Kitabı oxu: «Лесовик. Хаос повсюду»

Şrift:

© Старухин Евгений

© ИДДК

День первый

Вот и прошло время моего обучения. Месяц меня мурыжили эльфы, ровно месяц. Целый месяц гоняли по своим полигонам эти гребаные безликие. Раньше я думал, что было тяжело, когда проходил тот милый пещерный лабиринт. Как же я ошибался. Это оказалось легче лёгкого. А вот пройти лабиринт на полигоне безликих, моментально перестраивающийся по желанию владельца, да ещё и под действием различных ядов, вызывающих то тошноту, то головокружение, то жар, то озноб, то мурашки по всему телу – это дорогого стоит. Лицо сдержал своё обещание и испытал на мне свои знания алхимии. Не могу сказать, что это было приятным впечатлением. Да вообще мало что можно назвать приятным в этом обучении. Пожалуй, самое лучшее – то, что оно закончилось. И да, мне на это потребовалось полтора месяца. Полтора месяца я пытался пройти этот проклятый лабиринт, и вот сегодня мне удалось это сделать, хвала всем богам! Лицо тут же сказал, что моё обучение окончено, но добавил, что можно меня ещё погонять, хотя смысла в этом особого и нет. Да, прохождение изменяемого лабиринта, который сам по себе огромная полоса препятствий, да ещё и противники в виде безликих в наличии – это просто кошмар.

Сейчас бы для меня пройти полосу препятствий, что была в пансионате у охранников, было проще простого, конечно если бы она существовала в виртуале. В реальности я пока ещё не готов к таким приключениям. Тут же нельзя переродиться. А ведь сколько раз меня что-то убивало в этом грёбаном лабиринте. Я даже со счёта сбился. Зато, пока длилось время возрождения в виртуале, успевал немного потренироваться в реальности. Мои охранники-учителя каждый мой выход из капсулы встречали ехидными смешками и замечаниями, вроде: «Опять?», «Ну что ж ты такой неловкий?», «Может, перестанешь мучиться?», «Не надоело умирать?», «Какие эльфы молодцы, не то что ты…». В реальности меня тренировали на уклонение от мячиков, что тоже не способствовало буйному восторгу. Постоянно получать даже резиновым мячиком, пущенным в ход профессионалом своего дела – то ещё удовольствие. Кстати, уворачиваться я научился довольно сносно. Во всяком случае, результат говорит сам за себя: от трёх из пяти мячиков мне удаётся увернуться. При условии того, что их кидают от всей души и такие профессионалы, как Коля и Игорь, я считаю, что результат весьма значительный.

Хотя недавно Игорь уронил фразу, что от пули я увернуться не смогу, а от брошенного камня скорее всего – да. На мой невинный вопрос о том, что неужели можно увернуться от пули, услышал небольшую лекцию о качании маятника. Это весьма специфическое упражнение позволяет уклоняться от пуль, при этом сокращать дистанцию со стреляющим противником для дальнейшей его нейтрализации. На мою просьбу о демонстрации получил практически мгновенный тычок под дых от только что находившегося в другом конце комнаты Игоря, к тому же стоявшего ко мне спиной. Я даже не думал, что можно так быстро передвигаться. Он словно телепортировался с одного места в другое. Мда, талантливые у меня телохранители, ничего не скажешь, а мне до них ещё расти и расти.

После мячиков была постановка правильного удара. Как сказал мне Игорь, один правильный удар может решить чью-то судьбу, возможно, мою. После этого спорить с ним не хотелось и последние недели две я занимаюсь только тем, что под чутким руководством телохранителей постоянно долблю по груше, принесённой и подвешенной к потолку Игорем. В общем, реальность не сильно балует событиями. Самое странное в этом то, что ну не ощущаю я себя будущим Мухаммедом Али или Брюсом Ли, и тратить на это своё время как-то не очень хочется, но это отчего-то затягивает, выматывает до полного изнеможения и затягивает, затягивает в свои сети. В то же самое время игры, в которые я играю с тренером, якобы отдыхая, не дают мне расслабиться ни одной секунды. Например, пятнашки – надо дотронуться до корпуса или головы противника. Мне пока удаётся с трудом. На каждый мой тычок приходится четыре-пять тычков от тренера. И это при том, что он не старается работать в полную силу. Я же вижу, что все его движения какие-то вялые неторопливые, но тем не менее, преодолеть его своими якобы быстрыми – не могу, практически каждый мой удар отбивается, а вслед за ним мне прилетает сразу парочка новых, которые я не могу заблокировать при всём своём желании.

Как говорит Игорь, я неэкономно трачу свои ресурсы, слишком тороплюсь и напрягаюсь, а надо быть проще и расслабленнее. А как это сделать, если я даже на такой скорости не могу его достать? Когда же он включает свою полную скорость, то буквально вдавливает меня в угол своим напором, а то и вовсе роняет как какое-то чучело. Мда, не боец я, не боец. А вот буду ли? Да и безликие в этом сомневаются. Мне для этого предстоит очень много сделать как в реале, так и в виртуале. Меня вытолкали из пещеры, тут же завязали глаза и куда-то поволокли. И вот я уже снова в своей пещере напротив жилы, а эльфы шустро удаляются в направлении соседней, где по-прежнему продолжаются скачки с моим другом Степашкой. Да, ему недолго удалось оставаться в великой библиотеке. Даже месяца он не продержался. А всё виной моё отсутствие в Сонном городе. Ведь тролль выдавал всем нашедшим его задание на поиск переводчика. А таковым пока являюсь только я. Следовательно, всем этим транжирам, попавшим в библиотеку, нужен был именно я, а моя бренная тушка у эльфов в лабиринте. И это весьма печально, ведь это убило весь интерес игроков, а следовательно и продление абонемента тролля. Чему Степашка не сильно рад, вернее совсем не рад и потому вовсю сейчас отрывается на ушастых.

За время моего обучения успели пройти и Новый год, и Рождество. Когда я попытался заикнуться Лицу о праздниках и о своём желании прогуляться в какой-нибудь город, посмотреть на праздник, то был безжалостно отправлен в лабиринт. А там мне пришлось весьма несладко. И Новый год я встретил там же, и Рождество. Единственным отличием, которое сделали для меня эльфы, было то, что они переоделись в какие-то карнавальные костюмы. Это добавило мне злости. Ведь очень похоже было на то, что они периодически куда-то на праздник улепётывают, поодиночке или по двое, и только я как проклятый суечусь в этой пещере. Сирано со товарищи периодически присылали мне на игровую почту фото из разных городов игры, как они отдыхают. Да, они себе устроили праздничные каникулы. На праздники пахать в шахте почему-то не захотели. А вот мастер Гронхельм оказался энтузиастом своего дела и вкалывал примерно так же, как и я. Развивал наше дело семимильными шагами. Он изредка, примерно раз в неделю появлялся у эльфов в гостях и давал мне полный отчет, также спрашивал моего мнения по поводу дополнительной рекламы продукта. Да, нашими визитками пользовались уже почти все хоть что-нибудь значащие хаоситы. Кстати, у нас появились последователи и подражатели. Правда, их качество пока оставляло желать лучшего, но некоторые клиенты уже переходили к ним, так как у нас уж очень дорого. Зато на таких жадин более рачительные покупатели, купившие визитки у нас, смотрели как на плесень. Ещё бы, они же не поскупились на качество и приобрели стоящую вещь, а не дешёвую подделку, на которой даже не стоит клеймо фирмы. Это был довольно чувствительный удар по конкурентам, ведь из этих «жадин» процентов семьдесят потом всё равно заказывали некоторую часть визиток и у нас. Так сказать, разбавляли количество качеством.

Все новогодние ивенты я умудрился пропустить. Не могу сказать, что там было что-то сверхъестественное, но Сирано и Бармаклей были в восторге. Они мне по почте расписывали свои приключения. То они участвовали в поединке снежками, то в конкурсе на самого большого снеговика, то во взятии снежной крепости в вырезании ледяных скульптур. Мне даже прислали фото скульптуры, которую они сделали общими усилиями. Давно я так не смеялся. Это непонятное нечто они назвали «Дань сюрреализму». Разумеется, выиграть им не удалось, но они не расстроились. Кроме этого во многих местах устраивали катания с ледяных горок, кулачные бои для желающих, раздачу бесплатных угощений. Ну и конечно же задания на победу специальных новогодних монстров. Куда же без этого. За некоторых весьма специфических в качестве награды даже выдавали очки характеристик. Правда, победить такого монстра было весьма проблематично. Ведь они встречались редко и своими параметрами подстраивались под атакующую группу, причём так, чтобы они могли победить только на пределе своих сил и выносливости, и если хоть на каком-нибудь моменте ребята ошибались, то вся группа погибала. В общем, таких побед было не так уж и много. Хотя некоторые пытались завалить монстра по несколько раз, и им это даже удавалось. Кстати, игроки довольно скоро выяснили, что атаковать группами больше пяти человек просто не имеет смысла – победить практически невозможно. Все эти рассказы не добавляли мне радости в пещере у эльфов, но любопытство всё равно заставляло открывать письма от друзей. И опять меня мучила зависть.

Кстати, я не совсем понял, почему моё обучение закончено, если всё это время я только и делал, что бегал, прыгал, уклонялся, кидался камнями, но ведь не было ни одного спарринга, ни одного урока по применению оружия. Неужели это всё, чему меня могли обучить эльфы? Не похоже, сами-то они и оружием неплохо владеют, и магией. И отчего эта мысль пришла мне в голову только сейчас? Видимо, сказалась эйфория от прохождения лабиринта. А ведь мне ещё предстоит обучиться магии у доброго мага Силестрия, который испытывает ко мне прямо-таки душевную любовь и трепет. Стоп! А может, дело тут в том, что мой костюм почти закончил своё действие, остался только последний день. Елки зелёные, как меня Лицо-то нагло обманул! Ведь это моё обучение закончилось не потому, что я прошёл лабиринт, а наоборот, я прошёл лабиринт именно потому, что закончилось действие моего костюма и значит, эффект от прыганья, кувыркания, падений, избиений и прочего разнообразия весёлого времяпрепровождения в гостях у эльфов подошёл к концу. Следовательно, эффект стал вполне обычным и смысла в дальнейшей моей тренировке повышения характеристик Лицо не увидел. Теперь надо тренировать навыки. А значит, мне и правда прямая дорога к Силестрию, а потом ещё и опять вернуться к эльфам, чтобы научиться владению сталью. Готов поспорить, что этого хитрого ушастого сейчас в соседней пещере нет, специально куда-нибудь слинял, чтобы я из него не вытягивал информацию по поводу моего такого подозрительного прохождения лабиринта.

А вообще за это время весьма неплохо я так прокачался. Хотя эти полтора месяца меньше всего были похожи на игру, скорее на постоянный труд изо дня в день, изо дня в день. Но оно того стоило. По крайней мере, результаты довольно впечатляющие: ловкость поднялась до трёхсот сорока пунктов (а куда бы она делась при таком-то режиме тренировок?), восприятие до двухсот тридцати трёх (глаза надо иметь даже на затылке и не только глаза, но и уши, ноздри, руки ноги, интуицию, в общем, быть внимательным всегда и везде), сила до двухсот девяносто пяти (условие постоянного перегруза с меня никто не снимал, так что приходилось тяжелее вдвойне), выносливость до трёхсот тридцати (опять же перегруз и изобретательность Лица в различных ядах, они, оказывается, тоже на неё могут воздействовать), мудрость до ста восьмидесяти (ну это в основном за счёт роста моих навыков, а не из-за того, что как-то приходилось мудрствовать), интеллект до четырёхсот пятидесяти восьми (это всё из-за повышения навыков сопротивления магии, ведь те поднялись уже до ста восьмидесяти восьми), здоровье до трёхсот трёх (эти грёбаные эльфы просто звери, травить меня ядами, наносить травмы, заставлять при этом бегать, уворачиваться и что-то там отвечать – это потрясающая прокачка для здоровья, но какая же пытка!), даже удача прибавила три пунктика и стала равна тысяче ста пятидесяти.

Ко всему прочему я теперь очень быстро бегаю: атлетика и акробатика из-за постоянного перегруза росли как на дрожжах, и сейчас эти навыки благополучно перевалили за полторы сотни. Наблюдательность доросла до ста двадцати, режим постоянного жёсткого прессинга сказался на ней очень даже неплохо. Когда тебе в любой момент может прилететь в затылок огромным булыжником, то голова сама начинает вращаться на триста шестьдесят градусов без каких-либо усилий со стороны. Ночное зрение поднялось только до пятидесяти шести, хотя в пещере света не было совсем, и почему оно прибавило так мало, не понимаю. Может, я мало смотрел, а много слушал? Кстати, очень на то похоже, ведь острый слух добрался до девяноста трёх. Стойкость мне эти ушастые тоже неплохо прокачали, а как бы я ещё всё это вытерпел? До ста семидесяти пунктов. Скрытность и тихий шаг доросли только до тридцати пунктов – не очень часто я ими пользовался, всё больше бегал, как бешенный лось. Альпинизм подрос до пятидесяти – ведь бегать приходилось не только в горизонтальном направлении, но и вертикальном тоже – лабиринт у безликих весьма неоднозначная вещь. Пара пунктов добавилась к критическому удару – очень и очень неплохо мне иногда удавалось приложить эльфов. Впрочем, они всегда работали лучше, чем я, да и было их больше, так что мои жалкие потуги сопротивления пресекались на корню.

Но благодаря постоянно получаемым шишкам от прилетающих в меня камней прокачалась также и резиновая кожа, и составляла сейчас уже девяносто восемь пунктов. Впрочем, эльфы не ограничивались одними булыжниками, иногда пускали в ход и всякое режущее колющее, так что вместе с резиновой подросли и железная кожа до тридцати, и каменная до двадцати семи. Магия жизни поднялась до восьмидесяти семи – ведь лечил я себя постоянно и от всего: порезов, синяков, ссадин, ран, травм. Да, меня научили парочке заклинаний, специально на эти случаи. Причём таким, которые вылечивают от травм не сразу, а постепенно. Поэтому какое-то время мне приходилось двигаться с довольно серьёзными повреждениями. А не двигаться было нельзя – тогда наваливались всем скопом и забивали меня до состояния котлеты. Такого испытания хватило с одного раза и больше повторений не хотелось, зато всё доходчиво и понятно. Кстати, посмотрев на меня в этом состоянии, мои друзья резко сбавили пыл к обучению у безликих, а то всё время до этого тоже пытались напроситься, но после зрелища меня в таком виде отчего-то перестали.

Метательное оружие доросло до тридцати девяти – булыжники эльфов прилетали к ним обратно с не меньшей эффективностью, чем в меня. А благодаря то ли моей удаче, то ли ещё чему, рос мой навык акупунктуры, ведь попадал я довольно точно и убойно. Она у меня уже на двадцать четвертом уровне. А убойность – это травмирование, и оно на тридцатом. Магия огня доросла до сорока трёх пунктов, да, я не оставался невинной овечкой на заклании и отвечал всем, чем только мог этим злобным эльфам. Не один живой факел убегал от меня, внезапно получивший в свою сторону «струю пламени». Магия воздуха доросла до сорока, а что, воздушный щит – неплохое заклинание, да и воздушный бросок, усиливающий мои снаряды – не последнее дело. Кстати, может, именно это оказало такое значительное влияние на рост навыка травмирования, или всё же задранная в небеса удача? Но надо сказать, что колдовать в режиме постоянного стресса не так уж и просто, видимо, поэтому моя концентрация доросла до пятидесяти девяти, с лёгкостью опередив магию огня.

Ещё эльфы оказались весьма забавными затейниками в планировании лабиринта и иногда его перегораживали запертые двери. Столкнувшись с таковой в первый раз, я был в шоке и попробовал прорваться через преследующую меня толпу. Не удалось. После этого состоялась лекция по поводу устройства различных замков и небольшая практика по их вскрытию. Надо сказать, у меня неплохо получалось, спасибо за это моим достижениям от воровства. Меня отпустили в лабиринт только по достижении пятнадцатого уровня в навыке взлома. Зато потом, уже имея опыт знакомства с этим препятствием и немного усвоив прослушанную от Лица лекцию о пользе навыка взлома, начал пытаться такие двери взламывать. И теперь, в итоге, мастерство взлома у меня доросло до сорока девяти. Однажды рядом с дверью оказался непонятно зачем одетый в одежду обычного разумного голем. Причём эта скотина была настроена на попытку взлома двери. После этой встречи мне пришлось прослушать лекцию о пользе карманных краж: оказывается, одет он был для того, чтобы я попытался его обворовать: ключ от двери находился у него. Повторилась история со взломом: лекции, практика (для практики использовалось некое чучело с колокольчиками, которое звенело при каждом моём лишнем движении; интересно, а как обучаются этому навыку другие игроки?) и выпуск в лабиринт после получения пятнадцатого уровня навыка. Кражи поднялись не так сильно, как взлом: всего до двадцати пяти. Уклонение и гибкость до семидесятого уровня, а вместе с ними и предвидение до пятидесятого. Ведь в меня постоянно летела такая куча мусора, что порой я просто диву давался, откуда эльфы столько его берут в своём лабиринте. А медитация доросла всего до жалкой десятки – некогда было рассиживаться и познавать дзен. Эльфы вообще жуткие торопыги и мне приходилось подстраиваться под их ритм. Также до десяти пунктов поднялся кулачный бой, что вообще-то довольно странно – кулаки пускать в ход приходилось редко, ведь с одного удара эльфа уложить не могу, а подзадержись я хоть на чуть-чуть, так их набежит целая толпа и там уже будет не до драки. К своему глубокому сожалению, попользоваться разрядом и ледяным касанием мне толком не удалось, ведь для этого надо дотронуться до цели, а мне как-то было не до этого, потому магия воды и магия электричества у меня до сих пор не открыты.

Из достижений за время обучения у эльфов получил не так уж и много: Антимаг и Антимаг-2 за сто и сто пятьдесят пунктов в сопротивлении каждому из видов магии. Надо сказать, что за такие условия получения бонус от достижения мог бы быть и побольше, нежели стандартный, но моего мнения разработчики не спросили. Бонусы от получения достижений у безликих сразу я решил не тратить, а вложить их после окончания обучения. Надо сказать, получилось совсем не густо, даже как-то непривычно: всего восемь очков характеристик и одно навыка. Оставим всё по-прежнему: в удачу и критический удар.

За время моего нахождения в лабиринте несколько раз накрывала тоска по лесу. Эльфы пытались заставить бегать и в этом состоянии, но у них ничего не вышло, все их усилия вышли жалкими потугами по сравнению с тем, как меня крутит дебаф. В результате меня рано или поздно отводили в заветную рощу к патриарху деревьев. Там я пару раз беседовал со своим учителем-лешим. Он даже пытался научить слушать и понимать лес. Надо сказать, что это было не бесполезно. Если до этого я ощущал себя в лесу как дома, то теперь лес стал моей семьёй, я могу лучше чувствовать его и понимать нужды. Да, у леса, как единого организма, тоже они имеются, как это ни странно, и их отнюдь не меньше, чем у обычных разумных, а скорее даже больше, ведь лес – это ареал обитания множества организмов и его потребности – это совокупная потребность этих организмов. Под организмами в данном случае я имею в виду всё живое в этом лесу: деревья, животные, птицы, кустарники, насекомые и даже трава.

Когда это впервые озвучил мой учитель-леший, мне несколько поплохело. Я как представил совокупную потребность всей этой живности, так отчего-то сразу расхотелось быть лесовиком, но старичок-боровичок побил меня своей панамкой, подключенные им к развлечению белки закидали шишками, и сразу отпустило такое малодушие. Тут же вернулось всё на круги своя и я с прежней жизнерадостностью начал смотреть в будущее. Особенно после того, как из леса вышел лось и угрожающе наклонил в мою сторону увесистые рога. За каждое такое общение с моим лесным учителем я получал по одному-два очка класса, зависело от настроения учителя и качества усваивания мной материала. Однажды получил даже сразу три очка, но леший тогда был просто в ударе: смеялся, шутил, радовался, каждое дерево обнял и даже меня хотел, но некоторая разница в росте его тогда остановила. Я чуть не спросил, что с ним произошло, а потом подумал, что этот вопрос может вывести его в обычное состояние и отказался от этой затеи. На мой взгляд, в этом отношении я был очень даже прав. Итого я получил четырнадцать очков класса за восемь посещений рощи. Не сказать, что очень много, но с учётом обязательности посещений пусть хоть столько будет.

Самым, наверное, приятным бонусом от моего обучения у безликих было отсутствие необходимости ежедневной готовки. Чисто физически не оставалось на это сил, меня выматывали донельзя. Кстати, до этого момента я и не думал, что так не люблю готовить, а оказывается, приготовление пищи тоже может надоесть, если постоянно готовить изо дня в день на огромную ораву народу. Но ведь это тоже даёт свои плюсы, прокачивается профессия. О, кстати, по поводу профессии: пойду-ка я жилу подолблю, соскучился что-то. Удар. Удачно. Аметист удачи вылетел. Ещё удар. Опять. Э-э-э… Долбил жилу примерно час. Выводы неутешительные: примерно каждый пятнадцатый мой удар добывает один камень. А это больше уже явно не в полтора, а в три, если не больше, раз. Это же мне можно только рудокопством заниматься – озолочусь. Вот только, если об этом кто-то узнает – мне кранты. Причём, даже если этими «кем-то» будут мои соклановцы. Я тогда живым не выйду, пока не докопаю эту жилу целиком, а они будут сидеть и в потолок поплёвывать, подсчитывая проценты от выручки. Хотя с другой стороны, а чем плохо? Подумаешь, одному придётся работать, так ведь профессия качается, а это тоже бонус. А если нацепить на себя всякие там колечки? Тогда процент выпадения камней ещё больше станет. Да уж… Похоже, придётся-таки стать для клана курицей, которая несёт золотые яйца, как бы я от этого ни отлынивал. Что ж, лучше начинать раньше, чем позже. Так что повкалываем. А если учесть, что такими темпами у меня ещё и навыки рудокопа подрастут, то скоро я стану экскаватором. А с учётом того, что мастер Гронхельм нашу руду очень удачно пристраивает в ручки и карточки, то доход растёт прямо как на дрожжах. Куда бы ещё вот так аметисты удачи научиться пристраивать?

– Чего это ты решил податься в энтузиасты рудокопания? – раздался внезапно сзади голос Сирано. И когда только успел подкрасться? – Или тебе не даёт покоя слава великого Стаханова? Хотя он вроде не руду копал, а уголь… Так что извини, его перещеголять тебе не удастся, да и кирка слабая замена отбойному молотку. И я так думаю, что данный товарищ вкалывал не один, а в тандеме, просто все вершки записали на одного, чтобы показать, как может трудиться homo soveticus.

– Ты не прав, Сирано! – тут же оборвал его Бармаклей, – В советские времена, конечно, были приписки, не без этого, но ведь и таких показателей люди добивались, какие сейчас и не снятся современникам.

– Это ли не доказательство моей версии? – ехидно оскалился обладатель роскошной шляпы, которую он по своему обыкновению во время разговора вертел в руках.

– Нет, это исключение из нынешних правил. Когда человека ведёт идея, для него нет ничего невозможного.

– Ну ты загнул, ещё давай меня за коммунистов начни агитировать!

– А что за них агитировать? Мы уже эту тему не один раз обсуждали.

– Ну да, и решили, дедушка Ленин основоположник системы отпусков, а также СССР – родина слонов.

– Не надо ля-ля. Про слонов речи не было!

– Ох и нудный же ты тип, Бармаклей! С тобой никакой каши не сваришь. Кстати, по поводу каши! Лесовик, а может, ты нам уже кашку приготовишь вместо этого бестолкового махания киркой?

– Почему же бестолкового? – удивился я.

– Потому что киркой махать кроме тебя могут ещё трое, а вот готовить умеешь ты один, мы как-то рылом не вышли.

Оставалось только согласиться с такими доводами. Дальше вместо разговоров раздавался только постоянный грохот от ударов кирок о жилу. Меня сменили, и я теперь вовсю кашеварил. Вот только не оставляли мысли о предстоящем обучении у мага Силестрия. Как он там поживает в новом теле, затаил ли обиду? Выживу ли во время занятий?

– Э-ге-гей, пещерные! Как поживаете, болезные, без белого света во тьме кромешной? – голос внезапно появившегося мастера Гронхельма прямо-таки звенел радостью и счастьем.

– И тебе не хворать, гноме! – без особого восторга ответил Сирано, – А может, махнёмся, ведь вам, гномам, я слышал, по душе в пещерах обретаться?

– Э, нет, дружище, не на того напал! У меня дело, и оно не здесь, а в городе, сюда же я как всегда за металлом приковылял.

– Ну да, ну да… Нет бы помочь с жилой, сейчас отмазки лепить начнёт, что без него всё дело встанет и ему тут прохлаждаться никак нельзя…

– Конечно нельзя, конечно встанет, родной ты мой соклановец, кто же вместо меня будет контролировать сеть моих печатных мастерских?

– Ого, уже сеть! – невольно вырвалось у меня.

– О! А тут и наш лидер появился! – гном чуть ли не моментально оказался рядом, хотя я стоял на довольно приличном расстоянии. Подойдя же, тотчас принялся ковырять, щупать и вертеть мой костюм. – Ну да, ведь и правда первичный срок работы костюма подходит к концу. Я же дырявая голова совсем об этом забыл. Ну надо же… – впрочем, ему практически тут же пришлось поплатиться за свою бестактность и беспечность – костюм от души долбанул его магией воздуха.

В результате гнома отбросило в сторону жилы, откуда как раз шли остальные мои соклановцы.

– Эк он меня приложил-то, а? – отчего-то обрадовался гном, – Нет, вы видели, видели? Какую же качественную вещь я сотворил. Уже все сроки годности завершились, а магией долбит по-прежнему от души. Экая силища-то!

– Нашёл чему радоваться, убогий! – поднимая его, протянул Бармаклей, – Или тебя головой приложило? Так мы можем кусочек руды предложить для компресса по смешной цене всего-то за тысячу золотых.

– Чего? Ты, похоже, не меньше меня головой ударился! Где ты видел такие цены? Да с такими соклановцами никаких грабителей не надо – в родном клане разденут, разуют и скажут, что так и было задумано. Кстати, раз уж весь клан собрался, то самое время решить дело с выбором казначея, как считаете?

Все тут же выразили бурное согласие с последним предложением. Сирано же выступил вперёд из стихийно образовавшегося круга и выдвинул своего протеже:

– Предлагаю основной кандидатурой рассмотреть Бармаклея. Товарищ показал себя со всех сторон замечательно, сколько денег благодаря ему было поднято – не счесть, беречь их он также умеет и за клановым хозяйством всегда будет достойный пригляд.

Грум Бараш тут же горячо поддержал идею Сирано.

– На одних только приключениях Лесовика в хранилище сколько клан умудрился заработать? Сколько на эти деньги открыли новых мастерских по печати? Почитай, уже все основные города фракции под себя подмяли. Довольно приличное количество филиалов у гномов. Потихоньку к людям пробиваемся и даже к демонам. Причём с последними неожиданно лучше дело пошло, чем с людьми, такого эффекта вообще никто не ожидал. Тут первую скрипку сыграло тщеславие почти всех владык, они за эти наши визитки чуть ли не рога готовы друг другу пообломать.

– Ну да, а моего вклада в этом деле, конечно же, никакого нет, и в деле расширения я никак не участвовал, да? И с этими рогатыми парнокопытными тоже не я договаривался? Мастерские сами собой появились? И никто их не контролирует, не следит за развитием бизнеса, прибыль не вкладывает в расширение. Всё это как-то само происходит, так что ли?

– Ну и чего ты завёлся? Сам же прекрасно всё понимаешь, что все твои усилия сейчас направлены именно на развитие сети мастерских, так когда тебе ещё и делами клана заведовать? Или ты хочешь, чтобы ни там, ни там толком не получалось? Чтобы было серединка на половинку?

– Да нет, конечно, я только добра всем нам желаю, но я как-то сам хотел заняться делами клана, мне это привычно, я уже начал довольно крупными суммами ворочать, так что…

– Так что тебе будет не до клана.

– Сирано, а может, он прав? – подал голос Бармаклей, – Может, и правда отдать ему заведование клановыми финансами, всё-таки он местный, у него подвязок больше может быть.

– Ну, Клей, о чём ты говоришь, на первых порах это действительно так, но дальше-то? Неужто игрок не обойдёт непися по репутации?

– А ты представил себе, какую репутацию наберёт наш мастер Гронхельм, если у него станут печатать визитки все самые важные шишки нашего мира? Да у него же будет запредельный уровень репутации. Да и потом, возня с финансами отберёт всё свободное время, и жилу вы тогда будете колошматить вдвоём.

Договаривал свою речь Бармаклей, улыбаясь во все тридцать два зуба, или у гномов их другое количество?

– Хм, если так ставится вопрос, то тут действительно надо подумать, – протянул Сирано, мастер же Гронхельм сиял как новенький золотой.

– Да чего тут думать! – первым не выдержал Грум Бараш, – Я за мастера Гронхельма!

– Эвона ты как заговорил, – невольно воскликнул Сирано.

– Я, пожалуй, тоже буду за своего учителя, – решил я поддержать гнома, тем более, что, судя по лицам, солидарное решение все уже приняли.

– Как ты мог! – картинно заломив руки, запричитал Сирано.

– Ну а я беру самоотвод, – завершил дискуссию Бармаклей.

– И ты, Брут! – Сирано сорвал с себя шляпу и отбросив её в сторону, явно рисуясь вонзил в себя воображаемый кинжал. – Все меня предали! Никто не поддержал моё предложение! О горе мне, горе. Никто не ценит моего мнения, никому оно не нужно!

– Кончай паясничать, клоун! – процедил Бармаклей. – Выборы закончены. Да ты и сам прекрасно понимаешь, что если бы казначеем стал я, то либо началось противостояние между руководителем приносящего наибольший доход предприятия и мной, либо моя должность превратилась в синекуру. И зачем нужно такое счастье?

– Ну если ты так ставишь вопрос, то тогда конечно, полностью с тобой согласен, мудрейший!

– Сирано, прекрати, а? – не выдержал уже Грум Бараш, – Чего ты добиваешься? Не вымучивай шутку, если не выходит, сам же это постоянно твердишь.

– Мда, пожалуй ты прав, Грум. Пусть будет по-вашему. Итак, друзья, казначей у нас нынче имеется, глава клана тоже, так давайте определимся с дальнейшим нашим развитием. А то численный состав оставляет желать лучшего. Нет, в нём, конечно, собраны лучшие из лучших, но количество всё равно довольно неутешительное.

День второй

Утро началось с гортанного крика Игоря:

– Рота, подъём!

Я, с трудом разлепив глаза, посмотрел на часы.

– Игорь, иди на фиг, я всего три часа поспал.

– Ага, как же ты собираешься заниматься своим развитием и самообучением, если не можешь придерживаться элементарного распорядка дня?

– На этот вопрос я тебе отвечу через час, дай поспать, злыдень!

– Я не просто злыдень, а твой тренер, так что просыпайся и я за тебя возьмусь вплотную. А если так хочешь спать, то доспишь в виртуале, когда вырвешься из моих цепких лап.

– Коля, он мне спать не даёт! – попытался я пожаловаться на неугомонного жаворонка.

– А Коли нет! – ехидно заржал мой мучитель. – Так что подъём и просыпаться, умываться, подтираться, расслабляться…

– Последние два глагола надо местами поменять.

– О! Голова уже заработала, значит, пункт первый выполнен. Иди умываться.

Вставать не хотелось просто до жути, чувствовал себя разбитым, словно меня кто-то во время сна ногами пинал. Сил не было совершенно. Тем не менее пришлось вставать, ведь одеяло коварный Игорь утащил с собой, и спать теперь уже вряд ли получится – зябко.

Умывшись, приковылял на кухню. Здесь меня поджидал чай и три булочки, оставшиеся от вчерашних заготовок Коли. Отчего-то аппетита они не вызывали. Я сидел и тупо смотрел на них, в голове было совершенно пусто…

– И чего завис? Есть не хочешь? Ты не заболел часом?

– Я часом не выспался. Именно часом! Мне нужен ещё один час на сон, – последнюю фразу я уже чуть ли не кричал.

– Ты чего орёшь на тренера? Совсем страх потерял? Так я тебе быстро покажу, где раки зимуют!

– Покажешь, но только через час, договорились? Всё, я спать.

Второе пробуждение было гораздо лучше. Почувствовал себя человеком. Вот, казалось бы, не доспал какого-то жалкого часа, а ощущал себя так, словно всю ночь вагон с углём разгружал. И спрашивается, зачем нужно вот это пробуждение Игорю? Эго своё потешить, власть тренера показать? Зачем? Непонятно.

На кухне булочек не оказалось. Игорь же сидел там нахохлившийся, как воробей во время мелкой мороси. Я поставил чайник и уселся напротив.

– Где булочки? – попытался я выяснить судьбу сдобы.

– А нету! Кто рано встаёт – тому бог подаёт, а тем, кто дрыхнет до полудня, шиш да ни хрена.

– Какого полудня? Окстись, время – десять минут восьмого.

– И что с того? Тем, кто тренера не слушается и распорядок не соблюдает – тем никаких булок не достаётся!

– Сожрал, да?

– А хоть бы и сожрал, что с того?

– А я Коле пожалуюсь, скажу, что ты меня голодом моришь!

– Это уже шантаж! Мы так не договаривались.

– А мы никак не договаривались! Особенно о том, что ты будешь будить меня в шесть утра. Тебе не кажется, что это уже слишком?

– Ты же сам просил тебя потренировать. А как мне это делать, если ты то в своём гробу, то дрыхнешь как сурок?

– А как думаешь, много бы я натренировался после трёх часов сна?

– Вряд ли. Постой, так ты сейчас поспал четыре часа, получается? А ну вали спать, и чтобы раньше, чем через два часа тебя тут не было!

– Успокойся, четырёх часов на сон мне вполне достаточно, но меньше – никак нельзя, потому больше не буди меня так.

– Хорошо, тогда и ты ложись не позднее двух часов ночи. Чтобы к шести встать, и мы могли с тобой нормально позаниматься. Ведь лучше всего это делать с утра, – я кивнул, соглашаясь, и Игорь продолжил. – Ладно, будем считать, вопрос с твоим утренним пробуждением мы решили. Заниматься с тобой сейчас я уже не буду, так что завтракай и беги в свой саркофаг, Тутанхамон виртуальный.

На этих словах Игорь ушёл из кухни, оставив меня наедине с чайником. Несмотря на примирение, отчего-то казалось, что Игорь всё-таки обиделся. Хотя с другой стороны – он тоже хорош. Кто его просил так бесцеремонно меня будить? Я разве в армии? Вроде бы нет, мы на гражданке, а тут обычно люди договариваются, а не тупо исполняют приказы. Мда, а вот Игорь бы сейчас сказал, что приказы должны исполняться не тупо, а с разумной инициативой и осмыслением. Или что-то в этом духе. И Коля его бы поддержал. Кстати, а где булочки-то? Неужто этот проглот их действительно сожрал?

– Где булочки? – крик моей души остался безответным.

– Игорь, я серьёзно, – найдя охранника в их комнате, как можно твёрже сказал я. – Где?

– В Караганде! Я же сказал, что съел. Чайку попей с батоном. На батон можешь масла сливочного намазать. И даже джем где-то в холодильнике стоял…

– Вот ты жук!

– Сам виноват! Кто дольше дрыхнет – тот голодный.

– Всё Коле расскажу!

– А ябедничать нехорошо!

– А оставлять меня голодным хорошо?

– Я тут ни при чём, ты сам отказался, сказал, что лучше поспишь. А когда спишь, есть совершенно не хочется, так что…

– Всё с тобой ясно, жиртрест!

– С чего это я жиртрест? У меня фигура очень даже стройная и мускулистая, помускулистее некоторых будет. Так что не надо тут ля-ля! Иди, пока масло осталось, а то я и его съем.

– Ну да, колобок, тебе только масла и не хватает! – кинутый в меня мячик я ловко подхватил и бросил в Игоря обратно, провернувшись вокруг себя.

– А ну-ка повтори! – внезапно подобрался Игорь и кинул в меня мячик.

Я повторил то же самое, что сделал до этого, а прежде неоднократно проделывал в игре.

– Отлично, просто отлично! Сам додумался?

– До чего?

– До использования полученной инерции и усиления за счёт дополнительного оборота!

– В принципе нет – это же обычный принцип космических тел. Так ракеты ускоряются по орбите. Ну и в игре меня так же эльфы тренировали.

– Молодцы твои эльфы, хорошую мысль в тебя вложили. Эта штука работает далеко не всегда, но за счёт инерции, да ещё и разворота корпусом и дополнительного импульса от разворота руки скорость мячика или камня можно увеличить в два, а то и в три раза. Этому учат только спецназ, и то этим пользоваться надо с умом, в основном, чтобы брошенные гранаты возвращать обратно. Ведь пулю так поймать не получится. Да и с гранатами далеко не всегда срабатывает – сильно зависит от времени до взрыва. Не уложился в отведённый запас, а гранату поймал – ты труп. Так что весьма рисковое дело. Но у тебя получилось очень даже неплохо и притом уже на автомате. Видимо, серьёзно тебя эльфы тренировали. Ты, кстати, булочки возьми, заслужил. Они в микроволновке лежат.

– Вот ты скотина!

– Сам виноват – плохо себя вёл. На этом дискуссия закончена. Иди есть и в виртуал, а то эльфы заругают.

– Так меня эльфы больше не тренируют, – прошамкал я с набитым ртом.

Булочки хоть и вчерашние, но очень даже ничего.

– Почему? И там накосячил?

Я шумно отхлебнул чаю и, нарочито не торопясь, дожевал откушенный кусок. Потянулся было откусить новый, но мою руку самым наглым образом перехватили.

– Я, между прочим, жду.

– Чего? – немного издеваясь, поинтересовался я.

– Ответа на свой вопрос. Вот только не надо спрашивать, на какой.

– Да временно закончилось моё обучение. Отправляют к магу учиться.

– Забавно. Это ты там всякими молниями и огненными шарами пулять научишься? Забавно было бы, если бы и здесь у тебя получилось знания из виртуала в реал перенести. Представляешь, научился в виртуале молниями пулять, что аж на подкорке осело, а потом также и в реальности, ну вот как с мячиком.

– Да, вышло бы забавно, но только это бред. Не верю я, что такое возможно. Если бы можно было сделать, то только военные бы в виртуале и шастали, а гражданских и близко к играм не подпустили.

– Хм, тут ты пожалуй прав. А вдруг тебе первому это удастся?

– С чего бы вдруг? Чем это я такой особенный?

– Ну не знаю, капсула у тебя какая-то навороченная, таких я даже в пансионате ни одной не видел. С мячиком опять же получилось.

– Да что ты привязался к этому мячику?

– Я как-то читал, что пока никому не удавалось из виртуала перенести ни одного физического навыка в реальный мир. Так как мышцы в реальности не работают, а следовательно, на рефлексы обучение в виртуальности никакого влияния не оказывает. А у тебя получилось. Я не знаю в чём дело, в капсуле ли, или ты какой-то особенный, но лучше держи эту информацию при себе. Не дай бог куда просочится – станешь подопытным кроликом.

Опаньки, а ведь он прав. Вот только где гарантия, что он не выложит эту информацию тут же тому же Амвросию Адамовичу? Мда, вот попал-то…

– Не смотри на меня так! Я – могила. От меня никто не узнает, я даже Радомиру не скажу. Ты смотри, сам не проболтайся кому, Коле там или Толику. Вот уж кто точно помело и язык за зубами держать не может, всем растреплет. Кстати, теперь заниматься будем, только когда Коли нет рядом, чтобы он ничего не заметил, благо он каждый день за продуктами ходит в одно и то же время. По нему даже часы сверять можно: с часу до трёх. Вот только сегодня у него выходной и ушёл отсыпаться и отдыхать. Ближе к ночи появится. Так что, когда ты из виртуала вернёшься, мы с тобой ещё на эту тему побеседуем.

– Ну наконец-то очухался! – Лицо даже не пытался быть любезным, – Сколько тебя ждать можно? Твои друзья вон без сна и продыха вкалывали, сейчас умаялись и дрыхнут. Видишь, даже жилу не колотят – устали, болезные. Ума не приложу, откуда у такого разгильдяя такие достойные друзья? Кроме, конечно, того клоуна в шляпе. А главное, что они в тебе нашли?

Последние слова эльф договаривал уже на ходу, направляясь к выходу из пещеры.

– Ну ты же во мне что-то нашёл? – поддел его я.

– Я? – он даже остановился. – Я выполняю условия сделки.

– Да ладно, чего ты кочевряжишься? – раздался жуткий голос появившегося нам навстречу Фили. – Признайся честно, так мол и так, люблю я молоденьких человеческих мальчиков, а тут такой перспективный хлопец, вот и влюбился без памяти…

– Ну всё, псина, ты напросился!

Дальше я смотрел на феерию танца тёмного эльфа вокруг огромного каменно-кровавого цербера. И не сказать, что Филя выигрывал, скорее наоборот, сдавал свои позиции. Эльф словно находился везде и нигде одновременно. Везде – чтобы наносить удары, и нигде, чтобы получать самому. Двигался он быстро и просто невероятно. Это было нереально красиво. Полоса жизни моего питомца начала стремительно понижаться, в то время как он своего противника ухватить никак не мог. Это было похоже на бой дерзкого и быстрого муравья против гигантской и медленной улитки. Цербер крутился, резко выбрасывал пасти вперёд и в стороны, но схватить успевал только воздух, в то время как ни один выпад эльфа не проходил даром. Но вот уже жизни скатились до красного сектора.

– Стоп! Лицо победил, – крикнул я, чтобы остановить драку, но противники не спешили прекращать свою дуэль. – Ну раз так, то я на вас сейчас печать хаоса запущу.

– Не надо печать! – в четыре глотки прокричали резко отпрыгнувшие друг от друга Филя и Лицо.

– Ну и ладушки. Филя, извинись перед Лицом, он не давал повода подозревать его в мужеложстве, впрочем, как и в обратном отношении тоже.

– Издеваешься? – Лицо хищно сощурил глаза. – Ну-ну! Посмотрим, кто будет смеяться последним.

– Филя, извинись, – уже мягче сказал я, можно даже сказать, попросил.

– Извини, – сказала правая голова, а две остальные отвели взгляды влево.

– Я требую извинений от всех трёх голов.

Филя было вскинулся, но, поглядев на меня, всё же спорить не стал.

– Ладно, извини. Кто же знал, что ты такой обидчивый? Как сам шишками бросался – так можно, а другим шутки над собой не прощает – в драку лезет.

– Кстати, да! – поддержал Филю подошедший Сирано. – Не хочешь извиниться, а?

– Нет! Это была нормальная шутка. А слова о моём предпочтении мужского пола выходят за рамки любых норм морали. У тёмных эльфов такие оскорбления смывают только кровью.

– Как-то не толерантненько… – улыбаясь, протянул Сирано.

– Да, уж, – поддержал его Бармаклей. – Хоть где-то есть ещё островки нормальных отношений между полами.

– По поводу любви к мальчикам, это вам надо к светлым эльфам обращаться. У них это в порядке вещей.

– Однако… – протянул Бармаклей. – А это точная информация или пропаганда на фоне расовой ненависти?

– Не уверен, что понял всё правильно, – пробормотал Филя, хотя звук его голоса всё равно грохотал. – Но при мне гномы и тёмные эльфы называли любовь к мальчикам светлоэльфийской любовью.

– Так значит, ты всё-таки знал! – заревел Лицо и рванул к церберу, но был встречен точным ударом руки с серебристой шерстью.

– Ну и чего ты разоряешься с утра пораньше? Почему бегаешь, а не прыгаешь? Совсем расслабился, как я погляжу? Отведёшь ученика и возвращайся обратно в пещеру! Я из тебя сделаю тролля! – на едином дыхании, постепенно увеличивая громкость, проревел Степашка.

– Чего он хочет? – откашливаясь от сбитого дыхания, поинтересовался Лицо.

– Он недоволен тем, что ты его разбудил. Поэтому он настаивает, чтобы после доставки меня к магу ты заглянул к нему в пещеру на обучение. По его словам, ты начал терять форму и сильно расслабился.

– Ох ни хрена ж себе! – просипел Сирано. – Если он так машет мечами при потерянной форме, то как он это делает в лучшем состоянии?

– Мда, не зря с безликими не советуют связываться, ой, не зря! – поддакнул ему Бармаклей, после чего поинтересовался. – А вы чего, собственно, застряли? Вас там операторы уже заждались! Валите отсюда, оба!

– Я тебе не подчиняюсь! – тут же возмутился Лицо, вернувшись на то место, откуда только что улетел, и, получив новый удар серебристой лапой, полетел всё в том же направлении.

– Зато ты подчиняешься мне! И задолбал уже орать. Сегодня в пещере объявляется день персональной охоты всех против Лица.

Я даже присвистнул от грозящих эльфу перспектив. А тот, схватив меня за шкирку, поспешил утащить с глаз тролля долой. И только уже за пределами пещеры поинтересовался:

– Что Степашка там прорычал?

– Он пообещал тебе сегодня день общей охоты на тебя. Встрял ты, похоже, не по-детски.

– Ну и ладно, пойдём посмотрим, кто из нас встрял больше. Тебе тоже предстоит шикарная встреча.

Снова недолгое петляние с мешком на голове, и вот мы в городе. До башни Силестрия идти не так уж и долго. Но с каждым шагом идти туда мне хотелось всё меньше и меньше. Но вот и эта не такая уж и длинная, но очень тяжёлая дорога закончилась. Эльф просто и без затей постучался в дверь кулаком.

– Проваливай, кто бы ты ни был!

– Я привёл тебе ученика.

– Я не беру учеников, Лицо! Даже если ты мне заплатишь миллион!

– Спорим, что за этого ученика ты будешь готов сам заплатить, причём всем, что у тебя имеется?

Дверь резко распахнулась, и на улице показалась бешеная сороконожка с головой в руке. Глаза его уставились на меня, словно не верили тому, что видели, и в них царили такая безграничная радость с предвкушением, что мне стало не по себе.

– Есть справедливость на свете! Будь по-твоему, Лицо! Я возьму его в ученики!

– Конечно, возьмёшь, куда ты денешься! И будешь учить, а не только издеваться. Он должен обучиться всем основным магическим дисциплинам. А также получить основные магические профессии на уровне мастера.

– Пошли, ученичок!

Щупальце схватило за ногу и резко дёрнуло, уронив на мостовую. Мой новый учитель потащил меня в свою башню, а мне туда совершенно не хотелось. Внезапно охватил такой жуткий страх, причём совершенно неконтролируемый, что я начал царапать мостовую пальцами, пытаясь ухватиться за любой выступ и удержаться, не дать себя затащить внутрь. Ведь там ждёт что-то страшное. Но ещё один рывок, и под мой дикий крик: «Не-е-ет!» я влетаю в дверь, и она сама собой захлопывается. После чего ощущение ужаса внезапно также быстро пропадает, как и нахлынуло и я понимаю, что это был эффект от магии иллюзии, усиленный прикосновением к другому существу.

– Ты чего такой нежный-то? Вроде бы у тебя должно быть сопротивление к магии иллюзий. Сам тебе защиту ставил. Ах да! Она же у тебя ещё работает, как я мог забыть! До трёхсот, верно? Сколько сейчас? Сто пятьдесят? Двести?

– Сто восемьдесят восемь.

– Хм, неплохо! То-то даже я почувствовал.

– А у тебя сколько сопротивление?

– Запомни, мальчишка, раз и навсегда, я для тебя не «ты», не «Силестрий», не «маг», а господин учитель. В качестве наказания и для усвоения данного урока проведём небольшой эксперимент. Ты знаешь, кто такие медузы-липучки?

– Нет, – честно ответил я.

– Нет, господин учитель, – поправил меня маг, – Ты должен отвечать: «Нет, господин учитель». За твою оплошность мы проведём два опыта с медузами. Так вот, медузы-липучки – это такие небольшие существа, которые прилипают к любому крупному объекту, находящемуся в зоне их прямой видимости. И это в принципе не так страшно для любого нормального существа, ибо за пределами водной среды они тут же отваливаются. Но для тебя это послужит прекрасным уроком. Ведь чем больше существ тебя касается одновременно, тем сильнее удар магии от костюма. Очень, просто очень интересный эффект. Благодаря ему ты свою сопротивляемость магии повысишь до максимума этого костюма менее чем через неделю. Ложись в ту ванну, – учитель указал копытом куда-то позади себя.

И я к своему ужасу увидел там стеклянный чан, в копиях которого у некроманта содержались разные живые существа. Чан был наполнен какой-то подозрительной жидкостью зеленовато-жёлтого оттенка.

– Мне прямо в одежде туда ложиться?

– Вот ты идиот-то. Как же я с тобой намучаюсь… – голова картинно закатила глаза и тяжко вздохнула. – Я же тебе ясно сказал, что хочу испытать свой костюм, а ты осмеливаешься заикнуться о раздевании! Ну не идиот? Быстро залезай!

– Как? Там же ни лестницы, ни табуретки!

– Господи, с кем приходится иметь дело! За пререкание с учителем и глупые вопросы мы проведём ещё по одному опыту с медузами. Итого уже четыре. Плюс ты опять опустил вежливое обращение к учителю, итого – пять. Ещё один за твой дерзкий тон и один добавочный за беспомощность в рядовых вопросах, – щупальце тут же закинуло меня в чан. – Один за мою помощь, ну и один в качестве профилактики. Да, пожалуй, так. Сколько получилось?

– Девять, господин учитель! – бодро ответил я, а куда деваться, увеличивать счёт мне не хотелось.

– А по-моему десять! – как-то задумчиво протянул маг.

– Конечно же, господин учитель, вы правы – десять.

– За непростительную глупость в подсчётах и подлизывание ты получаешь ещё по одному пункту, итого двенадцать. На этом пока остановимся. Мне же надо проверить все стихии.

– Господин учитель, а можно вопрос?

– Конечно, ты же сюда доставлен для учёбы, а как ещё сможешь научиться, если не будешь задавать вопросы. Спрашивай.

– А если бы я не согласился с версией о десяти наказаниях?

– Хм. Ты быстро учишься. Ты всё равно получил бы двенадцать, так или иначе. А сейчас – принимай гостей.

С этими словами он высыпал ко мне в чан банку с мелкими медузами размером с фалангу мизинца. И все они тут же устремились ко мне и облепили с головы до ног. А потом последовал магический удар.

Боль. Боль. Боль. Вот и всё, что можно сказать о моих ощущениях от наказаний Силестрия. Между наказаниями паузы были только для того, чтобы насыпать новых медуз вместо умерших. К завершению издевательств я стоял по колено в медузах и с головой ушёл под воду. Маг даже не удосужился откачать воду, чтобы я мог дышать. Надо думать, это было ещё одной проверкой на вшивость. Но тут он обломался. Благодаря Хаосу и его книге водное дыхание не даст мне умереть. Экзекуция уже прекратилась, а маг совершенно не спешил меня вынимать, а выбираться самому мне как-то не хотелось – можно нарваться на новое наказание. Маг же что-то явно бормотал. Высунув ухо из воды, удалось расслышать:

– Любопытно, любопытно. Нет, ну кто бы мог подумать, каким интересным окажется эффект. Очень, очень интересная метода. Надо будет поставить на поток. Только стоит как-то научиться гасить боль, а то никто не согласится, но каков эффект! На почти двухсотом уровне сразу три пункта сопротивления. Очень, очень любопытно. Надо записать. Стоп! А где мои записи?

Дальше послышался шум чего-то упавшего. Что-то разбилось. Опять какой-то грохот. После чего меня за шею обвило щупальце и бесцеремонно выдернуло наружу.

– Признавайся! Это твоих рук дело?

– Что – это, господин учитель?

– Где мои записи?

– Я не брал. Я был в чане. Можете проверить, – внутренне содрогаясь от предвкушения новых наказаний, но радуясь мелкой пакости, которую учудил никто иной, как мой милый Чумадец.

Настолько привык видеть его рядом с собой, что уже как-то и не обращал на него внимания, а он в присутствии других так и норовил спрятаться от посторонних глаз, но от меня не отставал. И сюда, похоже, прискакал вместе со мной. Ну и полакомился чужими записями, разумеется.

– Ты как-то с этим связан!

– Конечно!

– Ну вот!

– Вы написали записи, а я ваш ученик – связан напрямую, ведь это записи моего господина учителя.

Результатом неудачной попытки пошутить стало сжимающееся кольцо щупальца на моей шее. Маг явно не понимал шуток. Впрочем, как и мой костюм. Разряд тока прошил нас обоих.

– Твою мать! – заорал маг.

Кажется, ему не понравилось, а для меня после медуз всего двойной разряд как-то и не больно прошёл. Полюбопытствовал на свои характеристики Прав «господин учитель» – по два пункта добавилось к моим сопротивлениям магии, даже по два с половиной. Но и это ещё не всё: на целых двадцать пять увеличилась стойкость – весьма некисло меня прожаривало вместе с медузами. Здоровье тоже прибавило пять пунктов и выносливость четыре. В принципе, если брать сухой остаток – то для меня это очень выгодно, но если учитывать ощущения, то повтора отчего-то совсем не хочется.

Маг попытался убрать от меня щупальца, но теперь уже его перехватил я и прижался к нему всем телом, вцепившись клещом. А костюм делал свою работу. Маг орал благим матом. Орал и вырывался. Даже пытался пускать в ход магию, но мои сопротивления плевать хотели на простенькие варианты заклинаний, а что-то сложное накрывало нас обоих, да ещё и костюм в этом плане старался не отставать. Только меня-то костюмчик отлечивал, а мага нет. А магией нас било одинаково. Вот кстати интересный момент: почему магия лечения в отличие от других магий не распространяется на окружающих? Магу приходилось лечить себя самому, но это трудно делать, когда пытаешься вырваться изо всех сил, поэтому лечить его пришлось мне. Ну а что? Не хватало ещё его смерти. Кто меня тогда учить будет?

Вот опять же интересно, отчего маг так кричит? У него нет стойкости или сопротивление магии меньше чем у меня? Таким сцепившимся комком мы пробыли по моим субъективным меркам примерно около часа. За это время мои сопротивления только-только добили недостающие проценты до следующего уровня. Мда… А с медузами-то быстрее получалось, да и тише как-то. Вот странная картина получается: я ворочаюсь со странной сороконожкой по полу, а лежащая на высоком постаменте голова, не прекращая, орёт от боли. Сюрреализм какой-то.

Получив последний необходимый мне плюсик, я отпустил, наконец, мага. Сороконожка тут же от меня отпрыгнула и забралась на верхотуру, причём по стене. И теперь свисала с какого-то крюка из-под самого купола, а вовремя прихваченная по пути голова злобно лупила на меня свои гляделки.

– Спускайся, господин учитель! Обнимемся по-братски.

– Нет уж, я с тобой наобнимался. Хватит! – мда, похоже, моё обучение грозит затянуться.

– И что, ты теперь там так и будешь сидеть?

– Не знаю, пока ещё не решил. А давай заключим мирное соглашение?

– Хорошая мысль! На каких условиях? – как-то тяжко разговаривать, всё время задрав голову вверх.

– Я тебя больше не наказываю медузами, а ты не прикасаешься ко мне.

– Согласен! Но как ты меня обучать будешь? Ведь надо же будет меня иногда поправлять?

– А язык на что? Разумные потому и зовутся разумными, что разговаривать умеют и доносить свою мысль до других.

Сороконожка спускалась как-то очень неторопливо, с большой опаской, словно приближалась к старой ржавой мине, которая неизвестно в какой момент может рвануть. И это выглядело довольно необычно. Здоровенное непонятное насекомое непонятного вида с различными лапами медленно крадётся по вертикальной стене. При этом оно ещё держит в одной из рук свою отделённую голову, что не добавляет существу красоты и приятности.

– Я тоже не в восторге от своего нынешнего вида. И не могу сказать, что благодарен тебе за проведённые изменения. Но я уже смирился с этим фактом, кроме того, новое тело оказалось довольно функциональным. Так что не надо кривить свою рожу при моём виде – это, по меньшей мере, свинство, тем более что ты сам в этом виноват.

– Извини, больше не буду. И да, извини, что так получилось с твоим телом, я не хотел. Правда, это случайно вышло.

– Ты случайно запустил «клятву Хаоса»? Как это возможно? Как вообще можно случайно запустить заклинание?

– Мне показалось, что Лицо сказал о необходимости запустить клятву Хаоса для подтверждения своего слова. Правда, потом выяснилось, что он этого не говорил.

– И часто у тебя бывают слуховые галлюцинации?

– Нет. Я же говорю, что это случайность.

– А я за эту твою случайность заплатил своим телом и превратился в монстра. Тебе не кажется, что твои случайности дорого обходятся окружающим?

– Да. На эту тему даже написана одна книга.

– Вот это у тебя самомнение. Неужто считаешь, что про тебя уже книги пишут?

– Да нет! Не конкретно про меня. Про мою ситуацию. Книга примерно о таком же рассказывала. Что всем вокруг меня дико не везёт. И потому мне рано или поздно придётся быть одному.

– Да ты прямо идеальный вариант мага-исследователя. Мы как-то тоже предпочитаем одиночество, но не потому, что представляем угрозу для окружающих, а потому что занимаемся магическими изысканиями, которыми совершенно не хочется делиться с коллегами. Ведь любой из них – потенциальный конкурент в борьбе за заработок. Потому и учеников мы почти не берём, либо берём, когда уже до смерти остаётся всего ничего. Чтобы передать свои разработки дальше и чтобы они не утерялись во тьме веков. Тебя же мне навязали внаглую, потому я обязан подготовить, но своим секретным разработкам, ты уж извини, учить не буду. А теперь давай вместе подумаем, чему нам тебя надо обучить?

– По соглашению со Спящими ты должен обучить меня полному комплекту необходимых знаний для получения профессии «Конструктор заклинаний».

– А тебя не смущает, что учителей для данной профессии нет?

– Нет, я давно хотел стать магом, а полный комплект для «конструктора» даёт весьма солидный багаж магических знаний.

– Хм, довольно оригинальный взгляд на вещи. А ты понимаешь, что обучение одновременно всем навыкам магии может серьёзно затянуться? И соответственно, из тебя не получится какой-то узконаправленный специалист, скорее слабенький универсал, то бишь исследователь.

– Но вы же – исследователь?

– Сравнил! Я своим ремеслом занимаюсь уже более двух столетий и практиковал совершенно разные подходы ко всем искусствам магии. Какие-то вели в тупик, какие-то давали что-то новое, но всё приносило бесценный опыт. Но ты же не думаешь, что я потрачу на тебя столько же времени? У меня нет ни малейшего желания провести с тобой вместе следующие два столетия, доводя до своего уровня. Это явно чересчур. Мы ограничимся началом стези исследователя. Я дам тебе все необходимые навыки и профессии, обучу некоторым заклинаниям. Кроме того, покажу примерное направление развития всего этого в дальнейшем.

– Но Спящие обещали довести меня до состояния для получения профессии «Конструктора».

– Да что ты заладил с этим конструктором? Можно подумать, что ты нашёл учителя… – внезапно голова замолчала и заинтересованно на меня посмотрела, – Или…?

Вопрос остался невысказанным, но он так и витал в воздухе.

– Нет, но Спящие обещали.

– Понятно. В общем, как и говорил – я научу тебя тому, что сказал. А дальнейшее совершенствование на твоих собственных плечах. Если хочешь, требуй со Спящих полигоны для развития. И кстати, очень хорошо, что у тебя есть сопротивления магии на таких высоких уровнях – это даст толчок, ты можешь в полигоне кидать магию во все стороны, не боясь особо ответки. Мне в этом плане приходилось гораздо сложнее. У меня не было такого костюма как у тебя, сопротивлений, такого количества здоровья. А ты, можно сказать, в тепличных условиях – тебе будет гораздо проще. Что у тебя есть из магий?

– Магия воздуха, иллюзии, жизни, огня, крови и смерти.

– Заклинания?

– Лечебный ветер, самолечение, щит воздуха, светлячок, искры, разряд, ледяное касание, страх, насыщение энергией, захват душ, познание камня, струя пламени, воздушный бросок, ускорение роста растений, печать Хаоса.

– Я правильно понял, что ты обладаешь заклинаниями магии электричества и магии воды, но при этом не обладаешь данными школами?

– Тьфу ты! А ведь я про них реально забыл. Надо же было получить заклинания, чтобы школы получить.

– Стоп! Какой-то у тебя неправильный подход. Во-первых, гильдиям магов запрещено продавать заклинания тех школ, которыми не обладает покупатель. Во-вторых, считается, что нельзя обучиться заклинанию, если ты не обладаешь данной школой магии.

– Ерунда какая-то. Никаких проблем с освоением заклинаний у меня не было. Если ты мне предоставишь ведро медуз, то я на них попробую прокачать одну из школ магии, например, магию воды или электричества.

– Хм, это будет любопытный эксперимент, а потом мы проверим возможность изучения тобой заклинаний из других школ, ещё не освоенных тобой. Это тоже весьма интересный момент. Сколько ты мне уже задачек подкинул, а ведь ещё первый день не прошёл. Чувствую, что наше сотрудничество будет весьма плодотворным, причём для нас обоих.

Затребованное мною маг предоставил едва ли не моментально. Причём я даже не понял, откуда он достал это ведро, но как он его передавал с конечности на конечность – непередаваемое зрелище Я даже моментально включил запись видео. Смотреть на ведро, плавно скользящее по таким разным, но единым в дружной работе конечностям, было потрясающе. Какая-то когтистая лапа передаёт его раздвоенному копыту. То в свою очередь вручает посудину изогнутому в знаке вопроса щупальцу. Затем переходящий приз попадает в трёхпалую руку с большими круглыми фалангами на концах пальцев, потом вручается очень опасной на вид массивной клешне; после чего, в конце концов, попадает в обычную человеческую ладонь, уже и вручившую подарочек мне. И это ещё задействованы не все лапы. Использовались только те, у которых была возможность взять ручку пресловутого ведра. Но смотрелось это восхитительно и отталкивающе одновременно. Отталкивающе, потому что все эти лапы находились на одном теле, а восхитительно потому, что они действовали в едином порыве, словно одно целое. Нет, умом-то я понимаю, что они и есть единое целое, но как ещё месяц назад бывший обычным человеком, маг превратившийся в сороконожку, так быстро смог научиться владеть этим новым непонятным телом?

Pulsuz fraqment bitdi.

4,5
201 qiymət
2,88 ₼