Kitab haqqında
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
— У нас будут отношения, — уверенно произносит Агеев, будто я уже на все согласилась, — но не в классическом понимании.
— Что ты имеешь в виду? — напрягаюсь, предчувствуя катастрофу.
— Я хочу все твое свободное время. Взамен ты получишь все мое. Будем только ты и я. Без ограничений и без навешивания дурацких ярлыков.
Смысл слов доходит не сразу, а когда я понимаю, к чему клонит Дамир, эмоции взрываются, и я бросаю вилку, которой уныло ковыряла салат.
— Ты с ума сошел, Агеев? Я не буду твоей постельной игрушкой!
Дамир улыбается, хитро, опасно. Обводит указательным пальцем хайбол, не сводя с меня темного порочного взгляда.
— Как бы сказать помягче, родная, — он делает паузу, во время которой останавливается и мое сердце. — Выбора у тебя нет.
зад Дамир прислал сообщение, что ждет меня на парковке
И нет, не любил. Хотел, чтобы ты узнала, от кого
отсветах уличных фонарей лицо Дамира выглядит зловещим и даже пугающим. Он смотрит прямо на меня
радостный настрой сдувает северным холодным
не всегда такой добрый, – костяшки его пальцев скользят
Kitabın təsviri
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
— У нас будут отношения, — уверенно произносит Агеев, будто я уже на все согласилась, — но не в классическом понимании.
— Что ты имеешь в виду? — напрягаюсь, предчувствуя катастрофу.
— Я хочу все твое свободное время. Взамен ты получишь все мое. Будем только ты и я. Без ограничений и без навешивания дурацких ярлыков.
Смысл слов доходит не сразу, а когда я понимаю, к чему клонит Дамир, эмоции взрываются, и я бросаю вилку, которой уныло ковыряла салат.
— Ты с ума сошел, Агеев? Я не буду твоей постельной игрушкой!
Дамир улыбается, хитро, опасно. Обводит указательным пальцем хайбол, не сводя с меня темного порочного взгляда.
— Как бы сказать помягче, родная, — он делает паузу, во время которой останавливается и мое сердце. — Выбора у тебя нет.
