Kitabı oxu: «Бронзовый солдат. Стихи и поэмы»

Глава

СТИХОТВОРЕНИЯ

***

Сильвии

Хорошее сравненье: «ты есть камень,

А я – тот ручеёк, что бьёт в него».

Но камень, что плотина. Понимаешь?

И обойти преграду не дано.

Хоть бейся всей волной – напор и чувства

Здесь не помогут, если путь закрыт.

И часто мы доходим до безумства,

Неся муру обидную навзрыд.

***

Рецензия на « В нас фашизму нема » ( Соломия Галицкая )

Я подпишусь за каждой Вашей строчкой.

Не верится, что горькую лапшу

Навесили Украйне в одиночку –

Я на Европу с США грешу.

Здесь их посыл, чтоб сделать полем битвы

Несчастную страну, как и Иран.

Но будут Господом услышаны молитвы,

Что шепчут люди из соседних стран.

***

После прочтения биографии Бетховена

Познавательно, однако...

Гении в быту – беда.

Как творят – для наc загадка,

Но несносны иногда.

***

Я итальянские мотивы

Искал в душе, но не нашёл.

И от того так молчаливы

Мои уста…

Но предрешён

Ответ, когда созвучны мысли,

И возбуждения волна

Уносит в таинства и выси,

Когда я пьян глотком вина,

И шоколадный взгляд вновь мягок…

А ночь в огромной бездне тьмы

Пусть преподносит сонм загадок,

Воображенье дав взаймы.

***

Мечты

Мы родом из детства, где были сады

И речка за длинным бараком,

И где в беззаботности жили мечты

Ещё не истлевшие прахом.

Остались там слёзы и смех детворы,

И первые вздохи, и ахи,

Где по́лнились шумом войнушки дворы,

И первые снились нам страхи;

И первая дружба, иль может, любовь

(Кто знает, как чувства горели);

И первый подарок – букетик цветов,

Что маме собрали в аллее.

Из детства в душе колоском проросли

Надежда и вера на счастье.

Мы в жизнь уплывали, как те корабли,

Что в море уходят в ненастье.

Швыряла по весям житейская муть,

Но помыслы детские наши,

Как дальний маяк, направляли наш путь

И мысли стирали о фальши.

Тот лучик из детства пусть светит всегда,

Теплом озаряя нам годы.

Мечты ведь сбываются, в них – доброта!

Они не выходят из моды.

***

Одинокие сны

Одинокие сны…

Их приход обусловлен картиной,

Что рисуем в мечтах,

растворяясь в рутинном быту.

И объятия рифмой мы шлём,

чтобы снова красивым

Был осенний восход –

то, что топит в душе темноту.

Одинокие сны,

как безвольные белые птицы,

Уплывают в прохладу тумана,

где спит горизонт.

Расширяются в них

утверждённые миром границы

И волнуют загадкой

улыбки знакомых Джоконд.

***

Волшебная девочка

Сестре Имби

Как-то летом в солнечное утро

Мне сестра поведала, что к ней

Девочка волшебная как будто

Приходила в свете фонарей.

Приглашала в гости вместе с братом,

Обещала чем-то одарить.

Жили мы ведь в детстве небогато,

И подарки, как живая нить,

Нас связала девочкой так крепко,

Что решили тут же к ней пойти.

Здесь пристал с вопросами я цепко:

– Где живёт и как найти пути?

А сестра, довольная при этом,

Отвечала:

– Знаю только я!

Девочка волшебная с рассветом

Приглашала лишь одну меня.

И от этой мысли автоматом

Всплыли ужас и глухой озноб.

Я стоял бесчувственным солдатом,

Потирая вдруг вспотевший лоб.

То ли видя нервное пыхтенье,

То ли жалко стало ей меня,

Только в следующее мгновенье

– Ладно, – прошептала, – всё ж родня.

Я от радости, не веря чуду,

Стал вопросами сестру томить:

– Верно ль, что конфеты там повсюду,

А игрушек – не передарить?

– Там есть всё: колбасы и конфеты, –

Отвечала с выдохом сестра. –

И машины, и велосипеды,

В общем, горы нужного добра.

Как душа желала в сказку верить!

Взял сестру в охапку, и пошли

Мы к волшебной девочке, а двери

За собой закрыли на замки.

Во дворе подняли на́ смех дети,

Лишь узнав волшебные дела.

И пацан соседский нам заметил,

Что плохою сказочка была.

Где ему понять, в смешной панамке,

Что живёт на свете волшебство.

– Мы вернёмся на огромном танке! –

Так сквозь зубы я сказал назло.

Побрели по улице к заводу,

Перелезли каменный забор,

Повстречали разного народу,

Но не ту, о ком был разговор.

Машинист сигналил с тепловоза,

Нас на рельсах видя сдалека¹,

Объезжали три цементовоза,

Поднимая пыль наверняка.

От цемента, словно от наркоза,

Мы чихали, но упрямо шли.

А на сердце нервная заноза

Появилась, как укол тоски.

Примечание:

¹ Сдалека – издалека (устар.).

«Где ж она, волшебница такая.

И зачем запряталась от нас?», –

Мысленно с собою рассуждая,

За сестрой держал я строгий глаз.

– Правильно ль тебе она дорогу

Указала? Где же её дом?

Сколько нам идти к её порогу?

Ты уже воло́чишься с трудом!

А сестра на самом деле сникла.

Вот уже и город позади.

По шоссе мы шли, когда возникла

Будка чуть правее, впереди.

– Вроде здесь живёт, – она сказала.

Мы давай стучать по двери той.

– Девочка, открой, – сестра шептала,

А глаза напо́лнились слезой.

– Что ревёшь?! Зови свою подругу,

В гости нас она к себе звала! –

Но в ответ молчанье, и с испугу

Вся её фигурка замерла.

Будку обошёл я раз пятнадцать

И жалел, что не было окон.

Здесь сестра вдруг перестала плакать:

– Вспомнила, ведь это был лишь сон!

Если б небо колыхнулось громом

И тогда б я не был оглушён,

Как словами, что звучали стоном.

Я был словно небом пригвождён.

– Это – сон?! И девочка, и танки,

И конфеты, и колба́сы, и лапша?!

…И у сказок есть свои изнанки,

Что не хочет принимать душа.

Мы вернулись к дому, где нас встретил

Тот, в панамке:

– Ну и где же танк?

– Он в ремонте, – я ему ответил, –

Но починят! – и поднял кулак…

Наши души жаждут мира сказок.

За мечтой шагаем напролом,

Но в реальности – поменьше красок,

И внимаешь этому с трудом.

Лишь когда становится прескверно,

Вспоминаю, как мы шли ва-банк,

И всплывает в памяти нетленной

С девочкой волшебной этот танк.

***

Оберег

1.

Как сложно там, где рифма – оберег

По данной рукотворности врачует.

Но, в суть проникшись, верно очарует,

Чтоб смыть с души забытый мною грех.

Вновь волны света дарят нам тепло,

Где сила солнца – огнь животворящий.

И тот, кто свет нам дарит в настоящем,

Он сам, как солнце, светится светло.

2.

Зимой нам света очень не хватает.

Во всём тепло замёрзшая душа

Пытается найти, чтоб неспеша

Вобрать лучи того, кто согревает...

***

Валентину Воробьёву

Про дьявола читал я и у Твена¹,

И у Булгакова², вчера ещё у Вас³.

Премилый образ, только мне, наверно,

Всё ж ближе Бог. С молитвой в трудный час

К нему за помощью я обращаюсь,

Ищу поддержку в образа́х икон.

А дьявол, хоть не делал зла, но, каюсь,

Он всё же чёрт от веку испокон.

Примечания:

¹ Марк Твен «Таинственный незнакомец»

² Михаил Булгаков «Мастер и Маргарита»

³ Валентин Воробьёв «Сотворение мира»

***

Ольге Макаровой

1.

Пусть невыполнимой осталась мечта,

Но всё же была она яркой.

И то, что «была» – не дано неспроста,

Хоть в душе проросла не подарком.

В мученьях и ранах калилась душа,

Но буйные ветры эпохи

Её не сломили, хоть резью прошла

На сердце та боль. Только вздохи

Остались от той, безответной, любви,

Что в сердце засела тельняшкой,

И чувствам погасшим прошепчешь «прости» ...

Как жаль, что душе было тяжко.

2.

Хоть стих отозвался грустинкой, в душе

Нет места печалям и болям.

Ведь праздники скоро, и нам в тишине

Навряд ли созвучно былое.

Пусть боли останутся там, позади,

Где нет человеку возврата…

А сердцу желаю «лекарства» найти,

Чтоб не было впредь виновато.

***

Бывает и такое

В гневе мы всегда отважны –

Это было, и не дважды,

Что казалось очень важным:

Вот возьму да и уйду.

Но привязано сердечко,

Как невидимой уздечкой,

И гулять по миру вечно –

Это кликать нам беду.

Вот и я порою в гневе,

Не грубить чтоб королеве,

Ухожу, захлопнув двери...

Но в груди грустит душа.

То ли долго, то ли мало –

Поднимаю я забрало,

Чем закрылся от скандала,

И домой иду спеша.

***

Алаверды

Игорю Карину

За пожеланье долго жить

Премного благодарен буду!

Свидетелем – поверю чуду,

Чтоб дольше Бога мне любить.

Душа на уровне другом

Вопросы ставит пред поэтом:

Богоявленье – сказка ль это?

Иль жажда веры о святом?

Но труден путь, коль спит копьё,

Хоть ангелы не раз спасали,

Когда снимали с душ печали,

Уничтожая вороньё...

Я буду верить, что узрит

Честной народ, что пожелал ты.

Пусть бьют над площадью куранты,

Пусть вера в Бога победит!

***

Звучит рефреном тихий плач ребёнка,

Что прячем мы на дне своей души.

И, слава Богу, вырастаем не в подонков,

Когда доходим в жизни до вершин.

***

Удачу я ловлю, но птицей

Она летит в неведомую даль.

Хочу догнать её на колеснице,

Чтоб отпустила хмурая печаль...

***

Забытая книга пиита,

где вкра́плены мысли,

Когда-то тревожные,

нынче – немые, как дым,

Кому-то, дай Боже,

открытьем нехоженых высей

Пребудет, чтоб снова

напо́лниться словом живым.

***

«Я не подарок!» – так мы говорим,

Когда от боли сами лезем в драки.

И словом губим тех, кто был любим,

Подкармливая яростью атаки.

***

Рецензия на стих « Тоска » Катерины Шуклиной

Как гениально сказано о грусти

Мне лучших слов, наверно, не найти.

Но знай, со временем печаль отпустит,

Чтоб вновь покой смогла бы обрести.

И нервы оголённые накроет

Шагреневая кожа новых встреч,

Где рук тепло отчаянных героев

За новой сказкой может вдруг увлечь.

Прозрачных слёз солёная грустинка

Исчезнет на улыбчивых губах…

Я верю, на душе растает льдинка,

Когда приходят ангелы во снах.

***

Время

Как быстро время пролетает,

Хоть незаметное порой!

Мы лета жаждем все зимой,

Зимой же – лета не хватает.

И подгоняем вечно время.

Лишь только в зрелые года

Свой бег до страшного суда,

Ища в мгновениях спасенья,

Пытаемся притормозить, и…

Себе с грустинкой признаём,

Что очень быстро мы живём,

Вновь колесо круча событий.

Свой слепок время оставляет.

Над вечным миром бытия.

Его печать – и есть стезя,

Что память долго возвышает.

***

С моею половинкою сложней:

Не интересна ей поэзии страна.

И потому никак редактором она

Не может быть, считая, что важней

Не на Пегасе бе́з толку скакать,

Ища в инете от поклонниц лавры,

А быть готовым выйти в генералы

В уборке дома... проще так сказать.

А лучше, чтоб в руках был молоток

(Или лопата), только не перо.

И чтоб компьютер – это существо –

Закрыт почаще был бы на замок.

***

Снова маме

Как быстро время пролетает,

Хоть незаметное порой!

Мы лета жаждем все зимой,

Зимой же – лета не хватает.

И подгоняем вечно время.

Лишь только в зрелые года

Свой бег до страшного суда,

Ища в мгновениях спасенья,

Пытаемся притормозить, и…

Себе с грустинкой признаём,

Что очень быстро мы живём,

Вновь колесо круча событий.

Свой слепок время оставляет.

Над вечным миром бытия.

Его печать – и есть стезя,

Что память долго возвышает.

***

Калика

Как быстро время пролетает,

Хоть незаметное порой!

Мы лета жаждем все зимой,

Зимой же – лета не хватает.

И подгоняем вечно время.

Лишь только в зрелые года

Свой бег до страшного суда,

Ища в мгновениях спасенья,

Пытаемся притормозить, и…

Себе с грустинкой признаём,

Что очень быстро мы живём,

Вновь колесо круча событий.

Свой слепок время оставляет.

Над вечным миром бытия.

Его печать – и есть стезя,

Что память долго возвышает.

***

Вера

Чудеса на белом свете,

Если верить всей душой,

Раскрываются в дуэте,

Где есть вы и есть святой.

Он придёт к вам незаметно,

Облегчит страданий сонм...

Нужно верить беззаветно

В эту тайну в голубом.

Верить – так как синь лазурна,

И светла о боге мысль.

От небесного ноктюрна

Весь исход – вселенский смысл.

Пусть за бред считают веру,

Только в сердце – огонёк,

Где нет места люциферу¹,

Хоть душа, как мотылёк.

И вибрации доходят

До того, кто ждёт посыл.

Кто не верит — пусть злословят,

Только бог их не забыл.

Он всегда придёт на помощь,

Даже если потерял

Веру в бога в злую полночь

В чёрный месяц января.

Незаметно, понемногу

Лучик веры вновь пробьёт

Путь безверия, и к богу

Душу снова приведёт.

Примечание:

¹Люцифер – олицетворение планеты Венеры, «утренней звезды» в римской мифологии. В христианской традиции одно из обозначений сатаны как горделивого и бессильного подражателя тому свету, который составляет мистическую славу божества. Таким образом, Люцифер стал синонимом сатаны и дьявола в церковной и популярной литературе.

***

Как мёртвый зуб со временем чернеет,

Так без любви чернеет и душа.

А вдохновением всегда повеет,

Лишь сто́ит выглянуть нам из окна.

***

На женский день

Смотрю в окно: где ж солнце? Лишь снега́.

Но на душе вновь радостные нотки.

Нам в женский день тепло от очага,

И ищем в пожеланиях находки,

Чтобы своих поздравить дочерей,

Своих сестёр, и мам, и даже тёток…

Мы в женский день становимся добрей,

Как будто в нас вселился вновь ребёнок.

Но с разницей лишь той, что ваш каприз –

Любой! – готовы выполнить с охотой.

И в этот день рождается девиз:

«Сегодня я́ загружен всей работой!»

***

Неужели всё печально

в нашем светло-чёрном Мире?

Где свобода изначально

даровалась нам в эфире.

И неужто несподручно

нам замыслить радость света?

Мысль проносится беззвучно,

Как далёкая комета.

И на подступах Вселенной,

Оттолкнувшись от галактик,

К нам материей нетленной

вновь вернётся, словно странник.

***

И мира, и гармонии – так много

Я получил от скромного письма.

Вдогонку – благ, здоровья очень много,

Любви и впечатлений – прям, сума.

С богатством этим буду точно пьяным,

Не захочу быть трезвым никогда.

Вновь окунусь в цветочные поляны,

Чтобы в цветах забыться навсегда.

***

Вижу справа – Лукоморье,

Слева – остров-град Буян,

Где дружина Черномора

Сторожит своих христьян.

Там заточенные копья

Страх наводят на врагов,

Если смотрит исподлобья

Тот, кто должен быть суров.

А Кащеева смертина,

Что в яйце таит игла,

Будет волей властелина

Уничтожена, как мгла.

Коль яйцо проткну иголкой,

Будет ли кому-то толк?

На душе скребутся волки –

Не зачах ли мой исток?

То ли сказка, то ли притча –

Добрым молодцам в урок.

Но, как правило, обычно

Все загадки – между строк.

< >

Мне распятием заняться

Приказали поутру…

Коли честно мне признаться,

Не пойму: что и к чему?

И фонарики, походы…

Видит глаз, да ум неймёт –

Не спасают переходы,

Что мне Боже подаёт.

Так я падаю из князей,

Чем я назван был собой,

В уготованные грязи

С кпд-шкой нулевой.

***

Цепь звенит на Лукоморье,

Где Баюн-котяра спит,

Где копьё торчит из моря

Возле дуба... Но горит

Там маяк на косогоре,

Направляя корабли

На свободу, вдаль за море,

От засушенной земли.

***

Сыну Эрику

Когда проходит год и снова день

Твой настаёт, подводишь вновь итоги:

Где был силён, где обуздала лень,

Где был богат, а где-то – и убогий.

Но снова про́жит год, уж позади

И армия, где с играми мужскими

Ты возмужал, и курсы у любви,

Где душу ты делил уже с другими.

И кажется, что год – такой большой –

Спрессован в миг, и дел ещё – по горло:

Друзья имеют кров над головой,

А здесь учиться год ещё покорно.

… Не торопись, всему своя стезя:

И будет день, и будет снова пища,

И новые вопросы бытия,

И хлопоты по поводу жилища.

Ты сможешь всё! В тебе заложен код

От нашей плоти, наших дум и мыслей.

С достоинством продолжи предков род

И достигай намеченных тобою высей.

Твой день рожденья, веришь или нет,

Созвучен звёздам, что сошлись на небе…

Надеемся, что ты оставишь след