Kitabı oxu: «Корпорация Глитферда»

Глава

Когда вы кормите кого-то дерьмом, он имеет

право сказать вам, каково это на вкус.

(Эксель Роуз)

– Вы не смотрите, что я наркоман, это совсем не много. Работе не помешает. – Именно так начинался мой диалог на собеседовании по вакантному месту механика в один из сервисов корпорации Глитферда. Уже второй по счету директор, здоровенный мужик, в котором легко угадывалась орочья генетика, сидел напротив меня за столом. Его огромная голова с седеющей, но еще густой копной волос, большим жбаном сидела на короткой бычьей шее. На кончике свёрнутого вбок, как у боксёра, носа сидели прямоугольные очки, через которые директор изучал моё резюме своими глубоко посаженными глазами. Могучие плечи и солидное пузо обтягивала белая, до рези в глазах, рубашка. На стене за спиной директора был листок формата А4, на котором детской рукой был нарисован нелепый человечек с каким-то инструментом в руке между двух космолетов. Наверху этой же рукой коряво было написано: «Дядя Гергот командует сервисом».

– Мы самая толерантная компания в солнечной системе, и не делаем различия в пороках. Да и по моему замечанию наркоманы работают лучше алкашей. – Низким голосом ответил директор, смотря в моё резюме. Мы продолжили молча сидеть в кабинете.

– Так по образованию ты этнолог? – наконец нарушил тишину Директор.

– Да.

– А почему ты не пошёл работать по профессии?

«Наверное, это дежурный вопрос, раз уже второй директор у меня такое спрашивает», – мелькнула у меня мысль, и я ответил:

– А куда?

– Э… – оторопел «Дядя Гергот». – А что? Некуда?

– А вы знаете такую работу? Или, может, корпорацию, где есть вакансия для этнолога? – как-то резко ответил я вопросом на вопрос.

Вы, конечно, знаете: не стоит быть грубым на собеседовании. Но поймите меня правильно: я прошел первичное собеседование на Земле, потом пять месяцев летел в космолете сюда, на орбиту Юпитера. Одна и та же каюта, одни и те же люди, о существовании которых я узнал только на борту. Еда, сон, упражнения и тренинги на командность, одни и те же видеоигры, шесть уже прочитанных бумажных книг. И вот я, наконец, прилетел на Ганимед работать, как мне обещали. Сперва учеником механика, потом механиком космолётов. А меня спрашивают, почему я не работаю этнологом.

– Э… Не знаю. Ну ладно, оставим это, – продолжая смотреть в резюме, ответил директор. – А какие технические работы ты выполнял?

«В резюме ведь всё написано», – продолжал думать я. – «Как и предыдущий директор, он не знает, куда меня слить, что ли? Зачем тогда они вербуют работников на Земле?»

– Я проработал несколько лет в шинной мастерской, автомастерской, и чинил орбитальный телескоп в космопорту, – повторил я слово в слово то, что уже указал в анкете.

– Хм… Хм… А почему ты решил не оставаться на Земле?

В самом деле, почему? Точнее, что мне было ему на это ответить? Искать сейчас причины и рассказывать первому попавшемуся мне человеку, из-за чего я покинул родную планету? Я промямлил в ответ, что нужны деньги семье. Что растут дети, а на Земле такую зарплату мне точно платить не будут. Отчасти это всё было правдой. Тем, кто работал на Ганимеде механиком в компании, обещали платить по 5000 международных единиц в месяц. Там, где я жил с семьёй, зарплата в 1000 м.е. была редкостью. В мастерской я зарабатывал около 600 м.е. На месяц одному, может, и хватало, но для семьи мало. Наверное, «дядя Гергот» уже привык к подобным объяснениям, и, как мне казалось, слушал меня вполуха.

– А кем ты видишь себя в компании через 5 лет? – снова спросил он. Этот вопрос раздражал меня больше всех остальных.

– Аксельёнт директор…

– Можешь звать меня Гергот.

– Аксельёнт Гергот, я пять месяцев провёл в полёте. При мне сошёл с ума человек. Я впервые в космосе и понятия не имею, что тут происходит. Как я могу хоть кем-то себя видеть здесь через пять лет? Я надеюсь, что буду просто живым и здоровым.

– Мне нравится, что ты здраво рассуждаешь! – бурно воскликнул директор. Он встал из-за стола и, жестикулируя, заговорил. – И давай перейдём на ты. Так принято в корпорации Глитферда. Если ты решил работать в нашей команде и стать её полноценным членом, то сейчас мы будем с тобой проходить тест «нарисуй дерево». Ты знаешь этот тест?

Гергот наставил на меня указательный палец. Я отрицательно покачал головой. Его внезапный порыв эмоций поставил меня в тупик, а по выражению лица директора я понял, что ему не важно, знаю ли я этот тест. Он все равно сейчас будет разъяснять мне его суть.

– «Нарисуй дерево» – это тест на взаимопонимание. Понимаешь? Каждый может видеть дерево по-разному. К примеру, для кого-то дерево – это ствол. Для кого-то это мощная корневая система (произнося слово «мощная», он даже брызнул слюной). У одних дерево – это забор. Пиломатериалы. А у кого-то забор вообще из железа!

«Надо же, – подумал я, – мужик начитанный. Психологию к работе привлёк. Наверное, тест имеет смыл. Если я попрошу человека нарисовать дерево, а он нарисует мне железный забор, я, пожалуй, не стану брать его на работу».

– Мне нужно понимать, сработаемся ли мы, или нет, – продолжал директор. – Как выстраивать цепочку взаимоотношений на рабочем месте. Это немаловажно. Согласно статистике, офисная агрессия становится большой проблемой современности.

– Но я не иду работать в офис, – я попытался вернуть Гергота в реальный мир.

– Да-да. Ремзона – это совсем другая атмосфера! Это моё детище! Я отработал в ней 7 лет! Я 9 лет в корпорации Глитферда. Уже год директор. И работу в ремзоне выстроил я сам. Здесь все построено на взаимопомощи. Мне нужен человек в коллектив. Честный! С головой! Чтобы умел работать и думать за работой! Стремящийся к развитию! – Гергот начал восклицать, смотря уже не на меня, а словно сквозь, – настоящий профессионал! Чтобы любил свою работу! Не сидел без дела! Человек, не боящийся препятствий и готовый открывать для себя новое… Словом, настоящий анальник!

– Я не по этой части.

– Что? – сфокусировал на мне свой взгляд директор. Создалось впечатление, что он впервые меня заметил.

– Что? – ответил ему я.

Минуту Гергот хлопал глазами. Кажется, своей фразой я вырвал его из каких-то внутренних размышлений. Видимо он соображал, что сейчас произошло… А мне стало интересно: много ли людей в его кабинете поняли, что он имел в виду термин из Фрейда, а не что-то иное?

– Я что-то увлекся, – немного смущённо начал он, – но что я хочу от кандидата в свою команду? Это я тебе должен объяснить. Ну вот, к примеру: если ты мне сейчас не можешь помочь, что ты мне скажешь?

– Скажу: извини, не могу сейчас помочь, – ответил я.

– А если и я тебе не помогу, что ты мне на это скажешь?

– Не смог так не смог.

– А ты мне сможешь помочь, если можешь помочь?