Kitabı oxu: «Мне нельзя тебя любить»

***

Часы на стене показывали без двадцати десять. Я устало и замучено взглянула на своего босса. Хотя уже прошел длинный, затянувшийся допоздна, рабочий день, босс по-прежнему был полон энергии и продолжал работать. Я вздохнула, прикрыла глаза и произнесла про себя очередной раз, как мантру: «Завтра выходной, завтра выходной…»

– На сегодня всё, – услышала я заветные слова и распахнула глаза.

Босс уже надевал пиджак, до этого висевший на спинке офисного кресла. Энергично поправил манжеты рубашки.

Я стала поспешно собирать бумаги со стола.

– Завтра ты мне нужна, – его слова заставили меня резко замереть.

Медленно во мне поднималось возмущение, которое волной захлестнуло меня, мое терпение лопнуло, и я выпалила:

– Нет! Я завтра не могу.

Он удивленно посмотрел на меня, будто не понимал, с чего это я вдруг проявила норов:

– Почему нет?

– Я… Мне нужно навестить бабушку с дедушкой!

– Бабушку?

– С дедушкой… Да.

Он подошел ближе, наклонился, чтобы заглянуть в глаза.

Я смутилась. Ухмылка появилась на его лице.

– Ну-ну, – он засунул руки в карманы, – посмотрим.

– На что посмотрим?

– Как ты будешь завтра выкручиваться.

– Вы о чем? – Я с тревогой уставилась на него.

– Я буду сопровождать тебя. К бабушке… с дедушкой.

Я открыла рот, чтобы возмутиться и возразить, но он быстро и настойчиво добавил:

– Там все и обсудим.

Он быстро вышел, а я так и осталась стоять с открытым ртом, убитая, раздавленная неимоверным деспотизмом босса.

Собрав остатки сил, я прибралась на столе, забрала свои записи и отправилась в приемную, собираться домой.

Минут через пятнадцать я спустилась вниз, помахала на прощание охраннику, который с сочувствием посмотрел на меня, прежде чем кивнуть и закрыть за мной двери многоэтажного здания.

На улице было темно, прохладно и одиноко. Пожалев, что не вызвала такси, я осмотрелась по сторонам и еще раз мысленно прокляла босса-деспота, так жестоко эксплуатирующего своего личного секретаря.

Неожиданно ко мне подкатил хорошо знакомый черный автомобиль и резко затормозил. Черта вспомнишь – он и появится! Стекло дверцы опустилось вниз, и босс посмотрел на меня:

– Садись!

Я оторопела. Он что, решил меня подвести? Опять?

– Да садись уже!

Его раздраженный тон заставил меня быстро обойти автомобиль и сесть на переднее место рядом с ним.

– Когда ты уже приобретешь себе автомобиль? – С тем же раздражением задал он вопрос, выезжая на дорогу.

Я боялась садиться за руль, но в этом мне не хотелось ему признаваться.

– У меня нет прав, – ответила я.

– Так получи.

Я готова была взорваться. Он на самом деле такой непроходимый болван, или издевается?!

– У меня нет времени, – сквозь зубы произнесла я.

– Получишь права, выделю авто – служебный.

Я скосила на него глаза, вздохнула и уставилась в боковое окно.

Он молча вел автомобиль, и я, сама того не заметив, убаюканная огнями за окном, заснула. Проснулась лишь тогда, когда меня потрясли за плечо.

– Аврора, проснись.

Я распахнула глаза, встрепенулась:

– Простите, я заснула.

Он не ответил.

Я огляделась. Автомобиль стоял возле моего дома. Я отстегнула ремень безопасности.

– Я заеду за тобой в девять, – сказал он, задумчиво смотря перед собой. Его руки покоились на руле.

По его непреклонному тону, я очень четко поняла, спорить бесполезно.

Я вышла из автомобиля. Он даже не попрощался, автомобиль сорвался с места и умчался вперед.

А в моей голове засела лишь одна мысль – о том, что я хочу уволиться.

***

Девять. Ух, ты, да по нему можно время сверять!

В дверной звонок нещадно звонили.

Я отложила телефон в сторону. Нехотя встала с кровати и поплелась к входной двери. Раз уж я решила уволиться, то и не вижу смысла заморачиваться по поводу внешнего вида. Это мой выходной, я отдыхаю!

Я открыла дверь:

– Господин Орлов, я у…

– Собирайся, у нас мало времени, – перебил он, проходя мимо меня в квартиру.

У меня пропал дар речи. Что за человек?! Несносный, нетерпимый! Эгоист! «Буржуй недобитый» – вспомнились слова деда об Орлове, когда я впервые упомянула шефа за воскресным семейным обедом. Дед бы смог сбить спесь с этого упыря! Как же я устала!

– Аврора! – донеслось до меня будто издалека, и я посмотрела на шефа, который махал перед моим лицом рукой. – Ты научилась теперь и стоя спать?

Кровь ударила мне в лицо. Я сжала кулаки и зашипела:

– Я работаю на вас уже два года. За это время было очень мало выходных, когда бы вы не загрузили меня работой! Вы не имеете права лишать меня выходных!

Он засунул руки в карманы, качнулся на каблуках, хмыкнул и, как ни в чем не бывало, продолжил:

– Я уже говорил, что, как только завершим сделку, ты уйдешь в отпуск. Я выплачу хорошие премиальные…

– Это затянулось уже на несколько месяцев, – выдохнула я. – Я не могу больше работать у вас. Я увольняюсь.

Он молча смотрел на меня, что-то мелькнуло в его взгляде, но тут же он умело скрыл это за маской холодного высокомерия.

– Есть какие-либо иные причины, по которым ты решила уйти?

Причины были, да еще какие! Только мне не хотелось ему говорить, что из-за работы на него моя личная жизнь не складывалась, так как не было возможности даже сходить на свидание, а парень, который мне очень нравился еще с детства, просто сбежал, как только «познакомился» с Орловым.

Я вздохнула и села на диван.

– Я устала. Я уже не справляюсь с вашим темпом работы.

К моему удивлению, он присел на корточки передо мной и проникновенно произнес:

– Я понимаю. Ты сможешь уже завтра отдохнуть на море. Вечером мы летим на переговоры…

– Что?! Я только что вам сообщила о своем увольнении, а вы говорите мне о деловой поездке?

– Это не совсем деловая поездка…

– А что тогда?

Он поднялся.

– Ты и вправду хочешь уволиться?

– Разве с начальством шутят на эту тему?

Наш разговор казался мне непонятным и абсурдным.

– Тогда ты должна знать, согласно договора ты обязана отработать две недели после письменного уведомления о своем увольнении.

Я крепко стиснула челюсти, так что заскрипели зубы.

– Я знаю это. Но в выходные отказываюсь работать.

– Я уже говорил о важности этой сделки. Я всегда достойно оплачивал твои сверхурочные. И сейчас не будет исключения. Ты нужна мне на этой сделке, Аврора.

Неужели в его словах прозвучали нотки просьбы?!

– У моей бабушки день рождения. Я никуда сегодня не поеду с вами.

– Я поеду с тобой.

– Зачем?

Он дернул плечом.

– Я деловой человек. Не люблю тратить время впустую. Мы сможем многое обсудить по дороге. И я заберу тебя сразу, как только пройдут именины. На Кипр летим на три дня. Так что, возьми с собой все необходимое. После переговоров еще будет время расслабиться и отдохнуть на тихом частном пляже… Возможно, после отдыха ты передумаешь столь опрометчиво увольняться.

Не передумаю. Но об этом говорить ему не буду.

– Хорошо, – уступила я с обреченным видом и тут же увидела самодовольную ухмылку на его лице.

Вот бесит же! Я отправилась собирать вещи в дорогу, отчаянно предвкушая, как дед при встрече расправится с его самолюбием в два счета.

***

Настроив в навигаторе маршрут, шеф вывел автомобиль на трассу. Первые десять минут пути он говорил о предстоящей сделке, затем наступила тишина и я… уснула.

Так мы и прибыли на место – в поселок на окраине мегаполиса, где жили мои дедушка и бабушка, и где я провела свое отрочество и юность.

Автомобиль остановился возле коттеджа, и шеф заглушил мотор. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я проснулась. Я испуганно встрепенулась и тут же натолкнулась на внимательный взгляд склонившегося ко мне босса. Почему он так близко? Я смутилась и почувствовала, что краснею.

Он отодвинулся, вздохнул:

– Спать в моей машине становится для тебя привычкой.

– Извините, – машинально ответила я и тут же огрызнулась:

– Я бы не засыпала на ходу, если бы вы не загружали меня работой.

Он фыркнул, но промолчал. Открыв дверь, он вышел из автомобиля.

Я последовала его примеру. Босс открыл багажник и вынул коробку в красивой обертке.

– Что это?

– А разве непонятно? Ты говорила, что у твоей бабушки день рождения.

Я недоверчиво посмотрела на него:

– Когда вы успели? И что там?

– Что, любопытно?

– Вовсе нет! Не хочу, чтобы вы ненароком обидели мою бабушку.

Он надменно изогнул бровь:

– Хочешь сказать, что в офисе по праздникам я вручаю сотрудникам неуместные подарки?

Я сморщила нос и сконфуженно хихикнула, примирительно коснувшись его руки:

– Не обижайтесь, вовсе нет.

Его взгляд опустился на мою руку, и я быстро ее отдернула.

– Простите.

– Перестань извиняться, – раздраженно заметил он.

Как же быстро у него испортилось настроение! Между нами наступила напряженная тишина. Мы направились к дому.

– Аврора, – мрачно позвал он.

– Да?

– Давай перейдем на «ты»… Мы не в офисе. Между нами небольшая разница в возрасте – такое обращение кажется странным со стороны.

– Все это и так кажется странным со стороны, – пытаясь скрыть неловкость, съязвила я.

– Что ты имеешь в виду?

– Вот как я должна объяснить ваше присутствие здесь бабушке и дедушке?

Он изучающе, задумчиво смотрел на меня.

– У тебя есть предложения?

Я покачала головой. Идея отдать босса на растерзание деду была для меня по-прежнему заманчивой.

– Тогда у меня есть предложение. Представишь меня своим близким другом.

– Что? – Я даже отстала от него, затем нагнала возле входной двери.

Он не ответил, дверь открылась, и на пороге появилась моя бабушка.

– Авочка, девочка моя, – она поцеловала меня в щеку и посмотрела на Орлова. – Кто этот молодой человек с тобой?

– Егор, – представился он. У меня глаза на лоб полезли! Вот тебе на – Егор!

Бабушка перевела вопрошающий взгляд на меня.

– М… да. Егор. Егор Орлов.

– Орлов? – Услышали мы громогласный командный голос моего деда. Он появился на пороге с раритетной винтовкой времен революции в руке на перевес. – «Буржуй недобитый»?

Пришло время удивляться боссу. Он взглянул на меня с эдаким сарказмом, затем повернулся к деду:

– Судя по всему. Надеюсь, добивать не собираетесь? – Он кивнул в сторону винтовки.

Дед хмыкнул, погладил винтовку:

– Посмотрим по обстоятельству.

Бабушка толкнула его в плечо:

– Ой, да прекрати! – Улыбнулась гостю. – Он просто шутит. Скучно ему без службы. Давайте, проходите в дом. Ах, да, меня зовут Лидия Васильевна, а этого «шутника» Иван Анатольевич…

***

Мы вручили подарки, и затем сели пить чай. Запах ароматных пирогов заполнял веранду и окутывал домашним уютом и теплом. Босс сидел рядом, пил чай, как все, хотя, будучи его секретарем я знала, пьет он исключительно кофе.

– Так почему вы приехали вместе? – задал вопрос дед, пристально смотря на гостя.

– А разве Аврора вам не говорила? – спросил Орлов в ответ, повернувшись ко мне. – Мы проводим почти все время вместе, потому что не может друг без друга. Думаю, что нам уже пора официально в открытую встречаться.

Я поперхнулась. Он заботливо постучал ладонью по моей спине.

Дед с бабушкой молчали, уставившись на меня. А я ничего ответить не могла, пытаясь прокашляться.

– Аврора? – Дед сурово вперил в меня глаза, ожидая объяснений.

– Я… – Кашель не прекращался.

Босс заботливо протянул мне кружку с чаем. Я выхватила у него кружку, отхлебнула, резко поставила на стол:

– Все не так…

– Авочка, не переживай, мы понимаем…, – начала бабушка, но дед ее перебил.

– А я вот не понимаю! – заявил он.

– Ваня, – бабушка успокаивающе положила на его руку ладонь.

– Мы не встречаемся! – вставила я.

– Так почему же тогда он здесь? – рявкнул дед.

Орлов высокомерно откинулся на спинку стула:

– Я в чем-то провинился?

– Вы…

– Ты…

Успели только мы произнести с дедом, как вставшая бабушка хлопнула ладонью по столу.

– Всем молчать! Вы портите мой день рождения.

Она обвела всех грозным учительским взглядом.

– Извините, – ответил Орлов, сменив высокомерную позу на смиренную, и отхлебнул чаю.

За столом наступила тишина.

– Может быть, пора открыть домашнюю наливку и выпить за знакомство? – уже мягким тоном произнесла бабушка. Дед сразу немного оттаял.

– Я уж точно хочу выпить за твои именины, – буркнул он.

Наливка оказалась крепкой. От первой же рюмки меня куда-то понесло. Орлов в раздумьях покрутил рюмку в руках, затем залпом выпил.

Бабушка нашла нейтральную тему для разговора, разрядив тем самым обстановку. Дед больше не доставал непрошеного гостя. Все было мирно и чинно, пока бабушка не вспомнила о том, что сегодня встреча выпускников, на которую, по ее мнению, я должна была пойти.

– Авочка, а как же встреча выпускников? – напомнила она. – Нужно пойти…

– Я не пойду.

– Если ты из-за моего дня рождения, то не переживай. Мы славно посидели. И чуть позже придут мои подруги. А вот вы с Егором можете сходить, развеется.

Я кинула быстрый взгляд на босса, отрицая в корне такую возможность, однако у него было другое мнение.

– Почему бы и нет, – сказал Орлов.

– А разве нам не надо ехать? – прошипела сквозь зубы я.

Он приподнял рюмку:

– После этого? После этого мы поедим только завтра.

– А как же…

Он наклонился ко мне поближе:

– И вот кто после этого трудоголик?

***

До места встречи выпускников добирались пешим ходом.

Босс первый нарушил молчание.

– Так вот откуда такое имя – «Аврора». В честь крейсера? – Он хмыкнул. – А я-то думал, «Аврора» как богиня утренней зари.

– Лучше не продолжайте. Это не смешно. – Не знаю, откуда во мне взялась такая храбрость, перечить ему. Наверное, из-за бабушкиной настойки. Какая же это наливка?

Он остановился, повернулся ко мне.

– Почему же? Меня вот вся эта ситуация веселит. А тебя разве нет? Наверняка представляла себе, как дед разнесет в пух и прах «эксплуататора-буржуя»?

– Нет. Не так. «Недобитого буржуя», – вырвалось у меня, и я прикрыла рот ладошкой. Да что это со мной?!

Орлов засунул руки в карманы. Смерив меня взглядом, сделал шаг вперед и практически навис надо мной.

– А мне вот нравится быть «буржуем». Пользоваться всеми благами, которые дают мне мои деньги.

Из чистого упрямства я не сделала шаг назад:

– Вы думаете, что это я придумала вам прозвище?

– Я думаю, что это у вас с дедом семейное – давать прозвища. Но нет, ты придумала что-то другое.

Я фыркнула и покраснела. Вот как он догадался?

– Да? И какое же?

– Ну… скажем, деспот, тиран… эгоист.

Он что, читает мои мысли?!

– Э…

– Что, серьезно?

Я не выдержала и, решив сбежать от его пристального взгляда, сделала шаг назад. Однако запнулась. Он успел подхватить меня за талию и удержать от падения.

– Спасибо. Можете уже отпустить? – пробормотала я, отводя глаза.

Он отпустил и сухо заметил:

– Я не кусаюсь, Аврора.

– Но это не делает вас менее опасным, – сорвалось у меня с языка. Язык мой – враг мой! Я зажала рот рукой. – Простите!

И ускорила шаг.

– Определенно, мне нравится настойка твоей бабушки. Сыворотка правды. – Услышала я его слова с нотками веселья.

***

К тому времени, когда мы прибыли в нужное место, алкоголь почти выветрился из моей головы. Или я просто надеялась на это.

У босса очередной раз затрезвонил сотовый, он взглянул на дисплей.

– Мне нужно ответить, – предупредил он, принял вызов и вышел из помещения.

Я огляделась по сторонам. Многие мои ровесники изменились за эти годы. В последний раз мы так собирались выпуском лет пять назад. С некоторыми было приятно поздороваться, перекинуться парой другой слов. Однако не все вызывали у меня радостное чувство встречи. Вот надо же, угораздило сразу столкнуться с Анитой!

– О, бедняжка! Ты опять одна?

Меня покоробило ехидство бывшей одноклассницы.

– И тебе, здравствуй! – ответила я.

– Я же говорила, девочки, что и в этот раз она будет одна. Где мой выигрыш?

– Вы что, спорили на меня? – Я требовательно взглянула на троюродную сестру, с которой вместе училась. Той хватило совести отвести глаза и пробормотать:

– Мы просто шутили.

Анита фыркнула:

– О, да! Никто не решился поставить на то, что ты явишься на встречу выпускников с парнем. Кроме Софьи. И теперь ее брошь моя!

– Что? Ты поставила на спор семейную брошь? Зачем ты вообще позволяешь втягивать себя в такую глупость?

– Аврора… – Софья не успела договорить.

– Аврора, вот ты где, – услышала я за спиной голос босса и совсем не ожидала, что его рука по-хозяйски обовьет мою талию, и он притянем меня к себе. Слишком близко. Так, что под тканью его рубашки я чувствовала тепло его тела и биение сердца… Его дыхание щекотнуло мне висок, и мурашки побежали по моим рукам и спине. Я рвано втянула воздух и забыла выдохнуть. Конечно же, он заметил это. Орлов с улыбкой смотрел мне в глаза, и я видела, как искорки вспыхивают в его глазах.

– Аврора, кто это? – в голосе Софьи послышалась надежда, которую не хотелось разбивать, но Анита опередила:

– Я видела ваше фото в соцсетях! «Один из самый недосягаемых женихов года». И, точно знаю, босс Авроры. Аврора, сейчас модно секретаршам ходить на торжества со своим начальником? Хотя, у вас очень «тесное», я бы сказала, «сотрудничество».

Орлов одарил ее холодным взглядом:

– Аврора моя невеста. Поосторожнее с грязными намеками. Иначе будете иметь дело с моими юристами.

Я была, мягко говоря, поражена, а он повел меня в сторону от них. Невеста?

– Зачем вы это сказали? – прошептала я ошарашенно. – Вы опять поставили меня в неловкое положение! Сплетня разлетится в считанные минуты! Вы подумали о том, как я себя буду чувствовать, когда откроется правда, что вы… вовсе мне не жених? Да как вам вообще это в голову пришло?

Я отстранилась от него, но Орлов опять рывком притянул меня к себе. Меня обдало жаркой волной, а он тем временем изучающе смотрел мне в глаза.

– На нас уже все смотрят. Ты же не хочешь, чтобы обман раскрылся прямо сейчас?

– Все решат, что я ваша любовница. – Я была в отчаянии.

– Тебя это смущает?

– А вы как думаете?

– Не стоит обращать внимание на мнение других.

– Но я так не могу!

Он некоторое время пристально смотрел мне в глаза.

– Хорошо. Тогда подыграй мне. Пусть все думают, что у нас серьезные отношения. И что я безумно влюблен в тебя.

– Что?

– Я буду показывать всем, что люблю тебя, Аврора. Безумно, – повторил он.

Я смутилась. Насколько же правдоподобно могут звучать слова в его устах. Змей-искуситель!

– А что потом?

– Потом… Ты можешь заявить, что бросила меня. Потому что я деспот и трудоголик, замучивший тебя до нервного истощения.

Я посмотрела по сторонам. На нас действительно смотрели. Особенно Анита, которая умирала от зависти.

Видя, что я не отвергаю его предложение, босс произнес:

– Пойдем, потанцуем.

– Ой, нет!

Но не тут-то было. Он вывел меня на танцплощадку и так уме, то приближал, то отдалял, что я порхала, словно бабочка. Ну или как знамя на ветру. И, что удивительно, мне это нравилось. Я стала смеяться, получая удовольствие, как никогда, а он улыбался и тоже наслаждался нашей игрой.

После мы выпили шампанское, отчего в голове стало легко, а на душе беззаботно. И с той же легкостью я перешла с ним на «ты», когда он еще раз об этом напомнил.

Когда мы общались с моими одноклассниками, его рука собственнически покоилась на моем бедре, конечно же, в рамках нашей игры на публику. И это не оставляло меня равнодушной. Мой пульс участился, на щеках выступил румянец, а жар от его руки распространился по всему моему телу. Мой взгляд все чаще останавливался на его лице, и я удивлялась, почему раньше не замечала эту другую сторону его личности. Для меня он всегда был боссом. До сегодняшнего дня.

Поворачиваясь ко мне, Орлов улыбался краешками губ, а его глаза излучали свет… Я зажмурила глаза и потрясла головой.

– Аврора, все в порядке? – раздался его обеспокоенный голос.

– Кажется, я перебрала, – тихо простонала я.

Он заботливо обнял меня за талию, и я резко распахнула глаза.

– Пойдем на открытый воздух, – сказал он, уводя меня из помещения.

На улице уже стемнело. Светили фонари, изнутри доносилась музыка, несколько человек курили на улице, разговаривали, смеялись.

Я прислонилась к стене. Легкий ветерок обдувал, неся прохладу. Мы помолчали.

Он повернулся ко мне.

– Ты как, полегчало?

Я кивнула. Его рука оперлась о стену рядом с моей головой, а он почти навис надо мной:

– Нам нужно поговорить.

– Пожалуйста, давайте сегодня не будем о работе! – почти простонала я.

– О работе? Да… Конечно.

– Пойдемте домой. В смысле к…

– Да. Я понял, – резким тоном ответил он, затем вздохнул, заметив, что я напряглась после его слов. – Не бери в голову.

– Хорошо, – осторожно ответила я, и мы побрели по улице.

Я поежилась от прохладного порыва ветра. Он заметил это, снял пиджак и накинул на мои плечи.

– Спасибо. Вы сегодня очень… обходительны.

– Да неужели? – В его голосе звучала холодная насмешка.

Я замолчала. Он опять вошел в режим «задницы»? Да что с ним вообще?

Мы шли, сохраняя неловкое молчание. Пока я не запнулась. Каблук подвернулся и сломался.

– Да как так-то?! – вырвалось у меня отчаянно, пока я разглядывала сломанную туфлю.

– Ногу не подвернула?

– Нет, не очень. Чуть болит… Ну вот что за невезение! Вот как я пойду?

Он одним махом взвалил меня к себе на плечо и понес.

– Эй! – воскликнула я, болтаясь вниз головой.

– Веди себя смирно, не то свалишься, – строго предупредил он.

– Но…

Его пальцы крепко сжали мое бедро. Я всхлипнула и закусила губу. Как же стыдно! Это так… интимно.

Казалось прошла целая вечность, прежде чем мы оказались в доме моих близких. Но даже дома босс меня не отпустил. Он так и внес меня на своем плече в мою комнату и хотел было сгрузить на кровать, но мы вместе грохнулись на нее.

Я повернулась к нему лицом, и наши взгляды встретились. Меня снова обдало жаром. Да что со мной?

Пауза затянулась. Я смущенно отвела глаза и хотела отодвинуться, но он рывком вновь притянул меня к себе. Я удивленно уставилась в его глаза.

– Аврора, – тихо, с хрипотцой в голосе, прошептал он, и я почувствовала, что таю. Не хочу сопротивляться…

Его губы накрыли мои, и я потерялась в волне чувств, накрывших меня с головой. Это не был нежный поцелуй, он был жадный, голодный, требовательный. Его язык проник в мой рот, заставил сладостно застонать.

И тут над нашими головами прозвучал громогласный голос деда:

– А ну отставить! Марш по своим местам! На сборы – минута.

Мы отстранились друг от друга. Орлов смотрел в мои глаза, будто искал в них какой-то ответ на невысказанный им вопрос. Я молчала. Потому что была напугана тем, что сделала. Он встал. Забрал пиджак и вышел.

Я уткнулась лицом в подушку. Отчаянно простонала. После поцелуя осталось смятение, отчаяние и… неудовлетворенность.

Я долго не могла уснуть, мысленно возвращаясь к поцелую. Я что, сошла с ума? Какой странный выдался денек!

***

Утром мы столкнулись на веранде. Он пил кофе. Бабушка что, специально купила для него кофе? Как она догадалась?

Увидев меня, босс решительно начал:

– По поводу вчерашнего…

Я поспешно его перебила:

– Я была пьяна, да и вы тоже…

Он посмотрел на меня как-то странно.

– Да. Конечно, – сухо ответил он и, повернувшись к открытому окну, сделал глоток напитка. Его телефон зазвонил, спасая нас от ненужного разговора. Босс ответил на звонок и вышел на улицу.

Я вздохнула. От нашего короткого разговора остался какой-то неприятный осадок на сердце. Я выглянула в окно, наблюдая за шефом. Разговаривая по телефону, он в своей обычной манере ходил взад-вперед.

– Авочка, я так рада, что ты наконец-то устроила свою личную жизнь, – произнесла бабушка, подошедшая ко мне сзади.

От неожиданности я вздрогнула.

Она тоже смотрела на Орлова:

– Хотя твой выбор нас, честно, удивил.

Я открыла было рот возразить, но бабушкины дальнейшие слова заставили меня промолчать.

– К тому же твой дедушка по-прежнему надеется, что ты согласишься встречаться с сыном его сослуживца – с Сергеем Антоновым. – Она облегченно вздохнула: – Как хорошо, что вчера они не пришли, было бы весьма неудобно.

Я чуть не задохнулась:

– Вы что, хотели устроить смотрины?

– Авочка…

– Бабушка, я не…

В этот момент вернулся Орлов.

– Планы немного изменились, – сказал он, сделав вид, что не слышал нашего разговора. – Мы не летим на Кипр.

Он посмотрел на меня виновато. Или мне показалось?

– Бизнес-партнер хочет встретиться прямо на объекте.

– Так мы летим в Сочи? – В одно мгновение я вошла в «рабочий» режим, взяв телефон и набирая номер, чтобы заказать чартерный рейс.

– Вы летите в Сочи? – подхватила бабушка. – Как же давно мы там не были! Я не видела сестру сто лет.

– Столько не живут, – буркнул дед, появившийся в проеме окна.

– Мы летим туда на несколько дней, – сказал Орлов. – Вы можете слетать с нами на чартерном рейсе, чтобы навестить родственников. А на обратном пути мы вас заберем и доставим домой.

Я открыла рот, услышав его слова, и пропустила то, что говорил мне оператор на другом конце. Он что, пытается быть милым с ними?

– О! Это так неожиданно! – воскликнула бабушка. – Это просто замечательная мысль!

– Черта с два, – вставил дед. – Я никуда не поеду. Да еще с ним!

Бабушка уперла руки в бока:

– Тогда оставайся! А я поеду!

– Э! – Дед уставился на свою жену: – Это ты к своему ухажеру собралась?

– Ах ты… старый пень! – выдала на эмоциях бабушка. – Все, я иду паковать вещи!

– А ну стоять! Я с тобой еще не закончил!

Но бабушка уже поднималась наверх. Дед скрылся из виду и вскоре уже поднимался по лестнице. Их голоса еще были слышны наверху.

Босс озадаченно посмотрел на меня.

– Давняя история, – прикрыв трубку рукой, ответила я, улыбнувшись, а затем продолжила разговор с оператором.

– Ну-ну, – Он улыбнулся в ответ.

***

Спустя два часа мы уже летели на арендованном самолете. Дед и бабушка сидели напротив и не разговаривали друг с другом, уткнувшись в телевизор. Босс просматривал документы на лэптопе.

– Ты не расстроилась? – спросил он, не отрываясь от экрана.

– Из-за чего?

– Я обещал тебе Кипр.

Я покраснела, смотря на сидящих напротив родных. Его фраза прозвучала так, словно речь шла не о деловой поездке. Но им это не стоило знать – в голове еще возникали слова бабушки о смотринах, которые они планировали мне устроить.

Я повернулась к Орлову. Босс тоже поднял голову, так как мое молчание затянулось.

– С чего бы мне расстраиваться? – тихо сказала я.

Он убрал лэптоп в сторону, наклонился ко мне и тоже прошептал:

– А вдруг? Не хотелось бы мне разочаровывать свою… секретаршу, которая грозится уволиться.

На его губах заиграла усмешка, а в глазах заплясали огоньки. А я поймала себя на мысли, что хочу прикоснуться к его губам и к той соблазнительной ямочке на левой щеке…

– Зачем вы играете со мной? – напрямую спросила я, прогоняя неуместное желание.

Орлов стал серьезным:

– Я не играю с тобой, Аврора.

– А что тогда?

Он, обдумывая свой ответ, медленно взял мою руку. Я вспыхнула от его прикосновения, как хворостина в костре. Кинула осторожный взгляд в сторону бабушки с дедушкой, но они будто не смотрели в нашу сторону.

– Что ты хочешь услышать? За эти два года я безумно привязался к тебе. А в последнее время ты все больше отдаляешься от меня.

– Это звучит странно, – я попыталась высвободить руку, но он не позволил.

– Аврора!

– Что?

Он жестом показал, чтобы я наклонилась поближе, желая что-то прошептать мне на ухо.

Я нехотя это сделала. Орлов тоже наклонился к самому моему ушку, так, что его дыхание, а затем губы, слегка коснулись его. У меня перехватило дыхание, а он прошептал:

– Я слышал ваш утренний разговор с бабушкой. Я просто хочу помочь тебе. Ты же хочешь, чтобы они отстали от тебя с этим сватовством? Тогда доверься мне.

Он сунул руку во внутренний карман, что-то вынул, затем надел на мой палец колечко. Я вздрогнула.

– Я…

Босс слегка сжал мои пальцы.

– Кто так делает предложение? – фыркнул дед.

Я вздрогнула, а Орлов спокойно посмотрел на моего деда.

– Это еще не предложение. Мы только начинаем встречаться. Это знак серьезности моих намерений по отношению к Авроре.

– О, как он мил! – воскликнула бабушка, положив руку на колено мужа, затем, опомнившись, отдернула ее в сторону. – Хотя, ты вообще в романтике ничего не понимаешь!

– Ага, он понимает! – огрызнулся дед. – Бизнесмен до мозга костей!

– Ты просто… Он влюблен, разве ты не видишь?! – Бабушка аж задохнулась от возмущения.

– Бабушка! Дедушка! – прервала я их. Как же было стыдно от всей этой ситуации. Они прекратили словесную перепалку.

Наступила тишина. Дед с бабушкой вновь отвернулись друг от друга. Я посмотрела на босса. Он ободряюще улыбнулся, расслабленно откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.

Я перевела взгляд на наши переплетённые пальцы. Слегка потянула, но он не отпустил. Пришлось так и оставить. Я постаралась устроиться поудобнее, отвлечься, но не получалось. Я прикрыла глаза. Мысли роились в моей голове, все время возвращаясь к нашим соприкасающимся рукам. Я вздохнула. Что вообще происходит? Зачем ему это надо?

***

– Аврора, пристегнись. Мы идем на посадку, – услышала я голос босса сквозь дрему.

– Что? Уже?

Я потянулась, так как тело затекло от долгого сидения на месте. Затем застегнула ремень. В глаза бросилось кольцо на руке. Аккуратный камешек в колечке сверкал и переливался. Оно было очень дорогим. Чтобы понять это, не нужно было быть большим экспертом.

Я посмотрела на босса. Конечно же, кольцо нужно вернуть. Только не при бабушке с дедушкой.

Но почти весь последующий день мне так и не удалось поговорить с ним наедине. Отвезя бабушку с дедушкой к родственникам, мы встретились с потенциальным партнером и отправились на объект. Весь день я следовала за боссом, выполняя свои обязанности секретаря. День близился к концу, когда дела на сегодня были закончены.

К моему удивлению, наш автомобиль не отправился в город, а поплутав по песчаной дороге, остановился возле двухэтажного особняка.

– Мы что, заночуем не в гостинице?

– Пока сделка не завершится, мы будем жить здесь, – подхватывая наши чемоданы, ответил Орлов.

– Я сама! – воскликнула я, но он так посмотрел на меня, что я отступила.

Осталось только следовать за ним в дом.

Мы разошлись по выбранным комнатам. Распаковав чемодан и приняв душ, я вышла на балкончик. Вид открывался потрясающий – прямо на море. На небе вспыхивали первые звезды, а сумрачное небо накрывало собой накатывающие волны. Я закрыла глаза и глубоко вдохнула. Шум волн успокаивал и расслаблял. А ветерок трепал распущенные волосы и холодил кожу.

– Как тебе здесь? – услышала я и резко обернулась на голос. На соседнем балкончике стоял босс.

Я запахнула халат поплотнее и ответила:

– Очень мило. И спокойно. И вид потрясающий.

– Да, вид потрясающий, – согласился он, окинув меня взглядом с ног до головы. И вот чего я выперлась в халате? Затем он сменил тему:

– Встречаемся внизу через десять минут. Я голоден. Да и ты, я думаю, голодна.

***

Переодевшись, я спустилась вниз. Босс уже был на кухне и изучал содержимое холодильника.

– А вы предусмотрительный, – сказала я, заглянув через его плечо. Холодильник был заполнен продуктами, и даже стояли контейнеры с готовой едой.

– Да… Домработница позаботилась обо всем, – ответил он, доставая контейнеры и вручая их мне.

– Так здесь кто-то еще есть?

– Нет. Мы одни, – его взгляд задержался на мне, и я чуть не выронила контейнеры. Он отвернулся к холодильнику. – По крайней мере, до утра. Не стой, разогрей еду.

– Да… Конечно.

Спустя десять минут мы уже сидели за кухонной стойкой напротив друг друга и ужинали. Орлов налил по бокалу красного вина. Я с сомнением уставилась на вино. После вчерашних приключений пить не хотелось. Тем более с боссом. Наедине. Если бы я вчера не намешала…

– Что-то не так? – спросил он, заметив мою реакцию.

– Нет, ничего, – я уткнулась в тарелку, как будто там не еда была, а мое спасение. И тут кольцо блеснуло на моей руке, напомнив о своем существовании.

Я неуверенно отложила вилку в сторону и посмотрела на босса.

– Ваше кольцо, – начала я и принялась снимать с пальца.

– Что ты делаешь? – сухо спросил Орлов.

Я замерла и посмотрела на него.

– Оставь. Ты не должна его снимать.

– Но…

– Считай, что это обещанная компенсация за переработку, – буркнул он.

Возможно, я переоценила стоимость кольца, и оно не такое уж дорогое, раз босс может бросаться такой вещью. Что ж, лучше с ним не спорить. Босс ведь. По крайней мере, пока. Потом верну – при увольнении. Возможно.

– Не знаю, что и сказать. Спасибо?

Орлов уставился на меня, будто ожидал, что я с ним буду препираться. Затем слегка улыбнулся уголками губ.

– Аврора, ты забыла о нашей договоренности, – когда я отвела глаза, сказал он.

– О чем вы?

Орлов вздохнул:

– О том, что перестань мне выкать.

Я молчала, не зная, что сказать. Перейти с ним на «ты» значило для меня перейти грань дозволенного, нарушить установившуюся субординацию, которая и так пошатнулась из-за вчерашнего неудачного распития алкоголя. Зачем он настаивает?

– Егор Андреевич…

– Я всего лишь хочу, чтобы ты перестала быть такой официальной со мной, когда мы вне рабочей обстановки.

Но зачем? Я сомневалась. Он явно что-то не договаривает. Зачем нарушать дистанцию? Неужели… он хочет сделать меня своей любовницей?!

Неожиданная догадка, пришедшая мне в голову, заставила меня вздрогнуть, и я уставилась на босса широко раскрывшимися от потрясения глазами.

Орлов явно не ожидал такой реакции:

– Аврора? Ты чего?

– Я… Я… Ничего.

– Я же вижу, что ты себе чего-то напридумывала.

– Я… Я помою посуду, – я схватила свою тарелку и быстро направилась к раковине.

– Оставь. Утром придет домработница…

– Нет-нет, мне нетрудно!

Он не стал меня отговаривать. Однако встал из-за стола и наблюдал, как я изображаю большую занятость и мысленно пытаюсь отгородиться от него стеной.

Орлов молча развернулся и вышел. Я тут же оставила свое занятие и обернулась. Может быть, я действительно напридумывала? Всем известно, что Орлов строго придерживается правила, никаких интрижек на рабочем месте. Мне его тоже было не в чем упрекнуть – за все два года работы с ним не было никаких приставаний и непристойных намеков. За исключением, вчерашнего поцелуя… Я предательски покраснела, вспомнив о нем. Да ладно, с кем не бывает…

Прибрав на кухне, я вышла в гостиную.

Засунув руки в карманы, шеф стоял перед панорамным окном и задумчиво смотрел на море. Невольно я засмотрелась на него. Мне редко приходилось видеть его таким, необремененным бешенным темпом работы и собственной трудоспособностью.

– Аврора, идем прогуляемся, – предложил он, будто почувствовав, что я уже долгое время наблюдаю за ним.

– Я… Хорошо…

Мы вышли из дома, неторопливо спустились по каменным ступенькам к пляжу.

Волны мерно накатывали на песчаный берег и отступали в море.

– Мне нужно сказать тебе кое-что важное, – останавливаясь, произнес Орлов.

Испытывая нарастающую тревогу, я повернулась к нему.

– Аврора… Всё, что я скажу, обдумано и осознано. Это не прихоть… и не блажь начальника, который хочет воспользоваться своим положением… Я буду говорить начистоту.

Я нервно хихикнула.

– Вы меня уже пугаете, – попыталась пошутить я, но он оставался серьезен. – Ладно…

– На работе я всегда строго придерживался субординации: начальник и подчиненные не должны выходить за пределы установленных границ. Тем более, заводить любовные связи.

Я кивнула. Я знала, что предыдущего секретаря Орлов уволил, когда та «призналась» ему в любви. А еще ходили слухи об интрижках с секретаршами прежнего руководителя фирмы – отца Орлова. Поговаривали, что Егор Андреевич ненавидел отца за нервные срывы страдающей от этого матери.

Орлов продолжил:

– Нанимая тебя, я не собирался нарушать это кредо. Однако не учел одного: не все можно подчинить разуму и расчету. Я задыхаюсь от тех рамок, которые сам установил.

– А?! – воскликнула я обескуражено. Неужели моя прежняя догадка верна?

– У меня совершенно серьезные намерения в отношении тебя, Аврора. Я не хочу, чтобы ты думала, что нужна мне как любовница. Я хочу, чтобы ты стала моей девушкой.

– Я… Почему вы… Почему вдруг вы об этом заговорили?!

– Не вдруг, я очень давно испытываю к тебе сильные чувства, Аврора.

– Сильные чувства? Какие? Желание?

Он криво усмехнулся:

– Не только… Я люблю тебя, Аврора.

– Любите?!

– Прошу, дай мне шанс. Я обещаю, тебе не придется сожалеть.

«Что же делать?!» Я кидала взгляд то в одну, то в другую сторону, избегая столкнуться с ним глазами. А он хотел получить ответ!

– Вы и кольцо с умыслом мне надели?

Орлов смиренно кинул:

– Я был совершенно искренен, отвечая в тот момент твоему дедушке.

Я уставилась вниз, не зная, что сказать. Неожиданно. Все слишком неожиданно. Слишком быстро.

Орлов медленно протянул руку, коснулся моей руки, и не видя сопротивления и отчуждения, сам сделал шаг навстречу.

Я ощутила тонкий аромат его парфюма, дыхание у моего лба. Я зажмурила глаза. Не могла не признать, его близость в эти последние два сумасшедших дня не оставляла меня равнодушной. Он не оставлял меня равнодушной. И таким он нравился мне значительно больше…

– Аврора, – шепотом позвал Орлов, а я боялась открыть глаза и посмотреть на него. Ведь тогда изменится все. Все между нами.

– Аврора, – повторил он, бережно проводя ладонью по моей щеке.

Я вздрогнула от чувственного разряда, пронзившего меня, и распахнула глаза. Наши взгляды встретились. Не знаю, сколько времени прошло или пролетело лишь мгновение, но в его глазах я прочитала гамму чувств – искренних чувств, которые он испытывал ко мне.

Он медленно наклонился и так же медленно и осторожно поцеловал меня. Затем еще раз. Еще. И я ответила на его поцелуи. Я чувствовала, как расслабились его плечи, будто он наконец получил ответ, который хотел.

Время летело, а босс упоительно дарил мне поцелуи. Его руки скользнули по моим волосам, плечам, спине, даря наслаждение. Коснулись поясницы. Я всхлипнула и нехотя отстранилась. Не готова я к продолжению. Не могу так…

Орлов принял это.

– Ты замерзла? – спросил он заботливо, пытаясь унять участившееся дыхание. Я смущенно кивнула, касаясь ладошками своего разгоряченного лица.

– Хорошо, пойдем в дом.

Орлов взял меня за руку, переплетая наши пальцы, и мы молча двинулись к особняку.

В доме мой мозг забил тревогу. «А если он хочет провести со мной ночь? Готова ли я?! Нет, не готова!!!» Сердце затрепыхалось, а на щеках выступил румянец.

Орлов повернулся ко мне, а я смущенно отвела взгляд. Он наклонился. Приподнял пальцами мой подбородок и поцеловал. Отстранившись, он произнес:

– Спокойной ночи, – и направился на второй этаж, в свою спальню.

Наблюдая, как он уходит, я испытала одновременно облегчение и разочарование.

Попив воды на кухне, я поднялась к себе и, прислушиваясь к звукам в его комнате, неспешно закрыла дверь. Упав на кровать, я уставилась в потолок.

– Что это? Сон?

***

Всю ночь я провела без сна – одолевали мысли, будоражили воспоминания о словах и поцелуях… Наконец к утру я забылась сном.

Проснулась я от яркого луча солнца, который пробился в щель между плотными шторами и светил мне в глаза. Я поморщилась, повернулась в сторону и вдруг осознала, что проспала!

– Божечки! – Я схватила телефон. Время 10 часов! Почему не прозвенел будильник?!

Как оказалось, он был отключен. А на прикроватной тумбе рядом с телефоном оказалась записка.

«Доброе утро, МОЯ ДЕВУШКА! Отдохни сегодня, расслабься. Знаю, что буду скучать без тебя, по тебе, но решил поехать на переговоры один. P.S. Ты такая милая, когда спишь, что не хочется уходить. Люблю»

Я зажмурила глаза, не веря тому, что прочитала. Затем еще раз пробежала глазами по тексту и откинулась на кровать, сжав записку на груди. Сердце безудержно скакало. «Разве так бывает?»

Невольный смешок вырвался из груди. Да, жизнь полна сюрпризов! Орлов признался мне в любви! А вот готова ли я к отношениям с ним? В душе, с большим опозданием, зародился страх. На сколько хорошо я его знаю? А он меня? Да, мы проработали чуть ли не бок о бок два года, но знать человека по его работе не одно и тоже, что иметь представление, кто он есть на самом деле!

Я напряженно присела на кровать. И почему вчера не предложила повременить, узнать друг друга получше? Реагировала на него, как безвольная дура. Почему в его присутствии стали плавиться мои мозги?

Где-то внутри подсознание нашептывало: «Потому что хотела…»

Глубоко поглощенная собственными терзаниями, нервно стала кусать ноготь, потом опомнилась, отдернула, соскочила с кровати. Взяла смартфон. Конечно, я вчера не дала ему прямого ответа, но и не отказала. Предложу подождать.

Открыла список контактов и на этом остановилась. Нет, по телефону об этом говорить – малодушно.

Последующий час я потратила на то, чтобы принять душ, уложить волосы, нанести легкий макияж. Затем выбирала, что надеть из скудного содержимого моего чемодана. Напоследок перекусив, я отправилась на пляж прогуляться. Волны красиво и завораживающе накатывали на берег. Жаль, что не сезон, и не так тепло, как хотелось бы, но насладиться видами очень даже можно!

Смартфон тренькнул, оповещая о приходе сообщения. Я взглянула на экран. От «Мой парень». Я вспыхнула – оказывается, пока я спала босс изменил свое «имя» на моем телефоне.

Я открыла сообщение: «Прости, не удержался поменять надпись «тиран» в твоем смартфоне. В конце концов, я терпел ее последние полгода. Привыкай называть меня «мой парень»».

Я нервно хихикнула. Так он знал? Как неудобно получилось! Но «мой парень»? Он торопит события…

Следом пришло другое сообщение: «Как тебе такой вариант – «любимый»? Или «я его хочу»?

Я вспыхнула. Пришло следующее сообщение: «Я тоже всю ночь не мог уснуть, слыша, как ты ворочаешься в своей кровати».

– Вот же! – воскликнула я возмущенно.

Затем быстро набрала ответ: «Отчего же? Я довольно хорошо спала этой ночью».

Ответ пришел незамедлительно. «Лгунья».

Я не ответила. Засунула телефон в карман. Не переставая прислушиваться к нему, буркнула под нос: «Все-таки нужно было ему с утра позвонить!»

Через десять минут смартфон снова тренькнул. Руки сами потянулись открыть сообщение. «Без тебя скучно на работе».

Мысленно оказалась подле него, загруженная обязанностями. Внутри зашевелился «ответственный работник», чувствующий вину за «прогул». Отогнала эту мысль поганой метлой.

«Во сколько ты приедешь?» – написала я, обращаясь к нему на «ты».

«Тоже соскучилась?»

Я не ответила.

«Постараюсь приехать пораньше».

Хорошо. А я пока подготовлюсь к разговору.

Иногда поглядывая на телефон, я еще погуляла по пляжу. Но Орлов больше не писал.

Вернувшись в дом, я застала домработницу. Она уже навела порядок и собиралась приступить к готовке. Я умела неплохо готовить, хотя в последние два года из-за постоянной занятости на работе делать это мне приходилось крайне редко. Я вызвалась помочь: заняться было нечем, женщина была не прочь поговорить, так почему бы не провести время с пользой?

После того, как ужин был готов, я поднялась в спальню привести себя в порядок.

Было около пяти вечера, когда к особняку подъехал автомобиль. Я выглянула в окно и стала спускаться. Орлов уже открыл входную дверь. Увидев меня, улыбнулся. Окинул цепким жаждущим взглядом так, что я покраснела.

– Привет.

– Привет, – ответила я, чувствуя неловкость. Обращаться так было непривычно. Многое было непривычно…

Он подошел, приобнял, заглянул в глаза, мимолетно поцеловал в губы. Вот сейчас я должна с ним поговорить!

– У нас гости, – сказал Орлов, нехотя отпуская меня.

В дверях появились бабушка с дедушкой.

– Бабушка! Дедушка! – я была приятно удивлена.

Бабушка чмокнула меня в щеку.

– Я позвонила Егору, чтобы он нас забрал. Нагостились мы уже у сестры, – она с усмешкой посмотрела на мужа. Дедушка же сделал вид, что ничего такого не произошло.

– Я потом тебе все расскажу, – шепнула она мне на ухо.

Я помогла расположиться родным в свободной комнате, а затем провела небольшую «экскурсию» по дому. Дед не скрывал своей радости, убедившись, что я и Орлов спим в разных комнатах. Бабушка лишь закатила глаза, наблюдая за его реакцией, а потом мы отправились ужинать. На стол накрывали вместе с Орловым, который молча присоединился ко мне, когда я стала расставлять посуду на стол. Бабушка принципиально решила нам не мешать и удалилась к супругу.

– Как день прошел? – поинтересовался он, и очередной раз оказался очень-очень близко.

– Хорошо… А у тебя… как?

– Переговоры прошли на «ура». Вот только тебя не хватало.

Он кинул пронзительный взгляд на меня, так, что меня обдало жаром. Я поспешно отвернулась. Вот хорошо, что бабушка с дедушкой здесь. Орлов, как всегда, напорист и активен, а я, как оказалась, дурею от него.

– Мне нужно поговорить с… тобой, – быстро прошептала я и подняла на него глаза. Уверенные, как мне показалось.

Егор застыл на минуту, затем неторопливо поставил тарелку на стол:

– Хорошо. Только не при твоих опекунах.

– Да, я тоже так считаю.

Ужин прошел в достаточно мирной обстановке, несмотря на то, что дед стремился развязать боевые действия. К чести Орлова – он старался не поддаваться на провокации моего дедушки, и мне было приятно, так как делал он это в противовес своей своенравной натуре исключительно ради меня.

После ужина мы сидели в гостиной: бабушка с дедушкой в креслах, я и Орлов на диване, и смотрели фильм. Он держал меня за руку, наши пальцы переплелись, большим пальцем он поглаживал мою кожу, а я чувствовала, как учащается мое дыхание с каждым его прикосновением.

– Когда мы обратно? – спросила я, пытаясь отвлечь его и себя. Егор ответил не сразу.

– Завтра семейный пикник, который предложили устроить твои опекуны. Послезавтра утром вылетаем.

– Ясно, – от того, что он сидел рядом, становилось жарко. – Я закажу чартерный рейс…

Я потянулась к телефону, но он остановил меня:

– Оставь до завтра.

Он повернул голову, и его губы почти коснулись мочки моего уха:

– Пойдем погуляем?

Я поймала взгляд бабушки.

– Идите, мои хорошие, а мы скоро спать, – улыбнулась она.

Орлов встал, протянул мне руку, и мы, накинув верхнюю одежду, вышли из дома.

На улице было темно и прохладно. Я поежилась, а босс притянул меня к себе, заключил в объятия, но вздохнул, чувствуя, как я напряглась.

– О чем ты хотела поговорить? Ты боишься?

Я помолчала.

– Все так стремительно происходит… между нами. Я не хочу торопиться. Нам стоит узнать друг друга получше.

– Мы знаем друг друга два года.

– Мы работали вместе. Согласит…, согласись, это не одно и тоже.

Орлов помолчал. Коварно улыбнулся:

– Давай проверим, как мы друг друга знаем. Какой цвет я предпочитаю?

Я поморщилась, но приняла игру:

– Темно-синий.

– Правильно, – он довольно улыбнулся, его круг объятий, которым он меня по-прежнему сжимал, стал немного теснее. – А твой – зелёный. Теперь ты спрашивай!

– Моя близкая подруга?

– Агата, – он притянул меня еще теснее, легко касаясь губами виска.

– Откуда ты знаешь? Она не работает у тебя…

Орлов усмехнулся:

– Я наблюдательный. Кто мой близкий друг?

– Сергей Сергеевич…

Его пальцы одобряюще погладили мою талию. Мне стало томительно жарко.

– Питомцы? – спросил он, наклоняясь, и дыша мне в шею.

– У вас в детстве была собака Гор, после его смерти вы не захотели заводить питомцев.

– Точно, – задумчиво протянул Орлов, перемещая свои губы на мои скулы.

– А ты любишь питомцев: кошечек, собачек. Только теперь не заводишь – времени нет – вначале учеба в университете, затем работа… Хочешь завести? Я буду не против.

– Егор Андреевич, – я попыталась отстраниться. – Как это понимать?

Он улыбался:

– Ты же видишь, что мы многое знаем о друг друге. И еще лучше узнаем, когда будем вместе. То, что порой ты тихонько постанываешь, когда спишь, я знаю. А вот какую сторону кровати предпочитаешь? В какой позе ты любишь спать и не только спать…

– Егор А…

– Да-да, Андреевич. А лучше, просто Егор.

Он смущал. Злил. Заводил.

Я собрала волю в кулак.

– Я не готова к… более близким отношениям, – выпалила я.

– К сексу со мной?

Я покраснела, но уперто подтвердила:

– Да.

– Но целовать-то тебя я могу? – усмехнулся он.

Да. Я сама этого хотела…

Орлов прочел это в моих глазах, поцеловал меня, потом еще. Я ответила слегка неуверенно, потом поддалась возникшим чувствам и погрузилась в ауру чувственного удовольствия от движения наших губ, языков, ласкающих, терзающих друг друга…

Орлов первый отстранился.

– Ты не передумала? – с хрипотцой произнес он.

По телу пробежала трепетная дрожь при мысли, что может ожидать нас дальше. Но я отстранилась.

– Егор.., – прошептала я с укором.

Он обреченно простонал.

– Ну вот кто из нас «тиран»? – заметил он. – Пойдем в дом.

Дедушка с бабушкой уже спали, и мы не стали задерживаться и сразу разошлись по комнатам.

***

Я проснулась позже всех. Дом пустовал. Накинув верхнюю одежду – на улице с каждым днем становилось прохладнее, я отправилась к входной двери, где столкнулась с Егором.

– Ну вот, а я хотел разбудить тебя поцелуем, спящая красавица, – улыбаясь и притягивая к себе, прошептал он с хрипотцой. – Прямо в постели… Такую теплую, расслабленную…

Я покраснела. Его близость вызвала томление во всем теле. Он прижал меня к дверному косяку, и его губы накрыли мои. Жадно, настойчиво, откровенно. Я всхлипнула от нахлынувших на меня ощущений, голова пошла кругом. Я ощутила его возбуждение, и мои ноги подкосились. Он подхватил меня за бедра, удерживая, и еще теснее прижал к себе. Застонал. И я, кажется, тоже. Бесконтрольно, просяще так. И это меня напугало. Еще пару дней назад я мечтала больше никогда его не видеть, а сейчас горю от его ласк. Столь разительная перемена в нем, да и во мне тоже, смахивало на безумство. Страх, что я снова действую необдуманно, заставил меня отстраниться.

– Аврора, – прошептал он в ухо, не желая отпускать из своих объятий, – ты мне не доверяешь?

– Всё между нами может закончиться так же быстро, как и началось, – ответила и посмотрела ему в глаза.

– Для меня это серьезно и продолжается давно, – сказал он.

– А для меня это ново.

Егор слегка усмехнулся:

– Неужели я тебе совсем не нравился? Не грезила мной?

Я фыркнула:

– Я совершенно была согласна со своим начальником, что на работе нет места интрижкам!

– Что, совсем не нравился? – стоял на своем.

Я попыталась освободиться. Куда там!

– Нравился, – призналась наконец. – Но как Данила Козловский, или Даниил Страхов, или…

– В смысле?!

Я вздохнула:

– В смысле, как «звезды» нравятся. Поэтому никогда не думала, что между нами что-то может быть.

Он помолчал, задумчиво погладил мои плечи и нехотя выпустил из объятий.

– Ты еще сотни отговорок придумаешь? – спросил он сухо, пряча руки в карманах. – Имей в виду, я все равно не отступлюсь. Я все для себя решил. И тебе передумать не дам. Моей решимости на двоих хватит.

– О, – вырвалось у меня от удивления, а он развернулся и пошел прочь.

Его слова вызвали у меня двоякое чувство. С одной стороны, они подтверждали его решительный настрой в отношении меня, с другой стороны, он не оставлял мне никакого выбора.

Я застала всех на берегу у импровизированного места для пикника. Бабушка сидела в плетеном кресле возле такого же плетеного столика, мужчины готовили шашлыки на мангале.

– Доброе утро, – произнесла я, стараясь не смотреть на своего босса. Да и он проигнорировал мой приход. Это незамедлительно заметили бабушка с дедушкой. Дед хмыкнул, бабушка нахмурилась.

Старательно делая вид, что не замечаю их реакции, я села в кресло и потянулась за кусочком ароматного мяса, за что получила от бабушки по руке.

– Ай, – вскрикнула я, – бабушка!

Она выразительно указала глазами на Егора. Я посмотрела в его сторону, а он, будто почувствовав мой взгляд, обернулся и посмотрел на меня. Наши взгляды встретились, задержались, и мне вдруг стало так тепло, легко, что я улыбнулась. Он тут же ответил улыбкой, отложил опахало для углей, подошел и поцеловал меня в щеку.

– Проголодалась?

– Да, – я кивнула. Каким же он может быть милым, когда этого хочет! Прямо бы… Стоп! Чего это я?

Тем временем Егор положил в тарелку еду и наткнув на вилку кусочек мяса, скормил мне.

– Ну как? – лукаво поинтересовался, наслаждаясь этим процессом.

– Вкусно, – призналась я, не отводя от него глаз.

– Угомонитесь, не одни, – громыхнул дед и обратился к Егору. – Шашлыками займись, сгорят.

Заметив, как недобро полыхнули глаза моего босса, я коснулась его руки. Он тут же переплел наши пальцы, улыбнулся и, поцеловав мою руку, вернулся к мангалу.

– Скучаете по службе? – обратился он к деду.

Тот фыркнул.

– Вас хлебом не корми, дай только покомандовать, – закончил свою мысль Егор.

Бабушка хохотнула, я же стукнула себя кулачком по лбу. Ну вот, сейчас начнется! Нашла коса на камень!

– А я смотрю, у тебя зубы прорезались, – не остался в долгу дед. Потом колко протянул: – Отправить бы тебя в свое время на службу, глядишь, было бы о чем с тобой разговаривать.

– А я был в армии, служил, – усмехнулся Егор, – Сухопутные войска. 23-я отдельная гвардейская мотострелковая бригада.

Дед крякнул.

– В Калужской области?

– В Самарской. Проверяете?

– Надо же, – буркнул дедуля, но в голосе его прозвучали одобрительные нотки.

Я смотрела на Егора, улыбалась ему, когда он с улыбкой ловил мой взгляд, и испытывала за него гордость. Как много я о нем не знаю. И хотела бы узнать. Но все же нам не стоит торопиться. Да, сейчас мне нереально хорошо, хочется насладиться каждым мгновением. Но сколько будет длиться эта сказка, и как будет больно, когда она закончится? Как же я боюсь обжечься. Нет, не так, я боюсь терять. Как потеряла родителей в той автокатастрофе…

– Авочка, у тебя телефон пищит, – позвала бабушка, вырывая меня из задумчивости.

Я взглянула на смартфон.

– О, Софья скинула фотки со встречи выпускников, – пояснила я.

– Дай-ка я посмотрю, – оживилась бабушка, и я пересела к ней поближе.

Мы просматривали снимки, делали порой замечания, вскоре дошли до общих фотографий меня и босса.

– Аврора, взгляни, как он смотрит на тебя! Он так… обожает тебя, – умилилась бабушка. Я покраснела и перевела взгляд на Орлова. Сейчас он задумчиво смотрел на морские волны, засунув руки в карманы. Этот упрямый, целеустремленный, пробивной человек, мой начальник, неужели действительно испытывает ко мне сильные чувства? А я? Готова ли я ответить ему взаимностью?

Он снова обернулся ко мне. Его взгляд был серьезен. Он будто чувствовал мою тревогу, мои сомнения.

После мы гуляли по побережью. Орлов взял мою руку и переплел наши пальцы, и мы брели рядом, просто наслаждаясь этим днем, ласковым солнцем и умиротворяющим звуком волн.

***

Ближе к вечеру боссу пришлось уехать по делам. Он опять не взял меня с собой, распоряжаясь хорошенько отдохнуть. «Ну и ладно», – успокаивала я свою совесть, – «в конце концов, имею право отдохнуть за все переработки, что у меня были. Может быть, он и позвал-то меня в поездку, чтобы я отдохнула!». Хихикнула, предположив такое.

На следующий день мы прилетели домой. Вначале отвезли бабушку с дедушкой, затем отправились в город. Егор отвез меня до моего дома.

Я поспешно попрощалась, но прежде чем открыла дверь автомобиля, он удержал меня за руку. Я обернулась, он притянул меня к себе и поцеловал – настойчиво, жарко.

Сознание поплыло, я ответила на его поцелуй.

– Я хочу, чтобы ты переехала ко мне, – сказал Егор, отстраняясь через какое-то время. Затем легонько коснулся губами мои губ. – Соглашайся…

– Я… Я не могу, – наконец ответила я, отстраняясь.

По глазам видела, его не устраивал мой ответ.

– Я не готова… А как же ухаживания?

– Ухаживания?

– Да.

Он закрыл глаза, вздохнул.

– Неделя, – произнес он.

– Неделя?

Орлов открыл глаза. Посмотрел на меня твердо, бескомпромиссно, как смотрел порой на собеседников во время заключения сделки.

– Неделя ухаживаний. Потом ты переедешь ко мне.

И вот началась эта неделя. Орлов все же отпустил меня в отпуск, взяв обещание не покидать город ближайшие полторы недели. В течение дня писал мне, звонил, каждый вечер мы отправлялись на свидание: то в ресторан, то в театр, то в кино, ходили на выставки, гуляли в парке. Будто он задался целью посетить со мной как можно больше мест, и чтобы я от них устала. Егор заваливал меня подарками и цветами, мне было неудобно принимать эти подарки, но переубедить его мне не удавалось.

Орлов стремился как можно чаще прикасаться ко мне, обнимать, целовать. Будто приучал к себе, приручал… Мы бывали у друг друга в квартирах, но между нами по-прежнему не было близости. Я была не готова. Но точно знала, стоит мне к нему перебраться, я автоматически предоставлю право на свое тело. От этого было жарко и страшно одновременно.

Утром в понедельник он позвонил мне.

– Алло, – сонно произнесла я в трубку, приняв вызов.

– Доброе утро, радость моя, – бодро произнес Егор. – Ты не забыла?

– О чем? – Честно, я хотела бы прекратить этот разговор и вернуться в объятия Морфея.

– Прошла неделя, ты переезжаешь ко мне. Я отправил к тебе службу по перевозке. Они будут через час.

– Что?! – Я подскочила на кровати. – Но…

– Никаких «но», солнышко, – вкрадчиво произнес он. – У тебя целый день на обустройство, а вечером отпразднуем. Я тебя целую. Безумно люблю.

Он первым повесил трубку, а я в ступоре уставилась перед собой. В последние дни я задавалась вопросом, готова ли к такому решительному шагу. Можно отказаться от переезда, но ведь я тоже безумно хотела заняться с ним любовью, я же не каменная… Порой казалось, что Егор специально сохраняет это табу на секс для того, чтобы я перебралась к нему.

Мои размышления прервал звонок в дверь. Прибыла служба по перевозке, а также шофер Егора с цветами от него. Навалились скопом, даже не дав и рот открыть.

– Эй, стойте! – окликнула я работников, начавших паковать мои вещи.

– Не нужно, Аврора Сергеевна. Егор Андреевич распорядился отвезти вас к нему домой.

Меня накрыла волна раздражения.

Я набрала номер Орлова. Он сразу взял трубку.

– Слушаю тебя, малыш, – немного приглушенно произнес Егор. Видимо, мой звонок прозвучал не вовремя, и он был не один. Точно – планерка! Мне стала стыдно, но всего лишь на мгновение.

– Егор, я не могу так, – выпалила я. – Отзови своих людей. Пожалуйста.

Он вздохнул:

– Объясни, что не так.

– Ты на меня давишь. Торопишь. Я не могу так.

На том конце молчали.

– Егор?

– Да, малыш, – он вздохнул. – Успокойся, прошу. Матвей передал тебе цветы?

– М… Да, – выдохнула я. «Тему переводит?»

– Твои любимые. Знаю, как ты обожаешь их аромат.

Я взглянула на букет. В течение недели нашего «конфетно букетного» периода Орлов дарил мне цветы. Однако только аромат этих оранжевых цветов вызывал у меня прилив радости и одновременно спокойствие и безмятежность.

– Егор…

– Малыш, я скоро буду.

Сказал и отключил связь.

Я потянула носом. Ну вот, аромат распространился по всей квартире – не приторный, едва уловимый, но его я чувствовала очень четко. Специально выбрал именно эти цветы? Чтобы я успокоилась? Ну уж нет! Схватила цветы, желая выкинуть их в окно. Но рука не повернулась. Сунула в руки озадаченного шофера.

Орлов явился через пятнадцать минут.

– Выйдите, пожалуйста, – сказал он. Работники вышли из моей квартиры, оставив нас наедине.

– Я понимаю, ты сердишься, – сказал он, вздохнув.

– Не то слово!

– Прости. Мне не всегда удается сдерживать свое стремление все контролировать.

Его искренние извинения обескуражили меня. Орлов идет на уступки? Ненароком снег повалит!

– Егор, мы даже не обсудили переезд! Ты принял решение за нас двоих!

– Прости. – Он усмехнулся. – Ну вот, мы поменялись местами, теперь я все время извиняюсь!

Я невольно улыбнулась.

Он притянул меня к себе, прижался губами к моим губам. И я поплыла. Как же хорошо и уютно в его объятиях! Как же накрывает жаркой лавиной от его поцелуев.

Егор со стоном отстранился и хрипло прошептал мне в шею.

– Солнышко мое, признайся, ты тоже хочешь.

Я молчала. Затем отстранилась.

Егор нехотя отпустил. Засунув руки в карманы, подошел к окну. Вздохнул. Потом заговорил:

– Ты ведь слышала об интрижках моего отца? Мама для меня самый дорогой человек, а его постоянные измены с чередой меняющихся секретарш заставляли ее страдать. До нервных срывов. До посещения психиатра и частных клиник.

Я подошла к нему, встала рядом.

– Любовь бывает зла, не находишь? Вот тогда я дал себе слово, что не буду таким, как мой отец.

Егор помолчал.

– И вот в моей жизни появилась ты. Твой голос, твое дыхание, запах твоей кожи… Ты. Да я просто место себе не находил, когда тебя не было рядом!

Он криво усмехнулся.

– И вот чем я лучше отца?

– Ты не такой, – глухо, но уверенно произнесла я.

Егор грустно улыбнулся.

– Рад, что ты в меня веришь. Только вот я тогда не верил в себя. Я честно пытался выкинуть тебя из головы. Согласись, деспот я еще тот! Я как собака на сене – никого к тебе не подпускал и сам не брал.

Егор вздохнул:

– И вот ты заявляешь, что хочешь уволиться! Да я чуть с ума не сошел! Признался сам себе, что люблю тебя уже давно. И если что-нибудь не сделаю, потеряю тебя… Аврора, мне важно, чтобы ты была рядом. Полюбила меня. Но я по-прежнему много времени провожу на работе. Не лучшая ситуация наладить отношения? А просто встречаться с тобой на стороне, чтобы иногда трах.., гм, заняться сексом, я не хочу.

Вот тебе и откровение! Я повернулась к нему. Какой же он все-таки упрямый, упертый! Но нужный мне. Я обняла его.

– Давай попробуем, – произнесла, уткнувшись носом в его рубашку.

– Серьезно?

Я кивнула. Он неожиданно приподнял меня:

– Ты не пожалеешь, малыш!

– Только, пожалуйста, не нужно перевозить все вещи. В этом нет необходимости.

– Согласен. Переборщил.

Улыбаясь, Егор быстро поцеловал меня в губы.

Потом вернулись работники. Оставив им указания, что необходимо упаковать и перевезти, я в сопровождении Егора, покинула квартиру. Он оставил Матвея контролировать переезд, сам отвез меня до своего дома, а потом срочно укатил на работу.

Переступив порог его квартиры, я осмотрелась. Большая и пустая. Побольше нужно сюда жизни и уюта. Получится ли у меня наполнить его этим?

***

Я взглянула на часы. Как быстро пролетело время! Ужин еще не готов. Сама я не готова! Волосы и одежда пропахли готовкой. Надо бы принять душ и надеть что-то эдакое – соблазнительное, для нужного настроя. Открытое платье или неглиже?

И тут я услышала, как открылась, а затем закрылась входная дверь.

– Аврора? – услышала я голос Орлова и вздрогнула. Поспешно окинула себя взглядом. В фартуке, неухоженная, с немытыми руками и пропахшая готовящейся в духовке едой. Боже! Вот и создала романическое настроение!

Егор вошел на кухню, уставился на бардак на столе. Перевел взгляд на меня. Еще миг и взгляд стал жаркий…

– Ты рано, – выпалила я, краснея.

– Ты готовишь ужин? Мы могли бы заказать ужин из ресторана, – Орлов приблизился ко мне, обнял одной рукой, притянул к себе, – и потратить время с большей пользой…

Его губы потянулись к моим, я ответила на поцелуй, потом остановила его:

– Подожди… Подожди, Егор, мне нужно немного времени…

Орлов отстранился, на его лице промелькнула разочарование.

– Я в душ, – буркнул он и поспешно вышел из кухни.

Я ошарашенно проводила его взглядом, а потом до меня дошло. Он решил, что я ему отказала! А мне ведь только нужно было немного времени, чтобы привести себя в порядок. Я сердито сполоснула руки в раковине и выключила духовку. Затем принюхалась к своей одежде. Что и требовалось доказать – я пахла той самой запеченной курицей, которую и готовила! Вот ведь! Я вспомнила аромат одеколона Орлова, когда он обнял и поцеловал меня. Это не ему нужно принять душ, а мне!

И тут в голове промелькнула мысль, от которой я покраснела. Я, он, душ… А почему бы и нет?

Я оставила фартук на кухне и направилась в спальню. Конечно же, Орлов уже был в ванной комнате.

Приоткрыв дверь ванной, я, словно преступница, пробралась внутрь. Сквозь мутное стекло душевой я разглядела обнаженный силуэт Орлова. И вспыхнула, как спичка, от мысли, что это великолепное мужское тело будет принадлежать мне. И тут же засомневалась в своей привлекательности. Стоит ли сразу снимать с себя одежду? Вдруг я ему не понравлюсь?

Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоится. Затем сняла футболку и принялась за джинсы. Избавившись от одежды, я все же обмоталась махровым полотенцем. Затем шагнула к душевой и открыла дверцу. Орлов резко обернулся, его взгляд остановился на мне. В его глазах вспыхнул плотоядный огонь, он протянул руку и втянул меня внутрь.

И тут я взвизгнула, оказавшись под струей холодной воды.

– Прости, прости, – поспешно включая теплую, произнес он.

– Ты всегда принимаешь холодный душ? – убирая мокрые волосы с лица, дрожащим голосом спросила я.

Егор насмешливо усмехнулся:

– В последнее время, да.

Я покраснела под его взглядом. Он придвинулся еще ближе, его рука коснулась моей груди и потянула за край уже намокшего на мне полотенца. Его жадные губы накрыли мои. И все. Рухнули все барьеры.

И понеслось. Горячий секс под душем… Искрометный умопомрачительный – в спальне… Насыщенный – на кухонном столе… Самозабвенный на диване в гостиной… И вновь в спальне – продолжительный упоительно похотливый…

Как не крути, а «изголодался» от воздержания Орлов основательно. Да что Орлов, от себя я такой прыти не ожидала. Он меня впечатлил, и продолжал «впечатлять» до утра, аж добавки просила. И я его тоже «впечатлила», насколько брала – настолько и отдавала, до восторга, потери контроля…

По моему, к утру я просто вырубилась, уткнувшись ему в плечо после очередного нашего «марафона»…

***

Проснувшись, я приоткрыла глаза и увидела лицо спящего Егора. Глупо улыбаясь и затаив дыхание, я наблюдала за ним. Хотелось прикоснуться к ямочке на его щеке, мягким губам, пропустить его волосы через пальцы, но я сдерживалась, боясь разбудить. Хотя, почему он спит? Разве ему не на работу?

Я приподнялась на локте и взглянула на часы. Он проспал!

– Егор, – позвала я, склонившись к нему, – тебе нужно на работу.

Он проснулся и, не открывая глаза, ответил:

– Я не пойду.

– В смысле не пойдешь?

Орлов посмотрел на меня:

– Имею я права устроить себе отдых? И провести время с любимой девушкой.

Он притянул меня к себе и жадно поцеловал. И я вновь задрожала от возбуждения. Все разговоры отошли на задний план под напором обоюдного желания…

Мы, конечно, планировали выбраться на прогулку, но так и не добрались в этот день до входной двери. В середине дня Егор сообщил, что утром мы вылетаем на Кипр на неделю. Сказать, что я была удивлена, ничего не сказать! Орлов и отпуск – понятия не совместимые! По крайней мере, за два года, что я работала в фирме, он ни разу не был в отпуске. Однако удивление быстро сменилось восторгом. Отдохнуть вместе на море, да еще неделю! Мне был просто необходим отдых на море. А Орлову тем более.

Айя-Напа встретил нас солнечной погодой и лазурью Средиземного моря. Поселившись в шикарном номере отеля с видом на море первым же делом протестировали кровать. Потом еще раз, на всякий случай.

Потом был пляж, белый песок, теплые волны, его ласкающие руки под водой… Боже, как было стыдно и возбуждающе одновременно!

В первые три дня, помимо купания и отдыха на пляже, побывали на экскурсии в Каво-Греко, посетили удивительные скальные образования: Мост влюбленных, Мост грешников, Королевские пещеры…

Однако безмятежное счастье не может длится вечно. В этом я убедилась к концу третьего дня. Во время морского путешествия мое настроение было испорчено: на яхте возле Егора крутилась яркая рыжая француженка. И вроде бы ничего такого, просто что-то спрашивала по-французски, он отвечал, а у меня начало внутренности выворачивать. Морская болезнь, не иначе. Что же еще, как не она? И нет подойти, предъявить права на Орлова, а я продолжала сидеть и беседовать с пожилым мужчиной – туристом. Конечно же, к нему вряд ли Егор приревнует!

После мы отправились в ресторан отеля ужинать. Пока Орлов отвечал на срочный звонок от «и.о.директора» Сергея Сергеевича, я расположилась возле барной стойки.

Рядом присел молодой мужчина – греческий бог, не иначе, – его рельефное мускулистое тело было обтянуто рубашкой-поло, а шорты не скрывали крепких ног.

«А вот к такому Орлов бы приревновал», – пронеслась в голове шальная мысль, и я невольно улыбнулась.

Греческий бог же принял мою улыбку на свой счет и, окинув меня с ног до головы оценивающим взглядом, перешел к действию. Улыбнулся своей белоснежной улыбкой:

– Позволишь тебя угостить?

Спросил, а чувство гадкое осталось, будто переспать предлагал.

– Спасибо, не нужно, – ответила, отворачиваясь.

– Зря отказываешься, я умею удивлять.

– Считайте уже удивили, – выдавила из себя улыбку, назло Егору, который нас заметил. Пусть понервничает. Потом добавила: – Я своего парня жду. Не тратьте понапрасну мое и свое время. Кстати, он уже сюда идет.

Греческий бог кинул взгляд на приближающегося Егора, мерзко улыбнулся:

– Могу оставить номерочек на случай, если передумаешь.

– Не передумаю.

Божество подхватило свой бокал и направилось прочь. Вовремя. Не хотелось проверять реакцию Орлова в действии на неудачные подкаты.

– Что это за павлин козлобородый возле тебя крутился? – хмуро поинтересовался он.

– И совсем не павлин, – обиделась я. Значит, как вокруг него – так красавицы, а рядом со мной – пернатые да рогатые!

– Так ты признаешь, что он все-таки крутился возле тебя, – Егор в своей манере сунул руки в карманы, с прищуром смотря сверху вниз.

– Ревнуешь?

– Провоцируешь? Я же видел, ты ему улыбалась. Хочешь, чтобы я тебя ревновал? Зачем?

– Знаешь, что? – рассердилась я.

– Что?

– Ничего! – Я поднялась и зашагала к лифту. К черту! Не хочу больше ужинать.

Орлов последовал за мной. В напряженной тишине поднялись в номер.

– Что на тебя нашло? – закрыв дверь, заговорил Егор.

– На меня?!

– Ну не на меня же!

– А, так теперь я виновата! – возмущенно запыхтела. Пар только что из ушей не шел!

Егор сверкнул глазами, даже зубами скрежетнул, но промолчал. Громко вздохнул, раздраженно провел руками по волосам.

– Аврора, объяснись… Прошу.

– А что тут объяснять, Егор? Меня обвинил, что я с парнем в баре заигрывала, а сам то что делал на яхте? Думаешь, я не видела, как ты с той рыжей флиртовал!

– Я не флиртовал. – удивился он. Затем сделал шаг ко мне. – И если ты при…

Я отступила назад, выставив руку:

– Вот только не нужно предполагать, что я приревновала! Ничего подобного. И в мыслях не было.

Орлов остановился. В его глазах что-то мелькнуло. Обидела? Сделала больно? А мне не больно?

– То есть тебе все равно? – спросил сухо. От его слов холодом повеяло.

– Представь себе!

Некоторое время оба молчали, непримиримо смотря друг другу в глаза.

Егор развернулся, пошел к выходу.

– Ты куда? – вырвалось у меня. Будто испугалась…

– Пойду прогуляюсь! – Сказал, выходя из номера. Хлопнул дверью.

– Ну и иди! – крикнула вслед запоздало, вряд ли он услышал.

***

Часы показывали начало двенадцатого. Орлов еще не вернулся. Я задумчиво выглянула в окно. Фонари освещали улицу. Красиво. К отелю подъезжали и отъезжали автомобили.

И тут я увидела мужчину в белой футболке, серый брюках. Егор? Он шел в обнимку с какой-то девицей. Они остановились, страстно и продолжительно поцеловались. Сердце больно сжалось, а дыхание перехватило так, что на глаза выступили слезы.

Меня будто подхватила неведомая сила. Я выскочила из номера, кинулась к лифту, успев проскочить внутрь, прежде чем дверь закрылась. Нажала первый этаж. Бежала так, что пятки сверкали.

Выскочила на улицу в тот момент, когда предатель садился в такси со своей шлюхой. Не успела. Такси отъехало, а я стояла и смотрела им вслед.

Мир рухнул. Я ощутила себя настолько одинокой, преданной, что невозможно было дышать. Как так? Поругались, а он… сразу к другой…

Постояв так несколько минут, а может, и значительно больше, я побрела обратно. Осталось собрать вещи… А что потом?

Двери лифта открылись, а у меня ноги к полу будто приросли. Ну, Аврора, соберись!

– Аврора! – Ко мне шагнули из лифта, сжали плечи. – Где ты была?! Я…

Я подняла глаза и увидела перед собой взволнованное лицо Егора.

– Что случилось? Тебя кто-то обидел? – забросал он вопросами, окидывая встревоженным взглядом.

«Я ошиблась?»

– У-у-у, – из моих глаз хлынули слезы, и я уткнулась ему в грудь. Егор обхватил меня руками, прижал к себе.

– Малыш, скажи, что случилось?

Сказать, что я дура? Перепутала его с другим, приревновала и чуть с ума не сошла? Я еще пуще разревелась.

Орлов подхватил меня на руки, внес в лифт. Уже в номере усадил на диван, принес воды. Я отрицательно покачала головой, не поднимая глаз. Он поставил стакан на столик, опустился рядом с моими коленями, осторожно положил ладони на мои бедра.

– Аврора, прости… Прости меня, пожалуйста. Не знаю, что на меня нашло. Я не хотел тебя обидеть.

Я обвила его шею руками, уткнулась в плечо.

– И ты прости.

Он крепко меня обнял, вздохнул.

– Солнышко мое, я чуть с ума не сошел, увидев, что тебя в номере нет, – признался он. – Не делай так больше.

Я перебралась к нему на колени, крепко поцеловала. Он ответил со страстью, притягивая ближе за затылок.

– Малышка моя, – прошептал он хрипло, поглаживая ладонями мои плечи, спину, бедра. – Доверься мне. Доверяй мне, я никогда не сделаю тебе больно…

Я кивнула, наклоняясь к его губам за очередным поцелуем. Егор, его присутствие уже делали меня счастливой. Мои руки нырнули под его футболку, прикоснулись к его разгоряченной коже.

Опьяненная его стоном, жарко прошептала:

– Ты мне нужен.

– Как скажешь.

Он махом стянул с меня футболку, припал губами к груди.

Я всхлипнула, запуская пальцы в его шевелюру, притягивая ближе. Егор сжал мои ягодицы, теснее прижимая к своему паху…

Примирение было бурным, страстным. Потом просто лежали в кровати, обнимая друг друга. Егор задумчиво поглаживал мои волосы с грустной улыбкой на губах.

В полудреме я приоткрыла глаза. Посмотрела на него.

– Почему ты грустишь? – прошептала, сонно хмурясь. Глаза непослушно смыкались, но я старалась не заснуть.

Егор ласково улыбнулся:

– Не бери в голову. Просто устал. Спи.

– И ты спи, – Я прижалась к нему, а он очень бережно обнял. Поцеловал волосы. Откинулся на подушку.

«Уютно», – радуясь теплу его объятий, подумала я, окончательно засыпая…

***

Оставшиеся дни отдыха на море пролетели очень быстро, и мы вернулись домой. По приезду Егор отправился на работу, а я занялась домашними делами. До конца моего отпуска оставалось еще около двух недель. Нужно погостить несколько дней у бабушки и дедушки – я всегда так делала, когда была возможность. Вот только Егор наверняка будет недоволен. В конце концов, он должен понять.

В дверь позвонили. Отложив нож, которым чистила картофель, отправилась открывать.

На пороге стояла длинноногая блондинка. Сказать, что она удивилась – ничего не сказать.

– Ты кто? – выпалила она. – Новая прислуга?

– Я девушка Егора, – раздраженно ответила я. – А вы кто?

– Я? – Она дошла до визга. – Его невеста!

Я побледнела. Вот ничего себе удар. Невеста! Немного отойдя от шока, а от него сердце сжалось в груди, я произнесла:

– Почему я о вас ничего не знаю?

– А ты должна? Где Егор?

Она ворвалась в квартиру.

– Он на работе. Вы бы должны об этом знать.

Девица фыркнула ядовито:

– Вот приедут его родители из Швейцарии, они ему быстро голову на место поставят! А то таскает не понятно кого себе в дом!

– Егор не маленький мальчик, – ответила, морщась. Не нравится мне эта якобы «невеста». А вдруг?

Я взяла телефон, желая позвонить Орлову. Пальцы предательски подрагивали. Только без истерик…

– Привет, солнышко, – услышала я его голос.

Сердце сжалось.

– Егор, тут какая-то девица пришла, – сказала я, а голос дрогнул.

– Какая девица? – не понял Орлов.

– Говорит, твоя невеста.

– Кто?! Какая, к черту, невеста?

Его громогласный голос прозвучал для меня музыкой. Но не может так орать человек, у которого и впрямь есть невеста!

– Малыш, включи видеосвязь, – попросил он, взяв себя в руки.

Я включила. Показала ему наглую девицу, которая возмущенно открывала рот, слыша наш разговор.

– Привет, Егорчик, – нагло поприветствовала Орлова блондинка.

– Яна? – удивился он. – Ты откуда взялась?

– Так ты ее все-таки знаешь? – спросила я с разочарованием.

– Малыш, успокойся. Она мне не невеста! – поспешил пояснить Орлов. – Яна, выметайся из моей квартиры! Пока я охрану не вызвал!

– Ах, ты… ничтожество! Устроил здесь бордель! Да я сама уйду! Сдался ты мне такой, таскаешься со всяким отребьем!

Блондинка с шумом хлопнув дверью, покинула квартиру.

Я повернула экран к себе.

– Она ушла?

– Да, – ответила я. – И что это было?

– Тебе не стоит переживать. Это родительская протеже. Не мой выбор.

– А кто твой выбор?

– А ты не догадываешься? – Он усмехнулся.

– Дай подумаю, – я задумчиво укусила пальчик. – Может быть… Что-то в голову ничего не приходит.

Орлов простонал:

– Дразнишься? Ты меня с ума сведешь! Жди. Сейчас приеду!

– Зачем?

– Будем выяснять, точен ли выбор…

***

За окном стремительно темнело, а мы лежали в широкой кровати, уже несколько часов наслаждаясь нашим уединением.

– Егор, пока мой отпуск не закончился, я бы хотела несколько дней пожить у бабушки и дедушки, – заговорила я, поглаживая его по обнаженной груди.

Орлов напрягся, но совсем не от моей ласки. Молчал.

– Егор? – Я приподнялась на локте и посмотрела ему в лицо.

– Аврора…

– Я по ним соскучилась. И так практически их не вижу.

– А мне что прикажешь делать? Хочешь, чтобы я по тебе скучал? Пусть лучше приедут к нам погостить.

Я вздохнула:

– Ты же знаешь, они еще не в курсе, что мы живем вместе. Да и дедушка ни за что не поедет.

– Не поедет, тогда пусть дома остается, – буркнул сухо Орлов.

– Егор!

– Прости. Не хочу тебя отпускать. Твой дедушка – «сводник», мне не нравится, что он ищет тебе женихов.

– Во-первых, мой дедушка совсем не сводник, подумаешь, хотел познакомить с кем-то. Во-вторых, мне никто не нужен, кроме тебя.

Я легонько коснулась губами его губ.

– Ты сейчас серьезно?

– Совершенно серьезно. Что за вопрос? – Мне даже стало обидно.

– Тогда расскажем им, что живем вместе, – заявил безапелляционно Орлов.

– Егор!

– Что?

– Ну не поймут они, что мы так быстро съехались!

– Врать им лучше? – съязвил он. – Нет, врать и скрывать не будем. Я всё сказал. Даже не спорь. Завтра я тебя сам отвезу. Вместе расскажем.

– Егор!

– Заладила! Не обсуждается.

Рассердившись, я вскочила с кровати, забыв, что голая. Орлов плотоядно уставился на мое тело. Поспешно схватила покрывало, прикрылась.

– Вот не надо включать со мной босса! – рявкнула я. – На работе командуй! Я еще не передумала от тебя увольняться.

Зашагала прочь из спальни.

Вот же! Невозможный! Сатрап!

– Аврора! – гаркнул он, а я даже не остановилась.

В гостиной плюхнулась на диван. Орлов появился спустя минут пять-десять. Сел рядом. Я отвернулась. Он молчал. Я тоже.

– Аврора, – позвал он еще минут через пять.

Я не ответила.

– Аврора, – повторил. Потянул покрывало. – Аврора…

– Что ты заладил? – съязвила я, когда он притянул меня к себе вместе с покрывалом.

– Имя твое очень нравится, – нашелся, что сказать, уткнувшись носом в мою шею.

– Не надо так со мной, Егор, – произнесла с укором.

Он молчал. Я повернулась к нему. Смотрели друг другу в глаза, будто какой-то ответ искали. Он взял мою руку, ласково погладил подушечкой большого пальца мои пальчики, поднес к губам, поцеловал. Каждый.

– Покажи, как надо.

– Я серьезно, Егор.

– Я тоже.

Я вздохнула. Поверила. Уткнулась в его плечо. Он очень нежно обнял.

– Не командуй мной, хорошо?

– Даже на работе?

– На работе иногда можно, – улыбнулась.

Он притворно застонал:

– Иногда? Нет, ты меня без ножа режешь!

Затем серьезно добавил:

– Я постараюсь. Но все-таки мы должны рассказать твоим опекунам.

– Мы расскажем, но позже. Обещаю не тянуть!

Егор вздохнул, перевел тему:

– Я отвезу тебя завтра… во второй половине дня.

– А как же работа?

– Сергеич на что?

– Хорошо, – согласилась, целуя его. – Я буду только рада.

– Договорились.

Он решительно поднялся, подхватил меня на руки. Я изумленно на него воззрилась.

– Что? Идем скреплять наш договор, – пояснил он и понес в спальню…

***

– Ты предупредила опекунов, что приедешь? – спросил Егор, загружая мою сумку в багажник.

– Да, позвонила вчера перед сном.

Он кивнул, мы сели в автомобиль, выехали на дорогу. Орлов молча вел машину, а я им просто любовалась. Мой. Умный, сильный, красивый. Улыбнулась своим мыслям. Почему сейчас так молчалив? Сосредоточен, хмурится иногда. Упрямо поджимает губы. О чем думает? Не хочет, чтобы я уезжала? Тогда действительно лучше помолчать и не поднимать этот вопрос.

Я взглянула на дорогу. Попыталась отвлечься на пролетающий мимо пейзаж.

– Аврора, – позвал он.

– Да? – Я повернулась.

– Мы не затрагивали эту тему, но все же… Почему ты боишься садиться за руль? Это как-то связано с твоими родителями?

К горлу подкатил болезненный ком. Я прикрыла глаза. Нахлынули воспоминания об аварии.

– Аврора, – услышала я и почувствовала его ладонь на своей руке. – Прости. Не нужно было…

– Нет, ничего, – я посмотрела на него. – Мне было одиннадцать. Мама и папа уже подъезжали к дому… Фура на встречной потеряла управление и…

Егор сжал мою руку, отпустил, чтобы припарковать автомобиль на обочине. Притянул меня к себе. Я положила голову на его плечо, почувствовала заботливые прикосновения его ладони к своим волосам.

– Маленькая моя, – прошептал он. – Мне очень жаль, что так вышло. Трудно тебе пришлось.

– Да… Для бабушки и дедушки гибель сына и невестки стала большим ударом. Но они быстро оформили опеку – знакомые дедушки помогли… Вырастили, воспитали меня. Дарили любовь, заботу. Они мои близкие родные люди. Теперь ты понимаешь, как они мне дороги?

– Я понимаю, – он поцеловал меня в макушку. Вздохнул, помолчав, тихонько спросил: – А я… Как я дорог тебе?

Почувствовав грусть в его словах, я заглянула ему в глаза. Сомневается? Это его тревожит?

Я нежно улыбнулась:

– Очень дорог.

Поцеловала в губы.

– Очень, очень дорог.

Углубила поцелуй. Он не сразу, но ответил. Крепко обнял, прижимая к себе. Где-то в подсознании мелькнуло: «Почему медлил?», но тут же забылось под напором сладостных чувств…

К дому моих родных подъехали спустя полтора часа.

– У вас гости? – Егор кивнул в сторону черного джипа.

– Похоже, что да.

Мы вышли из автомобиля. На пороге нас уже встречала бабушка.

– Здравствуйте, мои хорошие, – сказала она.

Я привычно чмокнула ее в подставленную щеку, Егор поздоровался.

– Бабушка, а кто приехал? – Я кивнула в сторону джипа.

Бабушка виновато посмотрела на Орлова, затем на меня.

– Тут такое дело. К нам Сергей Антонов пожаловал, – сообщила она.

– Кто? – Не сразу поняла я.

– Сын сослуживца нашего дедули.

Я перевела взгляд на Егора. Он хмуро на меня смотрел, как будто взглядом хотел передать, что думает о моем дедушке.

– Проходите в дом, – позвала бабушка, проходя внутрь.

– Егор, я не знала, – прошептала я.

Он не ответил, насупившись, кивнул вперед, учтиво пропуская меня первой.

Решительно зашел следом, собственнически расположил ладонь на моей талии и повел в гостиную.

Дедушка смеялся, разговаривая с рослым мужчиной, сидевшим напротив.

– А вот и моя Аврора, – известил дед, увидев нас. Перевел взгляд на Егора:

– И ее начальник.

– Мой парень, – поправила я. – Здравствуй, дедушка.

Я наклонилась, поцеловала его в щеку. Шепнула:

– Не обижай Егора.

Дед фыркнул, но мои дорогие мужчины все же, хоть и натянуто, но поприветствовали друг друга.

– Здравствуй, Аврора, – произнес Антонов. Протянул руку Егору:

– Сергей.

– Егор, – не сразу, но ответил на рукопожатие Орлов. По всей видимости, сдавил руку, так как Антонов с недоумением посмотрел на него, и лишь потом отпустил.

Сергей хмыкнул:

– Вы вовремя. Через пятнадцать минут планируем выезжать.

– Куда? – спросила я, поворачиваясь к дедушке.

– Сергей неподалеку открыл полигон для стрельбы. Едем проверять мой подарок. – Дед похлопал по длинному кейсу. Судя по всему, там было ружье.

– Отец Сергея прислал, – пояснила бабушка, скорее Егору, чем мне.

– Вы с нами или как? – поинтересовался Антонов у Егора.

– Конечно, – ответил сухо он.

Отправились на двух машинах. Бабушка с дедушкой сели к Антонову, наш автомобиль поехал следом.

Егор молчал. Хмурился. Сердился. Наверняка думает, что дедушка задумал эту встречу специально. Если честно признаться, я подумала о том же.

– Тебе обязательно у них оставаться? – не выдержал Егор.

Я обреченно вздохнула.

– Егор, ты во мне или в себе не уверен? – задала вопрос.

Орлов сквозь зубы выругался, я не разобрала.

Так и доехали молча до стрельбища.

Антонов провел нас по своим владениям для спортинга. Затем отправились на открытую площадку для стрельбы.

Дедушка радовался подарку, любовно поглаживая ружье. Сергей рассказывал о принципе работы механизма по метанию тарелок, дедушка пару раз выстрелил по целям, взлетающим вверх.

Егор стоял поодаль, рядом с местом, где расположились я и бабушка, и, засунув руки в карманы, наблюдал за ними.

– Егор, а вам не интересно? – спросил Антонов.

Дед хмыкнул:

– Орлов, ты ж вроде говорил, что стрелок. Хочу посмотреть, на что ты горазд: языком молоть или дело делать.

Егор нахмурился, а я прямо почувствовала, как вокруг него сгущается туча негатива, готовая обрушиться на окружающих.

– Егор, – позвала я. Он хмуро зыркнул на меня, я ему улыбнулась, он оттаял. Поддержала его: – Иди, покажи.

Он перевел взгляд на деда и Антонова.

– Хорошо, – согласился и решительно зашагал к ним.

– Авочка, зачем? – удивленно спросила бабушка.

Я улыбалась:

– Бабуль, все будет хорошо.

Тем временем Орлов приблизился к мужчинам.

– Позволите? – Он указал на стол. Взял ружье. Затем четко выверенными движениями разобрал, осмотрел и собрал его.

– Ты нас разборкой и сборкой оружия поразить решил? – хмыкнул дед.

Орлов не отреагировал на замечание, зарядил ружье, встал в стойку. Кивнул Антонову:

– Дай!

Антонов нажал, вверх взметнулась тарелка. Раздался выстрел. Попадание. Следом полетела вторая. Выстрел. Тот же результат.

Егор перезарядил. Вновь команда. Взметнулись две цели одновременно с противоположных сторон. Два выстрела. Два попадания.

Бабушка удивленно посмотрела на меня, я усмехнулась.

Орлов продолжал поражать цели. Так повторилось несколько раз.

Когда прозвучало выстрелов десять, Егор обратился к деду:

– Думаю, достаточно.

И положил ружье на место.

Антонов протянул ему руку:

– Слушай, удивил. Молодец.

Орлов не сразу, но ответил на рукопожатие.

– Практика? – поинтересовался Сергей.

– Практическая стрельба, – сдержанно ответил Егор.

– «Точность, мощность, скорость»? – понимающе процитировал девиз Антонов.

– У Егора награды по стрельбе, – с гордостью сказала я бабушке.

– Ну наконец-то, утерли нос моему деду, – отозвалась она.

Орлов направился в нашу сторону, когда его окликнул дедушка:

– Эй, постой.

Егор остановился, дед неторопливо приблизился, встал к нему очень близко. Несколько продолжительных мгновений смотрел Егору в глаза непроницаемым взглядом.

– Что ж, неплохо, – наконец сказал с отголосками одобрения.

Егор сунул руки в карманы, усмехнулся:

– Неужели одобрение? Удивлен.

– Ну не все же тебе удивлять, – усмехнулся дед в ответ. А затем уже обратился ко всем:

– Что же, я думаю, пора подкрепиться.

– О, да, мы не против, – ответила я. Точно знаю, что мой босс не успел пообедать и был голоден. Сам не признается, должна же я о нем позаботиться. О своем мужчине…

***

Пообедали там же – на территории полигона Антонова имелось уютное кафе с отменной кухней и услужливым обслуживающим персоналом.

– Конечно, не всё еще идеально, мы только открылись, но всё в процессе, – немного поскромничал Антонов.

– Да брось, сынок, всё на высшем уровне, – благожелательно отозвался дедушка, похлопав его по плечу.

От Егора не ускользнуло это демонстративное дедушкино «сынок», он на мгновение перестал жевать мясо, потом с трудом сглотнул. На меня не смотрел.

– Егор, сынок, возьми, – бабушка заботливо протянула ему стакан с водой.

Теперь чуть не подавилась я. Вот, честное слово, бабушка с дедушкой как дети малые! Что за соревнование опять устроили?! Или каждый себе фаворита выбрал? А меня спросить не забыли, чего я хочу?

– Спасибо, – Орлов выпил воды. Встал из-за стола. – Извините.

Демонстративно вынул телефон и, набирая номер, вышел.

Я сурово обвела опекунов взглядом. Натолкнулась на потешающийся взгляд Антонова.

– Пожалуй, я всё – сыта. Спасибо за обед, – я встала и отправилась за Егором. Думаю, опекуны поняли мой намек.

Егор стоял на балкончике и как раз завершал беседу.

Он повернулся ко мне, я же молча подошла, взяла за руку, прижалась к его плечу. Улыбнулась:

– Ты такой замечательный, Егор Андреевич.

– И чем же я «замечателен»? – Усмехнулся он.

– Не идешь на провокации дедушки. Правда, я ценю.

Егор поморщился, как от зубной боли.

– Зато бабушка полностью на твоей стороне! – решила подсластить я «пилюлю».

– Главное, ты на чьей стороне? – пристально смотря мне в глаза, сказал Орлов.

– А ты как думаешь? – Я провела ладонью по его скуле.

Его глаза полыхнули от легкого прикосновения:

– Хотелось бы услышать.

– Нет. Лучше покажу. – Я потянулась к его губам, поцеловала – продолжительно, с наслаждением.

Он ответил, собственнически обнимая и прижимая к себе.

Спустя время переводя дыхание, уткнулась в его плечо.

Как же хорошо в его объятиях. Не хочу, чтобы отпускал!

– Ты по работе звонил? – спросила, опасаясь, что ему нужно уезжать.

– Угу, – невнятно ответил он.

– Поедешь?

– Ну да, и пропущу тут все представление, – съязвил он. – Пойдем, нас уже потеряли.

Он кивнул вниз на наши машины, возле которых уже стояли Антонов и опекуны.

У дома нас ожидала откуда-то взявшаяся куча дровяных чурок.

– Что, уже?! – обрадовался дед, выходя из машины. – Спасибо тебе, сынок!

– Не за что, – ответил Антонов и остановил взгляд на нас с Орловым. Что за взгляд-то?

Затем кашлянул, пригладил волосы на затылке:

– Иван Анатольевич, мне пора, – сообщил он.

– Что же, забегай, как время будет, – пожимая ему руку, ответил дедушка. И тут же переключил внимание на чурки. Уже строил «стратегические» планы.

– Всем до свидания! – махнул рукой Сергей, сел в джип и уехал.

Орлов воззрился на кучу дровяных чурок. Толкнул одну ногой.

– И зачем вам дрова? – спросил он, засунув руки в карманы.

– Как зачем? Печь топить. – Дед протянул ему заготовленный топор. – Держи. Мне нельзя, спина. А тебе в самый раз.

Дедушка и Орлов взялись за дело. Точнее, дедушка командовал, а все остальное делал Егор.

Я приблизилась к деду, осуждающе прошептала:

– Деда, зачем? Мы же дровами не топим…

– Чего заладили «зачем, зачем»? Надо! – Потом его взгляд потеплел: – Аврора, дай спокойно развлечься. Чего пристала…

– Деда!

– Все, не мешай.

– Деда, ты самодур! – прошипела я, но выдавать его не стала. В конце концов, пока Егор занят делом, он не уедет. А мне ужасно хотелось ночью прижаться к нему. Иначе не усну.

– Но-но, поговори мне еще! – пригрозил дед.

Из окна кухни, пока мы с бабушкой занимались готовкой, я наблюдала за ними: дед сидел на скамейке, курил, раздавал указания, Егор, скинув верхнюю одежду, перекатывал чурки, рубил дрова. Плечи его напрягались, и я наблюдала, как его натренированные мышцы вырисовываются под закатанной по локоть рубашкой. «Красавец-мужчина!» Хихикнула я, а у самой щеки раскраснелись от желания подойти и прижаться к нему, вдохнуть запах его разгоряченного тела.

– Измажется ведь весь, – посетовала бабушка.

– У Егора всегда сменная одежда в багажнике есть, – ответила я, не прекращая следить за своим мужчиной.

– Предусмотрительный, – похвалила бабушка. – И не из слабых! Любо дорого посмотреть, как топором орудует.

Я повернулась. Она наблюдала за мной, пока я пялилась на Егора и пускала слюни.

– Бабуль! – простонала я.

Она погладила меня по плечу.

– Хорош, хорош парень, – одобрила она.

Через час я уже наблюдала, как дед учит Егора укладывать поленницу. Дело шло к концу, и это меня несказанно радовало. Егор собирал последнюю охапку дров, когда дед его остановил:

– Эти в котельную отнеси!

С охапкой дров Орлов молча спустился на цокольный этаж.

– Бабушка, я прогуляюсь, – откладывая полотенце, сказала я, направляясь следом.

Я застала Егора на корточках перед отопительным котлом.

– Что и требовалось доказать, – буркнул он, прежде чем увидел меня. – Ну вот и что это?

Задал вопрос осуждающе.

– Прости. – Не сдержала улыбки. – Но ты ведь и сам догадался сразу, что дедушка тебя дурит.

Егор выставил вперед свои ладони, на которых теперь были мозоли.

Жаль, конечно, но не смертельно же!

– Зато как ты сексуально, прям горячо, выглядел за работой! – улыбаясь, призналась я. Орлов встал, подошел:

– Да?

– Я наслаждалась зрелищем, наблюдая за тобой.

– Что ж, – он обнял одной рукой, притянул к себе близко. Очень близко! – Могу предложить другой способ наслаждения, – прошептал с хрипотцой у самых губ.

От одного этого по телу прокатилась жаркая волна, а внизу живота сладко заныло.

– Какой?

– Традиционный… – Он накрыл мои губы жарким поцелуем.

Я простонала, отвечая. Наконец-то! Целый день ловила себя на мысли, что этого мне не хватает…

По всей видимости, не хватало не только мне… Егор подхватил меня за попу, усадил на стиральную машину. Задрал мне футболку. Мои руки расстегнули пряжку его ремня, затем ширинку…

Вот на этом моменте нас спалили дедушка с бабушкой.

Дедушка застыл на месте, бабушка уронила пустое ведро. Звук получился оглушительный – всех привел в действие: я соскочила со стиральной машинки, Егор резко обернулся, пряча меня за своей спиной, рассерженный дед сделал решительный шаг в нашу сторону, бабушка схватила его за плечо. Я тем временем вернула бюстгальтер на место и одернула футболку.

– Ширинку застегни! – рявкнул дед.

Смутить Орлова раньше никому не удавалось. Дедушке удалось. Егор отвернулся, повозился, застегнул замок на брюках, затем ремень.

Я же еще раз одернула край футболки. Щеки горели. Ну вот надо же – комедия положений! Мы же взрослые люди, не подростки…

Мои мысли озвучил Егор.

– Иван Анатольевич, мы взрослые люди. А вы относитесь к Авроре, как к ребенку, – сказал он твердым уверенным голосом. С таким не поспоришь…

Деду же на это было плевать, как он бы выразился, «с высокой колокольни».

– Вначале вместе жить начните, как положено, а уж потом «притиркой» занимайтесь! – громыхнул он.

Егор хотел было ответить, но сдержался. А что тут скажешь, мы и так уже вместе живем. Да к тому же я взяла с него обещание моим пока ничего не рассказывать. Подготовить хотела их. Морально. Вот и подготовила.

Я глубоко вздохнула, взяла Егора за руку, переплела наши пальцы. Решительно посмотрела на опекунов и сказала:

– Мы уже живем вместе.

Опекуны, конечно, были шокированы. А Егор, хоть и не ожидал, по глазам видела, был рад моему признанию.

– Живете?! Сожительствуете! – возмутился дед. – И как это ты так быстро все провернул? – предъявил он Егору.

– Ваня! – вступилась бабушка. – Не малые детки, сами знают, что делать!

– И ты туда же!

– Смирись уже!

Дед запыхтел. Пнул ведро.

– В моем доме спать будете раздельно! – рявкнул он, прежде чем уйти. Бабушка последовала за ним.

Мы с Егором посмотрели друг на друга. Он взъерошил волосы и рассмеялся. Я тоже.

Ужинали в тишине. Егор сидел за столом рядом, напротив нас хмурый дедушка, сбоку бабуля. Поужинав, дед также молча встал из-за стола, ушел в кабинет.

Бабушка нам улыбнулась, тоже встала.

– Ну вот, пошел чистить свой арсенал. Егор, если что, двери комнат у нас не замыкаются, – сказала она, прежде чем оставить нас наедине.

Егор с вопросом посмотрел на меня.

– Дедушка, когда чем-то очень недоволен, начинает оружие чистить, – смущенно пояснила я.

Нам постелили в разных комнатах. Долго лежала в кровати и не могла уснуть, прислушиваясь к бряцанию дедушкиного оружия. Ну вот что за ерунда! Нет, не могу уснуть без Егора под боком! Прошло несколько часов, и в доме наконец-то все стихло. Я тихонечко выбралась из своей комнаты и прокралась к Егору. Нырнула к нему в кровать под одеяло. Кровать предательски под нами заскрипела.

– А я думал, придешь или нет, – усмехнулся Орлов, обнимая меня. Не спал. Так же, как я. Приятно! – Собирался сам идти.

– Ну в чем-то я тебя опередила, – прошептала, целуя его в подбородок. – Хочу ночь провести с тобой.

Моя ладонь поползла по его груди, плоскому животу дальше вниз.

– О, да ты напряжен, – выдохнула я. – Помочь расслабиться?

Мой мужчина простонал, перехватил руку:

– Аврора… Не дразни. Знаешь же, что не смогу остановиться.

– И не надо останавливаться, – прошептала ему в губы.

Он ответил сладострастным поцелуем. Целовались, обнимали, гладили друг друга и просто заснули…

Кажется, в полудреме услышала, как приоткрылась дверь. Заглянул дедушка с ружьем, постоял, посмотрел на нас, махнул рукой, ушел. Потом бабушка, глянула и плотно прикрыла дверь. Я улыбнулась. Так с улыбкой на губах в объятиях любимого мужчины, крепко и заснула.

***

Рано утром Егор уехал. Несмотря на то, что в делах фирмы можно было положиться на Сергея Сергеевича, Орлова заменить он нем мог.

Прошло три дня, а я ужасно соскучилась по Егору. Разговоры по телефону лишь усугубляли дело. Хотелось ласк, объятий, поцелуев своего мужчины. Мой мужчина.

Я скидала вещи в сумку, попрощалась с бабушкой и дедушкой и отправилась в город. Домой. К нам домой. Время близилось к обеденному перерыву, и я решила сделать сюрприз Егору. Поэтому, недолго думая, я направилась на работу. Секретаря, временно заменяющего меня, на рабочем месте не было. По всей видимости, ушла на обед.

Я направилась к кабинету ранее «нелюбимого» босса, но резко остановилась, услышав голоса.

– Я люблю ее, мама, – тихо, но твердо произнес Егор.

– Любишь? – В возгласе Анны Эдуардовны был гнев и отчаяние. – Андрей, ты слышишь, что он такое говорит?!

Она плюхнулась на стул и разрыдалась.

– Егор, не расстраивай мать, – резанул голос Андрея Владимировича.

Сын проигнорировал отца и, присев на корточки рядом с матерью, взял ее за руки и повторил, пытаясь донести до нее свои слова:

– Мама, я люблю ее…

Анна Эдуардовна взвыла от его слов, спрятав заплаканное несчастное лицо в своих ладонях.

– Я не вынесу этого больше! – рыдала она. – Опять… Опять я прохожу через это!

– Ты должен бросить ее, – безапелляционно заявил отец Егора.

– Я все решил, – в голосе Егора проскользнуло раздражение. – Аврора будет моей женой и матерью моих детей.

– Она… Она что, беременна?! – Мать Егора в шоке уставилась на сына, временно прекратив рыдать.

– Мама, успокойся, – попросил он. Разговор давался ему нелегко. Сейчас ему приходилось расплачиваться за грехи отца, ведь именно из-за его измен мама так реагировала.

– Если ты не оставишь эту девицу, ты лишишься всего! – Угроза отца прозвучало ультимативно. – Я. Лишу. Тебя. Всего. Денег, места в фирме, имущества, наследства. ВСЕГО!

Даже мать Егора перестала плакать. Наступила тишина. Звенящая. Убийственная.

Егор поднялся, выпрямился.

– Я уже сказал, – заговорил он твердым голосом, так, что мне захотелось выскочить из-за угла и остановить его, пока он не разрушил отношения с родителями окончательно.

Но мать Егора опередила – схватила сына за руки и быстро заговорила:

– Не надо, сыночка, не надо! Я не вынесу этого!

Я уж точно не вынесла. Развернулась и на деревянных ногах пошла прочь.

Не помню, как добралась до дома. Плакать не могла, зато отрешенно смотрела в одну точку. Слишком много мыслей роилось в голове. Я потерла виски. Ужасная мигрень, мешавшая все обдумать. Мне нужно время все обдумать. Мне нужно время… Решение пришло само собой: зазвонил смартфон. Я кинула рассеянный взгляд на экран. Агата. Невольно улыбнулась, даже слезы навернулись. Подружка! Как ты вовремя! Родная!

Как только ответила на звонок, услышала бодрый голос Агаты.

– Аврора! Привет! Как дела? Давно не виделись! Куда пропала?

– Агата, можно я к тебе приеду? – севшим голосом попросила.

– Да, конечно. У тебя что-то случилось? – встревожилась подруга.

– Приеду, расскажу.

– Да, жду. Держись, подруга!

Я отключила телефон, вызвала такси, подхватила еще неразобранную дорожную сумку. Пока ехала к ней, немного пришла в себя.

Подруга – настоящая «скорая помощь» – ждала меня с нетерпением и во всеоружии. На столике в гостиной горячительные напитки, шоколад и закуски. И конечно же, готовая все выслушать Агата.

– А где муж? – задала я вопрос, устроив сумку в углу прихожей и обнимая подругу.

– В командировку уехал, – Она ответила на объятия. – Так что нам никто не помешает.

Я вздохнула. Одной проблемой меньше. Подруга вышла замуж несколько месяцев назад, а мы с ее мужем на дух друг друга не переносим. Без прямого конфликта, конечно. Прямо «холодная война», не иначе. Поэтому и виделись теперь с Агатой крайне редко.

Мы расположились в гостиной на диване, пододвинув столик поближе. Выпили вина.

– Давай, рассказывай, – настояла Агата. – Вижу, что вся никакая. Что случилось?

– Уу, Агатка, – я спрятала лицо в ладонях, – много чего случилось! Что делать, не знаю…

Мало-помалу я рассказала ей все, что со мной произошло за последние недели.

– Ну ничего себе! Какая у тебя бурная жизнь! И это все за каких-то, – она примерно посчитала, – чуть более трех недель!

М-да, удивительно. Чуть более трех недель, а ощущение, что несколько месяцев прошло…

– Босс твой еще тот метеор! А родаки, конечно, упыри, – продолжила она. – Это же надо, выдвинуть такие условия! А Орлов что?

Я неопределенно пожала плечами:

– Не знаю. Он меня любит, но… Что я ему могу дать? Не хочу заставлять его выбирать. Неправильно все это.

Мы еще долго говорили, пили вино, а я каждый раз поглядывала на дисплей смартфона. Ни сообщения, ни звонка от Егора. В сердце окончательно закрадывались боль и темнота. Почему не звонит? Почему не пишет? Неужели…?

– Что, так и не написал? – спросила Агата.

– Нет.

– Может быть, занят?

– Может.

– А давай по геолокации проверим, где он, – предложила с энтузиазмом.

Я засомневалась:

– Да ну нет.

– Ой, так да или нет? Дай сюда, – она выхватила телефон.

– Агата!

– Подожди! – Она быстро нашла его номер, ввела в приложении на своем телефоне. – Судя по карте, он или сейчас посреди проезжей части, или же в VIP-клубе. Позвони ему!

– Нет, я не буду звонить!

Агата фыркнула, сама позвонила с моего телефона.

– Агата! – Я потянулась за своим смартфоном, а она, увернувшись, включила на громкую связь.

Егор, хотя и не сразу, взял трубку.

– Привет, малыш, – услышала я его уставший голос. На заднем плане отчетливо был слышен рев клубной музыки.

– Привет, – выдохнула я и осторожно спросила: – Ты где?

– Я? С Сергеичем, – ответил нехотя. – В клубе.

– В клубе? Ясно…

Ясно? Мать вашу, ничего не ясно!

Повисла звенящая пауза. А мне хотелось кричать.

– Аврора…, – произнес, и мне стало страшно. Вот и всё?! – Я соскучился.

Меня будто кислорода лишили, а потом дали дышать!

Агатка чуть не завизжала от восторга и не выдала нас.

– Ты… Хочешь, я приеду? – Сказала, а он лишь вздохнул:

– Не надо… Тебе лучше пока у опекунов побыть. Разрулю проблемы, сам приеду.

И как это понимать?

– Ясно, – прозвучало тоскливо, с разочарованием. А что хотела, чтобы он все бросил ради меня?

– Аврора?

–Да?

– Ты любишь меня?

Вот не так нужно признаваться в любви! Для чего спрашивает? Чтобы быть уверенным, стоит ли за меня бороться?

– Аврора?

– Что?

– Ты не ответила.

Я вздохнула:

– К чему вопрос? Что-то случилось?

– Уходишь от ответа. – Его голос прозвучал сухо. – Ладно, не бери в голову.

– Егор, я…

– До завтра, Аврора. Я позвоню.

И он отключился.

Я долго не могла прийти в себя. Агата молча моргала глазами.

– Я ничего не поняла! – выдала она.

Если бы я что-то понимала!

***

Я осталась погостить у Агаты. Не хотелось возвращаться в свою пустую квартиру, и тем более в квартиру Егора после его слов.

На следующий день утром позвонила бабушка.

– Авочка, родная, а ты где? – спросила она осторожно.

– В смысле? – Я потерла сонные глаза. Вчерашние «реанимационные посиделки» сказывались на моем организме негативно.

– Да тут Егор прислал букет цветов для тебя, – ответила бабушка. – Вот я и не пойму, почему? Разве ты не должна быть с ним?

– Бабушка, я у Агаты, – призналась я. Полуправда лучше, чем ничего. И тут же зацепилась за ее слова. – Говоришь, букет прислал?

– Да, красивый такой, огромный. Шикарный, я бы сказала, – говорила она так, будто в этот момент букет разглядывала.

– А записка есть? – Наличие цветов от Егора неимоверно меня обрадовало.

– Есть.

– И?

– «Люблю».

– Всё?

– Всё.

Я вздохнула. Мало! Хотелось больше подтверждений его любви.

– Так почему ты у Агаты? – продолжила допрос бабушка. – Вы поссорились с Егором?

– Нет. Так вышло… – ответила уклончиво, потом затараторила: – Бабушка, прости, я потом все расскажу! Сейчас опаздываю! Пока-пока! Целую!

Я завершила звонок. Вздохнула. Зачем родных расстраивать подробностями. Не к чему.

Решила позвонить Егору. Гудки звучали долго и безрезультатно. Автоматически включалась запись: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны доступа сети». Чертыхнулась. Набрала сообщение:

«Спасибо за цветы!» Отправила. Добавила эмодзи в форме поцелуйчика и сердечка. С нетерпение ждала, засветятся ли галочки о прочтении.

Наконец блеклые галочки стали синими. Пришел ответ: «Прости, занят». И поцелуйчик.

«Почему только поцелуйчик? И чем он так занят, раз не может мне ответить? Неужели избегает меня?» В сердце опять закралось неприятное щемящее чувство. Так и подмывало, взять и позвонить временному секретарю Егора и узнать, где он. Сама себя одернула: «Я что, не доверяю? Теперь преследовать его буду?» На самом деле меня одолевал страх. Несмотря на то, что он говорил родителям, я боялась, что они добьются своего и не оставят мне места в его жизни.

Я вспомнила, как рыдала мама Егора. Раньше она казалась мне красивой, элегантной, милой женщиной. Анна Эдуардовна всегда мне приветливо улыбалась, а за глаза кем считала? Секретуткой? Но ведь Егор ей сын, а не муж! Нельзя ровнять всех под одну гребенку! Может быть, это была ее первая реакция и еще можно что-то изменить? Да, я должна попытаться это сделать для себя и для Егора. Я же знаю, он меня действительно любит. И я его…

«Нужно встретиться и поговорить с матерью Егора», – решила я. – «Я должна попытаться».

Вспомнив, какой сегодня день недели, я с большой вероятностью предположила, где может быть Анна Эдуардовна. Конечно же, на ипподроме. Она обожала лошадей.

* * *

Агата была на работе, но предусмотрительно оставила мне завтрак на столе. Надкусывая блинчик, написала подруге: «Спасибо за завтрак! Можно воспользоваться твоим гардеробом? Срочно нужно, у меня важная встреча. Хочу выглядеть достойно»

Агата ответила: «Конечно. Удачи!»

Я улыбнулась. Написала: «Обожаю тебя!»

Перекусив и приняв душ, я слегка подкрасилась (куда ж без боевого раскраса, он просто необходим для уверенности!) и уложила волосы. Затем выудила у Агаты из шкафа элегантный брючный костюм. Сел просто идеально!

До ипподрома добралась на такси. Как и предполагала, застала Анна Эдуардовну в конюшне рядом с ее любимцем Крассом. Женщина отточенными выверенными движениями чистила щеткой гнедого жеребца.

Лишь в самом начале помедлив, я сделала решительные шаги в ее сторону и произнесла:

– Здравствуйте!

Она вздрогнула, узнав мой голос. Выпрямилась и не торопясь обернулась. Ее взгляд, высокомерный и презрительный, не предвещал ничего хорошего.

– Как ты посмела сюда явиться?

– Анна Эдуардовна…

– Не смей! – выдохнула она. – Я ничего не хочу слушать.

Она отложила щетку и сложила руки на груди:

– Давай договоримся сразу. Сколько ты хочешь, чтобы оставить моего сына в покое?

Я растерялась. Мерзко так стало от ее предложения.

– Я не об этом пришла с вами поговорить…

– Значит, зря пришла. Думаешь ты первая секретарша, которая является ко мне качать права? О, в своей жизни я повидала многих! И ни одна, слышишь, ни одна аферистка не получила Андрея. Так же будет с моим сыном. Я смогу его защитить.

– Почему вы решили, что Егора нужно защищать от меня? Мы любим…

Женщина расхохоталась так, будто я ляпнула самую нелепую вещь в ее жизни.

– Ой, деточка, не смеши меня! Любите? Серьезно?! – Она опять рассмеялась. Даже показательно так смахнула слезинку с ресниц. – Егор увлекся, вот и все. Весь в отца. И это увлечение пройдет. А вот ты… О какой любви ты говоришь? Встретила богатого красивого мальчика и думаешь, вытянула беспроигрышный билет?

– Вы не правы, мне ничего не надо, – перебила ее я.

– Да? Удивительно, если так! – Женщина с прищуром с высока смотрела на меня. В этот момент я увидела схожесть в манерах между матерью и сыном. – Тогда отступись, деточка. Если ты с ним останешься, он из-за упрямства потеряет всё: бизнес, наследство – всё. Мы с ним не сможем общаться. И ни я, ни мой муж никогда не примем тебя, ни твоих детей. А ты не представляешь, как мой мальчик дорожит мной и отцом, несмотря ни на что.

– Вы жестоки, – не удержалась я. За короткое время нашей «беседы» она столько грязи вылила на меня, что моя непоколебимость дала трещину. Как же невыносимо это слушать! Зачем я вообще пришла? На что надеялась?

– О, порой приходится быть такими, чтобы защитить близких.

Я медленно поправила сумочку, ремешок которой скатился с моего плеча и собралась уйти.

– Вы не защитить его хотите, а несчастным сделать, – сказала напоследок.

– Сейчас да, а потом спасибо скажет, – ответила невозмутимо мать Егора.

Мне нечего было сказать. Я развернулась и зашагала прочь. Старалась держать спину ровно – не хотелось доставлять ей удовольствие своим поражением. А именно так я себя сейчас чувствовала.

***

Покинув конюшни, я изнемождённо опустилась на первую попавшуюся скамейку и закрыла лицо руками. Это был полный провал. Я пыталась найти выход из этой ситуации и не находила. Я любила Егора и не хотела его терять. Но Егор жил своей работой, он столько времени и сил вложил в семейный бизнес, что забрать фирму и вырвать Егора из привычной среды было бы для него смерти подобно.

«Даже если он сейчас меня любит, это не значит, что он не будет страдать, а потом пожалеет о потерянном и меня возненавидит. Смогла бы я отказаться от бабушки с дедушкой, если бы они отказались принять Егора? Хотя, они бы никогда не поставили бы меня перед таким выбором. Но родители Егора – люди другой среды. Недаром они подыскали ему невесту, по их мнению, достойную их сына».

Я уставилась перед собой. Лишь спустя какое-то время осознала, что мой телефон настойчиво трезвонит в сумочке. Я порылась в ней, достала смартфон. Звонила Агата.

– Как дела? Как прошла встреча и с кем? – спросила она.

– Не спрашивай. Полный провал, – ответила разбито.

– Так… Ты где?

– Я на ипподроме.

– Я сейчас приеду.

Подруга завершила звонок. Приехала она минут через пятнадцать. Садясь в ее автомобиль, поблагодарила:

– Спасибо.

– Не за что. Рассказывай, – Агата повернулась ко мне.

– Давай отсюда уедем, – попросила.

– Хорошо. По дороге расскажешь, – заводя двигатель, сказала она.

Пока ехали, я кратко все изложила, поделилась своими тревожными рассуждениями.

– Вот ведь… – Агата выругалась. – А Егор?

– А что Егор? – Я вздохнула. – Егор ведь не знает, что я в курсе его разговора с родителями. И что я поехала поговорить с его матерью тоже не знает. И я даже не могу сказать, действительно ли он загружен работой или меня избегает.

– Тогда поговори с ним. Выясни все раз и навсегда.

Действительно неопределенность просто убивала меня. Хватит прятаться от проблем и откладывать неизбежное.

– Да, ты права.

И тут же в моих руках зазвонил телефон.

– О, легок на помине, – заметила Агата.

Звонил Егор. Судьба, не иначе. Я приняла звонок.

– Аврора, милая, что происходит? – услышала я вкрадчивый голос Орлова.

– Ты о чем, Егор? – Я покосилась на Агату.

– В данный момент я нахожусь у дома твоих опекунов.

– Гм… Ясно.

– И?

– Я в городе. Ты ведь сам вчера сказал, чтобы я не приезжала к тебе, – в моем голосе зазвучали нотки разочарования и обиды.

– Я думал, ты у опекунов! Если бы я знал, что ты в городе…

– Что бы тогда, Егор?

–Аврора, ты забыла? Мы вообще-то живем вместе.

Да, живем. Но надолго ли?

Я промолчала, а Орлов, постаравшись взять себя в руки, уже миролюбиво произнес:

– Аврора, я не хочу ссориться.

Я вздохнула:

– Я тоже не хочу ссориться с тобой, Егор.

Натолкнувшись на выразительный взгляд Агаты, добавила:

– Но нам нужно поговорить.

Орлов некоторое время молчал. Затем ответил:

– Конечно. – Вздохнул. – Я буду дома примерно через час. Закажи что-нибудь доставкой из ресторана.

– Хорошо.

– Давай проведем нормальный вечер вместе. За последние дни я вымотался, ты себе даже представить не можешь.

Я услышала, как хлопнула дверца автомобиля и завелся мотор.

Представить уставшего Егора удалось с трудом. Он же человек – «вечный двигатель».

Невольно улыбнулась:

– Действительно, не могу.

– Смеешься? – Он, кажется даже обрадовался минутному улучшению моего настроения.

– Скорее удивлена, – пояснила с улыбкой. Затем посерьёзнела:

– Я буду ждать тебя. Пока.

– Пока.

В начале мы заехали к Агате, и я забрала сумку. Затем подруга отвезла меня домой к Егору.

Как он и просил, я заказала еду из ресторана, переоделась. Прибыла доставка, но, хотя прошло больше часа, Егор еще не объявился.

Зато зазвонил мой телефон. Голос Орлова зазвучал беспокойно и виновато одновременно:

– Малыш, не жди меня сегодня. Маме плохо стало, она в больнице. Я буду с ней.

У меня сжалось сердце. Серьезно? Ей стало плохо? Вот так вдруг?

– Что с ней?

– Давление резко снизилось во время конной прогулки. Она потеряла сознание и упала с лошади.

Вот так новость!

– Все на столько серьезно? – вырвалось у меня. – Твоя мама больна?

Егор вздохнул:

– Да, такое случается с ней. Из-за сильного стресса.

В возникшем на несколько мгновений молчании каждый думал о своем.

– Ладно, – наконец выдохнула. А что я еще могу сказать? Я ведь знаю, как он ее любит. – Егор…

– Да, малыш?

– Береги себя.

Он усмехнулся:

– Постараюсь.

– Егор, я…

– Поговорим потом, хорошо?

– Хорошо.

Ответила, а он отключил связь.

После нашего разговора осталось тревожное щемящее чувство. Предчувствие. Ужин так и остался нетронутым. Аппетит пропал совсем.

***

Было одиннадцать ночи, а тревожные мысли не оставляли меня ни на минуту. Постель казалось холодной и пустой без Егора. «В какой момент мне стало не хватать его рядом? Когда успела прикипеть к нему телом, сердцем и душой?»

Я уставилась на экран телефона. Хотя бы прислал сообщение, любое, даже небольшое. Неужели все действительно серьезно, и Анна Эдуардовна по-настоящему пострадала?

Я набрала Егору сообщение: «Как дела?» и отправила. Минут пять подождала, не выпуская смартфон из рук, но ответа не последовало. Ближе к полуночи раздался телефонный звонок. Егор! Я тотчас приняла вызов.

– Ты приходила к моей матери на ипподром? – начал он с ходу. Его голос был напряжен до предела.

Я растерялась:

– Да. Я приходила поговорить.

– Зачем?

Я открыла рот и закрыла. Что он хочет услышать? От неприятной догадки сжалось сердце и перехватило дыхание.

– Ты обвиняешь меня в ее состоянии? – спросила осипшим голосом.

– Аврора… Тебе не нужно было к ней приходить! Я поэтому и просил дать мне время решить проблемы…

Мне казалось, что в этот момент наши отношения рушились как карточный домик.

– Знаешь, когда я уходила, с ней все было прекрасно! Твоя мама та еще «железная леди»! – Произнесла я. – Не знаю, что произошло. Да и знать не хочу.

– Аврора!

Я судорожно вздохнула:

– Все, Егор. Давай не будем.

– Да. Дома поговорим, – согласился он сухо.

Я завершила звонок. Напряженно сжала телефон в руке.

Часть ночи прошла в тревожных, безрадостных, безнадежных мыслях. Это конец. Мать Егора добилась чего хотела. Уже ближе к утру я стала собирать свои вещи, которые перевезли к Егору. Оставила его подарки. Мне ничего не надо. Зачем оставлять себе ненужные болезненные напоминания? «Вишенкой» сверху на его подарках стало кольцо. То самое первое, подаренное в самолете.

Приехала Агата, и мы в месте сгрузили в ее автомобиль вещи, которые удалось поместить. Остальное оставили в квартире Егора.

Прежде чем уйти, начеркала для него записку: «Егор, не хочу тебя неволить. Нам нужно расстаться. Будь счастлив. И я буду».

Вздохнула. Взяла себя в руки, как могла. Затем ключи и записку оставила на тумбе в прихожей и захлопнула дверь. Все. Назад пути нет.

Агата повезла меня к дедушке с бабушкой. Когда были на полпути затрезвонил телефон. На экране, как насмешка, высветилось «Мой парень». Стало невыносимо больно.

Пересилила себя и отключила. Из глаз побежали слезы. Смахнула и отвернулась к окну.

Подъехав к дому опекунов, подруга крепко меня обняла:

– Держись, Аврора. О вещах не беспокойся, побудут у меня пока не решишь вернуться в свою квартиру.

– Спасибо…

Дедушка с бабушкой были удивлены моему возвращению.

– Авочка, что…, – начала бабушка, а я ее молча обняла.

Затем побрела в свою комнату. Оглянулась:

– Если будет звонить Егор, меня нет.

– Что он натворил? – прогремел грозно дед. – Да я ему…

– Он ни в чем не виноват. – Ответила, остановившись. – Это я от него ушла.

В комнате, как была в одежде, рухнула на кровать. Накрыла голову подушкой.

Зашла бабушка.

– Ава…

– Бабушка, я в порядке, – устало соврала.

– Ава…

Я села на кровати, посмотрела на нее.

– Давай потом? – И перевела тему: – Я проголодалась. Покормишь?

Бабушка не хотя, но отступила. Когда она ушла, я вновь легла, свернулась калачиком. Бессонная ночь сказалась, и сама того не заметив, я забылась тревожным сном.

Снился Егор, его тепло, его запах. А потом охватило чувство утраты, когда все исчезло. И я рыдала…

– Авочка, – раздался голос бабушки.

Я проснулась. В слезах.

Бабушка касалась моего плеча.

– Что? – Я быстро утерла ладонями мокрые щеки.

– Там… Егор приехал.

– Что? Нет!

– Дедушка его не впустил. Он ждет за воротами. Тебе нужно пойти и поговорить.

– Я не пойду, – ответила, опять свернувшись на кровати и закрывая подушкой уши.

Вошедший дед отобрал у меня подушку, скомандовал:

– Выйди.

– Нет! Не могу!

– Трусливая девчонка! Тогда я запущу его сюда!

– Дедушка, ты не понимаешь! Не надо!

– Понимал бы, если бы ты рассказала! А сейчас, встала и пошла!

– Авочка, иди, поговори, – мягко посоветовала бабушка. – Он ждет.

Дед фыркнул:

– Он не уйдет, пока ты с ним не поговоришь!

Думаю, еще немного, и дед просто бы выволок меня наружу.

Я встала. На негнущихся ногах спустилась вниз.

Подошла к ограде, приоткрыла металлическую дверь, не снимая с толстой цепочки.

– Ты вот так собралась разговаривать? – разгневано заметил Егор. Бледный, с горящими глазами. На нем лица не было.

Я промолчала. Видеть его в таком состоянии мне еще не приходилось.

Он сжал кулак, с трудом разжал:

– Ничего не хочешь объяснить?

– Егор, не надо. Я все тебе написала…

– Написала? Написала! Да к черту! А ты обо мне, о нас подумала?!

Я отвернулась. Да, я подумала. В первую очередь о нем подумала.

– Так будет лучше, – ответила я. – Не получается у нас с тобой быть вместе. Разные мы.

Он в сердцах хлопнул ладонью по воротам. Звук получился гулкий и неприятный.

– Разные?! Твою мать…

– Уходи. Пожалуйста.

– Ты из-за моих родителей, ведь так?

– Нет, – соврала я, отрицательно покачав головой.

– Тогда в чем причина?

– Егор, я так решила, – закрыв глаза, сказала я. Глубоко вздохнула, набираясь сил. Затем посмотрела прямо. – Так будет лучше для тебя. И для меня тоже.

– Лучше? Лучше?!

Неожиданно он замолчал.

– Если дело все-таки в мох родителях, Аврора, я готов за нас бороться, – произнес тихо, но уверенно.

Я покачала головой:

– Не надо.

Возникла напряженная звенящая тишина.

– Ты так и не смогла меня полюбить? – сухо задал вопрос. – Так?

Из последних сил я молча закрыла дверь.

«Мне нельзя тебя любить!» – прошептала беззвучно. – «Ради тебя – нельзя».

– Аврора! – услышала я его голос за дверью. – Не отдаляйся от меня! Слышишь?!

Я заткнула уши. И кинулась прочь. Закрылась в комнате, пытаясь от всего отгородиться. Твердила: «Мне нельзя тебя любить». И бесполезно. Я его любила. Очень. Очень любила.

Егор долго сидел в машине и не уезжал. Уже ночью услышала, как лязгнула металлическая калитка, и спустя какое-то время завелся двигатель и автомобиль уехал. А потом я рыдала. Долго. Непрерывно…

***

…Настала череда серых одиноких дней. А сердце кровью обливалось от разлуки.

– Авочка, поговорим? – спросила бабушка, присаживаясь рядом.

– А нужно? – выдохнула я вяло.

– Я же вижу, как ты вся извелась. Что у вас произошло с Егором? Ты ведь любишь его.

– Все сложно, бабушка. Мне нельзя его любить.

– Почему? Он ведь тоже тебя любит.

– Бабушка, – я отчаянно простонала. – Я не могу! Я не хочу быть причиной, из-за которой он потеряет все: родителей, компанию, свое положение в обществе. Тем более не желаю быть причиной приступов его матери. Для него ничего и никого нет дороже, чем она.

– Объясни мне толком, – попросила бабушка, приобнимая меня.

Я без особого желания рассказала ей, что произошло между ним и его родителями, а также между нами.

Бабушка выслушала молча. Я прижалась к ней.

– Бабуль… Все равно настал бы момент, когда Егору стало бы не хватать того, что он потерял. Он все равно бы ушел. Пока не поздно, нужно было все прекратить. Я ведь права?

Бабушка погладила меня по голове, вздохнула.

– Возможно. Но получается, что ему ты не оставила право решать, как поступить.

Я крепко зажмурила глаза. «Нет, я не ошиблась. Я права».

Я тяжело вздохнула:

– Ему было сложно. Он стал метаться.

Она снова погладила меня по голове:

– Что ж, поживем – увидим…

…Через несколько дней я отправилась в офис. Нужно было написать заявление на увольнение. Я предполагала, что возникнут сложности. Однако, мне дали увольнение без препон, даже не пришлось отрабатывать положенное время. С одной стороны, это должно было радовать – ведь я морально готовилась выдержать весь натиск, напор со стороны все еще моего босса, с другой стороны – жутко расстроило. Значит, вот так вот просто – взял и отпустил. Даже рекомендации отменные написал! Вот ведь! И вся его любовь? С глаз долой – из сердца вон?

Я с большим рвением принялась искать новую работу. Когда нашла – с головой в нее ушла. На новом месте по достоинству оценили мой трудоголизм и вскоре взяли в штат, сократив испытательный срок.

Однако вечерами меня ожидала пустая квартира, в которую не хотелось возвращаться. И дело было вовсе не в квартире, а в том, что, находясь там одна, я погружалась в пучину своих безрадостных мыслей, воспоминаний, тоски и начинала сожалеть. А потом напоминала себе, что Егор недолго печалился и отступил… Это выматывало, высасывало силы. Как бы это не было странным, все те недели, что мы провели вместе, были самыми яркими, эмоциональными, чувственными в моей жизни. А без Егора жизнь превратилась в бесконечную вереницу серых незапоминающихся дней.

Выпал первый снег – вестник зимы, когда я случайно столкнулась на улице с Сергеем Сергеевичем, другом Егора. Презрению его не было предела.

– А вот и разрушительница чужих жизней! – произнес он. – Как живется?

– Хорошо живется, – ответила ему в тон. «Кто ему дал право так со мной разговаривать?!»

– Раз так, тогда держи свою подружку на повадке, чтобы не кидалась! Зубастая маленькая злобная собачонка! Пигалица!

– Что? – Я аж словами подавилась. Ничего не понимаю! Это он про Агату?

– Ничего! – Сергей Сергеевич был зол на весь белый свет. Не хило его взбесила Агата. Когда успела? И зачем?

– Я ничего не понимаю, – промямлила. Ну Агатка! – Не смейте ее оскорблять! – Выпалалила.

Он фыркнул и махнув рукой, зашагал прочь. Эй!

– Сергеев! – окликнула его я, не успев даже подумать.

Он обернулся:

– Что тебе?

Я приблизилась, чувствуя себя полной слабачкой, но не могла ничего с собой поделать. Хоть что-нибудь узнать…

– Как он?

– Ушла, а теперь спрашиваешь? – Ответил так, как будто вовсе не имела на это право.

Я отступила на шаг. Да, ушла. Он прав. К чему тогда разговоры.

– Да, вы правы, ни к чему всё это.

Я отвернулась и пошла прочь.

– Ты вообще его любила? – Сергеев не дал уйти. Я посмотрела на его руку, которой он меня удержал.

«Любила и люблю».

– Мне нельзя его любить.

– Почему?

– Сергей Сергеевич…, – я попыталась высвободить руку, он не дал. – Отпустите…

– Ну? Почему?

Я вздохнула, закрыла глаза и ответила, как можно увереннее:

– Я не хочу, чтобы он потерял все, что ему дорого, все, что у него есть.

– Что за бред? Вам обоим лечится надо! – выпалил он. – Мазохисты недоделанные…

В сердцах махнув рукой, он зашагал прочь.

***

Вечером дома решила позвонить Агате. Встреча с Сергеем Сергеевичем выбила из колеи. На звонок ответили, но не подруга, а ее супруг:

– Агата занята. – И отключился.

– Козел! – резюмировала я. Перезванивать не стала. Держа телефон в руке, прошла к окну, за которым во всю, так непривычно, валил снег.

Опять накатила тоска.

«Что за бред», – звучали в голове слова Сергеева, отдавая тупой болью в районе сердца.

«Как же я устала. Устала жить вот так – одна, без него. Егор! Что мне теперь делать? Как узнать, что с тобой?» – пролетали в голове мучительные мысли.

Я посмотрела на дисплей смартфона. Хотелось услышать его голос. Заманчиво, но неразумно. Вздохнула, не решившись позвонить. Зато позвонили в дверь. Со вздохом отложив смартфон, направилась открывать. Кто это может быть в столь поздний час?

В дверь продолжали нещадно звонить. Я взглянула в глазок, вздрогнула и моментально открыла.

– Егор! – сорвалось с моих губ.

Он был в джинсах, кроссовках, теплой куртке, на плече большая спортивная сумка.

– Привет, – он деланно оптимистично улыбнулся. – Приютишь бездомного и безработного?

Я не задумываясь шагнула через порог к нему навстречу, обхватила его талию, крепко обняла, прижалась щекой к его груди. Как же бешено билось его сердце. И мое тоже!

Он расслабился, обнял в ответ.

Прошла минута, другая, а может несколько мгновений, и я нехотя разжала объятия. Взяла его за руку, завела в дом.

Он поставил сумку, скинул обувь, прошел в комнату. Я шла следом. Боже, это сон? Я сошла с ума и брежу? Как же хочется протянуть руку и еще раз убедиться, что это он!

В комнате Егор осмотрелся, будто представляя, что же изменилось или все осталось, как прежде, затем лишь его взгляд остановился на мне.

– Напоишь кофе? – устало улыбнувшись, спросил он и сел на диван.

– Да, конечно, – ответила я. Пошла на кухню.

Главное, что он здесь. Он пришел. Теперь… я сама его не отпущу. Никогда. Даже если захочет, я заставлю его передумать…

Вернувшись с кофе, я увидела, что Егор спит, откинувшись на спинку дивана.

Тихонечко, чтобы не разбудить, я присела рядом. Жадно рассматривала такое родное лицо.

Тени под глазами, как будто он не спал в последнее время, щетина…

«Божечки, как я по нему тосковала! Я никуда его не отпущу! Больше никогда!»

– Я люблю тебя, – прошептала.

Егор улыбнулся, будто сквозь сон услышал меня. Рядом с ним мир вновь стал светлее, в нем появились краски. Наступили долгожданный покой, умиротворение, будто все стало на свои места. Я разместилась у любимого и родного мужчины под боком, положив голову ему на плечо. Обняла.

«Как хорошо, уютно. Как и должно быть», – поняла я и наконец-то впервые за последнее время спокойно уснула.

Эпилог

– Поздравь, я открываю свой бизнес!

Егор притянул меня к себе, приподнял.

– Это замечательно! – порадовалась я, чмокнула его в губы.

А затем запереживала.

– А как же деньги? Для этого же нужны большие деньги.

– Малыш, ты странная. Я в конце концов деньги зарабатывал, а не за счет родителей жил. Конечно средств у меня не так много, как раньше, но все же они есть.

Он поставил меня на пол, улыбаясь.

– Или ты реально подумала, что у меня ничего нет?

Я смутилась:

– Нет, конечно!

Его глаза засветились, он нежно притянул меня к себе.

– Знаешь, а мне даже приятно осознавать, что ты приняла меня вот так, без всего. Значит, любишь?

Я вспыхнула. А он что, не видит, не чувствует, как я сильно его люблю?

– Скажи, – попросил Егор.

– Люблю, – выдохнула я. – Очень. Я тебя люблю.

Егор улыбнулся так светло, легко, с любовью притянул ближе, накрыл губами мои губы в сладком поцелуе.

– Как же долго я ждал этих слов, – прошептал он, когда наш бесконечно долгий поцелуй прервался. – Я тебя люблю, малыш. И мне больше ничего не надо.

Я слегка отстранилась от него, вспомнив, о чем хотела с ним поговорить, прежде чем он сообщил свою новость.

– Егор, мне кажется, я видела твою маму возле нашего дома.

Он напрягся.

– Аврора, – предостерегающе произнес он.

– Егор, я же знаю, как ты любишь маму. Даже если она не принимает меня, это не повод разрывать с ней отношения.

– Аврора, порой нужно дать другим время, чтобы подумали, осознали, – холодно заметил он. – И я не позволю манипулировать собой.

– Егор, пожалуйста, – попросила я. Хочу, очень хочу, чтобы его ничто не тяготило, и он был абсолютно счастлив!

– Не угомонишься, да? – криво улыбнувшись, поинтересовался он.

Я улыбнулась и заметила:

– Вот только не подумай, что я хочу манипулировать тобой.

Его бровь взлетела вверх.

– Никогда так не буду думать. В нашей семье я главный манипулятор, – пошутил в ответ.

Но я обратила внимание на совсем другое.

– Мы – семья? – прошептала я осторожно, будто боясь спугнуть зародившуюся внутри светлую радость.

Он прижался лбом к моему лбу.

– Да, – прошептал в ответ с неимоверным теплом. – Семья.

Затем осторожно отстранился, смущенно сунул руку в карман.

– Не так я все себе представлял, – пробормотал он, улыбнувшись. – Но это самый подходящий момент.

В его руке была маленькая бархатная коробочка. Он открыл ее. Кольцо. То самое – первое. Обручальное.

– О! – Я перевела взгляд на его лицо.

Егор смущенно улыбался:

– Аврора, я очень тебя люблю. Каждый день рядом с тобой делает меня счастливым. Хочу получить на тебя эксклюзивное право. Выйдешь за меня?

И вопрос прозвучал не вопросом, а утверждением, но меня это совсем не волновало.

– Да, я согласна. Я тоже хочу на тебя эксклюзивное право. – Я ловко надела себе кольцо на палец. Орлов будто не ожидал от меня такой прыти, но уголки его губ одобрительно вздернулись. – Однако давай не будет торопиться. Побыть женихом и невестой тоже хорошо.

– Согласен, – ответил он, заключая меня в объятия. – Месяца, думаю, будет достаточно. А пока можем подать заявление.

– Егор!

Мое возмущение было безжалостно разбито его властным, собственническим поцелуем. И я сдалась. В конце концов, он делает только то, что делает меня счастливой. Я это знаю.

Конец