Kitabı oxu: «Бойфренд»

Şrift:

Глава 1

Сеул, офис отеля «Донхва»

Лифт остановился на нужном этаже с тихим звоном. Ким Джин-хёк вышел, прижимая к груди картонную коробку. В ней лежали туфли, те самые, на высоком каблуке, которые гендиректор Чха Су-хён забыла забрать у него в Гаване. Ким Джин-хёк хранил их как реликвию, как доказательство того, что всё, что случилось с ними было реально. Сегодня он решил их вернуть обратно, как символ их любви. Когда то они привели её к нему и он очень надеялся, что чудо повториться.

Чан Ми-джин, секретарь гендиректора, подняла голову. Её глаза были красными, словно она плакала всю ночь.

— Здравствуйте, — начал Джин-хёк, улыбаясь. — Я к госпоже Чха Су-хён.

Девушка медленно покачала головой. Её губы дрогнули.

— Её нет, — тихо сказала она.

— Я знаю, что она занята, но это важно. Передайте ей, что пришёл Ким Джин-хёк. Она поймёт.

— Вы не понимаете... — Чан Ми-джин опустила взгляд, сжимая край стола. — Госпожа Чха... она улетела. Сегодня утром. На Кубу.

Джин-хёк замер. Улыбка медленно сползла с его лица.

— На Кубу? — переспросил он, словно надеясь, что ослышался. — Нет. Этого не может быть.

— Мне жаль, — прошептала секретарь и в её голосе было столько искренней боли, что Джин-хёк почувствовал, как что-то внутри него оборвалось.

Он не поверил. Просто не мог поверить в это.

Джин-хёк сорвался с места, не слушая протестов, толкнул дверь кабинета.

Тишина.

Кабинет был пуст. Стол Чха Су-хён, ещё вчера заваленный бумагами, теперь был идеально чист. Ни фотографий, ни чашки с остывшим кофе, ни её пальто и сумочки на вешалке. Только пустота, которая кричала громче любых слов.

Джин-хёк сделал несколько шагов вперёд, чувствуя, как пол уходит из-под ног. Коробка в его руках вдруг стала невыносимо тяжёлой.

Он медленно поставил её на стол гендиректора и провёл рукой по холодной поверхности стола, надеясь найти хоть какую-то записку. Хоть слово. Хоть что-нибудь.

Ничего.

В горле встал ком. Джин-хёк прикусил губу, пытаясь сдержаться, но слёзы уже подступали к глазам. Он отвернулся, быстро смахнул их тыльной стороной ладони, но это не помогло. Всхлип вырвался наружу. Он был тихий и беспомощный.

Джин-хёк не хотел, чтобы кто-то видел его таким. Особенно здесь, в офисе, где каждый его шаг наверняка обсуждали. Он бросился к двери, почти выбежал из кабинета, не глядя по сторонам.

Секретарь Чан Ми-джин стояла у стойки, прижав ладонь ко рту. Слёзы текли по её щекам, она даже не пыталась их скрыть.

— Господин Ким... — начала она, но он уже не слышал. Только звук его шагов, удаляющихся по коридору, и тихий звон лифта.

Девушка осталась одна. Она посмотрела на дверь кабинета, потом на коробку, оставленную на столе. Подошла ближе и заглянула внутрь.

Туфли. Красивые, на высоком каблуке и записка. На одной туфли, маленькая царапина, словно её носили на танцах или долго гуляли по брусчатке Гаваны. Записку читать она не стала.

Она знала Чха Су-хён много лет. Знала, как та страдала при замужестве, как училась снова дышать, как впервые за долгое время улыбнулась, вернувшись из той поездки в Гавану. Их роман протекал на её глазах и как лучшая подруга гендиректора, она знала все о ней.

— Госпожа... — прошептала она в пустоту. — Почему вы не сказали ему?

Но ответа не было. Только тишина пустого кабинета и коробка с туфлями, которые так и остались ждать свою хозяйку.

Глава 2

Гавана, аэропорт имени Хосе Марти

Самолёт приземлился в шесть утра, когда солнце только начинало золотить бетонные полосы. Чха Су-хён вышла из терминала, щурясь от яркого света и сразу увидела Ли Джин-хо, бывшего помощник менеджера отеля «Донхва», а сейчас координатор проекта по строительству филиала. Джин-хо смотрел на неё с тревогой и нескрываемым облегчением.

— Госпожа Чха, — он шагнул вперёд и поклонился. — С приездом.

— Джин-хо, — она слабо улыбнулась. — Спасибо, что встретили. Вы могли просто прислать водителя.

— Я хотел убедиться, что вы добрались в порядке, — ответил он, забирая у неё чемодан. — После всего, что случилось в Сеуле... Я беспокоился.

Они пошли к машине. Утренний воздух был влажным и тёплым, пахло солью и чем-то цветочным.

— Как стройка? — спросила Су-хён, чтобы сменить тему.

— Идём по графику. Фундамент готов, рабочие жалуются на жару, но это Куба, — Джин-хо пожал плечами. — Я отправил последний отчёт вам на почту, но вы, наверное, не читали.

— Не читала, — призналась она. — Прости.

— Вам не за что извиняться, госпожа. Вы отправили меня сюда после того скандала, и я... — он замялся, — я не понимаю, почему вы уехали. Но я рад, что вы вернулись. Без вас здесь всё было... не так.

Су-хён ничего не ответила. Она смотрела в окно, на проплывающие мимо пальмы и старые дома с колоннами. Джин-хек посоветовал когда то, простить его, так как каждый человек может совершить ошибку и она так и поступила. Джин-хо был единственным человеком из отеля, кто сильно её подставил, но кому она поверила настолько, чтобы отправить его в Гавану и даже повысила в должности. Он знал о её романе с Джин-хёком, знал о проблемах её отца, но не задавал лишних вопросов.

— Джин-хо, — тихо сказала она, когда машина выехала на Малекон. — Спасибо, что не спрашиваете почему я здесь.

Он коротко взглянул на неё в зеркало заднего вида.

— Это не моё дело, госпожа. Моё дело, чтобы у вас были условия работы и крыша над головой. Остальное, как вы решите.

Гавана, отель «Насьональ»

Кондиционер под потолком лениво охлаждал горячий воздух. Чха Су-хён стояла у распахнутого окна, глядя на Малекон, ту самую набережную, где когда то смеялась над неуклюжими шутками Ким Джин-хёка. Тогда океан казался бесконечным обещанием. А сейчас он был просто стеной солёной воды, отрезавшей её от всего, что осталось в Сеуле.

Стройка отеля «Донхва» в Гаване шла полным ходом. Это был её проект, её детище, её способ доказать себе и всем остальным, что она чего-то стоит сама по себе. Каждое утро Су-хён завтракала, надевала каску, садилась в машину и ехала на площадку, где среди бетона и арматуры чувствовала себя нужной а старые проблемы слегка притуплялись.

Но вечерами она возвращалась в гостиницу и возвращалось одиночество.

Сначала случайно. Потом, словно по привычке, от которой невозможно избавиться, она гуляла по тем же улицам, где они гуляли с Джин-хёком, заходила в ту же кофейню на углу, где Джин-хёк заказал ей самый сладкий кофе в её жизни и долго извинялся, что не умеет выбирать. Садилась на тот же парапет Малекона, где он сказал ей: «Вы такая милая», а потом признался в любви. Сначала её сопровождал Джин-хо, но потом она привыкла, выучила пару десятков фраз на испанском и уже не боялась гулять одна.

Каждый раз воспоминания накатывали волнами, тёплыми, солёными, беспощадными. Она ловила себя на том, что оборачивается, услышав за спиной чей-то смех или ищет в толпе знакомую широкую улыбку. Что покупает два кофе, а потом долго смотрит на второй стакан, пока он не остынет.

Вернувшись в отель, она звонила в Сеул.

Ким Сон-джу, которую уговорила стать своим заместителем, брала трубку всегда, даже ранним утром, даже в выходные. Су-хён слушала её ровный, деловой голос и постепенно возвращалась в реальность: отчёты, стройка, совет директоров, новые контракты. Сон-джу никогда не спрашивала, почему она уехала. Просто говорила о делах и это было лучшее лекарство.

Потом она звонила отцу. В тюрьму. Разговор длился ровно двадцать минут, столько было разрешено и всё это время Су-хён интересовалась его здоровьем, он её делами. Ни слова о прошлом. Только эти двадцать минут, они всё ещё были отцом и дочерью.

Матери она звонила реже. Та всегда была занята. Галерея, выставки, новые художники. Су-хён понимала, что матери очень трудно, она отвлекалась от реальности своей работой. Слушала её оживлённый голос, узнавала последние новости, иногда ловила себя на мысли, что мать даже не спрашивает, как она. Но это было привычно.

И почти каждый раз, поговорив с Сон-джу, она задавала один и тот же вопрос, как бы между прочим, равнодушно:

— В PR отделе всё в порядке?

— Да, госпожа. Много новых сотрудников. Работы стало больше.

— А... — она делала паузу, будто подбирая слова, — Ким Джин-хёк? Он справляется?

Сон-джу тоже делала паузу. Потом отвечала спокойно, без тени осуждения:

— Справляется. Он много работает. И, кажется... снова начал улыбаться.

Су-хён закрывала глаза. В груди что-то теплело и тут же сжималось от боли.

С одной стороны, это её радовало. По-настоящему радовало. Он живёт. Он улыбается. Он не сломался. С другой, в глубине души, там, куда она боялась заглядывать даже сама, рос другой страх. Тихий, упрямый, неотвязный.

Она боялась, что однажды Джин-хёк посмотрит на неё и поймёт: она не стоит того, чтобы из-за неё ломать себе жизнь.

Yaş həddi:
16+
Litresdə buraxılış tarixi:
11 noyabr 2026
Yazılma tarixi:
2026
Həcm:
39 səh. 1 illustrasiya
Müəllif hüququ sahibi:
Автор
Yükləmə formatı: