Kitabı oxu: «Обнять и плакать, или Просто налейте»

Şrift:

© Ирина Головач, 2026

ISBN 978-5-0071-5005-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Будем знакомы

Мне 20! Всего лишь 20, а остальная половина — это приобретённый опыт. Я как будто сама себя уговариваю, когда смотрю в зеркало по утрам: «Спокойно, тебе всего два раза по двадцать».

Что можно сказать? Я люблю и любима. И это здорово, это счастье, это то, для чего мы все родились. Многие люди мне даны в поддержку, другие — для отдыха, третьи — чтобы чему-то научить, и всем спасибо.

В наказание мне даны животные, ибо таких, как у меня, вы не встретите нигде, но и их я люблю: всех ненавидящего старика-кота и сумасшедшего, всех любящего пса.

Как нас учила Катя Тихомирова: «В сорок жизнь только начинается, теперь я это точно знаю»? Что ж проверим.

С новыми силами, идеями, желаниями, словно в омут с головой — в новую, интересную, прекрасную жизнь…

Год 2021

Глава 1. Последнее лето в декрете

С рождением Алексея, нашего третьего ребёнка, мы приобрели земельный участок, а вместе с ним — и новые эмоции.

Вот бы сейчас идти со всеми детьми в школу! Я бы такое сочинение написала на тему «Как я провёл лето». Я в детстве не получала столько положительных эмоций и впечатлений от отдыха на даче!

« — Эх вы! Жизни не нюхали! А я цельное лето, цельное лето… Утром — покос, вечером — надой…» — вспомнился попугай Кеша.

Как передать ощущение, когда ты просыпаешься от тёплых лучей солнышка, бьющих в окно — ты уже умиротворён и полон сил. Не от шума машин и городской суеты, где надо куда-то бежать, потому что все бегут. Позавтракал — и сразу на улицу. И вот тут по Кешиному сценарию…

Постирать на машинке активаторного типа — это вам не «загрузил и нажал две кнопки». Вспомнились все мозоли на руках от выжимания белья в начале 2000-х. Пока стирается первая партия, надо успеть: умыть песок с лица ребёнка, притащить собаку с соседнего участка, тут мелкого уже крапива обожгла — надо пофуфукать и пожалеть. Это вам не соседская девочка, которая смотрит на тебя большими глазами и говорит: «Ой, крапива». У нас всё по-взрослому: слёзы с жемчуг, мамины объятия и воспоминание «бо-бо» до вечера.

Настал черёд полоскать бельё. Развешивали — не хватило прищепок: оказывается, в песочнице к трактору нужно было срочно прицепить тарелку. Штаны пришлось перестирывать: Коди — наш пёс — протестировал их на грязеустойчивость. Лёша хотел надеть вещицу на собаку, а тот не заценил модный штрих и совершил тест-драйв по участку. А пока машинка героически глотала вторую порцию, мы в режиме многозадачности успели: повесить первую партию, трижды эвакуировать собаку с соседнего участка, обезвредить осу над рыдающим Алёшей и пристегнуть таки четвероногого рецидивиста к поводку.

Впервые я увидела живого, настоящего крота! Мы с ним десять минут боролись за место под яблоней. Пару раз он недовольно визжал, высунув свой розовый малюсенький носик: то ли его возмутили посягательства на территорию, то ли не понравилось, что я тыкаю в него палкой. Зато моё оружие оказалось действеннее визгов, и он выскочил на свет, чтобы дать дёру на соседний участок (возвращать его я не стала). Шубка у него и впрямь оказалась сказочной — лоснящаяся, на вид богатая, точь-в-точь как в мультфильмах.

На даче всегда происходит что-то интересное, поэтому телефон приходится постоянно носить с собой. Но в этом году кто-то изнывал от жары, а я наконец-то согрелась, загорела и была полна энергии — мне было не до глупостей.

Чаще выезжайте на природу, заряжайтесь её энергией, впитывайте всё добро и делитесь им с окружающими. Мир прекрасен, стоит только открыть ему своё сердце!

Лето на даче кончилось так же внезапно, как и началось — с первым ночным заморозком, который убил мою надежду на последний урожай редиски. Мы вернулись в город, дачные мозоли зажили, и сердце застучало ровнее.

Глава 2. Носки под кроватью и музыка наших сердец

Ровное сердцебиение — лучшая музыка для двадцати лет брака. Свои сердца мы открыли друг другу в глухой деревне и по сей день они звучат, но теперь — в культурной столице. Где по утрам они спорят кто поведет ребенка в детский сад.

Семейные пары, которые прожили в браке 50, 60, 70 лет, имеют право на получение единовременной выплаты. А почему за 20 не дают?! В нашем мире и это — достижение. Ну, у нас всё впереди. Он всё так же будет ворчать и тянуть, а я — удобненько сидеть на шее и любить.

Идеальная жена! У каждого мужчины она своя — в мечтах. Моему представлять ничего не надо — у него есть я. Близорукая (не замечаю его носки под кроватью), тугоухая (не слышу, как он полчаса просит меня принести его телефон, стоя в куртке уже в дверях), а когда голос осипнет — и вовсе мне цены нет. Ибо вижу я только хорошее, слышу только приятное и молчу, где надо промолчать.

Идеальный муж? Наверное, тот, кто знает о своих достоинствах и применяет их в будни и выходные, помогая жене. Тот, кто знает о своих недостатках и борется с ними внутри себя, пока жена не видит.

Идеальные дети… Дети все идеальны! Вложите в них доброту и вежливость — они вернут всё сторицей, обычно — в виде пластилина, размазанного по полу.

Любите друг друга так, чтобы, прошептав на ночь «Люблю тебя», он почувствовал это далеко от вас. Счастливо захрапел. И во сне, помимо охоты на гуся, передал в ответ тёплые слова, которые дают надежду на получение выплаты.

Глава 3. Когда мир сужается до градусника и пустой кружки

Мы шутили про идеальные браки, а через пару недель я сидела в детской с градусником и думала, что идеал — это просто, чтобы ребёнок спокойно поспал.

«Никого не пощадила эта осень, даже солнце не в ту сторону упало». В тот год, вооружившись ОРВИ и иже с ней, осень косила, опережая «корону», всех, не считаясь с полом, возрастом, ростом, весом и зарплатой.

Пока люди в саду — кто работал, кто плакал, кто занимался, — мы сидели третью неделю дома. Проветривали, увлажняли и не давали загнуться фармацевтическому бизнесу. Только мы вылечили кашель, как Лёшин организм выдал 40,2. Видимо, чтобы просто так не сидели ещё одну неделю дома. Три дня мы боролись с температурой, которая повышалась до 39,3, медленно снижалась при приёме жаропонижающих, но упорно не хотела сползать ниже 37,5.

Что вы там лечили — кашель? Нате вам лающий…

Две бригады скорой помощи, четыре врача — и у каждого своё мнение и свои назначения, написанные неразборчивым почерком.

Десятки баночек, коробочек и бумажек. Они множились на кухонном столе, как сорняки. Капли в нос. Сироп от кашля. Раствор для ингаляций. Антигистаминное «на всякий случай». Всё это надо было сложить воедино. Разложить по полкам в голове, которая гудела от недосыпа. И уместить в один день ребёнка по часам.

Я сидела рядом с кроваткой. В руке — пустая кружка. За окном смеркалось. И я не знаю, что казалось страшнее: цифра 40,2 на градуснике или собственный пульс, который грохочет в ушах так, что кажется — его слышно в соседней квартире.

Глава 4. Дымковская игрушка и сползающие штаны

Пока сын медленно, но, верно, шёл на поправку, переключая градусники на бульоны, мать проходила профессиональную переподготовку. Это был единственный способ отвлечь голову с аптечных рецептов, которые теперь снились в кошмарах, на что-то осязаемое.

«Мы все учились понемногу, чему-нибудь и как-нибудь…»

Это было интересно, волнительно, творчески и иногда даже весело. Работая в саду и получая дополнительное образование, я черпала новые знания, которые умело применяла в своих работах, отрабатывала навыки на детях, и в результате теперь в совершенстве владею ясельным языком. Я научилась сдерживать себя от звучных слов, когда кто-то размазывает суп по стенам и вообще стала удивительно доброй душой по отношению к чужим детям. Свои-то уже закаленные, а этих — жалко.

Учёба давалась не на раз-два. Месяц ходишь и не понимаешь, что от тебя хотят: мучаешься, крутишь что-то в голове, с чего хоть начать-то? А потом — раз! — и осенило. Бежишь к компьютеру и начинаешь писать, искать, вдохновляться. Да так, что не остановить. И ведь не списываешь, а сам придумываешь. Ну, может, позаимствуешь одну-две идейки, но твои мысли уже бурным потоком рвутся, вытесняют лишнее и делают непохожим ни на кого твой план занятия. Да, возможно, с недочётами, но кто не ошибался в начале пути?

* * *

Кстати, об ошибках.

Я всегда поражалась ценам на глиняные игрушки. Ну безделица же, а стоит… Не суди, да не судим будешь. На самом деле это адский труд. Глина — это вам не пластилин, она холодная, тяжелая и упрямая. Мастера годами оттачивают своё мастерство, а я держала её в руках первый раз. В детстве я любила только мокрую жмякать между пальцами.

Но скажу вам: я очень собой довольна. Мой конь из недоросля через динозавра эволюционировал-таки в лошадку. Роспись — это отдельное искусство, на котором моё вдохновение иссякло, и лошадка в результате заболела ветрянкой. Горошки есть, волнистые линии присутствуют, точки отмечены. Итог какой? Правильно — это дымковская игрушка. Просто авторский вариант. И я поняла: красота рождается не из лёгкости, а из упрямого сопротивления материала.

* * *

Так откуда же взять на всё время?

24 часа в сутках — это много или мало? Мне не хватает времени, или я нерационально его использую? А что значит «рационально»? Разумное использование. Ну, я же, кажется, с разумом, так почему всё бегом?

Потому что, когда в жизни происходит:

— Ира, я тебе дарю! — и это «дарю» — кусочек недоеденной булочки. Я оставляю все дела. Фотографирую этот дар, преподнесённый от всего сердца. А дома надо прицепить паровоз к крану и любоваться, как он «осоко» (то есть высоко) висит.

Вечером садишься за компьютер и вспоминаешь школу:

— Ну почему преподаватель думает, что его предмет единственный, — а ещё у Сони в школе конкурс самоваров. Времени — всего полторы недели.

Но всё пройдёт, пройдёт и это: самовар сшит, знания прибавляются, дети довольны. 24 часа — в самый раз! Оказывается, их хватает ровно на то, чтобы упасть спать без задних ног.

* * *

— Почему воспитатель? — спросили меня бывшие коллеги железнодорожники.

Я прихожу на работу, а там мне искренне рады, потому что в эмоциях дети не умеют обманывать. Потому что я каждый день слышу:

— Я Вас люблю.

Потому что я чувствую себя волшебницей, когда подбадриваю и нахожу плюсы в том, что, как им кажется, у них не получилось.

И скажите, какой офисный работник потратит свой обед на то, чтобы просто выйти на прогулку, подышать свежим воздухом, полюбоваться красотой зимней природы и насладиться тихим, мягким, тёплым деньком? А у воспитателя это прописано в режиме дня!

Анекдот сразу вспомнился: «Устроилась воспитательницей в детский сад. Сегодня в автобусе на автомате поправила сползающие штаны какому-то парню…»

Кажется, я нашла свое место.

Pulsuz fraqment bitdi.

Yaş həddi:
18+
Litresdə buraxılış tarixi:
12 noyabr 2026
Həcm:
60 səh.
ISBN:
9785007150057
Müəllif hüququ sahibi:
Издательские решения
Yükləmə formatı: