Kitabı oxu: «Книга - не душа»
Недавно к нам в Сибирь приезжал знатный писатель Печеновкин — о нём и пойдёт речь.
Приехав, первое, что он вымолвил нам, людям, читающим его литературу: «Здравствуйте, господа! Быть может, жизнь у вас удачней, чем моя». Его чуть ли не с дороги встречали радушно. Произведения Печеновкина были загадочны, как и он сам: мсье мог написать о том, как он склоняется перед жизнью, насколько она могущественна, а в другой день его замечали в нетрезвом состоянии. Его уважали все.
И вот он уже подъезжает к своему домику, как к нему подходит мальчик и спрашивает: «Дяденька, пожалуйста, дайте денежку: матушка родная больна, а мне всего-навсего семь годиков». Но он, ухмыльнувшись, сказал: «Знаешь, сколько я таких людей видывал, сколько денег давал — и всё в никуда… Как будто бы вы все такие хорошие без денег, а когда богатеете, плюёте на бедных. Конечно, я не изверг и помогу с таблетками».
Под вечер он всё-таки лёг в кровать и начал что-то записывать: «Сибирь, как ты велика, как ты стройна и красива!»
Наступил вторник. Будучи здесь всего неделю, он написал пять стихов и одну сказку для маленьких детей. И вот к нему подбежал консьерж и сказал, что, мол, накануне открылся трактир, где готовят самые лучшие повара. Посмотрев на Прюсселя — консьержа Печеновкина, — он сказал: «Спасибо, что измолвили мне эту прекрасную весть, но в данный момент я занят. Не примите это за грубость…» Спустя минуту молчания он посмотрел на Прюсселя и сказал: «Да, я пойду в этот трактир, раз вы его мне порекомендовали».
Выйдя на улицу (перед этим одевшись), он начал что-то петь и записывать все свои мысли на небольшом кусочке оборванной бумаги. Писал он пером, а чернильница была всегда в его кармане пальто. «Я же говорил, что он был странным», — шептались вокруг.
