Kitabı oxu: «Судьба моя – Россия»
© Варфоломеев И. В., 2025
Жизнь идёт через сердце
В нашу отечественную писательскую и поэтическую семью Иван Варфоломеев пришёл из журналистики. В этом своя закономерность. Журналистика издавна проявляется как своеобразный этап творческих личностей на пути в большую литературу. Скажем, прежде чем создать яркую по художественным типам и явлениям книгу «Москва и москвичи» Владимиру Гиляровскому пришлось много лет потрудиться на поприще газетно-журнального репортёра. Журналистами были писатели и поэты Николай Некрасов, Максим Горький, Владимир Маяковский, Аркадий Гайдар, Константин Паустовский, Константин Симонов… Кстати, в одной из своих публикаций Иван Варфоломеев вспоминает: кинолента по книге Константина Симонова «Живые и мёртвые» разбудила в его душе жгучее желание стать военным корреспондентом. И он стал им, сначала в периферийных военных газетах, а после – в главной армейской газете, в штате которой служил-трудился когда‐то и сам Симонов. К месту будет сказать, что в сборнике, среди прекрасных по форме и содержанию стихов из раздела любовной лирики, есть стихотворение, посвящённое любви Константина Симонова и Валентины Серовой:
И хлынули, шумя струями,
Дожди, души тревожа тишь,
Сбегая мутными ручьями
По стокам неуютных крыш.
Не под такой ли шум небесный
В своих стихах с заветным «Жди…»
Поведал нам поэт известный
Про грусть и «жёлтые дожди»?
Хорошо знаком с работой автора Ивана Варфоломеева в качестве военного корреспондента. Его творческие командировки по всей необъятной, ещё не разрушенной перестройкой стране, репортажи, статьи, очерки время от времени перемежались с литературными зарисовками, эссе, рассказами. Напряжённая, добросовестная сосредоточенность на освещении текущих событий (по-симоновски, «жив ты или помер, главное, чтоб в номер…») не позволяла замахиваться на серьёзные и объёмные литературные вещи. Кроме того, сказывалась зависимость от тогдашней цензуры, которая в военной периодике была особенно жёсткой. Но то и другое исчезло после того, как, отдав Родине тридцать с лишним лет военной службы, автор уволился в запас, а в ходе перестройки у него появилась возможность творить в свободном пространстве. То есть наступило время, когда творческие люди стали зависимы лишь от цензуры собственной совести и гражданской ответственности. Не случайно, опять же по признанию самого автора, одно из первых его значимых стихотворений появилось на странице портала Проза ру. Оно было навеяно интересом к древней и трагической истории России, грустью и любовью к ней («На дальнем блокпосту». 08.10.2014). Вот выдержка:
Весь потемнел Приокский дол
От полчищ грозного Батыя,
И прячешь ты детей в подпол,
Молясь на образа святые.
Свистит стрела, вонзаясь в дом,
Зовут на поле брани трубы,
И ратник, в облике моём,
Тебя целует крепко в губы.
И молвит: «Смерти не боюсь.
Бьюсь за Святую нашу Русь!»
Основная тема сборника «Судьба моя – Россия» композиционно раскрывается в девяти его разделах, художественно-смысловую суть которых отражают уже сами их названия: «Вечный круг», «Когда идёт война», «Весна – в селенская любовь», «Лето и лета», «Предзимье», «Зима – краса-кудесница», «Верность, Бог и любовь», «Добро над злом (юмор, ирония, сатира)», «Родство крови и души». Объединительным же рефреном всех разделов звучит мысль, выраженная в авторских строках: «Русь! На этом белом свете ты как мать в моей судьбе. Всей душой и после смерти верен буду я тебе». Оставляя незыблемыми исторические факты, не исключая и современных, автор, отметивший год с лишним назад своё восьмидесятилетие, на основе большого жизненного опыта, свидетельств родных, близких ему людей и своих соотечественников пытается осмыслить, оценить, угадать перспективу прошлого, настоящего и будущего нашей Руси-России, нашего русского, российского народа:
Но всё ж не зря приходит старость:
Преодолев мышленья узость,
То, что от юности осталось,
Лета дают нам шанс на мудрость.
(«Лето и лета»)
В концептуальном стихотворении «Поезд жизни», отождествляя человеческую жизнь с поездкой из детства к станции «с названьем Старость», автор сборника подмечает:
Горячность, визги, смех и слёзы…
На вечер катит скоро поезд,
Жизнь выдаёт свои прогнозы
На часовой попутный пояс.
И к старости нам, без сомненья,
С хребтов, в закатной синей мгле,
Жизнь дарит высшее прозренье
Во всё живое на земле.
В предзимнюю седую пору
В вагонах жизнь уже иная.
Всё чаще блещут в разговорах
Философические знанья.
Эти «философические знанья», или философскидиалектическое осмысление жизни в цельном единстве и борьбе всех её противоречий, характерно для многих других авторских произведений.
Неба синь и тёмный лес,
Мрак разгонят храма свечи.
Человеческий прогресс
Двигают противоречья.
В глубь хочу их заглянуть
Под ветров сухие звоны:
Кажет там победный путь
Скарабей Тутанхамону.
Тянутся живые нити
Солнечным своим родством
К несравненной Нефертити,
Ставшей жизни торжеством.
Но куда ближе, дороже Тутанхамона и Нефертити для русского поэта Ивана Варфоломеева всё то, что в свою эпоху горько тревожило и воодушевляло поэта Серебряного века Александра Блока: «Наш путь – стрелой татарской древней воли пронзил нам грудь». И, тем не менее, у него же: «Пусть ночь. Домчимся. Озарим кострами степную даль». Горячо приемля озарённую кострами блоковскую степную даль, Иван Варфоломеев берёт эти строки в качестве эпиграфа к своему светлому, волнующему до потаённых уголков души поэтическому произведению с солнечным названием «Улыбка Отчизны»:
Мы подолгу подчас запрягаем,
Зато быструю любим езду.
А набеги Батыги с Мамаем
Не сломили в дороге наш дух.
Роковой пусть татарской стрелою
Пронзена на века наша грудь,
Но, смиривши раздор меж собою,
Мы Христа крестный выбрали путь.
Знает Русь упоение битвой —
Лязг мечей, вопли, топот копыт…
Обращённой же к Богу молитвой
Освящает походный свой быт.
Все страданья пройдёт и обгонит,
Облекая мечтания в быль.
Ветер-странник ласкает и клонит
Древним сказом звенящий ковыль.
К Вышней правде своею дорогой
Русь пробьётся, дойдёт и домчит,
Лишь бы не иступились до срока
Наши души, сердца и мечи.
В целом, стихотворение «Улыбка Отчизны» из раздела «Родство крови и души» хотя и не вошло в раздел «Когда идёт война», но согласно перекликается с ним. Перекликается с исторически великими, благородными и глубоко гуманистическими задачами и целями войны под названием СВО. При всей, заметим, нелепости, горести и жестокости этой войны. И тут, думается, вполне резонно обратиться к публикации Ивана Варфоломеева под заголовком «О мнении во времени», помещённой на авторской странице портала Проза ру. После её прочтения становятся понятнее подчас острые, резкие в своей эмоциональной прямоте стихи, басни, пародии раздела «Добро над злом», а также стихотворные произведения, посвященные нашим российским властям, не исключая самого Президента. Итак:
«За последние дни получаю упрёки в том, что будто я изменил своё критическое мнение о российской власти, о Президенте Владимире Путине. Мол, из антипутиниста стал путинистом. Спешу успокоить моих оппонентов, особенно одну вздорную, навязчивую в своём мнении мадам Р: не был и не являюсь тем или другим по отношению к Владимиру Путину. По-прежнему остаюсь самим собою. А именно: патриотом своей страны, способным ради неё, моей Отчизны, решительно поступиться некоторыми прошлыми своими воззрениями. Поступиться в нынешнюю пору, когда моя страна, мой народ вступили в состояние войны с опаснейшими для неё врагами: киево-натовскими русофобами-неофашистами и подвывающей им внутренней и внешней оппозицией.
Кроме того, само утверждение, что в прошлом отношение к Владимиру Путину у меня было только критическое, – грубый навет. Даже бегло просмотрев мои произведения, можно увидеть мою правоту. В частности, когда наш Президент поступал в интересах страны и её народа, я его хвалил, если не в интересах – ругал. Уже в реплике накануне начала специальной военной операции «Если Путин признает…» я весьма положительно, даже с восторгом оценил Обращение Владимира Владимировича. Имею в виду Обращение о признании Россией независимости ДНР-ЛНР. Исходил и исхожу из того, что в этих республиках издревле проживают русские люди, граждане нашего бывшего Отечества – С ССР, которым надо помочь. С мучительными колебаниями, так же, как и сам Владимир Путин, я поддержал и его решение о спецоперации на Украине. Порицал же за то, что он не решился на это восемь лет назад – в более благоприятных для России условиях, когда наши враги не были ещё хорошо организованны, вооружены. И я оказался прав. Вот сейчас буквально читаю в сообщениях: «Единственное, о чем мы можем сожалеть, – что не начали наших активных действий раньше, полагая, что имеем дело с порядочными людьми». Это Владимир Владимирович высказал, комментируя невыполнение Киевом и Западом минских соглашений.
Упрекая меня, оппоненты ссылаются на отдельные мои критические публикации относительно Владимира Путина и российской власти вообще. Ох, как им хочется, чтобы я продолжал в том же духе! Успокойтесь, господа, говорю таким: ни от одной из своих прежних публикаций, позитивных ли, критических ли, я не отказывался и не отказываюсь. Просто в отличие от вас, особенно лицемерных, хитрых, коварных, жаждущих возвращения времён красного террора, сталинских тюремно-лагерных порядков, хрущёвского волюнтаризма и брежневской стагнации, я осознал: нынче, в непростых для Отечества условиях, нужно единство всего народа. Надо, забыв до лучших времён все второстепенные упущения, сосредоточиться на главном – нашей победе над смертельно опасным для нас врагом…»
Для поэта Ивана Варфоломеева война – э то глубинно осознанная необходимость защиты русского мира, суверенитета нашей страны. За это даже он, человек далеко не молодой, готов сражаться, не жалея своей жизни:
Стране, а не майданной гопоте,
Твержу, как заклинанья и молитвы:
Я, старый патриот, всегда готов на битвы
За наш российский суверенитет.
(«За наш российский суверенитет»)
А вот заключительные строфы стихотворения «Призвание поэта»:
Нет, не растает в бранном поле
Наш дух, забыв про смерти тлен.
Позор России быть в неволе,
Позор бойцу сдаваться в плен.
И если вдруг, кроваво смятым,
Меня обступит вражья гнусь,
Скажу, рванув кольцо гранаты:
«Храни, Господь, Россию-Русь!»
Вместе с тем, хотя мучительно горько это воспринимать, но СВО есть гражданская, братоубийственная война, на которую Россию в очередной раз спровоцировали её извечные недруги из западных государств. Причём, это исторически пагубное явление из тех же, что изображается, разоблачается автором и в его поэме о смутных временах «Царь Борис». В целом, будучи честным, порядочным и принципиальным гражданином, писателем, поэтом, публицистом, наш автор пишет о происходящем на нынешнем фронте, не скрывая будничной, героической и во многом трагической правды. Она в стихотворениях «За что?», «Ворон по-над бором», «Победа, Победа, Победа!..», «Тревога», «Дроны над СВО», «После боя», «Смерть героя»… Сошлёмся хотя бы на заключительные строфы стихотворения «Салют»:
Разметав нацистский стан,
Добровольцы-молодцы
Заряжают вновь «Тюльпан»,
Их поддержит «Гиацинт».
Но в траншею в час совиный,
Где рассвет встречали наши,
С фейерверком «Джавелинов»
Бой ворвался рукопашный.
Хрипы, лязги, мат отборный,
Через миг – затишье вновь…
Лишь текла в песок холодный
Братской ненависти кровь.
А в столицах шумно, круто,
В праздности хмельных забот
Громыханием салютов
Свой встречали Новый год.
В сентябре 1914 года, неизлечимо больной, с ненавистью вспоминающий свою революционную поэму «Двенадцать», Александр Блок опубликовал в журнале «Аполлон» выстраданное им подлинно честное и адресованное З. Н. Гиппиус стихотворение, начинающееся такими строфами:
Рождённые в года глухие
Пути не помнят своего.
Мы – дети страшных лет России —
Забыть не в силах ничего.
Испепеляющие годы!
Безумья ль в вас, надежды ль весть?
От дней войны, от дней свободы —
Кровавый отсвет в лицах есть.
Многие, наверное, помнят кадры замечательного фильма «А зори здесь тихие», в которых эти блоковские строки читает перед боем одна из героинь. Автор сборника «Судьба моя – Россия» родился как раз в те самые годы. А накануне войны по вымышленным обвинениям были арестованы и навсегда сгинули в сталинских лагерях оба его деда. Вообще, можно понять, почему он так серьёзно, с болью в сознании и сердце сосредотачивается на одном из злободневных нынешних противоречий: на том, что провозглашалось истиной в годы коммунистического режима, и тем, что выяснилось в посткоммунистическую пору. Взять хотя бы некоторые строфы из уже упоминаемого нами стихотворения «Поезд жизни». Они о наших современниках:
Взывают к разуму Сократа.
Чтят Канта «вещь в себе» живую
И хвалят заодно Декарта:
«Я думаю, знать – существую».
На тормозах же, с лязгом стали,
В купе крик с плачем коммуниста:
«Да здравствует товарищ Сталин!» —
Под гомон ленинцев-марксистов.
Кричать теперь – таких удел
И петь диктатору: «Осанна!»
Крикун, служа в энкавэдэ,
«Врагов» бил насмерть из нагана.
Автор обозреваемого нами сборника – человек верующий. А потому даже в, казалось бы, наполненном грустью стихотворении «Мой август» он, тот, которого «вела по жизни рука Бога», кротко и сокровенно делится с нами:
Жизнь идёт через сердце, а вовсе не мимо.
Не с того ль по-есенински хочется спеть
Песнь о том, чтоб на Родине, мною любимой,
Всё любя, в ней прожить и, любя, умереть?
А в стихотворении «По Вышней правде» поэт высказывается ещё более определённо:
На мирном поле, в поле битвы
Всё станет по своим местам,
По Вышней правде и молитве,
На всех исхоженных верстах.
И, наконец, в заключительной строфе «Поезда жизни»:
Неукротимо мчит вагон
В рассвет, туда, где небо синее.
Молясь на колокольный звон,
Мчусь по пути с моей Россией.
Очень важно подчеркнуть: когда автор откровенно говорит, что его «жизнь идёт через сердце, а вовсе не мимо», то он подразумевает всё нашенское – отрадное и печальное, трагическое и героическое, нынешнее, вчерашнее и всю более чем тысячелетнюю историю Руси-России.
Анатолий КРИЧЕВЦОВ, военный журналист, писатель,
Заслуженный работник культуры Российской Федерации
Вечный круг
Мать-мачехи цветок
Весенний снег и рыхл, и грязен.
Под хлюпы медленных шагов
Припоминаю, как прекрасен
Был вид рождественских снегов.
Искрился лес покровом белым,
А в белозвёздную метель,
Перекрестясь, сошёл я смело
В свою крещенскую купель.
Теперь черно. Лес бы наскучил,
Коль глаз заметить бы не смог:
У ручейков живых излучин
Расцвёл мать-мачехи цветок.
Цветёт он смело, ярко, рьяно,
Без порицательных причин,
Своей работой, без изъянов,
Давая всей весне почин.
Мне сосны думы навевают
Асимметричностью вершин
О том, что, ожив, тихо тает
В укромной памяти души.
Что нам в вещах, обрядах, лицах
Даётся Небом неспроста —
Миг целованья Плащаницы,
День Воскрешения Христа.
И летний полдень, запах мяты,
И снег с метелями не вдруг…
Что в праздниках двунадесятых
Рождает жизни вечный круг.
27. 03. 2018
Сыну Сергею
Скажу тебе, сын, для начала:
Душа, скукоженная в хмарь,
Поэту Блоку предсказала:
Всё будет гибло, как и встарь:
Ночь, ледяная рябь канала,
Аптека, улица, фонарь.
Тобою прожито полвека —
Изрядный возраст человека!
А главное – с тобою есть
Семья, друзья, и дел не счесть,
Культура, воля, здравый ум,
Осуществленье светлых дум,
Шаг твёрдый, чтобы дальше несть
Добропорядочность и честь,
Чего не обрести в аптеках.
Дай Бог, шагай так больше века
На радость дочери, жене,
Родителям и всей стране.
28. 05. 2016. Москва
Нести русский крест
Мне б построить от мира ограду,
От безумства, зла, свары в борьбе.
Возвести бы святейшую правду
Храмом светлым и крепким в себе.
Но нельзя вдруг укрыться навеки
От сообщности нашей мирской.
Богом созданы мы, человеки,
И с греховностью купно людской.
Мы не все в этом мире готовы
До могил нести тяжесть креста,
На котором скорбят капли крови
Нас принявшего Бога-Христа.
Нелегко оторваться от века,
Многоликого века сего,
Как от сути земной человека,
Как от сути себя самого.
Только верю, что в крепнущей силе
Крест и впредь будут кротко нести
Все Святые Руси и России,
Чтоб все грешные души спасти.
Их соборность нам всюду в подмогу,
Духом плавит сердец многих стынь,
Проторяет молитвой дорогу
В миражах наших русских пустынь.
27.04. 2020
В быль и новь
Завьюжит белою порошей,
Сверкнёт ли майская гроза,
Запахнет цветью луг не скошен,
Восторг горит в моих глазах.
Услышу песнь душой остылой,
А песнь о липе вековой,
Мне так на сердце снова мило,
Как будто молодость со мной.
Под звон соборный Воскресенья,
Когда крепятся дух и стать,
Я под святой небесной сенью
Стяжаю Божью благодать.
Коль заплутаю в дебрях истин,
Тогда с молитвой у Креста
Вновь очищаю свои мысли
Всевышней правдою Христа.
Шепчу, как боль: «О Боже правый!
Тебе с надеждою молюсь,
Чтоб от правителей лукавых
Ты избавлял Россию-Русь».
Народ объят, как сном-дурманом,
Живёт всем тем, что сотворил.
Он получил самообманно
Правленье то, что заслужил.
Взгрустну под вечер я на даче,
Пред тем, как лечь в свою постель.
И выпь, мне жалуясь, заплачет,
Закрячет грустно коростель.
Молюсь, чтоб в полусферу ночи
Замедлил бег свой шар земной,
Но задержать его нет мочи:
Сгорает в вечность свет дневной.
Вот так же, зримо и не зримо,
Всему и в быль, и в новь гореть.
Дай Бог на Родине любимой
Во имя жизни умереть.
06. 07. 2020, дача, Кимры.
Кутерьма
В кипенье дел —
Вот мой удел.
В нём весь резон,
Одна забота.
В работе явь,
Как сладкий сон.
Во сне, как бред,
Явь и работа.
Работа ради
Созиданья:
Я без работы
Сам не свой.
Она души моей
Призванье,
До стука крышки
Гробовой.
* * *
Серебряные
Солнца нити.
Косые чертежи
Дождей.
В азартной, бело-звёздной
Прыти
Мерцание
ночей и дней.
* * *
Пчела уснула
На цветке,
Вонзив в него
Свой тонкий хобот.
Пора и мне накоротке
Поотдыхать:
Ведь я не робот.
От зноя звень,
Усталость, лень.
Длиннее тень,
Короче день.
Тень – благодать,
На солнце плохо.
Поутру – год,
К полудню – век,
И к вечеру —
Уже эпоха.
А жизнь,
Что чудо-кутерьма.
За кутерьмой —
Глухая тьма,
Тьма неземная,
Неживая,
Коль не найду
Молитвой я
Стезю мою
Ко входу Рая.
* * *
Я человек —
Бог имя рек.
Судьбою общей
Человеков,
Живу, шагнув
Из века в век,
Под Божьей милостью —
Опекой.
Как на защиту-оберег,
Гляжу с надеждою
На тех,
Смотрю с тревогою
На тех,
Кому сквозь грозы,
Солнце, снег
Встречать грядущий
Звёздный век.
15. 07. 2020. Дача, Кимры
Российский прецедент
Новый год – он не такой, как прежде.
И хотя опять с ним Дед Мороз
С красным носом, блёстками в одежде,
Но… с другой загрузкой дум и грёз.
Между чьим-то выдохом и вдохом
Взорвалась естественно звезда.
Это значит – целая эпоха
В гуще звёзд сменилась навсегда.
Ей назло электорат России
Выбрал уникальный прецедент:
Мрут миры. Грядёт приход Мессии,
Но в эРэФ всё тот же Президент.
Лишь вздохнёшь, однако не пошутишь:
Незаконны шутки над Кремлём.
Только месяц тычет жёлтый кукиш,
Над кремлёвской восходя землёй.
27. 12. 2020
Русь в моей судьбе
Крикнет ворон, солнце брызнет —
В сердце радость или грусть.
Вместе мы идём по жизни,
Праведно Святая Русь.
Каркнет ворон карком вражьим,
Враз на битву соберусь:
Пусть умру, ты будешь та же —
Неповергнутая Русь.
Каркнет ворон карком вещим,
Над тропой завянет сныть.
С каждым днём мне жить всё меньше,
Русь же вечно будет жить.
Русь! На этом белом свете
Ты как мать в моей судьбе.
Всей душой и после смерти
Верен буду я тебе.
03.0 3. 2021.
Хлеб насущный
Повседневно мы просим у Неба,
Просим мысленно, часто и вслух:
Дай нам, Боже, насущного хлеба,
Укрепить наши плоти и дух.
Нынче в храме простой этой пищи,
Осуждая в грехах бытие,
Просит сытый и старец из нищих,
Каждый видя в прошеньях своё.
Нищий просит молитвою хлеба,
Вспоминая Спасителя век,
И что промыслом Божьего Неба
Жив он, грешный земной человек.
Хлеб как милость ему – подаяньем,
Вместе с кружкой холодной воды.
Каждый день истый пост-испытанье,
А Христос для него – поводырь.
После службы у входа он станет,
С детским взором, согбенный и сед.
И привычно ему прихожане
Бросят несколько в кружку монет.
Ныне ж чинный мужик ненароком,
Поспешая на паперть, и вдруг
Так задел старика своим боком,
Что тот выронил кружку из рук.
Но не вздрогнул обидчик от звона,
Не взглянул, обернувшись назад,
На роптания чьи-то с амвона,
На смущённые старца глаза.
Он спешил с беспокойным угаром
За ворота церковных оград,
Где, приткнувшись к сырым тротуарам,
Лимузины хвастливо стоят.
Хлеб насущный богаче у сытого:
В шубе волчьей, весьма дорогой,
В иномарке, сверканьем облитой,
Он помчался от храма домой.
Мысль его, как ступень у порога,
Без каких-либо тонких примет:
Отстояв, мол, обедню для Бога,
Сам принять должен постный обед.
Выпив водки, огурчиком хряснул,
А затем с домоседкой-женой
Поснедали икорочки красной
Под пустой разговор вперебой.
Следом сёмга, стерляжья ушица,
Пироги, из креветок салат,
Чай заварен травою душицей,
С ароматом морей шоколад.
Вот таким выпал каждому жребий.
Двум молящимся в храме святом
О насущно им посланном хлебе,
Освящённом Великим постом.
В отражениях этих двух судеб
Мрак и свет нескончаемых лет.
По заслугам им воздано будет,
Но не только на грешной земле.
Для богатых скажу, в заключенье,
Осенив себя с верой крестом:
Испытанье на сытость страшнее
Испытания строгим постом.
21.13. 2021
Бег
Восход бежит, сияя, к ночи.
Закат стремится на рассвет.
Их бег логичен и бессрочен,
Охвачен им весь Белый Свет.
Кружит планета вместе с нами,
Космическими скоростями.
Остановить бег нету мочи.
К тому ж без центробежной силы
Проглотит космос нас остылый.
А ныне в нём порядок прочен:
Свет, претерпев ночную тень,
Воскреснет явью в новый день.
Заря с зарёй сплелись венцом,
Земля мчит вирусной орбитой,
Защитной маскою прикрыта…
К чему же бег, в конце концов?
Жизнь в радости, а чаще – в боли,
Достигнем ли мы лучшей доли?
Что цифровой готовит век?
Что он подарит детям, внукам?
В ком жизни будущей порука?…
В тебе, землянин Человек!
Отринь же всё, что на крови́,
Во зле и с дьявольщиной схоже.
И коли сам того не сможешь,
На помощь Небо призови.
А если лить вновь кровь в бою,
То за Отчизну лишь свою.
02. 04. 2021
Душа России
Запылав по жемчужной траве,
Солнце встало опять над Россией.
Лес, поля, над ручьём соловей
Полнят душу живительной силой.
Как свободен и чист небосвод
В золотисто-задорном сиянье!
Даже выпь из-за топких болот
Веселит нынче гуком роптаний.
Впрямь Есенина синь-голубень,
Буйство пьяное белых черёмух.
Звень лучей, зачинающих день,
Тишина, погружённая в омут.
Ивы-девушки мягкий рукав
Обмахнул мои губы и щёки:
Будто юности давней рука
Обратила меня в путь далёкий.
А из юности – снова сюда,
Где у бора грибного опушка,
Где не сбытые мною года
Оглашает округе кукушка.
Жить – не новь, и не новь умирать,
Ради жизни потратив все силы.
И кукушке не век куковать,
Но бессмертна душа у России.
20. 05. 2021. Дача, Кимры.
К истине
В эпоху вздорных резолюций
Пошли с упорством злым и истым
Сквозь мятежи, кровь революций,
Во имя справедливых истин.
Долой все заповеди Божьи!
Долой царей самоуправство!
Штыком и пулей путь проложим
К свободе, равенству и братству.
До основанья, навсегда,
Разрушим прошлого рутины,
В деревнях, сёлах, городах
Врагов сведём на гильотины.
Даёшь гражданскую войну!
Все, кто не с нами, против нас.
Смирим террором всю страну,
К оружию, рабочий класс!
Истории мы ход изменим,
Тем ВЦИКа выполним приказ.
Да здравствуют товарищ Ленин
И наша славная ЧеКа!…
* * *
Пришли, в восьмой десяток лет,
Сквозь труд, гулаги, голод, войны:
Ни равенства, ни братства нет,
Свободой лишь «вожди» довольны.
И снова вопли резолюций
Про рынок, новое мышленье,
Под разноцветье революций,
Под истин прошлого глумленье.
Развал в стране. Дурь в головах.
В народе нищем «охи», «ахи».
Успехи только на словах.
Довольны властью олигархи.
А власть народу: завтра, завтра,
Всё, мол, уладит, всем поможет,
Но заклинаний этих мантра
Мысль возмущает, дух тревожит…
* * *
Что ж, трудно истину найти,
Забыв про путь Христа тернистый.
Ещё трудней по ней идти,
Коль ею ведают чекисты.
03. 08. 2021. Москва
К солнцу
Туман холодный, ширь затмив завесами,
Клубится над бегущими вдаль рельсами.
С железной мачты, как привычно водится,
Мигает глаз, багровый от бессонницы.
* * *
Когда ж зелёный глаз Ему откроет путь,
Которым бы в тупик не завернуть?
И мчаться в мир, где солнце светит ярко,
Где круглый год не зябко и не жарко.
Где на путях в желанный всем простор
Зовёт с улыбкой звёздный семафор,
Поэты славят Вышнюю Свободу,
Власть и Закон – в служении Народу.
А тут, сквозь мутно-сизую туманность,
Другую ощущает Он реальность:
То карк ворон, то звон колоколов,
То бунт, то мир, то стужа, то тепло.
Шик роскоши, голь, дикость прецедента —
Терпеть насилье Самодержца-Президента.
То ль демонов, то ль ангелов работа,
Но Родину бросать всё ж неохота.
Сказал о власти как-то Он: «Дурдом!»
Через три дня стоял перед судом,
Оправдываясь честно и речисто,
За что судьёй объявлен экстремистом…
* * *
Высь серебрится. Вспенился восход.
От солнца белый-белый теплоход,
Гудком надежд зовёт Его к причалам,
Плыть в край, где Света яркого начало.
Но ни к чему вдруг море показалось:
Зачем чтоб сутками оно качало?
Без волн, штормов и по своей охоте
С Земли лететь быстрее в самолёте.
В «Аэрофлот» примчал он брать билет.
А там: «Ха-ха! Полётов к солнцу нет!»
Мечта ж его, как боль, как Божий дар:
Взлетит он с нею к солнцу, как Икар.
И чтоб мечта от боли былью стала,
Он умолил потомков от Дедала
Ему покрепче крылья смастерить
Да словом добрым в высь благословить.
Готовы крылья. Он бредёт на старт.
Но замедляет взлёт здесь неспроста.
Хоть демонов, хоть ангелов работа,
Но Родину бросать, ох, неохота!..
* * *
Туман, плотней задёрнув ширь завесами,
Клубится над уткнутыми в даль рельсами.
На мачте стражем, как всегда здесь водится,
Бдит красный глаз, наперекор бессоннице.
22. 11. 2021
В гуще ночи
В гуще ночи мне снова не спится.
В мыслях будто навязчивый спам.
И мерцает сквозь шторы столица
Мёртвым светом не спящих реклам.
Столп Останкина с вызовом, круто,
Буйно-красным сияньем объят,
Но до Святок он был почему-то
Голубым, от макушки до пят.
Светофоры в три глаза мигают.
Бледный бег фонарей, вдоль домов.
В чёрных окнах бесшумно витают
Сонмы чьих-то несбыточных снов.
Сновидений чужих не приемлет
От бессонниц моих яркий свет:
То ль душа от Москвы тяжелеет,
То ль сама стала в тягость Москве.
Есть другая бессонья природа,
При которой Москва ни при чём:
По отцу не столичный я родом,
Хоть прописан давно москвичом.
Коль, измучась, засну я к рассвету,
Сны пробудят опять и опять
Песни быстрой Кубанью пропеты,
Песни-сказки, что пела мне мать.
11. 01. 2022. Москва
Жить нынешним днём
Мне спросонок, бывает, замнится
В рыжем солнце, слепящем окно:
Что-то нынче со мною случится,
Что-то с миром случиться должно.
По-мальчишечьи золотокудро
День помчит, я за ним побреду.
Кто-то с нами загадочным чудом
Будет путать времён череду.
Зачудачит внезапно природа,
Растелешится летом январь.
По бунтарской охоте народа
Трон займёт на Руси умный Царь.
Враз накинет тот Царь, для резона,
На чиновных стальную узду,
Чтоб они, в нарушенья законов,
Воровски не блазнились на мзду.
Блага станут доступны для многих.
Нищета в быль уйдёт, как туман.
Пропадут дураки. А дороги
Будут лучше дорог знатных стран.
Солнце, плавя зенит ярко-синий,
Греет Землю сверх тысячи лет,
Но ему не обнять всей России,
Той, что любит не весь белый свет.
Из эфира – безумствие мира,
И жена полнит дней суету:
Набухает в оплате квартира,
В супермаркетах цены растут.
Вместе с ней рассуждаю остыло:
Как в мечтах мне с Землёй ни кружись,
Что случиться должно, уж случилось,
Унеслось в неслучайную жизнь.
А мечты, всё наивней под старость,
Согревают лишь мнимым огнём.
Не согретая жизнью реальность —
Жить по совести нынешним днём.
24.01.2022
Прорастём травою
Мчатся дни, не ведая запретов,
Нашей воли, сердца и ума.
Убегает жизнь с весны до лета,
За которым – осень да зима.
Тает жизнь, как сигарета тает
В чьих-то пообкуренных зубах.
Нам чего-то вечно не хватает,
А «виновна» вечно в том судьба.
Торопясь, уходим мы от судеб
В месяцы, недели, сутки, дни,
За черту, где никогда не будет
Кофе, сигарет, друзей, родни…
Смена вслед идёт на проходную,
Чтобы ощущать всей жизни смак.
Осень нам пропела отходную,
Пусть теперь нас приютит зима.
Мы же в Пасху прорастём травою.
В каждой Пасхе будем прорастать
И внимать кукушке, что весною
Станет всем бессчётно куковать.
26.01.2022
В тумане жизни
Опять туман. С утра туман клубится.
Луч солнца призрачно едва сочится.
В размытой мгле иконный лик невесты:
Её пророчили ему в далёком детстве.
Он в детстве книг читал хороших много,
Не обойдя рассказов Льва Толстого.
Запомнится герой рассказа Жилин,
И сожаленье вызовет Костылин.
А Жилин – первый для него пример,
Как безупречный русский офицер.
В тумане жизни так потом свелось:
Пророчество с невестой не сбылось.
Но, заряжённый Жилина примером,
Он тоже стал блестящим офицером.
Могло сложиться, впрочем, и не так…
Но он с тех пор – несчастный холостяк.
Терзают думы под туман-завесой
С исчезнувшим на горизонте лесом.
И глохнет звук. И вид – сама абстрактность.
А в думах – отрешённая реальность.
Слеза о затуманном небе синем,
Над им спасённой родиной – Россией.
24.02.2022
Спасы на крови
В благоговейности молитв
Прошу: «О Боже Всемогущий!
Чтоб голод плоти утолить,
Подай сегодня хлеб насущный».
Великой милостью сверши
Святого Духа благодать
Для крепости моей души
И чтобы в бедах устоять.
Ты с Отчей щедрости порукой
Благослови на путь земной
Потомство всё, детей и внуков,
А старым вечный дай покой.
Душа, измучась, вновь вопит,
Услышь ещё и просьбу эту:
Избавь нас от кровавых битв,
Спаси от дикости планету.
Вселенской нам пошли любви,
Лиши заботы мир невольной —
Вновь строить Спасы на Крови
И памятники новым войнам.
Молюсь на Крестное Распятье.
На нём играют свет и тень.
Мгновения на циферблате
Сдвигают ночь на белый день.
26. 02. 2022 г.
Гены
Лета во мне живые звенья,
Поры сегодняшней – до детства.
От седины до дня рожденья —
Они бесценное наследство.
Вошли в меня лета нетленно,
Судьбой родителей моих,
Загадочным стеченьем генов,
А я – живой сосуд для них.
Мне быть завещано не сиднем.
На помощь слабому спешить,
А коль любить, зло ненавидя,
То всеми фибрами души.
В наследстве этом Божья сила,
В летах скрепляет вновь и вновь
Моё родство с моей Россией,
Мою сыновью к ней любовь.
Как память генов для меня
И предков плуг, и острый меч.
В полях, чтоб нежить зеленя,
Мечом страну свою беречь.
23. 01. 2023
Идите к нам, Америка с Европой!
WSWS: «США готовятся к наступлению против России»
Иди, Америка, пожалуй к нам, Европа,
Агрессией, со злобой и с оружием.
Ведите на войну своих холопов,
Узнать, какие мы душою и снаружи.
Курносым, горбоносым да раскосым,
Неведом нам в бою с врагом испуг.
Вновь обагрятся вашей кровью росы,
Поведав Свету наш могучий дух.
Лишь только вы, горя желаньем битвы,
Шагнёте на святой для нас порог,
По всей Руси прокатится с молитвой:
«Мы русские! В сраженьях с нами Бог!»
Так восклицал и гордо, и сурово,
Зовя полки в бой за Россию-мать,
Военный гений Александр Суворов,
Творец науки в войнах побеждать.
И с вами, в исторической палитре,
Полотнах всех ушедших грозных битв,
В аду завоет памятный вам Гитлер,
Который был в России смертно бит.
Да, разнолики мы и вроде даже скифы!
За Русь же встать у нас – святой закон.
Рассеем мы о вашей мощи мифы,
Как был рассеян в прах Наполеон.
А до него, сквозь кровь и чад пожаров,
Мы помним каждый вражеский набег.
В глазах пылает год, когда хазаров
Гнал от Руси наш Вещий князь Олег.
Звучащее привычно слово «слава»,
С предупреждением: «Иду на вы!»
Нам воскрешают князя Святослава
В походах славных и во славе битв.
Забыв покой, не зная тихой неги,
Взамен подушки у него – седло.
Разбило его войско печенегов,
За честь Руси к Царьграду подошло.
Не смеркнет Александрова победа
На берегах взболоченных Невы.
Немало полегло тут наглых шведов
От русских стрел, меча и булавы.
Мамай, бегущий с ордами галопом.
Полтава, Крым, Чесма… Побед не счесть.
Идите ж к нам, Америка с Европой,
Мы встретим вас такими, как вы есть.
12. 03. 2023
Лучик солнца
Внучке моей Кате
Вспенилась по краю тьмы заря,
Разливаясь, рдяно золотится.
Гукнула в лесу ночная птица,
Жалуясь на ярко-колкий свет.
А из дома дачного не зря,
На восход молясь, выходит дед.
Первый лучик, погуляв по крыше,
Перемолвясь у трубы с сорокой,
Шевельнувшей крыльями и боком,
Соскользнув по кровле на края,
Заискрился в росных ветках, слыша
С высвистами трели соловья.
С трелями прочь тени отодвинув,
Деду подраспрямил лучик спину,
По лицу разгладил вмиг морщины,
Высушил слезинки на щеках,
Те, что заблестели неповинно
С утренней молитвой старика.
Солнца лучик – юности пора!
Он живёт, как всё, по воле Бога,
Снизойдя от Вышнего порога,
В жаркий час полуденного солнца,
Всласть испил водицы из ведра,
Поднятого дедом из колодца.
Лишь послушен солнцу одному,
Светит лучик всем, не уставая.
Даже грязных луж земных касаясь,
Он себя ничем не замарает…
Дед спешит сподобиться ему,
Только жизнь в былое не пускает.
Дышит день мечтою обновленья,
Под задор небесных перезвонов.
Дед, потыкав в кнопки телефона,
Имя вслух лучистое назвал
И поздравил внучку с днём рожденья,
Солнечные подобрав слова.
15. о6.23
Страна скорбит. Страна живёт
К трагедии в концертном зале «Крокус»
Страна скорбит. Грустит природа.
Дома, машины, пешеходы,
И ближний парк, и дальний лес
Грустят под тихий плач небес.
Роняют из-под прядей слёзы
К земле поникшие берёзы:
Неслышные творят молитвы
О всех сожжённых и убитых.
Страна скорбит. Страна живёт,
Хотя подёрнут мглой восход.
Надежды сбыточной знаменье
Даёт нам это Воскресенье.
И на Востоке Дальнем утро
Дарит уж день светло и мудро.
Но бдительна страна солдатом
Со снаряжённым автоматом.
В цехах, на шахтах и заводах —
Державы пульс и жизнь народа.
Мир южно-русских всех селян
Лелеет всходы на полях.
А думы тех селян, где беды,
Где купол будущей победы,
Где скорби нашей эпилог
И мира крепкого пролог.
Победы твёрдой и без риска
От неумолчных волн Балтийских
До связки островных Курил,
Во весь размах державных крыл.
От херсонесских южных вод,
Где росский жил всегда народ,
До мест, где нынче проживает
Он на просторах Заполярья.
Где льдов арктических раскол,
Под нашим флагом ледокол
Ведёт сквозь льды, шторма, туман
Судов российских караван.
Не так ли ты, моя Россия,
Как Небом посланный Мессия,
Как ледокол-атомоход,
Ведёшь к победам свой народ?
Страна скорбит. Скорбит природа,
Чтоб вновь воспрять душой народа.
А траурный Воскресный день
Зажёгся, сдвинув смерти тень.
Явилась жизни быстротечность
В светлице Божьей дать нам вечность.
Проклюнувшись сквозь толщу тучи,
Слезу надежды греет лучик.
24.03.2024
Мой Млечный путь
Бывает так, в полночной темноте
Очнутся вдруг восторги и страданья,
Любви, тоски в житейской суете —
Всё то, что Небо шлёт как испытанья.
От зимних грёз – к фантазиям весны,
Вмиг солнечное детство ярко брызнет,
А вещие виденья, мысли, сны
Напомнят незапамятное в жизни.
Из любопытства зыбкие догадки,
С травинок до реликтовой глуши,
Всё дарят, дарят трудные загадки
Сознанью, сердцу, сущности души.
И небо распахнётся вновь со звёздами,
Стеля под ноги светлую лазурь,
Вселенная, космически морозная,
Поманит пылью межпланетных бурь.
Та пыль подлунной золотистой пеной
Спадёт опять в покосные луга
С их терпковато-ароматным сеном,
Уложенным в шуршащие стога.
Сухая марь над дальнею рекою,
Трава ложится с хрустом на покой,
Вслед за отцом машу своей косою,
С порезанною лезвием рукой.
Мать повязала руку мне тряпицей
Под взгляд чуток насмешливый отца…
Живой родник среди ромашек мнится,
Пот щиплет скулы, катится с лица.
А мать, в походке статна и легка,
Набросив грабли на копёшку сена,
Несёт от стога крынку молока,
В её улыбке – вся любовь Вселенной.
В глазах её мир луговой пестрится,
Поют перепела и трелят соловьи,
И я с отцом, и брат мой, и сестрицы —
Во всеохватной маминой любви.
* * *
В кошмарном сне, теперь не молодым,
Забредил вдруг в пустынном я дурмане.
Мне ж мамин образ, с кружкою воды:
«Попей, сынок, полегче скоро станет!..»
От нежных слов я возрождаюсь вновь.
Мой Млечный Путь опять зовёт с порога.
Вселенной суть и матери любовь,
С любовью к ней есть высший дар от Бога.
05. 04.2024
Мерой сердца
«В Россию можно только верить».
Фёдор Тютчев
Россию-Русь люблю, ей верю.
И верю так, как никому.
Свои к ней чувства сердцем мерю,
А не расчётом по уму.
Коль мир, покой, веселья звоны,
Ликует сердце и поёт.
Но с болью бьётся, скорбно стонет,
Коль на Руси беда живёт.
Когда на правду в ней гоненье,
Самоуправия зловластье,
То сердце в гневном возбужденье,
Как мина, может вмиг взорваться.
И замирает всей Россией
В ознобко страшные минуты
Предчувствия разбойной силы
В кровавых межусобных смутах.
Стук сердца пуст и равнодушен,
Коль в жар, дожди, под свист метели
Я погружаюсь вдруг по уши
В тупое, сонное безделье.
Но нет больней сердечной раны
(А ей сочувствует сам Бог!),
Когда России враг коварный
Вступает на её порог.
Пульс сердца сразу бьёт в набат,
Гремит тревогой, рвётся в бой,
Стучит в огне, как автомат,
Зовёт собратьев за собой.
* * *
Не каждому в Россию верить.
Не каждому её понять.
Не каждому пути в ней мерить,
С тем, чтоб «Sieg heil!» опять кричать.
Всем, кто к России льнёт плечом,
Открыты в ней сердца и двери.
Тому, кто ей грозит мечом,
Путь в мир иной уже отмерен.
20.09. 2024, Москва.
Когда идёт война
На блокпосту
На блокпосту, на той войне,
Среди руин, в чужом селенье
Явилось ночью мне, во сне,
Суровой старины виденье.
Зари багровый окоём,
А над Рязанью гул набатный,
И ратник, в облике моём,
Из ножен рвёт свой меч булатный.
Весь потемнел Приокский дол
От полчищ грозного Батыя,
И прячешь ты детей в подпол,
Молясь на образа святые.
Свистит стрела, вонзаясь в дом,
Зовут на поле брани трубы,
И ратник, в облике моём,
Тебя целует крепко в губы.
И молвит: «Смерти не боюсь.
Бьюсь за Святую нашу Русь».
Аргун, 26. о8.1996
«Да» и «нет»
Непримиримое значенье
У слова «да» ко слову «нет»,
Как воли чьей-то утвержденье,
Как отрицательный ответ.
Бывало, разомкнувшись, губы
По слову «да» иль слову «нет»
Взрывали миллионов судьбы
Или спасали белый свет.
По слову «да», для цели вражьей,
Под ложь бесовскую свою
Враги взрывали не однажды
Россию – Родину мою.
Всё потому, что не звучало
Набатом грозным им в ответ
Жизнелюбивое начало
Во всенародном слове: «Нет!»
Дилемма есть тут отлучиться
От слова «нет» и слова «да»,
Но этим может обостриться
Для всех и каждого беда.
И станут гибнуть в войнах люди,
Накроет Землю дымный след,
Пока метаться кто-то будет
Между словами «да» и «нет».
Чем выше должность у персоны,
Будь то король, князь, президент,
Тем твёрже и определённо
Сказать он должен «да» иль «нет».
А следом – волевое дело!
Оно основа всех основ,
Взамен звучащих без предела
Пустых, витиеватых слов.
21.03. 2021
Непокой
«За худой головой и душе непокой».
(Пословица)
Струны чувств напряжены
В непокойном этом мире:
От беспечности жены,
Сумасбродности эфира.
В пошлой живости, тоске
Непокой с костьми съедает.
Утро. Май. Парад в Москве,
Юг Руси война терзает.
Барабан дубасит марши,
Показуха, ложь вдвойне,
Чтобы «нашим», а не «вашим»
Славно думать о войне.
Без салютов многоцветья,
Ад железных жгучих брызг
Раздербанил на рассвете
Чью-то праведную жизнь.
От тревожных непокоев
В край иной бы укатить,
Где все знают, что такое
Быть любимым и любить.
Любят в счастье там и в горе,
Не за деньги, по любви,
По которой в майских зорях
Вместо маршей – соловьи.
Там поёт с душой весна
Восьмигласием стихиры.
Счастье бродит не во снах,
Но живёт в реальном мире.
Над тропой, сквозь чёрный лес,
Не с того ль в мрак непокоя
Засиял вдруг свод Небес
Чудом-сказкой внеземною?
10. 05. 2022. Дача, Кимры.
За правду
Серые дома, как чьи-то судьбы,
В сонной дымке призрачно парят.
А над ними растянула губы
Бледною усмешкою заря.
Привечая, нынче спозаранку,
Сердцу и уму печалью близкой,
Чёрный ворон мне лениво каркнул,
Пролетая над домами низко.
Не спеша летел своей он волей.
Был тяжёлым ворон той причиной,
Что пресытился на бранном поле
Павших воев свежей мертвечиной.
Там живые спят, прочтя молитву,
Чтобы под орудий канонаду
На заре опять рвануться в битву
За свою, за человечью правду.
Дыбится земля, пожар клубится
Кровью стратегической задачи.
Полетит обратно ворон-птица
В край, где для поживы есть удача.
Серые дома, как чьи-то судьбы,
В сонной дымке грёзами парят.
И над ними растянула губы
В тихом плаче скорбная заря.
Всходит солнце вновь над канонадой,
Миру знать даёт на бранном поле:
Всё свершится не земною правдой,
А Небесной, справедливой волей.
15. 05. 2022
За что?
Рассветом мина, по-над лесом,
Над нежно-майскою красой,
Визжа, летит крутым навесом
На луг с молочною росой.
Чернеет пашня. И сельцо
За ней, как на живых ладонях.
В хатёнке, низенькой, с крыльцом,
Дед с бабкою сидят, спросонья.
Смекнув: жизнь дважды не даётся,
Бегут, чтоб к погребу поспеть,
К которому трусливо жмётся
Бандеровских вояк «энпэ»1.
Вот близко. К погребу – лишь шаг…
Взрыв с деда смахивает шапку.
Но сам он цел. Безумный страх
На нём за ойкнувшую бабку.
И в неутешном, страшном горе
День ночью стал в мгновенье то.
А дед в отчаянье всё вторил:
«О Господи, за что? За что?..»
23. 05. 2022. Дача, Кимры.
Наш ковчег
Нам истины без Бога не найти.
В Нём правда, что любовью кротко светит,
В не пройденном и пройденном пути,
Спасая нас, земных, от тлена смерти.
Есть слава долгая, как памятники Рима.
Есть память пирамид умерших фараонов:
Она, молвой людскою содержима,
С гордыней каменной глядит в пески бессонно.
Есть слава русская в названье Третий Рим.
«Четвёртому не быть!» – твердим мы без сомненья.
И славу предков, множа, отстоим,
Построив наш Ковчег всемирного спасенья.
А по закату, снова в кровь распятому,
Щадя восхода светлую лазурь,
Ползёт над Цэевропою заклятою
Пора потопов и вселенских бурь.
19. 09. 2022
Зачем?
Рисует, пишет нам холсты
За летом осень в ярком платье.
Мы восхищением ей платим
За сотворенья красоты.
То буйство клёнов густо-рыжих,
То грусть багряная осин.
Молчаньем обнимает крыши
Зимой пронизанная синь.
Уйдёт зима, придёт апрель,
Из трещин сломанной берёзы
Покатятся жемчужно слёзы,
С ветвей зазвенькает капель.
То благодать, то вмиг гроза
С изломами слепящих молний.
По растревоженным лесам,
Пожар вздувая, ветер гонит.
То синь опять и тишина
Над дымно-чёрным пепелищем.
Печали днём, а ночь во снах
Спасения с надеждой ищет.
То любим, в них святое видя.
То любим их же, ненавидя.
Свой быт от койки и порога
Рядим в судьбу и промысл Бога.
То рай весны, то ранний холод.
То половодье, а то – льды.
Тот пожилой, тот дерзко молод,
А кто-то стал совсем седым.
То к миру тщимся, то воюем:
Нам за наследство воевать.
Жаль: то, что с честью отвоюем,
Не можем с честью отстоять.
Извечный бой да вечность битвы.
Покой, по Блоку, только снится.
Под звон мечей и слог молитвы
Нам не впервой за правду биться.
Но всё мы стерпим, всё осилим.
Беду войны, жар, холод зимний.
Ласкает ветер лист осины
С особым трепетом к России.
То сердца стук, то гул грозы,
Пока не ядерного рода.
И мира держится природа
На хрупких крыльях стрекозы.
Цветок на пепле вновь растёт.
Из лета солнце в осень брызнет.
Заход стремится на восход…
Зачем? Для продолженья жизни.
01.10.2022, дача, Кимры.
Pulsuz fraqment bitdi.
