Kitabı oxu: «Не читай комменты!»

Name: Не читай комменты!
Author: Эрик Смит
ISBN: 978-5-00116-807-2

Şrift:

Посвящается моей дорогой подруге Дарлин Мейер, сильной женщине, которую никогда не требовалось спасать.
А также моей жене Нене и сыну Лэнгстону, которые спасли меня.

1. Дивья

– Мам. Мы ведь это уже обсуждали. Не читай комменты, – прошу я со вздохом.

Она раздраженно смотрит на меня своими глубоко посаженными глазами, темно-зелеными, прямо как у меня самой. Они выделяются на фоне смуглой кожи. Тонкие морщинки расходятся от уголков, точно ветви дерева, разросшегося за годы волнений и тревог.

Хотела бы я прогнать эти самые тревоги, но, похоже, в последнее время лишь все чаще огорчаю маму.

– Не могу больше терпеть, – объясняет она. – Я ценю твой… заработок, или как там устроено ваше спонсорство, но больше не могу видеть, что про тебя пишут в интернете.

– Так не читай комменты! – не выдерживаю я и беру ее за руки.

Мамины ладони мягкие, как страницы книг, которые она расставляет в библиотеке, и я чувствую подушечками пальцев каждую складочку. На ее запястьях тихо позвякивают бесчисленные цветные браслеты.

– Как ты это себе представляешь? – спрашивает она, сжимая мои ладони. – Ты же моя дочка. А они такие гадости говорят, хотя вообще тебя не знают. У меня сердце разрывается.

– Ну так а я тебе что советую? – настаиваю я, отпускаю ее и стараюсь изобразить самую искреннюю ободряющую улыбку. Мама читает только блоги и статьи, поэтому видит лишь развернутые комментарии под ними, а не то, что люди пишут в соцсетях. Не то, что тролли пишут о ней самой. Ведь для этих онлайн-чудовищ матери – самые легкие цели.

– Да, да, видела я в твоей комнате тот плакат насчет комментариев, – ворчит мама, качая головой, а потом с тихим стоном поднимается с диванчика. Тот как-то уж слишком проседает. Не мягко и уютно, а в том смысле, что его давно пора выкинуть к черту, ведь он наносит непоправимый ущерб спине и внутренним органам. Мама потягивается, держась за поясницу, а я думаю, что, как только провожу ее на работу, сразу засяду прочесывать распродажи в «Таргете» или «Икее».

– Ух, наверное, спала в неудобной позе, – бормочет мама и смотрит на меня. Ага, как же. Она просто притворяется. Поза не спасет, если вместо нормального матраса каждую ночь спишь на надувном.

Значит, вместе с диваном заодно и матрас по дешевке поищу. Лучше так, чем родная мать и дальше будет мучиться на том, с чем семья в походы ходила.

Тем не менее я киваю и поддакиваю. Если мама узнает, что я вижу насквозь наши танцы вокруг да около, когда мы с ней старательно улыбаемся, пока все вокруг идет прахом, только больше станет волноваться.

А может, она и знает. Может, это часть танцев.

Отвожу взгляд и смотрю на смарт-часы. «Самсунг», последняя модель, чудесная вещица: синхронизируется с телефоном и компьютером и управляет потоковой передачей на телевизоре… Черт, если б мы могли позволить себе умные лампочки, я бы и их контролировала. Уже почти восемь вечера, а значит, мои подписчики в Glitch вот-вот подключатся к запланированному гейм-стриму «Покорения Солнца». На краю экрана мигает пара уведомлений из соцсетей, но мое внимание привлекают вовсе не время или непрочитанные сообщения.

А дата.

До конца июня остались считаные дни, скоро платить за аренду. Как мама может стоять и просить меня свернуть канал на Glitch, если именно благодаря нему мы имеем крышу над головой? Еду на столе? Если те вещи, которые мне присылают для обзоров или рекламы и которые я потом продаю, помогают нам держаться на плаву, хотя бы минимально покрывая расходы?

– Думаю найти вторую работу, – устало объявляет мама.

– Что? – Я отрываюсь от часов. Сердце начинает биться чаще. – Но ведь ты тогда…

– Ничего, в другой раз доучусь. Может, на следующий год…

– Нет. Ни за что, – качаю я головой и втягиваю воздух сквозь сжатые зубы. Мама так много ради этого старалась. Мы старались. – Тебе же совсем чуть-чуть осталось!

– Не могу вынуждать тебя и дальше мучиться, – машет она в сторону моей комнаты и компьютера.

– А я не могу позволить тебе уработаться до смерти ради… Ради чего? Этой крохотной квартиры? А ведь чертов ублюдок палец о палец не ударит…

– Дивья. Следи за языком, – осаживает меня мама, но ее упрек смягчает легкая улыбка, притаившаяся в уголке рта. – Он по-прежнему твой о…

– Я справлюсь, – решительно заявляю я, не давая ей договорить роковое слово. – Все в порядке. Я сама так хочу. Тебе не придется бросать учебу. Иначе он победит. Вдобавок… в этом месяце я смогу продать пару гаджетов.

– Просто… не хочу, чтобы ради моей мечты ты жертвовала своими. Я – родитель. И как же я выгляжу в такой ситуации? – Мама вздыхает, ее губа слегка подрагивает. Затем следует глубокий резкий вдох. Он прячет все, что стремится вырваться наружу, и я едва не улыбаюсь, как бы дико это ни звучало. Вот так мы и живем, понимаете?

Держим удар. И хороним боль глубоко внутри себя.

– Мы вместе. – Я снова беру маму за руку, и она еще раз резко вздыхает.

В такие минуты затишья, когда мы объединяемся перед лицом трудностей, вместо тлеющего внутри меня гнева – что пришлось сменить дом на эту крохотную квартиру, что лимит по кредиткам превышен, что я теряю столько времени, – приходит нечто иное.

Чувство гордости за маму – как она нашла силы начать все заново.

– Уж не знаю, чем я такую дочку заслужила.

Заслужила.

Слово пробивает небольшую дыру в груди. Снова гляжу на чудесные часы. Их придется продать. Без вариантов. Диван, паршивый матрас, пустые счета и новые платежки.

По договору со спонсорами я обязана носить гаджет во всех своих роликах в течение месяца, и до истечения срока осталось всего несколько дней. А потом можно легко толкнуть часы на онлайн-аукционе за пятьсот долларов – или продать в местной уцененке. В первом случае выручу больше, но еще засвечу свой настоящий адрес, а этого я боюсь как чумы. Впрочем, есть довольно безопасный путь: переправлять гаджеты через таких надежных друзей, как Ребекка. В уцененке денег я получу меньше, зато хоть сразу. Но и там есть подвох: некоторые сотрудники смотрят мои стримы, и общение с ними зачастую выходит неловким.

Я так надеялась, что, возможно – возможно! – получится оставить часы себе. Разве я этого не заслужила? Помогаю с арендой маме, пока она оканчивает обучение, покупаю продукты, пытаюсь что-то отложить, чтобы по осени самой пойти в общественный колледж… Боже, ну разве мало?

Часы приятно жужжат на руке. На экране выскакивает сообщение от моего продюсера и по совместительству лучшей подруги, и я улыбаюсь. Ну вот как у такого небольшого дисплея разрешение лучше, чем у телевизора в гостиной? И здорово, и грустно.

ГАЛАКТИКА ЖДАТЬ НЕ БУДЕТ.
ТЫ ГОТОВА, D1V?
– КОМАНДИР (RE)BEKAH

Поднимаю глаза и вижу, как мама, закинув сумку на плечо, идет к дверям.

– Вернусь часам к десяти, – устало говорит она. – Ты уж побереги себя, хорошо?

– Как обычно, – обещаю я и обнимаю ее на прощание.

С маминой стороны мило вот так обо мне переживать, особенно если вспомнить, что после ее ухода я в основном просто сижу за компьютером. И все же она права. Даже интернет таит в себе опасность. Угрозы в социальных сетях и электронные письма, отправленные мне анонимными троллями с аккаунтов, которые невозможно отследить, – тому наглядное подтверждение.

И все же, едва закрывается дверь, я несусь через гостиную в свою крохотную спальню. Тут только кровать, шкаф и рабочее место. С тех пор как родители расстались и мы с мамой переехали сюда, приходится жить скромно.

Разве что игровое оборудование скромным никак не назвать.

Года полтора назад мой канал достиг переломной отметки в сто тысяч подписчиков, и одна игровая компания любезно согласилась вложиться в мое железо. Теперь оно выглядит до смешного вычурно: ярко-неоновая подсветка, прозрачный корпус с совершенно бесполезными светодиодами… Будто огоньки как-то могут повлиять на скорость. Как в школе я не понимала, зачем ребята обвешивали иллюминацией свои тачки, так и сейчас не понимаю этого в компьютерах.

Однако досталось мне это все бесплатно, поэтому жаловаться я не собираюсь.

Шевелю мышку, чтобы пробудить спящую махину, и широкоформатный светодиодный монитор оживает. Он вдобавок из числа изогнутых, и должна признать, эти самые изгибы смотрятся почти сексуально. Поправляю камеру; она и мой потрепанный жизнью икеевский стол (самый обычный, даже не рабочий) – одни из немногих нерекламных предметов в комнате. Камера уже старенькая, но разрешение по-прежнему четкое и безупречное. Придется ею и довольствоваться, если только мне не свалится с неба бесплатная – а это вряд ли: в стриме или рекламном ролике не продемонстрировать, на что же, собственно, пишешь.

Захожу на Glitch и открываю стриминговое приложение. Почти сразу в окошке на краю экрана появляется лицо Ребекки. Невольно ухмыляюсь: а подруга сменила прическу! Успела перекрасить свои светлые торчащие волосы в кричащий красно-оранжевый. Оттенок идеально отображает личность самой Ребекки. Еще она подбрила виски, и впечатление в целом вышло потрясающее.

Ребекка улыбается и машет мне:

– Ну как, готова снова покорять космос? – ее голос звенит в динамиках. Еще мне слышно, как она громко барабанит по клавиатуре, что-то быстро набирая по ту сторону экрана. Однако не успеваю я открыть рот, как Ребекка тут же заверяет: – Да-да, как только начнем, я вырублю звук, заткнись.

Я смеюсь и смотрю на себя в зеркало, которое прикрепила к боковине монитора на длинном металлическом держателе. Вообще-то оно раньше красовалось на мотоцикле, но надо ж проверять, как я выгляжу во время записи. Пусть мои стримы только про игры, немножко красоты не повредит, даже если я прихорашиваюсь ради самой себя. Приглаживаю пальцем бровь – не забыть бы попозже выщипать. От мамы мне достались черные густые и непокорные брови. Мы с ними частенько сражаемся: я пытаюсь хоть как-то укротить их пинцетом, они же норовят расти быстрее, чем сорняки.

– Сколько до эфира? – спрашиваю я, вертя головой то так, то этак.

– Минут пять. Да нормально ты выглядишь, прекрати, – ворчит подруга. Я отодвигаю зеркало, держатель противно скрипит, и Ребекка закатывает глаза. – Вообще-то могла бы в пудреницу смотреться, как все нормальные люди.

– А мое зато винтажное, – отвечаю я, наклоняясь ближе к микрофону. – Я модная.

– Ты. Модная, – хмыкает подруга. – Прибереги эту шутку для эфира, хороший контент.

Бросаю на нее хмурый взгляд и открываю на рабочем столе соцсети, а то на часах до сих пор мигают уведомления. На компьютере посмотрю, на девайсе оставлю, пусть зрители увидят его в действии. Так и спонсоров лишний раз порадую, и заодно из себя популярную девушку изображу.

Ведь в жизни все иначе. Куча уведомлений – но никаких смс или пропущенных звонков.

Сегодня вечером в лентах на удивление тихо. Люди пишут, как с нетерпением ждут мой стрим, сами играют в «Покорение Солнца», гадают, что же я обнаружу… Неплохо. Есть, конечно, пара гадких комментариев о моей внешности и расе от пользователей без аватарок – трусов, которые даже лица свои показать боятся, – но в целом ничего необычного.

Ой, какая прелесть. Кто-то мечтает, чтобы во время эфиров на мне было меньше одежды. В бан. Ссылка, человек рекламирует мое предстоящее выступление на нью-йоркском GamesCon – отлично, ретвит. Еще один предлагает мне носить топ покороче, другой идиот его поддерживает. Оба в бан.

Интересно, почему у тех, кто оставляет самые мерзкие, грубые, иногда сексистские, расистские или религиозно нетерпимые комментарии, никогда не хватает смелости привязать игровой профиль к настоящему? Прячутся за пустыми аккаунтами. Вот молодцы. Вот смельчаки.

Не говоря уже обо всех тех сообщениях, где со мной вроде бы пытаются флиртовать, но как-то плохо выходит. Так оригинально кинуть одинокое «привет», а потом разразиться кучей грязного бреда, когда на послание не среагировали. Эй, аноним, я в интернет хожу не за тем, чтобы на меня слюни пускали. Это крипово и отвратительно. Можно мне просто повеселиться без такой вот дряни?

– Див! – окликает Ребекка, и я аж слегка подпрыгиваю.

– Да-да, я тут, – бормочу я и оглядываюсь в поисках беспроводного наушника. Еще бы настроение себе поднять. Вот почему ты не читаешь комменты, Дивья.

Наушники яркие, оранжево-желтые с белой окантовкой, на них логотип «Помни меня», офигенной научно-фантастической адвенчуры¹. Обожаю их главную героиню. И плевать, что продолжение отменили, я все равно ношу наушник как дань памяти.

Я тебя помню, Нилин, ты катастрофически недооцененная героиня и заслуживаешь лучшего.

– Ты реально на секунду из пространства выпала, – замечает Ребекка. – Давай начинать. Пора.

Подруга нажимает пару кнопок, и внезапно ее экранчик замолкает, на картинке появляется перечеркнутый красным микрофон в кружке. Изображение на месте, но звука больше нет. Ребекка не желает светиться во время стримов и по своим личным соображениям хранит анонимность.

Затем подруга тянется куда-то в сторону, и в кадре появляется огромная прозрачная чашка с эмблемой «Старбакса» с огромной же шапкой взбитых сливок. Под ними наверняка чистый шоколад и сахар. Как любит говорить Ребекка, игровое топливо.

Кручусь в кресле, оглядывая собственную комнату. Так, дверь закрыта, шторы на окне задернуты.

Можно начинать.

С минуту я размышляю, не достать ли очки виртуальной реальности. Так намного интереснее изучать мир «Покорения Солнца», но, с другой стороны, тогда весь стрим мое лицо будет закрывать массивный девайс. А суть стрима – показать реакцию. Вдобавок мне хочется видеть в окошке Ребекку. Ладно, может, позже надену, когда буду играть уже сама.

Смотрю в камеру и начинаю искать хороший ракурс. Моя старушка честно пытается подстроиться под освещение комнаты. На стримы я одеваюсь просто – сегодня на мне темно-зеленая футболка с ослепительно-белым логотипом Halo по центру. Благодаря оттенку ткани мои зеленые глаза кажутся еще выразительнее. Отлично.

Жму «запись».

– Привет, поклонники, мечтатели и стримеры! – начинаю я, нацепив веселую улыбку. – С вами D1V, и я веду прямой репортаж из обширной вселенной «Покорения Солнца». Сегодня мы будем изучать галактику, посмотрим, что обнаружится на просторах космоса. Если повезет, в процессе мы с вами можем пересечься! Не стесняйтесь, пишите мне в игровом чате, мой ник: буква D, цифра 1 и буква V. Присоединяйтесь к «Армаде», будем открывать планеты вместе.

– Как обычно, с нами фантастическая, талантливая и чудесная Командир (RE)BEKAH.

Я указываю на камеру, раздается щелчок, и видео переключается на мою подругу. Та шутливо салютует собравшимся и мгновенно возвращает фокус на меня. Даже за эту секунду лица Ребекки не рассмотреть, она нарочно опускает голову. Подруга не слишком-то любит внимание и предпочитает оставаться за кадром. Хотя даже так у нее уже десять тысяч подписчиков в разных соцсетях благодаря нашему небольшому шоу. В основном Ребекка постит фотографии кофе, своего кота Гарруса² и книг. Она увлекается букстаграмом и создает изумительные композиции для отзывов на то, что сейчас читает.

Во что бы мы ни играли, Ребекка, если есть возможность, непременно называет наш транспорт в честь приглянувшейся книги. Я сама видела, как прыгали от счастья авторы, которым она кидала скриншоты в соцсетях.

– Она взойдет на свое новое судно «Железное сердце» и будет записывать наше путешествие с другого ракурса, чтобы дать вам полную картинку происходящего. Можете отметить ее корабль и мой, «Золотой титан», и отслеживать наше перемещение по вселенной – и, разумеется, не стесняйтесь присоединяться к нам! Однако имейте в виду, если рискнете открыть по нам огонь, мы обрушим на вас мощь тысячи солнц – а заодно и гнев тысяч фанатов, которые путешествуют вместе с нами. Вам не выстоять против моей обожаемой «АнгстАрмады».

Украдкой смотрю на Ребекку и вижу, как она мне улыбается. Именно подруга дала имя нашему стремительно растущему флоту, который преимущественно состоит из таких же подростков, как мы сами, из тех, кому хочется приключений за пределами клетки реального мира. Под нашим хэштегом идут бурные обсуждения, практически никак не связанные с игрой. Кто-то жалуется на школу, кто-то расстался с любимым, кто-то дуется на родителей. Совершенно бытовые проблемы.

Такая вот наша #AngstArmada.

Последнее время Ребекка трудилась над созданием нашивок и значков с нашим логотипом, торопясь успеть к летнему выступлению на GamesCon. Подруга утверждает, что даже если поставить цену в пару долларов, сможем заработать кучу денег. Честно говоря, мне не по себе. Нет, я не про сам мерч, идея потрясающая – только подумать, как же круто будет прийти в какой-нибудь гипермаркет и случайно наткнуться на человека с нашим значком! Ну и лишние средства на колледж и помощь маме. Кто же против?

Но чтобы продать мерч, придется сидеть за столом. На публике. Торчать там, где кто угодно сможет подойти, заговорить со мной, пожать руку, сфотографироваться. Эти тролли со своими письмами и сообщениями… Они становятся все злее. Мысль сидеть в реальной жизни не как D1V, а просто как Дивья пугает.

Но если уж Ребекке хватает смелости на подобную авантюру, значит, и я смогу. А ведь подруге куда хуже моего пришлось.

– Побольше энтузиазма в голосе, – бормочет Ребекка в своем окошке. Слышу ее только я. – А то ощущение, что тебе вообще сегодня играть не хочется.

Какая у нее хорошая интуиция.

– И… вперед! – кричу я, вскидываю растопыренную ладонь в воздух и сияю улыбкой прямо в камеру.

– Ладно, ладно, давай уже ближе к делу, – ворчит Ребекка.

Я ухмыляюсь и кладу руки обратно на клавиатуру и мышь. Манящий чудесный мир «Покорения Солнца» раскинулся на широком экране, огромное черное пространство с мигающими далекими звездами, на каждую из которых можно отправиться. Здесь не нужно с кем-то сражаться, нет какой-то финальной цели, лишь бесконечное исследование, отчего игра кажется еще прекраснее. Даже соревноваться не надо, если только сознательно драки не ищешь. Просто все мы открываем новые миры.

Смотрю на панель управления на своем корабле и быстро оцениваю показания. До сих пор немного жаль, что нельзя надеть очки, придется управлять всем мышкой, а не буквально смотреть по сторонам. Захватываю окошко с плавающей в нем головой Ребекки и перетаскиваю его поверх самых бесполезных экранов: они здесь больше для красоты, чем для пользы. Получается, будто подруга и правда мой штурман, ведет корабль вместе со мной. В принципе, так оно и есть: без нее не случилось бы хорошей картинки, способной привлечь спонсоров, дохода и успеха. Сидела б я и болтала с десятком зрителей, а не как теперь.

Или вовсе этим всем не занималась. Не представляю, что именно я бы сейчас делала без помощи Ребекки, с одной только мамой и нашим плачевным финансовым положением.

Признательно щелкаю по окошку подруги и возвращаюсь обратно к вселенной.

– Пора, «АнгстАрмада»! Наши координаты следующие… Квадрант Сети-6, 51.7, 92.2, 62.7 в системе «Омега». Мы подождем здесь примерно пять минут, а затем взлетим и попытаемся найти еще не известную планету. Если повезет… ого!

Радар сходит с ума, а лицо Ребекки рядом с ним выглядит взволнованным как никогда. Подруга улыбается и что-то говорит, но ее сигнал становится прерывистым.

– Б… ожечки… да тут кораблей тысяча… – кричит она мне в ухо, и я невольно морщусь. – Как твой… Клянусь, у меня систе… накро…

Я проверяю уровень сигнала нашего соединения – вроде с моей стороны все в порядке, хотя перед моим судном возникают все новые и новые. Видео Ребекки то исчезает, то вновь появляется, голос то звучит чисто, то опять перебивается помехами. Рядом материализуются корабли всех мыслимых видов и размеров, прилетая из всех уголков космоса. Ярко-неоновые, холодные металлические, черные – такие темные, что практически сливаются с пространством. Золотые и серебряные, отражающие свет ближайших звезд. Экран радара усеивают сияющие точки, обозначающие других игроков.

«АнгстАрмада» в сборе.

2. Аарон

Во вселенной множество планет, но вот эта – моя.

Мой небольшой корабль мчится через атмосферу прямиком к поверхности, ветер ревет за бортом, шасси дребезжат от давления так, будто кабина вот-вот развалится на куски.

Два объекта привлекают мое внимание. Первый – панель управления, состоящая из экранчика, где отображается скорость и угол снижения, и большой карты того, что ждет меня внизу. Но когда корабль переключается на ручное управление и я крепко сжимаю штурвал, мой взгляд неумолимо притягивает другой яркий объект, который постепенно вырисовывается за окном кабины.

Настоящая планета. Еще никем не открытая. Новая. Моя.

Небо взрывается всплесками алого, фиолетового и синего, словно кто-то небрежно выплеснул краски на невозможно огромный холст. Справа разворачивается лес с вроде бы осенней листвой в светло-коричневых и бежевых тонах, хотя откуда знать, что тут сейчас за время года. Внезапно массив прорезает здоровенный горный хребет. Слева от меня длинная ярко-синяя река пересекает дикую местность, белые полосы пены расчерчивают воду.

Я неохотно отвожу взгляд и вновь смотрю на панель. Угол снижения – в норме. Скорость – тоже. Топливо – хватит даже на то, чтобы быстренько смыться с планеты, если здесь обнаружатся враждебные формы жизни. Описание гласит: человекоподобных существ нет, и это важно, ведь я прилетел не за тем, чтобы ломать чью-то жизнь или отнимать у кого-то дом.

Делаю глубокий вдох и готовлюсь к посадке. Передо мной на карте появляется подходящая поляна, а затем и в большом окне кабины открывается вид на пейзаж: широкое зеленое поле с торчащими на нем крупными валунами. Они похожи на большие серые шарики, разбросанные где попало непослушным ребенком. Я пытаюсь сосредоточиться на них, пока мой корабль снижается, опускается к земле. Как-то вовсе не улыбается повредить транспорт или оказаться здесь в ловушке.

С гулом выдвигаются шасси, издавая под ногами мягкое урчание. Они с громким щелчком встают на место, и мой корабль все замедляется и замедляется, пока не зависает прямо над поляной. Рев ветра стих, ему на смену пришел гул плазменных двигателей позади и подо мной. Они мягко пульсируют, контролируя баланс корабля.

Аккуратно приземляюсь, судно слегка качается и с шипением выпускает воздух, нормализуя давление. Мгновение я оглядываю луг, а затем просматриваю экраны на панели, выясняя, нет ли признаков того, что местность передо мной может быть опасной. Воздух пригоден для дыхания? Да, разве что чуть разреженнее, чем дома или здесь, на корабле. Лучше много не бегать и не лазать. Нужно поддерживать стамину. Поблизости есть источник воды, так что не придется таскать с собой кучу припасов.

Однако тут глушь. И горы.

Жму на панель под одним из экранов, та отъезжает в сторону. В отсеке – небольшой бластер, которым я обзавелся в последний заход за припасами. Кидаю в мешок его, флягу и несколько таблеток для очистки речной воды. Нажимаю кнопку трекера на запястье, и выскакивает меню с бесконечным набором опций. Трясу головой и быстро выбираю карту: чтобы приступить к исследованиям, неплохо бы для начала понять, где я. А детали подождут. Меню с тихим звоном закрывается, на краю экрана начинает мигать белый огонек.

Отлично. Пока буду идти, устройство считает карту поверхности.

Еще раз смотрю в окно кабины на луг и торчащие вокруг камни. Что-то яркое мелькает на периферии. Я поворачиваюсь и вижу взлетающую в небо стайку похожих на птиц существ. Их крылья изумрудно-зеленые, животы цвета молодой кукурузы и покрыты блестящими чешуйками.

Я нажимаю несколько кнопок на экране рядом со штурвалом, кабина открывается, и мое сердце колотится от предвкушения. Стекло медленно отодвигается, пейзаж становится ярче. Я выпрыгиваю, гравитация в норме, мои ноги пружинят на похожих на траву растениях. Небо переливается странным калейдоскопом ярких цветов, а мягкий свет двух солнц бликами танцует на стекле открытой двери корабля.

Жадно смотрю на далекие горы, затем – в сторону бурной реки, до которой, похоже, несколько лиг. Ее шум едва слышен. Проверяю рюкзак – негусто. Похоже, стоит сперва наведаться к реке, пополнить припасы и поглядеть, чем можно разжиться на этой новой планете. И лишь затем отправляться в полную неизвестность.

Загружаю меню на браслет, и на дисплее появляется голографический светло-оранжевый текст на затемненном фоне.

ПЛАНЕТА ЧЕТВЕРТОГО УРОВНЯ [ОЖИДАЕТ ОЦЕНКИ]
Статус: не отмечена на карте, не открыта
Пригодность для жизни: да
Обнаруженные ресурсы: древесина, вода
Назвать планету и заявить на нее права?
[ДА] [НЕТ]

Сердце колотится, меня бросает в жар. Я с первого дня мечтал о собственной планете. Четвертый уровень? Круто. Не нужно бегать и стрелять – спокойно все изучу, сделаю как надо.

Взмахиваю рукой, и в воздухе над запястьем появляется клавиатура. Однако не успеваю придумать имя своей новой планете, как в ушах начинают трещать помехи. Поправляю наушник, а сам начинаю волноваться – неужели кто-то еще сюда приземлился? Или это сообщение из штаб-квартиры моей гильдии?

Затем в голову приходит более обнадеживающая мысль. Вдруг в этом районе оказалось судно снабжения? Было бы идеально. Прикупил бы кое-какие строительные материалы, может, немного еды, пока не выясню, что реально использовать, а что нельзя…

Вдруг помехи стихают, и я слышу четкий звук.

– Назови ее Жопой мира, – велит знакомый голос.

Я откладываю контроллер, оборачиваюсь и вижу свою шестилетнюю сестру Миру. Она стоит позади меня, зажав рот руками, и старается не расхохотаться. Глаза сестренки сияют, она раскачивается взад-вперед, ее черные кудряшки подпрыгивают в такт. Я снимаю гарнитуру, и музыка игры «Покорение Солнца», сочетающей в себе исследование и стратегию в реальном времени, тут же сменяется неудержимым смехом Миры.

– Мира, прекрати, – стону я. – Брысь отсюда.

– Планета… Жопа мира! – кричит сестра, на секунду убрав ладони, и тут же вновь закрывает ими рот, словно вовсе и не она сейчас орала плохое слово.

Смирившись с неизбежным, я улыбаюсь и жестом приглашаю ее сесть рядом со мной. Мира подбегает ко мне и радостно визжит, когда я беру ее на руки и устраиваю к себе на колени перед компьютером. Это огромная игровая установка, которую я собирал по частям на протяжении многих лет, используя детали с eBay и из заброшенных машин в нашем районе – вот последнее мама с папой очень сильно не одобряли. Ни одному родителю, как бы он ни побуждал своего ребенка экспериментировать, исследовать и все такое, не понравится смотреть, как этот самый ребенок тащит домой старые побитые компьютеры с мусорки.

Однако в итоге получилась шикарная зверюга, на которой идеально исследовать галактики в «Покорении Солнца». Игра внушительная, миры генерируются случайным образом, а вселенная так велика, что никто и никогда ее целиком не освоит. Если играешь от первого лица и вынужден лично следить за всеми мелочами – апгрейдить корабль, прокачивать броню, налаживать торговые пути и постепенно создавать пугающе похожего на себя персонажа, – требуется мощное железо. И пусть я слегка прикрутил графику, чтобы ничего не подвисало, смотрится игрушка все равно отлично. Вдобавок моя установка отлично подходит для работы над играми, которые я пишу со своим лучшим другом Райаном для ManaPunk, местного разработчика.

И всего этого я добился, ни у кого не попросив ни гроша.

Родители бы мне и так не дали. Да, средства у нас есть, но никто бы не стал переводить их на «хобби». Оно и так становится частым поводом для разногласий, когда я в очередной раз притаскиваю детали с мусорок ближайших университетов Пенн или Темпл, а то и разграбляю компьютеры, выброшенные нашими богатыми соседями (вообще-то нельзя выкидывать подобные устройства на помойку вместе с прочим хламом). Оперативки, харды, динамики… Моя установка – монстр Франкенштейна от мира ПК, только я лелею свое творение.

Когда люди слышат, что я пишу видеоигры, большинство представляет себе код. Программирование и все такое. Но нет, я именно что пишу слова. Истории, диалоги, описания. Райан отвечает за художественную часть, Лора управляется с кодом, а Джейсон, разработчик, сводит все воедино.

Вот такая мы разношерстная команда, и мне это нравится.

Мой компьютер-монстр помогает обрабатывать бета-код незавершенных игр лучше, чем обычный старый ноутбук, который я таскаю с собой по кофейням, когда работаю над сюжетом. Но этот зверь также помогает мне играть в такие игры, как «Покорение Солнца», ведь не все из нас могут позволить себе модный компьютер для разработки, как Джейсон из ManaPunk.

Хотя все-таки получилось бы прикупить кое-что, заплати он мне уже за наш последний проект.

– Жэ-э-э… – тянет Мира, склонившись над гладким белым столом, и ищет нужную клавишу, заранее вытянув палец из сжатого кулачка.

– Послушай, – говорю я, отсоединяя наушники от компьютера. Музыка игры льется из динамиков за монитором, эпический марш звучит так, будто взят прямиком из фильма «Звездные войны». Он смешивается со звуками моей безымянной планеты. Шелест растений, шум ревущей реки, странные крики порхающих ящероптиц, которые начали кружить над головой, и гул остывающего двигателя моего корабля.

Мира убирает руку, а я тянусь к клавиатуре и старательно набираю название планеты.

Назвать планету и заявить на нее права?
[ДА][НЕТ]
Как вы назовете эту планету?
ЖОПА МИРА
Уверены, что хотите назвать эту планету
ЖОПА МИРА?
Название нельзя будет изменить.
[ДА] [НЕТ]

Щелкаю «да», закрепляя координаты планеты на веки вечные до скончания игры, и Жопа мира занимает свое место среди триллионов прочих обитаемых миров. Вряд ли кто-нибудь когда-нибудь на нее наткнется, но даже случись подобное, по идее, название отпугнет чужаков. Хотя чем там отпугивать – наверняка куча ребят помладше уже дали своим планетам куда более креативные и непристойные названия.

На минуту я задумываюсь, сколько же в игре уже набралось таких «Жоп мира», и улыбаюсь. Была бы сестренка постарше и могла бы играть сама! Мы бы вместе изучали вселенную. Вместе придумывали названия бесконечным планетам. Насколько было бы веселее!

На мгновение пейзаж отдаляется, планета показывается целиком. Звезды усеивают небо, а перед нами медленно вращается сине-зеленая, похожая на Землю сфера.

ЖОПА МИРА
Открыта Аароном Джерико

– Ура! – кричит Мира, прыгает, как мячик, а потом начинает скандировать, словно на трибуне: – Жо-па ми-ра! Жо-па ми-ра!

– Кхм, а что здесь происходит?

Я резко оборачиваюсь на компьютерном стуле. В дверях, прислонившись к косяку, стоит мама. На ней синий блейзер, черные волосы собраны в пучок, на переносице примостились изящные очки. На шее болтается бейджик – понятия не имею, зачем она его носит. Мама ведет медицинскую практику в крошечном здании, примыкающем к нашему дому, и сама же руководит делом. Все и так знают, кто она.

Мама смотрит на нас и перехватывает поудобнее журналы под мышкой, некоторые до сих пор в пластике, как доставил почтальон. Она переводит озадаченный взгляд с меня на сестру и обратно. Мира плотно сжимает губы, едва сдерживая смех, и видно, как сильно они с мамой похожи. Сестренка унаследовала от нее типичную гондурасскую внешность, а вот я пошел в папу. Мы с Мирой вообще будто отпочковались от наших родителей.

– Просто изучаем вселенную, – пожимаю я плечами.

– Ладно… Деньги на холодильнике. Может, закажете себе пиццу? Я сегодня, похоже, тружусь допоздна, – говорит мама, рассеянно теребя бейджик, чем себя невольно и выдает. Значит, точно снова опоздает. И неважно, что ее работа буквально за стеной нашего дома.

А еще я по выражению маминого лица понимаю, что последует дальше.

– Аарон, ты же обещал, что этим летом… – начинает она.

– Мам, пожалуйста… давай не сейчас? – прошу я с упавшим сердцем.

Обновление в игре уже несколько недель как вышло, а я только сегодня выкроил минутку нормально, обстоятельно его оценить. Остальное время разрывался между неизбежным завалом в конце учебного года, обязанностями няньки и попытками написать сценарий для ManaPunk. Теперь же наконец настали летние каникулы, и я хочу делать то, что делают все, когда небо ясное, погода чудесная, а у тебя есть все время мира.

Сидеть дома и играть в компьютерные игры.

– Мы с твоим отцом думаем, это пойдет тебе на пользу, особенно когда… ну, сам знаешь. Когда настанет твой черед. – Она плотно сжимает губы, а я стараюсь удержать тяжелый вздох. Ох уж этот «мой черед». Звучит так, будто мама внезапно бросит практику, а я волшебным образом займу ее место. Как в королевстве, передаст мне скипетр, и я автоматом продолжу мамину работу, а не буду сначала буквально десять лет своей жизни изучать то, к чему у меня душа не лежит.

– Пожалуйста, всего несколько часов в неделю, – умоляюще говорит мама. – А потом работай над своими играми и живи на своей… – Она щурится, вглядываясь в экран, читает, снисходительно улыбается и качает головой: – Жопе мира.

Мира отчаянно хихикает, успешно сводя на нет всю серьезность разговора. Разговора о том, что все это – виртуальные миры, где я пропадаю, – никакая не шутка. Я правда хочу создавать игры. Писать их. Видеть свое имя в титрах. А не становиться очередным доктором Джерико.

– Заодно отец выкроит время на себя, оторвется от бумаг, – продолжает мама. – Он последнее время засиживается допоздна и встает с первыми лучами.

– Ладно, ладно, – ворчу я. – Надави мне на совесть с помощью папы, отличный ход. – Мама выразительно на меня смотрит, а я качаю головой. – Но давай проясним, что есть «несколько часов». И учти, пока нет клиентов, я буду продолжать писать.

Мама кривится и снова теребит бейджик. Значит, откажет.

– Я буду все скидывать на гугл-диск или в дропбокс на том древнем компьютере в регистратуре, – поспешно добавляю я. – Никто в жизни не узнает. Иначе мне придется тайком печатать на телефоне, а ты сама ругаешься, когда я торчу в нем на рабочем месте.

– Дело не в том… пиши свои игры. Просто… Аарон, тот парень так тебе и не заплатил?

Не хочу говорить «нет», но врать тоже не вариант. В самом конце учебного года я сдал ManaPunk пару фрилансовых заказов, но денег до сих пор не получил. Райан тоже. Но Джейсон нас не обманет, я уверен.

– Заплатит, – настаиваю я. – А когда новые игры выпустят, получу еще больше.

Мама какое-то время молча оглядывает меня, затем коротко кивает.

– Ладно, возись со своими играми, пока он покоряет рынок. Просто не хочу, чтобы тобой воспользовались. – Она отводит глаза и смотрит куда-то в коридор. – Мне пора бежать. Удачных полетов по вселенной.

С этим напутствием мама уходит. Я слышу, как ее каблуки громко стучат по паркету и вниз по лестнице. Затем на смену этому звуку приходит другой, мягче. В комнату заглядывает папа. На нем какие-то растянутые треники и футболка, в руке – чашка кофе.

– Привет, доктор, – здоровается он с сонной улыбкой. В отличие от нас всех, у папы сохранился сильный акцент. А мне от него передалась типично палестинская внешность. Мы с ним оба угловатые и покрытые щетиной.

– Не смешно, – ворчу я, но улыбаюсь в ответ.

– Ты… сделаешь мне одолжение? Уступи маме, – просит отец, перешагивая через порог и одновременно отпивая кофе. По пути он ерошит волосы Мире, и та весело смеется. На таком расстоянии я слышу, как от него пахнет едой – кажется, аромат въелся во всю папину одежду, хотя сам он больше не работает в ресторане. Однако впечатление, будто отец до сих пор ходит с полными карманами тамаринда, риса и чеснока.

– Пап… – начинаю я.

– Просто уступи, – повторяет он. – А взамен я буду иногда дежурить на посту, чтобы ты мог отдохнуть.

– Спасибо, пап. – В отличие от мамы, он с куда большим энтузиазмом относится к моей мечте писать игры. Я улыбаюсь, но эта небольшая победа имеет горький привкус. Папа весь такой помятый, взъерошенный… – Ты вчера до скольки сидел?

– А, за меня не волнуйся, – отмахивается он.

Но я знаю: отцу не нравится торчать в офисе допоздна, лишь бы я мог сосредоточиться на своем хобби, а мне не нравится, что из-за меня он так много работает. Жизнь была бы намного проще, если бы мама просто отказалась от своей несбыточной мечты вылепить из меня доктора и наняла кого-то другого сидеть за стойкой в регистратуре.

– Это та новая игрушка? – спрашивает папа, глядя на монитор. – Ох уж эти современные штуки… ума не приложу, как вы, дети, в них разбираетесь.

– Ну уж эту и ты бы освоил.

Отец любит шутить насчет своего возраста, хотя прекрасно управляется с компьютером.

– Лучше так и буду рубиться в «Сапера».

– Пап.

Он ерошит мне волосы, как Мире, но я пытаюсь увернуться. Мне не повезло унаследовать всю его красоту, например линию подбородка, такую острую, что хоть режь ею овощи, которые папа обычно готовит внизу, зато у нас с ним одинаковые волосы – густые, черные и волнистые.

– В любом случае, – заключает отец, шагая к двери, – пока твоя мама не видит, а ты наслаждаешься каникулами, я буду сидеть искать в сети новые рецепты. И все довольны.

– Пап, ну брось, – стону я. – Уговори маму нанять интерна или…

– Договорились? – выразительно перебивает он.

– Договорились, – пыхчу я. Эту битву пока придется сдать. – Ты же понимаешь, что мы просто оттягиваем решение проблемы? На следующий год мне подавать документы в колледж.

Я бросаю взгляд на пугающую стопку брошюр на столе, которая целенаправленно – или, возможно, случайно – кренится прямиком в мусорное ведро на полу.

– Да, да, – отвечает папа, глотая еще кофе. – Кто знает, может, к тому времени ты захочешь стать доктором.

Я сердито смотрю на отца, а он смеется. Его улыбка такая же теплая, как кружка в руке.

– Ничего, поживем – увидим, – подмигивает папа. – Сегодня я сам подежурю в регистратуре. А ты… занимайся своими делами. Научи меня как-нибудь этим своим космическим играм. С виду ничего так, интересные, – машет он свободной рукой на монитор, а затем уходит обратно в их с мамой спальню. Его шаги мягкие, разительный контраст с уверенной походкой мамы. Всегда легко определить, кто передвигается по дому.

Я поворачиваю кресло назад к компьютеру и к вящей радости Миры прокручиваюсь несколько раз вокруг оси. Затем кладу руки на клавиатуру.

– Готова, второй пилот? – спрашиваю я сестренку, и она буквально сияет. От широкой улыбки на щеках Миры появляются ямочки.

– А я второй пилот?! – восторженно уточняет она, снова поднося ладошки к губам.

– Безусловно, – отвечаю я ей. Беру мышку, встряхиваю, и почерневший экран вновь вспыхивает яркими красками моей свежеоткрытой планеты.

Пора исследовать нашу Жопу мира.

Этим я сейчас и займусь.

3. Дивья

Перед глазами возникают все новые и новые корабли. Даже дух захватывает от развернувшегося на экране технороскошества. Ведь каждое судно – от тех, что я могу рассмотреть в подробностях, до тех, что кажутся лишь пиксельными точками, – это отдельный человек.

Человек, который решил отправиться в путешествие вместе со мной.

Сегодня собралось какое-то немыслимое количество людей, и у меня даже слезы на глаза наворачиваются. Встряхиваю головой и глубоко вдыхаю.

– Так-так. – Потягиваюсь в кресле, и шея слегка хрустит. Подключаюсь к каналу нашей группы. – Смотрю, все в сборе.

В ответ наушники взрываются хором радостных голосов сотен ребят со всех уголков земли. Сердце едва не лопается от восторга. Да, приятно поддерживать маму и откладывать себе на колледж, но вот главная причина, почему я веду стримы. Плевать на тревоги и троллей… Такие мгновения – истинное наслаждение. Ради них можно выдержать все.

Неудивительно, что у Ребекки проблемы с задержкой сигнала: на нашем канале и на экране сотни геймеров. У меня, вероятно, были бы те же проблемы, если бы не спонсорское оптоволокно. Я поделилась ссылкой на их сайт на своем канале, а они предоставили мне невероятно мощную связь. Экранчик Ребекки мигает – надо будет написать спонсору, вдруг и ей получится такой же сигнал выпросить.

Одна звезда вдалеке привлекает мое внимание. Она голубая, в отличие от прочих, и сияет ярче всех. Разворачиваю к ней корабль так, чтобы объект оказался в фокусе монитора. Похоже, планета. Пожалуйста, пусть это будет планета.

На миг выключаю общий звук, смотрю на экранчик подруги. Вроде тот стал почетче.

– Ребекка, как дела?

– Лучше, – отвечает она. Так, звук больше не прерывается, уже хорошо. – Может, снова начнет сбоить при гиперпрыжке, но даже если меня отрубит – не конец света. – Записывай все со своего экрана, потом выкрутимся. Я тебя найду.

– Ладно.

– Пишешь картинку? – снова уточняет она.

– Да, да, командир, – подчеркиваю я последнее слово, и Ребекка улыбается.

Включаю общий звук и вновь обращаюсь к «Армаде»:

– Так, внимание всем, сейчас летим к еще, возможно, не открытой планете. Запишите координаты и приготовьтесь к прыжку!

Выбираю нужную точку, и строчки цифр проносятся по экрану, прежде чем замереть на одном из навигационных дисплеев. После нескольких недель интенсивной игры я наконец получила нужную прокачку и теперь могу засекать далекие звезды и планеты. В самом начале все просто медленно дрейфовали по бескрайнему космосу в надежде на что-то наткнуться. Проходили уровни, сражались с мелкими чудовищами на пустынных планетах, снимали диких животных и растения и зарабатывали очки, чтобы проапгрейдить то одно, то другое.

Теперь даже как-то слишком легко играть, зато контент стал интереснее. Выжидаю несколько секунд, пока все участники получат координаты, и хмурюсь: самые нетерпеливые уже помчались к планете без меня.

– Эй! – кричу я им вслед. – Торопыги, я вас видела. Если там неоткрытая планета и вы назовете ее без меня, мы поцапаемся.

Люди на стриме смеются, да и я сама улыбаюсь. На самом деле никакой ссоры не будет. В «Покорении Солнца» буквально триллионы планет – всем хватит.

Стоит представить себе такое число, и голова идет кругом. Триллион – это миллион миллионов. Мне всегда казалось, что миллиард – тысяча миллионов – это много. Но триллион в тысячу раз больше.

От подобного практически мозг взрывается, а такие понятия, как деньги и числа, кажутся чем-то нереальным. Как если видишь заголовок новости о том, что одна компания покупает другую и сумма сделки какая-то заоблачная, например «сто миллиардов долларов». Я где-то читала, что «Сони» – фирма, выпускающая PlayStation, консоль, на которой наша игра идет в дополнение к ПК, – стоит около восьмидесяти миллиардов долларов.

И даже так до триллиона им не хватает девятисот двадцати миллиардов.

Такие цифры у меня в голове не укладываются. Подумаешь о них – а потом вспоминаешь о нашем с мамой скудном бюджете. Почти больно становится. Тут жалкие двести баксов могут разрушить будущее моей семьи, а где-то люди разбрасываются миллиардами, как мусором.

В общем, если кто-то назовет планету вперед меня – без проблем. Найду себе другую. И еще. И еще.

Тут столько возможностей. Никто не может меня остановить.

– Вперед! – кричу я, жму кнопку, и корабль мчится к неизвестной планете. А я опять жалею, что нельзя надеть очки виртуальной реальности. Великолепные разноцветные лучи света бьют в окно кабины, пока мой маленький корабль прорывается сквозь время и пространство, чтобы пересечь космос со скоростью, до разгадки которой человечество еще не дошло.

Но здесь, в мире одной из самых продвинутых видеоигр, можно нарушать законы физики, чтобы добраться до неизведанных звезд.

Можно собрать армаду людей со всего света и вместе с ними покорять игру, которая приносит вам всем так много радости.

Можно позволить себе платить за квартиру, когда твой дерьмовый папаша уходит из семьи ради юбки помоложе и отказывается помогать тебе или твоей маме. А той приходится вкалывать в двух местах на неполный рабочий день и одновременно заканчивать обучение. Ведь она потрясающая женщина и слишком многим пожертвовала ради своей мечты, чтобы теперь сдаться.

«Ты б работу нашла», – написал мне папаша, когда я поинтересовалась, не желает ли он как-то нам помочь. Мы с мамой тогда едва сводили концы с концами на новой квартире, а я еще не собирала донаты. После такого ответа я удалила горе-отца из контактов телефона и своей жизни в целом.

Новая планета стремительно приближается, превращаясь из маленького голубого пятнышка в большую вращающуюся сферу. Мой корабль выходит на орбиту, и я смотрю, как остальная «АнгстАрмада» выстраивается рядом со мной. Сотни, вполне возможно, тысяча или даже больше кораблей внимает каждому моему слову.

Дисплей становится ярче, отображая подробную информацию о планете. Хотя я многое могу сказать, просто взглянув на нее. Похоже, что она почти полностью покрыта водой, лишь небольшие белые пятна виднеются тут и там. Что это? Лед? Замерзшая земля? Тундра? Огромные горы, возвышающиеся над бескрайним океаном, в глубинах которого скрываются существа непостижимых размеров и мощи?

Самые фантастические версии крутятся в голове, пока компьютер заканчивает обработку информации.

ПЛАНЕТА ВТОРОГО УРОВНЯ [ОЖИДАЕТ ОЦЕНКИ]
Статус: нанесена на карту, не занята, не изучена
Пригодность для жизни: возможно
Поверхность: 89 % воды [замерзшая], 11 % суши
Обнаруженные ресурсы: вода, более неизвестно
Назвать планету и заявить на нее права?
[ДА] [НЕТ]

«Нанесена на карту». Ну спасибо, торопыги, что примчались вперед нас. Да и второй уровень не повод для безумной радости. Ладно, сойдет. Когда буду играть сама, без «Армады», отыщу другую планету. В очках. Любуясь на бескрайние просторы космоса. Когда целая галактика принадлежит тебе одной.

– Ну что, ребят, похоже, нам попалась пустыня, – смеюсь я в микрофон, и участники хмыкают в ответ.

Кто-то кричит «Айда вниз!», их энтузиазм такой заразительный, пусть и радоваться, скорее всего, нечему. На планетах второго уровня обычно мало ресурсов, хотя вода всегда кстати.

– Застолбим ее за нашей «Армадой»? – вскидываю я руки в воздух и вопросительно поднимаю брови. Игроки встречают мою идею одобрительными криками. Мы провели уже много общих стримов, но занимаем лишь шестую планету. Некоторые просто того не стоили, и игроки, которые путешествовали с нами, прихватили их себе. Вроде планет первого уровня – комья грязи или бесполезные астероиды, где даже полезных ископаемых не нашлось. Что же до этой планеты, почти полностью покрытой водой…

Она нам пригодится.

По нашему личному каналу подключается Ребекка.

– Эй, тут как раз пришло письмо от «Самсунга», они пришлют на следующий месяц новые часы, – радостно сообщает она. – И на этот раз заплатят, а не просто дадут девайс для рекламы. Значит, я тоже получу денежки, а не буду просто сидеть тут и корчиться от зависти.

В памяти всплывает сообщение от папаши.

«Ты б работу нашла».

Да пошел ты, папочка!

Меню с предложением заявить права и назвать планету так и плавает перед кабиной. Набираю текст, и «Армада» радостно ревет в наушниках. Приятно, что ребята поддерживают мою идею.

Назвать планету и заявить на нее права?
[ДА][НЕТ]
Как вы назовете эту планету?
БЕККА
Уверены, что хотите назвать эту планету
БЕККА?
Название нельзя будет изменить.
[ДА] [НЕТ]

Щелкаю «ДА».

– Ой, ну какая ж ты милаха, – смеется Ребекка.

– В честь моего первого помощника! – объявляю я в микрофон разом ей и всей «Армаде». – Без нее не было бы ни нашего шоу, ни «Армады». А еще, как и эта планета, она просто айс.

– Вот уж правда, – ворчит подруга.

– Спускаемся! – говорю я.

Направляю корабль вперед, и голубая сфера с белыми завитками устремляется ко мне, пока я лечу к ней из черноты космоса. Глупо, но на мгновение я беспокоюсь, что подумают мои зрители, если этот астероид – пустышка. А такое вполне может быть. Водных ресурсов, конечно, предостаточно. Пригодится для торговли, строительства. Но с точки зрения исследования, а это лучшая часть игры, нас может ждать полный облом. Такова одна из уникальных особенностей приключений в «Покорении Солнца»: каждый раз, когда пытаешься открыть что-то новое, тебя могут ждать как радость, так и разочарование.

Прямо как в реальной жизни. Может, потому игра настолько зашла людям.

Мой корабль гремит, мы с сотней других игроков прорываем атмосферу, несемся сквозь облака, и по небу эхом раскатывается грохот. Звук такой, будто кто-то слишком часто и резко бьет по бас-барабану. Я выглядываю из кабины: ряды кораблей пролетают рядом со мной, направляясь к ледяной планете.

С такого близкого расстояния видно, что замерзший ландшафт усеян сине-зелеными и пурпурными пятнами, они расцветают и движутся под затвердевшей поверхностью. Интересно, это просто игра воды или подо льдом живут какие-то существа? «Покорение Солнца» не только спонтанно генерирует планеты и галактики, но также задает их параметры. Экосистему, дикую природу, климат. В глубине души мне любопытно, как все это работает, – в интернете на сайтах вроде Polygon, IGN и Engadget гуляет бесчисленное количество статей, где рассказывается о технических тонкостях игры. Но все же не хочется разрушать это ощущение чуда.

Приятнее думать, что нас окружает магия, а не строки кода.

Сканеры на приборной доске выявляют подходящий для посадки участок, и я ввожу координаты.

– Вперед! – кричу я, и мой маленький корабль парит над замерзшей тундрой, мерцающие блики океана проносятся мимо, а вдалеке начинают вырисовываться небольшие возвышенности. Эти горные хребты сменяются чем-то похожим на застывшие подо льдом клочки суши, я нажимаю несколько кнопок и направляю туда свой корабль. Шасси с громким гулом выдвигаются и встают на место.

Слышу жужжание других судов, следующих моему примеру. Корабли во вселенной «Покорения Солнца» различаются по цветам, формам и уровням прокачки, но у всех одинаковое оружие, одинаковое навигационное снаряжение и все такое. Апгрейды помогают, но не дают особого преимущества. Немного есть, конечно, но ничего серьезного. Это помогает сохранять баланс, особенно когда вспыхивают конфликты, что иногда и происходит, судя по многочисленным видео, где тролли разводят других игроков. Врут, будто люди получат бесплатный ресурс, а сами их обворовывают. Вроде того.

Чертова свора.

Мой корабль приземляется, вдавливая шасси в лед и снег. Разработчики даже скрип снега добавили. Не могу сдержать улыбку. Обожаю такие мелкие детали.

Я мельком смотрю на дисплей: воздух пригоден для дыхания и не требует шлема или маски, и это здорово, ведь к нам могли присоединиться новички, которые еще не успели набрать очки исследованиями или сбором мусора и не обзавелись необходимым снаряжением. Я нажимаю несколько кнопок, и кабина с шипением открывается.

На меня мгновенно обрушивается сильный порыв ветра. Упираюсь, вылезаю наружу. Ветер громко ревет и разрывает мой канал связи с «Армадой». На поверхности я оборачиваюсь и вижу несколько открытых кораблей. Люди столкнулись с теми же проблемами. Их аватары очень похожи на мой, за исключением цвета одежды и небольших изменений в походке и внешнем виде. Вариация внешек пилотов в «Покорении Солнца» не так велика, а значит, куча народа выглядит примерно одинаково. Конечно, можно убить час или два на то, чтобы персонаж больше походил на вас, но редко у кого есть на это время или терпение.

Что до меня… У моей героини есть со мной что-то общее, но не так чтобы нас можно было принять за одного человека. Да и какая разница? У меня канал на Glitch, все и так видели мое лицо. Чего там скрывать?

– Извините, ребята! – перекрикиваю я ветер, который то немного стихает, то снова усиливается, налетает на нас мощными порывами, взметая в воздух снежинки и иней. Игроки и их аватары скользят по белой земле, прижимаются к кораблям. Я поворачиваюсь посмотреть на горы и замечаю затерявшиеся среди бело-бежевой равнины кусочки зелени. Может, не вся жизнь на этой планете спрятана под водой.

Я смотрю на других игроков и ободряюще машу им – один из немногих физических жестов, доступных в этой игре. Все одновременно машут в ответ – забавно видеть один и тот же жест у сотни с лишним человек разом. Некоторые смеются, в том числе и Ребекка, шагающая рядом со мной.

Не знаю, привыкну ли когда-нибудь, что подруга работает вторым оператором. Ее внутриигровой персонаж не может таскать с собой настоящую видеокамеру или что-то в этом роде, поэтому она идет лицом ко мне, чтобы транслировать запись со своего ракурса. Это как иметь друга, который все время пялится на тебя, что бы ты ни делал. Смотришь фильм? Друг глядит на тебя. Идешь по улице? Та же история.

– А горы снять не хочешь? – спрашиваю я.

Она предпочитает не отвечать по связи, лишь чуть покачивается вправо-влево, мол, нет, и продолжает смотреть прямо на меня. Можно использовать функцию записи экрана, но Ребекка настаивает, что вот так лучше. Получается что-то вроде кино.

– Странная ты, – замечаю я и вновь смотрю на «Армаду». Кое-кто еще приземляется, но если будем ждать всех, то стрим затянется на часы, а мы так ничего и не исследуем.

– Давайте выясним, что прячется на этой…

Меня прерывает громкий грохот корабельных двигателей, несколько судов проносятся по небу со стороны гор, замедляются и повисают надо мной и остальной «Армадой». Ребекка отводит взгляд от меня и смотрит на них, а затем ее голос звучит в моей гарнитуре:

– Так, эти ребята не зарегистрированы в «Армаде». Как так вышло, что еще кто-то прилетел на эту планету одновременно с нами? – взволнованно спрашивает она. – Отличный сюжет. Очень круто. Можно разослать в блоги. Попробуй подключиться к нашим гостям, узнать, откуда они.

Слышу, как члены «Армады» переговариваются между собой, люди со всего мира пытаются понять, кто же наши гости, и повторяют слова Ребекки о том, как странно, что чужаки попались нам именно здесь и сейчас, из всего триллиона планет в цифровой галактике.

– Эй! – кричу я в микрофон, машу кораблям и отправляю запрос. – Откройте канал!

Раздается мягкое жужжание, за которым следует несколько резких щелчков, как будто что-то встает на место.

Этот звук мне знаком.

– Ох, – слышу я Ребекку в наушнике. – О нет.

Бластеры бьют по поверхности планеты, раскалывая лед, попадая по кораблям и аватарам. Совсем рядом раздается взрыв, и я кидаюсь в сторону, едва успевая разминуться с осколками.

Эти ублюдки стреляют по нам.

Трясясь от ярости и до сих пор не веря собственным глазам, я с трудом встаю на ноги. Рассеянные остатки «Армады» спешно возвращаются на корабли.

– Какого хрена?! – кричу я и кидаюсь к своему судну. Надо и мне улизнуть в безопасное место.

Бластеры дюжины кораблей до сих пор молотят по нам, дырявя лед. Несколько людей разносит залпом, еще больше проваливаются в ледяной океан. Я зло втягиваю воздух. Ребекка бежит рядом – ну хоть на меня больше не смотрит, ее аватар снимает развернувшуюся вокруг нас бойню.

– Ребекка, кто…

Очередной выстрел вспарывает лед, и приходится нырнуть в сторону, чтобы не угодить в холодную воду.

– Соцсети… с ума со… ост… орожнее! – голос подруги опять прерывается. Слишком много всего происходит, слишком плотный входящий и исходящий поток, и ее паршивый интернет-сигнал не справляется. Смотрю на ее экранчик в углу моего. Картинка дергается, но лицо различить можно. Измученная и взвинченная подруга переводит взгляд с монитора на планшет.

– Это какие-то… тролли… решили…

У нее полностью отрубает сигнал. Аватар Ребекки замирает – и его тут же разносит в клочья вместе с кораблем, над которым она так упорно трудилась.

Вокруг кричат и бегают люди, спешат к своему транспорту, а я на миг цепенею.

Ребекки больше нет. Я осталась одна.

Ведь если умираешь в «Покорении Солнца», то умираешь и в реальной жизни…

Ладно, шутка неудачная. Мы же не в «Троне» и не в «Матрице».

Однако если погибаешь в игре, то теряешь весь стаф. Что немногим лучше смерти. Респаунишься где-то во вселенной с одним только базовым кораблем и пустым аватаром. А прежнее тело и судно, которые ты так долго и старательно апгрейдил, остаются болтаться в космосе, пока их не подберут и не обчистят те, кому повезло наткнуться на добычу первыми… или те уроды, которые тебя, собственно, и убили.

Люди моей «Армады» падают вокруг меня замертво, а я практически слышу мерзкое хихиканье стрелков, которым не терпится обобрать добычу.

Нет, правда.

Я их слышу.

И они действительно смеются.

Хочется орать, ругаться, палить по уродам, но ручной бластер из инвентаря – ничто против целого отряда кораблей. Наверное, даже броню не поцарапает.

Вокруг царит безумие. Я бегу к своему транспорту. До него уже рукой подать. Если заберусь внутрь, может, сумею отстыковаться, улечу, спасу корабль. Иначе придется все начинать с нуля.

Краска. Мелкие обновления, благодаря которым легче управлять судном. Радар, дающий возможность засекать далекие планеты. И всевозможный стаф в инвентаре – оружие, гаджеты для навигации на земле. Бустеры, чтобы легче и быстрее перемещаться по поверхности. Мини-джеты в рюкзаке, чтобы прыгать чуточку выше. Не бог весть что, но преимущество дает.

Надеюсь, этого самого преимущества мне хватит, чтобы отсюда убраться.

Десятки кораблей взмывают в небо, «Армада» взлетает. Пару успевают сбить, и они взрываются огромным огненным шаром в ярко-белом небе, в то время как другие совершают гиперпрыжок под шум звуковых ударов. Радость за их успешный побег смешивается с душераздирающим разочарованием и яростью, которые я испытываю за тех, кому сегодня не так повезло.

Столько игроков. Столько усилий. И все впустую.

К сожалению, из игры невозможно выйти, просто выключив консоль или компьютер или выдернув шнур. Разработчики любезно дают вам возможность повисеть в эфире еще несколько минут – вдруг соединение прервалось случайно.

Этих минут нападающим с лихвой хватит, чтобы вас добить. Как случилось с Ребеккой.

Когда я приближаюсь к кабине моего корабля, она открывается, стекло поднимается – еще одно небольшое улучшение, за которое я щедро заплатила. Нет, не настоящими деньгами – внутриигровой валютой, которая дается при выполнении миссий и обнаружении вещей. Впрочем, я трачу на них ресурс куда более ценный, чем деньги.

Свое время.

Чем больше играешь, тем больше очков опыта набираешь и тем больше вещей можешь на них купить. Но если эти вещи потеряны или уничтожены… восполнить их непросто. Приходится возвращаться к рутинной работе, шаг за шагом повышать уровень, чтобы вновь набрать необходимое. Выполнять скучные задачи: бороться с инопланетными монстрами, каталогизировать растения или открывать маленькие планеты.

Как только я пытаюсь подняться на свой корабль, бластерный огонь начинает стихать. Нет, не стихать – он полностью прекращается. Я замираю, оборачиваюсь посмотреть на вражеские корабли, на игроков, которые пришли уничтожить всех моих людей. Они просто… сидят там, парят в воздухе, зловещие и молчаливые. Ни смеха, ни разговоров. Должно быть, переключились на приватный канал.

– Дивья! – кричит в ухо Ребекка, ее экранчик вновь появляется на мониторе. – Меня отрубило. Твою мать, весь стаф потеряла.

Я смотрю в небо на нападавших. Их не менее дюжины, и все окрашены в одинаковые цвета. Одна команда, один клан. Корабли целиком белые и растворились бы на фоне облачного неба и заснеженных гор, если бы не агрессивный красный зигзагообразный узор, исчертивший борта, словно следы когтей – кожу.

– Чего б вам не спуститься и не встретиться со мной лицом к лицу?! – кричу я, гадая, куда, черт возьми, подевалась вся моя «Армада».

К этой горе летели сотни человек. Да, все побежали обратно к своим кораблям, ведь один точный выстрел из бластера мог оборвать их игровую жизнь. И конечно же, ребята спешили взлететь с опасной поверхности. Но теперь, когда обстрел отчего-то прекратился… почему никто не вернулся мне на помощь?

В чем смысл «Армады», если никто не захотел меня прикрыть?

– Чел, да грохни уже эту суку! – кричит внезапно какой-то парень. Он запустил программу маскировки голоса и теперь говорит, словно робот.

– Чувак, погоди! – вопит другой. У этого голос не скрыт, судя по звуку, пацан еще в средней школе учится. – Пусть на корабль залезет!

– Пусть из эфира свалит, – рычит тембр пониже. – Какая разница как.

– Не, будет круче, если мы… – еще голос, еще один мужчина.

– Да не хочу я ждать! – заявляет «робот».

Один корабль отделяется от прочих, приближается ко мне и стреляет. Залп оглушительно грохочет по стальной обшивке корпуса, перед глазами мигают красные сигнальные огни, завывает тревога, я бросаюсь прочь…

И мой корабль взрывается.

Красно-оранжевые языки пламени взмывают над белоснежной землей, а столбы черного дыма устремляются в ясное небо. Взрыв эхом разносится по замерзшей тундре, и лед подо мной начинает трескаться и раскалываться. Я гляжу себе под ноги, размышляя, смогу ли добраться до гор, но внезапно падаю в океан воды, окрашенной в синий, зеленый и фиолетовый цвета.

Перед глазами темнеет.

– Пока, сука, – усмехается «робот».

Все чернеет. Затем выскакивает заставка «Покорения Солнца» и зазывает начать все заново.

– Твою мать! – кричу я и в бешенстве бью по клавиатуре.

– И… стрим окончен, – объявляет Ребекка кристально чистым голосом из своего экрана. Теперь, когда весь хаос позади, ее сигнал не тормозит и не прерывается.

– Что это было? Кто это был?! – спрашиваю я, в отчаянии вцепляясь пальцами в волосы. – Мой корабль. Все апгрейды. Куда на фиг улетела вся «Армада» и почему бросила меня? Твою мать, мне же теперь неделями прогресс восстанавливать.

– Ничего, разберемся, – пытается успокоить меня подруга. – Кто был… какая-то армия троллей из соцсетей, назвали себя Vox Populi. Сейчас они… – Ребекка прокашливается. – Сейчас они празднуют. Уже слепили гифку, как твой корабль взрывается, а ты падаешь под лед.

– Мне стоит ее увидеть? – уточняю я, хотя от одной мысли мороз по коже.

– Вообще не стоит, – заверяет Ребекка. – Да, это всего лишь аватар, но тем не менее. Все равно неприятно. Хотя ты же наверняка полезешь смотреть, так чего спрашиваешь? – Она громко вздыхает. – Знаю, тебе не особо легче, но… этот стрим и все, что произошло… Когда сегодня я смонтирую из трансляций итоговое видео и загружу его на канал… есть шанс выйти в тренды, Див. В наших руках вирусный контент.

– Ага, наверное, – мрачно отвечаю я.

Вот совсем не таким образом хотелось прославиться. Лучше б завирусить ролик, которым я могла бы гордиться. Где я совершаю какое-нибудь грандиозное открытие, а не сгораю в пиксельном пламени от рук кучки интернет-троллей. Вообще отлично, ага.

– Пара игровых сайтов уже публикуют посты о том, что произошло, а несколько микроблогов репостят сообщения в соцсетях, – продолжает Ребекка и что-то яростно печатает. – Черт, мне надо опередить их и закончить компиляцию видео. Ситуация отстой, Див, я знаю, но у нас будет много просмотров. А значит, потенциально больший доход.

– Да, да.

Знаю, подруга старается найти хоть какие-то плюсы, но сама я способна думать лишь о том, сколько же времени ухлопаю, пока выберусь на тот же уровень. Сколько у меня на него в прошлый раз ушло? Недели.

Захотят ли зрители сидеть и ждать? Или я потеряю подписчиков?

Думаю о квартплате.

Какое ж дерьмо, что помощь маме напрямую зависит от количества подписавшихся на канал.

– Не вешай нос, – подбадривает подруга. – И время еще не позднее. Можешь уже сегодня начать прокачку.

– Верно, – признаю я и потягиваюсь. – Кинь мне ссылку, когда выйдет ролик, чтобы я запостила ее, не пересматривая весь тот кошмар.

– Не пересматривая…

– Не желаю смаковать свой провал и еще раз слушать, что эти уроды обо мне говорят. Просто… сделай так, чтобы все хотя бы выглядело достойно.

– Заметано.

Ребекка отключается, ее маленькое окошко гаснет, и я делаю пару кругов в своем компьютерном кресле, оглядывая помещение, возвращаясь к реальности. Резкое получается возвращение. Пока весь хаос творился в виртуальном мире, в цифровом пространстве, я просто сидела здесь. В своей комнате. Крохотной комнатке со скудной мебелью и убогим… всем.

Я вытаскиваю из кармана смартфон, еще один спонсорский гаджет, намного лучше, чем все, что я могу себе позволить, и одну из немногих вещей, которые я позволила себе оставить, – и загружаю электронную почту. Там действительно висит предложение от «Самсунга» и совершенно ошеломительное количество приглашений на интервью по поводу того, что произошло буквально пять минут назад. Polygon. Engadget. GiantBomb. Список можно продолжать. Меня практически засыпало уведомлениями в соцсетях – во всяком случае, теми, которые приходят на электронку. Оповещения о личных сообщениях и тому подобное. Люди выражают свою любовь, поддержку, шлют…

Одно сообщение бросается в глаза, и я перестаю скроллить.

Тролли. Тот клан. Они написали мне на почту.

Сначала думаю удалить письмо, не читая. Таков наш уговор с Ребеккой, так мы условились, когда в прошлом году я начала вести стримы. Любые контакты с троллями – только через нее. У подруги даже доступ к моему ящику есть для таких случаев. Мне бы оставить письмо ей или попросту удалить его: Ребекке меньше проблем.

Но это их название. Я знаю, как оно переводится.

The Vox Populi.

«Глас народа».

Да пошли они на хрен.

Щелкаю по письму.

Это только начало… [Входящие]
The Vox Populi <legion@thevoxpopuli.net> (15 минут назад)
Мне
Нас не остановить. Кинешь страйк – придут новые. Пожалуешься техподдержке, забанишь – придет еще больше.
Таким, как ты, не место в нашем мире. Дело не в поле или расе. Просто в стриминговом коммьюнити есть люди куда талантливее, а ты занимаешь их место.
Уйди. Тебе здесь не рады.

Просто. Просто, мать их. Дело не в поле и расе, да? Значит, точно в них. Если начинается «Я не расист, но…» – после «но» можно не читать.

Письмо с вложением. Прикрепленный файл с говорящим названием «Предупреждение. jpg». «Гугл» в нем вирусов не находит, а когда в окне загружается миниатюра, она выглядит… странно знакомой. Сердце колотится, я нажимаю на нее.

Изображение открывается.

И я вижу фотографию нашего многоквартирного дома.

Дыхание перехватывает. Как?

Как такое могло произойти?

Я же так осторожничала. Никогда не называла фамилию. Во всех соцсетях локацией и городом проживания указывала интернет. Личные странички – строго личные. Фейсбук, инстаграм³… все профили закрытые, только для немногих настоящих друзей и членов семьи.

Сердце бьется так, что стучит в висках и грохочет в ушах.

Я резко втягиваю воздух, подбегаю к окну и осторожно выглядываю из-за жалюзи – в крохотную щель в тонком дешевом пластике. Лишь минуту спустя я вспоминаю, что на фотографии в электронном письме мое здание запечатлено днем, а сейчас солнце уже зашло.

Они были здесь.

Бог знает когда.

Я торопливо возвращаюсь к столу, закрываю письмо, кладу руки на поверхность. Несколько раз делаю глубокий вдох, пытаюсь успокоиться. Тревога пронзает тело, мышцы спины сводит.

Тролли ничего прямо не сказали, но угроза ясна. Доксинг, раскрытие персональной информации. Они расскажут, где я живу. Чтобы на меня могли напасть. Могли преследовать. Оскорблять лично. Один из тех моментов, когда нельзя сказать: «Ну да, это интернет» – и спокойно ждать, пока проблема исчезнет. Вирусный твит, которым поделятся люди, фото, которое привлечет слишком много внимания…

Это все реально. И имеет реальные последствия.

Я смотрю на экран своего компьютера, снова открываю электронную почту и пересылаю сообщение троллей в группу поддержки «Покорения Солнца» по борьбе с домогательствами. Тамошние сотрудники, наверное, уже целую папку обращений от меня собрали, но сейчас… дело другое. Это не просто гадкое письмо, расистский или откровенно сексуальный твит или сообщение на игровом сервере. Это первый шаг в доксинге. Они знают мой адрес. Знают, где я живу. И могут разнести новость по всему интернету.

Собираюсь написать заодно и Ребекке, но передумываю. Нет, нельзя ей это видеть. Не могу так с ней поступить. Не после того, что случилось в прошлом году.

После него.

Вместо этого я архивирую письмо и захожу в социальные сети узнать, выполнили ли Vox Populi свои угрозы, но нет, никто не публиковал ни адреса, ни фотографий моего дома.

Пока нет.

Скопившееся в груди беспокойство, кажется, готово взорваться, как сверхновая звезда, и разорвать тело изнутри. Знать, что вот-вот может произойти что-то ужасное, и ждать, когда же топор упадет на шею, едва ли не хуже, чем сама казнь.

Я снова открываю «Покорение Солнца», экран загрузки по-прежнему ждет меня. Смиряюсь, ненадолго прикрываю глаза, а затем нажимаю «Старт» и оказываюсь в самом начале, на космической станции, где можно приобрести несколько основных кораблей. Никаких апгрейдов, никакой краски, ничего. Инвентарь пуст. Прежние тело и снаряжение покоятся на дне безымянного моря на затерянной в цифровой вселенной планете.

Ублюдки.

Но я отказываюсь сидеть и бояться. Мне предстоит большая работа.

4. Аарон

СЦЕНА 2 (ЛЕС, ВЕЧЕР)
(плавный переход к кат-сцене)
Компания персонажей стоит в лесу и греется вокруг костра. Деревья маячат на фоне мрачными пугающими громадами, а сквозь ветки то здесь, то там на путников смотрят чьи-то желтые глаза.
МАГ
Если до заката мы не доберемся до логова главаря бандитов, что засел в самом конце Темного тракта, они убьют королеву эльфов.
МАГИ совершают пассы руками, и появляется фиолетовый дым. В его клубах возникает образ королевы эльфов Рандиэль. Теперь ее видят все собравшиеся. Рандиэль бьется в своих путах и плюет в лицо безымянному бандиту.
БРОДЯГА
Не понимаю, чего эти просто выкуп не заплатят. Все бы быстренько и уладили.
ЭЛЬФ в гневе выступает вперед, огибает костер и достает два кинжала, поблескивающие в свете пламени.
ЭЛЬФ
Что значит «эти»?
БРОДЯГА
Эй, полегче, я не хотел…

– Аарон!

Я поднимаю глаза от ноутбука и вижу, что команда ManaPunk уже в сборе и присматривает себе удобные места. Наше кафе – буквально мешанина из разношерстных предметов мебели: огромные плюшевые диваны с резными деревянными каркасами спокойно уживаются с ультрасовременными стальными барными табуретами и высокими столами. Ребята, толкаясь, с оглушительным грохотом подтаскивают поближе несколько деревянных стульев, скрежеща ножками по деревянному же полу «ЛаВы». Обожаю здесь работать: и к дому близко, можно хоть пешком дойти, хоть на велосипеде доехать, и туристов немного, все-таки мы в северной части Саут-стрит.

С громким ревом оживает кофемолка, и пока Джейсон, Лора и Райан устраиваются поудобнее, к аромату средиземноморской кухни примешивается запах обжаренных бобов. В течение дня здесь в основном подают кофе, завтраки и легкие обеды, но к вечеру заведение меняет направленность и превращается в ресторан.

– Как продвигается дело? – спрашивает Джейсон.

Он организовал ManaPunk три года назад, когда я только-только поступил в Центральную школу, а сам Джейсон ее заканчивал и мучился синдромом старшекурсника в терминальной стадии. Основной симптом – приятелю вообще не хотелось заниматься ничем, что хоть как-то связано со школой. И пусть его тогда чуть не вышвырнули, теперь он собирается перевернуть мир мобильных игр. На пути к сей благородной цели Джейсон и прихватил с собой несколько гиков.

Лора тоже буквально на днях отпраздновала выпускной. Она устраивается рядом с Джейсоном, а Райан втискивается на стул подле меня. Стоит другу откинуться на спинку, та с шумом выпускает из себя воздух. Мы смеемся – а громче всех сам Райан. Он на год младше меня, и последнее время мы за обедом только и делаем, что либо придумываем видеоигры, либо рубимся в них.

Такие встречи, по сути, и есть вся наша жизнь. Мы с младших классов играем вместе.

– Да ничего, как раз работал над…

В этот момент Джейсон потягивается, и я осекаюсь. На приятеле потертая джинсовая куртка, усеянная значками панк-рок-групп. Он специально включает их песни, пока мы работаем в его небольшой студии. Даже грозил уволить нас с Райаном, когда мы признались, что не знаем, кто такие MxPx и Goldfinger. Зато теперь я успел прослушать всю дискографию как первых, так и вторых. Однако смущают меня вовсе не значки, а футболка Джейсона. Она вся в прорехах – только это не дань моде, а просто кое-кто никак не донесет свою рванину до мусорного ведра.

– Что такое? – переспрашивает Джейсон, а затем оглядывает футболку и смеется. – Да ладно, чего вы?

– Ты же буквально миллионер, – озвучивает Райан мою мысль, тыча пальцем в нашего потрепанного лидера, а потом с отчаянием оглядывается на меня в поисках поддержки. – Почему ты вечно выглядишь так, словно только что аварию пережил?

– Забей, чувак, – фыркает Джейсон. – Людям нравится мой стиль.

– Каким это людям? – ухмыляется Лора.

– Ну… ну есть такие! – упирается Джейсон, но все же застегивает несколько пуговиц на куртке и прячет рваную ткань с глаз долой. – Возня с одеждой и прочей фигней отвлекает меня от творческого процесса, ясно? Мне нужно делать игры. У меня есть видение, какими они должны получиться. Материальная эстетика просто мешает мне и отнимает умственные силы, которые я мог бы пустить на…

Мы втроем просто молча пялимся на него.

– Что? Марк Цукерберг живет так же.

Я выразительно смотрю на Райана, а Лора с озорно блестящими глазами поджимает губы, пытаясь сдержать смех.

– Ой, идите вы на фиг – ну да, просто сегодня день стирки, и ничего другого не нашлось! – наконец сознается Джейсон, и мы хохочем.

В такие моменты, когда я вместе со своей бандой, вдали от удушливой атмосферы дома, давление, которое оказывает на меня мама, будто отступает. Джейсон твердой рукой подталкивает нас создавать то, что нам действительно интересно, – всех нас: меня с моими сценариями, Райана с его потрясающими иллюстрациями и раскадровкой и Лору с ее талантом к программированию. Ума не приложу, как она так умудряется, – молотит по клавиатуре, что-то пишет на языке, который я даже не надеюсь освоить, и кажется, будто говорит с самой душой компьютера.

Джейсон качает головой и поднимается из-за стола.

– Ребят, чего вам взять? Плачу я.

– Еще бы, – фыркает Райан. – Мы вообще-то до сих пор от тебя денег ждем.

– Все будет, все будет, – отмахивается Джейсон и замечает мой косой взгляд. – Не смотри на меня так. Я работаю над проблемой.

– Мне черный кофе, – вмешивается Лора.

– Ага, такой же, как она сама – чтоб аж во рту горчило, – подкалывает Райан, улыбаясь ей через стол.

– Не угадал. Черный и крепкий, – парирует Лора. – И не смей сравнивать меня с едой. У тебя же лучший друг писатель! А такие подкаты – жуткое клише.

– Лора права, – подтверждаю я.

– Я всегда права, – улыбается она. – Прихвати еще ванильный кекс. Или лимонный. Короче, порадуй меня.

– Еще бы меня чеком порадовал, – ворчит Райан, склоняет голову на бок и барабанит пальцами по столу. Поймав хмурый взгляд Джейсона, приятель добавляет: – Хотя чай и черничный скон тоже сойдут.

– И чего ты вечно из-за денег ноешь. Разве твой папа не адвокат? – фыркает Лора и принимается разглядывать ногти. – С голоду не помрешь.

– Суть не в том, и ты это знаешь, – огрызается Райан.

– А мне… горячий шоколад, – прошу я. Райан возмущенно смотрит на меня, не дождавшись поддержки, а я лишь пожимаю плечами. Джейсон уходит к стойке, и висящее в воздухе напряжение рассеивается. Мне тоже не нравится подвешенное состояние, но пусть все идет как идет. Хочу создавать игры и общаться с друзьями, а не переживать из-за того, о чем и так волнуется мама.

Джейсон нас не обманет. Я это просто знаю.

Райан с шумом втягивает воздух, мы все достаем смартфоны, и начинается моя любимая часть наших посиделок.

Каждую неделю мы находим в приличных сторах самые убогие игры. Мы с Райаном – убежденные приверженцы «Эппл», Лора и Джейсон – верные фанаты «Андроида». Делаем скриншоты геймплея, заставок и тому подобного и загружаем игру. Скрины важны: порой объект нашего внимания удаляют из магазина еще до того, как мы успеваем собраться. То игра настолько паршивая, что даже сам разработчик ее отзывает, то кто-то плодит клоны уже существующих игр, и тогда дубликаты сносят сами «Эппл» и «Андроид»… В общем, существует куча причин, почему релиз может и недели в магазине не продержаться.

Нелепейшая традиция – и в то же время незыблемое правило каждой встречи. Наверное, мы бы так развлекались, даже если бы Джейсон не считал, что подобное занятие нас сплачивает и дает учиться на чужих ошибках. Посмеяться всегда приятно. Тот, кто находит худшую игру, выбирает место следующей встречи.

Открываю свою офигенную находку и стараюсь украдкой заглянуть в телефон Райана.

– Эй, а ну не лезь! – отворачивает он экран.

Голубые глаза друга хитро блестят, он расплывается в такой широченной улыбке, что виден кривой зуб. Райан делает вид, будто ужасно стыдится недостатка, – на самом деле нет. Я сам слышал, как девочки в школе говорили, что это даже мило. Да и бойфренд Райана Альберто всегда старается уговорить его пошире улыбаться на совместных селфи.

– У меня такой шикарный улов на этой неделе, у вас даже шансов нет, – хвастает приятель.

– Ха! – отзывается Лора. – Поглядим еще. Моя была закопана на такое дно магазина, что пришлось понизить версию ОС, чтобы ее просто установить. Я ради этой игрушки практически телефон угробила.

– Блин. – Такое откровение явно впечатляет Райана, его улыбка гаснет. – Столько жертв ради сомнительной победы. Ладно, посмотрим.

На прошлой неделе выиграл я: отыскал жуткий клон Angry Birds – «Яростных шиншилл». С виду практически копия, только пуляешь по зеленым свиньям не культовыми яркими птичками, а отчего-то именно шиншиллами. Почему ими? Они что, умеют летать? Программирование физики совершенно неправильное, шиншиллы либо вылетали за пределы экрана, либо просто не двигались с места. Игра могла похвастать рейтингом в одну звезду при тысячах отзывов явно от людей, скачавших ее просто ради новизны. Вдобавок разработчики набили свое творение отвратительной рекламой.

Но если так подумать, тысячи пользователей не поленились поделиться впечатлениями о ней. Я где-то читал, что обычно лишь три-пять процентов юзеров пишут отзывы. Получается, десятки тысяч людей заплатили по доллару, чтобы загрузить эту игру. Если еще учесть доход от рекламы… похоже, сейчас разработчики «Шиншилл» катаются в наличке, как зверьки в пыли. И плевать, плохие у них отзывы или нет.

Джейсон неторопливо подходит ко мне, пока я загружаю игру, пряча экран от друзей. Он тащит здоровенный поднос с огромным количеством кексов, пончиков, булочек и прочей выпечки, а также с несколькими чашками чего-то, что совсем не похоже на чай или горячий шоколад.

– Что за… – удивляется Райан.

– Я, как подошел к прилавку, тут же и забыл ваши заказы, поэтому взял всего понемногу, – пожимает плечами Джейсон. – А, черный кофе есть. Можете в него сахар добавить – или как хотите.

Райан что-то ворчит, мы вдвоем поднимаемся и идем к стойке. Добавляем в кофе столько сахара, что он становится на вкус как конфета – только так мы сможем его выпить. Лора остается за столом, и пока Райан выливает тонну сливок в свою чашку, я оборачиваюсь и вижу, как подруга делает глоток, а затем довольно прислоняется к плечу Джейсона.

Райан шутливо пихает меня, как только я закрываю кофе пластиковой крышкой.

– Ты как, нормально?

– Да, да, – отвечаю я.

– Лора все равно для тебя слишком взрослая, – говорит он, пожимая плечами. – Осенью она идет в колледж. А Джейсон миллионер. Довольно сложно с таким тягаться.

– Боже, да все в порядке, – смеюсь я, качаю головой и вновь смотрю на Джейсона и Лору.

Оба сидят в телефонах и даже не смотрят друг на друга. Внутри что-то тихонько ноет. Если я когда-нибудь и встречу подходящего человека, то не в нашей тусовке. Хочу такие отношения, как у Райана с Альберто, – чтобы вместе зависать на крыльце после школы, вместе возиться с альбомами для рисования, постоянно прижиматься друг к другу и делиться мечтами и планами на будущее. С тех пор как они сошлись два года назад, их отношения – сплошной ромком.

А еще я видел, как ведет себя Джейсон.

На панелях. На ивентах. Он меняет девчонок как перчатки. Каждый раз выгуливает новую на глазах у людей, ошивающихся у стола или стенда ManaPunk. Не хочу, чтобы и Лора с ним обожглась. Пусть мы с ней и не самые близкие друзья, но придется что-то сказать, и чем раньше, тем лучше.

– Ладно! – внезапно восклицает Джейсон, наконец откладывая телефон. Судя по горящим глазам и хитрой улыбке, приятель явно что-то задумал. Его естественное состояние. – Кто первый? Может, действующий чемпион?

Я с улыбкой двигаю свой телефон через стол. Как бы я ни относился к личной жизни Джейсона, его слова приятно греют душу. Он все равно мой герой в сфере игр и местная икона. Пусть и небезгрешная.

Райан и Лора кладут свои гаджеты по центру, рядом с нашими, и состязание начинается.

Игра, которую я выбрал, просто кошмар, хотя ей далеко до «Шиншилл», но все равно сойдет. Ты – кусочек сыра и пытаешься найти булку, чтобы в ней жить. По сути, реклама Ilagan & WeirHoagies, сети гастрономов в Филадельфии. Анимация ужасная и дерганая, и даже если находишь нужный бургер, сыр в него впихнуть практически невозможно. Это странная головоломка, в которой почти нет смысла и которая наверняка еще больше раздражает людей, живущих рядом с этими гастрономами. В случае выигрыша получаешь доллар или два с одного бургера. Интересно, сколько людей сумело добыть купон. Судя по скудным отзывам в приложении – немного.

Хотя все равно я обойду Райана. У него какой-то странный платформер о разумном кусочке конфеты, чья задача – собрать кучу драгоценных камней. Помесь Candy Chasm и Super Mario. Выглядит немного подозрительно, будто кто-то из разработчиков случайно слил тестовую версию. Мы несколько минут обсуждаем эту мысль, пока Лора не призывает нас к молчанию взмахом руки и не показывает игру, которую нашла сама.

Офигенная вещь.

Это одно из тех творений, что пытаются заставить людей совершать какие-то действия ради очков или прокачки персонажа. Чем больше трудишься, тем больше набираешь экспы. В теории затея чудесная. Подобные игры иногда вынуждают детей и взрослых выбираться из квартир на улицу. Эта же использует дополненную реальность, то есть нужно что-то искать. Например, злодеев. Как с охотой на покемонов.

Отличная идея.

Вот только кто-то хакнул игру, и теперь нужно гоняться не за злодеями, а…

Ладно, прилично о таком не скажешь. За пенисами. Их там целая куча. Судя по всему, их грубо прифотошопили вместо оригинальной графики.

Мы хохочем и не можем остановиться. Лора держит телефон, срабатывает дополненная реальность, и прямо посреди кафе возникает гигантский пенис, за которым нам предлагается охотиться. У меня аж слезы по лицу катятся. На нас поглядывают другие посетители. Я давлюсь смехом, и мы медленно приходим в себя.

– Джейсон? – окликает Лора, кивая на его телефон, который так и лежит на столе экраном вниз. – Ну что, тебе есть чем ответить?

– Милая, – начинает Джейсон, и я шумно выдыхаю. Райан смотрит на меня и быстро качает головой.

Если поначалу парочка изредка обменивалась двусмысленными сообщениями – в общих мейлах и рабочих чатах в дискорде и слаке, чтоб вы понимали, – то теперь уже стремительно перешла к обжимашкам на публике и нашептыванию друг другу сиропной ерунды.

– Мне с тобой не сравниться, – признает Джейсон. – Пропускаю раунд. Победа за тобой.

– Встречаемся в кафе «Автофокус» на углу Тридцать седьмой и Уолнат! – триумфально провозглашает Лора, вскидывает руки и направляет на нас телефон, будто меч.

Мы с Райаном издаем страдальческий стон. Подруга живет на другой стороне города, в кампусе недалеко от Дрексельского и Пенсильванского университетов, а выбранное ею кафе расположено среди дорогих магазинов и модных ресторанов, и ни одной стоянки. Да и жизнь моя ничего бы не потеряла, если б я никогда не увидел фотогалерею в «Автофокусе», всю эту странную экспериментальную фигню за авторством местных учеников колледжа. Такое искусство мне не понять.

– Нечего ныть, я так хочу. – Лора с победной улыбкой откидывается на стуле и подмигивает Джейсону. – А теперь за работу.

– Да! – подхватывает Джейсон, хлопая по столу. – Аарон, ты же подготовил новые страницы сценария?

Я открываю ноутбук и жму пару кнопок, пытаясь скрыть волнение. Все трое сейчас будут оценивать то, что я написал.

– Зайдите в дропбокс. Загружайте и давайте читать.

Стол затихает. Все бегают глазами по строчкам на светящихся экранах. Джейсон читает с айфона, а Лора – с планшета, который достала из сумки. Смотрю на Райана. Тот быстро прокручивает страницы на телефоне, все равно видел их бессчетное количество раз.

Вдруг Джейсон недовольно фыркает.

– Что такое? – спохватываюсь я. Лучше не спрашивать фидбек посреди чтения, но Джейсону явно не нравится уже увиденное.

– Да просто… – Он поджимает губы. – Не знаю. Аарон, а обязательно всегда пихать про расизм? – Джейсон что-то выделяет и поворачивает смартфон ко мне. Это момент, где Эльф ругает Бродягу за микроагрессию⁴.

– Слушай, но можно же использовать фэнтезийный мир, чтобы обсуждать проблемы реального, – возражаю я. – Как по мне, это признак хорошего фэнтези. Оно перекликается с нашим миром и одновременно раскрывает выдуманный…

– Аарон, это видеоигра, – перебивает Джейсон, откладывая телефон.

– И что? – Мой черед хмуриться. – Mass Effect и Dragon Age затрагивают проблемы расизма, ксенофобии… Серия Elder Scrolls – классового разделения и…

– У нас мобильная игрушка. – Джейсон трет лоб. – У меня нет задачи перевернуть мир. Надо просто сделать то, чем люди могли бы убивать время. В долгих поездках в поезде. В автобусе. Да хоть пока на толчке сидят. Я не жду произведения искусства.

– Я пытаюсь…

– Загрузить меня? – ухмыляется Джейсон. – Да брось, живи проще. Давай снесем всю эту воду…

– Расизм – не вода! – Я наклоняюсь ближе. – Как ты можешь…

– Аарон, ты хочешь писать эту игру или нет? – переспрашивает Джейсон холодным тоном, откинувшись на стуле. – Мне надо что-то простое. У меня нет задачи отпугнуть аудиторию скрытыми посланиями и политическими заявлениями.

Я делаю глубокий вдох и смотрю на Райана, но тот пожимает плечами. Приятель не пытается слиться. Просто такие разговоры уже случались, и вряд ли здесь и сейчас что-то изменится.

– Ну так что? – давит Джейсон.

– Исправлю, когда заплатишь, – отрезаю я.

Из помещения будто воздух высосали. Мы сидим в гробовой тишине. Наконец Джейсон успокаивается и поворачивается к Райану:

– Новые рисунки есть?

Мы с Райаном бредем в тишине к моему дому, мощеная дорога кажется бесконечной. Неровные камни впиваются в слишком тонкие подошвы моих кроссовок. Это больно, но в то же время как-то отвлекает.

– Чел, не принимай ты близко к сердцу, – не выдерживает Райан после десяти минут молчания. – Особенно если действительно хочешь заниматься именно этим. Писать сценарии для видеоигр и все такое. Нет, правда. Критика – часть рабочего процесса, так сказать.

– Я не против критики, просто… блин, если Джеймсу не нужны игры с хоть сколько-то значимыми диалогами, чего вообще пытаться сделать РПГ? – спрашиваю я сам себя, но уже знаю ответ. Да и Райан знает. Деньги. – Он высмеял весь диалог, потом обрушился на твои раскадровки и иллюстрации, и я просто…

– Ты поэтому переживаешь или из-за Лоры? – перебивает Райан.

– А не может быть и то и другое? – слабо улыбаюсь я. Друг хватает меня за плечо и встряхивает. – Знаю, знаю. Просто я волнуюсь…

– Не все женщины – принцессы, которых непременно надо спасать, – отвечает Райан. – Пусть сама принимает решения.

– Я…

– Слушай. Сосредоточься на игре. Хорошо заработаем, если он хоть когда-нибудь нам заплатит, – усмехается Райан, но как-то невесело. Я разделяю его чувства. – Пойдешь учиться, куда захочешь, или купишь нормальный компьютер и будешь работать на нем, а не на этом… – кажется, друг даже определения моему Франкенштейну подобрать не может, – монстре у тебя в комнате. Только подумай. Кроме того, мы сейчас вроде как примеряемся к реальному миру. Вряд ли начальство в крутых игровых корпорациях будет нас в лобик целовать.

– Да, да, знаю. Ну они хоть платить нам при этом будут. – Я шучу, а сам не могу перестать думать о Лоре. О том, как Джейсон разнес мой сценарий. И о том, насколько они не подходят друг другу.

Отчасти я понимаю: Райан прав, их отношения меня не касаются. Мы вообще не настолько близки с Лорой, несколько раз пересекались в школе, ну и теперь встречаемся на наших посиделках. Но на душе неспокойно, ничего не могу с собой поделать.

– Когда Джейсон наконец выпустит игру и расплатится, тебе некогда будет переживать за чужие отношения, придется решать, куда ж столько денег потратить, – напоминает Райан и замедляет шаг у поворота к своему дому. – Я бы сейчас у тебя позависал, но Альберто обещал заскочить.

– Ладно, передавай ему привет. – Мы жмем друг другу руки и обнимаемся. – Увидимся позже.

– Конечно, – соглашается Райан и легко хлопает меня по плечу. – А пока не ударяйся в эпику типа Paragon и сверни куда-нибудь в сторону шутера вроде Renegade. Разрешаю.

С этим напутствием Райан спешит прочь по своей улице, что-то насвистывая под нос. Я тоже улыбаюсь отсылке на Mass Effect и шагаю дальше к дому. Уже хорошо за полдень, но летнее солнце до сих пор палит. Столько можно сделать, а у меня на уме лишь одно.

Видеоигры.

И возможность получить деньги от Джейсона и ManaPunk.

Один чек он уже нам должен, и еще один светит в будущем.

В прошлом году мы немного поработали с Джейсоном. Ничего особенного, но хватило на нормальный апгрейд железа, не пришлось лазать по соседским мусоркам или блошиным рынкам. Однако трудиться на ManaPunk в будущем? Джейсон очень прилично зарабатывает. Но за последние заказы мы много не получим – я лишь чуть подредактировал последнюю игру, головоломку, где надо складывать разноцветные фигурки под музыку. Написал инструкции, обучение, все такое. Райан там тоже всего пару векторных рисунков сделал. И все же я чувствовал, что нас незаслуженно обделяют.

Столь ненавистные Джейсону РПГ могли бы дать нам куда больше. Ведь на этот раз он согласился не только справедливо заплатить, но и выделить долю от прибыли.

И если – если! – игра выстрелит, если хоть как-то продастся, я смогу выбрать колледж по душе. Может, даже не здесь. Пойду не туда, куда хочет мама. Не стану доктором – или какие там надежды она на меня возлагает. Мы с Райаном сто раз это обсуждали. В Филадельфии есть классные колледжи, я ходил на мероприятия в Дрекселе, Пенне и Темпле, поэтому точно знаю. Но у меня не получится учиться там, не набрав гору кредитов. Я далеко не отличник и вряд ли буду получать стипендию.

И все же перспектива получить… какую, шестизначную сумму? За мой крохотный вклад в создание игры? Джейсон сказал, такое возможно. Лора подтвердила. А мне кажется, это нереально.

Но заработать немного, чтобы начать делать свои собственные игры… это кажется более вероятным. Строго говоря, мне даже не нужно столько, сколько поднимает Джейсон. Дайте мне, например, десять тысяч долларов. Я мог бы купить нормальный компьютер для разработки собственных игр вместо слепленного из кусков монстра. Я мог бы вложиться в программное обеспечение и добавлять нужные эффекты – например, в Unity. Работать в собственной студии, пока готовлюсь к выпускному. Иметь запасной план.

Дальше по улице в поле зрения появляется мой дом. Мамин офис торчит сбоку, как некий отросток из красного кирпича. Странное сочетание: типично филадельфийская коричневая стена с плющом, который, вероятно, старше меня, камни, чей возраст наверняка насчитывает пару сотен лет, – и медицинская клиника. Без вывески в жизни не догадаешься, что за темно-зеленой лозой и кирпичом скрываются стерильные регистратура и приемные.

Если стану врачом, как хочет мама, ампутирую этот отросток.

Нет, лучше сделаю видеоигру. Виртуальную копию дома и этой пристройки. И разнесу все из лазерной пушки. Или спалю драконом. Все лучше, чем сидеть здесь, перебирать бумаги и записывать пациентов.

Я смотрю время на телефоне, украдкой заглядываю в окно и вижу, как папа с кем-то разговаривает. Кем бы ни был пациент, дела идут неважно. Отец мотает головой, глядя вниз, а незнакомец явно бесится. Спешу папе на выручку и всю дорогу слышу приглушенные крики.

1.Приключенческая игра.

2.Гаррус Вакариан – персонаж франшизы Mass Effect, соратник главного героя.

3.«Фейсбук» и «Инстаграм» являются запрещенными на территории РФ организациями.

4.Микроагрессия – форма скрытой агрессии, после которой у человека возникает чувство вины или унижения.

Pulsuz fraqment bitdi.