Kitabı oxu: «Скитание во времени и пространстве»

Пролог. За год до этих событий

«Не нужно бояться! Просто не бояться и всё», — бормотала она себе под нос, стоя на вершине скалы и глядя вниз.

— Зябко? — крикнул мужчина.

От неожиданности женщина пошатнулась, еле-еле удерживая равновесие. Силуэт человека показался из-за колючих зарослей.

— Выпьем? — мужской голос настаивал.

— У вас с собой? — всё равно не отстанет, подумала женщина.

— Это всегда со мной, — прокричал мужчина, пробираясь по камням наверх.— У меня и стаканы есть , правда бумажные, но хотя бы не из горла пить.

— Да, это облегчение, — женщина присела на отступ в скале, надёжно закрепившись каблуком о кустарник. — «Сейчас не время прыгать, позже...»

Мужчина, запыхавшись, подошёл к ней, протянув стаканчик.

— Водка! Вы не против?

— А есть выбор? — устало улыбнувшись, спросила она.

— Нет, — как-то виновато сказал он.

Горло обжёг неразбавленный спирт.

— Водка? — сдавленно спросила она, покашливая.

— Да, — поморщившись, сказал он. — Переборщил, — опять виновато улыбнувшись, сказал мужчина. — Но, однозначно, это то, что нужно!

— Несомненно!

Она незаметно стала разглядывать мужчину с усталым любопытством. «Кто он? Что ему здесь надо? На маньяка не похож, — хотя откуда тебе знать? — мысленно улыбнувшись, подумала она. — Какая разница, для намерившейся умереть женщины.

Фетровая шляпа, потёртая замшевая куртка — всё это говорило о долгих скитаниях и жизни вне дома. Ну, допустим, он действительно заблудился и ищет хотя бы чьей-то помощи и общения... ну, допустим... Вот только...»

— Вот только? — мужчина низко наклонился, закрыв полями шляпы глаза. — Договаривай.

— Я молчала! Ты читаешь мысли! — женщина второпях стала отползать назад, получая многочисленные ссадины на руках. — Не подходи!

— А если подойду?

— И куда исчезла вся вежливость и галантность? — голос женщины дрожал от страха, но она не теряла отвагу, стараясь отползти дальше к зарослям: там хотя бы можно будет отбиваться камнями.

Мужчина медленно поднял голову, закуривая.— Не позорь свой род!

— Мог бы и повежливей, учитывая твой древний род, Лонцелот.

— Смотри-ка, узнала! Вставай! Пойдём!

— Ты можешь это сделать и здесь — тут безлюдно.

— Мне нужно топливо, — смахивая пепел с сигареты, сказал мужчина.

Если смотреть на этих двоих со стороны, может показаться, что испуганная женщина пытается раззадорить усталого мужчину, которому просто нужно поспать, а его постоянно испытывают женскими играми... Как же ошибётся сторонний наблюдатель!

Нельзя внедряться в другие миры! Этому учат на первом курсе... Этому бы учили, если бы существовало хотя бы какое-то учебное заведение, и тогда я могла бы знать матчасть. И что теперь мне говорить этому денди — Лонцелоту? «Я не знала, что тебе нельзя мешать»? Или «Я не знала, что мой личный путь может пересечься таким причудливым способом с твоим родом»?

— Я знаю, для чего нужна тебе, — не уничтожить, нет, конечно же, нет... — Но у тебя ничего не получится... Ты сдохнешь при получении всех четырёх камней! А я продолжу жить счастливо, придурок!

— Может, оно и так, а может, и не так! — лениво бросив сигарету в сторону, ответил лорд. — Ты осмелела, если кроешь меня такими оскорблениями. Но мне это не помешает, ты же знаешь! Ты будешь четвёртым держателем камня! Вечным держателем, милашка! У меня три, у тебя один. Как с арифметикой у тебя? Вот и нет никакого нарушения! А так как я тебя сделаю своей рабыней, ну, не рабыней, а пажом, например, то в мистике это будет считаться как одно целое. Это понятно? — наклонив голову, прошептал он.

— Понятно, — прошептала я. — Ты дошёл до объяснений! Это приятно.

— А это чтобы ты не рыпалась и вела себя тихо, так как никакого выхода у тебя нет. Тем более ты сюда не жить счастливо забралась.

— Выход всегда есть, — я тянула время.

— Я всё продумал, у меня было время. Изучил твой нрав, твой тип мышления, и теперь я знаю: к каким бы выводам и решениям ты ни пришла, они ошибочны. И поэтому не трать время. Пожалей себя, наконец.

Тем временем смеркалось.

— Чего мы ждём? — почти крикнула я.

— Жди, раз уж вставать не решилась.

— У тебя какая-то боль внутри, в тебе кричит эта боль — я чувствую! С тобой что-то сделали на твоём Диком Западе, и ты не можешь найти покой? Ты же оттуда, я верно считала? И прозвище «лорд Лонцелот» тоже тебе дали за что-то? Поговори со мной.

— Чую начало урагана, — бесцеремонно проигнорировав мой вопрос, ответил он.

Небо сразу стало как будто бы ниже, свинцовые тучи стали давить на психику так, что мне захотелось заорать. Это ураган. Пока ещё небольшой ветерок, который стал собирать позёмкой листочки, веточки, предвещая жуткий кошмар, который не заставил себя ждать. Началось помутнение. Гроза вперемешку с громом, и недалеко от нашей скалы ветряная вертушка, которая за секунды превратилась в огромный столб. Зрелище не для слабонервных, учитывая, что этот апокалипсис накроет нас с головой.

Я зажмурилась. Скала затряслась. И нас не стало. Темнота, сплошная темнота.

++++++++++

Поле боя: стоны, крики, взрывы...Я ползу к раненому, пригибаюсь, глохну на минуту, ползу снова, немного осталось, ещё совсем чуть-чуть, я успею, я должна...

Незнакомая речь, кажется, английская... «Война Севера и Юга?» Я пригнулась, притворилась мёртвой, меня засыпало землёй. Тяжело дышать, и из последних сил ползу, тяжело дышать... Не успела, всё было кончено.

Голос Лонцелота:

— В верхнем кармане! В верхнем кармане!

— Пуговица не поддаётся! Совсем! — силы оставляли меня.

— Рви! — приказал голос.

Наконец-то поддалась! Камень! Кажется, аметист.

— Это он, — Лонцелот задохнулся от возбуждения.

— Не ори, — прошептала я в землю. — Слышу! Сволочь!

Где-то рядом застонали.

— Куда ты! Вернись!

— Только дам воды и перевяжу бинты, у меня с собой медицинская сумка.

— Вернись, тело медсестры надо вернуть, она сейчас очнётся.

Вихрем меня что-то стало тащить от солдата: цепляюсь за траву, за землю, не помогает.

++++++++++++

Зеркальная поверхность озера, вокруг стройный ряд лиственниц, покрытых золотом красно-оранжевого цвета. Тихо, и только шелест ветра нарушал молчание озера. Я разжала ладонь: огромный камень глубокого, насыщенного цвета переливался разными оттенками фиолетового аметиста.

Согласно преданию, Дионис, разгневанный на людей, поклялся, что первый встречный будет растерзан тиграми. Им оказалась прекрасная нимфа Аметис, которая шла в храм богини Артемиды за защитой. Артемида, желая уберечь девушку от преследования, превратила её в прозрачный кристалл. Опомнившись, Дионис попытался оживить нимфу, окропив камень виноградным соком. Но статуя не ожила — лишь приобрела насыщенный багряно-фиолетовый оттенок.

Хорошая идея — окаменеть! И остановить этот бессмысленный поток скитаний!

И что теперь?

В воздухе повисла фигура Лонцелота, на озере появились разводы от его тела.

— И что теперь? На какую войну ты меня сейчас отправишь?

— Ныряй! Там неглубоко! За сапфиром. Он твой. Я уступаю Даме символ привлекательности.

— Он не мой, я только хранитель.

— Разберёмся! Ныряй!

— Аметист заберёшь?

— Положи на землю.

Положив камень на землю, я быстро встала и подошла к озеру. Вытянув руку вперёд, примагнитила сапфир со дна озера к ладони.

— Ух ты, как ты можешь! Ты прямо кладезь волшебства! Буду иметь в виду.

— Не будешь! — это в последний раз, — размахнувшись, швырнув камень ему в грудь, крикнула я. И он впился своими зубцами ему в кожу.

Лонцелот как-то неуверенно улыбнулся, сжался и исчез.

«Больше никто не будет мной управлять без моей воли, — подумала я. — Теперь только мои желания. Как противно быть подопытным кроликом. Фу! Никогда больше!»

Я оглянулась на камень. Он тускло поблёскивал в темноте.

— Что же мне с тобой делать? Может, вернуть на место? Велика вероятность начала охоты снова. Давай-ка я тебя спрячу в океане. В полнолуние — это будет как раз кстати, и это лишит тебя магической силы на десять световых лет. Луна сделает своё дело.

Озеро и деревья посеребрило светом от луны. Это был знак. Я уже привычным жестом поднялась в воздух, по мере движения вверх набирая скорость, я превращалась в астронавта с огромным синим шлемом и длинными ногами. Я уже была не я. Вернее, я, но уже с требующейся мне горюче-смазочной смесью. Я полумашина, получеловек.