Kitabı oxu: «Серьёзно? Герцогиня?»

Глава 1

14 июля

Раймон Минеро, виконт и главный артефактор герцогства, нервно вытер испарину со лба. Утро едва началось, а он уже чувствовал себя так, словно лично разгружал телеги. Вчера долгожданный заморский никель наконец-то прибыл с побережья в замок Альяно, откуда его под усиленной охраной барона Рубио де Рока сразу переправили сюда — на закрытую территорию будущего промышленного сердца герцогства. Раймон приехал вместе с ценным грузом, и теперь с трепетом стоял перед массивным, выложенным из огнеупорного кирпича сооружением, которое госпожа Клаудия называла «малой мартеновской печью».

Молодой артефактор в десятый раз развернул исписанные листы пергамента. Вчерашний инструктаж навсегда врезался ему в память. Клаудия досконально, заставляя фиксировать каждое слово, диктовала ему алгоритм: строгую последовательность закладки кокса и руды, моменты подключения температурных артефактов, добавления стального лома, визуальные признаки готовности сплава и десяток возможных нештатных ситуаций.

Саму герцогиню на историческое событие категорически не пускали. Раймон до сих пор с благоговейным ужасом вспоминал, как утонченная Клаудия, едва сдерживая злые слезы обиды, стукнула кулачком по подлокотнику кресла и процедила сквозь зубы, что обязательно «дожмет этих старых пердунов» — имея в виду почтенного отца Мартино и королевского лекаря фон Херца.

Сейчас виконт в последний раз проверял целостность магических плетений на узлах печи. Суровые мужики-рабочие, переминаясь с ноги на ногу, выстроились у завалочных окон с длинными лотками наготове. Тяжелый кокс и драгоценный никель, железная руда и стальной лом ждали своего часа. Раймон шумно выдохнул, понимая, что пора давать команду к началу завалки, но почему-то медлил, то и дело бросая тревожные взгляды на пыльную дорогу со стороны замка. Какое-то седьмое чувство подсказывало ему, что упрямая госпожа своего добьется.

За воротами было тихо. Пыль на дороге, ведущей от замка, окончательно улеглась. Никакого кортежа не предвиделось. Раймон с облегчением, смешанным с легким разочарованием, выдохнул и повернулся к рабочим. Время пришло.

— Начинаем! — скомандовал виконт, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.

Работа закипела. Сначала, строго по инструкции Клаудии, печь нужно было подготовить. Двое крепких мужчин с длинными инструментами аккуратно засыпали поврежденные при тестовом розжиге участки подины, укрепляя дно.

Затем пошла первая закладка шихты. В завалочные окна полетели твердые материалы: кокс, измельченный известняк, железная руда. Раймон сверялся со своими записями — это создавало основу для будущего шлака, который вытянет из металла всю грязь.

Когда подушка из руды и извести легла на дно, Раймон активировал первый контур температурных артефактов. Воздух вокруг печи задрожал, внутри начало зарождаться багровое марево. Шихта стала прогреваться. По команде мастера в окна полетел стальной лом — скрап. Металл со звоном падал в раскаляющееся нутро.

Температура стремительно росла. Твердая шихта начала оседать и плавиться.

— Давай чугун! И никель! — крикнул Раймон, перекрывая гул артефактов.

Рабочие подкатили тележки с тяжелыми заморскими слитками. В классическом процессе сюда следовало заливать уже жидкий чугун, но пока доменной печи у них не было, поэтому использовали твердые куски, которые под магическим жаром артефактов на глазах начали превращаться в тягучую, ослепительно яркую жидкость.

Раймон напряженно следил за магическими потоками. Впереди был самый сложный этап — период плавления и «кипения» металлической ванны, когда придется снова добавлять руду и известь, бороться с серой и следить за тем, чтобы шлак правильно связал все примеси. Артефактор не отрывал взгляда от завалочного окна, готовясь в любой момент скорректировать температуру.

За гулом раскаленной печи и низким гудением магических контуров Раймон совершенно оглох. Все его внимание было приковано к бушующему внутри огнеупорного нутра багровому морю, поэтому он не слышал, как скрипнули тяжелые ворота. Не заметил он и того, как на территорию мягко, без лишней тряски вкатились две брички. За время задержки с никелем кузнец Хуан не сидел сложа руки: он успел собрать еще один экипаж, а первый, герцогский, изящно украсить.

Пока артефактор до одури вглядывался в плавящийся металл, под специально сколоченным навесом кипела тихая суета. Туда, в безопасную тень, заранее принесли удобное кресло и небольшой столик. Теперь же там спешно обустраивалась прорвавшаяся с боем делегация.

В какой-то момент Раймон почувствовал спиной пристальный, обжигающий даже сквозь жар мартена взгляд. Он смахнул рукавом пот со лба, обернулся и замер.

Клаудия уже с комфортом восседала в своем кресле под навесом. Позади нее, словно две нахохлившиеся хищные птицы, обреченно маячили отец Мартино и королевский лекарь фон Херц. Сама же герцогиня расслабленно держала в руке кубок. На ее губах играла легкая усмешка, а глаза излучали такое абсолютное, чистое торжество, что Раймон невольно расплылся в широкой, счастливой улыбке. Она все-таки победила своих надзирателей.

Рядом с Клаудией на простых деревянных табуретах устроились ее верные фрейлины, Марина и Симона. Девушки с любопытством и легкой опаской поглядывали на ревущую печь. Тем временем двое рабочих уже торопливо тащили под навес добротную скамью для мужчин — смирившегося со своим поражением отца Мартино и все еще недовольно пыхтящего лекаря фон Херца.

Раймон на ходу обтер перепачканные сажей руки и решительно направился к навесу. С плеч молодого виконта словно свалилась каменная глыба: как же он был рад, что теперь не придется нести колоссальную ответственность за историческую плавку в полном одиночестве! Присутствие создательницы печи мгновенно придало ему сил.

Подойдя к креслу герцогини, артефактор коротко, но почтительно поклонился.

— Госпожа, — с искренним облегчением и гордостью отчитался он. — Загрузка шихты завершена, температурные контуры держат жар безупречно. Металл начал плавиться. Все идет строго вашему плану, никаких непредвиденных осложнений.

Клаудия искренне, с горящими от восторга глазами, поблагодарила Раймона. Для нее этот момент значил невероятно много.

— Сколько времени прошло с момента включения артефактов? — деловито уточнила она, возвращаясь к роли руководителя.

— Часа полтора, госпожа. Но это, конечно, примерно, — быстро отозвался виконт.

Герцогиня задумчиво кивнула своим мыслям, что-то прикидывая в уме.

— Значит, время еще есть, — резюмировала она. — Пока плавка идет, мы немного пройдемся по территории. Хочу показать девочкам нашу запруду.

Затем Клаудия плавно обернулась к мужчинам, мрачно восседающим на лавке. В ее голосе зазвучала обманчиво-заботливая, почти сладкая интонация:

— А вы, господа, пойдете с нами? Или предпочтете посидеть в тенечке? Если вы так сильно утомились с дороги, то вон там, — она изящно указала рукой на добротное свежевыстроенное здание в отдалении, — можно прекрасно отдохнуть и перекусить. Этот дом построили специально для меня, там все готово.

Молодой артефактор, наблюдая за этой сценой, едва сдерживал улыбку. Он отчетливо видел, как Клаудия наслаждается ситуацией, тонко издеваясь над своими строгими надзирателями. Раймон прекрасно помнил, как еще вчера она в сердцах выговаривала ему, что почтенный лекарь запрещает ей ехать не из-за реальной угрозы, а просто потому, что не хочет «лишний раз поднимать свою задницу» из уютного замка. И теперь герцогиня с удовольствием отыгрывалась за все потрепанные нервы.

Прошло примерно сорок минут. Клаудия в сопровождении фрейлин неспешно возвращалась с прогулки. Под спасительным навесом царила идиллия: отец Мартино и лекарь фон Херц мирно попивали холодный ягодный компот, окончательно смирившись с происходящим.

Раймон как раз перевел взгляд от печи на возвращающуюся герцогиню, когда ее лицо внезапно исказилось от ужаса. Клаудия закричала, отчаянно указывая рукой куда-то в сторону дальней стены мартена. Виконт, холодея, рванул туда.

Сама Клаудия тоже попыталась сорваться на бег, но бдительные Марина и Симона мгновенно отреагировали. Фрейлины в прямом смысле слова повисли на руках своей госпожи, удерживая беременную герцогиню на месте.

Добежав до указанного угла, Раймон с ужасом увидел яркое, зловеще пульсирующее красное пятно прямо над основанием кирпичной кладки. Земля под ним уже начала дымиться от невыносимого жара. Сквозь гул печи до него долетел сорванный крик Клаудии:

— Отключи ближайший артефакт! Быстро! Пламя бьет в одну точку, размывает огнеупор!

Раймон развернулся и бросился к пульту управления. В голове яркой вспышкой пронеслось воспоминание: на этапе проектирования Клаудия жестко настояла на выносе управляющих нитей на отдельный стенд, бросив свое коронное «мало ли…». И вот это «мало ли» наступило. Виконт ударил по нужным рунам, обрывая подачу энергии на проблемный контур. Он успел.

Клаудия, наконец-то вырвавшись от фрейлин, остановилась на безопасном расстоянии от опасной стены. Ее лицо было предельно напряжено. Она повелительно подняла руку, приказывая Раймону остановиться и ждать. Тянулись долгие минуты.

Наконец, герцогиня облегченно выдохнула, расслабила плечи и неторопливо направилась к пульту управления, где стоял бледный артефактор.

— Раймон, глянь, как гуляет сплав, — она указала рукой в сторону завалочного окна, где бурлил жидкий металл. — Стена вроде остывает, но давай подождем еще немного, прежде чем перераспределять жар.

Раймон послушно проследил за жестом герцогини, ожидая увидеть сквозь завалочное окно лишь ослепительное багровое марево. Однако обзор ему заслоняла широкая, обтянутая плотной накидкой спина. У самого пекла, совершенно не обращая внимания на адский жар, замер Хуан — замковый кузнец.

Молодой виконт мысленно хлопнул себя по лбу: ну конечно! Он, Раймон, мог безупречно управлять магическими потоками и держать температуру, но именно Хуан нутром чуял сам металл. Вот кто действительно понимал язык жидкой стали и точно знал, как «гуляет» сплав.