Kitabı oxu: «Осенние истории»

ПЁСТРАЯ ОСЕНЬ МАЛЕНЬКОГО ЛИСЁНКА

Сентябрь

ГРАЧИНОЕ ПЕРО

Вот и Осень пришла — бесшумно, внезапно, словно рыжая лиса. Тайно кралась она по рассветам, умывшись золотой росой, окрашивая в рыжее деревья, одевая в багряные одежды кусты. Ах, осень — зверь оранжевый! Взмахнула огневым хвостом — и обожгла-опалила всю листву.

Последние бабочки, рождённые в конце Лета, лениво мелькали в одиночестве среди осенних цветов, изумрудные ящерицы замерли в траве, стараясь согреться под остывающими лучами сентябрьского солнца. Лишь ткачи-пауки с невероятной скоростью плели свою паутину, надеясь всё ещё поймать последних жучков да сонных мух.

По утрам становилось всё прохладней. За лето прохудилась небесная крыша, и на землю сквозь рваные тучи сеял мелкий холодный дождь. Зато когда он проходил, и вновь ненадолго появлялось солнце — по синему полотну неба, словно живой вышивкой, летели на юг перелётные птицы.

Первыми, ещё в августе, улетели стрижи. За ними ласточки. Заспешили на юг трясогузки, кукушки, грачи. Прокричали с небес журавли, пропели последнюю песню соловьи. Помахали на прощанье крыльями утки.

— А ты почему не улетаешь? — спросил Лисёнок Ворону.

— А я не только лето, но и зиму люблю, — сказала она.

Они стояли на речном берегу, усыпанном жёлтыми листьями плакучей ивы.

— А если б у тебя были родственники — улетела бы? — поинтересовался Лисёнок.

— Мне и здесь хор-р-рошо, — честно ответила Ворона. — Да и снега там настоящего нет. Особенно на Р-р-рождество. А какое Р-р-рождество без снега?.. — Она подняла голову к небу: — Гляди! Гр-р-рачи улетают!..

Среди лёгких белоснежных облаков появилась из-за Леса чёрная грачиная стая. Впереди, немного оторвавшись от своих поданных, солидно летел грач-вожак.

— Смоляной! — с уважением произнесла его имя Ворона. — Лучший вожак, каких я только знала. Очень ответственная птица! Из нашего р-р-рода. А ещё говорят, будто он знает тайны волшебства…

— Он умеет колдовать?

— И не только. Может излечить от любой болезни. Как Бур-р-рундука, например-р-р. Или как дядюшку Лося. А однажды, когда гор-р-родские мальчишки забили камнями моего мужа-Вор-р-рона, он их наказал.

— Как?

— Превратил в волков, — спокойно сказала она.

Грачиная стая уже пролетала прямо над ними, как вдруг откуда-то раздался ружейный выстрел. Вожак оторвался от стаи и, кувыркаясь в воздухе, камнем полетел прямо в воду. Раздался короткий всплеск. Недалеко от берега вода выкрасилась в красный цвет. Смоляной ушёл под воду, затем вплыл на поверхность, беспорядочно хлопая крыльями.

Стая замерла в небе и тут же резко кинулась к реке, кружась над раненым вожаком. Потом, вцепившись в него клювами, птицы подняли Смоляного над водой и осторожно опустили на берег. Вожак не подавал признаков жизни. Громко покричав над ним и шумно описав круги, стая поднялась к небу и полетела на юг.

Ворона с Лисёнком так и стояли, не шелохнувшись. Наконец, прервав оцепенение, кинулись к неподвижному телу грача.

К счастью, он ещё дышал.

— Понесу его к нам, — сказал Лисёнок. — Мама с папой что-нибудь придумают…

Он поднял грача и, бережно прижав к груди, со всех ног кинулся домой.

Ворона полетела рядом.

…Дробь, что попала в Смоляного, пробила лишь левое крыло, не задев тела. Зато удар о поверхность воды был таким сильным, что грач несколько дней не приходил в себя.

Доктор Филин вытащил дробь, смазал крыло маслом облепихи и перевязал. Затем показал маме-Лисице, как ухаживать за раненым.

Ухаживали за Смоляным все вместе с Лисёнком. Делали перевязку, поили. Есть он не мог, так как был без сознания. А когда очнулся, был страшно расстроен тем, что произошло.

— Как они там, без меня? — взволновано спрашивал он всех. — Надеюсь, долетели…

Об охотнике, стрелявшем в него, и своём раненом крыле Смоляной ни разу не произнёс ни слова.

Ворона почти каждый день навещала грача, приносила любимых им червей. Правда, осенью находить их стало труднее. Но она знала места, где искать — в кочкарнике, между кочками и под прелой осокой, где солнечный свет почти не проникал. Черви были круглые, упругие, с синеватым отливом.

Всю осень и целую зиму провёл в доме Старого Лиса грач. Он уже давно выздоровел, поэтому в знак благодарности помогал по хозяйству: приносил поленья для растопки камина, продукты из подвала, убирал двор, сад, гнал из огорода воробьёв.

А по вечерам рассказывал какой-нибудь волшебный рассказ из Прошлого, связанный с грачами.

— У короля Карла Девятого, — начал Смоляной очередную историю, — жил грач по имени Франц. Он был очень учёной птицей и знал обо всех событиях, что произошли в германских землях, начиная с короля Хуперлинка, герцога Баварии, который в 919 году был избран править Германским королевством. Но однажды, в конце XIX века, когда немецкой бедноте нечего было есть, кто-то похитил этого учёного грача и приготовил из него жаркое.

— Какой кошмар-р-р! — всплеснула крыльями Ворона, случайно присев на подоконник и услышав эту жуткую историю.

— Это ещё что! — сказал Смоляной. — Мясо грачей даже солили в бочках.

— Какое вар-р-рвар-р-рство!

— Зато из этого можно сделать один важный вывод — чувство голода в Природе гораздо сильнее высоких чувств… И в подтверждение этому, ещё один пример. — вспомнил Смоляной. — У французского короля Людовика Девятнадцатого жил грач по имени Анри. Этот Анри был очень вороват. Однажды ночью он похитил королевскую корону и продал её за стакан личинок майского жука… Вывод делайте сами, что бывает иногда важнее: королевская корона или любимое лакомство.

…Однажды, когда зима уже была позади, и Лисёнок со Смоляным гуляли по берегу реки, в небе раздался радостный грачиный крик.

— Это они! — обрадовался Смоляной. — Мои грачи прилетели!

Он выдернул клювом из правого крыла большое чёрное перо с лиловым отливом и протянул его Маленькому Лисёнку:

— Это вам от меня… — сказал грач поспешно.

— Спасибо, — ответил Лисёнок. — Я сохраню его, как память о тебе.

— Это волшебное перо, — ответил Смоляной, нетерпеливо поглядывая в небо, — для исполнения желаний. Загадав его, нужно взмахнуть пером: вверх-вниз, и желание сразу исполнится… — И торопливо добавил: — Спасибо тебе и твоим родителям за всё, за всё!.. Ещё увидимся, а пока я должен лететь.

И, расправив крылья, он величаво взлетел в небо.

— Прощай, Смоляной! — крикнул ему вслед Лисёнок и ещё долго махал ему лапой вслед.

Но грач уже ничего не слышал и не видел вокруг, кроме своей Стаи, которая увидев его, восторженно закружила с ними над Сказочным Лесом.

Вернувшись домой, Лисёнок рассказал всё, что передал Смоляной. А волшебное перо мама-Лисица спрятала в буфет, чтобы сквозняк или ветры не унёсли его через окно.

…Прошли Весна и Лето. Вновь наступила Осень.

Однажды в дом Старого Лиса постучалось два бродячих Волка. Они были до того облезлые и грязные, что здорово напугали маму-Лисицу, тем более, что дома она была одна.

— Что нужно вам, братья? — спросила их Лисица.

— Говорят, здесь живёт грач Смоляной… — сказал один из них, с кривой клюкой.

— Жил, — уточнила мама-Лисица. — Но уже неделю, как не живёт.

— Неужели помер?! — в ужасе спросил другой Волк.

— Да нет же! Выздоровел и улетел, — успокоила его Лисица.

— Какое несчастье! — взвыл первый. — Опоздали мы с тобой, брат! И осталось нам одно: погибнуть на Лесной Дороге.

— А в чём, собственно дело, гр-р-раждане? — поинтересовалась Ворона, пролетая мимо.

И Волки рассказали, что когда-то, будучи человеческими детьми, забили они камнями одного Ворона, и были за это превращены грачом, по имени Смоляной в волков. Десять лет носят они волчью шкуру, десять лет не видели своих родных, десять лет каются за свой жестокий поступок и везде ищут того волшебника-грача, чтобы просить его вернуть им человеческий облик.

— Так это вы оставили меня вдовой до конца жизни! — вскричала Ворона. — Мы, вор-р-роны, в отличие от вас, людей, вер-р-рны в супр-р-ружестве, и если что случится с нашей половинкой, не ищем себе др-р-ругую.

Упали волки на колени перед Вороной и стали просить прощенье за свой ужасный поступок.

Хотела ответить им Ворона: «Никогда не пр-р-рощу!..», но лишь представила себе, сколько лишений перенесли за эти годы двое глупых мальчишек под волчьей личиной, только и сказала: «Пр-р-рощаю…» Мужа-Ворону не вернёшь… Да и дети давно уже стали дедами…

Тут и Старый Лис с Лисёнком возвратился домой — с большим осенним букетом. Не стали они спрашивать, что происходит в их доме, и Лисица с Вороной не стали им объяснять. Достала Лисица из буфета волшебное грачиное перо и взмахнула им вверх-вниз, как было велено.

И в тот же миг превратились Волки в людей. Только уже не были они мальчишками, а стояли перед всеми два немощных старика. Ведь годы зверей и птиц летят быстрее человеческих. Заплакали старцы и отправились на поиски своих семей.

И Ворона улетела в своё гнездо, чтобы утешиться от «душевных травм».

А Старый Лис протянул маме-Лисице букет осеннего снежноягодника:

— Это тебе от нас! — сказал он.

— Мы будто знали заранее, что произойдёт в нашем доме! — добавил Лисёнок.

— Спасибо, — ответила Лисица. — Только объясните, каким образом этот букет с кустарника стал «ясновидцем».

— Проще простого! — улыбнулся Старый Лис, подмигнув Лисёнку. — Ведь снежноягодник — родственник «волчьих ягод»!..

КРЫЛАТЫЕ СЛОНЫ

В начале осени, по всему городу были выставлены большие рекламные щиты, которые приглашали горожан на вековой Юбилей Городского Цирка.

— Сто лет — ср-р-рок немалый, — сказала Ворона Лисёнку, узнав про эту новость… — Конечно, это не мои триста, но тоже весьма почтенный возр-р-раст.

— Вот бы попасть на Юбилейный Вечер! — помечтал Лисёнок.

— Кто тебя туда пустит без подар-р-рка? — усмехнулась Ворона. — Там, знаешь, какие подар-р-рки дарить будут?

— Не знаю… — честно признался он.

— Уверена, что не какие-нибудь сувенир-р-ры, а дор-р-рогие и кр-р-расивые!

— А что бы ты подарила?

— Нечто такое-этакое!.. Р-р-ррредкую птицу, например-р-р, или р-р-рр-р-редкое животное.

— А лучше всего, какого-нибудь зверя, которого в Цирке нет, — сказал Лисёнок.

— В Цир-р-рке есть всё! — безапелляционно заявила Ворона. — И Бегемот, и Лев, и Тигр-р-р, и Жир-р-раф. Даже дрессированный Кар-р-р-кодил.

— А Белый Медведь?

— И Белый Медведь. И Штр-р-рраус…

— Страус, ты хотела сказать…

— И Стр-р-раус тоже. И всякая мелюзга, типа Попугаев, или дрессир-р-рованных обезьян!

— А слоны у них есть? — вдруг спросил Лисёнок.

Ворона задумалась:

— Гм… Вот тут ты пр-р-рав. Слонов в нашем Цир-р-рке, действительно, нет! Ни Африканского, ни Индийского, ни даже Слонопотама… М-да… Р-р-роскошный был бы подар-р-рок — подари мы им Слона! Только где его взять?

— Ты же сама сказала: в Африке или в Индии.

— И что? Знаешь, сколько они стоят? А я, к твоему сведению, не миллиар-р-рдер-р-рша. И ты не миллионер-р-р! Или думаешь, что нам его подарят за мои кр-р-расивые глаза? Не то, что Слона — Осла купить не на что!

— Вот если бы Слон сам согласился приехать в качестве подарка! — помечтал Лисёнок.

— Ага! Прямо на пар-р-роходе пер-р-рвым классом! Где ж ты найдёшь такого Осла, в смысле, Слона, котор-р-рый согласился бы себя подарить? И вообще, не делай из мухи слона. Поговорили и довольно. В цир-р-рке — свои пр-р-раздники, у нас — свои будни…

— Вот если б можно было Слона и, вправду, сделать из мухи! — вконец размечтался Лисёнок.

— Не говори глупости. Это поговор-р-рка такая.

— Знаю. Просто хочу выяснить — можно или нет. Ведь если есть поговорка, значит её придумали не просто так?

— Ты это серьёзно? — спросила Ворона, прищурив левый глаз.

— Вполне, — ответил Лисёнок. — В качестве теории.

Ворона не ответила и привычно заходила вокруг Дуба, заложив крылья за спину. Пройдя несколько кругов, она, наконец, остановилась рядом с Лисёнком:

— Вообще-то мысль р-р-рр-р-революционная! Надо принять к сведению… Кажется, таких экспериментов ещё никто никогда не пр-р-роделывал!

— Мы были бы пер-р-рвые! — снова помечтал Лисёнок. — Может, попр-р-робуем?

— И как ты это себе представляешь?..

— Ну…вначале нужно поймать муху.

— Это и Ежу понятно вместе с Зайцем. Что нужно сделать потом, чтобы она начала р-р-расти?

— Навер-р-рное чем-то кормить…

— Чем же?

— Может, витаминами?..

— Ага, А ещё авокадо и ананасами! — насмешливо ответила Ворона.

— Тогда не знаю… — растерянно развёл лапами Лисёнок.

— А я знаю! — сказала она вдруг.

— Ты знаешь, как их вырастить?! — удивился Лисёнок.

— На сто пр-р-роцентов не уверена, но за один могу пор-р-ручиться.

— Один процент — это уже кое-что… — сказал он.

— Благодаря слоновьему чесноку! — выдала Ворона.

— Какому чесноку?!

— Слоновьему! — повторила она.

— Его едят слоны? — догадался Лисёнок.

— Может, и едят! А назвали его так, потому, что один его зубчик… вер-р-рнее, зубец, р-р-развмер-р-ром с мой клюв!

— Такой большой?!

— Огр-р-ромный! Поэтому и называется «слоновий».

— Здорово!.. — обрадовался Лисёнок. — А мухи его едят?

— Думаю, если сварить — обязательно слопают.

— Лично я, — поморщился Лисёнок, — чеснок не очень люблю. Особенно варёный…

— Я тоже, — призналась Ворона. — Но мы ведь с тобой не мухи. Дадим попр-р-робовать. А вдр-р-руг получится? Недар-р-ром же его назвали «слоновьим»… Значит так: я достаю этот самый чудо-чеснок, а ты ловишь мух.

— Как это «ловишь»?.. — растерялся Лисёнок. — Они же летают…

— А сачки на что? — напомнила ему Ворона. — Только лови аккур-р-ратно. Нам не нужен хр-р-ромой слон. Всё! До вечер-р-ра. А то не успеем к Юбилею… И лови самых кр-р-рупных! Чем кр-р-рупнее муха, тем огр-р-ромней будет слон.

И каждый отправился выполнить своё задание.

…После обеда встретились снова.

На одном из поселковых огородов Ворона нашла головку «слоновьего чеснока» и даже успела его сварить. Пока он остывал, она достала «Энциклопедию животных». Однако, пролистав её, так и не нашла главу, в которой говорилось бы, как делать из мух слонов.

Тут и Лисёнок явился со стеклянной банкой, в которой ползали семь жирных мух. Чтобы они не задохнулись, в крышке он просверлил несколько крошечных отверстий.

— Экземпляр-р-ры, что надо, — одобрила мух Ворона. — Высший класс! Нужно выбр-р-рать из них самую лучшую и начать эксперимент.

— А вдруг с одной не получится? — забеспокоился Лисёнок и предложил: — Давай возьмём всех.

— Хор-р-рошо. — согласилась Ворона. — Тогда начнём опыт!

Лисёнок приоткрыл крышку, и она бросила в банку головку отварного чеснока, затем чем-то посыпала сверху.

— Что это? — спросил Лисёнок.

— Дрожжи, — сказала Ворона.

— Какая ты умная! — поразился Лисёнок. Он вспомнил, что дрожжевое тесто, из которого мама пекла пироги, обязательно «растёт».

Они поставили банку с мухами на траву и стали наблюдать, что получится.

Все мухи, слетев со стенки банки, тут же облепили слоновий чеснок, посыпанный дрожжами.

— Наверное, понравился, — прокомментировал Лисёнок.

— Даже очень, — согласилась с ним Ворона. — Поставлю-ка я банку в дупло, а завтр-р-ра посмотрим, что будет…

Так она и сделала, а Лисёнок отправился домой.

… На следующее утро, когда он ещё спал, через форточку влетела Ворона.

— Пр-р-роцесс пошёл! — возбуждённо произнесла она. — Р-р-растут, как на др-р-рожжах!

Лисёнок сел на постели:

— Все?!

— Без исключения! Чувствую, готовится сенсация!

— А на слонов похожи?

— Пока не очень. Но хоботки уже вырастают.

И они помчались на Большую Поляну.

Ворона снесла вниз банку со вчерашними мухами. Каждая из них стала всего за ночь размером с майского жука.

— Здорово! — восторженно воскликнул Лисёнок. — А как быть дальше?

— А каком смысле? — не поняла Ворона.

— Ещё несколько дней — и они уже не поместятся в банке!

— Пересадим в клетку, — успокоила она его.

— А где её возьмём? — не успокаивался Лисёнок.

— На Городской Свалке. Там я видела клетку для хомячков…. — И тут же задумалась: — А вот куда потом их посадить — пр-р-роблема…

…Прошло несколько дней.

Подопытные мухи постепенно превращались в слоновье стадо. Ноги их уплотнялись, сзади появился маленький хвост, рос хобот. Лишь крылья делали их похожими на крошечных персонажей фантастических фильмов.

Прошла ещё неделя, и Мухослоны, как назвал их Лисёнок, или Слономухи, как назвала их Ворона, уже не помещались в клетке для хомячков. Нужно было срочно придумать новое место для их общего дома.

— А если одолжить большую клетку в самом Цирке? — предложил Лисёнок.

— Хор-р-рош будет сюр-р-рприз! — усмехнулась Ворона. — Обязательно спр-р-росят: «Зачем? Для чего?» И что ты ответишь? «Для вашего же подар-р-рка на Юбилей?..».

Лисёнок был смущён:

— Тогда где достать клетку?..

— А нигде! — весело ответила Ворона.

— Это как? — спросил он.

— А так! Привяжем каждого цепью за ногу к толстому стволу — и все дела!

— Умница! — воскликнул он.

— Не то слово! — сказала Ворона. — Р-р-рационализатор-р-р!

— И где взять такие цепи?

— Там же в посёлке! У двор-р-ровых собак! Попр-р-росим Р-р-рыжего Кота, котор-р-рый любит летать на моих кр-р-рыльях, он с псами и договорится. Это будет его платой за «вороний полёт»!

…На семи длинных цепях, привязанных к толстым стволам деревьев, паслись вокруг Большой Поляны семеро здоровых подросших слонов. Теперь они уже явно напоминали небольшое слоновье стадо.

Весь Сказочный Лес давно знал об эксперименте Вороны и Лисёнка. Каждый день звери приводили своих детёнышей и, пугая их не внешним видом крылатых подопытных, а тем, что — если их дети будут плохо есть, плохо учиться и не слушаться старших, — то превратятся в таких же маленьких и неприятных существ.

Каждый зверь приносил непонятным зверям разные лакомства — от сыроежек и подберёзовиков до лесных яблок, и всё это поедалось ими в мгновение ока. Может быть, поэтому они росли с такой невероятной быстротой.

— Отличные др-р-рожжи! — сказала Ворона Лисёнку. — Нужно будет запастить ими на год вперёд.

— Зачем? — удивился он. — Мухослоны растут уже сами.

— А если захочется вырастить собственного жирафа или верблюда?

— Вначале для этого понадобится другой чеснок, — резонно заметил Лисёнок. — «Жирафовый» или «верблюжий». А таких в природе не существует.

— Значит, займёмся чем-нибудь ещё, — не огорчилась Ворона.

…Выросшие из мух слоны не подкачали — спустя неделю, они выглядели самыми настоящими слонами. Тяжёлыми. Серыми. Большими. Даже крылья на их спинах совершенно им не мешали — ведь с ними они родились.

— Завтр-р-ра поведём слонов на Цир-р-рковой Юбилей, — сказала Ворона. — Вот будет Цир-р-рк!

— А почему поведём? — спросил Лисёнок. — Может, сядем на них верхом, и они полетят в город.

— Опасно, — ответила она. — Лес это одно, гор-р-род — др-р-ругое. Ещё зацепятся кр-р-рыльями за тр-р-роллейбусные пр-р-ровода. Или снесут фонар-р-рные столбы. Им это запр-р-росто! Нет уж, выйдем из Лесу пор-р-раньше и как р-р-раз успеем к началу Юбилея.

…Этот день был прощальным.

Весь Лес пришёл с ними проститься. Лесной Совет даже разрешил Крылатым слонам остаться в Сказочном Лесу, но Ворона напомнила, что зимой Слоны могут замёрзнуть. А перезимовать в Лесу негде. Недаром их сородичи живут в Африке или в Индии.

В обед Крылатых слонов накормили в последний раз. Ворона даже всплакнула от предстоящего расставания.

— Не плачь, — сказал Лисёнок. — Теперь мы знаем, как сделать слона из мухи. А разлучить одних слонов от других жестоко. Всё же одна семья, вместе выросли.

— Какой ты добрый! — грустно улыбнулась Ворона и привычно смахнула крылом слезинку с клюва.

Старый Лис и дядюшка Медведь отвязали цепи со слоновьих ног, и слоновий караван двинулся в город.

Звери помахали им на прощанье лапами и хвостами, птицы — крыльями.

В первый раз слоны вышли из Лесу и через посёлок пошли в город, сопровождаемые Лисёнком и Вороной.

На всём пути их окружали, раскрыв рты, зеваки; машины, проезжавшие по шоссе, изумлённо сигналили и даже останавливались, а водители, достав мобильные телефоны, снимали крылатых слонов, а самые смелые делали сэлфи.

И вдруг в небе над ними раздался гул пролетавшего самолёта.

Слоны подняли головы и остановились:

— Наш Вожак! — протрубил один из них.

— Вожак! — радостно затрубили остальные слоны.

— Прощайте! — загудели они Вороне и Лисёнку.

Те не успели и подумать о плохом, как слоны, взмахнув крыльями, впервые взмыли над землёй. Прямиком к уходящему за лес самолёту.

— Куда вы?! — в ужасе закричала Ворона. — Это не ваш вожак, дур-р-раки! Я ваш вожак! То есть, вожачка! И Лисёнок ваш вожак! Возвр-р-ращайтесь! Р-р-размахались кр-р-рыльями — и хватит! Мы опаздываем на Юбилей!

Но те не слышали её, превратившись в семь точек над вечерним горизонтом.

— Дубари! Летающие мухобойки! — плакала Ворона, не стыдясь своих слёз.

— Не реви! — успокаивал её Лисёнок. — Вырастим новых.

— Я к этим привыкла… — рыдала Ворона, присев на край обочины.

По всему шоссе стояли машины, и все водители продолжали снимать на мобильные телефоны парящих в лучах заходящего солнца, среди порозовевших облаков крылатых слонов.

…Юбилей прошёл замечательно.

Выступали дрессированные собачки и обезьянки. Медведи стирали в корыте бельё. Попугай пел частушки. Верблюд катал детей по арене. Фокусники… Акробаты… Жонглёры… Сто номеров в честь столетия Цирка!

Только слонов среди них не было.

А через несколько дней, в «Лесной газете» появился сенсационный материал профессора-зоолога из Академии Всяческих Наук. Он утверждал, что сделал сенсационное открытие — обнаружил новую слоновью породу. Летающих слонов с крыльями на спине.

— Какое невообр-р-разимое хамство! — возмущалась Ворона, прочтя заметку в газете. — Настоящее научное воровство! Чужое открытие выдать за своё!.. Конечно, это было всегда, но со мной такое не пройдёт. Буду писать жалобы в Академию Наук! Перьев на это хватит!

… Где сейчас летают Мухослоны, или Слономухи? В чьём небе парят? Над Африкой? Индией? Над нашей землёй?

Может быть, когда-нибудь вспомнят они, откуда родом и — вернутся однажды в Сказочный Лес…

МОЙ ЛЮБИМЫЙ ФЕНЕК

Прошлой осенью, в сентябре, на День рождения Маленького Лисёнка, папа-Лис подарил ему одну смешную и обаятельную игрушку. Была она с густой и мягкой шёрсткой бело-рыжего цвета, и огромными ушами, как будто пришитыми от другой куклы.

— Это — Фенек, — сказал папа-Лис, — наш дальний родственник. А живёт он в Северной Африке.

— Так далеко! — воскликнул Лисёнок.

— Да уж! — с гордостью ответил Старый Лис. — Наши сородичи живут во всех краях света.

— Жаль, что никогда о нём не слышал! — огорчился Лисёнок.

— Это всё от того, — с чуть заметным укором сказал Старый Лис, — что ты мало читаешь. Прочти повесть «Юные охотники» Майна Рида — там описывается, как Фенек смог разбить страусиное яйцо. А ещё одного самого известного и мудрого Лиса-Фенека изобразил Антуан де Сент-Экзюпери в сказке о «Маленьком Принце».

— Спасибо, прочту… — вздохнул Лисёнок и, взяв Фенека, отправился к Лесному Озеру, чтобы познакомить всех с отцовским подарком.

На берегу было много знакомых — Сорока, Медведица, Барсук, Заяц и даже Ворона: она любила освежиться у реки.

— Какой же это Лисёнок? — удивился Заяц. — Ты только взгляни на его уши! Настоящие заячьи уши! А если бы его шёрстка была ещё чёрного цвета — чем не афрозаяц! — рассмеялся он.

— Ну, не знаю, не знаю… — с сомнение сказала Ворона. — Наши гр-р-рачи зимуют в Север-р-рной Африки, но с такими ур-р-родцами не встречались!

— Он не уродец, — чуть не обиделся за Фенека Лисёнок, — а очень милый и симпатичный зверёк. Будь он живым, я бы с ним подружился, как с младшим братом.

— Смотрю на всех на вас и удивляюсь… — лениво произнёс Барсук. — Не Заяц это… И не Лис… А наш брат-Барсук… Посмотрите на его усы… Типичный представитель барсучьего рода…

— Что-то я не заметил в вашем роду таких длинных ушей, — съязвил Заяц.

— У некоторых наших непослушных детей бывают… — ответил Барсук. — Оттого, что дерём их за уши! Кого сильней, кого меньше. Этого, наверное, драли, как «сидорову козу».

— У «сидоровых коз» таких ушей не бывает… — возразил, подошедший к Лесному Озеру, Лесной Козёл.

— Кстати, в «Зоологическим словаре», — вспомнила Ворона, — я пр-р-рочла, что своё имя… этот самый… Финик…

— Фенек, — поправил Лисёнок.

— Ну, Фенек! Какое имеет значение! Так вот своё имя этот самый Финик получил от ар-р-рабского слова fanak, что означает «лиса». А ещё он живёт до 12 лет.

— Так мало! — огорчился Лисёнок.

— Это если живой и настоящий! — успокоила его Ворона. — Игр-р-рушка может пр-р-рожить и не один век!

— Какая лапушка! — восторженно пробасила Косолапая Медведица. — Была бы у моей девочки такая кукла — горя б не знала!.. Может быть, одолжишь, на несколько дней? — обратилась она к Лисёнку.

Её вопрос поверг Лисёнка в замешательство: он хорошо знал дочку Медведицы и дядюшки Медведя, по прозвищу «Егоза», но ему очень не хотелось расставаться хотя бы на миг с игрушечным лисёнком-Фенеком.

Это заметила Ворона и ответила за Лисёнка:

— Ну, вот ещё! Нашла «Бюр-р-ро пр-р-роката»!

Целый день у Лесного Озера все только и говорили о новой игрушке Лисёнка. Одна лишь Сорока, сидевшая на сосновой ветке, не произнесла ни слова.

…Прошло несколько дней. Лисёнок ни на миг не расставался с африканским собратом: во время еды и в часы прогулки и, конечно же, вечером, перед сном засыпал вместе с ним, крепко прижав куклу к груди.

— Мой любимый Фенек!.. — шептал он ему. — Как жаль, что ты только игрушка!..

Однажды, проснувшись утром, Лисёнок увидел, что Фенека рядом с ним не было. Створки окна стояли, распахнутые настежь, а дверь из его комнаты была приоткрыта.

Лисёнок вскочил с постели и заглянул под кровать — игрушки там не было. Он посмотрел под столом, за шкафом, осмотрел в комнате каждый закоулочек — но Фенека так и не нашёл. Он даже выглянул из окна, но кроме крикливых воробьёв во дворе никого. Тогда Лисёнок помчался на первый этаж.

Мама готовила на кухне.

— Мама! Ты не видела Фенека?

— Доброе утро, сынок, — сказала мама. — У нас с папой много других дел, чтобы заниматься твоей игрушкой. Папа ещё рано утром ушёл к дядюшке Лосю помочь спилить сухое дерево, а я готовлю обед…

— Но Фенек исчез! — в отчаянии произнёс Лисёнок.

— Ты хорошо искал?

— Хорошо.

— Не мог же он сам убежать.

— Не мог… Значит его… похитили… — догадался Лисёнок.

— Ну, в похищения я давно не играю… — сказала мама-Лисица. — Так что позавтракай и принимайся за поиски.

— А можно я поем позже?

И, не получив ответа, выбежал из дому.

Он спешил на Большую Поляну, чтобы посоветоваться с Вороной. Как говорил папа-Лис, у неё было всё в порядке с логикой.

— Интересно-интересно!.. — глубокомысленно произнесла Ворона, вышагивая перед гнездом по толстой дубовой ветке, заложив крылья за спину. — Вечер-р-ром, говоришь, был, а утр-р-ром исчез!

— Исчез… — подтвердил Лисёнок.

— Стр-р-ранно!.. Будь это еда, я бы поняла, куда она делась… Или, молодость, например-р-р. Заглянешь однажды в зер-р-ркало, а там вместо тебя — безобр-р-разное чудище в перьях! Но — игр-р-рушка!.. Не могла же она сбежать!.. Впр-р-рочем, ты пр-р-рав! Её похитили! Даже скажу гр-р-рубее — укр-р-рали! Но кто?.. — Ворона остановилась. — Надо логически пор-р-размыслить… Итак! Заяц и Ёжик ср-р-разу отпадают. Медведица тоже. Ну, и Бар-р-рсук вместе с ними. Вер-р-рно? Вер-р-рно! Значит, укр-р-расть твоего Фенека могла какая-то птица!

— Какая? — спросил Лисёнок.

— Не знаю. Нас в Лесу много. Но, в этом случае, мне будет стыдно, что и я принадлежу к кр-р-рылатому семейству!..

— А если не птица?

— Птица, птица! Залетела, понимаешь, в твою комнату — и унесла. Говорила тебе много р-р-раз: не спи с откр-р-рытым окном!.. Вот и результат!.. Значит, так! Я отпадаю ср-р-разу, как ты понимаешь!.. Гр-р-рачи тоже. Очень порядочные птицы. — Ворона привычно прищурила левый глаз: — Может, Кукушка?.. Хотя зачем ей Фенек? Ей никто не нужен. Даже собственные дети!.. М-да-а…Соловей слишком мал, чтобы унести такую игр-р-рушку! Может быть, дятел?.. Хотя, нет. Он бы сначала постучал в окно, прежде, чем влететь… Ха-ха! Это я так шучу… Впр-р-рочем, знаю! Ур-р-ра! Тайна р-р-раскр-р-рыта!

— И кто это?.. — с надеждой спросил Лисёнок.

— Ты ещё спр-р-рашиваешь! Сор-р-рока, вот кто!

— Неужели?.. — не поверил Лисёнок.

— Конечно, она! За ней это водится: хватать всё, что плохо лежит… Уже тогда она замыслила эту кр-р-ражу.

— Когда тогда?

— Когда ты принёс своего Фенека к Озер-р-ру. Вспомнил? Я видела, как она молча сидела на ветке и всё что-то обдумывала… Теперь-то мы знаем, что!.. Был Фенек — и нет Фенека!.. Ничего др-р-ругого не остаётся, как отпр-р-равиться на её поиски.

— Где же я найду Сороку? — растерялся Лисёнок.

— В Лесу, где же ещё! — ответила Ворона и вдруг, глянув вниз, вытаращила глаза. — Фенек!..

Лисёнок повертел головой, но ничего не увидел.

— Да вот же он, вот!.. — хрипло произнесла она. — Позади тебя!

Лисёнок оглянулся и, вправду, увидел Фенека. Но уже не куклу, не игрушку, а настоящего живого лисёнка из Северной Африки. Тот тоже не отрывал глаз от своего Маленького собрата.

— Фенек… — не веря своим глазам, прошептал Лисёнок. — Ты… живой! — И обнял его.

Тот только улыбался и смешно вертел ушами.

— Какое-то колдовство! — в изумлении каркнула Ворона. — Чар-р-родейство! Чер-р-рнокнижие!

— Так тебя не украли! — обрадовался Лисёнок. — Значит ты сам от меня удрал!

— Я не удрал… — замялся Фенек. — Просто захотелось погулять по Сказочному Лесу.

— И, что, погулял? — подала голос Ворона.

— Немного! — с восторгом сказал африканский лисёнок… — Там, где я живу, такой красоты нет нигде!..

— Ещё бы! — хмыкнула Ворона и тут же удивилась: — Когда же ты успел побывать в Африке?

— Я там ещё не был… — смутился симпатичный зверёк. — А о своей родине слышал от продавца игрушечного магазина. — И мечтательно добавил: — Ах, если бы удалось туда попасть!

— И не надейся! — успокоила его Ворона. — Африка… особенно Север-р-рная… находится на др-р-ругой стор-р-роне глобуса… то есть земного шар-р-ра… Чтобы туда попасть, нужно быть птицей, котор-р-рая каждый год летит на зимовку…

— Какой птицей?.. — спросил Фенек.

— Гр-р-рачом, например-р-р… Многие гр-р-рачиные стаи улетают в октябре, чтобы перезимовать в Южной Африке… Но иногда и в Север-р-рной…

— А вы туда не летаете?.. — осторожно спросил Фенек Ворону.

— Больше делать нечего! Я живу в Лесу зимой и летом!..

— Жаль! — вздохнул Фенек и обратился к Лисёнку. — Покажи мне ваш Лес…

И Лисёнок повёл его по Лесной Тропинке, рассказывая обо всём, что встречалось им на пути.

— Это Лесное Озеро… А это самая высокая в Лесу Сосна… В этом доме живёт Заяц — мой хороший товарищ… А здесь живёт Ёжик — мой большой приятель… Послушай! — вдруг спросил он Фенека: — Как же так получилось, что ты ожил?

Фенек пожал плечами:

— Не знаю… Может быть, меня оживили твои слова…

— Какие слова? — не понял Лисёнок.

— «Мой любимый Фенек!..» — шептал ты мне, помнишь?.. «Как жаль, что ты только игрушка!..».

— Как странно! — поразился Лисёнок. — Ведь это только слова…

Когда они вернулись домой — мама-Лисица была также изумлена, как Ворона и Лисёнок. Зато папа-Лис воспринял новое рождение Фенека, как событие, само собой разумеющееся.

— Вот он какой, наш Сказочный Лес! — с привычной гордостью произнёс Старый Лис.

…Прошёл ещё месяц, Всё это время двое лисят не отходили друг друга — вместе гуляли, играли, купались в реке, дружно и весело помогали взрослым по хозяйству. Иногда брали с собой Лисичку. Когда она была свободна от Танцевальной Школы.

Но хоть Фенек и много смеялся, Лисёнок постоянно видел в его глазах «африканскую» печаль. И вот однажды в начале октября, когда задули суровые ветры, а с тёмных небес пролились холодные дожди, Лисёнку пришла в голову одна замечательная мысль…

— Спасибо тебе, — сказал он ей.

Найдя в чаще стаю грачей, Лисёнок обратился к их вожаку — грачу Смоляному:

— Пожалуйста, помоги одному лисёнку вернуться к себе домой, в Северную Африку.

— Тебе, что ли?.. — удивился вожак стаи, ничего не понимая.

И Лисёнок рассказал ему о Фенеке.

— Хорошо, — ответил Смоляной. — Мы улетаем через неделю. Пусть готовится к отлёту.

Когда папа-Лис об этом узнал, он сразу же похвалил Лисёнка и тут же принялся за изготовление небольшого домика для Фенека — с крышей, от дождя и ветра. После того, как дом был готов, Старый Лис обвязал его лёгкой сетью, которую должны были нести в клювах перелётные грачи.

И наступил День Отлёта — один из самых печальных дней в Сказочном Лесу, когда звери и птицы, что оставались на зимовку, провожали своих друзей до будущей Весны.

— Прощай, брат! — как можно веселей произнёс Лисёнок.

— Прощай, братик! — бодро ответил Фенек, и большие глаза его увлажнились.