Kitabı oxu: «Оттепель»

Мы – две фигурки на шахматной доске. Она – белая королева, я – черный король. И вот мы достигли центра и столкнулись лбами. Я прекрасно осознаю, что она не уступит мне, – тем интереснее игра. Такая холодная, неужели внутри тебя совсем нет тепла? Я так стараюсь его отыскать, но ты снова отгораживаешься! Возможно – я тот, кому это под силу, но иногда и сам не понимаю, зачем мне все это.

И вот я делаю шаг, но ты не испугалась и не отошла. Еще один шаг – и я поддаюсь твоим чарам, меня тянет к тебе, а еще больше забавляет.

Наконец, я сдаюсь и чувствую себя опустошенным – ты высосала меня изнутри. Ты перевернула весь мой мир, и я больше не уверен в своем курсе! Чувствую себя использованным тюбиком зубной пасты, и больше всего пугает возможность очутиться с тобой в одной комнате. Меня никому не удавалось положить на лопатки, почему же тебе это дозволено?

Я, как наркоман, жаждущий оказаться в твоем плену и снова ощутить на своей коже твою ледяную корку.

Глава 1

Барселона

На улице стояла глубокая ночь, Оливия как всегда возвращалась со своим псом с прогулки. Воздух окутывал теплом не по сезону. Она зашла в элитный дом, стоящий на вершине холма, и поприветствовала сменившегося консьержа.

– Доброй ночи, Ральф.

– Доброй ночи, мисс Траст! Вы сегодня позже, чем обычно?

– Да! Это все из-за чудесной погоды, – сказала она и улыбнулась.

Отстегнув карабин, она дала команду псу ступать домой, а сама последовала к лифту. Заметив, как кто-то в темно-синем плаще заходит в лифт, она крикнула:

– Пожалуйста, подождите!

Сама же ускорила шаг и забежала следом, любезно поблагодарив незнакомца.

Оливия заметила, что в лифт перед ней зашел очень хорошо одетый мужчина среднего роста. Из-за тусклого освещения ей удалось лишь немного разглядеть его профиль, она подумала, что, наверное, это чей-то гость. Он ни разу не взглянул в ее сторону, а по его тяжелому дыханию Оливия сделала вывод, что он очень устал. Продолжая внимательно изучать его, девушка неожиданно услышала вопрос, явно адресованный ей:

– Вам какой?

Он даже не посмотрел на нее. Поняв, что незнакомец обращается к ней, неуверенно ответила:

– Десятый, пожалуйста.

Мужчина выбрал один единственный этаж – десятый, и лифт поехал. Девушка же начала строить догадки: если им двоим на один этаж, значит это ее новый сосед, и теперь заинтересовалась незнакомцем всерьез.

«Ну, здравствуй, сосед! – еле заметно улыбнулась она. – Я уже и забыла о тебе».

На десятом этаже только две квартиры, и вторая уже полгода как пустует. Неожиданно свет начал мигать, лифт остановился, включилось аварийное освещение.

– Только этого не хватало! – тяжело выдохнув, промолвил незнакомец.

Он вел себя очень странно. Оливия с непониманием наблюдала за ним. Вместо того чтобы набрать на пульте помощь, он сделал несколько шагов назад и загнал себя в задний угол, пытаясь раствориться в металлических стенах.

– Вам плохо? – спросила девушка.

Мужчина ничего не ответил, а в его глазах можно было прочитать только страх.

– Не бойтесь, все будет хорошо, я сейчас позову на помощь! – сказала Оливия и нажала на пульте кнопку.

– Да, я вас слушаю, – сказал консьерж.

– Ральф, это мисс Траст. У нас остановился лифт.

– Я сейчас все выясню, мисс Траст.

Незнакомец резко метнул в ее сторону настороженный взгляд, но страх снова взял над ним верх и глаза опустились вниз.

– Сейчас Ральф все выяснит, и нечего так волноваться, – разворачиваясь, говорила девушка.

Она увидела еще более перепуганного мужчину и, насторожившись, замерла. Его щеки пылали от прилива крови. Он был весь мокрый от пота, его трясло словно от холода. И тут он запинаясь закричал:

– Мы рррразобьемся! Ооо…. Лифффт упадет, и ммы разобьемся!

У мужчины начался настоящий приступ паники. Он метался и продолжал кричать. По взгляду Оливии легко было понять, что она застигнута врасплох. Пусть несколько мгновений назад она и не была готова достойно дать отпор, но сейчас в Оливии проснулась жалость.

«Как назло, у меня нет пакета, чтобы помочь нормализовать дыхание», – подумала девушка.

Оливия перебирала в голове способы, как успокоить незнакомца. Она вспомнила, что можно дать пощечину, но, посмотрев на него, испугалась.

«А вдруг он станет еще и агрессивным?»

Она крутила головой и закусывала пальцы, вдруг ее взгляд стал чист, как если бы ей упало что-то на голову, и она изобрела вечный двигатель. Девушка сделала шаг навстречу мужчине, положив ладони ему на щеки, поднялась на носочки и поцеловала его в губы. Она не отстранялась, пока не почувствовала, что мужчина начал отвечать на поцелуй, его тело замерло. Когда Оливия поняла, что сосед успокоился, она отстранилась и посмотрела на него. В его глазах страх сменился недоразумением. Оливия, прикованная взглядом к его синим глазам, прекрасно осознавала, что сделала самую большую глупость за последние несколько лет.

«Я тоже имею право на веселье!» – успокаивала она себя.

– Мисс Траст?

Их потревожил голос из динамика, и девушка, отреагировав на звук, развернулась.

– Да, Ральф, говорите.

– Мисс Траст, перегорел один из предохранителей, но не волнуйтесь, аварийная служба будет через полчаса.

– Спасибо, Ральф, – сказала девушка и повернулась снова к мужчине.

Оливия немного успокоилась, так как ему явно было легче, но он и дальше продолжал смотреть на нее с выпученными глазами и слегка открытым ртом.

– Извините меня, – заговорил незнакомец.

Услышав его голос, Оливия успокоилась, поняв, что он взял себя в руки.

– Я никогда не боялся высоты, а год назад в Токио, – он запнулся, – в одном бизнес-центре… там, конечно, было побольше этажей, где-то семьдесят, я застрял в лифте на двенадцать часов. Но это не самое страшное, ужас был в том, что лифт постоянно дергался, направляясь вниз. Я прошел длительный курс реабилитации после этого. И вот вроде пришел в себя, а тут такое.

– Ничего страшного, с кем не бывает? – решила подбодрить его она, ответив признанием на его искренность, так как знала, что это правда.

– Я рада, что вы пришли в себя, а то за полчаса я бы к вам присоединилась.

– Значит, вы тоже чего-то боитесь? Если не секрет, чего?

– Ой, ну…

– Да ладно вам, скажите, может, мне надо к чему-то приготовиться?

– Я боюсь замкнутых пространств.

– Вы серьезно? – его глаза недоверчиво сузились.

– Да, а что?

– Это неправда, вы специально это сказали, чтобы мне было стыдно. Ладно, сделаю вид, что я поверил, тем более о таком приятном успокоительном я даже не знал.

– Очень странно слышать, если вы и правда проходили курс реабилитации.

– Наверное, это занятие я пропустил, иначе точно запомнил бы.

Несколько секунд в лифте стояла тишина, ему очень хотелось продолжить общение, если уж так сложилось, что они вдвоем заперты здесь, и вдруг он спросил:

– Тогда почему у вас нет никаких симптомов?

– Скажем так, свою реабилитацию я прошла с толком!

Она казалась такой милой и будто светилась изнутри, Торин внимательно ее рассматривал, хоть из-за тусклого света это не очень получалось, а глубоко в душе он задавал себе мучающий его вопрос: «Где же подвох?»

– Значит, вы как-то себя успокаиваете, а можно узнать как?

– Я пою.

– Поете? – переспросил он.

– Про себя пою детскую песенку. Я давно использую эту тактику, пока она меня не подводила.

– Ну, раз вы так легко себя ведете, наверно, страх у вас с детства?

«Да ты просто гений, лучше вопроса не было? – критиковал он себя. – Разве мне это интересно?»

– Да, когда мне было семь, родители отвезли меня на день рождения, все было прекрасно: шарики, торт, куча подарков, очень много детей. И кто-то предложил поиграть в прятки, я всегда любила эту игру до этого дня. Начался хаос: все дети бегали, пытаясь найти место, пока один из мальчиков считал до двадцати. Я побежала за дом, там был открыт вход в подвал, я спустилась в него, закрыла за собой дверь, и она захлопнулась. В темноте я спускалась по лестнице, но оступилась и упала. Когда я попыталась подняться, поняла, что на моей ноге что-то лежит, и я не могу встать. Казалось, я неделю там лежала в темноте, меня пугал каждый шорох, я пыталась кричать, но меня никто не услышал. Как позже мне сказали, в подвале я находилась всего полчаса. Мои родители приехали за мной, а когда стали искать, решили заглянуть и в подвал. Я долго после засыпала при включенном свете. А в двенадцать у меня случилась истерика в самолете, даже задержали вылет, пока мы с мамой покидали самолет. Тогда-то мне и поставили диагноз – клаустрофобия.

«Что-то я разоткровенничалась», – закончив, осуждала себя Оливия.

– Если честно, я даже рад, что кто-то из нас двоих знает, как вести себя в экстренных ситуациях.

Мужчина улыбнулся, и девушка ответила ему улыбкой. Прозвучал пронзительный вой.

– Перестаешь бояться, когда в них не веришь. Ведь давно доказано, что любой страх – это влияние нашего подсознания. Поэтому только нам решать, поддаваться ему или сказать страху: «Сегодня ты мне не нужен», – и Оливия громко рассмеялась.

– Надо попробовать, – согласился незнакомец.

– О боже! – выдохнула девушка, услышав жуткий вой снова.

– Кто это? – переспросил незнакомец. – Для того чтобы поселиться здесь, я прошел анкетирование, от меня потребовали кучу характеристик и справок, а кто-то из квартирантов держит волка или сам оборотень. Сегодня не полнолуние?

Оливия рассмеялась, а Торину почему-то ужасно понравилось ее веселить.

– Это просто мой пес Джокер. Мы как раз вернулись с прогулки. Я с детства приучила его подниматься по лестнице, а сейчас он понял, что что-то не так, раз его не впустили в квартиру и не накормили. Он очень умный и преданный пес, но паникер жуткий, если что-то не согласно его расписания или его не проинформировали об изменениях заранее.

– Вы любите собак?

– А как их можно не любить?

– Ну, некоторые их боятся.

– Только не говорите, что вы еще и собак боитесь!

– Нет, в списке моих страхов этого нет.

– Тогда я могу быть спокойна.

– Извините, конечно, но в чем?

– В том, что когда откроется лифт и вы встретитесь с Джокером, мне не надо будет ловить вас в обморочном падении.

– Ах, вы об этом! Ну, по-моему, для первого знакомства я и так останусь незабываемым.

Привычные ему искорки флирта заблестели в его глазах.

– Да, я еще долго не смогу забыть.

– Наш поцелуй?

Торин легко уловил ее мимолетное смущение, прежде чем она запротестовала:

– Конечно же нет, вообще все это стечение обстоятельств.

– Что вы имеете в виду?

– Да то, что двое незнакомых людей попадают в экстремальную ситуацию и… – Оливия замолчала.

– И? – переспросил мужчина.

– Что и?

– Вы хотели что-то добавить, но остановились.

– Да нет, это просто смешно.

– Прекрасно, теперь вы меня рассмешите, не быть же мне всю ночь шутом, – и губы мужчины расплылись в игривой улыбке.

Торин поймал себя на мысли, что ему было очень легко общаться с ней, конечно, ему никогда не доставляло никаких проблем общение с противоположным полом и раньше, но обычно девушки его так не завораживали.

– Вы придерживаетесь в жизни правила: все, что с нами происходит, для чего-то нам надо? – спросила Оливия.

– Вы это о чем?

– Ну, у вас было в жизни так, допустим, в вашей жизни происходит неожиданная встреча, которая может помочь что-то осознать, но вы даже не пытаетесь прислушаться к своему внутреннему голосу?

– Вы имеете в виду, что мы не случайно застряли вместе в лифте?

– Да нет же, вы меня не поняли.

«Зачем я вообще с ним разговариваю?»

– Тогда объясните.

– Допустим, в вашей жизни появляется какой-то вариант, к которому вы сразу склоняетесь, не важно, бизнес это или, скажем, любовь. И вдруг вы застряли в лифте, то есть попали в заточение, тогда-то вы и начинаете анализировать этот вариант, и он не кажется таким уж замечательным.

– Вы прямо выдвинули гипотезу, а я уж думал, что вы, как большинство женщин, скажете: «Наверное, сама судьба свела нас, чтобы мы были вместе!»

– Какой бред, неужели похоже, что я могу такое сказать?

– Ну, я же вас не знаю, поэтому я просто предположил. Но, если честно, я рад, что ошибся.

Он еще хотел что-то добавить, но включился свет и лифт снова начал набирать высоту.

– Лифт сейчас заработает, – чуть с опозданием объявил Ральф в динамик.

– Спасибо, Ральф, – сказала Оливия.

Они встали напротив двери, в молчании ожидая, когда лифт остановится и двери откроются. Когда экран показал десять и прозвучал сигнал прибытия, двери открылись, и они увидели и преданно ожидающего хозяйку Джокера. Пес радостно встретил хозяйку и с опаской посмотрел на незнакомца.

– Дворняга? – неожиданно сам для себя произнес мужчина вслух.

– Простите?

– Извините меня, я просто представлял себе большого и холеного лабрадора, но никак не черного лохматого дворнягу.

– Я с детства люблю животных с характером, и которые ценят свой фарт в жизни, а не тех, которые взрослым людям заменяют детские плюшевые игрушки.

Оливия погладила пса за ухом и направилась к дверям квартиры, когда неожиданно услышала:

– Ой, до меня только сейчас дошло, что мы соседи! – наигранно сказал он.

– Выходит так, – оборачиваясь, ответила Оливия.

– Давайте тогда познакомимся, наконец. Мы могли бы поужинать где-то, – предложил Торин.

Оливия замерла и, возможно, даже хотела с удовольствием согласиться, но тут сама себе напомнила: «Что за муси-пуси, ты должна казаться стервой, вот и соответствуй, пожалуйста».

– Я… думаю, в этом нет необходимости, если мне не изменяет память, при заселении жильцов уведомляют об их соседях, поэтому вы прекрасно осведомлены, как меня зовут. К тому же, для «здравствуйте», а это максимум, что мы будем говорить при встрече, имя не обязательно! Тем более, извините меня за прямолинейность, если вы даже и назовете мне свое имя, увы, я не запоминаю ненужную мне информацию, тем более о не интересующих меня людях, – очень холодно проговорила девушка.

– Ну, а вдруг мы для чего-то должны были познакомиться друг с другом, и сама судьба заперла нас в лифте, прекрасно зная, что с вашим жутким характером вы даже не заговорите со мной при встрече, – не отступал он.

– Ну, если сама судьба, то я дам вам шанс. Если мы когда-нибудь еще застрянем вместе в лифте, я пойду с вами на ужин.

– Так значит, я все-таки вам симпатичен? – он воодушевился.

– Я живу в этом доме пять лет, и за все это время лифт никогда не ломался. Так что удачи! – сказала девушка и направилась к двери.

Он стоял и смотрел ей вслед. Девушка открыла дверь, сначала впустила пса, а затем зашла и, не взглянув в его сторону, закрыла за собой дверь.

«Она и правда «ледяная глыба», как и говорят. Все будет намного сложней», – подумал про себя Торин.

Зайдя в квартиру, она вытащила из кармана телефон и набрала сообщение: «Я выиграла! Он здесь! С тебя 100 евро», и выбрала функцию «Отправить».

Глава 2

Полгода назад. Берлин

– Ты с ума сошел?

– Я очень долго ждал, когда это поместье выставят на продажу, поэтому мне все равно, во сколько оно мне обойдется! – сказал Торин своему другу и компаньону.

– Да, но ты не боишься, что твой таинственный соперник по скупке и в этот раз тебя обойдет? Не понимаю, как у двух разных людей может быть такой одинаковый вкус. Если мне не изменяет память, пять последних лотов, которые ты также с нетерпением ждал, он выкупил за день до аукциона. Неужели тебе не интересно знать, кто это? – спросил жгучий шатен со светло-серыми щенячьими глазами. Молодой человек под метр девяносто ростом, спортивного легкоатлетического телосложения с обаятельной улыбкой, а также правильными чертами лица сидел в джакузи и в недоумении смотрел на друга, сидящего напротив.

– Дин, ты же прекрасно знаешь, что интересно. Но ты же помнишь: после второго аукциона нам удалось выяснить только то, что все покупки оформлялись через одну юридическую компанию. А когда следующие три также оформлялись через нее, мы сделали вывод, что покупатель один и тот же, но это может быть совсем не так.

– Торин, если это совпадение, то уж очень неправдоподобное, – не отступал Дин.

– Я сам не верю, а если все-таки совпадение? Да и что с того, если у кого-то такой же прекрасный вкус, как у меня. Тем более, в этот раз я уверен на все сто процентов, что поместье будет моим.

Его синие глаза светились в предвкушении.

– Что ты имеешь в виду?

– Я уже договорился с владельцем!

– О чем?

– О том, что готов заплатить на двадцать процентов больше себестоимости. И возможно, к концу недели я буду его владельцем. Да! И возможно, в этот раз я приду к финишу победителем, я уже и забыл это ощущение.

– Никогда не понимал, как люди поклоняются вещам, – сказал Дин.

– И это мне говорит человек, у которого в гаражах самые дорогие раритетные автомобили со всего мира?

Друзья переглянулись и засмеялись.

– Ну что, еще по одному прыжку и пойдем выпьем пиво?

– Я думаю, можно, только ты прыгаешь с третьей вышки, а я со второй, – промолвил Дин с улыбкой.

– Ладно, трусишка. Почему из всех человеческих страхов ты боишься высоты?

– Ну, у кого-то страх идет с ним по жизни, а кого-то может застигнуть врасплох, как тебя в Токио.

– Спасибо, что напомнил, друг, – проворчал Торин.

– Я очень рад, что ты реабилитировался и теперь можешь ездить в лифте.

Друзья всегда ходили в бассейн ближе к полуночи, чтобы никого кроме них не было. Покинув джакузи, они стали дружно подниматься по ступенькам. Но тут Дин выпалил другу в спину:

– Я вспомнил, что хотел тебе сказать. Испанцы прислали заказ. Если честно, не понимаю, зачем браться за этот проект?

Торин резко остановился и посмотрел на друга с явным неодобрением.

– Дин, мы уже это обсуждали!

– А, ну да, конечно, как ты там сказал: «Мне хочется попробовать что-то новое». Да, ведь нам скучно проектировать торговые центры, парки, гостиничные комплексы, а это что-то новое, одно название чего стоит: «Жизнь в гармонии с природой».

– Ты опять завелся, Дин. Обсудим все завтра в офисе, а сейчас прыгай или я столкну! – Торин ехидно улыбнулся.

– Хорошо, я прыгаю, но эта затея просто зря потраченное время и силы. И не говори потом, что я тебя не предупреждал!

– Ты же знаешь, я никогда ни о чем не жалею.

– Знаю! – пробурчал Дин.

Он прыгнул, вытянувшись во весь рост, в воду.

– Провинциал, – промолвил вслед другу Торин и начал подниматься на третью вышку. Поднявшись, он сначала удостоверился, что Дин отплыл к бортику. Подошел к краю, стал на руки, а затем, сделав прыжок с сальто, плавно вошел в воду.

– Хвастун! – выкрикнул Дин.

Торин вынырнул возле друга и сказал:

– Хватит завидовать, пошли отдыхать, а о делах подумаем завтра.

На следующий день друзья встретились в офисе около полудня, на лицах у каждого было написано, что легли они не то чтобы слишком поздно вчера, а наоборот – слишком рано сегодня.

– Если честно, я даже не помню, где мы были, – прохрипел Дин. – Вернее, два первых заведения я помню, помню девушек, а вот как оказался дома, не помню.

– Ты проснулся дома? – с удивлением в голосе спросил Торин, который выглядел явно лучше.

– Да, а ты разве нет? Хотя чему я удивляюсь, ты, наверное, ночевал у той роскошной блондинки с четвертым размером и длинными ногами.

– Угадал, только ты же знаешь мои правила, мы ночевали в отеле.

Стоя возле бара и не поворачиваясь к другу, Торин достал бутылку воды из холодильника.

– Я думаю, условия к проекту читать с такой головой не стоит, – вдруг сказал Дин, без всякого энтузиазма открывая папку.

– Полностью согласен с тобой.

– Ну, раз так, предлагаю изучить наших соперников. Это хотя бы интересно.

– Ты думаешь, это интересно?

Насыпая рукой лед в стакан с водой, Торин резко развернулся к другу, но вскоре пожалел из-за приступа боли.

– Да, я думаю, это интересно, – медленно пробурчал Дин.

Он начал изучать список, в его глазах промелькнуло что-то между удивлением и страхом.

– Говори уже, а то ты так удивлен, что даже мне стало интересно.

– Поздравляю, наши соперники – LifedreamCorporation!

– Ты серьезно? – Торин словно резко протрезвел.

– Нет, я подумал, что ты сегодня какой-то грустный, вот и решил тебя разыграть. Конечно да, я серьезно. Я как чувствовал, что не надо было даже подавать заявку на этот проект.

– Чего ты так паникуешь? Мы же никогда с ними не сталкивались.

– Да, зато все, кто с ними конкурировал, после поражения говорили как-то так: «Просто не понятно, зачем было вообще участвовать, если сразу было понятно, что выиграет LifedreamCorporation». Вот и я думаю, может, не стоит участвовать?

– А что нам известно о заказчике?

– Какая-то Оливия Траст, если честно, я раньше о ней не слышал. Можно навести о ней справки, но я не уверен, что это как-то нам поможет.

Торин сел в свое кресло.

– Боже мой, Дин, ты опять включил пессимиста. У нас уже есть козырь в рукаве.

– Да? Интересно какой? – без всякого интереса спросил Дин.

– Она женщина, что может быть прекраснее в игре?

– Если ты так воодушевился, значит, у тебя есть план? – теперь уже с интересом спросил Дин.

– Конечно, еще нет. Но будет, когда ты мне все о ней узнаешь.

– Ладно, я попытаюсь что-то нарыть.

– Вот и правильно, и собери на завтра всю команду.

– Всех? – переспросил Дин.

Торин встал, взял портфель, телефон и сказал:

– Я думаю да, за исключением дизайнеров. Ладно, все, я уехал, голова все равно не соображает. Дин, до завтра, – и он вышел из кабинета.

– Хорошо, до завтра, – выкрикнул Дин вслед.

На следующее утро самый большой кабинет казался тесным из-за большого количества собравшихся. Все специалисты компании собрались в ожидании руководителя. Торин Уорд славился своей организованностью и пунктуальностью, поэтому все сотрудники компании знали, что опаздывать не стоит, если ты и дальше хочешь продолжать работать. На часах показывало без двух минут десять, и дверь в конференц-зал открылась, Торин зашел, прошел через всю комнату и остановился во главе длинного стола. Он был одет в темно-синий костюм и белоснежную рубашку с двумя расстегнутыми верхними пуговицами. Отодвинув стул, он поставил на него портфель и развернулся к подчиненным.

– Доброе утро всем, надеюсь, вы все хорошо отдохнули после удачного открытия нашего экологически чистого металлургического комбината. Мы получили заказ на новый проект под названием «Жизнь в гармонии с природой» или «Город благодарит природу за дары». Сразу отвечу на вопрос, который вертится у всех вас в голове. Я не знаю, что именно хочет увидеть заказчик, никаких ограничений и требований не установлено, поэтому мыслим во всех направлениях одновременно, но придерживаемся главного понятия – «природа». Проще говоря, ищем любые нереализованные проекты на стороне: атмосферные фильтры воздуха, солнечные батареи, электромобили и прочее. Любые идеи я всегда выслушаю. Готовый проект нужно сдать 25 марта, а это значит, что у нас осталось полгода на его создание. На столе в папках находится карта территории, где будет создаваться объект, ее площадь 1000 квадратных километров с начальным населением 10000 человек. Для сбора информации я даю две недели, после которых мы опять соберемся для зарисовок первого макета.

Торин замолчал и посмотрел на свою команду.

«Вы самые лучшие, у нас всегда все получалось, и в этот раз мы превзойдем самих себя», – мысленно произнес он свою собственную мантру, которую всегда повторял перед новым проектом.

– Ну, на этом, пожалуй, все, желаю вдохновения и удачи нам всем. Если у кого-то появятся вопросы, я всегда всех рад видеть. И главное, не забываем: мы все лучшие в своем деле и нам по силам невозможное.

Когда все покинули кабинет и в остался только Дин, Торин подошел к бару, открыл бутылку с водой, развернулся к другу:

– Будешь?

– Да, можно, только со льдом, – ответил Дин.

Торин достал из тумбы два стакана и положил в каждый по четыре кубика льда, затем налил в них воду. Взяв стаканы, он подошел к Дину, сидевшему за столом, и поставил стаканы на стол.

– Ну, а какие у тебя предложения? – спросил Торин.

– Ты прекрасно знаешь мои предложения. У нас и так множество заказов. Не надо ввязываться в этот проект, лучше подыскать что-то нормальное.

– Нормальное это как?

– Нормальное это когда есть требования и критерии. А не когда мы будем изо всех сил пытаться придумать велосипед, а заказчик, скорее всего, и сам не знает, что он хочет, – с явным раздражением ответил Дин, – то есть она.

– Правильно, она! Ты, кстати, подключил все каналы по нашей заказчице, как ее там зовут? – спросил Торин, а у самого на лице было написано предвкушение.

– Оливия Траст, можно было и запомнить имя своей новоиспеченной дамы сердца. Бедняжка, она об этом еще и не догадывается.

– Перестань язвить, Дин, – как бы очнувшись, пробурчал Торин, – я могу в этой игре уступить право хода тебе.

– Спасибо, уволь, ты же знаешь: из нас двоих роль синей бороды к лицу тебе.

Делая глоток, Торин замер со стаканом в руке.

– То есть?

– Ну, это ты можешь любую, даже самую неприступную девушку влюбить в себя до безумия, а когда она тебе надоест, повернуть все так, чтобы она думала, что ваше расставание – исключительно ее вина.

– Да, увы, я не плачу в подушку и не лопаю мороженое как некоторые, когда его бросает очередная дрянь, которая поимела от тебя все, что ей надо было.

– Неправда, я никогда не плакал! – пытался защититься Дин.

– А, ну да, конечно, дарить каждой своей пассии машину, квартиру или, как последней, дом – это и правда очень толково, куда уж мне, – рассмеялся Торин. – Только, ты никогда не замечал закономерность: как только ты даришь очередной своей девушке дорогостоящий подарок, она сразу ищет возможность расстаться с тобой?

– Ну и что, зато хоть некоторое время я чувствую себя не одиноким, в отличие от некоторых! – поставил точку Дин.

Торин больше ничего не сказал, друзья прекрасно знали недостатки друг друга. И если у кого-то что-то случалось, то за помощью они всегда направлялись друг к другу.

– Ладно, когда там твой аукцион? – немного остыв, спросил Дин.

– В пятницу, а что?

– Да нет, ничего, просто Джек и Сэм предлагают сделать ставки на то, что лот приобретешь ты.

– Вы что, ставите на лоты, которые я хочу приобрести? – поперхнувшись, уставился Торин на друга.

– Да!

– И давно?

– Ну, нет. Наверное, на третий твой неудачный аукцион, ты еще хотел какую-то азиатскую вазу. Джек просто предложил, шутя, разумеется, а мы с Сэмом его поддержали. Ну и как-то затянуло.

– Ты хочешь сказать, что на последние три аукциона вы делали ставки?

– Ну да.

– И кто же выигрывал?

– Всегда выигрывал я!

По лицу Торина можно было понять, что его совсем не радует довольная интонация друга.

– Да, нечего сказать, хороший лучший друг, ты так в меня не веришь?

– Верю, но сейчас у тебя черная полоса! Так бывает. Давай лучше сходим пообедаем? – предложил Дин, пытаясь успокоить друга.

– Хорошо, но платишь ты, раз ты на мне неплохо заработал.

– Я согласен, если тебя это успокоит.

– Успокоит!

Друзья обедали в своем любимом ресторане «Крылья ангела». Не то чтобы там была самая вкусная кухня, просто они познакомились в нем, подрабатывая официантами в студенческие годы. А когда разбогатели, то, конечно, вложили деньги в его реконструкцию и раскрутку. Все, казалось, было как всегда, мужчины сделали заказ и, ожидая его, пили свежий фреш. Неожиданно для себя через два столика Торин заметил знакомое лицо. Это был владелец поместья, которое он так хотел купить – Альберт Ганс. Он был не один, за столом рядом сидел молодой мужчина, а спиной к Торину девушка с длинными медными волнистыми волосами. Девушка встала из-за стола, за ней последовал молодой мужчина, они попрощались с Альбертом Гансом и начали направляться к выходу. По пути к выходу они прошли возле столика, где сидели Торин и Дин. Когда девушка подходила к ним, Торин заметил, что, несмотря на свой средний рост, она казалась очень стройной, а к ее красиво развивающимся кудрям можно было добавить большие миндалевидные карие глаза, которые сразу бросались взору. Девушка прошла мимо, не взглянув на него, за ней последовал молодой человек, и они покинули ресторан. Торин, не выдержав, встал из-за стола.

– Ты куда? – спросил недоуменно Дин, внимательно посмотрев на друга.

– Я увидел знакомого, пойду поздороваюсь, начинай без меня, – ответил Торин и направился к столику возле окна.

– Добрый день, мистер Ганс!

– О! Добрый день, мистер Уорд. Вы тоже любите этот ресторан?

– Да, конечно, здесь прекрасная кухня, особенно мне нравится большой выбор морепродуктов.

– Морепродукты – это моя слабость.

– Если вам так здесь нравится, мы можем организовать нашу встречу в четверг здесь, – предложил Торин.

– Встречу? – переспросил Альберт Ганс.

– Да, мы договаривались о встрече за день до аукциона, чтобы мы могли обсудить мое предложение.

– Ой, да, мы и правда договаривались, но…

От этого «но» у Торина все сжалось внутри.

– Но? – переспросил Торин, изо всех сил натягивая дружелюбную улыбку.

– Увы, но я только что подписал бумаги о продаже поместья с одной очаровательной девушкой. Хорошо, что вы мне напомнили, мне же надо отменить аукцион.

Торин, не сказав ни слова, развернулся и последовал к своему столику. Он сел за стол молча, без эмоций на лице, взял стакан воды и залпом его выпил.

– Что-то случилось? С кем ты встречался, на тебе лица нет, – спросил Дин.

Торин ничего не отвечал. Он просто думал.

«Значит, мое поместье увела у меня из-под носа, возможно, эта незнакомка, да уж, очень мастерски перекупила объект за три дня до аукциона. А может… да нет, это глупо, другие интересующие меня лоты тоже она приобрела?»

– Ты меня слышишь? – его мысли потревожил вопрос Дина.

– Да так, я опять в проигрыше, надеюсь, ты успел сделать ставку на мой проигрыш? – нервно начал улыбаться Торин.

– С кем ты встречался? Если мне не изменяет память, то с владельцем поместья ты встречаешься в четверг, а сегодня вторник.

– Владелец поместья сидит за столиком возле окна, и около пятнадцати минут назад его перекупила какая-то сучка.

– Фу, так грубо, Тор. На этом мир не остановился, просто в этой игре тебя кто-то опять обошел, может, ну его с этим поместьем, давай купим хороший кусок земли и построим такое же.

– Ты не понимаешь, – почти крикнул он.

– Да, я не понимаю, ну не прет тебе в аукционах, найди себе другое увлечение, например, собирай марки, – рассмеялся Дин.

– Очень смешно, ладно, ты доедай, а я, наверное, пройдусь.

Торин встал из-за стола и вышел из ресторана, он подошел к машине, сел в нее и сказал водителю:

– Ричард, в ближайший спортивный магазин.

– Что-то случилось, сер? – отлично зная хозяина, спросил шофер.

– Жить буду, – ответил Торин.

Машина подъехала к ближайшему спортивному магазину, Торин вышел.

– Подожди меня немного, хорошо?

– Договорились, сер.

Около двадцати минут спустя Торин вышел из магазина. Вместо темно-синего классического костюма, белой рубашки и коричневых туфель он был одет в новую футболку, спортивные штаны, бейсболку и обут в кроссовки. Он открыл заднюю дверь автомобиля, поставил пакет с вещами и подошел к открытому окну.

– Ричард, у тебя есть какая-то музыка, а то я как-то не подготовился?

– Конечно, сер, держите, – водитель протянул Торину айпад, – только там тяжеловатая.

– Это ничего, даже хорошо. Еще не подскажешь, в каком направлении ближайший парк?

– Надо бежать прямо, сер, там самый большой в городе, как вы любите.

– Спасибо, Ричард, и завезешь, пожалуйста, мои вещи домой.

– Хорошо, сер.

Торин отошел от автомобиля, вставил в уши наушники и включил музыку. Сначала он шел ускоренным шагом, затем постепенно перешел на бег. Он очень долго бегал, наконец, около полночи вернулся домой. Когда он зашел в дом, консьерж пожелал ему спокойно ночи, на что Торин ответил «спасибо», а сам подумал: «После такой пробежки я должен спать как младенец». Подойдя к лифту, он нажал кнопку вызова, лифт сразу открылся, он зашел и нажал пятый этаж. Он повернулся к зеркалу в лифте и улыбнулся.

– И с этой подножкой мы справимся.

В следующий понедельник Торин сидел в своем кабинете, пил кофе и изучал свои наброски. Дверь открылась, и кто-то в нее постучал – это был Дин. Торин поднял голову на звук.

– Это всего лишь я, надеюсь, тебе полегче, я не видел тебя неделю. Если нет, у меня есть то, что тебя порадует.

– Я притворюсь, что ты меня заинтриговал, – вяло проговорил Торин. – Ну и что же это?

– Это досье на нашу мисс Траст.

– Мисс Траст?

Не совсем поняв, он пристально посмотрел на друга.

– Ты сам неделю назад просил собрать на нее сведения. Отмечу, ребята постарались на славу.

– Ты не напомнишь, зачем я тебя просил собрать на нее сведения? – без всякого энтузиазма спросил Торин. – Кто она вообще такая?

Дин привычно расположился в гостевом кресле.

– Ты меня пугаешь, только не говори, что всю неделю ты был в запое.

– В отличие от некоторых, я работал! – с упреком взглянул он на компаньона.

– Напоминаю тебе, что это наша заказчица.

– А, ну да, я вспомнил, ну, что там интересного? – так же без всякого интереса проговорил он.

– Вот, смотри! – Дин положил перед Торином папку. – Но, если честно, мне кажется, что она всего лишь посредник, а не истинный заказчик.

– Почему?

– О ней нигде ничего нет. И по-моему, это очень странно, если у нее есть деньги на такой огромный проект.

Торин нехотя открыл папку и увидел ее фотографию. Да, это была именно она, девушка из ресторана. Он сразу оживился, его глаза заблестели. Дин, увидев реакцию, обрадовался.

– Я тоже рад, что она не старая сухая мымра.

– Это она!

– Прости? Кто она?

– Девушка из ресторана.

– Вот блин, ты серьезно?

– Да, я навсегда запомнил эти глаза!

Торин еще раз посмотрел на фотографию, изучая ее лицо.

– Значит с этим объектом все намного хуже, чем я представлял, – озвучил свои мысли Дин.

– Что ты имеешь в виду, я не понял? – он перевел непонимающий взгляд на друга.

– Мы и так не уверены в своей победе, так теперь еще и это!

– Ну и что?

– Когда человеком правят эмоции в игре – это плохо, ты же прекрасно знаешь, не мне тебя учить. А месть – негативная эмоция, я тебе напомню, если ты забыл.

– Месть? С чего ты решил, что я буду ей мстить? – очень строгим голосом сказал Торин, но огоньки в его глазах выдавали его азарт.

– Я тебя знаю двенадцать лет. У тебя это на лбу написано с тех пор, как ты увидел фотографию.

Торин расслабленно развалился в кресле, изо всех сил выказывая свое безразличие, но чуть заметная зловещая улыбка, не сходившая с лица, легко выдавала его.

– Ничего подобного, просто за неделю я успокоился, но, увидев ее снова, вспомнил поражение.

– Я о чем? А представь, если ты встретишься с ней лицом к лицу? – нудил Дин.

– Перестань, ты все накручиваешь. Есть просто заказ, заказчик и исполнитель, все как всегда. Тем более за полгода я, возможно, заинтересуюсь другим лотом и переключусь.

– А как же твой план?

– Какой план?

– Привет! А зачем я копал это досье? Твой план обольщения, ты передумал?

– Да, – он пытался успокоить друга, – но я прочту его на досуге, может, найду какие-то ее предпочтения для проекта.

– Ага, ага, – съязвил Дин.

– Что? – немного оскалился Торин.

– Ничего!

Глава 3

Барселона

Торин всю ночь не мог заснуть после неожиданной встречи в лифте. До презентации проекта оставалось две недели, и тут такое. Они оба были приглашены на черно-белый прием в Национальный музей искусства Каталонии.

«И как я ее сразу не узнал? У меня был прекрасный план, мы должны были познакомиться на приеме, я проводил бы ее домой, и тогда неожиданно оказалось бы, что мы соседи, – думал про себя Торин, лежа в кровати и смотря в потолок. – Но нет – предохранителю надо было перегореть именно сегодня, да и она хороша, какой нормальный человек выгуливает собаку в двенадцать ночи, все жильцы дома уже спят, и я бы спал, если бы мой самолет не прилетел в одиннадцать. А еще мой приступ паники. Да уж, хорош стратег!»

Начало рассветать, и Торин, решив, что пытаться заснуть бесполезно, встал с кровати и прошел на кухню. По привычке он сразу же открыл холодильник.

– Наивный, откуда здесь может быть еда?

Закрыв холодильник, он прочитал на нем табличку: «В этом доме нельзя употреблять продукты в тетрапаках, полиэтилене и пластике, поэтому рекомендуем приобретать продукты в стеклотаре, бумажных пакетах и коробках». Он обвел взглядом кухню и, обнаружив кофеварку, вздохнул:

«Да, от чашечки кофе я бы сейчас не отказался».

Простояв без движения несколько минут, он подошел к телефону. Набрав номер консьержа, стал ждать ответа, и тут из трубки донесся голос:

– Доброе утро, сеньор Уорд, я вас слушаю.

– Доброе утро, – начал Торин, – простите меня, это Ральф?

– Нет, это Стивен. Я сменил Ральфа час назад, так чем могу вам помочь?

– Ах да, Стивен, вы не подскажете мне номер телефона какого-нибудь ресторана или кафе, в которых в это время можно заказать завтрак с доставкой?

– Конечно, сеньор, записывайте… – и Стивен продиктовал несколько номеров телефонов.

– Большое спасибо, Стивен.

– Не за что, сеньор.

Торин повесил трубку, а затем, опять подняв ее, набрал один из номеров. Он заказал все утреннее меню в ресторане и стал ожидать, когда пройдет полчаса и заказ доставят. Сев на диван в гостиной, он стал рассматривать все вокруг.

«Как хорошо, что можно снимать обставленную и укомплектованную квартиру».

Все пять комнат были просторные и светлые из-за больших окон. Из кухни и гостиной можно было попасть на огромную угловую террасу под открытым небом, где было много цветов и зелени, а в самом центре стоял набор плетеной мебели. Спокойно бродя по квартире, Торин наткнулся на музыкальный центр. Выбрав любимую радиостанцию с классической музыкой, он отправился в душ. Там также была табличка с надписью: «В этом доме разрешается пользоваться натуральными растительными моющими средствами, которые вы всегда можете приобрести у консьержа». Он задумался, но вскоре заметил, что на полочке в душевой стояло несколько стеклянных флаконов с похожими этикетками и успокоился. Выйдя из душа, опоясанный большим полотенцем, он последовал на террасу, и, глубоко вдохнув, заметил, что уже окончательно рассвело, а это значит, что настало утро. Облокотившись на массивный каменный парапет, он смотрел, как пока еще незнакомый ему город просыпается.

«Добро пожаловать в Барселону! Возможно, это единственный город на планете, где каждый, будь то серфингист, любитель творений архитектуры или просто палящего солнца над головой, найдет себе отдых по душе. Каталонская столица завораживает своими постройками, наличием парков и чистотой. Ранним воскресным утром здесь можно встретить машину, моющую улицу в Готическом квартале, спортсменов, бегающих по парку, или медитирующих йогов на бесконечном белоснежном пляже», – вспомнил он описание из путеводителя в самолете.

Неожиданно в дверь постучали. Торин открыл, обрадовался доставке из ресторана, а расплатившись, направился обратно на террасу. Он выложил содержимое пакета на стол, отпил из стакана капуччино, смакуя каждый глоток, и наслаждался приятным ветерком. Устроившись в плетеном кресле и пробуя завтрак еще незнакомой пока ему кухни, он размышлял.

«Ну, все пошло не совсем так, как я планировал, но возможно, это и хорошо, что мы уже познакомились, – утешал себя он. – Боже ты мой, ну прокололся я на первом уровне игры, с кем не бывает, но сегодня на приеме я все исправлю. А еще лучше, надо выждать, когда она будет выходить из квартиры, и встретиться с ней у лифта».

Торин вскочил и направился к правому краю террасы.

«Если у нас зеркальные квартиры, я смогу увидеть ее».

Подойдя к нему, он встал на носочки и заглянул за угол – там никого не оказалось, он обошел угол дома и направился к левому краю, также вытянувшись и заглядывая за угол. И тут он увидел Оливию Траст. Она сидела на коврике в позе лотоса, а лицо ее было направлено прямо к солнцу.

«Вот и попалась!» – обрадовался Торин.

В приподнятом настроении он вернулся за столик и продолжил свой завтрак. Неожиданно заиграл мобильный. Это был Дин. Торин взял трубку и сказал:

– Я смотрю, тебе тоже не спится?

– Как я могу спать, когда ты там, а я здесь. Надеюсь, ты морально настроился на знакомство с нашей незнакомкой? Если нет, то у меня еще есть возможность сесть на самолет, и в восемь я буду у тебя.

– Спасибо, конечно, за заботу, но я уже с ней познакомился! – очень сухо ответил Торин.

– Что? Когда ты успел, ты же прилетел вчера в одиннадцать?

Торин встал и направился внутрь квартиры, чтобы его соседка ничего не услышала.

– Скажем так, судьба опять сыграла со мной злую шутку. Если честно, мне иногда кажется, что все дело в лифтах или в ней. А самое странное то, что любая наша совместная игра заканчивается для меня проигрышем! – с накопившейся раздраженностью проговорил он.

– Ты преувеличиваешь.

– Ну, сам посуди, все мои поражения за последний год происходят, только если моим соперником является она. Из-за нее вот уже полгода моя коллекция не пополняется, так как я больше не вижу в этом смысла. Я никогда раньше не испытывал страх перед противником, а сейчас я даже не знаю, насколько она хороша в своем деле, но почему-то чувствую себя слабее.

– Ну, не знаю, может, это что-то другое?

– Например?

– Может быть, ты наконец-то встретил достойного соперника, и твое внутреннее «я» включило инстинкт самосохранения?

– Извини, но я что-то тебя не очень понимаю!

– Да что же тут непонятного? Ты сам создаешь иллюзию того, что она сильнее тебя, но если разобрать каждую деталь, то можно вспомнить, что она всегда обходила тебя лишь благодаря времени и настойчивости. И сейчас на твоем месте я бы расслабился насчет нашей мисс Траст, ты всегда производишь впечатление на девушек, и думаю, наш случай не исключение. Я бы больше волновался насчет наших главных соперников – LifedreamCorporation, вот о чем надо волноваться.

– Спасибо, конечно, за такую уверенность во мне, но мое обаяние действует, оказывается, не на всех, – немного разочарованно сказал Торин.

– Что ты имеешь в виду?

– Как я уже сказал, сегодня ночью я познакомился с нашей Оливией Траст. И уверяю тебя, в ее глазах не было никаких намека даже на интерес.

– Торин, ты серьезно?

– А у меня есть причины для розыгрыша?

– И как это было?

Торин описал всю ситуацию, произошедшую в лифте.

– Все понятно, ты после длительного перелета был не готов, вот все и пошло не так, – сказал Дин, пытаясь успокоить друга.

– Честно, я не понимаю, как можно быть такой теплой и одновременно холодной. У меня сложилось впечатление, что у нее замечательно получается притягивать и располагать к себе людей, а когда они больше ей не интересны, она как бы очень быстро разрезает соединяющую нить, – добавил Торин.

– Ну а как сегодняшний вечер, ты больше не придерживаешься плана?

– Ну почему же, просто у меня уже новый план, – Торин широко улыбнулся.

– Ладно, не посвящай меня, если все получится, тогда звони. Ни пуха!

Торин положил телефон на столик в гостиной и, направившись на террасу, продолжил завтрак. После он посмотрел на часы. Часы показывали без четверти шесть. Торин направился в комнату, достал из сумки ноутбук и, вернувшись на террасу, сел за стол.

«Магазины одежды откроются не раньше десяти, а заснуть я сегодня уже не смогу. Хорошо же она тебя зацепила», – подумал про себя Торин.

Он открыл и включил ноутбук.

«Мне нужен лучший костюм на сегодня, – опять промелькнуло в его голове, – раз она так холодна, скорее всего, она пойдет на прием одна, а когда вокруг все парами, никому не хочется чувствовать себя белой вороной».

Ноутбук загрузился, и Торин стал изучать свою почту.

Глава 4

Приглашение было на восемь. В шесть часов уже готовый к приему Торин стоял возле зеркала. На нем был серый, почти черный костюм, белоснежная рубашка с высоким воротником, большими широкими манжетами и большими серебряными запонками. Жилет и массивный галстук цвета шампань добавляли немного благородства. Торин подошел к двери и приоткрыл ее.

«Ты сто процентов пунктуальна, а когда ты будешь выходить, я услышу, выйду одновременно с тобой к лифту и предложу сопроводить тебя на прием, так как никого здесь не знаю. Да я гений! – подумал про себя Торин. – Только надо сразу положить ключи в карман, слава человеку, создавшему захлопывающийся замок. А да, и надо…»

Торин подошел к телефону, набрал консьержа и спросил:

– Стивен, это мистер Уорд, вы не могли бы мне сказать, мисс Траст из соседнего пентхауса уже поехала на прием?

– Нет, машина за ней приедет в полвосьмого, сеньор.

– Спасибо, Стивен.

– Не за что, сеньор!

«У меня еще полтора часа, неужели нельзя было раньше позвонить консьержу? А откуда я знал, что Стивен такой душка. Ладно, может, выпить для храбрости? Нет, если от меня будет пахнуть алкоголем, она может покусать меня еще в лифте. Надо вызвать машину, а если мы поедем вместе, то машина мне не нужна».

Торин метался по комнатам, не находя себе места все полтора часа, наконец он услышал открывающуюся дверь соседней квартиры и фразу:

– Ты остаешься дома, я скоро буду, и мы пойдем гулять, а пока не шали.

Дверь захлопнулась, и в коридоре послышались шаги. Торин поспешил к своей двери, вышел в коридор, захлопнул дверь и направился к лифту.

Оливия подошла к лифту в прекрасном платье цвета слоновой кости. Верх платья полностью открывал декольте и спину. Тоненькие бретельки от плеч опускались к лифу. От лифа начиналась воздушная юбка, которая обтягивала талию, а затем свободно расходилась. Плечи утепляла подходящая под цвет шаль. На голове распущены тяжелые медные локоны, так же как при первой встрече в ресторане, они словно пружинили при каждом ее шаге. Естественный румянец, и ни следа макияжа. Аккуратненький клатч в руках под цвет платья. И так как она была такого же роста, как и ночью, значит она в обуви на низком ходу, а точнее в удобных греческих сандалиях на миниатюрном каблучке, которые выглядывали иногда из-под платья.

– Добрый вечер! – произнес Торин, подойдя ближе к девушке.

– Добрый вечер! – ответила Оливия и нажала кнопку вызова лифта.

– Очень странно, но у меня такое ощущение, что мы едем на одну и ту же вечеринку.

Девушка сделала вид, что не поняла. Тогда Торин показал рукой на ее и свой наряд. Девушка улыбнулась и ответила:

– А мне кажется, что вы специально ждали, когда я выйду из своей квартиры, чтобы поехать вместе в лифте, – закончив, она натянуто улыбнулась.

Торина немного парализовало, но, унимая собственное раздражение, он сказал:

– Вы всегда считаете, что весь мир вертится вокруг вас?

Оливия усмехнулась. Прозвучал звуковой сигнал, и двери лифта открылись. Оливия зашла, а за ней последовал и Торин.

– Я надеюсь, вы не растаете за то время, что мы вместе будем спускаться на первый этаж? – с язвинкой проговорил Торин.

– Если я правильно поняла, вы обозвали меня ледяной глыбой или, еще лучше, снежной королевой?

Оливия нажала на кнопку первого этажа.

– Я вас обидел? – с явной радостью спросил он.

– Да что вы, это самый лучший комплимент за последнее время, наверное, вечер будет прекрасен, раз он так начался. Притом я же прекрасно знаю, как меня называют за глаза.

– Вы что, серьезно считаете это комплиментом? – он разинул рот от удивления.

– Вас это удивляет?

Он и не догадывался, как ее все это забавляло.

– Даже горькая правда лучше, чем подхалимство, извините, если разочаровала вас.

– Да нет, напротив, вы меня удивили, – озвучил он собственные мысли. – Я опять вернусь к своему предложению ехать на прием вместе, так как я здесь никого не знаю, и вы, полагаю, одна, – продолжил он до тошноты любезно.

– Я никогда никуда не хожу без сопровождения! – ответила Оливия, лифт остановился, и дверь открылась. – Я стараюсь быть в надежных руках.

Оливия вышла из лифта и направилась в вестибюль. Торин воодушевленно последовал за ней, полагая, что это было приглашение, но неожиданно замер. В вестибюле ее встречал рослый, спортивного телосложения парень привлекательной внешности в явно дорогом черном костюме и с веткой белой орхидеи в руках.

«Он скорее всего фотомодель, – подумал про себя Торин, – и орхидея, да он знаток в искусстве обольщения».

Оливия развернулась и нарушила его рассуждения.

– Извините, что нарушила ваши планы, надеюсь, вы сможете вызвать себе такси.

Улыбнувшись, Оливия повернулась обратно к сопровождающему, взяла цветок в левую руку, а правой обхватила руку молодого человека. Они вышли на улицу, сели в машину и уехали.

Торин подошел к консьержу и попросил вызвать ему машину. Через пять минут машина подъехала к входу. Торин вышел, сел в такси и назвал адрес места, куда ему надо добраться. Всю дорогу Торин старался себя успокоить, но получалось не очень. Неожиданно он завопил, чем испугал водителя, и произнес:

– Ну почему у нее всегда получается обламывать меня как мальчишку?

Водитель такси недоуменно посмотрел на него в зеркало заднего вида. Но Торин сделал вид, что не заметил упрек в его взгляде.

– Ничего, ты сильнее и хитрее ее, просто успокойся и дыши ровно, – продолжал говорить себе под нос Торин.

Через двадцать минут машина подъехала к музею. Торин расплатился и вышел из машины. Поднявшись по ступенькам, он предъявил свое приглашение на входе и зашел внутрь. Торин медленно направлялся в центральный зал, при этом изучая по дороге выставленные экспонаты. Он не изучал приглашенных гостей, они ему были не интересны, так как прекрасно знал, что из знакомых здесь будет только она. Подойдя к бару и заказав виски со льдом, он взял стакан, развернулся к залу и сразу заметил возле окна спутника Оливии в окружении девушек.

«Очень интересно, а где же твоя хозяйка», – подумал про себя Торин.

Он начал изучать зал. Она стояла в отдаленном углу и, к его удивлению, в окружении мужчин. Всем своим видом она показывала, что с удовольствием купается в мужском внимании. Неожиданно музыканты начали играть музыку.

«Прекрасно, – заметил Торин, – если я сейчас подойду и приглашу ее на танец, ей будет неловко мне отказать».

Он сделал глоток и поставил стакан на стойку бара, затем начал шагать в ее сторону. Подойдя поближе, он заметил, что возле Оливии осталось всего трое мужчин. Торин, без всякой тактичности перебив их разговор, неожиданно для всех произнес:

– Вы не согласитесь со мной потанцевать?

Оливия явно была застигнута врасплох, но виду не подала, а лишь ответила:

– Пожалуйста!

Она положила свою ладонь в его протянутую руку, и они направились в танцевальную часть зала. Закружившись в вальсе под сопровождение живого мини-оркестра, они плавно запарили над паркетом.

«Он хорошо ведет!»

– Вы хорошо ведете!

– Спасибо! А вы терпимо танцуете.

Торин специально провоцировал девушку, но она не подала виду, хоть эта реплика ее зацепила.

– Зачем вы меня пригласили? – без всякого интереса на лице спросила она.

– Ну, мне захотелось потанцевать, а здесь я знаю только вас.

– А знакомиться вы не пробовали? На таких вечерах обычно знакомятся.

– А если, допустим, я не хочу с кем-то знакомиться сегодня, и почему ваш спутник не приглашает вас на танец? Он не умеет танцевать?

– Он прекрасно танцует, по крайней мере, так написано в его анкете, – без всякого смущения произнесла Оливия.

– Анкете?

Торин начал анализировать, как вдруг до него дошло, и он улыбнулся.

– Да, анкете, это такой документ, в котором человек описывает свою хорошую и плохую сторону.

– Так он из фирмы сопровождения! – он рассмеялся от души.

– И что же вас так развеселило, не поделитесь?

Она продолжала игнорировать его веселье, а Торин наклонился к ее уху и прошептал:

– Всегда было интересно, кто пользуется их услугами. Никогда не подумал бы, что у вас все так плохо, – он широко улыбнулся.

– Кто бы говорил.

– Не понял?

Его глаза сузились, а на лбу появились морщины.

– Ну, вы же тоже знакомитесь с девушкой для компании на один вечер, ведете ее в ресторан или ночной клуб, покупаете ей коктейли и прочее.

Заметив его удивление, она так же поднесла губы к его уху.

– У вас это написано на лице.

Торин стал серьезным, когда она смотрела ему в глаза.

– Так чем же мы с вами отличаемся, мы просто не хотим обязательств, но положение обязывает. А больше всего любим одиночество. Разве не так? – она произнесла эти слова как психотерапевт свое умозаключение.

– Но разве окружающие или пресса не будут гадать, с кем вы пришли, а когда узнают, – он запнулся, – неужели вам приятно читать журнал, где под вашей фотографией будет написано: «в сопровождении мужчины по найму».

– О, у меня настолько идеальная репутация, что мне даже было бы интересно почитать, – каждое слово она произносила с привычным высокомерием. – Извините, но мне стало скучно, я полагаю, наш танец подошел к концу!

Как всегда застав его врасплох, Оливия остановилась и направилась в соседний зал, не дав ему ничего сказать. Легкая юбка завораживала от покачивания ее бедер.

Если Торин и шел сюда с намерением посмотреть выставленные экспонаты, а именно картину, которую он собирался приобрести в ближайшее воскресенье на аукционе, то после очередного поражения все вокруг его просто раздражало. А картина, увы, показалась просто разноцветным пятном. С явным презрением на лице он обошел всю галерею в надежде отвлечься или переключить свое внимание.

«Не вижу смысла здесь оставаться, есть, конечно, один вариант – напиться, но что-то мне не очень хочется», – подумал про себя Торин.

Направившись к выходу, спустился по ступенькам к проезжей части, поймал такси. Пока он ехал, опять обдумывал свою неудачную тактику.

«Вот оно! В лифте ты не была такой холодной, может, если мы опять застрянем вместе в лифте на дольше, допустим, на ночь, то мы сможем найти общий язык. Ведь не зря говорят, что экстренные ситуации сближают незнакомцев».

Неожиданно зазвонил телефон. Это был Дин.

– Алло! – протянул нехотя Торин.

– Прости, но мне почему-то не спится, все время думаю, как ты там. Вернее, все идет, как ты запланировал?

– Ты сидишь?

– Что? – испуганно спросил Дин.

– Ну не хочу, чтобы ты упал в обморок и ударился головой, я себе этого никогда не прощу, – с явной наигранностью сказал Торин.

– Выкладывай, теперь я понимаю, что мои опасения не напрасны.

– Почему ты решил, что все плохо, может, наоборот – мы подружились, а для нас двоих это была встреча родственных душ, – каждое слово звучало еще наигранней.

– Тор, я слишком хорошо тебя знаю, и всегда, когда ты чем-то расстроен, ты говоришь как актер из дешевого мыльного сериала. Так я слушаю.

– Он слушает! Поздравь, меня опять уделали, как маленького мальчика.

Торин начал рассказывать, как все было.

– Не знаю, я вроде ничего не боялся до Токио, и с лифтами я теперь на «ты», но мне кажется, что если я еще буду пытаться хоть как-то наладить контакт с ней, я стану прятаться от нее как мышь в любую норку, лишь бы она меня не заметила. А ведь мне еще представлять наш проект. Я даже не представляю, как это будет происходить.

– Я не верю, что на самом деле она такая неприступная, она скорее всего просто хорошо маскируется! Да, точно маскируется! – неожиданно сам для себя произнес Дин.

– Маскируется? Но для чего?

– Ну, мы все в определенной, а именно неприятной для нас среде ведем себя не так, как, допустим, дома в семейном кругу.

– Допустим, ты прав, и что? – он, немного успокоившись, заинтересовался теорией друга.

– Что значит твое «допустим», я не понимаю, где ты летаешь? Все понятно как дважды два. Тот факт, что она так яро тебя отталкивает и, к тому же, платит мужчинам за сопровождение, указывает только на одно.

– На что?

– Да я тебя точно не узнаю. Лишь то, что какой-то мужчина ее очень сильно обидел.

– Возможно, ты прав, я подумаю над этим и позвоню тебе.

Его сознание находилось где-то далеко, он отключил телефон. Такси подъехало к дому, и Торин вышел из машины. Когда он подошел к стеклянным дверям, ему навстречу выбежала собака, это был Джокер.

«А где же твоя хозяйка?» – подумал про себя Торин.

Оливия не заставила себя долго ждать, она вышла следом за псом. Посмотрев на Торина, она неожиданно к нему обратилась:

– Вы тоже уже приехали? Доброй ночи, – очень искренне произнесла Оливия.

Она побежала в ближайший парк вслед за Джокером, оставив Торина ошарашенного.

«Где та, которая была на приеме час назад? Или она просто забыла маску дома? Сейчас она показалась такой милой и беззащитной, как тогда, когда я общался с ней первый раз в лифте. Ее глаза искрились хорошим настроением, а когда она говорила, каждое ее слово превращалось в улыбку».

Торин посмотрел на часы и вошел в дом, а сам улыбнулся от посетившей его мысли.

«Так вот как, мисс Траст, я все-таки вам интересен. Значит нужно переходить на другой уровень».

Глава 5

Два дня спустя

Торин стоял на террасе и пил утренний кофе. Он посмотрел на часы. На часах было полшестого. Он открыл блокнот и что-то записал. Оливия, как и вчера, возвращалась с Джокером после прогулки.

«Вы пунктуальны, мисс Траст. А это не может не радовать, – он игриво улыбнулся, – но думаю, ночь все-таки подойдет лучше».

В блокноте был описан распорядок двух дней и каждый ничем не отличался:

– пять утра – выходит на прогулку с псом;

– полшестого – возвращается с прогулки;

– восемь – ко входу подъезжает машина, Оливия со своим псом уезжает;

– шесть вечера – снова подъезжает машина, и она возвращается домой;

– полседьмого вечера – выходит на прогулку с собакой;

– восемь – возвращается с прогулки.

Торин развернулся, подошел к столику и поставил чашку на поднос. Он составил посуду на поднос и направился на кухню, все время что-то обдумывая и улыбаясь. Вдруг ему на глаза попалась литровая бутылка бренди, и его улыбка стала еще ярче.

– Ты-то мне и поможешь.

Вечером Торин стоял возле лифта и ждал, когда Оливия вернется с пробежки. Как только он увидел, как через холл на лестницу промчалась собака он нажал кнопку вызова лифта. Оставалось только ждать. И вот Оливия подошла.

– Добрый вечер, – обратился Торин к Оливии.

– Добрый вечер, – ответила равнодушно Оливия.

Дверь лифта открылась. Они поочередно зашли. Оливия в закрытом помещении сразу услышала запах алкоголя. Она нажала десятый этаж и, не выдержав, засмеялась.

– Можно полюбопытствовать, что вас так насмешило? – спросил Торин.

«Как ей удается так меня заставать врасплох?»

– Я просто подумала, возможно, вы заплатили консьержу, чтобы он остановил лифт, когда мы будем здесь вдвоем, так как его не было на месте, когда я зашла в дом. А еще вы явно выпили, как я думаю, для храбрости. Но если это и так, то это настолько предсказуемо, что мне даже смешно, – сказала она, не поворачиваясь к нему лицом.

– Вы, наверное, хорошо играете в шахматы? – переменил тему Торин, а сам убрал с кнопки вызова на телефоне палец.

Торин и правда запланировал, чтобы консьерж отключил питание, когда они будут ехать вместе в лифте, для этого он специально держал в руке телефон, с помощью которого должен был дать сигнал.

– Честно? – уже с большим интересом сказала она.

– Да, обожаю правду, – он все ждал, когда она повернется к нему.

– Я не играю в шахматы, – повернувшись к Торину, сказала Оливия.

«Интересно, зачем ты врешь? – заметил про себя Торин. – Я же прекрасно помню, что в твоем досье было записано: «Прекрасно владеет и любит игры с математическим и стратегическим уклоном, обожает шахматы». Так зачем ты врешь?»

– Очень жаль, – без всякого интереса произнес Торин, – вот и наш этаж.

Дверь открылась, он быстро вышел и, не оборачиваясь, ровно промолвил:

– Доброй ночи!

Быстро пройдя по коридору, открыл дверь и очень тихо зашел в квартиру. Закрыв за собой дверь, он прислонился к ней спиной, тяжело вздохнув, посмотрел на себя в зеркало во весь рост и произнес вслух:

– Других идей нет?

Глава 6

Прошло пять дней после последней встречи в лифте с Оливией. Торин плюнул на идею построить взаимоотношения с заказчицей до презентации, о чем уведомил Дина, который полностью его поддержал.

– Ты все силы отдаешь в никуда. Погрузись в работу, так будет лучше! – сказал несколько дней назад Дин в телефонном разговоре.

Торин, почти не выходя из квартиры, тщательно готовился к презентации, параллельно руководя компанией в режиме онлайн. Только днем он устраивал себе пробежку в парке на окраине города или освежающую прогулку на доске по волнам, чтобы, не дай бог, не столкнуться с Оливией Траст. Он даже хотел было снять другую квартиру, но вид с террасы был так прекрасен, что он решил остаться.

День с утра был пасмурным, но по прогнозу дождь не обещали, поэтому Торин, не отклоняясь от привычного регламента, побежал в парк. Бегать было даже приятно, так как опаляющее солнце взяло выходной. Сегодня из музыки для настроения он выбрал сборник произведений из рок-опер. Все было как всегда: знакомые магазины, рестораны, скверы. Добежав до привычного парка, он с удовольствием пробежался по уже знакомым тропинкам, закрытым большими деревьями от солнца. Он уже подбежал к выходу, как неожиданно поднялся ветер, стремительно перерастающий в ураган. Пошел дождь, ветер сбивал с ног, люди начали прятаться в зданиях.

– После этого верь прогнозу погоды, – вслух сказал Торин.

Он не стал рисковать и начал думать, куда бы спрятаться, пока ураган не утихнет. Ему на глаза попался торговый центр.

«Три этажа. Всегда хотел попробовать шопинг. Может, этот день настал», – подумал про себя Торин и начал прощупывать карманы на наличие банковских карточек. Нащупав одну, он достал ее – это была платиновая карточка.

– Прекрасно, надеюсь, ураган скоро закончится, – сказал Торин и направился в торговый центр.

Торин стал бродить по магазинам без всякого энтузиазма с единственным вопросом в голове: «Что я здесь забыл?»

Но неожиданно ему на глаза попался текстильный магазин «Все для уюта в доме». Он зашел и спросил у продавца-консультанта:

– У вас есть большие ортопедические подушки?

– Конечно, сер! Следуйте за мной, – ответила девушка и показала ему рукой направление.

Торин последовал за продавцом, и девушка обратила его внимание на красивый постельный комплект.

– Вы меня неправильно поняли. Мне нужны всего лишь две подушки.

– Я поняла, но ортопедические подушки идут только в наборе, – ответила продавец.

– В наборе с чем?

– Две подушки и одеяло.

– И одеяло? – переспросил Торин.

– Извините, но у нас имеется только такой вариант, – уточнила девушка, – если он вам не подходит… – начала было говорить она, но ее перебил Торин:

– Да нет, все в порядке, только можно я оплачу его, но заберу чуть позже, когда нагуляюсь, – переспросил Торин.

– Нет никаких проблем, сер, мы можем отправить покупку вам домой, она придет завтра по вашему адресу.

– В этом нет никакой необходимости, я сам заберу ее, – ответил Торин.

– Хорошо, тогда пройдемте к кассе!

Они подошли к кассе, Торин достал карточку и оплатил покупку. Выйдя из магазина, он посмотрел вверх на стеклянный потолок торгового центра, по нему, как и пятнадцать минут назад, били капли дождя. И Торин продолжил свое путешествие по торговому центру. Час спустя он спускался на эскалаторе на нулевой этаж. На нулевом этаже, как и в любом аналогичном торговом центре, располагался продуктовый супермаркет. Торин сразу направился туда с единой мыслью: «Здесь я могу купить какие-нибудь продукты домой».

Прошло еще два часа, пока наконец-то ветер стих, но дождь продолжал идти. Торин вышел с тележкой полной покупок, на улицу и остановил такси. Через пятнадцать минут он подъехал к входу своего дома. Расплатившись, он достал из багажника три больших пакета и быстро забежал в здание, боясь промокнуть.

– Добрый вечер, сеньор!

– Добрый вечер, Ральф!

– Ну сегодня и непогода разыгралась.

– Да уж, главное совсем неожиданно. Слава богу, что я уже дома.

– В такую погоду нет ничего лучше, чем находиться дома, – подытожил консьерж.

Торин поспешил к лифту, услышав открывающиеся двери, он выкрикнул:

– Пожалуйста, подождите!

Дверь лифта осталась открытой и, когда Торин подбежал к ней, его настроение, которое не испортил даже циклон, вдруг резко испортилось, а с ним испарилась и вся жизнерадостность на лице.

– Добрый вечер! – сказала Оливия, посмотрев ему прямо в глаза.

– А он добрый? Что-то не заметил, – жестко проговорил Торин.

Он спокойно зашел, а Оливия нажала кнопку нужного этажа. Торин аккуратно посмотрел на часы – они показывали шесть часов, и улыбнулся, а сам про себя заметил: «Да ты стратег!». Несколько секунд они ехали молча, пока лифт не остановился и не включилось автономное освещение. Неожиданно Оливия рассмеялась.

– Слушайте, да вы невезучий. Вы табличку носить не пробовали? – съязвила Оливия.

– То же я могу сказать о вас. Нажимайте уже кнопку помощи, в этот раз я, боюсь, не выдержу компании.

– Что вы имеете в виду? – с явным негодованием выпалила она.

– Ничего, просто я не очень хочу конфликтовать сейчас.

Оливия нажала кнопку вызова консьержа, но никто не отвечал. Через пять минут попыток она взяла мобильный и набрала номер, через несколько секунд там ответили:

– Да, я вас слушаю?

– Ральф, это мисс Траст, мы опять застряли в лифте, вызови аварийную службу, пожалуйста.

– Увы, мисс Траст, в этот раз это не генератор, по всей улице нет света. Наверное, это из-за урагана, хоть я не могу утверждать точно. Я позвонил в аварийную службу, и они сказали, что получили много вызовов и аварийная машина уже выезжает.

– Спасибо, Ральф, – сказала Оливия и выключила телефон. Несколько минут она стояла неподвижно, пока в сумраке не прозвучал вопрос:

– Что он сказал? Это опять предохранитель? – спросил Торин, хотя и так все слышал.

– Увы, не все так просто в этот раз. По всей улице выбило электричество, а это значит, что мы можем просидеть здесь неизвестно сколько времени, – очень спокойно сказала она, но он почувствовал, что она почему-то довольна.

– Вы шутите?

Торин в испуге вжался в задний угол лифта, взялся за голову и начал тяжело дышать, у него опять начался приступ.

– Мы разобьемся!

– Боже мой, неужели опять, вы же взрослый мужчина, успокойтесь и включите мозг, – сказала Оливия голосом строгой учительницы. – мы поднялись максимум на второй этаж, так что, как бы сильно вам не хотелось, но разбиться нам не удастся!

Внимательно выслушав ее, Торин не сразу, но минуты через две начал успокаиваться. Его дыхание стало ровным.

– Спасибо вам! Вы снова спасли меня от паники.

– Не за что! Если бы у меня случился приступ, я надеюсь, вы поступили точно так же.

Опять повисла тишина. Но тут Торин вспомнил о купленных подушках и одеяле. Он начал доставать их из пакета. Достав одну подушку, он протянул ее Оливии.

– Вы хотите, что бы я села на нее, но она же новая?

– Она в упаковке, поэтому думаю, с ней ничего не случится. Долго стоять мы не сможем, а не исключено, что нам придется находиться здесь до утра.

– До утра? – почти взвизгнула она.

– Я просто предположил.

– Ладно, давайте свою подушку.

– Пожалуйста! – протянув подушку, проговорил Торин.

– Спасибо! – ответила Оливия.

Они сели друг напротив друга и продолжали молчать. Неожиданно в животе Оливии заурчало. Торин вспомнил, что у него есть пакет с продуктами. Он взял его и начал выкладывать из него продукты на предварительно постеленный пакет. Финалом стала литровая бутылка бренди, поставленная в центре импровизируемого стола.

– Угощайтесь, пожалуйста! – сказал Торин.

– Спасибо, но я не голодна.

– Да, и звук из вашего живота был не от голода. Перестаньте играть, здесь нет публики, а я небольшой ценитель театральных постановок.

– Что вы имеете в виду? – она с явным интересом посмотрела ему в глаза.

– Да только то, что вы всегда стараетесь казаться невыносимой, чтобы окружающим попросту не хотелось с вами общаться. Нас же никто сейчас не видит. Попробуйте представить, что мы, допустим, случайные попутчики в купе поезда, а так как нам предстоит ехать довольно долго, то нам рано или поздно придется общаться. Вы же нормальная девушка, если не стараетесь изображать надменную горгону.

– Спасибо, но из этого ничего не получится, так как даже в одном купе я бы не смогла открыться незнакомому мне человеку.

– Ну, результат невозможен без попытки. Тем более в прошлый раз, когда мы с вами застряли, вы легко перешли на личную тему о страхе.

– Ладно, давайте попробуем. Что мне нужно делать? – ей явно стало интересно.

– Как я уже сказал, представьте, что мы едем в одном купе поезда. Я вас угощаю тем, что у меня имеется, – Торин показал на лежащие между ними продукты. – Вы с удовольствием принимаете предложение, мы начинаем общаться и через некоторое время даже переходим на «ты», так как у нас не такая уж и большая разница в возрасте.

– На «ты»? – переспросила Оливия, взяв кусочек пиццы из открытой коробки.

– Да, на «ты»! Я думаю, мы могли бы сразу перейти на «ты», зачем тянуть?

– Хорошо давайте перейдем на «ты», только у меня одно условие.

– Какое?

– Как только мы покинем этот лифт, мы опять станем нетерпящими друг друга соседями, – она натянуто улыбнулась.

Торин растерялся, он долго думал, прежде чем ответить.

«Зачем тебе это надо, неужели ты настолько чего-то боишься?» – подумал про себя он, а затем сказал вслух:

– Согласен, только у меня тоже есть условие.

Теперь она заинтересованно подняла голову.

– Каждый спрашивает все что угодно, ограничений нет, и ответчик ведет себя как на исповеди, то есть не врет. Согласны?

– Договорились!

«Мне это начинает нравиться».

– Отлично! Выпьете, чтобы снять напряжение? – спросил Торин, открывая бутылку бренди.

– Возможно, но нет стаканов.

– Зачем нам стаканы, будем пить из горла, ну, мы уже целовались, поэтому проблем не должно быть, – с легкой улыбкой подытожил Торин.

Заметив некое смущение на лице Оливии, он улыбнулся сильнее.

– Не поделитесь, что вас так веселит? – спросила Оливия.

– Вы хотели сказать «тебя»!

– Ладно, тебя.

– Ничего такого, просто я так яро прятался от тебя, чтобы не дай бог не столкнуться где-нибудь в доме. А мы снова застряли в лифте, и я вспомнил твою фразу: «Если когда-нибудь еще хоть раз мы опять вместе застрянем в лифте, я пойду с вами на ужин», и получается, я выиграл свидание с тобой, разве это не смешно?

– Обхохочешься! – снова вернулся до боли знакомый ледяной голос Оливии.

– Ну, ты опять напряглась, расслабься, я больше не хочу тебя никуда приглашать, – в глазах Оливии просматривался вопрос, и Торин продолжил: – Неделю назад я прилетел в незнакомую страну, поселился в новом доме и, неожиданно услышав родную речь, я, конечно же, постарался найти контакт.

– Мне очень жаль, если я тебя обидела, – решила подыграть ему Оливия.

– Да ничего страшного, просто в этот раз с первого раза до меня не дошло. Но сейчас я понял, что тебе не хотелось заводить новые знакомства, а мне хотелось найти кого-то для общения, ведь я привык постоянно окружать себя людьми, и это вполне нормально. А теперь, когда мы попали в эту ситуацию, нам придется, как-то найти компромисс. Ты не против? – Торин вдруг почувствовал в себе превосходство, и у него словно раскрылись крылья за спиной.

– Да нет. О чем ты бы хотел поговорить?

– Ну, допустим… десерт!

– Десерт?

«Явно неожиданно», – подумала Оливия.

– Да, десерт. Твой любимый десерт?

– Если честно, очень странный вопрос. Ты мог спросить о чем угодно, но спрашиваешь, какой мой любимый десерт?

– Например, мой – мороженое. Потому что мороженое самый элементарный антидепрессант, а еще это продукт, который есть в любой точке мира, но везде он чем-то отличается, вот почему туриста чаще всего можно встретить с рожком мороженого в руках. Когда я окончил университет, мы с моим лучшим другом решили за лето объездить всю Европу, прежде чем погрузимся в тяжелые рабочие будни, так вот, поскольку было лето, почти везде мы ели мороженое, и самым любимым для меня с тех пор является итальянское. Я и до сих пор, если попадаю в Италию, обязательно заказываю мороженое на десерт. Ну а ты любишь мороженое?

– Если честно, не очень. У меня с ним связаны не очень приятные воспоминания.

– Постой, дай угадаю, тебя бросил парень, и ты ела его килограммами, – перебил Торин.

– Я закончу? – переспросила недовольно Оливия.

– Да, конечно.

– Так вот, в первый год моей самостоятельной жизни после университета, когда я жила в своей первой съемной квартире, однажды вечером по дороге с работы домой ко мне привязалась собака на улице. Но в тот момент я представила, как в моей новой квартире будет вонять псиной, и прогнала ее. У меня почему-то не было чувство жалости в тот момент, я только думала о своей новой мебели и коврах. А когда через два дня я увидела, как она лжит на тротуаре, сбитая машиной, – она запнулась, – вот тогда-то я стала есть мороженое, как ты сказал, килограммами, я даже поправилась на пять килограмм. И когда три года назад по дороге утром на работу я обнаружила лохматого черного щенка в коробке перед входной дверью в дом, то, конечно, взяла его себе.

– Это был Джокер? – переспросил Торин.

– Да, это был Джокер. Если честно, больше всего я не люблю, когда люди, которые меня не знают, но стремятся в круг моих друзей, видя его, говорят мне: «Зачем тебе этот страшный пес, ты ведь можешь купить дорогую собаку с родословной!» С такими людьми чаще всего я больше просто не общаюсь, не выношу людей, для которых правильная картинка и мнение окружающих важнее самой жизни.

– Ой! Джокер же остался один в квартире? – неожиданно взволнованно заметил Торин.

– Не надо так волноваться, его нет дома.

«Ты что, за мной следишь?» – подумала она.

– А где он?

– Сегодня утром я отвезла его за город на ферму к невесте.

– Ну, раз так, тогда мы можем спать в лифте спокойно. А значит, теперь твоя очередь задавать вопрос, – подытожил Торин.

– Моя?

– Я предложил первую тему – десерт, кстати, ты так и не ответила, какой твой любимый.

– Тирамису!

– Отлично, твой вопрос.

– Ну, хорошо, допустим… музыка! – долго думая, озвучила тему Оливия.

– Музыка? А немного точнее? – переспросил Торин.

– Я почти каждый день слышу классическую музыку из твоей квартиры, поэтому и вопрос: музыка в твоей жизни – это?..

– Я люблю музыку, но люблю настоящую музыку.

– Это как?

– Очень просто. Ту, которую создают в мучениях на бумаге, от которой идут мурашки и которая будет существовать вечно.

– Если честно, ты меня пугаешь, еще скажи, что ты ходишь в оперу, и я проиграла пари своему другу.

– Хожу и довольно часто. А что за пари?

Ему почему-то стало так легко с ней общаться, и казалось, что и ей тоже.

– Я когда-то пригласила своего друга в оперу, и он сказал мне, что сейчас мужчины не ходят в оперу, это прошлый век. Я не согласилась с ним, на что он мне ответил: «Если ты приведешь мне мужчину, который любит и ходит в оперу, так и быть, я с тобой схожу». А так как это единственное пари, которое я проиграла, ты-то мне и поможешь его выиграть. Ты будешь в городе на следующей неделе?

– Да.

«Куда же я от вас денусь, мисс Траст».

Доедая очередной кусок пиццы, он улыбнулся, видя расслабленное состояние Оливии.

– Тогда договорились, – произнесла Оливия, – теперь твоя тема. А пока ты думаешь, передай мне, пожалуйста, коробочку, которая стоит возле тебя. У меня есть подозрение, что там паэлья, – она протянула руку в надежде.

– Она всего одна, может, ты съешь что-нибудь другое, глянь сколько фруктов и овощей, девушки же любят зелень, а мужчины мясо.

Торин взял коробку и прижал к себе.

– И куда подевалась вся галантность? – она склонила голову набок и пристально на него посмотрела.

– Исчезла после глотка бренди, может, и тебе попробовать? Ну правда, я больше ее люблю, – с глазами выпрашивающего кота сказал Торин.

– Ладно, давай тогда разделим пополам, идет?

– Идет.

– Хорошо! А ложек-то нет, и как мы будем ее есть?

– Не знаю.

Торин начал рассматривать продукты на импровизированном столе.

– Бинго! Вот нам и поможет мороженое.

Он взял три бумажных стакана мороженого, к которым были прицеплены одноразовые деревянные ложки. Оторвав одну из них, он взял коробку с рисом, открыл ее, вставил в него ложку и протянул Оливии:

– Дамы вперед.

– Не страшно? – съязвила Оливия.

– В смысле?

– Ну, не боишься, что я не смогу остановиться и съем все?

– Меня одно успокаивает: ты же из тех девушек, которые после шести не едят?

– Да нет, напротив, у меня быстрый обмен веществ, я надеюсь, ты знаешь, что это значит…

– Вот теперь боюсь.

Торин оторвал крышку от коробки из-под пиццы и взял ее вместо тарелки.

– Отсыпь мне на всякий случай.

Оливия начала выкладывать из коробки на крышку от пиццы рис с морепродуктами и, выложив ровно половину, сказала:

– Теперь все поровну.

– У нас прям тайная вечеря вышла, – Торин рассмеялся, и они стали есть, – выпьешь?

– Ну ладно, только глоток.

Оливия взяла протянутую ей бутылку, открыла ее и сделала глоток.

– Фу, гадость, – скривилась она.

– Прости, я не пью мартини.

– Я тоже.

– А что ты пьешь?

– Сухое вино.

– Учту. На чем мы остановились, чья очередь задавать тему?

– Если мне не изменяет память, последняя была музыка, а значит, теперь твоя очередь, – ответила Оливия.

– Допустим…

Торин неожиданно вспомнил сегодняшнюю вынужденную прогулку по магазинам и сказал:

– Шопинг.

– Ну, это совсем просто. Я, можно сказать, совсем не хожу по магазинам.

– Так уж и совсем?

– Не забывайся.

– Мы оба согласились на эту игру.

– Скажем так, я не хожу сутками по торговым центрам три раза в неделю, реагируя на слово sale, как собака на «фас». Если ты знаешь, то на витринах всегда выставляют лучшее и самое дорогое, так вот когда я прохожу мимо магазина и вижу в витрине понравившуюся мне вещь, я захожу, меряю, и если она мне подходит, я ее покупаю. Но это бывает очень редко, в основном я заказываю вещи по каталогу с доставкой домой, терпеть не могу магазинные зеркала.

Торин улыбнулся, и Оливия это заметила.

– А ты?

– Для меня самое главное не количество, а качество вещей. Поэтому когда мне нужно освежить гардероб, я еду в проверенный мной магазин и покупаю все, что мне понравилось. Для меня самое главное, чтобы было приятно для тела, а не модно в этом сезоне, терпеть не могу эту фразу. Если честно, из-за сегодняшнего урагана мне пришлось первый раз гулять по торговому центру. Скажу честно, время и правда там летит незаметно, но совершенно впустую.

– Значит, мы выяснили, что мы оба не шопоголики.

– И это нам плюс.

Несколько минут стояла тишина, сопровождающаяся тихим чавканьем.

– Теперь моя тема, – доев, произнесла Оливия.

– Я смотрю, ты вошла во вкус?

– Мы можем больше не играть.

– Ну вот, опять шипы вылезли, я же пошутил.

– Что значит шипы? – немного обидевшись, произнесла она.

– А то, что если что-то не по-твоему, ты сразу пытаешься отдалиться. Нам приятно, а главное интересно общаться. Если тебе не нравятся шутки в твой адрес, я больше не буду. Итак, мы продолжаем. Что за тема?

– Деньги!

– Неожиданная тема, а в чем именно вопрос?

Торин взял бутылку и сделал глоток.

«А теперь нужно быть осторожнее со словами».

– Твое отношение к деньгам?

– Если ты не против, дамы вперед.

– Испугался?

– Я? Да нет, просто не знаю с чего начать. Может, выберешь пока другую тему, а я пока подумаю?

– Ладно, скажем, часы.

– Часы?

На его лице была такая реакция, как у нее на его десерт.

– Только не говори, что эта тема тоже не подходит.

– Почему же, ты хочешь узнать, помешан ли я на дорогих часах. Так вот нет.

Он показал запястье левой руки, на них были спортивные черные часы.

– У меня всего три пары, эти мои любимые, которые не промокают, не горят, в них есть компас и, конечно же, они показывают время. Вторые, классические, я купил себе на первую стипендию, так что понятно – они недорогие, механические, но, на удивление, пятнадцать лет меня не подводили. И третьи – которые подарил дедушка, когда мне было восемь лет. Я тогда увлекался морем, водой и рыбами. Меня, маленького мальчика, очень мучил вопрос: как рыбы так долго дышат под водой? И на первый вопрос родителей: «чему бы ты хотел научиться?» я отвечал: плавать как рыба. Тогда-то мой дедушка и подарил старинные карманные часы «Брегет» с секундомером, которыми он засекал время, которое я пробыл под водой. Ну, а у тебя сколько часов?

– У меня нет ни одних наручных часов, в данный момент у меня есть огромный металлический будильник с Эйфелевой башней и мобильный, который показывает время.

– У тебя никогда не было часов? – переспросил с подозрением Торин.

– Конечно, были. У меня с подросткового возраста был пунктик насчет пунктуальности.

– Пунктуальности? – переспросил Торин с удивлением.

«Прямо как у меня».

– Да, пунктуальности, но почему-то у тех, с кем я договаривалась о встрече, его не было, и опоздание даже на пять минут с их стороны меня очень раздражало. А когда ты кого-то ждешь, всегда смотришь на часы, а время будто стоит на месте. И вот когда тот, кого ты ждешь, приходит такой улыбчивый и говорит: «Извини за опоздание», и придумывает нелепое оправдание, ты почему-то прощаешь, потому что ты воспитанный человек. А самое обидное в этой ситуации то, что не ты просила о встрече с ним, а он, и опоздал, – Оливия засмеялась и продолжила: – Свое недовольство я всегда высказывала своему другу Слону, а когда ему надоело, он сказал: а попробуй жить без часов. Я попробовала, и мне понравилось, ведь они повсюду. И интересно то, что не торопясь, ты почему-то везде успеваешь.

Оливия закончила и наступила тишина, они продолжили выбирать следующий объект для трапезы. Оливия взяла грушу и начала вытирать ее салфеткой с опущенными вниз глазами, закончив, она неожиданно подняла голову и спросила:

– Почему тебя так задело слово «пунктуальность»? Если это не секрет, конечно.

– Не секрет. Просто у меня тоже этот пунктик, и все окружающие это знают. Даже сотрудников при поступлении на работу предупреждают: если вы не умеете приходить вовремя, лучше поищите другое место, ведь при первом опоздании вас все равно уволят.

– Так ты деспот! – с явным недовольством произнесла она.

– Нет, почему же? Я всегда отношусь с понимаем к любой семейной проблеме любого из сотрудников, даже учитывая то, что у меня самого семьи нет. Мне все равно, когда и где они выполняют свою работу. Я никогда не ставлю неразумные сроки исполнения задачи. Единственное, что я прошу – это если я назначаю время и прихожу вовремя, то и все должны прийти вовремя. Я люблю повторять фразу: «мы все запчасти одного автомобиля». А кого это маленькая просьба не устраивает, могут быть свободны, я никого не держу.

– У вас большая текучесть кадров?

– Не поверишь, за семь лет ни один сотрудник не уволился и не был уволен.

– Да, хороший сплоченный коллектив – это самое главное для успеха предприятия, – подытожила Оливия.

– Полностью с тобой согласен, вот почему я сторонник дисциплины. Ведь если один сотрудник не заинтересован в результате, почему все остальные должны страдать?

Оливия улыбнулась, а у самой возникло сомнение в словах Тортина. «Сейчас никто не руководит компаниями по принципу начальник – лучший друг. Он, скорее всего, старается произвести положительное впечатление», – но неожиданно Торин прервал ее:

– Чья очередь?

– По-моему, твоя!

– Моя? Тогда пусть будет любовь.

– Любовь? – она неодобрительно повторила.

– Плохая тема? Я думал, это любимая тема любой девушки.

– Тема хорошая, но очень личная, увы, не хочу раскрывать свою душу незнакомцу, а врать я не люблю. Может быть, если мы и правда подружимся, то через какое-то время я с удовольствием послушаю твою историю, а ты мою.

– Договорились! Тогда я предлагаю другую тему, – решил уступить Торин, чтобы все не испортить.

«Очень странно, что она не хочет выговориться, если бы она рассказала о своем бывшем возлюбленном монстре, из-за которого она так с опаской относится к любому вниманию с мужской стороны, мне было бы легче все понять».

– Пусть будет спорт.

– Спорт? Тебе интересно, как я отношусь к спорту или каким видом спорта я когда-либо занималась?

– Это твой рассказ, говори, что тебе хочется.

Торин дружелюбно развел руками.

– Тогда сначала был балет, потом конный спорт, кикбоксинг, велоспорт, легкая атлетика, дайвинг. Сейчас я предпочитаю йогу и керлинг.

– Довольно большой список. Я могу сделать вывод, что ты не умеешь ничего доводить до конца.

– Ты не прав, я никогда не хотела быть профессиональной спортсменкой, поэтому я просто пробовала разное, чтобы найти то, что мне будет доставлять удовольствие. А ты чем-то занимался профессионально?

– Прыжки в воду.

– Так ты водоплавающий?

– И что это может значить? – лукаво спросил он.

– Ничего, только то, что у тебя большой объем легких, а это значит, если я захочу тебя убить, то лучше не топить.

– Очень смешно, – ответил Торин, чуть оскалившись, – твоя очередь.

– Если честно, мне надоело, может, найдем другую игру?

– Надоело?

Ему так нравилось, что они наконец разговорились, и тут он немного занервничал.

– Да, надоело. Понимаешь, я не знаю, о чем спрашивать человека, который мне не интересен.

Оливия внимательно наблюдала за его реакцией, увы, он держался на высоте.

– Я просто хотел, чтобы мы хоть как-то убили время, но раз ты не хочешь продолжать, пожалуйста, предложи что-то другое.

– Ну не знаю, может, в крокодила?

– Ты серьезно? – и на его лице было написано: «ты шутишь?»

– Почему нет, хорошая игра, а главное подходит для всех возрастов.

– Если ты забыла, то мы заперты в очень тесной коробке, в которой лучше лишний раз не шевелиться, так как это лифт, и он может рухнуть вниз.

– Но можно же играть с помощью слов.

– Это как?

– Просто называть тему и описывать словами предмет или название, справишься?

– Тебе никто не говорил, что ты очень зубастая? Начинай.

Торин взяв бутылку, сделав глоток, он протянул бутылку Оливии.

– Глотнешь?

– Для храбрости? – Оливия улыбнулась, и, взяв бутылку, сделала глоток. – Ладно, тема «искусство».

– Искусство? – переспросил Торин.

– Да, искусство, а что, у некоторых проблемы со знанием истории искусств?

– Вроде никаких, – очень серьезно проговорил он.

– Тогда я начну. О нем знают все. Его название и образ раз в жизни слышал или видел каждый. Ее оригинал хранится в одном из старых музеев Европы, который находится в государстве, флаг которого состоит из трех цветов. Она славится своей неотразимой улыбкой. Догадался?