновидений. Она одновременно является идеальной предварительной практикой для йоги сновидений (в этом случае она называется загрязнённой иллюзорной формой) и её окончательным исполнением (в этом случае она называется совершенно чистой иллюзорной формой). Это идеальная практика в духе «притворяйся, пока не получится»¹.

В моей предыдущей книге «Йога сновидений. Наполните свою жизнь светом при помощи осознанных сновидений и тибетских йог сна» (вышла на русском языке в издательстве «Ганга» в 2022 г. – Прим. ред.) представлена последовательность ночных медитаций: осознанные сновидения, йога сновидений, йога сна и йога бардо. «Сны света» содержат более глубокий взгляд в сущность этих практик – на этот раз в более широком контексте дневных практик иллюзорной формы. Поскольку иллюзорная форма – это начало и конец нашего пути, предварительная практика ночных йог сна, а также их плод, – она превращает линейное путешествие в движение по кругу.

Практики иллюзорной формы помогают вам обнаружить, что те небеса, которые вы ищете, – уже здесь, на земле. Мир форм, из которого стремятся сбежать многие искатели духовности, не представляет проблемы. С материальным миром, в котором вы живёте прямо сейчас, всё в порядке. На самом деле в конце пути материальное оказывается духовным. Практика иллюзорной формы доставляет вас обратно, прямо в материальный мир, на этот раз снабдив вас освобождающим видением. Это то же старое место, которое вы покинули, когда начали духовный путь, однако теперь оно видится в осознанном и разоблачающем свете. В данной книге наше путешествие заключается в том, чтобы включить этот свет.

Поскольку практика иллюзорной формы – это хлеб в сэндвиче йоги сновидений, её альфа и омега, её репетиция и последнее представление, она является необходимой практикой. Этот вывод подтверждают классические тексты, называющие йогу сновидений частным случаем иллюзорной формы. Иллюзорная форма является основной практикой, а йога сновидений призвана поддержать её.

Иллюзорную форму может практиковать кто угодно. Это легко. Это отличная новость для тех, кто испытывает трудности с тонкостями йоги сновидений. Выполняя эту дневную практику, вы сделаете те же выводы, к которым ведут её ночные аналоги, а обретя мастерство в практике иллюзорной формы, можете обнаружить, что чаще осознанно сновидите. Таким образом, вы можете реализовать сущность йоги сновидений через практику иллюзорной формы. Итак, если вас занимают практики осознанных сновидений и йоги сновидений, но вы испытываете с ними сложности, практика иллюзорной формы – это то, что вам нужно.

Открытие иллюзорной и подобной сновидению природы реальности – это высший пункт назначения, и этой вершины можно достичь, пройдя как ночным, так и дневным путём².

Улица с двусторонним движением

Все ночные медитации имеют дневные аналоги – практики, в которых ум так же тонок, как и в темноте, и этот ум будет освещён в медитациях на восьми сознаниях, описанных во второй части данной книги. Эти медитации расширяют наш медитативный зрачок днём. Без таких дневных медитаций сложно распознать сознание сновидений и сна. То, чего вы не видели при свете дня, будет сложно узнать ночью. Вы просто пройдёте мимо этих состояний. Однако если вы уделите время знакомству (тибетское слово, обозначающее медитацию, – гом – переводится как «ознакомление») с этими тонкими состояниями сейчас, вы начнёте узнавать их в темноте. То, что поэт Кабир сказал о смерти, также применимо ко сну и сновидениям: «То, что обнаруживается сейчас, обнаруживается тогда». С другой стороны, для нетренированного ума то, что не обнаруживается сейчас, не обнаружится и тогда.

Иллюзорная форма и йога сновидений – дневная и ночная практики – поддерживают друг друга, так что работа с ними обеими создаёт своего рода лестницу между двумя состояниями сознания, которая в конце концов позволяет вам подняться к их фундаментальному единству. Представьте себе лестницу треугольной формы, широкую внизу и сужающуюся кверху. Когда вы начинаете подниматься по этой лестнице, бодрствование и сновидения так же различны, как чёрное и белое, как день и ночь, но чем выше вы поднимаетесь, тем они ближе друг к другу. Эта лестница также является мостом. На её вершине иллюзорная форма и йога сновидений позволяют вам пережить единство осознавания, которое в буддизме называется единым вкусом. В христианской терминологии – всё обретает вкус Бога.

Это может казаться слишком возвышенным состоянием, однако объединение сознания бодрствования и сознания сновидений – одно из определений как осознанных сновидений, так и иллюзорной формы. Иными словами, привнесение сознания бодрствования в состояние сновидения определяет осознанное сновидение, а привнесение состояния осознанного сновидения в состояние бодрствования (а значит, видение повседневных проявлений подобными сновидению) определяет практику иллюзорной формы. Плод обеих практик – это пробуждение к недвойственности или пустой природе обоих состояний.

Практика иллюзорной формы и йога сновидений открывают улицу с двусторонним движением, которая никогда не пустует и по которой в обоих направлениях постоянно мчатся прозрения. Это взаимно обогащающие практики. То, что вы практикуете в медитации иллюзорной формы, усилит то, что вы практикуете в своей работе с йогой сновидений; и наоборот – то, что вы практикуете в йоге сновидений, усилит вашу практику иллюзорной формы.

Легко понять, как наши действия в течение дня влияют на то, что мы переживаем ночью. Например, если днём наши переживания кошмарны, нам, скорее всего, будут сниться кошмары. Сложнее понять то, как наши действия ночью влияют на наши дневные переживания. Мы в определённой степени видим это, когда «встаём не с той ноги» и плохая ночь отбрасывает тень на весь день. Мы также видим это, когда просто не высыпаемся. Однако ночные практики выводят эту незнакомую двунаправленную дорогу на совершенно новый уровень. Они показывают нам, как каждый день вставать с правильной ноги и как хорошая ночь осознанных сновидений может наполнить светом наш день.

С практикой иллюзорной формы мы в течение дня устанавливаем набор всплывающих подсказок, которые обращают на себя внимание нашего бессознательного ума ночью, пробуждая нас к тому факту, что мы в сновидении, то есть, по сути, предупреждая нас об иллюзорной природе ночных переживаний. Ночная осознанность позволяет увидеть, что сновидение – это сновидение. Мы взламываем бессознательные и сверхсекретные серверы, обнаруживая их истинную природу – то, что сновидения не такие плотные и реальные, как мы думаем. Само это прозрение трансформирует неосознанное сновидение в осознанное.

Подобным же образом в ночных медитациях мы устанавливаем набор всплывающих подсказок, которые привлекают наше осознавание в течение дня, предупреждая нас о том факте, что мы по-прежнему сновидим, и пробуждая нас к иллюзорной природе дневной реальности. Дневная осознанность позволяет увидеть, что переживание бодрствования – это тоже своего рода сновидение и что явления не такие плотные и реальные, как мы думаем. Мы взламываем то, что считали полностью сознательным переживанием, и мнимая реальность (того, что мы на самом деле бодрствуем и что формы, с которыми мы сталкиваемся в состоянии бодрствования, действительно существуют) оказывается иллюзией. Такое шокирующее разоблачение ожидает нас на горячих страницах этой книги. Именно это прозрение трансформирует неосознанную жизнь в осознанную.

Области сознания, которые вы взламываете, являются крайне засекреченными и тайными, поскольку эго не хочет, чтобы вы знали правду – то, что на самом деле происходит за сценой или по ту сторону простых видимостей. Эго – архетип неведения – хочет, чтобы вы оставались во тьме и глубоко спали, окутанные миром форм. В этой книге мы попытаемся раскрыть, отпустить и «рассекретить» форму, тем самым разоблачая и рассекречивая тайны эго. Мы перейдём из мира овеществлённой формы в мир иллюзорной (невещественной) формы и покажем, почему этот переход так важен.

Итак, с этими дневными и ночными практиками вы увидите то, что удерживало вас во тьме, а значит, в духовном сне днём и ночью. Для пробуждённых существ, развивших такую непрерывную осознанность, нет настоящего различия между бодрствованием, сном, сновидениями и даже смертью. Христианский теолог Барбара Браун Тейлор пишет:

Когда солнце заходит и более медленные, тихие и осязаемые ритмы ночи открывают двери, закрытые в течение дня, приходит очередь других событий. Без сомнения, за этими дверями скрываются пугающие вещи, но за ними есть и много чудесного. В конце концов с некоторой практикой мы узнаем, что все эти двери ведут в одну и ту же комнату… Для Бога темнота не темна, а ночь светла, как день³.

Правильное воззрение

Буддизм подчёркивает важность правильного воззрения – первого фактора Восьмеричного благородного пути⁴. Тот факт, что воззрение – это первый из восьми факторов, указывает на его важность. Без правильного воззрения сложно понять, куда мы идём, не говоря уже о том, как туда добраться. В традиционном контексте правильным воззрением называется философия, система взглядов или школа мысли – например, когда мы спрашиваем: «Каково ваше воззрение в этом отношении?». Однако правильное воззрение также имеет более прямой, более буквальный смысл (феноменологический, а не фигуральный). Здесь воззрением называется непосредственное изменение того, как вы видите явления. В своём путешествии мы задействуем оба типа воззрения: сначала мы выстроим философское воззрение (воззрение пустотности), а оно в конце концов изменит ваше видение⁵.

Для того, кто реализовал эти мудрые практики, формы по-прежнему проявляются, однако теперь они воспринимаются в свете осознанности. То, каково это восприятие на самом деле и как видят явления просветлённые существа, – тема, к которой мы будем возвращаться на протяжении всей книги.

Распространённый миф гласит, что гений – это тот, кто «всё знает», человек с огромными резервуарами знаний. Хотя некоторые гении действительно обладают такой способностью, настоящий гений – это, скорее, тот, кто «всё видит», тот, кто может посмотреть на то же, что видят все остальные, но увидеть это уникальным образом. Пикассо и Эйнштейн, безусловно, принадлежали к этому племени. Духовные гении, которыми мы стремимся стать, видят всё. Однако в каком-то смысле они видят не больше, чем лежит на виду, – они видят меньше. Они видят, что всё менее плотно, менее материально, менее реально.

Есть ли что-то более трансформационное, чем изменение нашего видения вещей? Даже на повседневном уровне, употребляя меняющие сознание вещества, мы делаем это для того, чтобы изменить своё видение. На более возвышенном уровне освобождение в духовном смысле означает освобождение от предметов, от мира форм. Однако это не означает, что мы избавляемся от форм и улетаем в какие-то бестелесные небеса. Это означает, что мы освобождаемся от своих текущих отношений с формами.

Правильное воззрение означает полное воззрение – воззрение, включающее все состояния ума. Постижение, рождающееся из этого полного воззрения, прекрасно выразил индийский мастер Рамана Махарши:

Мудрец видит сон, но знает, что это сон, так же, как знает, что состояние бодрствования – это сон. Утвердившись в состоянии высшей реальности, мудрец беспристрастно свидетельствует остальные три состояния – бодрствование, сновидение и сон без сновидений – как наложенные на него картинки. Для мудреца все три состояния одинаково нереальны. Большинство людей не способны понять этого, поскольку для них стандартом реальности является состояние бодрствования, тогда как для мудреца стандарт – это сама реальность⁶.

Ночные медитации и практика иллюзорной формы утверждают вас в состоянии высшей реальности, того, что в буддизме называется пустотностью, где вы можете беспристрастно, но сострадательно свидетельствовать все проявленные состояния или все формы, не соблазняясь этими формами.

Простота практики иллюзорной формы

Современный ум сложен, и на следующих страницах также предостаточно сложного материала. Однако практика иллюзорной формы проста. Вообще-то она настолько проста, что сложному уму может быть непросто в неё поверить. Весь представленный далее сложный материал направлен на то, чтобы удовлетворить современный ум и в конце концов склонить его к покорности. Всегда помните, что сама реальность проста. Сложны лишь заблуждения.

Итак, не позволяйте простоте следующих практик заставить вас усомниться в их глубине. Чем выше уровень практики, тем она проще. В конечном счёте сложность не может устоять перед простотой. Простак способен обезоружить софиста. Хорошо направленным простым ударом Давид повалил на землю Голиафа.

Практика иллюзорной формы имеет три аспекта: медитации на иллюзорном теле (прорыв сквозь формы), на иллюзорной речи (прорыв сквозь звуки) и на иллюзорном уме (прорыв сквозь мысли). «Иллюзорный» – это кодовое слово, означающее «пустой», так что практика иллюзорной формы в действительности является практикой пустотности.

В следующих главах мы разберём, что означает «пустой».

В обычной жизни мы вступаем в отношения с миром посредством тела, речи и ума и уплотняем свои переживания посредством мыслей, слов и действий. Практика иллюзорной формы работает с этими тремя вратами, чтобы растворить ощущение плотности мира⁷. Она развивает подобный лазеру взгляд, позволяющий нам видеть сквозь простые проявления вглубь реальности, прорываясь через формы, звуки и мысли, обычно удерживающие нас в ловушке мучений и неудовлетворённости жизнью в общепринятом смысле.

Медитация на иллюзорном теле – самая интуитивно понятная из этих трёх практик. В данной книге будет снова и снова повторяться простое упражнение, состоящее в том, чтобы напоминать себе видеть формы этого мира как подобные сновидению. Практика иллюзорного тела бросает вызов авторитету бодрствования в общепринятом смысле, наделяя бодрствование в течение дня новым смыслом. Медитация иллюзорного тела использует силу воображения для создания шаблона, соответствующего реальности: мир действительно является иллюзорным. Практика иллюзорного тела позволяет вам настроиться на эту истину.

Мы постоянно наполняем мир своими проекциями. В практике иллюзорного тела мы используем проективную способность ума, которая помогает нам увидеть всё так, как есть на самом деле. Мипам Ринпоче говорит: «Сначала увидь это своим умом, тогда ты увидишь это своими глазами». Гьятрул Ринпоче добавляет: «Тренируясь в том, чтобы видеть весь одушевлённый и неодушевлённый мир как лишённый собственного существования, вы не просто навязываете это видение миру. На самом деле эта практика выступает катализатором для обретения прозрения в природу реальности. Она начинается как процесс в воображении, но ведёт к прямому восприятию реальности»⁸. Вы перепрограммируете себя истиной.

К счастью, поскольку мир по своей природе иллюзорен, хорошая привычка видеть явления как иллюзорные вырабатывается быстрее, чем плохая привычка видеть явления как плотные. Именно поэтому, согласно утверждению буддизма, при наличии правильных методов мы можем достичь пробуждения за одну жизнь, даже если спали много эонов. Засыпать – это всегда дольше, чем просыпаться.

Идея иллюзорной речи может казаться менее очевидной. Однако, подобно физическим формам, слова, затвердевая, могут причинять нам боль. Они не такие плотные, как пули или бейсбольные биты, но правильно заряженное слово или фраза могут нанести мощнейший удар. Когда кто-то в первый раз говорит вам: «Я тебя люблю», это заставляет ваше сердце трепетать. Когда кто-то выкрикивает вам в лицо: «Да пошёл ты!» – это бьёт по вашему самолюбию. Слова не могут убивать в буквальном смысле (хотя шок от слов, сообщающих плохую новость, может вызвать сердечный приступ), однако они могут подтолкнуть нас к убийству. «Война слов» может разжечь настоящую войну.

Практика иллюзорной речи состоит в том, чтобы видеть сквозь плотность слов или прорываться через звуковые сигналы, которые швыряют нас то вверх, то вниз. Кульминация практики иллюзорной речи – это слышать с открытыми ушами, слышать всё с равностностью, не подвергаясь воздействию того, что говорят другие. Слова по-прежнему могут трогать нас, но только если мы позволяем им это делать.

Движение от тела к речи, а затем к уму в практике иллюзорной формы – это последовательный переход от грубых форм к тонким, а затем – к тончайшим. Хотя мысли и эмоции довольно бесформенны, они являются самыми могущественными формами. Всё, что мы говорим (речь) или делаем (тело), начинается с наших мыслей или чувств. Тонкое ментальное содержание подобно небольшому рулю, меняющему направление огромного океанского лайнера. Малейшие внутренние изменения могут иметь огромные внешние последствия.

Мы относимся к внешнему миру так же, как к своему внутреннему миру. Если мы жестоки с собой, мы обычно жестоки с другими. Если мы можем перестать овеществлять содержимое своего ума и видеть мысли и эмоции как подобные сновидению, наш мир также смягчится. Таким образом, практика иллюзорного ума сосредоточивается на (тонком) проекторе, а не на (грубых) проекциях.

Практика иллюзорного ума – это один из подходов к медитации, обеспечивающий бо́льшую остроту. Когда мы выполняем эту практику, важно осознавать, что мысли никогда не бывают проблемой. Проблема в том, что мы верим всему, что думаем. Проблема в овеществлении. Если оставить мысли в покое, они естественным образом самоосвобождаются, подобно снежинкам, падающим на горячий камень. Однако мы редко оставляем их в покое. Мы поливаем их ракетным топливом своего внимания и сломя голову летим в горячие драмы и трагедии своей жизни.

В целом то, как вы относитесь к своему уму, естественным образом распространяется на то, как вы относитесь к своей речи, телу и действиям тела. То, как вы относитесь к своей речи и телу, также распространяется на то, как вы относитесь к своему уму. Эти три аспекта иллюзорной формы поддерживают друг друга. Чем лучше у вас получается один из них, тем лучше начинают получаться остальные два. С практикой вы можете обнаружить подобное сновидению сознание глаза, которое видит подобные сновидению формы; подобное сновидению сознание уха, которое слышит подобные сновидению звуки; и подобный сновидению ум, который воспринимает подобные сновидению мысли.

Как читать эту книгу

Приведённый далее материал опасен для здоровья вашего эго. Он не для слабых духом. Учения о пустотности, иллюзорной форме и их научных основаниях могут нанести серьёзный удар. Этот удар лучше принимать постепенно. Традиционно предлагается продвигаться в понимании и переживании пустотности и иллюзорной формы шаг за шагом. Если вы попробуете слишком быстро принять удар полной силы, это может стать большим потрясением.

Пробуждаться, даже в повседневном смысле этого слова, не всегда приятно. Буддизм выступает за «постепенный подход к мгновенному просветлению». Будить себя (и других) не спеша – более вежливо. У всех нас бывали моменты, когда нас резко будили от мёртвого сна, так что мы были ошеломлены, сбиты с толку и часто испытывали раздражение. Чтобы избежать резкого пробуждения на духовном пути, не спешите. Иначе вы можете почувствовать себя так, словно на вас среди ночи вылили ведро ледяной воды.

Я рекомендую читать по одной главе или одному разделу за раз. Размышляйте над ними, переваривайте их и постепенно усваивайте материал, медитируя на нём. Я изучаю и практикую эти учения уже несколько десятилетий, однако при написании книги обнаружил, что мне приходится продвигаться вперёд очень медленно. Когда я разрешил себе не спешить, содержание стало в разы более интеллектуально стимулирующим, эмоционально возбуждающим и духовно сокрушительным.

Хотя материал развивается от главы к главе, многие главы стоят особняком, что позволяет перескочить их, если вы почувствуете, что оказались в зыбучих песках. Часть 3 ориентирована на тех, кто больше интересуется наукой. Если это о вас, то, перескочив туда, вы можете обеспечить себе перезагрузку. Если вы скорее склонны к духовности, у вас могут найти отклик учения из частей 1 и 2. Практики рассыпаны по всем главам. Экспериментируйте с ними. Позвольте интуиции направлять вас.

Позвольте учениям работать над вами.

Часть 1. Деконструкция ощущения «я». На краю пустотности

1. Знакомство с пустотностью

В нас глубоко сидит тенденция думать с точки зрения сущности – это видно в том, как настойчиво мы обнаруживаем её в материальных объектах… Однако никакой основополагающей или изначально присущей им сущности нет.

Это иллюзия. Тралег Кьябгон

Сновидение ведёт нас к сновидению; иллюзии нет ни конца, ни края.

Ральф Уолдо Эмерсон

Представьте, что едете домой на машине после весенней грозы. Вы поворачиваете за угол и видите прекраснейшую радугу. Она настолько восхитительна, что вы останавливаетесь на обочине, чтобы полюбоваться видом. Вы восхищаетесь сияющей игрой света и пространства. Вам даже не придёт в голову сказать: «Я хочу её. Я куплю эту радугу. Я возьму её и увезу домой», потому что вы знаете – там нет ничего такого, чем вы могли бы обладать. На самом деле, осознавая, что радуга скоро исчезнет, вы ещё больше цените её красоту.

Так видят мир пробуждённые. Для них всё является радужным телом, которое можно считать более поэтичной формулировкой иллюзорной формы. Представьте, как изменились бы ваши отношения с реальностью, если бы вы осознали, что всё – это просто мимолётная игра света и пространства, светоносности и пустоты. Ваши мысли по сути являются ментальной радугой. История вашей жизни подобна одному из тех эфемерных ореолов, которые вы иногда видите вокруг солнца. Непостоянство – это фундаментальное выражение пустотности, однако непостоянство не отменяет ваших переживаний радужных форм. Оно усиливает их. Именно поэтому мы любим цветы и утренний туман. Аромат хрупкости, благоухание приближающейся смерти и исчезновения делает всё более живым.

Вы сидите на радуге. Вы держите радужную книгу в своих радужных руках. Вы съедите радужную еду, которая превратится в ваше радужное тело. В первой части этого путешествия я помогу вам завернуть за угол материализма, предложу выйти из машины и полюбоваться радужным видом реальности, захватывающим пейзажем пустотности.

Приближение к пустотности

Пустотность – это сердце буддизма, а значит, сердце йоги сновидений и практики иллюзорной формы. Буддолог Серенити Янг формулирует главную мысль: «Иллюзорная природа сновидений служит основным примером пустотности»⁹. Мингьюр Ринпоче добавляет: «В дневное время феномены кажутся более плотными. Это делает изучение пустотности в дневных классах более сложным. Гораздо проще распознать пустотность в сновидении». Буддизм объявляет, что все учения сходятся в одной точке, и этой точкой без определённого местонахождения является пустотность. Постичь пустотность – значит пробудиться. Хотя может быть проще распознать пустотность в сновидении, дневная практика иллюзорной формы смазывает рельсы, ведущие к этому ночному распознаванию.

Пустотность сложна интеллектуально и тяжела эмоционально. Читая текст на этих страницах, осмысляя его и выполняя практики иллюзорной формы, вы можете обнаружить, что какая-то ваша часть не хочет слышать эти учения и выполнять эти практики. Пустотность – это конец формы в известном нам смысле, конец материализма, который сродни смерти для полностью сформировавшегося материалистического эго. Однако, чтобы мы могли воскреснуть в пробуждённом состоянии, конвенциональные формы должны умереть. Лакар Ринпоче пишет:

Мы настолько зависимы от взгляда вне себя, что почти полностью утратили доступ к своему внутреннему существу. Взгляд внутрь вселяет в нас ужас, поскольку наша культура ничего не говорит о том, что мы там найдём. Мы даже можем думать, что рискуем потерять рассудок, если заглянем туда. Это один из последних и самых хитроумных приёмов эго, не дающих нам обнаружить нашу истинную природу. Мы делаем свою жизнь настолько занятой, чтобы не иметь ни малейшего шанса заглянуть в себя. Даже идея медитации может пугать людей. Когда они слышат слова «отсутствие эго» или «пустотность», они думают, что переживание этих состояний будет похоже на несчастный случай: оказавшись за бортом космического корабля, они будут вынуждены вечно болтаться в тёмном и холодном вакууме. Ничто не может быть дальше от истины. Однако в мире, которым правят отвлечения, тишина и неподвижность пугают – мы защищаемся от них шумом и бешеной занятостью. Вглядываться в природу своего ума – последнее, на что мы готовы отважиться¹⁰.

Поскольку пустотность настолько требовательна, учения развиваются в три этапа. Первый этап – это понимание. Здесь вы встречаетесь с пустотностью интеллектуально, размышляете о ней, глубоко её осмысляете. В какой-то момент вы переживаете её, и это глубоко вас трансформирует¹¹. Этот второй этап наступает тогда, когда вы впервые видите мир как иллюзорный. Вы перестаёте притворяться, что видите его таким. У вас получилось. Вы видите проблеск того, как видит мир будда.

Несмотря на свою важность, переживание нестабильно. Вы обретаете его, а затем снова теряете. В силу наших обусловленных привычек этот новый способ видения обычно выветривается, когда старые тенденции вновь утверждают своё влияние. Вы просыпаетесь, но затем снова впадаете в сон. Переживание сравнимо с утренней росой – оно испаряется. Оно всегда имеет начало и конец. Однако при устойчивом усердии переживание созревает и наступает третий этап – реализация. В этот момент проблески видения превращаются в устойчивый взгляд. То, что когда-то было пиковым переживанием (или намёком), становится стабильным плато¹². Теперь вы действительно обретаете его и уже не теряете. Вы просыпаетесь и больше не засыпаете¹³.

Этому движению к полной реализации, или полному пробуждению будды, способствует применение трёх инструментов мудрости (или, на санскрите, трёх видов праджни) – слушания, размышления и медитации. Это три постепенных способа употребления, переваривания и усвоения учений о пустотности. Слушанием называется интеллектуальное изучение учений, а размышлением – обдумывание их смысла. Однако чтобы материал дошёл из вашей головы до сердца, от простого понимания до полностью воплощённой реализации, вам нужно медитировать. Мастер дзен Тхить Нят Хань объясняет:

Мы не можем удержать семена Дхармы лишь в своём интеллекте, или сознательном уме. Мы должны наполнить ими всего человека и посадить их в почву сознания-хранилища [в наше тело]… Ночью наш сознательный ум может отдыхать и перестаёт работать, однако наше сознание-хранилище продолжает свою работу. Когда садовники уходят отдыхать, почва продолжает трудиться, чтобы помочь семенам прорасти и взойти. Рано или поздно мы довольно естественно приходим к прорыву. Из нашего сознания-хранилища прорастают цветы и плоды…

Не сознательный ум, не ваше интеллектуальное понимание приведёт вас к просветлению или прозрению, а более глубокая мудрость вашего сознания-хранилища¹⁴.

Вам нужно практиковать пустотность, чтобы пережить её напрямую. Концептуальный ум не может полностью приложить себя к этим учениям. Он может помочь вам приблизиться к ним, однако последний шаг постижения пустотности превосходит интеллект¹⁵. Как предупреждает мастер медитации Аджан Чаа, «если вы попытаетесь понять это интеллектуально, у вас, скорее всего, взорвётся мозг»¹⁶. Однако пока мозг ещё не взорвался, мы будем использовать его – и начнём с этапа понимания. Работа с этим первым этапом подобна поджиганию фитиля.

В каком-то смысле работа с тремя инструментами мудрости может вызывать фрустрацию, особенно у интеллектуалов. Большинство академически ориентированных людей не хочет, чтобы у них взрывался мозг. Учёным часто кажется, что если они не могут ухватить что-то концептуальным умом, этого не существует. Близкий враг артикуляции – это овеществление. Похоже, что чётко формулирующие свои мысли теоретики склонны уплотнять свою ясность, предполагая, что острые границы их отточенного ума реальны. Однако для других людей, особенно имеющих склонность к духовности, работа с тремя инструментами мудрости может стать облегчением. Пустотность – не просто заумное предприятие: в конечном счёте это путешествие сердца. Размышление означает рефлексию скорее на уровне сердца, нежели головы, а значит, здесь больше чувств. Медитация означает погружение в чистое бытие. Так учения полностью входят в ваш организм и становятся вами. Санскритолог Кристофер Уоллис пишет:

Внезапные скачки прозрения… происходят тогда, когда понимание или ментальные конструкты, с которыми мы работаем, достаточно приближаются к реальности и вдруг коллапсируют в ней, растворяясь в прямом (неконцептуальном) переживании. Подобно тому как асаны современной йоги поз бросают вызов нашим телам, по-новому растягивая их, меняя паттерны тела и со временем создавая совершенно новое тело… мы удерживаем расширенное понимание, «позы ума», меняющие форму нашего сознания и создающие совершенно новый ум… Но не довольствуйтесь пониманием этих слов – вводите их в саму ткань вашего существа до тех пор, пока всё ваше существо не завибрирует ими!¹⁷

Вам по-прежнему придётся использовать свою смекалку и применять инструменты слушания и размышления, глубоко исследуя эти темы, подобно хорошему учёному. Однако в какой-то момент вам также придётся всё отпустить и постичь пустотность самим своим существом, подобно хорошему мистику. Лакар Ринпоче говорит: «Абсолютную истину невозможно постичь в сфере обычного ума, а путь за пределы обычного ума, как указывают нам все великие традиции мудрости, лежит через сердце»¹⁸.

Иными словами, вы постигнете пустотность в момент глубокого расслабления и отпускания. Однако её постигнет не ваш концептуальный ум. Парадокс пробуждения в том, что вы направляете так много усилий на обучение, в то время как на самом деле достаточно расслабиться и открыться. Не давайте моим словам отговорить вас от попыток концептуального понимания пустотности, но учтите, что практика пустотности (то есть практика иллюзорной формы) содержит стадии, запредельные простому концептуальному пониманию. Уоллис пишет: «Некоторые люди называют это заумным, и это так, но в противоположном смысле: мы пытаемся преодолеть ограничения обусловленного ума. Эти размышления могут казаться уму сложными, поскольку обычно параметры ума гораздо уже, нежели охват того, что мы пытаемся здесь рассматривать». Когда мы говорим о пустотности, мы говорим о самом «нутре» просветления. Сложность же, как объясняет Уоллис, заключается в том, что «мы пытаемся использовать концепции, чтобы выйти за пределы ума! Это не просто, особенно если вы продолжаете пытаться разобраться в концепциях, вместо того чтобы интуитивно смотреть в направлении, в котором они указывают [посредством созерцания / медитации]»¹⁹.

«Иллюзорный» значит «пустой»

Говоря об иллюзорной форме, мы говорим о «прикладной» пустотности, или о пустой форме. Иными словами, видеть явления как иллюзорные значит видеть их как пустые. То, от чего они свободны, или пусты, является темой первой части этой книги. Если говорить кратко, пустая форма означает понимание, переживание и наконец постижение того, что все проявляющиеся формы пусты, то есть лишены собственного существования. Проявляющиеся явления кажутся реальными (как в неосознанном сновидении), однако они по своей сути иллюзорны – пусты от того, чтобы быть действительно реальными. Пробудиться к этой истине значит стать полностью осознанными, стать пробуждёнными.

Основополагающий способ медитации на природе иллюзорного тела, то есть медитации на пустотности формы, – это просто напоминать себе, что формы мира подобны сновидению. Практика состоит в том, чтобы повторять себе почти как мантру: «Я вижу сон» или «Это сновидение» – настолько часто, насколько вы можете, и действительно чувствовать, что воспринимаемое вами – это сновидение. Вы можете придать этим мантрам форму вопроса: «Это сновидение?» или «Возможно, я вижу сон?». Всё действительно настолько просто.

Когда вы вкладываете в это своё сердце и действительно чувствуете, что видите сон, ваше восприятие мира меняется. Попробуйте. На несколько минут остановитесь. Оглядитесь по сторонам и медленно скажите себе с прочувствованным намерением: «Это сновидение… это сновидение». Говорите это с уверенностью. Изменился ли ваш мир? Стал ли он более мягким и менее реальным?

Чтобы усилить эффект этого упражнения, попробуйте повторять «Это сновидение» вслух, а не только про себя. Вы можете даже завести будильник, чтобы он звонил раз в час, напоминая вам говорить: «Это сновидение». Вы также можете связать практику с триггером: например, говорить это каждый раз, когда слышите звук сирены или входите в дверь.

Я изучал и практиковал пустотность несколько десятилетий. Ещё раз повторю, что слушание и осмысление темы означают её интеллектуальное понимание, а медитация означает практику пустотности и её прямое переживание. Большинство людей проходят через предварительные этапы слушания и осмысления, прежде чем пробудиться к переживанию пустотности, однако изредка встречаются те, кто может пережить пустотность напрямую ещё до её понимания. Пустотность – это открытие реальности, так что, с одной стороны, неудивительно, что некоторые люди могут увидеть её проблеск без подготовки. Однако они часто не знают, что с этим делать. Им ничего не остаётся, как «загрузить» неописуемое переживание в область того, что можно описать, в свою уже существующую концептуальную систему и мировоззрение. Без правильного понимания это часто влечёт за собой проблемы²⁰.

Если у вас нет системы для отношения к тому, что полностью бессистемно (пустотность), вы можете полностью выпасть из всех систем, пытаясь понять то, что пережили. Прямое переживание пустотности, или, попросту говоря, истина вашего изначального несуществования, может быть пугающей для полностью оформившегося эго (см. обсуждение этого страха в главе 12). Пустотность – это смерть, или превосхождение, «я». Пустотность – это отсутствие «я». Без надлежащей подготовки, вместо того чтобы раскрыть ваш ум, переживание пустотности может сломать его. Именно поэтому многие внезапно пережившие пустотность, оказываясь не готовы к этому, с трудом задним числом проходят этап понимания после первоначального проблеска пустотности. На абсолютном или трансцендентном уровне они «всё поняли», но на относительном или концептуальном уровне они этого не понимают. Многие люди оказываются сбиты с толку – у них больше вопросов, чем ответов. «Что это была за фигня?» «Как это понимать?!»

Так или иначе большинству людей требуется работа на этапе понимания – либо до переживания пустотности, либо после него. Это особенно уместно, если люди хотят поделиться своим переживанием с другими и вдохновить их открыть свой ум. Если вы ещё не освоились в понимании, вам будет сложно поделиться своим переживанием. У вас не будет нужного для этого языка. В связи с этим в данной книге мы последуем более традиционному подходу развития концептуального понимания, предваряющего прямое переживание. Так что впитывайте материал этих глав и применяйте учения посредством практик иллюзорного тела, иллюзорной речи и иллюзорного ума, с которыми будете знакомиться на протяжении книги. Не ждите немедленных результатов. Учения и практики иллюзорной формы тонкие и движутся навстречу огромной приливной волне укоренившихся привычных паттернов. Для переваривания этого материала, не говоря уже о его усвоении, требуется время.

Важно понимать, что переживание пустотности, если оставить его таким, какое оно есть, абсолютно блаженно. Оно может быть болезненным для вашего эго, но для вашего духа это полная свобода. Пустотность – это сама природа реальности. Как выразился Сэмюэл Беккет, «ничто не может быть реальнее, чем ничто».

Проблема в том, что мы редко оставляем его таким, какое оно есть. Мы связываем это переживание с тем, что уже знаем, со своим текущим пониманием реальности, опираясь на свой теперешний уровень понимания. Мы ничего не можем с собой поделать. Однако сложно связать несвязываемое и поймать неуловимое. Эго обычно громко заявляет о себе и присваивает это переживание, выхолащивает его, цепляется за него, пытается его воспроизвести, продать, подавить, возвысить себя за его счёт или использовать его каким-нибудь другим из множества неуместных способов, возникающих из отсутствия понимания. Это объясняет важность правильного понимания.

Необходимая смерть

Когда я начал изучать пустотность, я просто не мог её понять. Она слишком противоречила моим обычным способам видеть и думать. Мой ум был слишком чёрствым и закрытым. Именно это отсутствие гибкости призваны смягчить ментальные йоги иллюзорной формы и йога сновидений. Они растягивают ум настолько, что вы в конце концов можете охватить им такие обширные темы, как пустотность. Итак, когда вы ощущаете растяжение или сопротивление – это хороший знак. Это означает, что вы правильно выполняете ментальную йогу. Вы начинаете приоткрывать свой ум. Это ощущение роста.

Тонкость пустотности сродни тонкости квантовой механики. Физики утверждают, что если вас не шокируют выводы квантовой механики, вы не поняли её. Подобным образом, если вас не потрясает пустотность, вы, скорее всего, её не понимаете²¹. В «Алмазной сутре» Будда признаёт, что эти учения очень сложно принять: «Если и есть люди, способные, выслушав эту сутру, не испытать шок, ужас или страх, знайте, что они крайне редки»²².

Эти уроки шокируют, поскольку нападают на то, что наше эго лелеет больше всего. Полностью сформированное эго окрашивает мир по своему овеществлённому подобию. Пустотность оскорбляет эго. Эго – это «мать всех форм», и нападение на любую форму – это нападение на его детей. Нет большей ярости, чем ярость матери, защищающей своего ребёнка, и именно эта ярость поднимается в тот момент, когда учения пустотности нападают на формы этого мира. Социолог Джеймс Коулман пишет:

Наш ум активно работает над конструированием своих заблуждений и их оживлением, и мы упорно сражаемся с попытками отказа от них. В результате большинство из нас проживает свою жизнь во сне: во сне независимости, автономии, разобщённости, обретений и потерь – во сне страдания… Культура, которая нас поддерживает, которая определяет наш мир и придаёт форму нашим устремлениям, – не более чем наше общее сновидение. И всё же это крайне мощное сновидение, и мы на свою беду игнорируем его огромнейшую силу. Нет более надёжного способа подвергнуться остракизму и исключению, чем поставить под угрозу то сновидение, которое вы разделяете с другими… Мы до ужаса боимся увидеть свои сновидения как ту иллюзию, которой они на самом деле являются, и защищаем их до последней капли крови²³.

Сражаясь с этим материалом, я проходил через нечто похожее на фазы биполярного расстройства. Одна моя часть была маниакальной. Я не понимал пустотность, и всё же мне было мало. Я знал, что здесь есть что-то глубокое и что я должен докопаться до этого. Это было похоже на совершенно новый мир. Затем моя мания сменялась унынием. Я раздражался, злился и пытался защищаться. Мне казалось, что моему концептуальному уму поставлен мат. Много лет спустя я осознал, что мои чувства напоминали пять стадий горевания, описанные Элизабет Кюблер-Росс: отрицание, гнев, торг, депрессию и, наконец, принятие.

Моё старое видение реальности, моё драгоценное видение явлений умирало, и я циклически проходил эти стадии. Отрицание: эти учения не могут быть правдой. Что происходит с моим миром?! Гнев: самая восстанавливающая из всех эмоций²⁴. Торг: редактирование учений так, чтобы они лучше мне подходили. Депрессия: с точки зрения эго пустотность, или иллюзорная природа реальности, действительно вызывает депрессию. Наконец, принятие: пустотность – это действительно природа всех явлений. Лучше мне научиться иметь с этим дело. Когда я наконец смог переработать утрату тех вещей, которые были для меня дороже всего, включая само понятие «вещи», моё пожизненно омертвелое видение реальности сменилось новым оживляющим взглядом.

Сила воззрения и правильного понимания может провести нас через горе, помочь нам с сопротивлением и углубить наше понимание того, что требуется для прохождения этого уровня интеллектуальной и духовной трансформации. Если мы знаем, что после необходимой смерти эго нас ожидает рождение в новой реальности, мы с большей лёгкостью отпускаем старое и впускаем новое.

Ученики тайского мастера медитации Аджана Чаа рассказывали мне, что, когда впервые пришли к нему учиться, он встретил их вопросом: «Итак, вы пришли умереть?». Учения о бардо говорят об этой форме смерти. Точно так же, как и йога сновидений, учения о бардо применимы в повседневной жизни к тем маленьким смертям, которые происходят внутри нас. Учения о бардо помогают нам преодолеть разрывы в нашей реальности, зияющие дыры в непрерывности, которую мы проецируем на свою жизнь. Бардо применимо к любому мгновению, когда из-под наших ног уходит земля. Пема Кхандро Ринпоче пишет:

Бардо называется то состояние, в котором… мы больше не можем держаться за старую реальность, при этом по-прежнему не имея представления о том, какой будет новая. Здесь нет опоры, нет уверенности, нет точки отсчёта… Чем больше мы учимся распознавать это ощущение прерывания, тем больше мы готовы и способны отпустить представление о какой-то конкретной реальности… До сих пор мы держались за идею того, что нашим жизням присуща непрерывность, создавая для себя ложное ощущение комфорта на искусственном основании… В контексте смерти и рождения шуньятой [пустотностью] называется прямое переживание разрыва, ощущающееся в самом центре нашего существа, когда мы перестаём прибегать к изготовлению искусственной реальности… Если у нас достаточно надёжное представление о том, что происходит в этом промежуточном пространстве без основы, разрыв может превратиться в восторг²⁵.

Я делюсь этим, чтобы поощрить вас быть терпеливыми, настойчивыми и сохранять чувство юмора, когда вы начнёте погружаться в этот материал и умирать для своих старых представлений. Прежде чем произойдёт прорыв, должен возникнуть разрыв.

Вернёмся к нашей главной метафоре: вы очень давно спали, укутавшись в мир форм. Уловить проблеск пробуждения или обрести момент полной осознанности может любой, однако для того, чтобы все сновидения стали осознанными, а все формы воспринимались как иллюзорные, требуется время. Для превращения переживания в реализацию нужно терпение.

Чтобы плавно подойти к более теоретическим аспектам, о которых мы поговорим в следующих главах и которые являются теоретическими лишь потому, что вы ещё не пережили их сами, я бы хотел поговорить о непосредственном применении пустотности, которую мы исследуем. Если вы увидите, насколько пустотность практична с точки зрения вашей повседневной жизни, вам будет легче увидеть ценность исследования её более глубоких аспектов.

2. Практическое применение пустотности

Это то, чему учил Будда: страдать значит неправильно воспринимать реальность… Страдание возникает прямо здесь – между тем, как всё есть на самом деле, и тем, как мы хотим, чтобы всё было.

Мингьюр Ринпоче

В буддийском контексте практика [йоги сновидений] направлена на постижение пустотности.

Далай-лама XIV

«Пустотность» – это самый распространённый перевод санскритского слова шуньята. Этот перевод сопряжён со сложностями, связанными с негативными коннотациями. Иногда используют переводы «пустота» или «ничто», но здесь проблем ещё больше. Хотя в этих главах я буду использовать перевод «пустотность», мои любимые толковательные переводы – это «открытость» и «безграничность».

«Открытость» мне нравится по нескольким причинам. Во-первых, в открытости нет нигилизма или угрозы. Слово «пустотность» может казаться холодным и пугающим, как далёкое космическое пространство. Оно не кажется гостеприимным. Открытость теплее и дружелюбнее. Если окончание духовного пути означает падение в вакуум, это вряд ли вас заинтересует. Однако если оно означает открыть глаза, ум и сердце, это может показаться вам более привлекательным.

Во-вторых, слово «открытость» нравится мне потому, что оно представляет концепцию иллюзорной формы как нечто такое, что может практиковать любой. Сущность практики иллюзорной формы в том, чтобы открыть и расширить ограниченный ум. Слово «будда» происходит от санскритского корня будх, что означает «пробудиться», «открыться». Физические и ментальные йоги во многом подразумевают раскрытие. Раскрытие от растягивания не всегда ощущается комфортно, однако оно полезно для роста. Когда сжатый ум (эго) сопротивляется растяжению, знание того, что оно нам полезно, помогает нам терпеть его. Когда мой инструктор йоги говорит мне дышать через некомфортное растяжение, мягко, но настойчиво оставаться с ним, это всегда помогает мне справиться с дискомфортом. В этих учениях мы тянемся к звёздам и открываемся настолько, чтобы иметь возможность заключить их в свои объятия.

В-третьих, открытость – это то, что можно почувствовать. Я не знаю, как можно почувствовать пустотность. Однако открытость обычно приятна – даже на повседневном уровне. Она просторная, расслабленная и свободная. Учения об открытости намного более привлекательны, чем призывы быть пустыми. По сравнению с ощутимым качеством, заложенным в открытости, пустотность может казаться холодным набором упражнений мозговой гимнастики, оторванных от живого опыта.

Мне также нравится это телесное качество открытости, поскольку оно позволяет мне чувствовать, когда я не пуст. Иными словами, противоположность открытости – это закрытость и сжатие. Это точно можно почувствовать. Вы можете почувствовать, как сжимаетесь, когда имеют место нежелательные или болезненные переживания, например страх, и использовать это чувство как сигнал к практике открытости. Это один из способов практики пустотности. Когда вы чувствуете, как в попытке от чего-то защититься напрягаетесь, вы можете противопоставить этой реакции открытость переживаниям. Если кто-то говорит нечто такое, с чем вы не согласны, вы можете почувствовать, как закрываетесь, а затем использовать это чувство, чтобы практиковать открытость. Если вы испытываете боль и чувствуете почти мгновенное напряжение, превращающее простую боль в сложное страдание, используйте это чувство, чтобы дышать через боль и открываться ей. Так вы либо предотвратите страдание, либо трансформируете его, что является одним из полезных свойств практики пустотности. Я не утверждаю, что эти бытовые переживания открытости являются переживанием пустотности, однако они намекают на него и могут привести к нему.

Восприятие всегда формируется через контраст. Вы воспринимаете вещи с точки зрения того, чем они не являются. Вы видите эти чёрные буквы потому, что они контрастируют с белым фоном страницы. Без контраста было бы сложно распознать пустотность. Таким образом, усиленное ощущение сжатия, противоположное открытости / пустотности, можно использовать как фон, который может помочь нам почувствовать и уловить пустотность. Это похоже на видение пространства. На самом деле вы не можете увидеть пространство – смотреть в буквальном смысле не на что. Однако пространство становится «видимым», когда возникают формы, когда вещи создают фон или контраст, позволяющий вам воспринимать невидимое. Тем самым вы трансформируете препятствие (сжатие) свободе (открытости) в непосредственную возможность пережить её. Чувствуете напряжение? Отлично. Используйте это чувство как возможность открыться.

Нехватка личного пространства может стать хорошей возможностью для работы с темой контраста. Когда вы чувствуете себя переполненным или испытываете стресс, вы можете использовать эту перегрузку как сигнал, напоминающий о практике открытости. Когда кто-то подрезает вас на дороге и вторгается в ваше пространство, ощутите защитное сжатие и дышите через него. Также, если ваш день переполнен делами, прикоснитесь к этому чувству и попробуйте расслабиться и открыться. Дыша через ощущения сжатия, вы словно наполняете его пространством, что позволяет вам расслабиться.

Таким образом, ещё один термин, помогающий размышлять о пустотности, – это «пространство», или «простор». Как и пустота, пространство есть везде. Даже объекты, занимающие пространство, «сделаны» из пространства. Позже вы увидите, что всё возникает в пустоте, является её выражением и растворяется в ней. Вещи или формы, которые, как нам кажется, заполняют пространство, сами полны пространства – на эту тему мы посмотрим с научной точки зрения, когда будем говорить об иллюзии плотности в главе 13.

Первичное сжатие

Одна из проблем попыток использовать контраст между сжатием и простором (или открытостью), чтобы «вчувствоваться» в переживание пустотности, – в том, что мы привыкли к текущему положению дел. Мы так долго оставались в состоянии сжатия, что перестали ощущать то, насколько мы закрываемся. Мы можем уловить вторичные сжатия, о которых говорилось в предыдущих примерах, однако первичное сжатие продолжает ускользать от нас, став стандартным состоянием нашего бытия. (На языке йоги сновидений такое текущее положение дел называется отсутствием осознанности.) Это сжатие нам настолько близко, настолько стало тканью самого нашего ощущения «себя», что мы не видим его. Мы не чувствуем того, что мы не чувствуем. Мы словно так давно отморозили свою руку, что забыли, как она ощущалась.

Вспомните последний раз, когда у вас была судорога и как приятно было растянуть сведённое судорогой место. Теперь представьте, что судорога продолжалась всю вашу жизнь и вы адаптировались к ней. Вы совершенно забыли, каково это – жить без судороги. Судорога стала вашим нормальным состоянием. С точки зрения иллюзорной формы судорога – это ваш духовный спазм длиной в жизнь. В один прекрасный день посредством духовной практики или таких медитаций, как йога сновидений и иллюзорная форма, вы возвращаетесь к своему настоящему нормальному состоянию – к состоянию открытости, которое переживается как ощущение раскрытия, расслабления и отпускания в противоположность сжатию. Это блаженство. Однако это состояние также невероятно обычное, поскольку оно для вас естественно.

Иными словами, просветление блаженно не потому, что вы достигаете какого-то далёкого и ускользающего состояния открытости, а потому, что вы расслабляете свою первичную судорогу. Чем сильнее вы были напряжены, тем более блаженной поначалу кажется эта открытость. Она ощущается так ярко благодаря контрасту. Если вы продвигаетесь по пути, постепенно уменьшая количество спазмов, окончательное соскальзывание в открытость может оказаться совершенно непримечательным²⁶. С точки зрения эго тихое погружение в фундаментальную реальность – это настоящее крушение надежд. Как сказал всеми любимый монах дзен Судзуки-роси, «просветление было моим самым большим разочарованием».

Обнаружение первичного сжатия, проявляющегося как чувство, что явления плотные, устойчивые и независимые, что «я» и «другой» обладают истинным существованием, – это фокус тонких учений о пустотности. Большинству из нас явления действительно кажутся плотными, устойчивыми и независимыми. Это аксиома, данность. Мы настолько погрузились в сон, настолько сжались, настолько спазмировались. Мы не видим того, что мы не видим.

Вы можете использовать переживание пробуждения в ночном сновидении (двойном заблуждении), чтобы помочь себе пробудиться в дневном сновидении (первичном заблуждении); аналогичным образом в практике иллюзорной формы вы можете использовать свои вторичные спазмы, чтобы иметь дело с первичной судорогой. Вы можете настроиться на первичную судорогу, в буквальном смысле прочувствовав её вторичные проявления. Прикосновение к этому ощущению изначально сопровождается логическими умозаключениями, или этапом понимания пустотности, однако в конце концов ощутимое качество судороги идёт к тонкому, а затем к разительному облегчению, которое ведёт к прямому переживанию.

Если настроиться на чувственное ощущение этих судорог, можно увидеть их бесчисленные вторичные проявления. Вчувствуйтесь в совершенно любой импульс, раздражение, мгновение страсти, агрессии или цепляния – и вы вчувствуетесь в ежемоментные судороги, сжимающие наши жизни. Присмотритесь к мысли, к тому, как вас засасывает содержимое ума, и вы почувствуете тонкое цепляние. Судороги вездесущи.

Как ощущается первичная судорога на самом личном уровне? Она ощущается как «я» – невнятное, но всепроникающее ощущение «я». По иронии сама его вездесущность маскирует присутствие первичной судороги²⁷. Я не чувствую спазма, поскольку постоянство первичной судороги устранило контраст, а с ним и мою способность обнаруживать его. Это похоже на попытку почувствовать вкус своего нёба. Поскольку ваш язык постоянно касается нёба, вы потеряли способность замечать то, что у него на самом деле есть вкус.

Чтобы отчётливее почувствовать первичную судорогу, спросите себя: «Кто я?». Обратите внимание на то, как сжимается ваше осознавание. Оно может сжаться вокруг вашего тела, ваших мыслей и эмоций или какого-то ядра, которое сложно описать словами, но так или иначе оно вокруг чего-то стягивается. Есть ощущение сужения, напряжения или фокуса. Возможно, вы не можете ответить на вопрос «Кто я?», однако само исследование может помочь вам установить связь с первичной судорогой, которую вы теперь можете определить как «я»-спазм. Ваше ощущение «я» и есть этот спазм. Вы просто перестали его чувствовать²⁸. (Мы исследуем висцеральную и эмоциональную основу этого спазма-сжатия и её роль в эволюции, когда будем говорить о страхе в главе 12.)

Чтобы лучше почувствовать это, давайте сыграем в «игру контраста», используя постулат о том, что восприятие формируется на контрасте. Мы говорили, что пустотность, или отсутствие «я», ощущается как открытость… простор… и расслабленность. Вы можете пережить это в повседневной жизни, например когда действуете неэгоистично или выражаете неэгоистическую (безусловную) любовь. Неэгоистичные поступки приятны, потому что дают вам почувствовать открытость.

Первичная судорога – противоположность такой неэгоистичности. Это ориентированное на эго чувство закрытости, сжатия и стресса. Вы ощущаете его, когда действуете из эгоистических побуждений, а также когда выражаете гнев или ненависть. Многим людям эгоистические действия кажутся неприятными, поскольку в них ощущается закрытость. (К несчастью, некоторые люди проявляют эгоизм настолько последовательно, что он стал для них привычным положением вещей и утратил свой неприятный оттенок.)

В качестве физического упражнения на контраст примите положение лёжа и на протяжении следующей минуты сжимайте все мышцы своего тела. Сожмите кулаки и зубы, зажмурьтесь, задержите дыхание и замрите. Делайте это до тех пор, пока можете удерживать дыхание. Затем расслабьтесь. Отпустите и откройтесь. Это проблеск ощутимого чувства пустотности.

Эго можно определить как присвоенное или спазмированное осознавание, эгоистическую и сжатую форму сознания, лежащую в центре нашей вселенной и обманывающую нас. Как выразился философ Дэниел Деннет, «„я“ – это центр нарративной гравитации». Признайтесь: ведь вы же чувствуете себя центром вселенной в буквальном и переносном смысле? Ведь всё в вашей жизни вращается вокруг вас, не так ли? Именно так. И именно поэтому вы страдаете. Центр вашей вселенной не существует. Всё в вашей жизни вращается вокруг иллюзии, всё сконцентрировано вокруг ничто. Ядро пусто.

Практика иллюзорной формы разоблачает эту центральную иллюзию, обман, который мы выстраивали всю свою жизнь. Мы защищаем эту иллюзию зубами и кулаками. Это разоблачение может шокировать, однако открытие иллюзорной природы самого ощущения «я» – это сердце освобождения. Постижение этого расслабляет изначальную судорогу. Тогда иллюзия «я» рушится подобно карточному домику.

Теневая сторона переживаний

Понимание того, что восприятие формируется через контраст, поможет вам осознать несколько духовных ловушек, встречающихся на пути к осознанности. Когда вы наконец улавливаете проблеск пустотности, это переживание может вызывать эйфорию, однако оно блаженно лишь потому, что контрастирует с первичной судорогой, за которой оно было скрыто²⁹. Чем сильнее предшествующая агония, тем сильнее последующий экстаз. Представьте, что вы внезапно избавились от зубной боли или другой хронической боли. Резкое прекращение боли блаженно, но лишь в силу контраста. До возникновения зубной боли вы были в состоянии, которое не воспринимали как блаженство. Это было просто ваше обычное состояние, свободное от боли. Однако после достаточно сильной боли возвращение в это обычное состояние ощущается как блаженство – по крайней мере поначалу. Со временем контраст, созданный болью, улетучивается, а с ним и ощущение блаженства, и вы возвращаетесь в своё обычное состояние без боли.

Смысл опять же в том, что переживание пустотности совершенно обычно. Это просто прямое переживание реальности, того, как всё есть на самом деле. Это никоим образом не уменьшает его глубины, однако помогает нам правильно отнестись к изначальному блаженству. Вам нужно помнить об этом, иначе вы можете опьянеть от изначального ощущения блаженства и сбиться с пути. Вы легко можете впасть «в зависимость от Бога».

Многие люди имели подлинный опыт пустотности. Его может пережить кто угодно и когда угодно. Переживание само по себе никогда не представляет проблемы. Проблема в том, как вы относитесь к этому переживанию и понимаете его. Поскольку переживание пустотности может быть очень возвышенным, есть соблазн уцепиться за это первоначальное переживание. Так рождаются «мастера» нью-эйдж: переживание, которое описывает «мастер», звучит так заманчиво, что становится желанным для всех, и «гуру» вместе с учениками попадают в коварную паутину созависимости. Из этого часто рождаются духовные культы. Подлинная духовность не в том, чтобы хорошо себя чувствовать в общепринятом смысле. Она в том, чтобы приблизиться к реальности.

Как определить, что вы привязаны к переживанию пустотности, и что с этим делать? Во-первых, если вы цепляетесь за любое переживание, вне зависимости от того, духовно оно или нет, вы снова сжимаетесь. Желать больше хорошего – это нормально, однако убедитесь, что видите свою тенденцию цепляться, а затем убедитесь, что отпустили её. Если вы чувствуете, что переполняетесь ощущением собственной важности из-за какого-то переживания, – это цепляние. Отпустите его. Переживание пустотности не раздувает эго – оно заставляет его сдуться. Оно возвышает ваш дух, одновременно позволяя эго усохнуть.

Во-вторых, чтобы стабилизировать переживание до последнего этапа – реализации, вам нужно восстановить условия, которые вызвали это переживание в первый раз. Вам нужно открыться, расслабиться и отпустить само переживание. Это непросто.

Центральный нарратив нашего путешествия – это трансформация препятствия в возможность. Это классический алхимический или тантрический подход к сложностям жизни. В то же время это ещё один двунаправленный процесс, а значит, возможность также может превратиться в препятствие. Вы можете взять подлинное духовное переживание и превратить его в тонкую западню. Это происходит сплошь и рядом, поэтому полезно иметь учителя, который может диагностировать эту проблему и предложить лекарство от неё. Без этого можно серьёзно застрять. Если вы цепляетесь за духовные переживания, вы просто меняете свою свинцовую цепь на золотую. Вы по-прежнему в кандалах.

Духовные переживания могут стать самой опасной из всех ловушек, ведь они так приятны. Однако вы словно слизываете мёд с лезвия бритвы. Кхенпо Ринпоче говорит: чтобы взрастить своё медитативное переживание, иногда приходится его уничтожить, то есть уничтожить или отпустить привязанность к этому переживанию. Чтобы реализовать открытость, нужно оставаться открытыми. Кроме того (хотя это звучит как парадокс), чтобы реализовать открытость, вы должны отпустить переживание. Всё это происходит благодаря правильному пониманию.

3. Пустотность и иллюзия: от реактивности к равностности

Всё начинается тогда, когда мы произносим «я». Всё, что за этим следует, – иллюзия.

Кодо Саваки-роси

Эмпирическое «я» не нужно принимать за полностью реальное. С этого начинается иллюзия.

Томас Мертон

Частью постижения реальности могут быть приятные переживания, однако это не единственная часть. Подлинное постижение пустотности и иллюзорной формы включает открытие пустотности, а с ней – фундаментальной благой природы, или сущностного «всё в порядке», во всех возникающих формах, включая прежде нежеланные формы или переживания. Реализованное существо находит обычное блаженство (то, что в буддизме называется великим блаженством) в боли, болезни и даже смерти. Пустотность как сущность всего включает всё, что возникает, вследствие чего постижение пустотности ведёт к великой равностности, или способности оставаться открытым любым переживаниям. Тибетский йогин Миларепа сказал:

Когда запутанность усложняется, я чувствую себя прекрасно. Чем лучше пугающие видения, тем лучше становится мне.

Когда хулиганы ведут себя всё хуже, мне крайне хорошо. Превращение страдания в блаженство так приятно, что неприятное становится приятным³⁰.

Буддизм описывает восемь основных переживаний, создающих каркас сансарической жизни, или восемь мирских забот: похвала и критика, слава и позор, наслаждение и боль, обретение и потеря. Все мы желаем похвалы, славы, удовольствия и обретений и пытаемся избежать критики, позора, боли и потерь, не так ли? Эти восемь забот – продукты надежды и страха, поскольку мы надеемся на первое и боимся второго. Осознание того, что эти восемь забот пусты от собственного существования, позволяет нам относиться к ним с равностностью.

Реализованные существа не боятся критики, позора, боли и потерь, а также не поднимают шума из-за похвалы, славы, удовольствия и обретений. Они не предпочитают сансару или нирвану, поскольку пребывают в «едином вкусе» феноменов, во вкусе пустотности. Как писал Трунгпа Ринпоче, на этом уровне «удовольствие и боль становятся украшениями, которые приятно носить». Миларепа же сказал: «Когда удовольствие и боль – не два разных явления, / Полностью достигнуто мастерство в этом наставлении».

Если похвала и критика фундаментально иллюзорны, зачем сжиматься от унижения, когда кто-то вас оскорбляет, или раздуваться от собственной важности, когда кто-то вас хвалит? Если потери и обретения имеют единый вкус, то потеря перестаёт быть такой горькой, а обретение – чрезмерно сладким. Вместо того чтобы позволять взлётам и падениям жизни, или надеждам и страхам, швырять вас вверх и вниз, благодаря постижению пустотности вы живёте сбалансированной жизнью, катаясь на всех её волнах.

Равностность – это не апатия. Она не означает, что вы перестаёте что-либо чувствовать или подавляете свои эмоции. Постижение пустотности означает, что вы на самом деле чувствуете больше, поскольку вы более пробуждённые. Однако это также означает, что эти чувства теряют силу причинять вам вред. События жизни трогают вас и, когда это требуется, побуждают к действиям, но вы больше не подвержены их неблагоприятному влиянию. Вы чувствуете больше, но это не так вас беспокоит.

Равностность, рождающаяся из понимания иллюзорной природы явлений, – это секрет счастья. Это не просто относительное счастье, обыденное наслаждение, которое мы испытываем, когда соединяются причины и условия, делающие нас счастливыми. Это абсолютное, безусловное счастье, не зависящее ни от каких условий и позволяющее нам оставаться удовлетворёнными несмотря ни на что.

Конец кармы

Без равностности вы постоянно тянете или толкаете. Когда что-то происходит, вы тут же реагируете на это. Разве не верно, что реактивность в форме бесконечного цепляния и отвращения определяет нашу жизнь? «Я хочу это», «я не хочу это» – ощущение «этого», чувство, что есть нечто такое, что вам нужно схватить либо оттолкнуть, возникает из неведения. В буддизме неведение считается первичным из трёх «коренных ядов», к которым также относятся страсть и агрессия. Эти три базовых стиля неправильного отношения, характеризующего сансару, являются ещё более фундаментальными, чем восемь мирских забот. Похвала, слава, удовольствие и обретение – это то, за что мы цепляемся; критика, позор, боль и потеря – это то, что мы отталкиваем³¹.

Будучи основным из трёх коренных ядов, неведение обозначает незнание природы реальности. Мы цепляемся за явления или отталкиваем их, поскольку, пребывая во власти неведения, убеждены, будто там есть то, что можно ухватить или оттолкнуть. Однако достижение равностности позволяет нам заменить эту реактивность «ответственностью». Равностность позволяет нам действовать ответственно, вместо того чтобы выдавать автоматические привычные (кармические) реакции. Когда мы не настолько «впутаны», или чрезмерно вовлечены, в явления, когда мы перестаём быть неосознанными, мы видим яснее. Мы слышим острее. Мы лучше знаем, какие потребности нужно удовлетворить. Мы действуем, когда требуется действие, однако наше новое ощущение видения (осознанность) освобождает нас от привычной реактивности. Конец реактивности – это конец кармы.

Смешать ум с пространством

Понаблюдайте за своим умом – и вы заметите, как часто вы сжимаетесь вокруг своих мыслей и эмоций. Это сжатие от мгновения к мгновению является неосознанностью на микрокосмическом уровне. Оно проявляется как цепляние за мысль или эмоцию, которая тут же питает его, либо как отталкивание, которое лишь подавляет его. Мы цепляемся за свои мысли и эмоции, за формы нашего ума, потому что принимаем их за реальные. Это цепляние – тот же самый процесс, который создаёт и поддерживает неосознанное сновидение и повторяется тысячу раз за день. Именно благодаря этой бессознательной практике неосознанности у нас так хорошо получаются неосознанные сновидения: мы постоянно практикуем неосознанность.

С другой стороны, вы можете заняться практикой осознанности от мгновения к мгновению, используя инструмент мудрости – медитацию или практику иллюзорного ума. Когда мы позволяем мыслям и эмоциям приходить и уходить без цепляния и сжатия, это способ практики пустотности и установления открытых отношений с содержанием собственного ума. Когда вы отпускаете мысль, вы прекращаете овеществлять её, и она трансформируется из неосознанной мысли в осознанную. Осознанная мысль – это распознанная мысль. Вы видите в ней то, чем она является, подобно тому как осознанность в сновидении освобождает вас от сновидения. «Тибетская книга мёртвых» многократно повторяет: распознавание и освобождение одновременны.

Мы можем определить медитацию как «привыкание к открытости», и эта фраза имеет несколько смысловых уровней. На глубочайшем уровне она означает привыкание к пустотности, или знакомство с ней. На более относительном уровне она означает оставаться открытыми всему, что возникает в вашем уме и в вашем мире. Если вам это удаётся, любые возникающие мысли и эмоции самоосвобождаются, подобно облакам, растворяющимся в небе. Как писал Чогьям Трунгпа, «хорошие и плохие, радостные и грустные – все мысли исчезают в пустотности, подобно следу птицы в небе». Конечно же, птица не оставляет никакого следа, а значит, нет и следов кармы.

Экологи говорят об уменьшении углеродного следа (количества выбросов углекислого газа и других соединений углерода в результате использования ископаемого топлива), что означает уменьшение личного загрязнения. В мире иллюзорной формы вы стараетесь уменьшить свой кармический след, выбрасывая меньше реактивности. Если вы вообще не оставляете кармических следов, карма перестаёт следовать за вами.

Распространённое наставление по медитации предлагает ученику смешать ум с пространством, что означает встречать всё возникающее с качеством открытости. Это не означает, что вы наивно уступаете всему происходящему или слепо принимаете его – вы даёте этому пространство. У вас есть для этого место. Если происходит что-то негативное, вы остаётесь открытыми этому, не совершая реактивных действий. На самом деле вы обнаруживаете, что, не реагируя, можете действовать точнее и честнее.

Медитация – это последний из трёх инструментов мудрости (слушание, размышление и медитация), ведущих к переживанию пустотности, и посредством этой практики раскрытия вы наконец понимаете её – когда вы отпускаете мысли, вы наконец позволяете возникнуть пустотности. Итак, когда в медитации или в жизни у вас возникает порыв закрыться, практика состоит в том, чтобы открыться. Когда вы чувствуете, как ваш ум становится уже, медитация состоит в том, чтобы сделать его шире. Когда вы чувствуете, что напрягаетесь, медитация состоит в том, чтобы расслабиться. Вы можете практиковать это, когда испытываете сильное желание сплетничать, критиковать или жаловаться. Чтобы открыться, попробуйте заткнуться! Если вы будете держать рот закрытым, ваше сердце сможет открыться.

Привыкая к открытости, вы тренируетесь в равностности и обретаете готовность говорить «да» своим переживаниям. Вы положили коврик с надписью «Добро пожаловать» у передней двери своего ума и повесили светящийся знак «Выход» над задней дверью. Вы ненадолго позволяете остаться любым гостям, которые к вам приходят, а затем позволяете им уйти. Это способ практики безусловного счастья и открытие внутреннего покоя, не зависящего от того, кто или что приходит.

В моём кабинете есть фотография Тхить Куанг Дыка – горящего монаха, совершившего самосожжение в знак протеста против религиозных гонений во время войны во Вьетнаме. Это непостижимый для ума образ: человек сидит в позе равностности, тогда как его тело безжалостно пожирают языки пламени. Сложно даже вообразить, как кто-то может сидеть с равностностью в таких экстремальных условиях. Как такое возможно? Это возможно потому, что огонь не может сжечь пространство.

Когда ум открывается и смешивается с пространством, он становится несокрушимым. Внутреннее пространство ума не то же, что внешнее пространство, но оно и не отлично от него. Пространство совершенно уникально. Это самое мягкое и самое нерушимое, что есть в мире. Вы не можете разрезать его, взорвать его бомбой или сжечь. Ничто не может приземлиться в пространстве. Оно содержит всё, не подвергаясь влиянию чего бы то ни было.

Это равностность, это медитативный ум. Это то место, из которого благородный монах свидетельствовал охватившее его адское пламя.

Возможно, вы не горите заживо, однако все ваши страдания по-прежнему возникают из вашей неспособности дать место переживаниям. Узкий ум говорит: «У меня нет для этого места» или «Мне некуда это поместить!». Так вы переживаете сжатие. С медитацией вы уходите во внутреннее пространство и развиваете способность вмещать пламя жизни, тем самым прекращая страдания. Вы настраиваетесь на свой несокрушимый Большой ум.

Когда на меня обрушиваются шум, боль или тревога и я страдаю от них, это связано с тем, что я не могу стать больше шума, боли или тревоги. Они поглощают меня, и я теряюсь в них. Я сжимаюсь вокруг зоны их атаки и страдаю прямо пропорционально этому сжатию. Таким образом, моя практика, моя йога состоит в том, чтобы открыться шуму, боли или тревоге и стать больше них. В данном случае больше – это действительно лучше. В следующий раз, когда вам будет больно, вернитесь к образу смешивания своего узкого ума с большим пространством. Напомните себе: «Я больше этой боли. Я могу дать место этому стрессу. Я обладаю способностью вместить этот страх».

Последовательные стадии медитации на пустотности – это последовательные стадии раскрытия. Все йоги, о которых мы говорим, направлены на то, чтобы растянуть ум, широко раскрыв его.

Открыться состраданию

Многим людям «пустотность» кажется бесчувственным, бездушным словом, холодным, словно далёкий космос, а значит, важно замечать те теплоту и заботу, которые вы ощущаете, когда переживаете пустотность. Вы прикасаетесь к пустотности, когда открываете свой ум. И на санскрите, и на пали слово «ум» («читта») также означает «сердце». В практике иллюзорной формы вы открываете своё «сердце-ум». Сердце и ум неотделимы друг от друга, однако в целях учения мы можем сказать, что аспект интеллекта, или «ума», – это пустотность, а аспект чувств, или сердца, – это сострадание. Иными словами, сострадание – это оборотная сторона пустотности. Это две стороны одной медали. Пустотность ассоциируется с мудростью, или прозрением в природу всех явлений, а спонтанным выражением этой мудрости является сострадание, или желание принести пользу всем существам.

Таким образом, сострадание – это мудрость в действии. Практику иллюзорной формы можно было бы назвать «прикладной пустотностью». Вы действуете с состраданием, когда открыты миру. Сострадание – это практика, в ходе которой вы берёте своё прозрение в природу реальности и используете это видение, чтобы вывести других из темноты. Вместо того чтобы слепо блуждать во тьме неведения, вы можете, открыв глаза, проникнуть сквозь поверхностную видимость явлений и приблизиться к сути, чтобы более эффективно помогать другим. Индийский мудрец Нагарджуна, который довёл учения о пустотности до нового уровня утончённости, писал: «Без сомнения, если практикующие развили понимание пустотности, их умы будут преданны благополучию других»³².

Сейчас мы уже установили, что слова «эго», «я», «форма» и «вещь» – почти синонимы. Мы установили, что синонимами являются слова «иллюзорный» и «пустой», и пришли к пониманию того, что практика иллюзорной формы – это практика пустой формы; это медитация, опирающаяся на понимание этого и размышление о том, что наше ощущение «я», или эго, иллюзорно, или пусто. Наконец, пустотность понимается как отсутствие эго, отсутствие «я», бесформенность и не-вещность.

Таким образом, те, кто постиг пустотность, выражают свою реализацию как безграничную неэгоистичность. То, что казалось теоретическим (пустотность), становится крайне практичным (сострадание). Это открытие становится новым секретом счастья. Буддийский мастер Шантидева написал знаменитую фразу: «Вся радость, которая есть в мире, возникает из желания счастья другим. Все страдания, которые есть в мире, возникают из желания собственного счастья».

4. Via negativa

Мы должны преодолеть тиранию обычных видимостей.

Лама Еше

Нео: «Я думал, что это не реально».

Морфеус: «Реальным это делает твой ум».

К/ф «Матрица»

До сих пор мы пытались принять идею пустотности, говоря о том, что это такое. Мы говорили, что это почти синоним открытости, ясности, равностности и безграничного сострадания. Мы сравнивали её с такими неуловимыми повседневными феноменами, как сновидения и радуги, и говорили в разрезе переживания фундаментального блаженства или смешивания ума с пространством. Мы сказали, что пустотность означает отсутствие эго, отсутствие «я», бесформенность или не-вещность.

Однако в этой главе мы главным образом проясним, чем пустотность не является.

Мы установили, что пустотность не цепляется, не сжимается, не реагирует реактивно и не является состоянием апатии. Однако, что ещё важнее, пустотность – это не ничто. Это ни-что. Пустотность – это не бездонный вакуум и не нигилистическая пустота. Она не говорит об уничтожении чего бы то ни было, за исключением ложных взглядов на природу реальности. Иначе говоря, учения о пустотности так обширны потому, что многое устраняют. Они устраняют страдания, возникающие из наших ложных идей об истинном существовании. Говоря буддийским языком, пустотность устраняет коренной яд неведения. В этом свете учения сродни теологическому подходу, известному как via negativa, где знание Бога считается достижимым лишь через отрицание. Как сказал средневековый теолог Иоанн Скот Эриугена, «мы не знаем, что такое Бог. Сам Бог не знает, кто Он такой, поскольку не является чем-то. Бога буквально нет, поскольку Он превосходит бытие»³³. Испанец Иоанн Креста считал словом для обозначения Бога nada (исп., «ничто, ничего». – Прим. ред.): Бог – это ни-что. Поэт Кабир писал: «Там, где есть Возлюбленный, нет абсолютно ничего».

В ведийском подходе к аналитическому отрицанию via negativa используется в учении neti neti, или «не это, не то», буквально являющимся путём духовного исследования. Хотя иногда это переводят как «ни это, ни то», настоящий смысл этой фразы скорее «за пределами этого, за пределами того». Иными словами, пустотность, природа реальности, абсолютно запредельна всему, что мы можем о ней сказать. Однако чтобы развить понимание и достичь прямого переживания, мы должны для начала сказать хоть что-то. Мы должны как-то говорить о пустотности, чтобы мог иметь место процесс слушания – первый инструмент мудрости.

Мистик XIV в. Мейстер Экхарт писал: «Душа растёт не через прибавление, а через вычитание». Изучение и практика пустотности подразумевают много отсечения: мы отсекаем видимости, или заблуждения, чтобы достичь реальности, или истины, мы прорываемся через неосознанность, чтобы прийти к осознанности³⁴. Чтобы пробудиться и пережить пустотность, вы должны взломать все слои неведения, скрывающие её. Отсекаются концепции и вещи, отсекается всё, что скрывает истину. Эта интеллектуальная хирургия необходима, поскольку большинство из нас ошибочно верит, что явления существуют так, как кажется, словно в неосознанном сновидении. Чтобы устранить это глубоко засевшее убеждение, вам придётся вскрыть фасад простых видимостей.

На научном Западе, где правят бал измерения и математика, вы «не считаетесь», если не умеете считать. Однако прорыв к истине также означает вычитание самих чисел. Писатель Джонатан Бриклин, говоря от лица философа Уильяма Джеймса, написал: «Для Джеймса чувство единства со вселенной не означает, что вселенная – это единица». На самом деле вселенная – это нуль-вселенная. Это обнуление поддерживает Мейстер Экхарт: «Никто не может пустить корни в вечности, не избавивших от чисел». Недвойственность может подразумевать единство или другие формы монизма, однако любая форма «един-ства» по-прежнему будет бить мимо цели. В конце концов, недвойственность – это отрицание, а не утверждение, вычитание, а не сложение.

Дзогчен Понлоп Ринпоче называет это необходимое отсечение «крайним путём к середине». Поскольку все мы – экстремисты в своей крайней вере в материализм и фундаменталисты в своей страсти к формам, сначала нам необходимы крайности, чтобы отсечь плотное видение вещей³⁵. Мы так сильно растянулись в направлении материализма на пути между материализмом и нигилизмом, что теперь, чтобы оказаться посредине, нам нужно растянуться в направлении нигилизма – утверждения о том, что ничего не существует. Однако эта противоположная крайность не является нашей целью. Место равновесия, которое мы ищем, – это реальность (пустотность), которая лежит посредине между нигилизмом и этернализмом, между тем, что в настоящий момент кажется нам существованием, и несуществованием.

Многие учения о пустотности подразумевают осмысление аналогий иллюзии. Некоторые из этих аналогий заимствованы из «Алмазной сутры», то есть из «сутры рассечения». Алмаз может рассечь всё что угодно. В этой сутре сказано: «Ты должен смотреть на этот мимолётный мир так: как на звезду на рассвете, как на пузырёк в потоке, как на вспышку молнии в летнем облаке, как на мерцающий светильник, как на призрака, как на сновидение». Если эти аналогии для вас не работают, придумайте свои собственные. Возможно, вам легче сравнить это с голограммой, виртуальной реальностью или рассматривать формы как подобные радуге.

Вы можете усилить эти размышления о пустотности через возвращение к осмыслению иллюзорного тела, которое напоминает вам: «Это сновидение» или «Возможно, я вижу сон?». Запишите эти фразы на стикерах и расклейте их по всему дому. Приклейте их внутрь ящиков, шкафов и в другие места, чтобы напоминать себе об иллюзорной природе явлений. Поначалу это может казаться вам искусственным, однако эти записки будут снова и снова встряхивать вашу память.

Вы также можете взять характеристики своих сновидений и наложить их на реальность бодрствования. Сновидения большинства людей очень визуальны. Хотя в них могут быть звуки и тактильные ощущения, главными являются визуальные образы. Чтобы воспроизвести это, попробуйте в течение дня носить беруши и посмотрите, как быстро ваша реальность бодрствования станет похожей на сновидение. Для симуляции разрывной природы сновидений попробуйте совершать резкие движения головой или при моргании оставлять глаза закрытыми немного дольше, чем обычно. Используйте воображение, играйте и найдите то, что работает для вас. Для меня это упражнение оказалось особенно мощным. Если я соединяю несколько техник – вставляю беруши, резко двигаю головой и удлиняю время морганий – мой мир теряет свою вещественность поразительно быстро.

Если вы прорубили свой путь сквозь заблуждение материализма, метод via negativa сослужил свою службу и может быть отброшен, подобно дополнительным страховочным задним колёсам детского велосипеда. Теперь вы можете въехать в прямое переживание реальности, в то, что буддизм называет «срединным путём». Теперь ваш путь становится via positiva – позитивным утверждением природы Бога и реальности. Вы наконец-то это поняли. Теперь вам нужно это стабилизировать³⁶. Мы исследуем учения о пустотности via negativa потому, что если подойдём к практике иллюзорной формы лишь через позитивные утверждения, то рискуем овеществить саму пустотность, а это даже хуже, чем овеществлять объекты. Учения призывают нас «самоосвободить даже противоядие», или применять принципы пустотности к ней самой, что традиционно называется пустотностью пустотности. Здесь вы не можете повесить свою шляпу ни на что – даже на пустотность. Как говорит Кхенпо Тенпа Янгдрунг, «всегда помните, что сама иллюзия – это иллюзия». Анам Тхубтен добавляет: «Нет даже ничто. Эта истина – величайшая пустотность»³⁷. Эти головокружительные принципы иллюзорности формы пугают, выбивают почву из-под ног полностью сформировавшегося эго и вызывают интеллектуальную тошноту – нас «укачивает» от этих идей. Однако если вы хотите расти, не говоря уже о том, чтобы пробудиться, то принятие пустотности – это единственный путь.

«Сутра сердца», буддийское резюме учений о пустотности, утверждает:

В пустотности нет формы, нет чувства, нет восприятия, нет формирующих факторов, нет сознания; нет глаза, нет уха, нет носа, нет языка, нет тела, нет ума; нет визуальных объектов, нет звуков, нет запахов, нет вкусов, нет осязания, нет дхарм; нет дхату – от дхату глаза до дхату ума, нет дхату дхарм, нет дхату сознания ума; нет неведения, нет прекращения неведения, нет старения и смерти, нет прекращения старения и смерти; нет страдания, нет источника страдания, нет прекращения страдания, нет пути, нет мудрости, нет достижения и нет недостижения³⁸.

Эта сутра говорит: прежде чем вы сможете прокричать «да!» природе реальности, вам придётся много раз сказать «нет».

Ни-что

Мантра «Сутры сердца», а значит, мантра пустотности, – это: «Гате гате парагате парасамгате бодхи сваха», что означает: «Ушёл, ушёл, ушёл за пределы, полностью вышел за пределы, да будет так». Как сказано в сутре, реальность «запредельна этому, запредельна тому», запредельна любым словам и концепциям. Что бы вы ни сказали о ней – она не является этим. Применяя слушание как инструмент мудрости, вы слушаете с пониманием того, что в конце концов вы на самом деле ничего не можете сказать о пустотности. На это «Сутра сердца» отвечает: «Да будет так». Этому элегантному духовному заключению вторит философ Людвиг Витгенштейн: «О чём невозможно говорить, о том следует молчать». В конце концов вам придётся провалиться в молчание – последнюю фазу медитации, ведь именно там вы переживаете реальность.

Однако вы ещё не дошли до конца. Вы ещё не полностью исследовали медитации, которые позволят вам полностью пережить пустотность. Вам придётся начать там, где вы есть, с языка и концепций (уровень слушания), с того, что вам представляется, и что-то сказать. Итак, мы начинаем свой путь деконструкции формы со слов и только потом проваливаемся в безмолвие; мы начинаем с чего-то, прежде чем сможем прийти к ничто; мы работаем с формами, прежде чем достигнем бесформенности; мы начинаем с относительного, прежде чем придём к абсолютному; мы начинаем с концептуального понимания, прежде чем погрузиться в прямое переживание.

Пустотность означает, что, если вы присмотритесь к чему бы то ни было, вы не найдёте в этом ничего плотного, устойчивого и независимого. Ничто не имеет собственной «вещности» (свабхава). Вот от чего пусты объекты – от собственного существования. Всё подобно сновидению. Этот принцип настолько важен, что тибетское слово, обозначающее «существование», – сипа – также переводится как «сансара». Если вы верите в существование, в вещность, вы застреваете в сансаре³⁹.

Если вы присмотритесь, то обнаружите взаимосвязанную сеть причин и условий. Вы обнаружите длинный, глубокий, широкий и быстрый поток становления, а не бытия, который вы замораживаете (овеществляете), превращая в объекты своего мира. Именно поэтому такие современные системно-ориентированные дисциплины, как экология, глубинная экология, квантовая механика, теория хаоса и сложности, а также общая теория систем, могут помочь нам понять пустотность. Это современные воплощения древнего учения.

Ещё один хороший пример – метеорология. Количество причин и условий, создающих погодные системы, почти бесконечно, и это аналогично тому, как проявляется реальность. Текущая погода на улице – это мимолётный продукт непрерывно колеблющихся паттернов, порождаемых огромной группой систем давления, температур, высоты, влажности, скорости ветра и т. д., а всё это в свою очередь порождается гигантским комплексом внутренних взаимозависимых процессов. В буддизме это называется взаимозависимым происхождением.

Если не исследовать всё это, можно по привычке сказать: «На улице снежно. Сегодня солнечно. Сегодня дождливо. Сегодня ветрено. Сегодня жарко. Сегодня холодно». Но что именно «дождливо» или «снежно»? Если оглянуться, легко увидеть: этого «что» на самом деле нет. Есть только дождь, снег или жара. Другие примеры взаимозависимого происхождения (отсутствия собственного существования, ни-чтожности) – это рынок ценных бумаг и экономика в целом. Что вообще такое рынок ценных бумаг? Что вообще такое экономика?

Подобным образом вы по привычке произносите вещи наподобие «Я грущу. Я злюсь. Я в депрессии. Я завидую» или любую другую из сотен фраз, описывающих погоду ваших переживаний. Но где это «я» на самом деле? Если вы внимательно присмотритесь, а это непросто, поскольку это что-то очень личное, вы и здесь не найдёте никакого обозначаемого объекта, никакого «я». Вы просто называете ощущение или переживание, к которому цепляете ярлык «грусть» или «гнев», «депрессия» или «зависть», а также приписываете их тому, кто ощущает или переживает, называя его «я». Учения о пустотности предлагают вам увидеть, что «я» не переживает ничего из этого. Вы вешаете ярлыки на пустоту. Вы путаете карту с территорией, которой не существует. Вы наклеиваете записку с напоминанием на пространство.

Когда вы таким образом применяете учения о пустотности к внутренним феноменам, это ведёт к открытию отсутствия «я», или шокирующей истины не-«я»⁴⁰. Если вы переживаете безличные ощущения или энергию и воспринимаете их очень лично, вы можете совершить фундаментальную ошибку, вызванную ненасытным цепляющимся эго. Ощущение, на которое вы навешиваете ярлык «гнев», становится не просто гневом, а «моим» гневом. Невыразимое чувство становится выразимым, если вы прикрепляете к нему ярлык – например «грусть». Теперь это «моя» грусть. Поскольку вы так давно по привычке приписывали эти ощущения тому, кто ощущает (эго), вы принимаете как данность существование «я», испытывающего все эти переживания. Однако это иллюзия. Вы словно говорите, что дождливо, снежно или жарко пространство, тогда как на самом деле есть просто дождь, снег или жара. Нет ничего – ни-чего, что испытывало бы эти «переживания».

Ловушка мира ярлыков

Учения о пустотности показывают нам, что в реальности нет никакого бытия – есть лишь становление. Нет никаких продуктов – есть лишь процессы. Нет никаких существительных – есть лишь глаголы. Нет никаких вещей – есть лишь паттерны. Нет никакой онтологии – есть лишь эпистемология. Бытие, продукты, существительные, вещи, онтология – всё это иллюзии.

«Единственная реальность – это ум и наблюдения, однако наблюдения не являются наблюдениями вещей. Чтобы видеть вселенную такой, какая она есть на самом деле, мы должны отбросить свою тенденцию концептуализировать наблюдения как вещи, – пишет физик Ричард Конн Генри. – Вселенная совершенно нематериальна, она ментальна и духовна, и мы должны научиться воспринимать её как таковую»⁴¹.

Из-за языка и концепций вы, сами того не ведая, запираете себя в ловушке мира ошибочных ярлыков. Например, слово «дерево» (или любое другое существительное) даже близко не подходит к тому, чем на самом деле является дерево, – фантастически многогранной сетью физических, химических, биологических и экологических процессов, уходящих корнями в начало времён. «Дерево» – это удобный ярлык, туго заворачивающий обширный и сложный процесс. Вы используете существительные – ограниченные карты – из соображений удобства, не осознавая, насколько ложно они представляют реальность⁴².

Представьте, что вы держите свечу в комнате с сотней людей, каждый из которых также держит по свече. Вы зажигаете свою свечу, а затем используете её пламя, чтобы зажечь свечу человека, стоящего рядом, который затем зажигает свечу следующего человека. Этот процесс повторяется до тех пор, пока не будут зажжены все свечи. Является ли пламя последней свечи тем же самым, что и пламя первой свечи? И да и нет. Вы не можете сказать, что они одно и то же, но при этом не можете сказать, что они разные.

Встаньте у реки. Является ли река той же сущностью, которой была минуту назад? И да и нет. Философ «изменений и потока» Гераклит знаменит своим изречением о том, что в одну реку невозможно войти дважды. Он имел в виду, что вы не можете дважды войти в одну и ту же реальность. Посмотрите на «Денвер Бронкос». Являются ли «Бронкос» той же сущностью, которой были десять лет назад? Или попробуйте решить парадокс Тесея: представьте, что вы на деревянном корабле, который отправляется в дальний путь. Во время этого путешествия заменяются все доски, из которых состоит корабль. Является ли корабль, вернувшийся в порт, тем же кораблём, который его покинул? И да и нет. Истина лежит где-то «посредине».

Давайте поговорим о личном. Посмотрите на то, что мы называем рукой. Что именно мы называем рукой? Где именно она находится? Удалите один палец. Это по-прежнему рука? Удалите ещё один, затем ещё один. Когда именно рука становится не-рукой? Пустотность сурова. «Рука», как и «дерево», – это удобный ярлык для сложного набора взаимозависимых частей. Мы используем ярлыки, чтобы функционировать в мире, но слепы к тому, как они вводят нас в заблуждение. Нет такой неуменьшаемой вещи, как «рука». Если вам кажется, что она есть, покажите мне, где именно она находится и когда именно она возникает или перестаёт существовать.

Я прекрасно помню первый раз, когда мне было предложено подобное исследование. Я был в центре медитации, где проходил курс по пустотности, и два инструктора разыграли подобный диалог, или полемику. Через несколько минут я почувствовал сильное раздражение и встрял в разговор. Я бесцеремонно сообщил инструкторам, что это всего лишь софистика, дешёвая интеллектуальная салонная игра. Пожалуйста, давайте пропустим демонстрацию о руке и перейдём к чему-нибудь духовному! Я просто ничего не понимал, я не хотел этого понимать, я боялся это понять. На самом деле учение произвело на меня сильное впечатление, показав, что в глубине меня ничего нет! Я не мог с этим справиться.

Однако, возможно, вы окажетесь более терпеливыми, чем я, и позволите мне продолжить, перейдя к чему-то ещё более личному и, вероятно, ещё более раздражающему: к тому, чтобы посмотреть на то, что мы называем «я». Где именно оно находится? Может быть, «я» – это ваше тело? Если да, сколько конечностей или частей тела нужно удалить, чтобы оно перестало быть вами? Если вы съедите яблоко, в какой момент яблоко станет вами? Если остатки яблока покинут ваше тело с экскрементами, в какой момент они перестанут быть вами? Когда воздух становится дыханием, и когда дыхание становится воздухом?

Как насчёт того, чтобы посмотреть на что-то совсем личное – на ваши мысли и эмоции? Являются ли ваши мысли и эмоции вами? Если да, то какие из них являются вами? Как и в случае с яблоком, когда мысль или эмоция становится вами? Кто вы, что вы и где именно вы находитесь?

Нейроучёный Ричард Дэвидсон и психолог Дэниел Гоулман пишут: «Когнитивная наука говорит нам, что ощущение „я“ возникает как свойство множества нейронных подсистем, переплетающих друг с другом, помимо других потоков, наши воспоминания, восприятия, эмоции и мысли. Ничто из этого само по себе не было бы достаточным для полного ощущения „я“, однако при их правильной комбинации у нас появляется уютное чувство своего уникального существа… В техническом смысле выход за пределы „я“ подразумевает ослабление активации сети пассивного режима, соединяющей мозаику воспоминаний, мыслей, импульсов и других полунезависимых ментальных процессов в последовательное ощущение „я“, или „меня“»⁴³.

Исследование ни-что – это не философская игра. Вопросы, которые мы задаём, бросая вызов статусу существования, лежат в основании таких тем, как аборты и когда именно начинается жизнь; что такое разум и когда именно возникает сознание; а также в основании проблем конца жизни и того, когда именно отключать системы жизнеобеспечения. Такие вопросы лежат в основе нашего счастья и страдания. Если не исследовать их и оставить без ответов, они становятся основанием для заблуждений. Если исследовать их и дать на них ответы, они трансформируются в сущность мудрости. Они лежат в сердце реальности и практики иллюзорной формы.