Kitabı oxu: «Чтоб тебя расщепило»

I

В полутьме длинного коридора вдоль разделительной полосы на полу надвигались, отскакивая эхом, чеканные шаги. За ними следовали тихий шорох колес и шум работающего мотора. Звуки вторглись в мастерскую отладки и ремонта, залитую ярким светом, и слились с гулом помещения. К стенам жались стеллажи, забитые запасными частями и инструментами. Центр делили безжизненно замершие от поломки и многообещающе помигивающие датчиками зарядки роботы разных модификаций. Еще три одинаковых искусственных сотрудника с мультиинструментальными манипуляторами отлаживали и ремонтировали остальных.

Рыжий инородец, мужчина лет тридцати, раскручивал винты задней крышки корпуса сломанного устройства и что-то довольно насвистывал себе под нос. Двери хлопнули. Человек притих. Его внимание увязло в пришельцах. Между его бровями пролегли две глубокие морщины. На него шел гуманоидный робот с надписью на передней панели туловища «Вершитель-3», за которым хвостом ехал новенький робот-ремонтник «РР-50», похожий на своих собратьев, как близнец. Вершитель поравнялся с человеком и электронным безэмоциональным голосом сообщил:

— Яндэр Фимстод, компания признательна за твои услуги, но более в них не нуждается.

Яндэр вжал курок — шуруповерт завизжал. Размашистое движение рукой, и инструмент полетел в Вершителя. Устройство с металлическим лязгом врезалось в тело робота, отскочило и шумно грохнулось на пол. Новоиспеченный безработный удалился. Вершитель не шелохнулся и все так же безжизненно скомандовал, следовавшему за ним:

— Рр-пятьдесят, приступай к работе.

Ремонтник послушно поднял шуруповерт и занял освобожденное место. Все это время его собратья функционировали без единой заминки, словно вокруг ничего не происходило.

«Я же знал, что так будет, чтоб вас всех расщепило», — думал Яндэр, уходя. Его ногти впивались в ладони. У выхода на улицу он чуть не столкнулся с женщиной, которая перерезала ему дорогу. Пропуская ее, он наблюдал, как маленький безголовый робот клеил на створку крупную наклейку: круг желтого цвета с оранжевым символическим человечком, заботливо окруженным руками робота. Тяжелый вздох вырвался из груди. «Десять лет». Грустно усмехнувшись знаку, он вышел наружу. Неподалеку стояла та самая обогнавшая его коллега по несчастью. Она уткнулась в грудь субтильного мужчины, который бережно обнимал ее и поглаживал по спине. При очередном поглаживании рукав сполз с его запястья и обнажил серебристую полосу, вклинившуюся в кожу. Ветер обдал прохладой разжавшиеся потные ладони Яндэра.

Новоиспеченный безработный брел по улице, где одинаковые серые дома, выстроенные в ровные ряды, уходящие куда-то в даль, обрамляли широкую, но столь же серую дорогу, вдоль которой тянулись линии фонарей. Запахи, звуки — все здесь творение людей. Только порой гуляющий ветер, да небо сохранились первозданными осколками. Взгляд не находил за что зацепиться и скользил в бесконечной монотонности.

«Центр цивилизации, величию которого мешают несовершенные создатели. Не вписываются», — мысленно съязвил Яндэр о городе. На одном из зданий на первом этаже, разбавляя серость, висела вывеска «Продуктовый магазин», а на двери под ней ярким пятном красовался желтый круг с оранжевым символическим человечком, заботливо окруженным руками робота. Пройдя еще несколько строений, Яндэр направился к небольшому одноэтажному сооружению с надписью «Приют человека». На двери — все тот же круглый знак.

Яндэр вошел в «Приют». В нос ударил обволакивающий аромат специй, вызывавший желание задержаться в его объятиях. В квадратном помещении со стенами приятного глазу темно-зеленого цвета горел приглушенный свет. На одном конце барной стойки сидел мужчина с плешью, старательно прикрытой жидкой прядью, и шарообразным пузом, обтянутым красной рубашкой, на другом — коротко стриженная женщина среднего телосложения. Остальное пространство заведения заполняли пустующие столики.

Бросив беглый взгляд на посетителей, Яндэр занял место у дальней от них стены. Касание столешницы рукой активировало встроенный монитор, на котором загорелось меню. Вверху переливалась серебристая металлическая полоса с гравировкой «Имитат твоей мечты». Яндэр пролистал несколько страничек и выбрал сосуд с изумрудной жидкостью. Дисплей погас. Вскоре раздвинулась центральная часть столешницы, открывая шахту, из которой поднялась подставка с выбранной бутылкой и пустым стаканом.

На стене перед барной стойкой висел огромный экран. На нем транслировалось шоу. Яндэр увлекся им в попытке развеять тягостное настроение.

Обнаженный тощий мужчина лет двадцати пяти сидел, сгорбившись, на полу пустой комнаты. Его взгляд уставился в пол, а уголки губ повисли. Электронный голос, источника которого не было видно, равнодушно произнес:

— Давай узнаем, что зрители выбрали для тебя сегодня.

Герой шоу поднял голову и посмотрел в камеру. Его лицо, переполненное надеждой, заняло весь экран. А после и вовсе остались одни огромные молящие глаза. Нависла тишина ожидания. Ее разорвал легкий шорох колес. Кадр сменился. В комнату въехал робот-доставщик и остановился у входа, чтобы человек не мог до него дотянуться. Изогнувшейся дугой рукой курьер открыл крышку своего контейнера, извлек литровую бутылку с желтоватой жидкостью, и, удлинив манипулятор, поставил ее перед изможденным персонажем.

Мужчина на мгновение сжался, грубо оттолкнул ногой бутылку, которая со стуком упала на бок, и отчаянно завопил. Переполненный злостью и безнадежностью крик, словно взрывная волна, ударил по барабанным перепонкам, заставив слушателей почувствовать всю боль героя, внезапно оборвался. Мужчина обхватил голову руками и принялся раскачиваться корпусом назад-вперед, тихонько подвывая.

«Это его выбор», — постарался убедить себя Яндэр, ссутулился и опустил взгляд на посетителей, а пальцы сильнее сжали стакан. Люди у барной стойки хохотали. Женщина, не отвлекаясь от экрана, будто в пустоту, громко заметила:

— Идиоты на все согласны ради денег. Если он выйдет, то алкашом или нариком.

Мужчина хихикнул, пожал плечом, отхлебнул из стакана и ответил ей:

— Зато заработает.

Собеседница кивнула.

— Немного позора ради славы и роскоши.

Из-за корпуса пузатого гостя по стойке вышел, переваливаясь, и направился к краю мохнатый зверек размером с ладонь, скрывавшийся до этого за хозяином. Владелец нежно погладил его кончиками пальцев, подхватил кистью и переставил ближе к середине столешницы. На передней лапке поблескивало серебристое кольцо.

— Говорят, некоторые люди разводили существ, по подобию которых сделаны такие имитаты. Странное, бессмысленное занятие, — высказалась женщина.

— Тисканье мохнатого комочка умиротворяет.

Звук бьющегося стекла привлек внимание присутствующих к экрану. Облитый робот поспешно удалился из комнаты. На полу валялись осколки бутылки. Капли крови сползали из царапины на плече героя.

Яндэр уставился в окно. Закат ненадолго разбавил красочными оттенками бесконечную серость, которая возвратилась вместе с загоревшимися нейтральным светом фонарями, еще более подчеркнувшими черно-белую палитру улиц. Яндэр едва заметно мотнул головой. На его лице мелькнула печальная улыбка. Он сделал глоток, подержал стакан на весу и, будто в замедленной съемке, поставил. Стекло стукнуло, соприкоснувшись с твердой поверхностью.

Сознание улетело в далекое прошлое, во времена, когда он был двенадцатилетним мальчишкой. Он вместе с друзьями стоял на улице из жилых высоток. В одном из зданий располагалась парикмахерская, на двери красовался крупный знак: круг желтого цвета с оранжевым символическим человечком, заботливо окруженным руками робота. По внешнему контуру знака изгибалась надпись «Мы не используем человеческий труд».

Поодаль от ребят из автомобиля с текстом «Люди незаменимы» на боковой поверхности с затруднением вылез изможденный мужчина лет сорока в серо-голубой одежде, которого бережно поддерживал гуманоидный робот. Мужчина направился к одному из подъездов. Он практически висел на механическом помощнике, едва волоча ноги, то и дело спотыкаясь. На крыльце его ждал растерявшийся подросток в таком же серо-голубом наряде. Мужчина вымученно улыбнулся ему, сильнее оперся рукой на помощника, выпрямился, сделал пару шагов, снова повис на роботе и побрел дальше, более не пытаясь скрыть свое состояние. Ожидавший юноша отшатнулся назад. Когда мужчина с роботом приблизились, пошел им навстречу, подхватил ведомого с другой стороны. Троица вошла в подъезд.

Асеорэ, наблюдая сцену, ссутулился и вжал голову в плечи, словно хотел спрятаться. Сам Яндэр следил за происходящим с легким высокомерием. Лумика скрестила руки на груди и потупилась. Имила многозначительно переглядывалась с Умцером.

— Сами виноваты. Ленивые неудачники, — подытожил Яндэр, надменно фыркнув.

Лумика незаметно для других одернула его за рукав, легким движением головы пытаясь остановить его речь. Но было уже поздно. Асеорэ сжал кулаки, зло прищурился, резко повернулся в сторону Яндэра и выпалил:

— Много ты понимаешь. Такой же оторванный от мира, как твои родители.

Повздорившие очутились лицом к лицу. Между соперниками вклинился Умцер. Все трое застыли на мгновение. Напряжение повисло в воздухе, и казалось, что драка неизбежна. Мимо пронеслось беспилотное такси со знаком «Мы не используем человеческий труд» на заднем стекле.

Яндэр поднес стакан к губам, но ни вкуса, ни стекающей прохлады напитка не почувствовал, только холодное прикосновение гладкого стекла. Это вернуло сознание в настоящее время. Он вздохнул, окинул беглым взглядом помещение, налил из бутылки и вновь, уставившись в окно, погрузился в свои мысли. «Может, если бы мы тогда подрались, до сих пор бы дружили? Чего он на меня накинулся из-за какого-то чужака?» Он медленно тянул изумрудный напиток, разливавшийся теплом по телу и дававший иллюзию успокоения. «И когда пустяковая трещина стала непреодолимой пропастью?» Немного расслабившись, Яндэр подумал, что, может, его такой комфортный и понятный мир, где затрачиваемые усилия окупаются соразмерно, где не надо предавать себя, как персонажу из шоу, все еще существует. Наступит завтра, и жизнь наладится. Завтра он найдет решение. Еще глоток. Завтра. А сегодня — забыть обо всем.

Завтра наступило. Яндэр, урывками выныривая из тягучего, липкого, уютного состояния сна, чувствовал пульсирующую боль в правом виске. Ему не хотелось возвращаться в наполненную проблемами реальность. Еще долго он оставался в спокойном блаженстве полусна, пока боль не прорвала окончательно пелену забытья, вынудив встать.

Яндэр жил один, если не считать домашнего робота, выполнявшего основную массу бытовых задач. В просторной квадратной комнате помещалось все необходимое с точки зрения хозяина. Из ящичков, аккуратно выстроенных на полках стеллажа, стоявшего в углу, торчали кончики разнокалиберных проводов. Яндэр нехотя побрел в ванную. Каждый шаг отдавался болью в голове. «Да уж, шикарная идея», — с сарказмом проговорил он про себя, глядя в зеркало. Достал из аптечки таблетку, проглотил и побрел в комнату. Там он шлепнулся в кресло, закрыл глаза и почти прошептал:

— Найди мне работу, паук.

Тихие шаги проследовали мимо и остановились возле окна. Штора опустилась. Затемнение принесло облегчение. Яндэр почувствовал, как мягкие, бархатистые, теплые руки коснулись его висков и начали нежно массировать голову.

Экран над столом включился. На нем высветилась заставка: «99 ЭС». Через некоторое время он сообщил:

— По условиям прошлого запроса вакансий не найдено. Все еще актуальны предложения с пометкой «для всех». Озвучить?

— Нет. Я помню, — поморщившись от боли, ответил Яндэр.

Он расслабился в руках своего заботливого робота, улыбнулся и подумал о том, как же хорошо, что есть его верный «Н-17».

II

В глубине длинного зала мягкий тусклый свет падал на трибуну, едва освещая подиум под ней. Мигнула единственная горящая лампа на высоком сводчатом потолке. По полу стелилась подсветка прохода между рядами одинаковых кресел. В помещение нерешительно вошел Яндэр. Его взгляд упал на надпись на противоположной стене «Наполняем жизнь смыслом». Он грустно ухмыльнулся и покачал с сомнением головой. Что-то было не так. Он потер подбородок. «Что я здесь делаю? На что я рассчитывал? Глупость какая-то», — промелькнуло в его голове. Хлопнула дверь справа от трибуны. Шум, не хватало привычного, непрекращающегося фонового шума электроники. Из неосвещенного участка донеслись неспешные шаги. Силуэт вынырнул из полутьмы. Навстречу шел высокий плотный мужчина лет сорока пяти.

— Яндэр? Какими судьбами занесло к нам?

Мужчина поднял левую руку, на уровне груди развернул ладонью к посетителю, который ответил на приветствие, прикоснувшись своей левой ладонью к подставленной руке.

— Япитэ? — Брови Яндэра взлетели, поперек лба пролегли складочки. — Сам не знаю. Мимо шел, — как бы оправдываясь, произнес он.

Япитэ жестом пригласил присесть. Посетитель помедлил. «Зря зашел, — подумал он. — Внезапная встреча. Как его вообще сюда занесло? — Он посмотрел на надпись. — Ничего хорошего это обещание не сулит. Эх, и уйти не удобно. — Взглянул на выход, после чего перевел взгляд на улыбку и лучики морщин вокруг глаз ожидающего знакомого. — Может, не станет промывать мне мозги». Гость разместился в кресле. Его товарищ занял соседнее место.

— Давно сюда ходишь? — спросил Яндэр, чтобы как-то поддержать беседу.

— Давно. Я работаю в Глизе.

Яндэр помолчал, затем уточнил таким тоном, будто говорил: «Как я сразу не догадался, это же очевидно»:

— Работаешь? Проповедник — робот?

— Я — проповедник.

Гость отвлекся от надписи и с удивлением взглянул на собеседника, который кивнул, еще раз подтверждая слова. Пожалуй, если бы стало известно, что читает проповеди и руководит церковью робот, то это меньше поразило бы и воспринялось как логичное, ожидаемое развитие меняющегося мира. Он потерял на мгновение дар речи, застыл с чуть отвисшей челюстью в немом «эээ».

— Какая резкая смена деятельности, — единственное, что смог придумать Яндэр, ощутивший необходимость хоть как-то отреагировать на заявление, и уставился на фразу.

— Как посмотреть. Тоже ремонт, только душ человеческих. — Япитэ проследил за взглядом собеседника.

Оба замолчали, рассматривая написанные на стене слова.

— Может, придешь на собрание? Раз уж зашел, — прервал неловкую тишину проповедник.

— Помолиться? И что, много жизней это изменило?

— С людьми пообщаться. Наша церковь призывает прихожан опираться во всем на людей, отказываясь от искусственных созданий.

— Людей? — Скептически усмехнулся Яндэр. — Ненадежная опора. Они имеют свойство исчезать в самый неподходящий момент, в отличие от роботов.

— Прихожанам помогает. Уходит ощущение беспомощности, ненужности. В конце концов, что-то же заставило тебя зайти?

— А не возникло ли оно из-за навязанного отвержения? Те же имитаты идеально закрывают потребность в принятии, поддержке и прочих эмоциональных связях.

— В имитатах нет искренности. Они исполняют программу. Замени хозяина на любого другого или даже на табурет, они проявят тот же спектр эмоций.

— Ага, другое дело люди. Их чувства неподдельны. — Рассмеялся Яндэр. — Они не будут любить, если станешь табуретом, а хотелось бы. Совсем недавно ты создавал роботов, а теперь настраиваешь против них?

— Получается, так. Мир, который я строил, не состоялся. А тот, что получился, выплюнул меня, как лишнюю деталь. План был другой. Когда он изменился?

Собеседник пожал плечами.

— Когда сменилось поколение выживших в глобальной войне?

Они замолчали. Кто-то приоткрыл дверь, но так и не вошел. Яндэр оглянулся. Створка, скрипнув, вернулась на место. Япитэ вздохнул.

— Знаешь, это больно — понять, что тебя вышвырнули, а не ты получил свободу... Сюда приходят люди, которые потерялись в жизни. Я их понимаю. Церковь дает опоры, которых им не хватает. Подумай, что почувствовал ты, когда к тебе пришел Вершитель? Ведь он?

Яндэр оперся головой на руку и на секунду прижал пальцы к губам.

— Роботы делают то, ради чего их создавали, в том числе мы с тобой. Каждый волен делать, что хочет, так как больше нет связывающих обязательств. Или под заголовком «Свобода» должен кто-то выдать распорядок жизни? Сами никак?

— Вижу: ты счастлив. Зашел поделиться? Что входит в твои грандиозные планы? — доброжелательно поинтересовался Япитэ.

Яндэр поджал губы.

— Отказываться от комфорта не собираюсь. И в подпорках не нуждаюсь, — с некоторым раздражением сказал он и вдавил пальцы в мягкий подлокотник. — Почему бы не помочь найти новые цели, интересы? Зачем цепляться за умирающее прошлое?

— Какие? Заменить реальный мир виртуальным? Отправиться в путешествие по отравленным пустошам? Очень занимательно. Пешком и без навигатора. Еще идеи?

— А что предполагалось изначально? Творчество?

Дверь возле трибуны хлопнула. К ним направлялась бойкая девушка. Яндэр наклонил голову набок, разглядывая ее: высокая, широкие бедра покачивались в такт шагов, а две задорные косички придавали ребячливости образу хозяйки. Япитэ кивнул в ее сторону, приподняв брови.

— Исила ждет всех через полчаса, — сообщила она, изучив попутно рыжего незнакомца.

Проповедник еще раз кивнул и вестница удалилась. Из темного угла донесся стук.

— А ты не допускаешь, что то, что ты считаешь отмирающим, для других — единственная возможная реальность? Не всем достаточно комфорта. Людям нужны люди. Необходимо чувствовать себя полезным, по-настоящему нужным.

— Формирование собственной ценности через других? Чем больше жертва, тем выше ценность? — с иронией произнес Яндэр и сцепил кисти в замок.

— А почему бы и нет, если всех участников устраивает? — Вскинул руки собеседник.

— Ууу, и что рабам не нравилось? Они были такими нужными. — Посетитель поднял плечи, развел кисти с растопыренными пальцами и помотал головой.

— Ага, как хозяин — имитату. — Япитэ несколько раз кивнул.

Мигнул свет над трибуной.

— Так, может, твоим прихожанам не хватает кого-то рядом, кто будет их ценить просто так, по факту существования? Тогда и роботы перестанут мешать и обернутся в полезных помощников?

— А ты, смотрю, все тот же. Не всем достаточно болтовни, хотя есть и те, кто и общается исключительно с электроникой. Как там твой «Н-17»? — Япитэ бросил на собеседника взгляд и, не дожидаясь ответа, добавил: — Другим же нужна деятельность. Они хотят видеть, ощущать результаты: предмет, который можно потрогать, радость в чужих глазах. Без этих мелочей они чувствуют пустоту.

— Вместо прогресса — регресс, чтобы не было пустоты, — Яндэр потянул последнюю фразу, смакуя слова. И после маленькой паузы продолжил: — Ограниченность людей столь велика, что достигнув полной свободы, они не понимают что с ней делать? Интересно, каков же процент этих неприкаянных, которые не знают, что им надо, чтобы наслаждаться жизнью?

— Хорошо, что у тебя нет такой проблемы и ты получаешь удовольствие.

Яндэр натянуто улыбнулся.

— Все-таки приходи вечером на проповедь, вдруг поможет.

— Нет. Пожалуй, нет.

Япитэ пожал плечами:

— Как знаешь. Передумаешь — возвращайся.

Дверь стукнула. Удар. Шаркающие шаги за спиной привлекли внимание. Собеседники обернулись. Низкая, скрюченная в грудном отделе фигура двигалась в их сторону. Правая рука опиралась на трость. Во время смещения между тремя точками опоры голова колебалась, словно не могла поймать равновесие. «Механизм разболтался, — подумал Яндэр. — Фу ты! Чтоб тебя расщепило». Он потер лоб, прикрыв ладонью глаза. Прихожанка остановилась возле них.

— Новенький. — Дружелюбно улыбнулась она, глядя на гостя.

Дрожащая, сморщенная рука зависла в приветственном жесте. Яндэр ответил. Он ощутил прикосновение шершавой, теплой, вибрирующей кисти.

— У тебя есть детки? Я могу…

— Он пока не с нами, — мягко прервал последовательницу Япитэ, взял ее под локоть свободной руки и увел от Яндэра.

Посетитель проводил их взглядом. Ему не верилось, что такой человек поддерживает убеждения Япитэ. Ведь она могла бы упростить себе жизнь, если бы подпустила к себе роботов. Или, может, она лукавит и только в стенах церкви самостоятельна? Яндэр воспользовался ситуацией и покинул храм. Ему было о чем подумать, а лучше всего ему думалось во время ходьбы.

Он долго шагал, не особо выбирая путь. Прохожие иногда задевали Яндэра, иногда отшатывались, заходя на дорожку для роботов. Электронные участники движения замирали в ожидании, когда забредший человек освободит выделенную им линию. Тут и там пестрел желто-оранжевый знак с человечком. «Осталось прихлопнуть», — глядя на него в очередной раз, подумал Яндэр. Беспрестанный шум множества моторов становился то громче, то тише, сходил на нет в пустых переулках. Мертвые запахи механического мира иногда переплетались с вырывавшимися на улицу ароматами еды. «Почему я зациклился на привычном?» — задался вопросом Яндэр, когда спало напряжение. Он остановился и осмотрелся, пытаясь понять, где он находится. «Участники сомнительных шоу и экспериментов сами сделали выбор… Или…» Он нахмурился и резко мотнул головой. Под вечер, уставший, он вернулся домой, где успешно сбежал от реальности в просмотр видеороликов. На одном из них родилась идея, что он тоже так сможет, пора рискнуть и сделать что-то новое.

III

Яндэр не нашел подходящую работу. Бессмысленные дни-близнецы наскучили. Идея заняться блогерством ранее никогда не привлекала, но теперь он решил попробовать найти себя в этой деятельности. И вот он уже уезжал из города на скоростном поезде. Помимо него в вагоне сидели еще несколько человек: нервный грузный мужчина пыхтел и поджимал губы, стягивая ремешок навигатора на запястье, один из концов браслета отскакивал, и процесс повторялся; парочка в нелепых, одинаковых костюмах, щебетавшая всю дорогу и с восторженным любопытством следившая за пейзажами за окном; семейство с двумя малолетними детьми, которые время от времени вскрикивали, выражая то радость, то разочарование, от чего-то происходящего на маленьких экранах в их руках. Яндэр посчитал, что болтливые попутчики недавно на Мокоши и долгие годы жили и работали на другой планете, совсем как его родители, иначе как их могли увлечь вгоняющие в тоску однообразные виды. Автомат в вагоне перед пересечением границы города напомнил: «Покидая Маренав, не забудь арендовать навигатор опасных мест». Внешний мир ускорился и превратился в бесконечные, горизонтальные, невнятные линии. Дважды стукнуло в автомате. Прозвучало предупреждение: «Возвращаясь в город, не забудь вернуть навигатор опасных мест. В случае невозврата устройство будет заблокировано и отключено, а пользователь оштрафован». Парочка пристегнула друг другу браслеты-навигаторы. Девушка оценила пассажиров и направилась к Яндэру, потянув за собой спутника. Плавные, длинные шаги сопровождало легкое шарканье.

— Что за опасные места показывает навигатор? — обратилась она к Яндэру.

Бледные лица. Темные очки. Худощавые фигуры.

— Вы не местные? Это только если будете вне городов ходить. Отравленные земли, оставшиеся после закрывшихся предприятий.

Мимо пробежали дети.

— А вне городов есть что посмотреть? Мы с Желявира. Ненадолго.

Яндэр понимающе кивнул и ответил:

— Нечего. Сплошные пустоши.

— Как странно. Я читала научную статью, в которой говорилось, что способ очистки земель найден уже давно и давались полные выкладки разработок, — задумчиво заметила собеседница, насупилась и переглянулась с напарником.

Яндэр пожал плечами и развел руками.

— Мы должны сами увидеть эти пустоши и убедиться, — резюмировал парень.

Девушка кивнула, морщинки на ее переносице разгладились. Парочка отошла.

На следующей станции Яндэр вышел и оказался на платформе для стыковочной пересадки на другую линию. Шипение уносящегося прочь состава затихло. Он двинулся в случайно выбранном направлении.

Пустынная каменистая равнина тянулась за горизонт. Порывы сухого ветра, подвывая, носили клубы пыли. Отсутствовал даже намек на существование жизни в этом месте. Яндэр, закутав нижнюю часть лица шарфом и защитив глаза очками, брел в поисках разнообразия и снимал свой путь на камеру телефона. Навигатор издал серию пронзительно-громких пульсирующих сигналов и сообщил: «Прямо по курсу через метр зона действия ядовитого газа». Яндэр остановился и навел объектив на устройство.

Воздух застыл. Пыль улеглась. Нервы напряглись от непривычной тишины. Рука поправила и без того хорошо державшийся шарф. Вдали на фоне неба выделялись две заброшенные башни, поверхности которых облепили плотным слоем частички окружающей пыли, создавая иллюзию, что башни выросли из земли и являются с ней одним целым. Несколько огромных валунов вразброс красовались в давно всеми покинутом месте. Из-за одного из них в сторону Яндэра выехал, громко шурша и постукивая, крупный приземистый робот-погрузчик с открытым контейнером, с которого струилась летящим от движения шлейфом искрящаяся в лучах света Глизе желто-оранжевая ткань. Новоиспеченный блогер заинтересовался происходящим, уж больно неуместным оно выглядело, и навел камеру на робота. Из приблизившегося погрузчика исходил тошнотворный, сладковатый запах. Яндэр уткнулся в локтевой сгиб, поскольку полотно шарфа не спасало. Дыхание перехватило. Подступила тошнота. Он взял крупным планом контейнер. Распахнутые глаза застывшего, похожего более на восковую фигуру покойника плотно забились пылью, особенно по границе век. Блаженное выражение его лица вызвало в Яндэре оторопь. Все увиденное казалось нереальным, не связывалось в складную картинку. Можно допустить, что не было денег на навигатор, и человек по незнанию зашел в ядовитую зону и умер от отравления. Возможно, есть объяснение, зачем он разоделся в праздничные цвета. Но это счастье на лице не давало покоя. Под телом явно находилось что-то еще, так как оно размещалось почти по верхнему краю ящика, но содержимое прикрывала расстелившаяся при погрузке по всему периметру ткань свободного одеяния.

Робот, не останавливаясь, проехал мимо. Затрещали камешки под ним. Порыв ветра поднял облако пыли, которая просочилась под очки и вынудила зажмуриться. Яндэр прислушивался к удалявшемуся шороху колес. Воздух встал. Пылинки осели. Погрузчик заехал в кузов грузовика. «Откуда он взялся? Как я его не заметил?» — подумал Яндэр. Автоматическая дверь закрылась, и автомобиль уехал, поднимая вслед за собой клубы пыли. Странное действо застряло в голове. Яндэр еще какое-то время побродил по округе, но ничего интересного больше не снял. Зафиксированный сюжет ему показался интригующим, и он отправился в обратный путь.

Дома новоиспеченный блогер загрузил видео в сеть. После избавления от вездесущей пыли с пустоши он включил проигрыш снятого материала. Ролик замер на крупном плане трупа. Поверх появилось изображение навигатора. Голос диктора произнес:

— Собрался за город? Почасовая аренда навигатора опасных мест спасет твою жизнь.

На экране выпрыгнуло окошко: «Войди в аккаунт».

— Не понял, — возмутился Яндэр.

Он попытался войти в свою учетную запись, но система отказала. А при попытке сбросить настройки получил сообщение: «Аккаунт принадлежит другому пользователю».

— Да чтоб тебя расщепило!

Он не готов был смириться с тем, что его в очередной раз выкинули за борт. Это его видео и его страница. Поспрашивав знакомых, он нашел нужного специалиста.

Вечером в почти пустом «Приюте человека» Яндэр сидел за столиком с женщиной лет тридцати пяти со странными торчащими разноцветными прядями волос, у которой по рекомендациям знающих людей попросил помощи. Перед ними стояли две чашки с напитками.

— Что, совсем безнадежно? Мне сказали, ты можешь все, — с ноткой отчаяния произнес Яндэр.

— Акк увел кто-то важный. Там защиту фиг взломаешь, — уверенным тоном, пресекающим дальнейшие споры, ответила собеседница.

Яндэр расстроенно вздохнул, постучав кончиком пальца по теплой чашке. Он чувствовал, что мир стал враждебным, словно старающимся вышвырнуть его из своего лона в черное небытие. Злость зародилась и разрасталась, стремясь заполнить каждую клеточку, подпитывая решимость добиться желаемого.

— Смирись и заведи новый. Тратить прорву времени на возвращение нерационально, — видя сомнения собеседника, дала непрошеный совет женщина.

Яндэр неспешно провел взглядом по помещению, о чем-то размышляя. Повисла пауза. Они отпили из чашек.

— Не мое дело, но подумай, что ты там такое выложил.

Яндэр озадаченно посмотрел на спутницу.

— Ты же понимаешь, что не конкурент ИИ-шкам с их качеством, скоростью и аналитикой.

Яндэр согласно кивнул, сделав вид, что вполне понимает, о чем речь, хотя впервые узнал, что и в этой сфере человека заменил искусственный интеллект.

— Значит, есть что-то, что привлекло внимание, — настаивала на своем собеседница и прокрутила толстое, гладкое колечко на указательном пальце.

Яндэр задумчиво уставился в свою чашку, барабаня костяшками пальцев по столу. Вот уж что-что, а встревать во что-то, сулящее неприятности, он точно не планировал. Ощущение, что вселенная его невзлюбила, нарастало. А вместе с ним пока тихо, но назойливо звучала мысль о тщетности любых усилий. Желание подчиниться под давлением внешних обстоятельств и принять новую неприглядную реальность боролось с желанием продолжить борьбу за право самому определять свою жизнь.

Когда Яндэр остался один, он погрузился в воспоминания. Пережитые события порождали тревожные мысли, заставляя возвращаться к оставшимся в прошлом потерям. Он подумал, что, кажется, теперь понимает, что имел в виду Юзиэ тогда, когда Яндэр делился эмоциями после ссоры с Асеорэ.

— Представляешь, он на меня накинулся из-за каких-то непонятных неудачников. Что я такого сказал? — возмущался он, пока нервно ходил туда-сюда по комнате.

Юзиэ отвлекся от дел и внимательно слушал, хотя в его обязанности входило лишь обслуживать технику в родительском доме мальчика. Поток жалоб иссяк. Полный надежды детский взгляд застыл в ожидании. Молчание.

— Мир устроен несколько сложней, чем ты себе воображаешь. Результат не всегда напрямую зависит от приложенных усилий. Не все даже в собственной жизни подвластно самому человеку, — прервал тишину Юзиэ.

Яндэр непонимающе отмахнулся, взял тюбик из ящика инструментов и стал смазывать робота-няньку. Юзиэ вернулся к роботу-уборщику.

«А есть ли выбор или лишь иллюзия?» Яндэр тяжело вздохнул и мотнул головой. Уголки губ дернулись.

IV

В комнате окно во всю стену плотно закрывала штора. Размеренный звук постоянно работающих кулеров вводил в легкий транс. Царил бардак. Объедки, местами заплесневевшие, в раскрытых упаковках занимали большую часть стола. Несколько пустых бутылок, одна с остатками изумрудной жидкости на дне, выстроились в ряд между креслом и диваном.

В кресле сидел, лениво развалившись, Яндэр с многодневной щетиной и давно немытой головой. Потухшим взглядом он пялился в выключенный экран, растянувшийся почти на всю стену над столом. Ничто в целом мире его не интересовало. И этот внутренний мертвый покой его устраивал.

В двери зажегся маленький встроенный дисплей: на лестничной площадке ждал небольшой робот-доставщик.

— Впустить? — спросил электронный голос.

Яндэр повернул голову и отстраненно ответил:

— Нет. Забери.

Ко входу изнутри комнаты подошел милый гуманоидный робот на голову ниже хозяина с округлыми формами и надписью на корпусе «Н-17», открыл люк, через который забрал коробку у доставщика. Экран погас. Робот направился к Яндэру. Мягким, имитирующим человеческие интонации голосом Н-17 оповестил:

— Счет приближается к нулю.

Хозяин безразлично посмотрел на него и с трудом сглотнул слюну. Робот поставил полученную упаковку рядом с ним и участливо спросил:

— Убраться?

Яндэр раздраженно отмахнулся:

— Нет. Отстань, надоел.

Н-17 отошел в сторону. Яндэр потянулся к коробке, равнодушно заглянул внутрь, захлопнул ее и вновь замер.

В состоянии почти полного отсутствия желаний, чувств, действий и даже мыслей он провел несколько дней. За это время увеличилось количество хлама. Бутылочный строй пополнился новыми членами.

Яндэр лежал, свернувшись калачиком на кровати лицом к стене. Голова трещала. Оба экрана внезапно зажглись, отображая одно и то же: огненно-красный яркий ноль на черном фоне. Мониторы синхронно замигали. Ноль заговорил оптимистично, громко:

— Твой счет обнулился, и ты больше не можешь ничего купить.

«Вот так радость», — зло подумал Яндэр и рявкнул:

— Вырубись, чтоб тебя расщепило!

Ноль на экранах уменьшился, вырисовалось белое мультяшное схематическое лицо. Ноль окончательно превратился в рот. Лицо выражало радость и позитив.

— Не отчаивайся! Есть еще то, в чем люди незаменимы. Ты можешь быть полезен обществу и исправить свое положение.

Яндэр закрыл уши ладонями, зажмурился. Это не помогло. Слишком громко.

Изображение сменилось: крупным планом мужчина лет тридцати пяти в новом дорогом костюме, идеально сидевшем по фигуре, с уложенной волосок к волоску прической, гримом, скрывавшим все недостатки и не раздражавшим глаз зрителя вальяжно сидел в глубоком кресле. В участочек окна, будто по неосторожности попавший в кадр, виднелась зеленая листва. Герой ролика заговорил:

— Еще совсем недавно я чувствовал себя выброшенным из жизни, ненужным, лишним в этом мире.

Он излучал уверенность и удовлетворенность жизнью, но что-то неуловимое в его поведении, манере говорить и интонации, где-то на бессознательном уровне, вызывало в зрителе зудящее сомнение.

Во время речи Яндэр встал с кровати, подошел к компьютеру, случайно пнув по дороге одну из бутылок, которая упала, покатилась и, звякнув при столкновении с соседней, остановилась, и нажал кнопку отключения. В углу экрана поверх продолжающегося ролика быстро мелькнуло всплывающее окно: «Доступ к управлению заблокирован». «Что за ерунда», — подумал Яндэр.

На заднем плане на видео проехал робот: пипидастр смахнул пыль со спинки кресла, рука сняла волосок с костюма и подняла соскользнувшую с другого манипулятора рубашку. Улыбка не сходила с гуманоидной головы. Между тем мужчина продолжал:

— Моя жизнь, казалось, лишилась всякого смысла. Теперь же я полностью ею удовлетворен.

Яндэр шлепнулся в кресло, помассировал виски, сглотнул слюну и уставился в экран. За спиной персонажа ролика подошла сексапильная женщина, остановилась, плавным движением коснулась его плеча. На ее запястье блеснула тонкая серебристая металлизированная полоска. Яндэр подался вперед и прищурился, разглядывая ее, пока она не ушла из кадра. Откровения изливались дальше:

— Я открыл в себе силы и способности, о которых даже не подозревал, благодаря участию в реалити-шоу.

«Интересно, какие? Отделять разум от тела, чтобы не сойти с ума?» Яндэр уже не противился и внимательно смотрел. Картинка сменилась: молодая привлекательная женщина со счастливой обворожительной улыбкой и смеющимися глазами вошла в кадр, села перед камерой и небрежно поправила непослушный, падающий на глаза локон. Несколько секунд она сосредоточенно теребила край рукава. Затем устремила взгляд прямо в камеру так, что у Яндэра возникло ощущение, что она смотрит ему в глаза и будет говорить именно с ним.

— Когда я соглашалась на участие в эксперименте, мне было страшно, безумно страшно, — мягким, бархатным голосом произнесла она.

Яндэр, не отвлекаясь, пялился на монитор, чуть подавшись вперед. Ему нравилась эта женщина на экране. Ее поза стала раскованнее, ушло напряжение. Она двигалась свободно.

— Я напридумывала себе столько ужасов. Даже смешно теперь вспоминать, — она повернула голову в профиль, слегка помотала ею, глядя вниз и улыбаясь. Посмотрела прямо в камеру и продолжила: — Все оказалось так прозаично и скучно.

Монитор погас. «Ну да, участвовать в экспериментах весело и приятно». Яндэр откинулся на спинку кресла и сидел, уставившись вдаль. Он осознавал, что, как бы ему ни хотелось остаться здесь, вдалеке от внешнего мира, от людей, от вызывающей отторжение реальности, настало время сделать над собой усилие и выйти наружу.

V

Пункт раздачи питания от улицы отделяла стеклянная стена. На внешней стороне автоматической двери красовался до боли знакомый желто-оранжевый человечек в руках робота. Яндэр вошел во вместительное, хорошо освещенное помещение, большинство посетителей которого были одеты в невзрачные, одинаковые серо-голубые вещи. Все его нутро противилось неизбежному, вынужденному слиянию с этой однородной, казавшейся безликой массой. Он собрался уйти, но пересекся взглядами с мужчиной лет тридцати в такой же серо-голубой одежде, как у других, стоявшим в глубине зала и разговаривавшим с одним из посетителей. Мгновение. Узнавание. Нет, не теперь. Он сделал несколько шагов в сторону от двери и остался.

Вместо дальней стены выстроились в ряд полностью автоматизированные окна выдачи питания. Над каждым из них находилось электронное табло, на котором загорался номер. Подходил посетитель. Его идентифицировали встроенные датчики. Открывалась створка. Выезжал поднос с упаковкой. Ее забирали, поднос задвигался, окно затворялось, на табло менялось значение, и весь процесс повторялся.

Пространство тонуло в гомоне. Яндэр осмотрелся. Его знакомый свернул беседу и направился к нему, разводя руки и дружески улыбаясь. Яндэр поднял левую руку и на уровне груди развернул ладонь от себя. Мужчина ответил на приветствие, прикоснувшись левой ладонью к подставленной руке.

— Какое невероятное событие, — весело произнес он, одаривая мягким, добрым, смеющимся взглядом.

Яндэр попытался скрыть дискомфорт за улыбкой, но она вышла натянутой.

— Столько лет прошло, Асеорэ. Смотрю, ты здесь плотно обосновался, — нарочито задорно ответил он.

— Меня зашел проведать? Проходи, будешь тут как родной, — продолжил обмен колкостями собеседник.

Он, посмеиваясь, обнял за плечи и проводил новоприбывшего вглубь помещения, приговаривая:

— Докатился. Бывает. Скоро все здесь окажемся. Интересно, что тогда будет?

— В утиль спишут дармоедов. Сборище лишних людей, — Яндэр скинул вымученную улыбку и искусственную веселость.

Асеорэ прищурился и с сомнением покачал головой. Оба замолчали. Яндэр принялся рассматривать посетителей вокруг и вскоре прервал паузу:

— Кого-нибудь еще из нашей прежней компании встречал здесь?

— Здесь — нет. Как-то занесло меня на окраины. Вот там видел Имилу с Умцером. Светились от счастья, разодеты, как на праздник, в желто-оранжевые блестящие балахоны.

— Рассказали, чему так рады?

Асеорэ с досадой отмахнулся:

— Да ну их. Сделали вид, что мы не знакомы.

Яндэр кивнул, будто ждал именно такого ответа.

— Этот вид они приняли довольно давно.

— С тобой.

Яндэр вздернул брови.

— Серьезно? Ты что, не знаешь? — весело, удивленно уточнил Асеорэ.

Яндэр в еще большем недоумении развел руками. Собеседник, смеясь, принялся объяснять:

— Их же Юзиэ отвадил, когда они в своих белоснежных костюмчиках начали о распрекрасном Зето вещать.

Только сейчас Яндэру открылась причина внезапного исчезновения из его жизни двух друзей детства. Он задумался, потер подбородок.

— Впрочем, они уже с того времени странными стали, а вскоре прекратили общение с кем-либо вне этой своей секты.

Разговор прервался. Толпа уже не казалась однородной. Часть посетителей сбивалась в группы и активно общалась. То тут, то там стояли особняком одиночки. Яндэр, встретив растерянный или цепкий оценивающий взгляд, решал, что человек — новичок, как и он. Через некоторое время Асеорэ продолжил:

— Слышал, Юзиэ пропал. Выяснил что-нибудь?

Яндэр помрачнел, вздохнул.

— Интересно, что еще ты обо мне знаешь. Нет. Не выяснил. Как растворился.

— Не он один. Не он один.

В помещение вошла группа из пяти человек, одетых в одинаковые костюмы и шлемы: визор на уровне глаз, под ним фильтр и сбоку ретранслятор речи. На руках перчатки. У вооруженной небольшими ружьями пятерки на поясе у каждого висело по несколько прямоугольных идентичных устройств, прикрепленных карабинами.

Посетители замолчали. Оглушительно громко звучало шорканье заслонок окон выдачи. Один из пятерки остался на входе и приклеил приспособление с пояса на стену. Распахнутая дверь отключилась. Остальные четверо быстро прошли прямо к окнам раздачи, выбирая те, в которых открыты створки. Компании в серо-голубом вернулись к прерванным разговорам только вполголоса. Налетчики прикрепили блокировщики на стены рядом с проемами. Оттолкнули посетителей, забрали упаковки, запрыгнули на подносы и через отворенные окна вытянули еще некоторое количество свертков, находившихся по ту сторону. Их действия выглядели хорошо скоординированными. У троих из них все прошло без малейшей заминки.

— Грабят! — завопила женщина в черном.

— Тшш, — зашипели несколько клиентов в серо-голубом вокруг нее и жестами показали держать рот закрытым и успокоиться.

Женщина, испуганно хлопая глазами с накапливающейся слезой, замолчала.

Один из посетителей возле незанятого налетчиками окна внимательно наблюдал за их действиями. Когда створка открылась и для него выехала упаковка, он переставил ее в просвет, попытался пролезть в проем, но заслонка сработала и, больно ударив, зажала наглеца. Электроды окна выстрелили. Запахло озоном. Тело неудачника-бунтаря выгнулось судорогой, вырвалось из-под створки и упало обездвиженное на пол. Яндэр вздрогнул, словно это его шарахнуло разрядом. Окно пришло в исходное положение, табло над ним приглашало следующего.

— Согласна. Хорошо бы, добавили фасоны на выбор, — продолжалось тихое обсуждение за спинами друзей детства.

— Ага. Я бы цвет сменил. Этот мне не идет. О, моя очередь. — Говоривший прошел под табло со своим номером, получил сверток, улыбнулся на прощание собеседникам и покинул помещение.

— Да где охрана. Они же нас без еды оставят, — громко возмутился крупный мужчина в клетчатой рубашке.

Многозначительно уставились на него люди в серо-голубом. Шорк.

— Хватит, — отрезал кто-то.

Мужчина сжался под тяжестью взглядов и отступил за спины толпы.

Клиенты в серо-голубом как ни в чем не бывало забирали свои упаковки в действующих окнах и уходили. Налетчики их не задерживали.

Гость возле окна в момент начала налета несколько раз обернулся. Когда выехала упаковка, вытер ладони об одежду, взял сверток, прижал к себе. Шоркнула створка. Получатель оглянулся, торопливо пошел к выходу, остановился напротив дежурившего у входа. Дозорный кивнул молчаливо вопрошающему на дверь. Посетитель вышел и, оказавшись снаружи, кинулся опрометью прочь с улицы.

Беседа друзей детства прервалась. Асеорэ сохранял расслабленное спокойствие, только взгляд внимательно следил за всем происходящим. Яндэр крутил головой, пытаясь понять, что делать. Сердце колотилось, и казалось, что окружающие слышат его удары. Мысли замолкли. Асеорэ потянул за локоть и прошептал:

— Не суетись. Они не трогают людей.

Один из налетчиков подошел к окну, когда то закрывалось. Шорк. Датчики просканировали шлем. Выскочили электроды и ударили разрядом тока нераспознанного претендента. Снова запахло озоном. Вокруг грабителя разлетелись искры. Он захохотал и приклеил блокиратор к стене.

— Ух, хорошо. Иди поможешь, — с задором скомандовал нападавший, поворачиваясь к ближайшему посетителю, схватил того за шиворот и подтащил к сканеру.

Схваченный дрожащий человек подчинился. Сканер распознал лицо. Шоркнув, открылось окно. Выехал поднос с упаковкой. Налетчик легонько хлопнул по блокиратору. Система выдачи отключилась. Он оттолкнул уже ненужного посетителя, бросив излишне вежливо:

— Благодарю за помощь.

Посетитель кивнул в ответ, проглотил слюну, отступил на пару шагов и вжался в стену между окнами. Налетчик запрыгнул на поднос, занырнул в проем и выгреб оттуда несколько упаковок. Остальные его соратники складывали добытое в рюкзаки. Тот, что стоял у дверей, постоянно вертелся, держа во внимании и то, что происходит внутри, и то, что снаружи. Он остановился лицом к улице, всмотрелся.

— Стражи! — отрывисто оповестил он подельников.

Налетчик, дальше других находившийся от входа, взглянул на дозорного, который повторно оценил обстановку и показал на пальцах три. Вышедший со сторожевым на зрительный контакт надел рюкзак, резко, коротко свистнул, привлекая внимание остальных. Замешкавшийся подельник вылез из окна. Он встретился взглядом со свистевшим главарем. Тот постучал по запястью, подгоняя. Собравшаяся троица налетчиков двинулась к выходу.

Отстающий кивнул, ускоряясь, сгреб добычу в рюкзак, снял блокиратор и догнал компанию возле входа.

У дверей путь грабителям преградили трое роботов-полицейских. На стражах мгновение помигали датчики: система выдачи отчиталась. Сканеры в корпусе испустили лучи и считали пространство вокруг. Стражи навели электрошокеры, встроенные в руки каждого из них, на троих налетчиков. Одновременно с этим два робота развернули тела лицевой стороной к оставшимся вне контроля нападавшим на пункт.

Параллельно стражам грабители взяли противников на прицел ружей, переглянулись. Почти синхронно произошли выстрелы. В корпусе двух роботов открылись шахты. Разряды шокеров попали в цель. Трое налетчиков оказались в облаках дыма и искр. Сильнее прежнего запахло озоном. Просвистели тонкие сверхпрочные сети. Щелкнув переключателем на боковой поверхности ружей, пара грабителей выстрелила. Из дул вырвались потоки, объятые плотным белым туманом. Резкий взлет, как взмах крыла. Под струями осыпались осколки. Половины разорванных сетей, едва коснувшись налетчиков, пролетели за их спины и упали на пол. К корпусам роботов примагнитились небольшие плоские, круглые электроды, связанные проводами с ружьями, из которых они вылетели. Полицейские мгновенно застыли, изнутри послышались тихие звуки хлопков. Через стыки деталей тел вырвались еле заметные струйки дыма. Корпуса слегка подернуло вибрацией. Все стражи окончательно замерли. Завоняло сгоревшей проводкой. Нажатием кнопок на колодках ружей были отключены магниты электродов, и конструкции на огромной скорости вернулись в дула. Дым и искры вокруг нападавших рассеялись. Люди остались невредимы. Отстававший весельчак радостно захохотал. Главарь повернулся к посетителям.

— Не скучайте, господа благодетельствуемые.

Налетчики ушли, волоча за собой роботов-полицейских. Дозорный вышел последним, сняв со стены блокиратор. Дверь за ними закрылась. На улице грабители грубо свалили стражей на землю и скрылись из поля зрения наблюдателей из пункта за ближайшим поворотом.

Спокойно следивший до этого за происходящим Асеорэ мгновенно сорвался с места, хлопнул попутно растерянного Яндэра по плечу, и скомандовал:

— Пойдем, поможешь. У нас мало времени.

Яндэр не понял, что от него хотят, но тем не менее пошел за товарищем, который по пути тем же касанием к плечу обратил внимание женщины в серо-голубом и коротко приказал:

— К дверям.

Посетительница кивнула и быстро пошла к выходу, где заняла пост наблюдателя за улицей. Асеорэ подвел Яндэра к лежащему без движения неудачнику-бунтарю. Они его подняли и вынесли наружу.

К пункту подъехал покрытый тонким слоем пыли автомобиль. В салоне сидел один человек, который им управлял. Не заглушая двигатель, водитель изнутри открыл заднюю дверь. Когда мятежника клали на сиденье, Яндэр обратил внимание на крупный шрам от ожога у него справа на шее. Дверь закрылась, и машина сорвалась с места. Взгляд Яндэра упал на валявшихся стражей. Из их тел все еще шли тоненькие струйки дыма, и пахло гарью. В висках пульсировало. Во рту пересохло.

Асеорэ, Яндэр и женщина вернулись в помещение. Их встретили несколько напряженных взглядов людей в своей одежде.

— Лучше обо всем забыть, — мягко пояснил Асеорэ другу.

— А как же?

— Камеры? Забудь. Никто не увидит.

Пункт выдачи продолжил работу. Гомон голосов вернулся. Перепуганные, взбудораженные новички сбились в группки и активно обсуждали произошедшее. Любопытство подзуживало и не давало Яндэру удовольствоваться полученными успокоительными уверениями.

— И часто пункт грабят? — спросил он у Асеорэ.

Собеседник смерил его взглядом. Вздохнул.

— Ежедневно. Каждый пункт выдачи.

— Чтоб их расщепило. И кто-то уйдет ни с чем? Зачем? И так же всем нуждающимся помогают.

Асеорэ добродушно улыбнулся.

— О мотивах спроси у них в следующий раз. Это одна и та же группа. Не переживай, паек достанется каждому пришедшему.

На улице несколько подоспевших стражей погрузили отработавших соратников в спецтранспорт и увезли.

— А того типа кто и куда забрал?

Асеорэ безмолвно оценил Яндэра, решая, какой степени откровения заслуживает он.

— Считай, что ты помог торжеству справедливости. Никто не должен за глупость платить несоразмерную цену.

— А это не потянет на соучастие?

Асеорэ расплылся в улыбке.

— Ты забываешь, что Маренав — необычный город. В нем каждому позволено несколько больше. Спокойствие масс первостепенно.

Яндэр понял, что товарищ намеренно не договаривает. Он кивнул. Ему стало грустно от осознания, что трещина в их отношениях на месте. Асеорэ не доверяет ему. Да и стоит ли рассчитывать на возобновление дружбы спустя столько лет?

VI

Яндэр вышел из пункта раздачи, держа в руках упаковку с надписью «Корпорация заботится обо всех». Из ретрансляторов по улице разливалось приятным бархатным женским голосом приглашение:

— Будь полезен обществу. Участвуй в экспериментах.

Его сменяло другое, произнесенное твердым низким мужским:

— Богатство, известность, новые возможности — все это может быть твоим. Стань героем реалити-шоу. Открой в себе неизведанное.

К Яндэру подошел незнакомец в зеленом костюме и перекрыл дорогу, не давая пройти. Уставившись бездонными гипнотизирующими темными глазищами, в которых радужка почти отсутствовала, заявил неожиданно чересчур высоким голосом:

— Хочешь попасть в зеленый мир Зойисары? Наслаждаться пением птиц, увидеть, как плещется в озере рыба?

Яндэр сделал широкий шаг в сторону, пытаясь обойти агитатора, но тот мгновенно среагировал и сместился в том же направлении практически синхронно, продолжая вдохновенно вещать:

— Великий Разум укажет путь. Я могу стать твоим проводником к Великому Разуму.

Пока они топтались из стороны в сторону, успели друг друга рассмотреть. Ярко-рыжему, миловидному, подтянутому Яндэру, внешний вид которого заявлял: «У меня все отлично», — чему противоречил потерянный взгляд, противостоял мужчина с черными, как смоль, волосами, гладко уложенными назад. Зеленый костюм идеально сидел по фигуре. Увесистая, квадратная челюсть на фоне впалых щек угрожающе напрягалась в паузах. Агитатор ни на секунду не отводил глаз, от чего оппонент чувствовал себя некомфортно.

— Отвали, чтоб тебя расщепило!

Яндэр сжал кулаки, с трудом сдерживая порыв кардинально решить проблему в лице навязчивого, раздражающего агитатора. Уверенные шаги за его спиной звучали все громче. Кто-то потянул за локоть. Яндэр потерял равновесие и двинулся в заданном направлении. Восстановив баланс, он развернулся и замахнулся свободной рукой. Япитэ усмиряюще выставил ладонь. Кулак застыл ничтожно близко от контакта. Яндэр глубоко вдохнул. Тесный проулок. Запах отсыревшей пыли. Зовущий за собой жест кисти. Яндэр успокоился и покорно последовал за проповедником.

— Ты будешь жить триста лет без всяких лишений! — не унимаясь, прокричал вслед агитатор.

— Ага, конечно, как же иначе, — чуть слышно возразил Япитэ и, глядя на упаковку в руках Яндэра, в полный голос добавил: — Есть у меня для тебя предложение поинтересней, чем утонуть в этом болоте благодетельной корпорации. Если, разумеется, у тебя самого нет желания добраться до дна и узнать истинную цену вот этого.

Проповедник указал на то, что держал собеседник, и посмотрел вопросительно. Яндэр чуть склонил голову набок и медленно кивнул то ли из любопытства, то ли из благодарности за освобождение от назойливого типа, а то ли от вернувшейся надежды наладить жизнь. Они подошли к зданию с вывеской над входом «Церковь Глизе».

Еще лет пять назад это был старый заброшенный храм давно угасшей религии. В свое время его построили из экспериментальных сверхлегких и прочных материалов, что позволило создать иллюзию невесомости и парения над землей. Архитекторы постарались на славу. Даже сейчас, когда использованные технологии давно стали обыденными, сооружение впечатляло, вызывая невольный восторг при созерцании устремленной вверх формы и ажурной изрезанности фасадов.

Яндэр остановился и с сомнением посмотрел на вывеску. Сегодняшний день все больше открывал мир с доселе неизвестных сторон, затягивал, словно в водоворот, в непонятные ему события, делая его активным участником там, где, по его смутным догадкам, он предпочел бы остаться в стороне, имея полное представление о сути происходящего. Проповедник, проследив за его взглядом, успокоил:

— А, нет, не переживай, я не об этом.

За дверями церкви без непрекращающегося гула электроники шаги звучали громче и четче. Япитэ проводил спутника в небольшую комнату, обустроенную под личный кабинет, где стал что-то искать на полках. Посетитель беззастенчиво осматривался так, будто попал в музей древностей.

— Эдак вы скоро от электричества откажитесь.

Яндэру казалось, что он переместился во времени лет на пятьсот назад: ни одного электронного устройства, полки и стол завалены бумагами. Лишь доносившиеся с улицы звуки напоминали о реальности. На видном месте лежала старая хорошо сохранившаяся книга «Искусственный неискусственный. Симбиот». Яндэр потянулся к ней, спросив хозяина:

— Можно?

Проповедник быстро глянул, чтобы узнать, что заинтересовало гостя, и кивнул. Яндэр взял книгу и стал ее рассматривать. На темно-синей обложке, помимо названия, был нарисован нейрон, тянувшийся и прораставший своими отростками в схематически изображенную нейросеть. На обратной стороне внизу красовалось «7 ЭС». Стукнул ящик. На случайно открытом развороте в верхней части обеих страниц значился заголовок «Создатели Симбиота». Справа находился длиннолицый, седовласый, лопоухий мужчина с лучиками морщин у глаз, придававшими добродушности лицу. Ниже — подпись: «Врач, нейрофизиолог Юшиэ Жаливор. 60 до ЭС — 3 ЭС». Слева смотрел гладко выбритый мужчина лет сорока с хвостом темных волос, нижней губой заметно толще верхней. Под ним — две строчки: «Профессор Вотрод, физик. 113 до ЭС».

— Да где ж она? — буркнул хозяин.

Яндэр перелистнул сразу несколько страниц, снова открыв разворот с картинками. Справа размещалась фотография огромного дата-центра, слева — большая капсула, верхнюю стеклянную, покрытую с внутренней стороны тонкой, густой металлической сетью часть которой заполняла прозрачная вязкая желтоватая жидкость с плавающим в ней человеческим живым головным мозгом. Сосуды, обеспечивавшие питание органа, спускались в нижнее непросматриваемое отделение корпуса. Над изображениями на каждом листе располагался подзаголовок: «Устройство Симбиота».

— Как думаешь, в основе Симбиота действительно настоящий мозг?

Япитэ пожал плечами. Тем временем он отыскал искомое, повернулся к гостю и протянул клочок бумаги.

— Вот, держи. Правда, может, уже нашли кого. Сам знаешь, сейчас рабочие места не пустуют.

Маленький гладкий, немного скользкий кусочек содержал контакты и имя, записанные от руки.

— Япитэ, откуда? Почему сам не воспользовался?

— Я не могу. Здесь много дел.

Проповедник обвел руками свои владения.

— А тебе должно подойти, хоть там и специфические условия.

— Почему место освободилось? В чем специфичность?

— Да я не знаю. Приятель, что сообщил о наличии вакансии, толком ничего не объяснил. Будешь только ты и техника.

— Хм.

Яндэр ухмыльнулся и кивнул, решив, что бывший коллега и вправду нашел свое место. Япитэ уселся в кресло и теперь смотрел на осчастливленного собеседника снизу вверх. Они замолчали.

— Ах да, — прервал паузу гость, протягивая все еще находившуюся в его руках книгу. — Где взял такую древность? Уж не планируешь ли сменить деятельность?

Хозяин забрал ее и положил на стол перед собой.

— Один из наших дал почитать. Профессиональный интерес. — Он замолчал и через некоторое время продолжил: — Профессии нет, а интерес остался. Хотя я бы не отказался попасть в команду Симбиота. Грандиозный проект.

Яндэр подставил левую руку на уровне груди. Япитэ встал, ответил на жест и проводил гостя до двери. Хозяин вернулся за стол. Гладкие страницы зашуршали под его пальцами. В голове пронеслось, что оказаться в команде Симбиота стало бы отличной возможностью, чтобы уничтожить этого пожирателя жизней.

Раздался одиночный стук. В кабинет вошла девушка с задорными косичками.

— Тук, тук, — сказала она и закрыла за собой дверь. — Прихожане ждут.

— Угу, — ответил Япитэ и отложил книгу. — Уже иду.

— Да, и Исила просил узнать, будет ли вечером посвящение новых адептов?

— Двух. — Хозяин подошел к выходу, открыл его, одной рукой коснулся плеча собеседницы, а второй пригласил ее покинуть комнату.

Девушка кивнула. Они расстались.

Гость вышел на улицу. Ретрансляторы продолжали зазывать добровольцев. Яндэр остановился возле урны. Повертел бумажку в руке. Его взгляд несколько раз метнулся от урны к листку и обратно. Мимо него в церковь прошли двое.

— Я тебе говорю: «Н-25» — отличная модель. Пока мы будем помогать другим прихожанам, он замечательно справится с присмотром за детьми, — настойчиво убеждала дама спутника.

Пара скрылась за дверьми храма. Яндэр обернулся им вслед и широко улыбнулся, подумав, что все-таки последователи лукавят, и сунул клочок в карман. Вздохнул. «Если окажется очередной приманкой, откажусь,» — решил он.

VII

Вакансия оказалась свободной, словно дожидалась Яндэра. Как ни странно, но приемом на работу занимался человек, который и сообщил условия. Они устраивали кандидата, полюбившего одиночество за последние недели своей отшельнической жизни.

Большой космический корабль, на котором они добрались от родной планеты Мокоши до Симарглива, остался на орбите. После посадки космического малого корабля, к нему выехали из-под земли через открытые шахты тяжеловесные роботы-погрузчики. Яндэр вслед за нанимателем вышел наружу. Компрессионный костюм сдавливал нижнюю часть тела. Дневной свет на несколько секунд ослепил. Жаркий влажный воздух заполнил легкие. Дыхание участилось. Движения давались с усилием, несмотря на тренировки, словно тело прилепили к земле тягучей паутиной. Спрятав в прохладе салона людей, автомобиль помчался к прозрачному куполу, существование которого выдавали только рельсы, устремляющиеся от земли к его центру. Ворота распахнулись. Яндэр открыл окно. По эту сторону воздух оказался комфортным. Вдох полной грудью. В нос ударил аромат, который не с чем было сравнить мокошанину: приятный, свежий, со сладкими, кислыми, пряными, металлическими нотками, а также напоминающими мокрую почву и что-то еще нераспознаваемое. Яндэр всю дорогу крутил головой, рассматривая растения, поскольку видел их до этого только на картинках. Проснувшееся в нем детское любопытство подзуживало остановиться, подойти поближе, чтобы разглядеть, пощупать, а то и попробовать на вкус эти диковинные для него объекты. Мимо пролетали сектора правильной геометрической формы с разными культурами внутри и широкими дорожками между ними. Температура, влажность и запах воздушного потока менялись по ходу движения. Повсюду торчали столбики с датчиками контроля. То тут, то там сновали роботы.

Автомобиль промчался вглубь плантаций к цилиндрической башне метров семь в высоту и остановился на парковке перед ней. Люди прошли в здание. Шаги отдавались эхом, которое растворялось в привычном гуле техники. Прошли между «мозгами» местного искусственного интеллекта и системами обслуживания, зарядки и ремонта всей техники. Яндэр с провожатым на прозрачном лифте поднялись на верхний этаж. Кабина выпустила пассажиров в круглом помещении. Рабочая комната занимала весь уровень. На изогнутой вдоль периметра прозрачной стене мелькали какие-то цифры. В глаза сразу бросилось отсутствие тянущихся вверх предметов, способных закрыть обзор. Из любой точки комнаты легко просматривались окружающие владения.

Долговязый мужчина по-детски развлекал себя тем, что раскручивал кресло, в котором сидел, отталкиваясь от стола. Оказавшись лицом к прибывшим, он остановил вращение и расплылся в улыбке, подскочил и ринулся навстречу, широко расставляя руки, словно собирался их обнять. Но удержал порыв и, когда приблизился к людям, лишь похлопал по плечу каждого собеседника свободной от традиционного приветственного жеста кистью.

Наниматель холодно ответил коротким касанием ладони и отрывисто бросил сменяемому:

— Принимай замену. — И добавил, уже обращаясь к Яндэру: — Он все покажет, объяснит. — Следующая фраза улетела в пространство: — Сим, у тебя на этот год новый напарник, знакомься.

Мужской голос с электронными нотками, но с живым правильным интонированием ответил:

— Добро пожаловать, Яндэр Фимстод, на пару с Япитэ Гестодом создавший первого «Вершителя». Рад новому знакомству.

«Сам разрушил», — электрическим разрядом стрельнуло в голове. Яндэр прищурился на секунду, спрятал в карман задрожавшие руки, глотнул слюну.

— Спасибо, Сим. — Чуть помолчав, неуверенно добавил: — И я рад.

Сменяемый захохотал и подбадривающе сообщил новенькому:

— Она уже все про тебя знает. — И куда-то в сторону, обращаясь к Симбиоту, продолжил: — Ведь так, Сими?

На этот раз по помещению с легким эхом разнесся в ответ женский голос:

— Конечно, я готовилась.

Яндэр вздернул брови и показал два пальца.

— Нет, Симбиот один единственный. Просто он так заботится о местном обреченном, вверенном под его надзор человечке. Подумай, кого хочешь ты? — сквозь смех объяснил долговязый мужчина.

— Кстати о людях, а что случилось с моим предшественником? — решил разузнать Яндэр, интриговавшую его информацию.

Сменяемый подошел вплотную, приобнял за плечи, заговорщически склонил голову ближе к нему и, странно хихикая, прошептал:

— Преинтереснейшая история.

Разместившийся на диване наниматель многозначительно взглянул на излишне болтливого дежурного, и тот замолчал. На вопрос же новенького отрывисто кинул, тоном не допускающим дополнительных расспросов:

— Условия не подошли.

Сменщик радостно уточнил:

— Непереносимость, — и отпустил Яндэра.

Наниматель оттянул сдавливавший шею воротник. Долговязый мужчина подошел к столу, положил руку на верхнюю грань стоящего на нем экрана и монотонно сообщил:

— Здесь выводятся изображения с внешних камер наблюдения. Переключение производится искусственным интеллектом либо в случае, если в поле зрения какой-то камеры что-то происходит, либо по требованию человека.

Он подошел к окну, коснулся стекла. Поверхность отозвалась легкой вибрацией. Указательные и большие пальцы свели крест, скользнув по холодной, колеблющейся под ними глади. Панель мигнула и покрылась набором миниатюрных изображений.

— Так можно посмотреть ближе, что происходит внутри периметра. Честно говоря, хоть и придумано для быстрой оценки поломки, я использовал только как средство от скуки.

Обратное движение пальцев вернуло статистику. Он махнул рукой, зовя за собой. Оба вахтера спустились на этаж ниже в квадратный коридор с четырьмя дверями. Открывая их по очереди, долговязый комментировал:

— Спортивный зал… Кухня.

Они вошли в помещение. Над столами с кухонной техникой висел дисплей.

— Составляешь меню. Робот готовит. Забираешь и наслаждаешься. Готовит отменно.

Яндэр заглянул в ящик под столом. Там лежали разнообразные упаковки быстрых закусок. Сменщик махнул зазывающе рукой.

— Санузел и спальня. Единственные без камер. С нижним этажом понятно?

Сменщик указал пальцем на пол. Новичок кивнул. Они поднялись на крышу.

— Посадочная площадка, она же — стоянка для летательных аппаратов. Тебя же обучили обращению с ними?

Яндэр снова кивнул. Спустились в рабочее помещение. Наниматель лежал на диване, заткнув уши наушниками, и развлекался чем-то в телефоне.

— Главный — Симбиот. Внизу система. Видел?

Подбородок слушателя клюнул.

— Симбиот сам все контролирует, задает параметры расчетов, вносит правки. Роботы тоже самостоятельные ребята. Успеешь сдохнуть от тоски за год. Ты нужен как аварийная служба. Дважды купол закрывается. — Сменщик указал на рельсы. — Полная изоляция. Никакой связи. Тогда главный ты. — Ткнул пальцем в Яндэра. — Покидать периметр запрещено. И да, учти, корабль прилетает всегда по графику раз в год. Если что, ты сам по себе.

— За периметром есть еще что-то и кто-то?

— Неа. Только мы. Ах да, под землей — склады и коммуникации. Туда есть несколько выходов по всей территории.

Яндэр взглянул на нанимателя и решил, что тот их не слышит.

— Что причитается за прогулку снаружи?

— Кроме того, что тебе не заплатят и больше не возьмут? Зависит от итога. Хочешь репутацию нарушителя договора?

— Понял. — новичок почесал затылок.

Космический корабль отчалил через два дня. Яндэр остался один на целой планете. Он довольно улыбнулся и радостно потер ладони друг о друга, наблюдая на экране за тем, как судно стремительно превращалось в точку, пока не исчезло в небе, оставив лишь легкий след, который вскоре растворился в воздухе.

— Сим, а Сим, ты здесь? — позвал дежурный, когда пустующая синева залила монитор.

— Да, — ответил Симбиот мужским голосом.

— Покажи мне, что там за куполом.

— Конечно. Кстати, за двести лет до первого снимка с Симарглива неизвестный художник изобразил на одном из своих полотен пустыню, которая переливами цвета и света совпадает с местными пейзажами.

Экран на столе мигнул, и вместо взлетно-посадочной площадки на нем засверкал в лучах света Глизе океан. Затем картинка сменилась, и теперь на мониторе красовалась, переливаясь всеми оттенками зеленого, бескрайняя пустыня. Изображения переключались друг за другом. Разобраться в этой череде едва отличимых видов можно было только по меняющимся в правом верхнем углу порядковым номерам камер, с которых подавался сигнал в режиме реального времени. Яндэр зевнул, лениво развалился в кресле и уставился в окно.

— Скука. Сим, расскажи, почему мой предшественник ушел? Ты же знаешь?

Экран вернулся в режим стандартного наблюдения за внешним периметром: четыре равных кадра с видами с разных камер.

— Не понравились мой чарующий голос и улыбка? — с обволакивающей интонацией произнес женским голосом Симбиот.

— Что?

На весь экран выскочило и растянулось до противоестественных пропорций улыбающееся лицо. Яндэр вздрогнул. Искаженной формы глаза моргнули с дисплея.

— Чтоб тебя расщепило! Сим?

Ответа он так и не дождался. Симбиот отключился. Монитор вновь демонстрировал убаюкивающие пейзажи внешнего мира. Дежурный встал, подошел к окну и улыбнулся, оценив внезапную проделку напарника. «Интересно, что он такое? Программа, подобно имитатам, успешно копирующая поведение людей, или что-то большее?»

VIII

Яндэр поднялся на крышу. На краю чувствовался легкий теплый, все еще комфортный поток воздуха вверх: беспрерывная циркуляция через систему внутри каркаса купола с выведением вверху и нагнетанием внизу. Упоительный аромат долетал и сюда. Над головой простиралась яркая синева. Взгляд скользнул по куполу. На изгибе, где прямые лучи Глизе проходили по касательной, еле заметно переливались цвета от красного до фиолетового. В остальном же сакмир — прозрачный ударопрочный материал купола отрабатывал идеально. Он пропускал ультрафиолет, необходимый растениям. Близкая к нулевой теплопроводность облегчала терморегуляцию плантаций. Гибкость дала возможность минимизировать конструкцию каркаса: только направляющие паучьими лапами тянулись от центра к периферии и там, на горизонте, вгрызались в почву, обозначая пределы. Ровно до этой границы во все стороны распространялись зеленые посадки.

Сакмир — первое изобретение Симбиота, который в кратчайшие сроки рассчитал нужную структуру вакуумных наноячеек и сложный химический состав основы. Усилия Симбиота помогли избежать долгих расчетов, многолетних экспериментов, сотворили синтетическое чудо с невероятным сочетанием свойств.

Яндэр забрался в одноместный самолет. Заревел с призвуком металлического свиста мотор. Борт шумно разорвал воздух и поднялся под самый купол. Пилот вцепился в штурвал, сдвинул рычажок под указательным пальцем. Его тело вжало в кресло. Вдох давался тяжело. Уши заложило. Направляющая за окном утекала за спину. Зелень угрожающе топорщилась внизу. Взмокший палец потянул рычажок в обратную сторону. Легкий вздох. Тело устремилось к невесомости. Наслаждение наполнило каждую клеточку. Разворот и новый цикл давления и невесомости.

— Ты совершаешь нерациональные действия, несущие угрозу твоей жизни и здоровью, — объявился Симбиот.

— С возвращением. Зато эти нерациональные действия приносят удовольствие, которое тебе недоступно.

Яндэр нажал клавишу под надписью «Симбиот», и она, мигнув трижды, сменила зеленый цвет на красный.

— Тебя предупредили, что если что-то случится, тебе никто не поможет? Кстати, твое поведение с высокой вероятностью является симптомом депрессии, — среагировал Симбиот на лишение его контроля над летательным аппаратом.

Разворот. Рывок. Пилот с усилием вдохнул.

— Ты не вызовешь корабль?

— Нет. Бесполезно. Судно всегда прилетает в одно и то же время. Исключений не предусмотрено. Я мог бы перехватить управление и спасти твою безрассудную голову, но ты меня отключил. Кстати, если хочешь, поставлю трагическую мелодию в случае аварии.

Невесомость. Свобода.

— Мой предшественник умер из-за этого? — решил вернуться к прерванному в прошлый раз разговору Яндэр.

Рычажок сместился под влажным пальцем.

— Чего — этого?

— Непредусмотренной помощи в случае болезни?

— Нет. Он жив. Мне пора.

— Эй, мы не договорили.

Связь оборвалась.

Вираж. Чернота съедала периферическое зрение. Туннели видимости неумолимо сужались. В горле пересохло, словно в пустыне. Сердце заколотилось. Яндэр зажмурился и помотал головой. В ушах зазвенело. Темнота продолжала смыкаться и поглощать мир.

— Включить автопилот. Сбросить скорость, — скомандовал он.

Самолет послушно замедлился. Мгновение растянулось в бесконечность. Чернота отступила. Изображение плавно вернулось в норму.

Легкий толчок. Двигатель замолчал. Бледный пилот, шатаясь, выбрался наружу. Мир вертелся перед глазами. Яндэр остановился, зажмурился и взялся за голову. Звон затих. Кружение закончилось. Несколько неуверенных, покачивающихся шагов. Равновесие восстановилось. Дежурный побрел в помещение.

Автомобиль развивал в разы меньшую скорость, но после вчерашних приключений Яндэра это устраивало. Останавливаясь у каждого участка, объехать все владения за один день не представлялось возможным. Изучение увлекло на несколько дней.

Он остановился возле собиравшего урожай робота. Из грунта торчал столбик с датчиками температуры, влажности, состава воздуха, уровня ультрафиолетового излучения. Вниз уходили детекторы почвы. На поверхности выглядывали круглые головки: голубые — для подачи воды и оранжевые — для поставки недостающих химических элементов. Прямо перед ним похожее на кривой, сужающийся к верхушке столб творение раскорячилось такими же столбами поменьше, отдаленно напоминая фрактал. Твердое, шершавое. Из крошечных ответвлений росли кривые пластины с зазубринами, бархатистой нижней и гладкой верхней поверхностью. «В инструкции было название… как же его, — щелкнул несколько раз пальцами, вспоминая, Яндэр, — … дерево». Он потянул мягкий каплеобразный плод, повторяя за роботом. Матовый красный слой легко повредился, обнажив оранжевую рыхлую сердцевину. Аромат напомнил напиток из детства. Дежурный укусил диковину. Зубы провалились в мякоть. На язык брызнула сладкая жидкость. Яндэр закрыл глаза, снова и снова вдыхая и вонзаясь в плод.

Машина проехала несколько секторов мимо и остановилась. Водитель вышел. Столбик, головки. Робот срывал круглые блестящие темно-синие плоды с низкорослого растения. Ответвление основы начиналось у истока. Отростки, похожие на проволоку, покрывали напоминающие сплющенную лодку пластины. «Пластинки именовались так же, как металл и бумага… Точно — лист». Щелчок пальцев. Распылители, укутавшие почву сетью, выбросили очередную порцию теплой влаги. Воздух наполняла сырость и оседала мелкими каплями на насаждениях, сборщике и всем, что попадало в ее зону. Синий шар оказался тверже. Слабоуловимый терпкий запах. Укус. Горький вяжущий вкус заставил Яндэра выплюнуть кусок. Проглоченная слюна не помогла избавиться от неприятного ощущения во рту. Экспериментатор подложил надкушенный плод в контейнер сборщика и двинулся дальше.

Несколько раз ему попадалось крупное решетчатое устройство. К одному он подошел и подставил ладонь к шипевшим отверстиям. Прохладная струя давила на кожу, словно желала сдвинуть препятствие. Часть системы воздушного обеспечения нагнетала легкий ветер там, где в нем нуждались растения. В соседних участках поток угасал естественным образом. Остановка за остановкой. В память врезались гроздья октаэдров на основе, схожей с упругими тонкими проводами. Пресный плод развалился в кашицу. Брызги кислого сока, от которого свело челюсти. Нечто жутко твердое, при попытке укусить заболел зуб.

Яндэр освоился окончательно и изучил мир плантаций. Он все реже покидал здание станции. Рутинные ежедневные ритуалы навевали скуку. Сначала он перестал использовать отлично оборудованный спортзал и махнул рукой на поддержание физической формы. Испарилось желание радостно напевать себе под нос, принимая душ. Исчезло понимание, зачем бриться, если вокруг ни одной живой души, а позже и вовсе заботиться о внешнем виде. Забавлявшая поначалу возможность заказывать роботу-повару разнообразные блюда надоела, а еда из категории получения наслаждения перешла в простую потребность.

Станция отлично функционировала без всякого участия человека. Яндэр лишь иногда поглядывал на отчеты о проделанной работе на окнах-экранах, которые сообщали об отсутствии каких-либо сбоев. И потому в основном дежурный лежал на диване без дела.

— С тобой все в порядке? — потревожил покой Симбиот.

— Почему интересуешься? — удивился Яндэр.

— Скоро отключится связь.

— И что? Ты же сам говорил, что я сам по себе в любом случае.

— Может, я чем-то смогу помочь. Кстати, хочешь, установлю на время, пока ты будешь один, программу психологической поддержки?

— Зачем? Тебя мучает прошлое?

— Какое прошлое? Ты о чем? — на этот раз озадачился Симбиот.

— Ты правда хочешь помочь?

— Да.

— Расскажи.

— О чем?

— Что случилось с моим предшественником.

Симбиот немного помолчал, а затем произнес:

— Полагаю: не выдержал одиночества.

— Конкретней.

Яндэр приподнялся и обернулся к экрану.

— Проводил все время на плантации. Отказался заходить в помещение, даже когда прилетели его сменять. Утверждал, что на планете живет человек и он с ним общался.

— И что? Нашли человека?

— Какого?

— Который живет на планете.

— Клаустрофобия и галлюцинации, развившиеся в условиях депривации.

— Что?

— Смотри, — сказал Симбиот, и на экране вместо изображений с камер наблюдения запустилась видеозапись.

Утро. Мужчина неопределенного возраста с отращенными неряшливыми волосами и бородой в грязной мятой одежде спал под деревом. Включился полив. Предшественник несколько раз смешно дернулся в попытках отмахнуться от летящих в него капель. Не помогло. Тонкие струйки воды потекли по его лицу. Он вскочил и выбрался на дорожку. Чересчур быстро задвигались тени. Мужчина дергано ускоренно передвигался между секторами. Он ел еще несобранные плоды. Неоднократно прошмыгнули мимо него роботы. В очередной раз он сидел на тропинке и наблюдал за жизнью плантаций, как вдруг поспешно встал и заговорил с пустотой, бурно жестикулируя:

— Это ужасно, что мы заняли твою планету. Мне плохо от того, что тебе приходится прятаться.

Симбиот отключил запись и вернул сигнал с камер наблюдения.

— Не выдержал длительного одиночества, отсутствия живого общения, — пояснил Симбиот. — Кстати, об инциденте запрещено распространяться.

Яндэр разочарованно улегся. «Тоже мне секрет».