Kitabı oxu: «Шадоутвайн»

Глава 1

Торендо. Катария.

Я шла по тропинке королевского сада. Вокруг цвели редкие кусты, но их красота больше не радовала. После побега Ламиры в этих стенах воцарилась пустота. Теперь, когда астерийцы забрали и Аделию, я осталась совсем одна. Но глубоко в душе я была счастлива. Ламира смогла вырваться из этого ада и сбежать от моего брата.

За годы своего правления Райдер окончательно лишился разума. Его идеи о силе и магии превратились в одержимость. Несколько раз я тайно слышала, как он обсуждал со своим командиром Конрадом какой-то скрытый грот в Астерисе. При одной мысли о Конраде меня передернуло от отвращения. Чем ближе этот человек становился к Райдеру, тем наглее он себя вел. В последнее время его интерес ко мне переходил все границы. Во время нашей прошлой встречи он позволил себе схватить меня за руку, хоть и сразу извинился. Я сжала кулаки. Я никому не позволю так с собой обращаться. Неважно, насколько близко Конрад подобрался к правителю. Я наследница Торендо, а он лишь подданный, и если подобное повторится, я быстро поставлю его на место.

Шаги на гравии заставили меня обернуться. Ко мне шел Томас — мой верный страж, который охранял меня с самого детства. На моем лице появилась улыбка.

— Всё в порядке, Томас? — спросила я, когда он приблизился.

— Да, принцесса, но во дворец прибыли гости.

— Какие гости? — Я удивленно изогнула бровь.

— Астерийцы.

Я тихо рассмеялась, качнув головой:

— Мой брат серьезно надеется их обмануть? Снова играет роль правителя, который жаждет мира?

— Ты знаешь своего брата, — хмуро ответил Томас. — Долго притворяться он не сможет.

— Да, его легко вывести из себя. Уверена, у астерийцев это получится быстро.

В памяти вспыхнула ярость Райдера, когда он узнал, что Аделия пропала. Дворец ходил ходуном. Брат крушил всё на своем пути, ведь в тот момент он окончательно понял: Ламира тоже находится в Астерисе, она оказалась там, куда его власть не дотягивалась.

— Пойду проверю, как обстоят дела, — сказала я, поправляя подол платья.

Томас едва заметно улыбнулся:

— Опять подслушивать?

— Я должна знать, что происходит на моей земле, — серьезно ответила я. — Брату плевать на людей, на их благополучие и жизни. Ему нужна только сила и возвращение Ламиры. Я боюсь, что однажды его одержимость просто уничтожит Торендо.

Томас подошел ближе и ободряюще положил руку мне на плечо:

— У Торендо есть наследница, которая по-настоящему заботится о народе. Ты знаешь, Катария, люди тебя любят. Отец бы гордился тобой.

При упоминании отца к горлу подкатил ком, а на глаза навернулись слезы. Я поспешно отогнала мрачные мысли и тихо произнесла:

— Спасибо, Томас.

Страж отступил в сторону, освобождая дорогу. Я развернулась и направилась во дворец, держа курс к кабинету Райдера.

Встретившиеся по дороге слуги поспешно поклонились. Я шла мимо цветов, расставленных у стен, и воспоминания потянули меня в прошлое. Перед глазами возникли картины, как мы с Ламирой маленькими носились по этим коридорам. На моем лице появилась улыбка, а сердце болезненно защемило. Я вспомнила, как в детстве постоянно говорила Ламире, что она станет нашей королевой и будет с Райдером. Подруга тогда сильно краснела и отвечала, что Райдер обязательно защитит нас. Когда мы выросли, я искренне радовалась, что мой брат и Ламира были вместе. Все изменилось, когда умер отец и Райдер занял трон.

Было странно думать, как человек может настолько резко измениться. Но если вспомнить его детские реакции на решения отца, всё обретало иной смысл. Райдер всегда злился. Даже когда отец поймал брата Тардана, Райдер был зол от того, что отец так легко его отпустил и согласился на мир с астерийцами. Весь народ радовался окончанию стычек, но только не мой брат. Он всегда повторял слова дедушки про силу, которую скрывают астерийцы. Возможно, Райдер годами просто притворялся, а когда стал королем, показал истинное лицо.

Я дошла до дверей кабинета. Изнутри доносились голоса. Я наклонилась к створке, прислушиваясь.

— Верни мне Ламиру и её сестру, — говорил Райдер. — Я знаю, что они в Астерисе. И тогда мои люди перестанут устраивать стычки на границе.

Земля ушла у меня из-под ног. Нет, только не это.

— Ты предлагаешь мне купить тишину? — раздался в ответ мужской голос.

От этого тона по коже побежали мурашки.

— Называй это как хочешь, — ответил Райдер. — Но верни мне мою невесту.

— Невесту, значит? — мужчина усмехнулся.

— Да. И если ты хочешь тишины, то это мои условия.

— Райдер, ты плохо знаешь нас, — ответил мужской голос. — Мы не покупаем тишину у тех, кого можем заставить замолчать.

Я опустила взгляд вниз. Прямо из щели под дверью появились тени, которые начали подниматься ко мне.

— Тогда заставь, — выплюнул брат.

— С удовольствием, — сказал мужчина.

Я отпрянула от двери, испугавшись теней, и побежала в холл. Там я остановилась, тяжело дыша. Что за чертовщина это сейчас была?

Я отдышалась, выпрямилась и разгладила платье. Вдруг послышались шаги. Я повернулась и увидела мужчину. Темные волосы, темная рубашка, брюки. Я посмотрела в его глаза, и меня пробил страх. Темные глаза и вертикальные зрачки.

Тардан. Правитель Астериса.

— Принцесса Катария, — произнес он.

— Правитель Астериса, — ответила я.

Я посмотрела на него прямо, не показывая страха. Тардан медленно прошелся по мне взглядом, рассматривая с ног до головы. Эта наглость разозлила меня, и я вскинула подбородок.

— Подслушивать за дверями — обычай королевской семьи? — спросил он.

Я напряглась. Значит, это его магия и его тени спугнули меня секунду назад.

— Только когда гостям в этом доме не доверяют, — ответила я.

Тардан усмехнулся:

— Мои тени спугнули вас.

— Они удивили меня, — ровно возразила я.

— Вы довольно быстро убежали для человека, который был просто удивлен.

— А вы довольно самоуверенны, раз считаете, что Торендо можно заставить замолчать.

Тардан сделал шаг ко мне. Я отступила на шаг назад. В его глазах появилась черная дымка, а тени на полу послушно поползли следом за его сапогами.

— Катария… у всех есть слабые места, — тихо произнес он. — И поверь мне, если бы я захотел, вы замолчали бы навсегда.

Его тон вывел меня из себя.

— Кто ты такой? — выплюнула я ему в лицо. — Думаешь, весь Венерион принадлежит тебе? У себя в Астерисе ты можешь делать что хочешь, но эта земля — наша.

Тардан слегка приподнял руку, и черные нити дыма рванулись от его пальцев ко мне. Я не шелохнулась. Внутри всё сжалось от испуга, но я заставила себя стоять смирно. Я не собиралась давать ему то, чего он хотел — мой страх.

Тени быстро поднялись по моему плечу и обвились вокруг горла. Тардан медленно сжал пальцы в кулак, и темная удавка на моей шее чуть затянулась, заставив меня острее почувствовать ее прикосновение. Я опустила взгляд на его руку. Рукава рубашки были закатаны до локтей, обнажая сильные мышцы и плотные черные узоры. Я подняла глаза, встречая его взор и показывая, что мне не страшно.

— Не указывай мне, человеческая девчонка, — ледяным тоном произнес Тардан. — Одно мое желание, и ты будешь умолять меня о пощаде.

— Да пошел ты! — процедила я сквозь зубы.

Тардан внезапно рассмеялся. Он разжал кулак, отпуская свою магию, и направился к выходу из холла. Напоследок он бросил на меня короткий взгляд, словно я была лишь пылью под его ногами.

Как только он скрылся за дверью, удавка на шее полностью растаяла. Я бросилась к окну и посмотрела во двор.

На улице выстроился большой отряд астерийских воинов на конях. У роскошной кареты лениво стоял мужчина. На его руках и даже на висках темнели такие же рисунки, как у Тардана, но только темно-синего цвета. Он усмехнулся, что-то сказал подошедшему правителю и залез внутрь экипажа.

Тардан уже собирался последовать за ним, но на секунду замер у подножки. Он резко обернулся и посмотрел прямо на мое окно.

Я испуганно отпрянула назад, вжимаясь спиной в каменную стену. Черт. Тяжело дыша, я замерла в тени. Надеюсь, он меня не увидел.

Ублюдок. Кем он себя возомнил? Угрожать наследнице Торендо на её же собственной земле. С таким правителем в Астерисе мира между нашими землями точно никогда не будет.

— Принцесса Катария, обед подан, — прервал мои мысли тихий голос подошедшей служанки.

Я заставила себя глубоко вздохнуть и направилась в обеденный зал. К моему облегчению, Райдера за столом не оказалось. Я была рада провести это время в тишине — желания видеть брата у меня не возникало уже на протяжении нескольких лет.

Я села во главе стола, и прислуга принялась молча подавать блюда. Легкий суп, запеченная дичь и свежий хлеб появились на серебряных тарелках. Я машинально взяла приборы, но едва кусок коснулся губ, как мысли вернулись к Тардану.

Райдер позвал правителя Астериса явно не ради мира. Но и Тардан не выглядел тем, кто приехал договариваться. У него были свои интересы. Но какие? Посмотреть, чем дышит Торендо? Или лично выслушать безумные требования Райдера?

Внезапная догадка ударила наотмашь. Ламира.

Брат сам во всеуслышание заявил, что она его невеста. Что, если Тардан использует её ради шантажа? А если он причинит ей вред? Страх за подругу ледяной волной сковал грудь. Райдер своими руками вложил в ладонь врага идеальный рычаг давления.

Аппетит мгновенно пропал. Я отложила приборы, поднялась из-за стола и решила вернуться в свои покои, чтобы перевести дух.

Я стремительно вышла из обеденного зала и в коридоре с размаху столкнулась с кем-то грудью. Я подняла голову, собираясь извиниться, но слова застряли в горле. Передо мной стоял Конрад.

Его пристальный серый взгляд замер на моем лице, а на губах заиграла наглая улыбка.

— Конрад, — сухо произнесла я, пытаясь обойти его.

Он перехватил меня и жестко взял пальцами за подбородок.

— Я скучал, Катария, — вкрадчиво произнес он.

Я опешила от такой дерзости. Это переходило все границы. Я попыталась дернуть головой, чтобы убрать его руку, но он лишь крепче сжал мои челюсти.

— Руки убрал! — процедила я сквозь зубы.

Конрад лишь хмыкнул, не разжимая пальцев:

— Скоро ты будешь моей.

— Что? Мечтай, Конрад, — выплюнула я ему в лицо.

Сильный, высокий мужчина со светлыми волосами и правильными чертами лица. В нем было абсолютно всё, кроме манер.

Он наклонился к моему лицу, обжигая кожу дыханием:

— Тебе брат еще не сказал?

Внутри шевельнулся липкий страх. Забыв о пугающей близости Конрада, я выговорила:

— Не сказал что?

Вместо ответа он нагло улыбнулся и второй рукой грубо обхватил меня за талию, притягивая к своему телу. Я рванулась со всей силы.

— Ты забываешься, Конрад! Ты перешел все допустимые границы! — в ярости выкрикнула я и во весь голос позвала: — Охрана!

В коридор вбежали двое дворцовых стражников с обнаженными мечами. Конрад даже не повернул к ним головы. Он лишь лениво мазнул по ним взглядом и бросил короткий приказ:

— Всё в порядке. Свободны.

Гвардейцы переглянулись, поклонились и без лишних слов скрылись за поворотом. Я ошарашенно смотрела им вслед, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Моя личная охрана подчинялась этому человеку беспрекословно.

Конрад наклонился еще ближе и прошептал прямо мне в губы:

— Поговори с братом.

Он удовлетворенно усмехнулся и наконец отпустил меня. Проводив меня липким, раздевающим взглядом с ног до головы, командир уверенно зашагал дальше по коридору.

Не теряя ни секунды, я подобрала подол платья и бросилась к кабинету Райдера. Я ворвалась внутрь, тяжело дыша, но комната оказалась абсолютно пустой.

Я стояла посреди пустого кабинета, и мысли хаотично сменяли друг друга. Я даже думать не хотела, что брат мог пойти на такое. Но Конрад говорил слишком уверенно. А что, если Райдер решил выдать меня за него? Нет. Только я буду распоряжаться своей жизнью. Я не позволю никому решать за меня.

Я вышла из кабинета, миновала коридор и направилась к восточному крылу. Через боковую арку я вышла на улицу. Тренировочная площадка пустовала, деревянные помосты были заброшены. Я пошла по узкой гравийной тропинке в сторону конюшен.

Там я сразу увидела Томаса. Он так же, как и я, любил лошадей и в свободное время лично за ними ухаживал. Я подошла ближе.

— Томас, ты не знаешь, где Райдер? — спросила я.

— Его нет во дворце, принцесса, — ответил он, откладывая щетку. — А где он — я не знаю.

Я подошла к своей кобыле, погладив её по шее.

— Я прокачусь.

— Я с тобой, — тут же отозвался Томас.

Я посмотрела на него и улыбнулась:

— Томас, ты можешь остаться здесь. Я возьму кого-то из молодой стражи.

— Катария… я не такой старый, — он усмехнулся и подмигнул мне. — И ты же знаешь, как я люблю верховую езду.

Конюх быстро оседлал для нас коней. Мы выехали за ворота дворца и направились в сторону леса. Деревья сменились широкой поляной, за которой тропа пошла круто вверх, выводя нас на отвесную скалу. Внизу с шумом билось серое море.

Мы остановили лошадей у самого края обрыва. Томас недолго молчал, разглядывая горизонт, а затем хмуро произнес:

— Катария, до меня дошли слухи из приграничных деревень.

— Какие слухи? — Я повернулась к нему.

— Недалеко от границы нашли растерзанных людей.

— Кто это сделал? Астерийцы?

— Нет, Катария, — Томас покачал головой. — Они были растерзаны диким зверем.

Я похолодела, уставившись на него:

— Вальдарцы?

— Не думаю.

— Но кто тогда? Или это были обычные волки?

— Нет, — хмуро ответил страж. — Тела нескольких охотников нашли глубоко в чаще. Слухи уже дошли до города. Люди говорят, что следы от когтей на земле и на телах слишком огромные. Это точно были не волки.

— Но вальдарцы никогда не лезли в Торендо, — возразила я, чувствуя, как внутри разрастается паника.

— Да, но это был крупный хищник. А только у вальдарцев есть звериная сущность.

Я перевела взгляд на бурлящее внизу море:

— Томас, я боюсь, что мой брат влез и на их земли тоже. Что тогда будет?

— Катария, мы не можем быть уверены, что это именно они, — попытался успокоить меня страж.

Я промолчала. С Астерисом у нас всегда были стычки, и только когда наш отец был жив, мы смогли заключить хоть какое-то перемирие. Но теперь отца нет. Если Райдер перешел дорогу еще и Вальдару, Торендо просто утонет в крови. Брат уничтожит наше королевство.

— Томас, если появятся еще хоть какие-то слухи из деревень, сразу сообщи мне, — твердо сказала я. — Я лично возьму эту ситуацию под контроль.

— Хорошо, принцесса.

Мы развернули коней и поскакали обратно. На обратном пути я наконец немного расслабилась, заставив себя выкинуть из головы мрачные мысли о Конраде и Райдере. В лицо бил прохладный лесной воздух, пахло прелой хвоей и дикими травами. Под копытами коней глухо шуршала земля, а из чащи доносилось мерное пение птиц. В эти минуты, пока мы неслись галопом среди деревьев, мне стало по-настоящему легко, и натянутые за день нервы наконец отпустили.

Мы вернулись во двор дворца. Конюх сразу подбежал ко мне, придержал стремя и помог аккуратно слезть с лошади. Я ласково похлопала кобылу по теплой шее, отдавая поводья парню.

— Я пойду отдыхать, Томас, — повернулась я к стражу. — Ты можешь заниматься своими делами. Спасибо за прогулку.

Он коротко поклонился, и я направилась к дверям. Дворец встретил меня привычным теплом и тишиной. Я шла по светлым коридорам, разглядывая белые мраморные стены, высокие арки и расставленные повсюду вазоны с яркими живыми цветами. Солнечные лучи мягко ложились на ковры. Этот замок был моим настоящим домом, я выросла здесь и искренне любила каждый его уголок.

Я поднялась по широкой парадной лестнице на второй этаж и зашла в свои покои. Большая светлая комната была обставлена мебелью из светлого дерева, а из окон открывался вид на цветущий сад. Служанки уже ждали меня. Они вежливо поклонились и быстро помогли снять тяжелое дорожное платье.

После этого я прошла в купальню. Горячая вода, наполненная ароматными цветочными маслами, помогла окончательно смыть усталость и дорожную пыль. Я закрыла глаза, пытаясь упорядочить мысли. Когда я вышла, девушки помогли мне вытереться и надели на меня легкое, свободное домашнее платье из тонкого шелка.

За окнами уже сгущались вечерние сумерки. Я надеялась, что Райдер наконец вернулся во дворец. Мне было жизненно необходимо поговорить с ним прямо сейчас, ведь оставлять ситуацию с Конрадом в таком виде я не собиралась. Пусть командир стал очень близок к королю, но он не имел никакого права вести себя со мной подобным образом.

И даже если Райдер что-то задумал за моей спиной, я не позволю этому случиться. Я никогда не соглашусь, чтобы мужчина распоряжался моей судьбой. Выйти замуж за такого человека, как Конрад, означало добровольно признать свое поражение. Он мгновенно прибрал бы к рукам мой статус наследницы Торендо и начал бы контролировать каждый мой шаг, точно так же, как сейчас это делает брат. За Конрада я не пойду никогда. Да и в целом замужество меня сейчас совершенно не интересовало. Единственное, о чем я по-настоящему пеклась, — это благополучие моей земли и безопасность нашего народа.

Я сделала глубокий вдох, расправила подол домашнего платья и решительно направилась к выходу из комнаты, готовая до конца отстаивать свою свободу.

Я спустилась по лестнице, прошла по длинному коридору к кабинету брата и без стука открыла дверь. Райдер стоял у окна. Услышав шум, он повернулся и посмотрел на меня.

Мы были очень похожи: те же темные волосы, те же голубые глаза. Но сейчас его взгляд был наполнен такой враждебностью, что у меня перехватило дыхание. Я не понимала, в какой момент стала для него чужой. Он смотрел на меня так, словно вообще не выносил моего присутствия.

— Какого черта ты заходишь ко мне, не постучав? — процедил Райдер, не двигаясь с места.

— У меня к тебе разговор, — я твердо сделала шаг вперед.

— Выкладывай быстрее, у меня нет на тебя времени, — отрезал он.

— Конрад переходит все границы, — прямо заявила я. — Или ты сам поставишь своего командира на место, или это сделаю я.

Райдер хмуро окинул меня взглядом и усмехнулся:

— Никого на место ты ставить не будешь. Хватит шататься по дворцу без дела. Пришла пора и тебе принести пользу нашему королевству. Я решил, что ты выходишь замуж за Конрада.

— Пользу? — Я опешила. — Какую пользу я принесу, если выйду за этого наглеца? О чем ты говоришь, Райдер?

— Семья Конрада богата, — ледяным тоном принялся объяснять брат. — Большая часть армии Торендо на протяжении многих лет подчиняется исключительно его роду. Я не собираюсь терять такого союзника из-за твоих капризов. Мое решение принято и не обсуждается.

Я сделала еще несколько шагов вглубь кабинета, остановилась прямо напротив него и выплюнула:

— Я не выйду за него. Это только моя жизнь, и только мне решать.

Райдер подался вперед и вцепился в мое запястье. Пальцы сжались до синяков. Он притянул меня к себе и наклонился к самому лицу:

— На этой земле решаю только я. Я решаю, кто здесь дышит, а кто нет. Запомни это, Катария. Если я сказал, что ты выйдешь за Конрада, значит, ты пойдешь под венец.

— Отпусти меня, мне больно! — Я попыталась вырвать руку, но тщетно. — Ты не имеешь права распоряжаться моей судьбой.

— Еще как имею, — его голубые глаза потемнели от ярости. — Или ты делаешь то, что я говорю, или я запру тебя в четырех стенах, и до конца своих дней ты просидишь взаперти без единого глотка свежего воздуха.

— Ты не посмеешь, — выдохнула я, отказываясь верить своим ушам.

— Посмею, Катария. Еще как посмею. Мои решения не обсуждаются. Или ты забыла участь отца Ламиры? Он тоже пытался спорить со мной и не поддерживал мою власть. Напомнить, где он теперь?

Моё сердце пропустило удар, а в горле пересохло. Разум отказывался принимать этот кошмар. Он только что открыто напомнил о казни правой руки нашего покойного отца — человека, которого он хладнокровно уничтожил просто за то, что тот не разделял его безумных идей. Перед глазами поплыли темные пятна от осознания того, кем стал мой собственный брат.

Райдер с силой отшвырнул меня от себя.

— Свадьба через две недели. Готовься, — бросил он и равнодушно отвернулся обратно к окну.

Я осталась стоять посреди кабинета, потирая покрасневшее от боли запястье. Я пристально посмотрела на его прямую, холодную спину и отчетливо поняла: у меня больше нет брата. На его месте остался лишь безумный, безжалостный тиран.

Глава 2

Колеса кареты мерно стучали по мостовой. Я сидела у окна, бесцельно рассматривая улицы Торендо. За стеклом мелькали аккуратные каменные дома, ухоженные лавочки с яркими вывесками и гуляющие горожане. По обе стороны от нашего экипажа верхом на конях двигались гвардейцы личной охраны, сопровождая меня в этой поездке. Напротив меня сидел Томас.

— Сегодня во дворце праздник… — тихо заговорил он.

— Для меня это не праздник, Томас, — резко перебила я его, не поворачивая головы.

— Катария, попробуй еще раз поговорить с братом, — вздохнул страж. — Конрад тебе не пара. Вы совершенно разные люди.

— Райдер думает по-другому, — я горько усмехнулась, продолжая смотреть на прохожих. — Его волнует только армия и лояльность Конрада.

Томас хмуро покачал головой:

— Я желаю тебе счастья. Но с этим человеком ты никогда не будешь счастлива.

— Брат уже всё решил, — ответила я, переводя на него взгляд. — И сегодня наша помолвка.

Карета плавно остановилась у крыльца элитного столичного ателье. Томас оглядел фасад здания и спросил:

— Почему ты не отправила служанку за готовым нарядом, Катария? Зачем поехала сама?

— Мне нужен был глоток воздуха, — призналась я. — В стенах дворца я задыхаюсь.

Гвардеец поспешно открыл дверцу кареты. Мы с Томасом вышли на улицу и направились внутрь ателье. Стоило мне переступить порог, как хозяйка и швеи замерли, низко склоняясь в глубоком поклоне:

— Приветствуем вас, принцесса Катария. Для нас огромная честь принимать вас.

Томас устроился на небольшом диванчике у стены, положив руку на рукоять меча. Вокруг меня сразу засуетились помощницы. Они принялись выносить и демонстрировать новые модели платьев из дорогого шелка и бархата, расшитые золотыми нитями. Я смотрела на весь этот блеск без малейшего энтузиазма. Праздничный наряд вызывал лишь отвращение.

— Вот это, — я указала на первое попавшееся строгое платье темного оттенка, даже не примерив его. Повернувшись к стражу, я сухо бросила: — Томас, поехали обратно.

В карете снова воцарилось тяжелое молчание. Экипаж тронулся по направлению к замку. Спустя некоторое время Томас нарушил тишину:

— Катария… На окраине, около границы, опять проблемы.

Я вскинула голову, в упор глядя на него:

— Почему ты только сейчас говоришь это?

— Я видел твое состояние после разговора с Райдером, — Томас отвел взгляд. — Думал, что в эти дни тебе совсем не до пограничных слухов.

— Томас, неважно, какие у меня проблемы, — жестко отчеканила я. — Свой народ я никогда не брошу. Что там произошло?

— На этот раз нападение было на целое село, — хмуро доложил он. — Говорят, пострадало несколько семей.

Внутри всё сжалось от дурного предчувствия.

— Сколько погибших? — быстро спросила я.

— Десять, — Томас сжал зубы. — И среди них дети.

— Какой кошмар… — Я прижала ладонь к губам, сдерживая подступившую тошноту. — Каковы действия Райдера? Какую помощь он отправил?

Томас покашлял, пряча глаза:

— Никаких распоряжений от короля не было.

Я буквально взорвалась от ярости, подаваясь вперед:

— Что значит — не было?! Его люди гибнут!

— Ему давно нет дела до простых граждан, Катария, — ответил страж. — Тем более до бедных крестьян из глухих деревень.

Злость вытеснила остатки утреннего отчаяния. В груди снова появилась сила бороться.

— Томас, завтра утром собери своих самых доверенных стражников, — твердо приказала я. — Мы отправляемся на окраину. Лично.

— Катария, это безумие! Это слишком опасно! — испуганно возразил он. — Там рыщет неизвестный зверь, а граница сейчас нестабильна.

— Я должна узнать, что там происходит, — отрезала я. — Там стоит наше пограничное войско. Я заставлю командиров прочесать весь лес и найти этих тварей, если понадобится.

Томас вздохнул, понимая, что спорить со мной бесполезно:

— Райдер будет в бешенстве, если узнает. Он и так подозревает тебя в помощи при побеге Аделии.

— Значит, мы ничего ему не скажем, — я вздернула подбородок. — Выедем на рассвете, пока весь дворец спит. К утру нас здесь уже не будет.

Карета остановилась около дворца. Гвардеец открыл дверь, и я вышла на примыкающую к крыльцу площадку.

— Томас, чтобы рано утром всё было готово, — тихо сказала я, оборачиваясь к стражу.

Он коротко кивнул в знак согласия. Я направилась к парадному входу во дворец, где дежурные воины без слов распахнули передо мной створки.

В холле царила суета. Повсюду слуги развешивали праздничные ткани, расставляли столы и чистили подсвечники — полным ходом шли приготовления к вечернему приёму. Сегодня они официально объявят о нашей свадьбе с Конрадом. Я горько усмехнулась про себя, проходя мимо слуг. Вариантов у меня не оставалось. Я прекрасно понимала, что Райдер не шутит и выполнит свою угрозу при первой же попытке открытого бунта.

Я поднималась в свою комнату, и мысли крутились вокруг одного и того же вопроса. Может, бросить всё и сбежать?

— Нет, — тихо произнесла я вслух, останавливаясь в пустом коридоре.

Я не брошу свой народ. Не брошу Торендо. Я законная наследница, и долг перед людьми держал меня здесь крепче любых замков. Если Райдер не остановится в своем безумии, он погубит себя и всю нашу династию. Торендо останется без законной власти. Я слишком хорошо представляла, что начнется, если трон окажется пустым — каждый крупный род захочет забрать корону себе, и страну захлестнет кровавая междоусобная резня.

Я зашла в комнату. Служанки уже ждали меня у порога. Подготовка к приёму заняла несколько часов. Девушки помогли мне ополоснуться, уложили волосы, оставив их распущенными и лишь слегка заколов на затылке, а затем помогли надеть темное праздничное платье.

Я встала перед большим зеркалом и окинула себя взглядом.

— Вы так прекрасны, принцесса, — произнесла одна из служанок, поправляя подол. — Сегодня один из самых счастливых дней для вас.

Я ничего не ответила. Я смотрела в собственные глаза в отражении и думала о том, что моя свобода стремительно заканчивается. До свадьбы осталось чуть меньше двух недель. А что потом? Конрад заберет меня из дворца в свой замок. Я лишусь даже того малого, что имею сейчас — возможности заботиться о людях.

Я зажмурилась, и одинокая слеза покатилась по щеке. Разомкнув веки, я снова посмотрела на себя в зеркало и твердо решила, что буду бороться. Буду бороться с Конрадом и с Райдером до самого конца.

Я развернулась. Служанки поспешно сделали вид, что прибирают комнату. Я вышла из покоев и пошла по коридору к парадной лестнице.

Внизу у подножия ступеней уже стоял Конрад. Он повернул голову, посмотрел на меня снизу вверх и нагло улыбнулся. Я начала медленно спускаться. Стоило мне сойти с последней ступени, как он бесцеремонно приобнял меня за талию и наклонился к самому лицу. Я повернула голову, избегая прикосновения, и Конрад прошептал мне прямо на ухо:

— Перестань вести себя так. Скоро ты станешь моей женой, и про свой статус наследницы можешь забыть. При мне ты будешь всего лишь покорной женщиной, которая станет ублажать меня и делать всё, что я прикажу.

Меня чуть не стошнило от его слов. Я смерила его ледяным взглядом:

— Пока я еще не твоя жена, Конрад. Убери руки.

Он проигнорировал мои слова, грубо перехватил меня за запястье и повел за собой к дверям бального зала. Я попыталась вырвать руку, но он лишь крепче сжал пальцы, лишая возможности отступить.

Мы вошли в зал. Внутри было полно людей, собралась вся знать Торендо. Стоило нам появиться на пороге, как гости начали оборачиваться, улыбаться и громко поздравлять нас с помолвкой.

— Улыбайся, — тихо, как приказ, процедил Конрад сквозь зубы.

«Катись к черту», — мысленно огрызнулась я, растянув губы в фальшивой вежливой улыбке.

Впереди у королевского постамента стоял Райдер в окружении своих советников. Когда мы подошли, брат удовлетворенно улыбнулся, повернулся к залу и громким голосом официально объявил о нашей помолвке. Раздались аплодисменты.

Конрад достал из бархатной коробочки кольцо. Почти силой он потянул меня за руку и нацепил ободок на палец. Я смотрела на этот фарс отстраненно, словно всё происходящее вокруг касалось кого-то другого, а не меня.

После этого Конрад потащил меня в центр зала. Музыканты заиграли медленную мелодию. Он по-хозяйски прижал меня к своему телу, и начался наш танец.

— Знаешь, раньше я только мечтал об этом, глядя на тебя, — заговорил Конрад, ведя меня в танце.

Я помнила его взгляды. Мы были знакомы давно, и он всегда смотрел на меня с затаенным, жадным интересом. Он наклонился еще ближе к моему лицу:

— Не думал, что твой брат так легко отдаст тебя мне.

Я ничего не ответила, глядя мимо его плеча.

— Знаешь, каково это, когда кто-то нравится тебе до безумия, но ты не можешь к нему прикоснуться? — вкрадчиво продолжил командир. — Но теперь ты принадлежишь мне. Вся. До последнего вздоха.

Я подняла глаза и внимательно всмотрелась в его лицо. В его взоре горел не просто интерес. Это была чистая, пугающая одержимость. Он видел во мне не человека, а трофей, который наконец сумел заполучить.

— Конрад, наш брак ничего не значит для меня, — ровно произнесла я.

— Со временем ты привыкнешь, — уверенно заявил он.

— К чему? Ложиться с тобой в одну кровать и пытаться не чувствовать отвращения?

Конрад резко изменился в лице. Наглая ухмылка мгновенно исчезла, а серые глаза налились яростью. Он со злостью рванул меня на себя посреди танца, больно сжимая пальцы на моей талии.

— Отвращения? — процедил он сквозь зубы. — Я не какой-то там деревенщина, Катария. Следи за языком.

— Мне плевать на твой статус, Конрад! — выплюнула я в ответ. — Я не люблю тебя и не чувствую к тебе ничего, кроме неприязни.

— У тебя нет выбора, принцесса, — его голос стал опасно тихим, превратившись в прямую угрозу. — Тебе придется изображать чертовы чувства. Иначе для тебя наступят очень плохие последствия. Скоро я стану твоим мужем и смогу распоряжаться тобой так, как мне захочется. Если мне что-то не понравится в твоем поведении — ты горько пожалеешь. Запомни это.

Я промолчала, отвернув голову в сторону. Терпеть его близость больше не было сил. К счастью, музыка наконец стихла, и танец закончился.

Конрад демонстративно подставил мне локоть, и мы вернулись к Райдеру. Брат по-прежнему стоял в окружении придворных и советников. Когда мы приблизились, один из пожилых мужчин обратился к королю:

— Ваше величество, до меня дошли слухи о новом нападении зверей на окраине. Люди в панике. Говорят, дикие хищники подчистую вырезали целые семьи в деревнях.

Райдер равнодушно пригубил вино из кубка и даже не повернул головы к говорившему:

— Мне нет дела до этих деревенщин и пустых слухов. Пусть пограничники разбираются сами.

Я сжала кулаки, а злость внутри закипела с новой силой. Им было плевать на жизни подданных.

Советники отошли в сторону. Райдер подошел ближе к Конраду, понизив голос:

— После свадьбы будем действовать.

— Я уже отобрал лучших солдат, — тихо ответил Конрад. — Они как тени. Их не слышно и не видно. Они легко проникнут в Астерис, и никто их не заметит.

— Мне главное — результат, — отрезал Райдер.

Я замерла, делая вид, что разглядываю гостей. Они хотят подобраться поближе к Тардану? Выяснить что-то про магию, которой бредит брат? Или Райдер пытается вернуть Ламиру? Если Тардан поймает лазутчиков в столице Астериса — это не пограничные стычки. Это тайное вторжение. Такое расценивается как попытка переворота или покушение. Тогда войны точно не избежать. Слушать меня никто не станет. Что мне делать?

Конрад протянул мне бокал с вином. Я взяла его и выпила залпом.

— Полегче, — усмехнулся он.

Прием продолжался. Гости танцевали, кто-то подходил, поздравлял, улыбался. Мне было всё равно. Райдер вел себя так, будто меня не существовало, но и на это мне было плевать. После трех бокалов вина чувства окончательно притупились, оставив лишь усталость.

— Я устала и хочу уйти, — прямо сказала я Конраду, не в силах больше терпеть этот фарс.

— Я провожу, — ответил он.

Мы вышли в пустой холл. Прислуги рядом не было.

— Спасибо, дальше я сама, — я попыталась развернуться к лестнице.

Конрад пошел за мной шаг в шаг.

— Куда ты? — Я нахмурилась.

— Провожу до спальни, — бросил он.

— В этом нет необходимости.

Конрад жестко перехватил мое запястье:

— Я не спрашивал разрешения, Катария.

Он потащил меня вверх по лестнице. Каждый стук моих каблуков по мраморным ступеням эхом отдавался в груди, заставляя сердце бешено колотиться о ребра. Мы миновали длинный коридор восточного крыла. Конрад толкнул дверь моих покоев, втащил меня внутрь и резко захлопнул створку за нашей спиной.

Я успела лишь вскрикнуть, как он навалился всем телом, впечатывая меня спиной в стену, и грубо впился в мои губы поцелуем. Я изо всех сил сжала зубы, пытаясь отбиться, но он перехватил мои ладони одной рукой, намертво фиксируя их над моей головой, и силой ворвался языком в мой рот.

Вторая его рука опустилась на мое плечо, стягивая вниз лямку платья.

— Отпусти меня! Прекрати! — закричала я, но силы были слишком неравны.

— Как давно я мечтал об этом, — хрипло выдохнул он, обжигая мне шею.

Конрад рванул ткань на моей груди. Тонкий шелк с треском лопнул. Он больно сжал пальцами мою грудь. Из моих глаз брызнули слезы. Я закричала, но он зажал мне рот своей ладонью, заглушая звуки, а второй рукой начал опускать платье еще ниже по бедрам.

Внезапно раздался удар. Дверь спальни с грохотом распахнулась.

Я успела лишь перехватить разорванную ткань платья, прижимая её к груди. В комнату с мечом в руке ворвался Томас.

— Катария! — выкрикнул он.

Увидев Конрада, страж замер на месте, и его лицо побелело от ярости. Командир оторвался от меня, разворачиваясь. В его глазах горело убийственное бешенство.

— Какого черта ты врываешься в покои принцессы, старик?! — процедил Конрад сквозь зубы.

— Вы не имеете права здесь находиться, — ответил Томас, не опуская клинка. — Покиньте комнату.

Меня трясло от пережитого и осознания того, что могло произойти секундой позже. Я сползла по стене, судорожно сжимая порванную одежду.

Конрад подошел к Томасу, нависая над пожилым воином.

— Ты мне указываешь? — спросил он.

— Вышел вон! — рявкнул Томас, выставляя острие меча прямо ему в грудь.

Конрад несколько секунд молча буравил его взглядом.

— Ты об этом пожалеешь, — процедил он, а затем повернулся, коротко хмыкнул, глядя на меня, и быстрыми шагами вышел из покоев.

Шаги командира затихли в коридоре. Томас опустил меч и подбежал ко мне.

— Катария, дочка… Ты в порядке?

Я не смогла ответить. Я окончательно сползла на пол, подтянула колени к груди и намертво зажала рот обеими руками, с трудом сдерживая рвущийся наружу крик.

Томас встал на одно колено и бережно погладил меня по волосам.

— Катария… — тихо позвал он.

Я покачала головой, с трудом сдерживая дрожь.

— Всё хорошо, Томас. Я справлюсь.

Он тяжело вздохнул, убирая руку.

— Может, тебе бежать?

— Куда? — Я горько усмехнулась. — В Торендо мне никто не поможет. Ни один лорд не пойдет против Райдера.

— Мы придумаем что-то до свадьбы, — твердо пообещал страж. — В Венерионе должен найтись хоть кто-то, кому плевать на власть твоего брата.

Я посмотрела на Томаса и слабо улыбнулась.

— Спасибо, что ты всегда рядом. Но в следующий раз оставайся за дверью.

— Катария…

— Томас, — перебила я его. — У Конрада слишком много власти. Райдер на его стороне. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось из-за меня.

Я поднялась на ноги, удерживая порванную ткань на груди.

— Рано утром я буду около конюшни. Спасибо за помощь, Томас.

— Всё уже готово и будет ждать тебя, — ответил он, поднимаясь.

Он тихо вышел из покоев, аккуратно прикрыв за собой дверь. Я осталась одна в полумраке комнаты. Кое-как поправив разорванное платье, я направилась в купальню.

Я посмотрела на кольцо с таким отвращением, будто оно обжигало кожу. Сняла его и бросила на столик у купальни. Металл глухо звякнул о дерево.

Я скинула с себя испорченный шелк, залезла в горячую воду и закрыла глаза. Тепло немного уняло дрожь. Смывая с кожи следы прикосновений Конрада, я заставила себя успокоиться. Я справлюсь со всем.

Глава 3

Рассвет едва брезжил, когда я проснулась. Прислугу вызывать не стала, чтобы не привлекать внимания. Сама открыла шкаф и достала плотные кожаные штаны, простую рубашку для верховой езды и плащ с глубоким капюшоном. Я быстро уложила в небольшую походную сумку смену белья, запасную одежду и несколько личных вещей. Нужно было сделать всё тихо.

Закинув ремень сумки через плечо, я осторожно приоткрыла дверь и выскочила в темный коридор. Замок только начинал оживать. Я двигалась вдоль стен, стараясь не шуметь. На парадной лестнице я замерла в тени колонны: внизу у холла пара служанок уже протирала перила и меняла свечи в канделябрах. Дождавшись, пока они уйдут в боковой проход, я быстро спустилась по ступеням.

Я миновала галерею восточного крыла и проскользнула через небольшую арку, ведущую прямо на тренировочную площадку у конюшен. Здесь было прохладно и пахло сыростью. У коновязи меня уже ждал Томас. Рядом с ним стояли трое молодых гвардейцев, крепко державших поводья оседланных лошадей.

— То, что надо, Томас, — тихо сказала я, подходя ближе. — Так мы не привлечем лишнего внимания.

— Это всё равно опасно, — хмуро отозвался старый страж, поправляя на мне капюшон плаща. — Пограничные земли сейчас нестабильны. Тебе придется скрывать лицо на протяжении всей дороги.

— Главное — добраться до места, — я перехватила поводья своей кобылы. — Там стоит наше войско. С ними мы разберемся, что происходит.

Мы сели в седла и без лишнего шума покинули территорию дворца через задние ворота, которые Томас заранее приказал открыть.

Весь день прошел в бешеном темпе. Мы скакали по лесной дороге, изредка сбавляя шаг, чтобы дать лошадям перевести дух. Деревья мелькали сплошной зеленой стеной. К полудню Томас поднял руку, призывая отряд замедлить ход у ручья.

— Небольшой привал, — скомандовал он. — Лошадям нужно попить.

Один из молодых воинов, высокий парень по имени Грей, быстро спешился и протянул мне флягу с чистой водой и сверток с вяленым мясом и хлебом.

— Перекусите, принцесса, — произнес он, осматривая кусты. — До темноты остановок больше не будет.

Я приняла еду, устроившись на поваленном стволе у кромки воды. Мы наскоро поели в полном молчании, вслушиваясь в шорохи леса. Нервное напряжение не отпускало, но физическая усталость от долгой езды помогала заглушить лишние мысли. Через пятнадцать минут мы снова были в седлах.

Ближе к вечеру, когда тени от деревьев стали длинными, впереди на тракте послышался лай собак и голоса.

— Впереди охотники, — не оборачиваясь, предупредил Томас. — Катария, накинь капюшон пониже.

— Держитесь сзади нас, принцесса, и не поднимайте головы, — добавил второй молодой гвардеец, выдвигая своего коня чуть вперед, чтобы закрыть меня.

Я послушно стянула плотную ткань плаща на лицо, полностью скрывая волосы и глаза. Мы проехали мимо четверых мужчин с луками и собаками. Охотники лишь вежливо поклонились вооруженным гвардейцам, решив, что это обычный патруль, и не стали всматриваться в мой силуэт.

Сумерки окончательно сгустились, когда тракт вывел нас к небольшому пограничному поселению. По центру у дороги высилось двухэтажное каменное здание с тускло горящими окнами.

— Это постоялый двор, — Томас осадил коня у коновязи. — На сегодня хватит. Мы остановимся здесь.

Страж сам зашел внутрь и договорился с хозяином. Мне сняли отдельную чистую комнату на втором этаже, в самом конце коридора. Комната Томаса находилась прямо за стенкой, а трое молодых воинов остались дежурить внизу, в общем зале у входа.

Томас проводил меня до дверей покоев, держа в руке масляную лампу.

— Отдыхай, Катария, — сказал он, передавая мне ключ. — Завтра выезжаем на рассвете. К вечеру мы уже будем в деревне.

— Спасибо, Томас, — ответила я, забирая ключ.

Я зашла в комнату, заперла дверь и без сил опустилась на жесткую деревянную кровать, даже не снимая плаща. Тело ломило от непривычно долгой скачки, но я понимала: половина пути осталась позади, и отступать теперь некуда.

Плохое предчувствие не отпускало. Я никогда не видела вальдарцев — они жили закрыто на своих территориях. Но если эти нападения совершили они, то что им понадобилось на нашей земле? Единственная мысль, которая казалась логичной, — месть. Если Райдер полез к ним, они пришли ответить.

С этими мрачными мыслями я незаметно заснула.

Громкий стук в дверь заставил меня вскочить. Спросонья я не сразу поняла, где нахожусь.

— Катария, пора, — раздался из-за двери приглушенный голос Томаса. — Выезжаем через полчаса.

— Да, Томас, я скоро буду готова, — крикнула я в ответ.

Я подошла к деревянному тазу, который прислуга постоялого двора заранее наполнила водой. Сбросив плащ и одежду, я кое-как обмылась холодной водой, стараясь окончательно проснуться. Затем снова оделась, затянула шнуровку на сапогах, накинула плащ и закрепила походную сумку.

Когда я спустилась на первый этаж, Томас уже ждал меня у подножия лестницы. В общем зале пахло жареным мясом и свежим хлебом. Трое молодых гвардейцев сидели за угловым столом, бдительно поглядывая на немногочисленных посетителей.

— Надо перекусить перед дорогой, — сказал Томас, увлекая меня в обеденную зону.

Нам подали простой крестьянский завтрак: яичницу с крупной солью, кусок запеченного домашнего сыра и плотные лепешки. Хоть я и выросла во дворце, я никогда не была придирчивой к еде, поэтому поела спокойно и с аппетитом.

Пока я допивала травяной отвар, Томас незаметно положил на стол небольшой кинжал в кожаных ножнах с ремешком.

— Не забыла, как им пользоваться? — спросил он.

Я улыбнулась, забирая оружие:

— Томас, ты обучал меня с самого детства и никогда не жалел на тренировках. Конечно, я не забыла.

Я закрепила ремешок кинжала у себя на поясе под плащом.

— Впереди может быть опасно, — хмуро добавил старый страж. — До вечера мы уже доберемся до места.

— Далеко от этой деревни до границы? — спросила я, понизив голос.

— Нет, она совсем рядом.

— Хорошо. Тогда сначала узнаем все подробности у жителей. Если слухи подтвердятся, отправимся прямиком на пограничную заставу. Я заставлю солдат прочесать весь лес.

К нашему столу подошли трое молодых воинов. Томас поднялся, поправляя портупею:

— В дорогу.

Мы вышли на улицу, сели на коней и пустили их в галоп. Тракт становился всё более безлюдным, а деревья подступали к самой обочине. Чем ближе мы подъезжали к границе, тем сильнее менялось поведение лошадей. Кони испуганно прядали ушами и то и дело всхрапывали, прижимаясь к центру дороги.

Примерно за час до прибытия в село Томас резко поднял руку, призывая отряд остановиться. Мы спешились у крутого глинистого склона, где тропа уходила вглубь лесной чащи. На влажной земле отчетливо виднелись глубокие борозды.

Я подошла ближе и опустилась на корточки. Моё сердце пропустило удар. На грязи отпечатались огромные следы когтей. Они были колоссального размера — ни один обычный лесной волк не мог оставить такую отметину.

— Значит, все те слухи, что дошли до столицы — правда, — глухо произнес Томас, разглядывая землю.

Я прошла чуть дальше вдоль кустов и приподняла подол плаща:

— Смотри, Томас. Их здесь много. Это была целая стая.

Томас изменился в лице. Он выпрямился и схватил меня за плечо, увлекая назад к лошадям:

— Уходим отсюда. Быстро!

Гвардейцы тут же перестроились, беря меня в плотное кольцо. Мы вскочили в седла и на бешеной скорости помчались дальше по тракту, еще внимательнее вглядываясь в лесную глушь.

Вскоре впереди между деревьями наконец показалась окраина нужной нам деревни.

Она оказалась совсем небольшой — всего пара улиц, мало домов и несколько лавок. Всё вокруг было намертво закрыто, а само поселение выглядело вымершим. Вечер еще даже не начался, солнце стояло высоко, ведь благодаря бешеной скачке мы добрались намного быстрее, чем рассчитывали.

— Где все? — тихо спросила я, озираясь по сторонам.

Мы слезли с лошадей. Оставив животных под присмотром одного из гвардейцев, мы с Томасом и остальными бойцами прошли вперед к первым домам. Окна везде были наглухо заколочены досками.

— Они прячутся, — ответил Томас.

Я подошла к ближайшей избе и постучала в дверь. В ответ тишина. Томас шагнул вперед, с силой ударил кулаком по стене и громко приказал:

— Открывайте! Королевская гвардия!

За дверью сразу послышались торопливые шаги. Защелка щелкнула, и створка приоткрылась. На пороге стоял бледный мужчина, а за его спиной в темноте коридора жалась напуганная женщина с двумя детьми.

— Мы прибыли, чтобы расследовать нападения хищников, — четко, по-военному доложил Томас. — Нам нужны подробности.

— Наконец-то… — выдохнул крестьянин, и на его лице проступило облегчение. — Хоть какая-то помощь от короля! Заходите.

Мы зашли внутрь. Мужчина запер замок и повернулся к нам.

— Расскажи всё, что произошло, — потребовал Томас.

История жителя повергла нас в шок. Пару дней назад, как только стемнело, на деревню налетели чудовища. Они были огромными, покрытыми слизью, со страшными когтистыми лапами и пастями, полными острых зубов. Твари крушили всё на своем пути, нападали на каждого, кто не успел скрыться, и на улицах устроили настоящий ад.

— Сколько их было? — быстро спросила я, с трудом сохраняя самообладание.

— В саму деревню ворвались пять тварей, — ответил мужчина, сжимая кулаки от бессилия. — Но из леса доносились новые звуки. Там выла и рычала целая стая.

— Как вам удалось отбиться от них? — нахмурился Томас.

— Нас спасли только прочные дома и глубокие погреба, — крестьянин покачал головой. — Мы быстро поняли, что с такими монстрами нам с обычными вилами не справиться. Мы забаррикадировались. С тех пор никто не выходит на улицу. Но припасы уже заканчиваются, людям страшно.

— Вы отправляли гонцов на пограничную заставу? Вы просили о помощи военных? — жестко спросил Томас.

— Конечно! — выкрикнул мужчина. — Двое наших парней чудом добежали до гарнизона. Но командиры заставы им просто не поверили! Сказали, что у страха глаза велики, и это обычные лесные волки!

Злость огненной волной обожгла меня изнутри.

— Томас, надо ехать на заставу прямо сейчас, пока не начало темнеть, — твердо сказала я, поворачиваясь к стражу.

— Мы приведем помощь, — пообещал Томас хозяину дома.

— Спасибо вам… — прошептал крестьянин.

— Спасибо, — тихо повторила женщина из темноты угла. — Еще пара дней, и наши дети начнут голодать.

Мне стало жаль этих несчастных людей. Но я знала, что как законная наследница Торендо заставлю пограничников подчиниться моему слову. Мы вышли из дома, вскочили в седла и на полной скорости помчались в сторону военной заставы, поднимая тучи пыли.

Лошади тяжело хрипели, выкладываясь из последних сил. Деревья вокруг становились гуще, а тракт сузился, превращаясь в неприметный каменистый проход. Эта застава не была основной границей, где дежурили сотни солдат. Здесь рубеж Торендо и Астериса разделял узкий природный коридор, зажатый между отвесными скалами и густым лесом.

Томас указал плетью вперед, сквозь ветви деревьев:

— Катария, мы почти на месте! Застава за этим леском!

— Сколько там солдат? — прокричала я, перекрикивая топот копыт.

— Пару десятков. Достаточно, чтобы прочесать окрестности! — ответил Томас.

Договорить он не успел. Из чащи справа раздался пронзительный рев. Звук был настолько жутким и неестественным, что наши кони мгновенно сошли с ума. Моя кобыла заржала, взвилась на дыбы и сбросила меня из седла.

Я с размаху полетела на землю. Удар о траву и корни деревьев вышел болезненным, из легких разом выбило воздух. В глазах потемнело.

— Катария! — Томас уже был рядом. Он уцепился за мою руку, рывком поднимая на ноги. — Бежим! Живо!

Мы бросились вперед, продираясь сквозь колючие кусты. Я инстинктивно обернулась назад. Трое наших гвардейцев бежали следом, на ходу выхватывая мечи. В этот момент из темноты деревьев вылетела уродливая, покрытая слизью тварь. Она в один прыжок настигла солдата, сбила его с ног и вонзила клыки в горло. Фонтан крови брызнул на пожухлые листья. Парень даже не успел вскрикнуть. Монстр с хрустом перекусил ему шею, загрызая насмерть.

— Нет! — истошно закричала я, цепенея от ужаса.

— Не смотри! Беги, Катария! — заорал Томас, увлекая меня за собой.

Позади, со всех сторон леса, нарастал яростный рев. За нами шла целая стая. Мы бежали изо всех сил и вылетели из лесной чащи на открытое пространство заставы.

Солдаты Торендо вели себя абсолютно расслабленно. Кто-то лениво сидел у костра, двое солдат чистили доспехи у шатров, мечи лежали в стороне.

— Оружие к бою! — во всю глотку заорал Томас, врываясь в лагерь. — Живо!

Воины недоуменно повскакивали со своих мест. Мой капюшон давно слетел во время бега, и один из командиров, рослый мужчина, мгновенно узнал меня.

— Принцесса? — Его глаза округлились, и он склонил голову..

Лесную чащу позади нас снова разорвал дикий рык. Солдаты замерли, испуганно уставившись на темную стену деревьев.

— Какого черта там происходит? — выговорил командир.

— К оружию, идиоты! К нам прет стая монстров! — рявкнул Томас, выставляя меч вперед. Он развернулся ко мне и толкнул назад: — Катария, за мою спину!

Из леса лавиной повалили твари. Их было слишком много. Огромные, искаженные, с капающей из пастей пеной.

— Что за нахрен?! — в чистом шоке закричал один из пограничников, не веря собственным глазам.

Началось кровавое месиво. Я отбежала назад, судорожно выхватывая из-под плаща кинжал. Твари лезли из чащи непрерывным потоком, наваливаясь на солдат Торендо. Пограничники отчаянно рубили монстров клинками, но монстры с легкостью пробивали латы когтями. Воздух наполнился криками боли и запахом крови. Я видела, как один из гвардейцев, ехавших со мной, упал, растерзанный сразу двумя хищниками. Силы были неравны, войско стремительно несло потери. Мы проигрывали эту битву.

— Катария, беги! — тяжело дыша, прокричал Томас, отбиваясь от нападающей твари. — Уходи!

Я огляделась по сторонам, но прохода не было. Впереди кипел кровавый бой, а боковые скалы наглухо блокировали лагерь. Единственный открытый путь вел дальше — через узкий коридор заставы прямо на территорию Астериса.

— Томас, там Астерис! — крикнула я в панике.

— Беги! Другого выхода нет! — заорал он, уворачиваясь от очередных клыков.

Я повернулась к нему, чувствуя, как слезы застилают глаза:

— Томас…

Договорить я не успела. Еще одна тварь рванулась из темноты прямо на меня, широко раскрывая пасть. Томас среагировал мгновенно. Он налетел на монстра сзади, вонзая меч ему в лопатку.

Томас из последних сил удерживал разъяренное чудовище и истошно закричал мне:

— БЕГИ!!!!!

Я развернулась и бросилась бежать. В ушах звенел крик Томаса, а ноги сами несли меня прочь от окровавленной площадки. Я рванулась сквозь густые колючие кусты, ветки царапали лицо и рвали плащ.

В одно мгновение я вылетела на открытое пространство и затормозила. Прямо на меня повернулись несколько десятков вооруженных мужчин. Астерийцы. Я увидела их узоры на шеях и руках. У некоторых из них глаза были непривычного цвета, а на лицах застыло суровое выражение. Они подняли на меня мечи, молча разглядывая и не понимая, какого хрена человеческая девчонка делает на их стороне заставы.

Вдруг за моей спиной раздался рык.

Я обернулась. Из кустов, брызгая слизью, выскочил огромный монстр. Страх вымел из головы все мысли — я просто рванулась вперед, ища спасения у тех, кто секунду назад держал меня на прицеле.

Астерийцы тут же перестали смотреть на меня. Их взгляды переместились на чудовище. Следом из чащи вылетели еще несколько тварей, оглашая ущелье диким ревом. Солдаты бросились в атаку, принимая удар стаи на себя.

Пока вокруг кипел бой, я метнулась в бок. Нужно было спрятаться, переждать резню, а потом тихо вылезти и вернуться на свою землю. Оставаться здесь, среди астерийской гвардии, было слишком опасно.

Я нырнула в ближайшие заросли, продираясь вглубь леса. Ветки цеплялись за плащ, дергали назад и мешали бежать. Я сорвала его с плеч и бросила прямо в кустах, не собираясь терять из-за него время.

Наконец, задыхаясь, я попыталась выбраться с другой стороны зарослей, но с размаху врезалась в кого-то жесткого. От сильного удара я потеряла равновесие и начала падать назад.

Чья-то сильная рука перехватила меня за шею. Он даже не нагнулся, просто удерживал меня одной хваткой на весу. Пальцы больно впились в кожу, мешая нормально вдохнуть. Я оказалась в полулежачем состоянии — если бы он сейчас отпустил меня, я бы рухнула спиной на землю.

Я подняла взгляд на своего пленителя — и внутри все оборвалось. Только не эти глаза. Только не он. Черный взгляд впился в мое лицо. Он несколько секунд молча смотрел на меня, будто сам не верил, кого только что поймал посреди собственного леса, а затем чуть сильнее сжал пальцы на моей шее и потянул меня ближе к себе.

— Катария, — произнес он. — Дай мне хоть одну причину не свернуть тебе шею.

Я втянула воздух, собираясь ответить, но прямо за моей спиной раздался рык.

Мужчина оторвал взгляд от моего лица и посмотрел поверх моей головы. Выражение его лица мгновенно изменилось. Он ослабил хватку на моей шее, перехватил меня второй рукой за талию и рывком поставил на ноги. Не дав мне опомниться, развернул и одним движением задвинул себе за спину, заслоняя собственным телом.

Он выхватил клинок. Тени вокруг его сапог ожили и рванулись вверх, обвивая его ноги и руки. Один из монстров с разинутой пастью в яростном прыжке бросился прямо на него.

Мужчина встретил удар в лоб. Он двигался с пугающей скоростью, круша тварь мечом и направленными ударами темной магии. Тени метались вокруг него, длинными плетьми впиваясь в плоть чудовища и ломая кости. Я оцепенела, глядя на эту бойню. Пальцы крепче сжали рукоять кинжала. Я хотела помочь, но быстро поняла, что он прекрасно справится и без меня. А мне здесь делать было нечего. Появился шанс унести ноги, пока он занят.

Я бросила быстрый взгляд на лес. Густые заросли были совсем рядом — если успею добежать до них, смогу скрыться.

— Даже не думай, — ледяным голосом произнес он за моей спиной.

Я замерла, испуганно оглянувшись. За его спиной распахнулись огромные темные крылья. Черные перья взметнули воздух, а тени у его ног рванулись вверх, обвивая тело плотной дымкой. Он ушел от когтистой лапы очередной твари и одним движением полоснул ее клинком по боку.

На мгновение я просто застыла, не в силах отвести взгляд.

Я сделала осторожный шаг назад, сокращая дистанцию к деревьям.

— Я сказал — стоять! — рявкнул он, не оборачиваясь и точным ударом снося твари голову.

— Командуй своими людьми! — выкрикнула я и со всех сил сорвалась на бег, исчезая в темной лесной глуши.

— ТЕБЕ НЕ СБЕЖАТЬ ОТ МЕНЯ, КАТАРИЯ! — прозвучал за спиной его яростный, жесткий голос. — ЭТО МОЯ ЗЕМЛЯ!

Эти слова хлестнули по нервам. Сердце болезненно забилось в самом горле. Осознание того, что этот монстр не шутит, вымело из головы последние остатки сомнений.

Я припустила еще быстрее, не разбирая дороги. Ветки деревьев с силой били по лицу, но я не сбавляла темп ни на секунду. Ноги увязали во влажном мху, легкие горели от нехватки воздуха, а перед глазами плыли темные пятна. Я должна была во что бы то ни стало прорваться обратно к нашему коридору, к Томасу, к своей границе. Если правитель Астериса настигнет меня в этой глуши, живой мне отсюда уже не выбраться.

Глава 4

Я бежала сквозь лесную чащу, почти не разбирая дороги. Ветки хлестали по рукам и лицу, цеплялись за волосы, кустарник путался под ногами, и я то и дело сбивалась с шага.

— Твою мать… — выругалась я сквозь зубы, выдергивая волосы из очередной колючей ветки.

Я рванула дальше, не пытаясь больше двигаться тихо или скрываться. В этом уже не было никакого смысла — этот монстр узнал меня.

Я остановилась у толстого ствола дерева, чтобы хоть немного отдышаться. Легкие горели. Я осторожно повернула голову назад, всматриваясь в серый сумрак деревьев. Погони видно не было, но обманчивая тишина пугала еще сильнее. Мысли лихорадочно сменяли друг друга. Теперь мне отсюда не выбраться. Черт. Как пробраться обратно к границе? Дождаться темноты? Астерийцы не дураки, они караулят каждый метр и точно не дадут мне уйти.

В голову пришла мысль попробовать обойти заставу и выйти с другой стороны границы, но там тоже стояла армия Астериса. К тому же я совершенно не знала, в каком направлении нужно идти.

Сил бежать больше не оставалось, поэтому я пошла быстрым шагом. Главное — оторваться как можно дальше от того места, где остался Тардан. Он явно уже отправил своих воинов прочесывать этот квадрат, а что делать дальше, я решу по ходу.

Я шла, бдительно прислушиваясь к каждому шороху. Когда где-то в глубине чащи раздался скрежет, я замерла и выхватила кинжал, прижавшись спиной к дереву. Сердце бешено колотилось, дыхание стало поверхностным и частым. Переждав минуту и убедившись, что звук затих, я двинулась дальше, не выпуская рукоять оружия из пальцев.

Я поймала себя на мысли, что практически ничего не знаю про эти земли. Стычки всегда шли на рубежах, а внутри Астериса могли обитать и другие опасные хищники. Перед глазами снова возникли те уродливые, покрытые слизью монстры. Что, если это действительно были вальдарцы? Но и об их расе в Торендо почти ничерта не знали.

В груди болезненно уколол страх за своего стража. Надеюсь, с Томасом всё в порядке. Многие твари рванулись за мной на земли Астериса, отвлекаясь на чужих солдат. Возможно, пограничники Торендо смогли отбить удар оставшихся монстров и спасти лагерь.

Затем мысли переключились на правителя Астериса. Какого черта сам правитель делал на заставе? То, что он увидел меня на своей земле, — худшее, что вообще могло со мной случиться. В голове шевельнулось пугающее подозрение: а что, если Тардан как-то связан с этими тварями? Что, если они действуют по его воле?

Между деревьями начало стремительно темнеть. Прохладный воздух стал ледяным. Я с ужасом осознала, что у меня нет с собой ни еды, ни капли воды. Нужно было срочно найти хоть какое-то безопасное место, чтобы переждать ночь, но вокруг тянулся лишь чертов бесконечный лес.

Я продиралась сквозь заросли, и вскоре деревья расступились. Передо мной открылась небольшая поляна. В ее центре темнело маленькое лесное озеро, а сразу за ним, в скальной породе, чернел зев пещеры.

Я подошла к каменному входу, крепче сжав рукоять кинжала. Внутри могла таиться любая опасность, но оставаться ночью под открытым небом было еще хуже. Я шагнула под своды. Вокруг мгновенно сгустилась темнота, но далеко впереди, в глубине туннеля, слабо мелькал бледный свет. Возможно, там находился другой выход.

Я двинулась на это свечение, стараясь ступать как можно тише. Внезапно позади раздался шорох. Я обернулась, выставив лезвие перед собой, но в темноте коридора никого не оказалось. Лишь капли воды мерно стучали по камням. Напряжение росло. Я сделала еще несколько шагов вперед, и звук повторился. На этот раз отчетливо послышались шаги.

Я снова развернулась и заметила приближающуюся высокую тень и с криком бросилась на нее.

Всё закончилось в долю секунды. Точным, смазанным движением мою руку перехватили, кинжал вылетел из пальцев и упал где-то в темноте. Меня с силой припечатали спиной к каменной стене пещеры. Воздух с хрипом вырвался из легких. Я попыталась замахнуться свободной рукой, чтобы ударить противника, но мои запястья тут же поймали, подняли над головой и намертво зафиксировали, прижимая к камню.

Свет, пробивавшийся из глубины туннеля, слабо озарил фигуру нападавшего. Мужчина наклонился к моему лицу, и в полумраке опасно блеснули его темные глаза с вертикальными зрачками.

— Ты уже достаточно злоупотребила моим терпением, Катария, — произнес он. — Не испытывай его дальше.

— Отпусти меня! — выкрикнула я, дергаясь в его хватке, но он даже не шелохнулся. Навалившись всем телом, он полностью лишил меня возможности двигаться. По телу прокатилась волна жара от этой пугающей близости.

— Ты сама прыгнула в мои руки, — ответил правитель Астериса. — И теперь станешь идеальным рычагом давления на Торендо.

Я издевательски усмехнулась, прямо встречая его убийственный взгляд:

— Моему брату плевать на меня и на мою судьбу. Ты зря тратишь время.

Тардан наклонился к моему уху. Его дыхание обожгло шею, и по моей коже побежали мурашки. Каждый мускул его тела прижимался к моему. Сердце бешено колотилось о ребра.

— Райдеру может быть и плевать на сестру, — прошептал Тардан прямо мне в ухо. — Но ему точно не плевать на собственное имя.

Я выдохнула. Паника перехватила горло:

— О чем ты говоришь?

Я понимала, к чему он клонит, и больше всего на свете боялась услышать подтверждение. Тардан слегка отстранился. Его взгляд плавно опустился на мои губы, на мгновение задержался там, а затем на его лице появилась издевательская ухмылка. Он снова посмотрел мне в глаза.

— Что скажут о короле, чья сестра стала астерийской подстилкой?

Дыхание окончательно сперло. Воздуха перестало хватать, легкие словно сдавило железными обручами. Мысль о том, что этот безжалостный мужчина может сделать со мной ради своей игры, выжгла всё живое изнутри. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, Тардан чувствует этот бешеный ритм своей грудью. Под его тяжелым, изучающим взором мне стало невыносимо жарко, а колени предательски задрожали.

Правитель Астериса заметил каждую мою реакцию. Его ухмылка стала шире, но взгляд остался холодным.

— Не бойся, — пренебрежительно бросил он, сильнее сжимая мои запястья над головой. — Я не опускаюсь до человеческих женщин.

В его голосе прозвучало такое брезгливое отвращение, словно я была чем-то отвратительным, случайно оказавшимся на его пути.

Тардан разжал пальцы и отпустил мои руки. Я едва удержалась на ногах, потирая затекшие запястья.

— Иди за мной, — скомандовал он и развернулся, направляясь вглубь пещеры.

Я покосилась в сторону темного туннеля, прикидывая шансы на побег. Тардан почувствовал это. Он обернулся, приподнял ладонь, и из его пальцев вырвались тонкие черные нити теней. Я инстинктивно сделала шаг назад, но магия настигла меня. Теневые путы плотно обвились вокруг моей руки, напоминая поводок. Тардан сжал пальцы в кулак и дернул руку на себя. Меня ощутимо рвануло вперед. Я в ярости уставилась на него, мысленно проклиная: «Ублюдок. Я тебе что, домашняя зверушка?»

— Мы останемся на ночь в пещере, — произнес правитель, не обращая внимания на мой взгляд. — Продираться через чащу по темноте слишком опасно.

— Я не горю желанием оставаться с тобой в одном пространстве, — процедила я сквозь зубы.

— Это было не приглашение, — отрезал он, повернулся спиной и потянул поводок за собой.

Я была вынуждена пойти следом.

— Да катись ты к чертям, Тардан, — едва слышно прошептала я ему вслед.

Если бы он хотел меня убить, я бы уже лежала мертвой в лесу. Я нужна ему живой, чтобы выставить Райдеру условия. Я усмехнулась. Брат и пальцем не пошевелит ради моего спасения. Хотя… Конрад точно будет в бешенстве. Райдер слишком сильно ненавидит астерийцев, поэтому на любые требования Тардана ответит отказом и пошлет Конрада к черту. Но у Конрада есть армия. Возможно, мой женишок захочет лично спасти свою принцессу? От этой абсурдной мысли я не сдержалась и тихо фыркнула.

Тардан обернулся и посмотрел на меня как на сумасшедшую, но ничего не сказал и продолжил путь.

Вскоре туннель вывел нас в просторный скальный зал. Здесь под ногами росла мягкая трава, а по стенам грота были рассыпаны гроздья мелких светлых минералов. Именно эти кристаллы излучали бледное свечение, из-за которого внутри было светло, несмотря на наступивший вечер.

Я оглядела это странное место, а затем перевела взгляд на Тардана. Он остановился в центре зала, повернулся ко мне и принялся молча буравить меня своими глазами. Провести всю ночь наедине с самым опасным человеком во всем Венерионе — как я вообще умудрилась так вляпаться?

— Располагайся, — бездушно бросил он, разжимая кулак. Теневая удавка на моей руке тут же растаяла.

— Надо же, какой ты любезный, — с издевкой ответила я.

Тардан опустил руки в карманы брюк. Я окинула взглядом его фигуру, заметив, что рубашка в нескольких местах разорвана когтями чудовищ. Кожа под ней была цела.

Он поймал мой изучающий взор.

— Если будешь продолжать так смотреть, я решу, что ты рада нашей встрече, — произнес он.

— Не обольщайся, — я вскинула подбородок. — Ты последний мужчина во всем Венерионе, с кем я хотела бы оказаться в одном пространстве.

Тардан вскинул голову, оценивая мою дерзость, но промолчал. Теневой поводок на моей руке окончательно растаял, растворившись в воздухе. Пользуясь свободой, я отошла в самый дальний угол зала и опустилась прямо на траву. Спиной я прижалась к шершавому каменному выступу.

— Ты так уверен, что ночью я не воспользуюсь шансом и не сбегу, пока ты спишь? — спросила я, вызывающе глядя на него снизу вверх.

Тардан тяжело вздохнул, словно перед ним сидел капризный ребенок, которого утомительно слушать. Он лениво повернулся к узкому проходу коридора и просто поднял ладонь вперед. Черные тени от светящихся кристаллов ожили. Они плотным щитом сорвались со стен и за секунду наглухо замуровали единственный выход из грота, превратив его в сплошную стену непроглядного мрака.

Я хмыкнула, пряча за этой ухмылкой подступивший страх:

— Так сильно боишься лишиться своего рычага?

— Я не хочу собирать остатки твоего тела на моей земле, — ответил Тардан, проходя к противоположной стене пещеры.

Я понимала, что сбежать теперь точно не получится. Ночь придется провести здесь, а завтра, возможно, подвернется удобный случай. Но пока я была заперта в гроте, я обязана разузнать всё, что смогу.

— Что за монстры были на границе? — спросила я, прямо глядя на него.

— Тебя это не касается, — ответил Тардан.

— Они напали на моих людей и на меня, — я подалась вперед. — Так что это касается меня напрямую.

Он устроился на полу, поджав одну ногу под себя, а затылком откинулся назад, уперевшись в стену. Его лицо оказалось чуть приподнято, а тяжелый, пронзительный взгляд опустился на меня сверху вниз — так смотрят хищники, уверенные в своем превосходстве, изучающе и опасно. Одну руку он небрежно опустил на колено, но это спокойствие было обманчивым: его пальцы то сжимались в плотный кулак, так что белели суставы, то снова расслаблялись.

— Я сам разберусь с этим, — обронил правитель Астериса.

Я раздраженно фыркнула:

— Это проблема не только Астериса. Твари были и на нашей земле.

— Я сказал — это не твои проблемы! — рыкнул он, и в его голосе проступила пугающая угроза.

Райдер вел себя точно так же. Раз я женщина, значит, не должна вмешиваться в государственные дела, даже если являюсь законной наследницей Торендо. Я подалась корпусом вперед:

— Твари напали на мою землю, так что не смей решать за меня, что меня касается, а что нет!

Он не шевельнулся, продолжая сидеть с откинутой к стене головой и глядя на меня из-под опущенных ресниц, но его кулак на колене замер. Воздух вокруг стал тяжелым, давящим, мешая дышать.

— Катария… — произнес он.

Прямо от его фигуры по полу во все стороны рванули тени. Но, не успев добраться до меня, они резко отпрянули и втянулись обратно в его тень. Тардан шумно выдохнул.

Он повернул голову к замурованному проходу, пристально всматриваясь в темноту. Я тоже повернулась, не понимая, что именно он там услышал в тишине грота.

Мужчина поднял руку и одним движением убрал теневую защиту со входа. Плотный мрак рассеялся. Сквозь открывшийся туннель в зал уверенным шагом зашел высокий астериец. В его правой ладони с треском крутилось густое сплетение искрящихся синих молний.

— Тардан, ты нашел самое ужасное место, чтобы сбежать от проблем, — раздался его насмешливый голос.

Новоприбывший погасил искры в руке, повернул голову в мою сторону и замер, заметив меня в углу. Я всматривалась в его лицо: темно-синие глаза, а на висках и шее отчетливо проступали плотные витиеватые рисунки такого же глубокого синего оттенка. Он склонил голову набок и едва заметно усмехнулся:

— Но компания что надо.

Тардан поднялся с пола.

— Азриан, я жду отчета, — ровно произнес он.

Новоприбывший лениво перевел взгляд на правителя и хмыкнул:

— Я вообще-то искал тебя по всему лесу, переживал. Даже лошадь для тебя прихватил, а в ответ — никакой благодарности.

Тардан опустил руки в карманы брюк, и в его голосе проступила сталь:

— Азриан, к делу.

Синеглазый перестал шутить. На его лице появилось серьезное выражение.

— На границе сейчас тихо, — доложил он.

— Где твари? — спросил Тардан.

— Половину мы убили, вторая половина сбежала обратно в чащу.

— Разберемся, — Тардан коротко кивнул.

— Но… есть еще проблемы, — Азриан хмуро опустил руку.

— Что, черт возьми, еще стряслось? — нахмурился правитель.

— Мы поймали одного. Точнее… я задел мечом одну из тварей, и она прямо на моих глазах превратилась в человека.

— Вальдарцы? — жестко спросил Тардан.

Я сидела в своем углу, затаив дыхание и слушая разговор. Сердце пропустило удар. Значит, подозрения подтвердились. Вальдарцы окончательно сошли с ума, раз решились одновременно напасть и на земли Торендо, и на территории Астериса.

— Нет, это не вальдарцы, — Азриан повернул голову и посмотрел на меня.

Тардан перевел свой тяжелый взгляд на мой угол. Я замерла, совершенно не понимая, что происходит и почему они оба так смотрят на меня.

— В лагере разберемся, — оборвал молчание Тардан. Он развернулся к выходу из грота и бросил через плечо: — Катария, за мной.

Злость вскипела от его приказного тона, но выбора не было. Я поднялась с травы. Когда я проходила мимо Азриана, он нагло улыбнулся мне. Я отвернулась, не удостоив его ответом. В его ладони снова зажглись синие искры. Он пристроился позади, освещая нам путь.

Мы быстро миновали извилистый скальный коридор, в котором благодаря силе Азриана было светло как днем, и вышли из пещеры наружу. Ночной лес утопал в ледяной прохладе и глухой темноте. У входа в грот стояли две оседланные лошади.

Я растерянно оглядела чащу. Как мы собираемся добираться до их военного лагеря по этой кромешной тьме?

— Едешь со мной, — Тардан подошел к ближайшему крупному жеребцу.

Я фальшиво улыбнулась, изображая покорность, и сделала шаг к нему:

— Как скажешь.

Тардан развернулся, сокращая между нами расстояние, наклонился к моему лицу и тихо процедил прямо в губы:

— Даже не думай играть со мной, Катария.

Прежде чем я успела возмутиться, его сильные руки жестко обхватили меня за талию. Одным движением он легко приподнял мое тело и закинул меня на спину лошади. Переведя дыхание от неожиданности, я поспешно перекинула ноги на одну сторону, устраиваясь поудобнее. Тардан запрыгнул сзади. Его тело прижалось к моей спине, полностью лишая меня личного пространства. От этой пугающей близости я напряглась до предела.

— Азриан, — скомандовал правитель, перехватывая поводья.

Азриан, который уже успел вскочить на своего коня, уверенно выехал вперед, возглавляя наш скромный отряд.

Поездка через ночную чащу оказалась не такой мрачной, как я ожидала. Азриан пустил далеко вперед несколько блуждающих огней. Темно-синие сгустки плыли между деревьями, освещая узкую тропу холодным рассеянным светом.

Я вздохнула, завороженно наблюдая, как синие огни скользят между деревьями и ложатся холодными отблесками на листья. На секунду я даже забыла, что нахожусь в плену у злейшего врага своего брата.

Я замерла, когда почувствовала, как Тардан плотнее прижался к моей спине. Мужчина подался чуть вперед, чтобы удобнее перехватить поводья, и я оказалась заперта в тесном кольце его рук. Его дыхание коснулось моей макушки, а бедро зафиксировало мою ногу. Меня словно ледяной водой окатило. Эта близость давила, не давая даже вздохнуть нормально. Мне оставалось только стиснуть зубы, выгнуться вперед, упереться ладонями в луку седла и терпеть эту поездку, стараясь лишний раз не шевелиться.

— Ты так усердно пытаешься держать дистанцию, что сама вжимаешься в меня бедрами, — раздался над головой его низкий, издевательский голос. — Успокойся и сядь прямо, пока я не заставил тебя пожалеть об этом упрямстве.

Слова Тардана ударили как пощечина. Я замерла, и до меня не сразу дошел смысл его фразы. Но стоило осознать положение собственного тела — то, как сильно я выгнулась вперед, буквально втискиваясь бедрами в его пах, — как к лицу хлынула волна жара.

Стиснув зубы, я резко откинулась назад и сама плотно прижалась спиной к его груди, прекращая это позорное выгибание. Тардан наклонился к самому моему уху и жестко произнес:

— Наигралась? Теперь сиди смирно.

Я не повернула головы, но ответила так же тихо и зло:

— Не надейся, что я смирилась.

В ответ Тардан лишь сильнее прижал меня к своему телу, фиксируя поводьями и не оставляя шанса отстраниться. Я молча терпела, прекрасно понимая, что он делает это специально.

Блуждающие синие огни Азриана продолжали беззвучно лететь над нашими головами, заливая тропу призрачным светом. Кони уверенно шли сквозь ночную лесную чащу. Я замерла и больше не двигалась до самого конца пути, пока впереди между деревьями не показались первые факелы военного лагеря Астериса.

Глава 5

Тардан натянул поводья, останавливая коня посреди лагеря. Он легко соскочил на землю и сразу отошел в сторону, даже не взглянув на меня. Я осталась в седле. Проводив его взглядом, я мимо воли отметила, как уверенно он двигался. Меч за спиной, разорванная когтями темная рубашка и брюки — даже в этой глуши он выглядел так, словно находился в своем дворе в Астерисе, а не на поле боя.

Я аккуратно слезла с лошади, стараясь не зацепиться штаниной за стремя. В этот момент Азриан тоже спешился. Впереди, в свете факелов, я увидела астерийских воинов. Они выстроились плотным кольцом вокруг чего-то в центре лагеря.

Азриан нагло улыбнулся и поднял руку. На его ладонях и пальцах появились искрящиеся синие молнии. Они с треском шли по коже, переплетаясь у самых запястий.

— Наконец-то я повеселюсь, — протянул он, разминая плечи.

— Сперва я его допрошу, — ровно осадил его Тардан, направляясь к шеренге бойцов.

Я шла за ними шаг в шаг, совершенно не понимая, что происходит. О каком пленнике они говорили в пещере?

Астерийцы расступились, пропуская своего правителя и Азриана вперед. Я протиснулась следом, бросила взгляд на землю, и весь мир вокруг меня рухнул.

В самом центре кольца на коленях сидел Томас. Мой верный страж был закован в тяжелые железные цепи. Его одежда была разорвана в клочья, на теле виднелись багровые ссадины, а голова была бессильно опущена. Сердце разорвалось на части от этой картины.

— Томас! — сорвался с моих губ полный ужаса крик.

Я не успела сделать и двух шагов, как Тардан перехватил мое запястье, намертво удерживая на месте.

— Отпусти! Отпусти меня! — истошно закричала я, в ярости пытаясь вырвать руку. — Вы ублюдки! Что вы с ним сделали?!

Я отчаянно брыкалась, переводя безумный, полный ненависти взгляд с цепей Томаса на спокойное лицо правителя Астериса.

Тардан подтянул меня к себе, обжигая лицо своим тяжелым взглядом:

— Я предупреждал тебя не испытывать мое терпение.

Он перехватил мое плечо второй рукой и с силой откинул назад. Я покачнулась, врезалась спиной в кого-то из воинов, и меня зафиксировали чужие руки.

— Кейд, держи её, — грубо бросил правитель, даже не оборачиваясь.

Я в ярости попыталась вырваться, дергая плечами, и наполовину развернулась к своему новому пленителю. Передо мной стоял рослый мужчина. У него были русые волосы и холодные, болотного оттенка глаза. Стоило мне снова рвануться, как его пальцы сжались на моих предплечьях еще крепче, начисто лишая возможности двигаться.

— Даже не пытайся, девчонка, — процедил он сквозь зубы.

Тардан тем временем подошел к скованному пленнику. Я перестала бороться с Кейдом, уставившись на цепи.

— Томас… что они с тобой сделали? — прошептала я.

Мой страж с трудом приподнял голову. Его лицо осунулось, а в уставших глазах читалась боль.

— Катария, не подходи, — хрипло выговорил он.

Одинокая слеза покатилась по моей щеке. Азриан тоже подошел ближе к цепям, поигрывая искрами молний на пальцах, и мне стало по-настоящему страшно за жизнь единственного близкого человека.

— Пожалуйста, не трогайте его, — взмолилась я, глядя в спину правителя.

Тардан остановился в шаге от Томаса и проигнорировал мою просьбу. Он посмотрел на раненого мужчину сверху вниз:

— Рассказывай.

Томас вздохнул и поднял на него глаза.

— Я дрался с одной из этих тварей в лесу, — глухо заговорил страж. — Она успела укусить меня за руку. Укус был небольшой, совсем неглубокий. Я сразу же добил монстра. Но через какое-то время по всему телу прошлась невыносимая боль… а дальше я ничего не помню.

— Что было потом? — потребовал Тардан.

— Помню только, как очнулся уже здесь, на цепях, — Томас бессильно звякнул железом.

Я растерянно переводила взгляд с одного астерийца на другого, совершенно не понимая, что всё это значит. Какая боль? Почему он ничего не помнит?

— Что происходит? — спросила я.

Я попыталась дернуться вперед, но Кейд в ответ сильнее сжал мои плечи, вдавливая пальцы в кожу.

Тардан обернулся ко мне, и на его лице проступила жесткая ухмылка:

— Твой страж чуть не убил моих солдат, находясь в звериной сущности.

Дыхание перехватило, а в голове воцарился полный хаос. В звериной сущности? Этого просто не могло быть. Томас — человек. Он родился в Торендо, вырос среди людей и преданно служил нашей семье всю жизнь. Как обычный человек после укуса хищника мог переродиться и обратиться в монстра?

— Этого не может быть, — выдохнула я. — Значит, эти твари — вальдарцы? И из-за них Томас превратился в монстра?

Тардан холодно посмотрел на меня:

— Укус вальдарцев не меняет сущность. Ни людей, ни астерийцев.

— Что за чудовища тогда напали на нас? Я ничего не понимаю, — растерянно сказала я.

— Это я и пытаюсь выяснить, — обронил Тардан.

Он повернулся обратно к Томасу, пристально вглядываясь в его лицо. Этот взгляд не предвещал ничего хорошего.

— Не трогай его! — закричала я, снова дергаясь в схватке Кейда.

Тардан проигнорировал мой крик. Он лишь коротко кивнул Азриану.

Синеглазый понимающе усмехнулся и выставил ладони по обе стороны от себя. Плотные синие разряды сорвались с его пальцев и с ходу ударили прямо в тело Томаса.

Мой страж истошно закричал от боли. Его тело забилось в тяжелых, сильных конвульсиях, и он повалился с колен прямо на землю. Железные цепи зловеще загремели. Азриан не останавливался, продолжая вливать в него потоки своей искрящейся силы.

— Нет! Не трогайте его! Прекратите! — заорала я, а по щекам градом покатились слезы. Мне было больно смотреть на мучения близкого человека. — Что вы делаете?! Вы такие же монстры! Вы такие же твари, ничем не лучше!

Я отчаянно вырывалась, кусала губы до крови и пыталась пнуть Кейда, но он держал меня крепко, полностью лишая возможности сдвинуться с места.

В этот момент по поляне разнесся отчетливый хруст ломающихся костей. Я перестала вырываться, оцепенев.

Прямо на моих глазах тело Томаса начало жутко выкручивать. Его суставы неестественно выгибались, ломаясь и перестраиваясь под кожей. Человеческие пальцы удлинились, превращаясь в огромные когтистые лапы, а позвоночник дугой выгнулся вверх. Сквозь разорванную ткань одежды пробились серые бугры искаженных мышц. Лицо Томаса удлинилось, челюсть с треском выдвинулась вперед, обнажая ряды острых клыков. Вместо моего стража на траве теперь сидел уродливый монстр, покрытый слизью.

Я замерла, не в силах оторвать взгляд от этого кошмара. Разум полностью отказался принимать увиденное.

Тардан и Азриан сделали несколько шагов назад, увеличивая дистанцию. Зверь яростно забился в цепях. Железо натянулось до звона. Тварь безумно скалила зубы, брызгая пеной, и с диким рыком пыталась броситься вперед, стремясь добраться до них.

Тардан спокойно наблюдал за беснующимся чудовищем.

— Эти монстры неразумны, — ровно произнес он, не обращаясь к Азриану.

— С чего ты взял? — спросил Азриан, гася искры на ладонях.

— Вальдарцы в звериной сущности сохраняют разум, — ответил Тардан. — Они всё понимают, контролируют свои инстинкты и действуют как мы. А этот готов перегрызть нам глотки без разбора. Все твари, что напали на нас в лесу, действовали как обычные хищники. Им нужна только добыча.

Азриан пристально посмотрел на бьющегося на цепях монстра. Тварь действительно не выказывала никаких признаков человеческого сознания, подчиняясь лишь слепой ярости.

— Что мы будем с ним делать? — спросил он.

— Убей его, — бездушно приказал Тардан.

— Нет! — закричала я, с новой силой бросаясь вперед. — Не трогайте его! Пожалуйста! Он же только что был человеком, он еще может вернуться в свое обличие!

Тардан обернулся ко мне, и его взгляд заставил меня содрогнуться:

— На моей земле мне не нужны бешеные твари, Катария. Тем более те, которые способны заражать укусом других.

Кейд держал меня крепко, вдавливая пальцы в мои плечи. Слезы душили меня, но я продолжала отчаянно биться в его руках, выкрикивая прямо в лицо правителю:

— Мы найдем выход! Пожалуйста! Мы выясним, как разрушить это чертово проклятие!

— Кейд, уведи её, — скомандовал Тардан.

— Нет, нет! — выкрикнула я.

— Куда её? — спросил Кейд.

— Запри в моем шатре и выставь охрану.

Кейд кивнул, обхватил меня за талию, сминая ребра, и поволок прочь от поляны. Слезы сорвались с моих глаз, застилая всё вокруг. Я начала брыкаться, пытаясь зацепиться сапогами за землю.

— Пожалуйста, не делай этого! Ублюдки! Не трогайте его! — кричала я, срывая голос.

Астерийцы вокруг молча провожали меня холодными взглядами. Им было абсолютно плевать на человеческую жизнь. Я продолжала бороться и вырывать руки, но Кейд держал меня жестко.

Тардан всё это время смотрел на меня.

— Азриан, выруби его, — приказал он.

Синие разряды сорвались с пальцев Азриана. Тварь яростно зарычала, забилась в цепях, но вспышки магии начали проходить по всему звериному телу, входя прямо под кожу. Монстр брыкался и хрипел, пока разряды впитывались в его плоть. Чудовище издало утробный звук и рухнуло на землю.

Тардан посмотрел на меня и отчеканил через всю поляну:

— Если он не обратится обратно, я убью его. И никакие твои слезы не помогут.

Кейд поволок меня дальше к палаткам. Я выдохнула. Главное, что Томас пока был жив.

Он затащил меня в шатер и толкнул на кровать. Я упала на покрывало, тяжело дыша. Он окинул меня взглядом:

— Я принесу тебе что-нибудь поесть.

Я злобно посмотрела на него. Кейд усмехнулся и вышел, задернув полог. Снаружи сразу раздался его приказ дежурным стражникам не выпускать меня.

Я поднялась и осмотрелась. Внутри всё выглядело как полноценная комната, а не временная палатка. Здесь было всё. Помещение разделяли плотные перегородки, за ширмой угадывалось место для умывания. Неподалеку высился шкаф.

Я подошла к нему и распахнула створки. Внутри висели рубашки, брюки и штаны. Я усмехнулась, понимая, что правитель часто бывает на границах, раз у него здесь свой шатер и одежда.

На подставке у стены лежали мечи. Я приблизилась, тронула пальцем лезвие одного из них, а затем заметила кинжал. Не теряя времени, я спрятала его у себя сзади в штанах, прикрывая рубашкой.

Тардан считает меня беспомощной женщиной, но когда появится возможность, я нанесу удар. Я смогу вытащить Томаса и сбежать на свою сторону границы.

Я надеялась, что Томас обернется обратно и сможет это как-то контролировать. Вальдарцы ведь контролируют свою звериную сущность — оборачиваются, когда захотят, и так же возвращаются обратно. Возможно, и у Томаса это получится, и он сможет продолжить жить нормально. Хотя я понимала, что никакого лекарства от этого нет, да и вряд ли это проклятие. Откуда тогда эти звери взялись, если это не вальдарцы? О такой расе в Торендо никто никогда не слышал.

Кейд вернулся, держа в руках стакан воды и тарелку с едой. По шатру сразу разнесся аппетитный запах сочного горячего мяса и плотной пшеничной каши. Он молча поставил всё на небольшой деревянный столик.

Я пристально посмотрела на него. Мне были нужны союзники. Я понимала, что ни один астериец не предаст своего правителя, но наладить контакт и получить хоть какую-то информацию было необходимо.

— Спасибо, — я дружелюбно улыбнулась.

Кейд хмыкнул. Я подошла к столу, села на стул, взяла вилку и принялась за еду. Мясо обжигало язык, но после долгого пути голод давал о себе знать.

— Кейд, ты давно служишь на границе? — непринужденно спросила я между глотками воды.

— Я командир пограничного гарнизона, — ответил он, прислонившись спиной к столбу шатра.

Я уловила его слова и мысленно улыбнулась. Значит, передо мной стоял человек с большими связями. Это было именно то, что нужно.

— И что сам правитель Астериса вместе со своим командиром делают на этой глухой заставе? — я перевела на него взгляд.

Кейд усмехнулся, скрестив руки на груди:

— Принцесса решила вытащить из меня информацию?

— Нет, — я качнула головой. — Меня просто интересуют твари. Так же, как и вас.

Его болотные глаза изменились, в глубине зрачков слабо заискрилась магия. Кейд шагнул ближе, и его лицо стало серьезным:

— Катария, я прекрасно понимаю, что ты делаешь. У тебя не получится ничего из меня вытянуть.

— Это не так, — спокойно возразила я, откладывая вилку. — Меня действительно волнуют судьбы моих людей. К тому же я не знаю, как долго пробуду в Астерисе в качестве пленницы. Обычное общение мне точно не помешает.

Кейд внезапно улыбнулся. Я поймала себя на мысли, что он красивый мужчина. Русые волосы, открытая улыбка и эти необычные глаза делали его привлекательным.

— Как долго вы собираетесь пробыть на границе? — сразу спросила я, закрепляя успех.

— Это решение Тардана, — ответил он, уже мягче. — Возможно, мы задержимся. Проблем сейчас хватает.

— У тебя есть семья в Астерисе?

— Нет, — коротко бросил Кейд.

— Неужели такой мужчина до сих пор не встретил женщину своего сердца? — я рассмеялась, глядя на него снизу вверх.

Кейд тоже тихо усмехнулся, качнув головой:

— Я просто еще не встретил на своем пути такую.

Договорить он не успел. Полог шатра отлетел в сторону, и внутрь зашел Тардан. Он замер посреди комнаты, и его взгляд впился в Кейда. Атмосфера в шатре стала ледяной.

— У тебя что, мало дел, Кейд? — процедил Тардан, и в его голосе проступила пугающая угроза.

— Мы просто разговаривали. Это проблема? — ответил Кейд, не меняя позы.

— Проблема будет, если мне придется второй раз напомнить тебе, что ты здесь не для того, чтобы развлекать мою пленницу, — ответил Тардан.

— Я не пленница, — вставила я, сводя брови.

Тардан даже не посмотрел в мою сторону. Он продолжал буравить взглядом командира.

— Кейд.

Кейд всё понял. Он кивнул и начал разворачиваться к выходу. Злость на Тардана обожгла меня изнутри. Я демонстративно повернулась вслед уходящему мужчине:

— Кейд, доброй ночи.

Он обернулся и улыбнулся мне. Я почувствовала на себе тяжелый, давящий взгляд Тардана. В его глазах полыхнула опасная искра, но он сдержался. Полог шатра опустился — Кейд вышел наружу.

Аппетит окончательно пропал. Я отложила вилку, поднялась со стула и посмотрела на правителя Астериса:

— Где Томас?

— Там, где ты его и оставила, — равнодушно бросил он, проходя вглубь комнаты.

— Он обратился?

— Нет.

— Ты оставил его на земле и в цепях? — мой голос задрожал от гнева.

— Я оставил зараженную тварь в цепях, — жестко поправил меня Тардан.

— Его зовут Томас! — выкрикнула я. — Если он обратится ночью, он замерзнет. Он ранен. Он может умереть!

— Когда он сможет это понять, можешь напомнить ему, кто он, — Тардан оставался непреклонен.

— Я хочу его увидеть, — я сделала шаг вперед.

— Ты здесь ничего не решаешь, Катария.

Разум затопила ярость. Тардан повернулся ко мне спиной и сделал шаг к кровати. Нащупав позади себя за поясом рукоять украденного кинжала, я рывком вытащила сталь и бросилась на него.

Он развернулся и перехватил мое запястье. Я попыталась ударить его другой рукой, замахнулась коленом, но он точным движением вывернул мою кисть, лишая сил, и бросил меня на кровать.

Я не успела даже вскрикнуть, как он навалился сверху. Его тяжелое тело прижало меня к матрасу. Тардан перехватил мои руки, сжимающие оружие, рывком вырвал кинжал из пальцев и вонзил его глубоко в одеяло прямо возле моей головы.

Он держал мои запястья, не давая пошевелиться. Его темные глаза оказались в нескольких сантиметрах от моего лица, пристально и пугающе вглядываясь в меня.

— Еще раз поднимешь на меня оружие, сначала подумай, что будешь делать, если промахнешься, — глухо произнес Тардан, обжигая лицо дыханием.

— В следующий раз я не промахнусь, — выплюнула я ему в ответ.

Тардан перехватил мои руки над головой одной ладонью. Второй он вытащил кинжал из одеяла, наклонился ближе и положил холодное лезвие мне на грудь.

— В следующий раз прячь его аккуратнее, — издевательски ухмыльнулся он. — Иначе мои тени задушат тебя быстрее, чем ты успеешь вытащить сталь.

Он разжал пальцы и отпустил мои запястья. Я осталась лежать, сжимая рукоять оружия на груди. Он с самого начала знал, что у меня кинжал.

— Ты не боишься, что в следующий раз я действительно не промахнусь? — спросила я, приподнимаясь на локтях.

Тардан поднялся с меня, выпрямился во весь рост и окинул меня взглядом:

— Если мои тени почувствуют угрозу, я убью тебя на месте, Катария. Шанса нанести удар у тебя просто не будет. Поэтому не советую слепо бросаться на меня. Сначала подумай хорошенько.

Я села на кровати, крепче сжимая кинжал в пальцах. Слова Тардана ледяным грузом осели внутри. Он не блефовал. Я пристально посмотрела на его фигуру и отчетливо поняла: у меня действительно нет ни единого шанса убить его. Его тени контролировали каждый метр.

Тардан спокойно отвернулся и начал расстегивать рубашку, обнажая плечи и покрытые черными узорами руки.

— Что ты делаешь? — спросила я, сильнее сжимая кинжал.

— Собираюсь лечь спать, — ответил Тардан, снимая рубашку и откидывая её в сторону.

Я непроизвольно перевела взгляд на его грудь, покрытую черными рисунками, а затем опустила взор ниже, на рельефные мышцы живота. Стиснув зубы, я процедила:

— Я не останусь с тобой здесь.

— Ты уже здесь, — ответил он.

Разум захлестнула злость. Я поднялась с кровати:

— Я не буду спать с тобой в одной постели.

Тардан перевел взгляд на меня, а затем окинул взором матрас.

— Кто сказал, что я разрешил тебе спать в моей кровати? — на его губах появилась едва заметная ухмылка.

— И где, по-твоему, я должна спать? — я сжала кулаки.

— Мне безразлично. Хоть на полу.

— Ты серьезно?

Вместо ответа Тардан опустил руки к ремню на брюках и начал расстегивать пряжку. К щекам мгновенно хлынула бешеная волна жара. Я поспешно отвернулась, чувствуя, как лицо заливает густой румянец.

По шатру разнесся отчетливый металлический звон бляхи, а следом послышался шорох одежды. Я сделала несколько шагов подальше от кровати, вслушиваясь в звуки. Раздались тяжелые шаги, а затем скрип кровати.

Я осторожно повернула голову. Тардан уже лег на кровать и накрывался одеялом. Он посмотрел на меня из-под опущенных ресниц:

— Или ложись рядом, или бери одеяло и ложись на полу.

Я подошла к кровати, рванула на себя плед, подхватила подушку и отошла в самый дальний угол шатра. Расстелив плед на полу, я кинула подушку и спрятала под неё кинжал.

Я опустила взгляд на свои грязные штаны и пыльную рубашку. Меня передернуло от отвращения к собственному телу. Я весь день провела в седле, бегала по лесу от монстров, продиралась сквозь заросли, и сейчас на мне не было живого места. Идея пойти мыться здесь, пока Тардан находился в шатре, казалась безумной, поэтому у меня просто не было выбора.

Я легла на пол и уставилась в темный потолок. Немного успокоив дыхание, я спросила, не поворачиваясь в его сторону:

— Если он снова станет человеком, ты его отпустишь?

В шатре воцарилось тяжелое, затяжное молчание. Лишь факелы снаружи едва уловимо трещали.

— Посмотрим, — наконец донесся его голос из темноты.

— Это не ответ! — психанула я, крепче сжимая под подушкой рукоять кинжала.

— Другого не будет, Катария.

Я до боли укусила губу и от бессильной ярости закрыла глаза.

Глава 6

Сладко потянувшись, я проснулась на полу и сразу почувствовала, как заныли мышцы после вчерашней скачки и бега по лесу, но в целом я хорошо выспалась. Я обнаружила, что накрыта плотным теплым одеялом, хотя засыпала только на тонком пледе. Память вернула меня в реальность. Я повернулась, осматривая шатер. Кровать Тардана пустовала — его уже не было внутри.

Я приподнялась, разглядывая одеяло, и задумалась о своем положении. Райдер вряд ли пойдет на уступки ради моего спасения. Но если бы Тардан хотел моей смерти, я бы уже лежала мертвая в лесной чаще. Раз я жива, значит, возможно, есть шанс, что они с моим братом о чем-то договорятся и найдут компромисс. Я ведь до сих пор не знала, какие именно условия правитель Астериса собирается выдвинуть Торендо.

Вспомнив о Томасе, я вскочила на ноги. Спрятав кинжал обратно в штаны, я быстро вышла из шатра. У полога сразу выросли двое астерийских стражников. Наткнувшись на их холодные взгляды, я перевела взор дальше, на поляну.

Зверь лежал на том же месте у коновязи. Он всё еще спал. Я повернулась к охране:

— Он обратился обратно?

— Нет, — коротко бросил один из воинов.

Похолодело от страха. Если Томас не вернет человеческий облик, Тардан выполнит свою угрозу и убьет его. Оглядев лагерь, я заметила командира.

— Кейд! — громко позвала я.

Мужчина обернулся и направился ко мне:

— Доброе утро, принцесса.

— Зверь так и не приходил в себя? Он не оборачивался? — засыпала я его вопросами.

— Нет, так и лежал, — спокойно ответил Кейд.

— Он точно жив? — Я с надеждой всмотрелась в его болотные глаза.

— Да, дышит. Не волнуйся.

— А где Тардан?

— Вместе с Азрианом и патрульными осматривает местность у рубежа. Проверяют, не остались ли в лесу твари.

— Понятно.

Я опустила взгляд на свою грязную, покрытую пылью и засохшей травой одежду. Стало неловко.

— Можешь мне помочь? — тихо попросила я, глядя на Кейда.

— Что тебе нужно? — Он удивленно изогнул бровь.

— Мне нужна вода для купальни.

— Сейчас распоряжусь, чтобы тебе всё принесли, — улыбнулся он в ответ.

— Спасибо.

Я улыбнулась ему, и Кейд, кивнув, ушел выполнять просьбу. Я вернулась в шатер и сразу подошла к шкафу. Распахнув створки, я начала перебирать вещи. Надевать обратно грязную одежду после мытья не хотелось, но в шкафу висели только рубашки и брюки. Ничего подходящего для меня не было. Я решила позже спросить у Кейда про одежду, а пока просто вытащила из шкафа одну из просторных темных рубашек. Надевать чужую вещь, принадлежащую этому опасному мужчине, было неприятно, но другого выхода я не видела.

Вскоре в шатер зашли двое воинов, неся ведра. От воды шел густой пар. Я улыбнулась, радуясь возможности нормально помыться. Астерийцы наполнили стоящую за ширмой лохань.

— А где Кейд? — спросила я.

— Ушел ближе к границе проверить, как обстоят дела, — ответил один из них.

Я поблагодарила их, и воины покинули шатер, забрав пустые ведра. Просить у солдат одежду мне не хотелось, и я решила дождаться возвращения Кейда.

Зайдя за ширму, я быстро скинула грязные вещи и забралась в горячую воду. Прислушиваясь к каждому шороху снаружи, чтобы не пропустить внезапное возвращение Тардана, я торопливо намылила волосы и смыла с себя лесную грязь. Медлить было нельзя.

Выбравшись из воды, я насухо вытерлась и накинула рубашку Тардана, застегнув пуговицы. Подойдя к небольшому зеркалу у перегородки, я окинула себя взглядом. Ткань была мне слишком велика, едва доходила до колен и смотрелась странно. От мысли, что Тардан может застать меня в своей одежде, внутри всё сжалось от неловкости. Мне до безумия не хотелось, чтобы он увидел меня в таком виде, но оставаться раздетой или влезать в старые грязные штаны было еще хуже.

Я натянула сапоги и направилась к выходу. Стоило мне отодвинуть полог и сделать шаг наружу, как дорогу преградили двое стражников.

— Я просто хочу проверить, как Томас, — произнесла я, пытаясь обойти их.

— Был приказ правителя не выпускать тебя из шатра, — ответил один из воинов, выставляя руку.

— До него всего лишь пару шагов.

— Приказ правителя, — сухо повторил второй астериец, не двигаясь с места.

Психанув, я резко рванулась вперед, проскакивая между ними. Стражники не успели перехватить меня. Я добежала до поляны, упала перед спящим зверем на колени и бережно погладила его по серой шкуре, желая лишь убедиться, что он жив. Тварь лишь глухо зарычала во сне, но не проснулась.

— Ты с ума сошла?! — один из охранников подскочил ко мне, грубо перехватил за предплечье и силой отдернул обратно от зверя. Его лицо перекосило от злости. — Если он придет в себя, он загрызет тебя насмерть!

— Какая вам вообще разница, загрызет он меня или нет?! — выкрикнула я, вырывая руку. — Отпустите меня!

Астериец хмуро посмотрел на меня, но всё-таки разжал пальцы, отступая на шаг.

По спине пробежал холод. Кожа покрылась мурашками, а тело сковало оцепенением под тяжестью чьего-то присутствия. Я обернулась на это ощущение.

По лагерю шли Тардан и Азриан. Возвращавшиеся с ними воины уже расходились в стороны, возвращаясь к своим делам у палаток, но сам правитель Астериса смотрел только на меня.

Его взор прошелся по моей фигуре с ног до головы. Он посмотрел на мои обнаженные ноги, сапоги, а затем перевел взгляд на рубашку, которая едва доходила мне до колен. Желваки на лице Тардана заходили ходуном, выдавая крайнее раздражение.

Он подошел ближе. Из-за разницы в росте мне пришлось высоко вскинуть подбородок, но я не опустила взор. Я встретилась с его глазами, и он жестко процедил:

— Какого черта ты в таком виде?

— У меня нет другой одежды, — твердо ответила я. — Мои вещи грязные.

Тардан сузил глаза, а его голос прозвучал опасно тихо:

— И ты решила ходить полуголой перед моими солдатами?

— Я не голая, — огрызнулась я, и злость вспыхнула с новой силой. — На мне рубашка.

— Эта чертова рубашка ничего не прикрывает, Катария.

— Ты серьезно? — Я опустила взгляд на себя, а затем снова посмотрела в его лицо. — Она доходит мне до колен. Ничего не видно.

— Я прекрасно всё вижу, — отрезал он.

Я невольно посмотрела вниз. Ткань рубашки была черной, но не слишком плотной. Под ней ничего не было — моё белье осталось среди грязных вещей, и я накинула рубашку на голое тело. Сквозь материал особо ничего не просвечивало, но стоило мне поймать его тяжелый, изучающий взор, как по коже побежали мурашки.

Тардан опустил взгляд. Его глаза опустились к моей груди. Холодный утренний воздух и волнение сделали свое дело — через тонкую ткань отчетливо проступили очертания сосков.

В глубине его темных глаз завихрилась черная, едва заметная дымка, выдавая, насколько сильно он взбешен этой картиной.

Я подняла глаза и перехватила этот жадный, опаляющий взгляд. Мне стало по-настоящему не по себе, а воздух в легких словно закончился. Он смотрел так, будто собирался убить меня прямо здесь, посреди поляны.

— Марш в шатер, — приказал Тардан, и в его голосе проступила пугающая сталь. — И чтобы через минуту на тебе была другая одежда.

— У меня нет другой одежды! — выплюнула я в ответ, скрестив руки на груди, чтобы хоть как-то скрыться от его взгляда.

— КЕЙД! — рявкнул Тардан на всю поляну так, что его голос эхом разнесся по лагерю.

Азриан, стоявший неподалеку, не выдержал и рассмеялся, качая головой.

— Ну надо же, — протянул он с наглой ухмылкой, переводя взгляд с меня на правителя. — Я уже и забыл, когда в последний раз видел, как трескается лед, Тардан. Девочка умудрилась растопить твой гранит одной лишь рубашкой. Потрясающее зрелище.

— Закрой рот, Азриан, — процедил Тардан, даже не поворачиваясь к нему.

К нам подошел Кейд. Правитель посмотрел на своего командира и жестко отдал приказ:

— Найди ей одежду. И пока она не переоденется, чтобы из шатра не выходила.

Кейд склонил голову, мельком скользнул по мне взглядом и сразу развернулся, отправляясь выполнять распоряжение.

Я осталась стоять на месте. Злость душила меня, я опустила голову, не желая больше поднимать глаза. Внутри горел жгучий румянец стыда от того, как жадно и открыто он только что разглядывал мою грудь, но показывать свою слабость я не собиралась. Я крепко сжала кулаки.

Тардан сделал шаг вперед, сокращая расстояние между нами до минимума, и низко наклонился к моей макушке.

— Еще раз посмеешь шляться перед моими воинами в таком виде, Катария, и я лично сорву с тебя одежду, закую в кандалы и заставлю сидеть на цепи рядом с твоим псом, — прошептал он прямо мне в волосы.

От этого тихого, вибрирующего тона по спине прошел страх.

— Ты поняла меня?

Каждое его слово упало тяжелым камнем. Я вскинула голову, собираясь огрызнуться и послать его к черту, но слова застряли в горле. В его потемневших глазах горела такая ярость, что мне стало страшно. Перед глазами стоял не просто мужчина, а безжалостный правитель, готовый раздавить меня в любую секунду.

Стиснув зубы до боли, я промолчала. Я развернулась и быстрыми шагами направилась обратно в шатер. Кровь продолжала приливать к лицу, а кожа все еще горела от стыда под его взглядом. Даже спиной я отчетливо чувствовала, как Тардан смотрит мне вслед, а рядом послышался тихий, довольный смешок Азриана.

Забежав в шатер, я подбежала к зеркалу и уставилась на свое отражение. Щеки по-прежнему горели. Я опустила взгляд на грудь и похолодела — соски действительно отчетливо просвечивали через ткань. Румянец залил лицо с новой силой. Я взбесилась на саму себя за то, что надела эту чертову рубашку, хотя прекрасно понимала: другого выхода у меня не было.

Внезапно снаружи раздался короткий стук по опорному столбу у входа.

— Войди, — бросила я, отступая от зеркала.

Полог приподнялся, и в шатер зашел Кейд. В руках он держал простое легкое платье. Командир протянул наряд мне, но я лишь смерила ткань брезгливым взглядом.

— Откуда это платье? — сухо спросила я.

Кейд замялся, явно чувствуя себя неловко.

— Одна из астерийских женщин оставила его здесь, в лагере, — ответил он.

Намек был слишком прозрачным, и я разозлилась, решив, что он принес мне вещь девки из тех, что приходят развлекать пограничных солдат.

— Ты серьезно принес мне платье одной из тех, кто…

— Катария, успокойся, — перебил меня Кейд. — Это платье жены одного из наших гвардейцев. Деревня находится недалеко отсюда, она часто приходит к мужу на заставу и остается у него в шатре. Это обычная одежда. Поношенная, но абсолютно чистая.

Я снова посмотрела на наряд. Злость немного утихла, уступая место трезвому расчету. Я понимала, что вариантов у меня нет. Выбор стоял простой: либо надеть это поношенное женское платье, либо продолжать ходить в чертовой рубашке Тардана, либо влезать в мужские штаны из шкафа, которые все до единого будут мне велики.

Я вздохнула, подошла к Кейду и забрала платье из его рук.

— Спасибо, Кейд, — произнесла я, окончательно успокаиваясь.

Командир не был виноват в моем дурном настроении. Он лишь вежливо кивнул в ответ и сразу покинул шатер, задернув за собой полог.

Я прошла за ширму, где стояла купальня, и замерла на пару секунд. На заставе царила относительная тишина, шагов за перегородкой слышно не было. Убедившись, что я одна, я быстро расстегнула пуговицы, скинула рубашку и надела принесенное платье. Оно оказалось очень легким, с глубоким вырезом на груди. Ткань плавно струилась до самого пола.

Выбравшись из-за ширмы, я снова подошла к зеркалу. И злость накатила с новой силой. У меня по-прежнему не было нижнего белья, а этот наряд оказался слишком тонким. Поселилось давящее чувство обреченности — вариантов у меня просто не оставалось. Приходилось мириться с тем, что есть.

Я направилась к выходу и отодвинула ткань полога, собираясь выйти наружу. Но у входа теперь стояло гораздо больше солдат. Воины преградили мне путь, и один из них жестко произнес:

— Вернитесь обратно в шатер.

— Я хочу есть, — ответила я, не двигаясь с места.

— Мы сейчас распорядимся, чтобы вам принесли завтрак, — сухо ответил стражник.

Я поняла, что спорить бесполезно. Обида и злость захлестнули меня. Я резко развернулась, зашла обратно в шатер.

Мне придется сидеть взаперти до тех пор, пока они не договорятся с Райдером. Было невыносимо оставаться в полном неведении. Отправил ли Тардан послов к моему брату? Ведутся ли уже хоть какие-то переговоры? Сколько дней мне придется провести на этой проклятой заставе?

При одной мысли о правителе Астериса мои челюсти сжимались. После перепалки на поляне я не хотела его видеть. Злость на этого астерийца переходила все границы. Я ненавидела его всей душой, а из-за того, что он заставил меня пережить этот жгучий, позорный стыд перед всем лагерем, моя ненависть стала еще сильнее.

Снаружи послышались тяжелые шаги. Я резко повернула голову к входу, и через мгновение полог шатра откинулся. Внутрь вошел Тардан.

— Мы уезжаем, — сухо бросил он.

— Куда? — я нахмурилась, отступая на шаг. — А как же мой брат? Ты уже связался с ним?

— Мой человек уже на рассвете передал мои условия пограничникам Торендо, — равнодушно ответил он. — Пока до Райдера дойдут условия, и он пришлет ответ, пройдет несколько дней.

— И куда мы едем? — спросила я, скрестив руки на груди.

Он посмотрел на меня:

— Недалеко есть поселение. Там возникли проблемы. Мое присутствие необходимо.

— Я могу остаться здесь, — твердо произнесла я, хотя в голове билась лишь одна мысль: я не могла оставить Томаса, опасаясь за его жизнь.

Тардан шагнул ко мне, сокращая расстояние. Его взор прошелся по моему телу, задерживаясь на вырезе платья, а голос прозвучал жестко:

— Ты будешь там, где я скажу. Запомни это.

Меня передернуло от злости, но я спросила:

— Что будет с Томасом?

— Зверь останется на цепях под присмотром моих солдат, — Тардан сузил глаза. — Когда мы вернемся, если он не вернется в человеческое обличие, я избавлю мир от этой падали.

По коже прошел холод. То, с каким равнодушием он распоряжался чужими жизнями, пугало. Спорить было бессмысленно — у меня здесь не существовало права голоса.

Тардан отвернулся, прошел к стойке с оружием и взял меч. Он перекинул портупею через плечо, затягивая крепления прямо поверх темной рубашки. Ее рукава были закатаны до локтей, открывая сильные предплечья с выступающими венами и черными рисунками на коже. На секунду я засмотрелась на его руки, но, поймав себя на этом, мысленно отругала себя.

Тардан снял с крючка тяжелый черный плащ, накинул его поверх рубашки и поднял глубокий капюшон, скрывая часть лица в тени. Только после этого я поспешно отвернулась к ширме.

По шатру разносился шорох ремней и лязг стали.

— На выход, — раздался за спиной его короткий приказ.

Я повернулась и посмотрела на него:

— Ты умеешь нормально разговаривать, а не только раздавать приказы?

— Ты не в том положении, чтобы выбирать, каким тоном я с тобой говорю. На выход.

Я направилась к выходу и покинула шатер. Тардан обошел меня и пошел вперед, к коновязи. Там уже собрался отряд: Азриан, Кейд и остальные воины проверяли снаряжение. Я двигалась следом за правителем.

— Она едет с тобой, — бросил Тардан, подходя к своему жеребцу.

Кейд повернулся ко мне и протянул руку:

— Я помогу тебе.

Я оперлась на его руку и забралась на лошадь. Платье сразу создало проблему: когда я перекинула ногу через седло, подол задрался. Я быстро одернула легкую ткань, стараясь прикрыться.

Кейд сел сзади. Он не прижимался ко мне, как это делал Тардан, а старался держать дистанцию. Когда он перехватил поводья, его руки лишь слегка коснулись моих боков. Ощущения были совсем другими: не было того давящего, намеренного чувства близости.

Тардан и Азриан возглавили отряд, пустив коней вперед. Солдаты пристроились за ними, а мы с Кейдом поехали самыми последними.

— Тебе нравится жить вот так? — спросила я спустя некоторое время, глядя на дорогу впереди. — Постоянно на границе, среди патрулей, оружия и солдат, которые в любой момент могут не вернуться?

Кейд помолчал, словно задумываясь над вопросом, а затем ответил:

— Не знаю, можно ли сказать, нравится мне это или нет. Просто я никогда не представлял себе другую жизнь. Мой отец служил почти всю жизнь. Когда я был маленьким, он редко бывал дома. Но каждый раз, когда он возвращался, мне казалось, что в деревню приехал самый великий воин Астериса.

Я улыбнулась:

— И ты решил стать таким же?

— Разумеется. Мне было лет пять, когда я впервые попытался поднять настоящий меч.

— В пять? — удивилась я.

— Я был уверен, что справлюсь.

— И справился?

Кейд рассмеялся:

— Меч был почти с меня ростом. Я поднял рукоять двумя руками, сделал два шага и рухнул вместе с ним лицом в землю.

Я не сдержалась и громко рассмеялась от этой картины. Впереди на лошади чуть обернулся Тардан. Он наградил меня тяжелым взглядом, но я проигнорировала его и снова повернулась к Кейду:

— Великий воин Астериса.

— Именно, — подмигнул он. — Мать потом еще неделю всем рассказывала, что её сын победил землю.

— И тебя это не остановило?

— На следующий день я снова поднял меч. Отец тогда отобрал его и сделал мне деревянный, чтобы я не отрубил себе ногу. С деревянным оружием у меня начало получаться. С тех пор отец каждый раз, когда возвращался домой, лично занимался моим обучением. Я не представляю уже спокойной жизни, — Кейд покачал головой, а затем перевел взгляд на меня: — А как живется во дворце? Ты никогда не хотела родиться простой девушкой?

Я горько усмехнулась и отвернулась, разглядывая гриву коня:

— Конечно, хотела. Иногда мне кажется, что я бы многое отдала за возможность родиться обычной девушкой. Все видят только балы, красивые платья, огромные залы и думают, что во дворце невозможно быть одинокой. Вокруг тебя действительно всегда кто-то есть — слуги, советники, стража, придворные. Все улыбаются, говорят правильные слова, стараются понравиться. Но ты никогда до конца не знаешь, кто из них действительно рядом с тобой, а кому просто хочется быть ближе к королевской семье. И в какой-то момент понимаешь, что среди десятков людей рядом с тобой может не оказаться ни одного по-настоящему близкого.

Я замолчала на мгновение, переводя дыхание.

— У меня были две близкие подруги, я росла рядом с ними. С ними мне хотя бы не приходилось думать над каждым своим словом. Но они уехали, и я осталась одна.

— А как же твой брат? — спросил Кейд. — Неужели даже с ним тебе одиноко во дворце?

— Райдеру не до меня, — отрезала я.

— Вы не близки?

— Уже давно нет, — я покачала головой.

— А где бы ты хотела жить, если бы могла выбрать?

— Не знаю, — я посмотрела на проплывающие мимо деревья. — Наверное, где-нибудь настолько далеко от дворца, чтобы никто никогда не знал моего имени. В маленьком доме. Может быть, даже в какой-нибудь глухой деревне.

Кейд внимательно слушал, а потом тихо спросил, желая сменить тяжелую тему:

— А какой ты была в детстве?

— О, я очень любила проказничать, вместе со своей подругой, — я снова улыбнулась воспоминаниям. — Мы постоянно мешали моему старшему брату на тренировках, отвлекали его, громко кричали под руку или тайно прятали его меч прямо перед началом занятий. Он потом в ярости искал его по всем оружейным комнатам.

Кейд не выдержал и весело хохотнул. Я заметила, как Тардан впереди снова обернулся через плечо. Его темный взгляд скользнул по нам, задержавшись на Кейде, но я демонстративно отвернулась, не желая реагировать на его недовольство.

Впереди отряд начал сворачивать с тракта к реке.

— Небольшой привал, — сказал Кейд, натягивая поводья. — Нужно напоить лошадей.

Он первым спрыгнул на землю, а затем повернулся ко мне и протянул руку. Я коснулась его ладони, и Кейд осторожно опустил меня на землю. Из-за легкой ткани платье снова задралось, обнажая ноги выше колен, но командир тактично отвернулся в сторону. Я поспешно поправила подол. Страж отступил, направляясь к воде, а я посмотрела ему в спину.

Этот астериец определенно мне нравился. Среди всех угрюмых воинов Астериса он один оставался живым, настоящим, способным на простое человеческое понимание и уважение.

Воины быстро напоили лошадей. Кони шумно фыркали, перебирая копытами по мокрой гальке. С неба сорвались редкие капли, и через несколько мгновений начался мелкий дождь. Но стоило Кейду снова направиться в мою сторону, как его перехватил голос правителя.

— Кейд, дальше поведешь отряд ты, — распорядился Тардан, проходя мимо.

— Да, правитель, — по-военному ответил командир, вытягиваясь по струнке.

Тардан повернулся ко мне. Утро потемнело под мелким дождем, лес вокруг стоял в сыром сумраке. Рядом мелькнул Азриан, и на его пальцах на секунду заиграла молния. Короткая вспышка выхватила из полумрака лицо Тардана и его темные глаза с узкими вертикальными зрачками. Он пригвоздил меня тяжелым взглядом:

— Ты едешь со мной.

— Почему? — вырвалось у меня против воли.

— Потому что я так решил, — отрезал он, не терпя возражений.

Обреченно вздохнув, я пошла следом за ним. Подойдя к его лошади, я не успела опомниться, как большие ладони Тардана плотно сжались на моей талии. Его пальцы ощутимо вдавились в кожу через ткань. Он заставил меня встретиться с его темными глазами, а затем легко приподнял мое тело и помог сесть в седло. Когда я перекинула ногу, ткань платья снова высоко задралась. В отличие от Кейда, Тардан даже не подумал отвернуться. Его взгляд открыто скользнул по моим обнаженным бедрам.

Я со злостью одернула подол и ожгла его яростным взором. В ответ его зрачки потемнели, наливаясь раздражением.

Тардан запрыгнул в седло сзади. Он сразу прижался всем телом к моей спине, лишая малейшего пространства. Его руки перехватили кожаные поводья, запирая меня в надежном, горячем кольце. Каждый мускул его груди давил на мои лопатки, а бедро вжалось в мою ногу.

Отряд тронулся вперед. Кейд вместе с Азрианом возглавили колонну, уезжая вперед, а мы с Тарданом пристроились в середине цепочки воинов.

Дальнейшая дорога до поселения превратилась в сплошное натянутое испытание. Атмосфера между нами звенела от напряжения. На протяжении нескольких часов Тардан продолжал тесно прижиматься ко мне при каждом шаге коня, обжигая шею своим дыханием. Когда мелкий дождь усилился, он чуть подался вперед, сильнее вдавливая меня спиной в свою грудь. Край его плаща соскользнул мне на плечо, а глубокий капюшон навис сверху, почти заслоняя от холодных капель. От этой близости я лишь сильнее напряглась, стиснув зубы. Вскоре дождь стих. Мы ехали в полном молчании, окруженные лишь топотом копыт и шорохом листвы, пока лесная прохлада смешивалась с жаром его тела, а моя ярость крепла с каждым пройденным метром.

Глава 7

Впереди между деревьями показались первые постройки поселения. Деревня оказалась довольно оживленной: плотные ряды деревянных и каменных домиков, несколько торговых лавок, конюшни и кузни. Мы ещё не доехали, продолжая двигаться по лесной дороге.

Я решила узнать про свою судьбу и спросила:

— А если Райдер не согласится? — не оборачиваясь, тихо спросила я.

Ответа не последовало. Тардан перехватил поводья одной рукой и силой намотал их на свой кулак. Этот жест выглядел пугающе властно.

Вторая его рука освободилась. Я не успела опомниться, как его ладонь опустилась на мое колено. Кожу обожгло жаром через ткань платья. По телу сразу пошла дрожь — я вспомнила, что на мне нет нижнего белья. Тардан уверенно повел пальцами выше по бедру, слегка приподнимая подол и проникая под ткань, двигаясь прямо к пространству между ног.

Я вздохнула, цепенея от этого прикосновения. Воздуха в легких разом перестало хватать. Мой взор пригвоздился к его намотанным на кулак поводьям, пока пальцы астерийца продолжали подниматься по обнаженной коже. Я вспыхнула от невыносимого жара.

— Ты же сказал, что не опускаешься до человеческих девчонок, — с трудом выговорила я, пытаясь удержать остатки гордости и остановить его.

Тардан низко наклонился к моему уху. Его дыхание обожгло шею, принеся с собой мурашки.

— Убивать тебя пока не входит в мои планы, Катария, — опасно тихим тоном прошептал он, и его пальцы на моем бедре сжались чуть крепче.

Я повернула голову и столкнулась с ним лицом к лицу, оказавшись в нескольких сантиметрах от его губ. Из-за близости перед глазами всё поплыло, а его темные глаза смотрели в упор, лишая воли.

Я встретила его взгляд и спросила:

— Что ты попросил у Райдера взамен на мою свободу?

Тардан опустил взгляд на мои губы, наклонился еще ближе и тихо произнес:

— Ничего.

Я опешила, не веря собственным ушам.

— Что значит — ничего? — выдохнула я.

Он убрал руку с моего бедра, приобнял меня за талию и прижал к своей груди. От этого объятия я выдохнула прямо ему в губы.

— Мне нет дела до Торендо, — ответил Тардан. — Райдер получит тебя обратно. Но при одном условии: мы договоримся о встрече, где он примет мои правила.

— Он не пойдет на это, — сказала я. — Райдер не станет так рисковать.

— Все, что мне сейчас нужно, — чтобы Торендо перестало лезть на мои земли, — отрезал Тардан. — И твой брат примет мои условия, если хочет вернуть тебя.

— Допустим, примет. Вы заключите договор, прекратите эти бесконечные стычки. Тогда ты хотя бы сможешь говорить с ним как с равным?

Тардан усмехнулся, будто сам вопрос показался ему нелепым.

— Райдер мне не равен.

— А тебе вообще хоть кто-нибудь равен?

Его взгляд стал холоднее.

— Я не склоняюсь перед другими правителями, Катария. И никогда не склонюсь.

Я закатила глаза.

— Конечно. Как я могла забыть, с кем разговариваю.

Тардан ничего не ответил.

Раз уж он сегодня неожиданно решил отвечать хотя бы на часть моих вопросов, в голове всплыло имя, которое я давно хотела произнести. Ламира. Я понятия не имела, что с ней произошло после Дарктвайна, но, возможно, сейчас мне удалось бы хоть что-то выяснить.

Я уже открыла рот, чтобы спросить, но впереди отряд замедлил ход и начал останавливаться. Из дверей домов стали выбегать астерийцы.

— Наш правитель! Правитель приехал! — разнеслись по улице громкие крики.

Толпа стремительно росла. Астерийцы низко склоняли головы и кланялись, расступаясь перед конем Тардана. Я отвернулась от его лица и выпрямилась в седле под прицелом десятков любопытных взглядов.

Тардан остановил жеребца и легко соскочил на землю. Он повернулся ко мне и протянул руку. Я секунду смотрела на его ладонь, но всё-таки коснулась её своей. Правитель дернул меня на себя. Я потеряла равновесие, полетела вниз.

Он поймал меня, не давая упасть, и сразу перехватил пальцами за подбородок. Тардан наклонился к самому лицу и тихо, так, чтобы слышала только я, произнес:

— Ты без нижнего белья, Катария. В следующий раз я расценю это как приглашение.

Я замерла, а в груди закипела злость. Он просто издевался надо мной. Специально выводил из себя всеми этими прикосновениями, нагло демонстрируя свою безграничную власть. Сначала заявляет, что не опустится до человеческих девчонок, а теперь показывает, что может делать со мной всё, что ему вздумается. Но я не собиралась его бояться.

Несмотря на то, что его пальцы жестко сжимали мой подбородок, я сама подалась чуть ближе к его лицу, сокращая расстояние до минимума. Я прямо встретила его потемневший взгляд и с издевкой ответила:

— Не путай отсутствие белья с отсутствием вкуса.

Пальцы Тардана на моем лице сжались еще сильнее, до боли вдавливаясь в кожу. Он опасно сузил глаза и ответил:

— Твой вкус, Катария, меня не интересует.

Тардан отпустил мой подбородок и повернулся к астерийцам. Сделав несколько шагов вперед, он коротко кивнул на их приветствия и громко спросил:

— Кто здесь главный?

Из толпы торопливо вышел плотный, зрелый астериец и низко склонил голову:

— Я, правитель.

— Рассказывай, что произошло, — приказал Тардан.

— На поселение напали звери, — заговорил тот, оглядываясь на затихших жителей. — Их было трое.

— Раненые есть?

— Да, несколько пострадали.

— Насколько серьезно?

— Их жизням больше ничего не угрожает, но ранения глубокие.

— Где твари? Вы их убили?

— Нет, они смогли сбежать обратно в чащу, — мужчина покачал головой.

— Ведите меня к раненым. Мне нужно лично их осмотреть.

В этот момент к нему шагнул Азриан и тихо, так, чтобы слышал только правитель, произнес:

— Если среди них есть укушенные…

— Тогда у нас проблемы посерьезнее, — отрезал Тардан.

Я замерла, слушая их разговор. В памяти вспыхнули конвульсии Томаса. Если от укуса зверя он обратился в чудовище, то теперь нашим землям грозит опасность. Если тварей много и они продолжат кусать людей и астерийцев, то через пару недель весь Венерион заполнится неразумными монстрами. Страх сковал горло.

Тардан повернулся к своему командиру:

— Кейд, следи за Катарией.

Он вместе с Азрианом и главным поселенцем направился вглубь улицы. Кейд подошел ко мне, прерывая мои мрачные мысли:

— Пойдем, Катария. Здесь неподалеку есть неплохой кабак. Тебе нужно перекусить.

Я молча пошла вслед за Кейдом. По дороге я невольно задумалась о действиях Тардана. Он лично прибыл на заставу, а теперь отправился в поселение, чтобы во всем разобраться. Хотя, как правитель, он вполне мог отправить сюда того же Кейда или Азриана и остаться в столице. Мой брат даже пальцем не пошевелил, когда узнал, что звери растерзали людей у границ. Он просто отмахнулся, назвав это пустыми слухами, и даже не подумал ничего проверить. Тардан же был здесь, на самом рубеже, и лично контролировал каждый шаг. Логика его поступков заставляла признать: как правитель он вел себя совершенно иначе, чем Райдер.

Кейд шел рядом, не нарушая тишины. Мы подошли к двухэтажному бревенчатому зданию, из окон которого доносился гул голосов. Командир потянул на себя дверь, открывая её передо мной и пропуская внутрь.

Я зашла в кабак. Внутри пахло сушеными травами, жареным мясом и крепким элем. Пространство освещали масляные лампы на стенах. Небольшие деревянные столики были расставлены вдоль окон, а часть из них скрывалась в глубине зала за плотными тканевыми ширмами. Посетителей было немного, и они тихо переговаривались между собой.

Кейд прошел к одному из столов в углу, за ширмой. Я села на грубый деревянный стул. Почти сразу к нам подошла улыбчивая астерийка в чистом фартуке. На её шее слабо угадывались рисунки.

— Командир Кейд! Давно я вас не видела в наших краях, — приветливо заговорила она, складывая руки на груди. — Как поживаете? Какими судьбами на заставе?

— Всё в порядке, Марта, служба, — с улыбкой ответил Кейд. — Приехали проверить рубеж.

Женщина понимающе кивнула, а затем перевела доброжелательный взгляд на меня, ничуть не смутившись моего чужого, непривычного для этих мест вида:

— Добро пожаловать. Что бы вы хотели поесть? Сегодня у нас отличный запеченный окорок и свежий ягодный пирог.

— Мне окорок и горячий отвар, — произнес Кейд, посмотрев на меня.

— Мне только пирог и воды, пожалуйста, — добавила я, чувствуя, как от запахов с кухни просыпается аппетит.

— Хорошо, дорогие мои, — улыбнулась Марта. — Нужно будет немножко подождать. Я сейчас прикажу на кухне, чтобы всё сделали поскорее.

Она слегка поклонилась Кейду и ушла в сторону раздаточного окна.

— Ты какая-то задумчивая, — произнес Кейд, прерывая тишину. — Всё в порядке?

— Я думаю о тварях, — прямо ответила я, глядя на столешницу. — Откуда они взялись? Если от укуса одной из них Томас обратился, то и у остальных будет так же. Что тогда станет с нашими землями?

Кейд вздохнул, подперев подбородок рукой:

— У нас нет догадок, что это за твари и откуда они вылезли. Мы надеемся, что их немного. Воины поймают и истребят всех до единого.

— А если их намного больше, чем вы думаете? — Я подняла на него взгляд.

— Зачем накручивать себя, если нет точной информации? — мягко спросил командир.

— Вот именно, — я покачала головой. — У нас нет никакой информации. Мы даже не знаем, что они такое.

— У астерийцев есть силы бороться с ними, Катария.

— Может быть, у астерийцев и есть, — горько усмехнулась я. — Но у Торендо — нет. У вас есть магия, а у людей ничего. Мы беззащитны перед ними.

Кейд помолчал, а затем протянул руку и накрыл своей ладонью мои пальцы. Его прикосновение было теплым и успокаивающим.

— Катария, не думай о плохом. Возможно, тварей на самом деле немного. Наши воины сейчас прочесывают каждый метр у границы, чтобы найти и уничтожить тех, кто смог сбежать.

Я посмотрела на его руку, чувствуя, как паника понемногу отступает.

— Я очень надеюсь, что их действительно немного, — тихо выдохнула я.

Марта вернулась с кухни и расставила на столе тарелки. Потянулся густой пар от запеченного мяса и сладкий аромат свежего ягодного пирога. Хоть у меня почти не было аппетита, я поела и выпила воду. Горячая еда немного вернула силы.

Кейд доел свой окорок, отодвинул тарелку и посмотрел на меня:

— Здесь неподалеку живет жена одного из наших солдат. Мы пойдем к ней, там ты сможешь нормально отдохнуть.

Мы вышли из кабака наружу. Улицы поселения уже немного опустели, астерийцы прятались по домам из-за страха перед тварями. Мы миновали два переулка и остановились у небольшого каменного дома с деревянными ставнями. Кейд постучал в дверь.

Створка приоткрылась, и на пороге появилась молодая женщина, а из-за её юбки сразу высунулись две маленькие девочки. Хозяйка улыбнулась и бросилась Кейду на шею. Он тепло обнял её в ответ. Я молча наблюдала за этими нежными объятиями, чувствуя себя лишней.

— Кейд! — радостно воскликнула она, отстраняясь. — Почему ты моего мужа с собой не взял? Он на рубеже?

— Нет, — ответил Кейд.

Лицо женщины побледнело, в глазах проступил явный испуг.

— Он что… вылавливает этих тварей? — тихо спросила она.

Кейд мягко положил руку ей на плечо:

— Успокойся, он там не один. Всё будет в порядке.

— Ой, извините, проходите, проходите! Что я вас на пороге держу? — засуетилась она, шире распахивая дверь.

Мы зашли в уютную, теплую комнату. Она сразу повернулась ко мне, с любопытством рассматривая мое платье:

— Как тебя зовут?

— Катария, — ответила я.

— А я Лина, — представилась она и указала на девочек, которые уже вовсю бегали вокруг нас. — А это мои дочки, Мира и Кира. Им пять и семь лет.

Я нагнулась к детям. У обеих девочек на телах проступали узоры, но у всех они были разными. У Лины рисунки на шее были темно-синими, а у пятилетней Миры узоры на руках казались совсем светлыми, почти серебряными, и в её глазах мелькал необычный серый оттенок. У семилетней Киры линии на висках имели бирюзовый цвет.

Девочки подошли ближе. Старшая, Кира, осторожно протянула ладошку, коснулась моих распущенных волос и удивленно произнесла:

— Мама, она совсем не похожа на астерийку.

Я улыбнулась, глядя в её бирюзовые глаза:

— А я и не астерийка.

— Ты такая красивая, — произнесла Кира. Она взяла меня за ладонь и потянула на себя. — Пойдем поиграем!

Я поднялась и повернулась к Кейду и Лине. Командир лишь пожал плечами.

— Я немного отдохну на диване, — с улыбкой сказал он, устраиваясь в углу комнаты.

— Да-да, конечно, отдыхайте, вы наверняка устали с дороги, — засуетилась Лина, а затем строго посмотрела на дочерей. — Кира, дай Катарии перевести дух, не приставай.

— Всё в порядке, Лина, — мягко перебила я ее. — Я с удовольствием с ними поиграю.

В этот момент пятилетняя Мира уцепилась за мою вторую руку.

— Пойдем-пойдем! Мы покажем тебе свои игрушки! — весело закричала она.

Девочки потянули меня за собой через комнату и вывели на небольшой задний дворик. Выход вел на ухоженный участок, обнесенный аккуратным деревянным забором. По периметру росла невысокая трава. Девочки сразу усадили меня прямо на деревянный порог около двери и стали вытаскивать свои сокровища из небольших коробок, стоявших у стены. Они достали несколько сшитых из плотной ткани кукол с пуговицами вместо глаз и искусно вырезанных из дерева фигурок лесных зверей. Мира протянула мне тряпичную птицу, раскрашенную синей краской, а Кира принялась увлеченно рассказывать истории о том, как их деревянные воины защищают лагерь от невидимых врагов.

Я сидела у самой двери, разглядывая игрушки и слушая их звонкие, беззаботные голоса. Кейд временами выходил наружу и бросал в мою сторону короткие взгляды, словно проверяя, на месте ли я. Глядя на этих чистых, веселых детей, я впервые за последние дни почувствовала, как тяжелый ком в груди начинает понемногу таять, а нервное напряжение уступает место покою. В этот момент, сидя под мягкими лучами солнца на пороге астерийского дома, я наконец смогла немного расслабиться и забыть о преследующих нас монстрах и угрозах Тардана.

Лина вышла на порог, мягко улыбнулась и посмотрела на нас:

— Катария, они точно тебе не надоедают?

— Всё в порядке, — ответила я, придерживая тряпичную птицу.

В руках Лина держала таз. Она кивнула в сторону дальнего края двора:

— Сейчас я соберу вещи, заварю нам травы и присоединюсь к вам.

Хозяйка дома направилась вглубь участка к натянутым у забора веревкам и начала снимать высушенную одежду. Я отвлеклась на Миру, которая пыталась усадить деревянного волка на коробку, как вдруг тишину разорвал оглушительный, яростный рык.

Девочки повернулись на шум, увидели чудовище и испуганно закричали. Тварь неслась прямо к забору. Она была огромной, и тонкие доски ограждения не казались для нее преградой.

— Быстро в дом! — скомандовала я, силой толкая их за порог. Обернувшись к забору, я закричала: — Лина!

Женщина вздрогнула. Таз выскользнул из ее рук, и вещи рассыпались по траве. Монстр протаранил забор, доски с треском разлетелись в щепки, и чудовище рванулось прямо к застывшей на месте хозяйке.

Я сорвалась с порога, бросаясь к Лине. По дороге я заметила прислоненную к тележке для земли старую лопату, на ходу уцепилась пальцами за деревянный черенок и рванула оружие на себя. Лина опомнилась и бросилась бежать мне навстречу. Тварь настигала ее, щелкая клыками в паре шагов.

— Бежим! — испуганно вскрикнула она, протягивая ко мне руки.

Оказавшись рядом, я со всей силы замахнулась и ударила монстра лопатой по морде. Тварь взревела и на мгновение остановилась. Но удар лишь сильнее разозлил ее. Чудовище сделало выпад лапой, и его когти распороли ткань платья и кожу на моем плече.

Я закричала от боли, выронив лопату. Лина подхватила меня под руку, пытаясь оттащить назад к дому, а монстр уже снова поднимал лапы для нового удара.

На задний двор влетел Кейд. Его глаза заискрились, и с ладоней сорвались плотные, вязкие сгустки густой энергии. Эти снаряды со свистом прорезали воздух, врезались прямо в грудь чудовища и, облепив его тело тяжелым весом, с силой опрокинули назад.

Кейд вытащил меч из ножен. Не давая твари подняться, он рванулся вперед, высоко взмахнул клинком и вонзил сталь глубоко в шею монстра. Тело зверя дернулось и затихло, заливая траву кровью.

— Катария, ты ранена, — Лина аккуратно взяла меня за руку, с ужасом глядя на мое плечо.

Я опустила взгляд. Ткань платья на рукаве была разорвана, а сквозь борозды от когтей быстро проступала кровь, окрашивая наряд в багровый цвет. Руку обожгло пульсирующей, невыносимой болью. Каждое движение отзывалось нестерпимой судорогой в мышцах, а капли уже стекали по предплечью вниз, капая на траву.

Кейд подошел ко мне. Он бегло осмотрел рану, и его брови сошлись на переносице:

— Надо перевязать.

— Давай в дом, — взмолилась Лина. — Нужно остановить кровь.

— Я сейчас вернусь, — бросил Кейд, убирая меч в ножны. — Распоряжусь, чтобы воины убрали тварь отсюда.

Лина повела меня обратно к порогу. Каждый шаг давался с трудом, плечо горело, словно к нему приложили раскаленное железо. Боль тупыми ударами отдавалась в голове, а перед глазами на мгновение поплыли серые пятна.

Глава 8

Я сидела на высоком стуле посреди комнаты. Густая кровь продолжала толчками выходить из раны, стекая по предплечью и пачкая платье.

— Катария, я разрежу ткань на плече, чтобы не было больно снимать наряд, и обработаю рану, — произнесла Лина, доставая инструменты.

— Его всё равно уже не спасти, оно все в крови, — ответила я.

Лина взяла ножницы и аккуратно срезала рукав платья чуть выше локтя.

— Я дам тебе чистую одежду, чтобы ты смогла переодеться позже, — пообещала она.

— Спасибо, Лина.

— Ты мне жизнь спасла, — женщина подняла на меня полные слез глаза.

Я слабо улыбнулась:

— Кейд спас нас.

Лина принялась обрабатывать разорванную кожу. Руку мгновенно прожгло невыносимой болью. Я стиснула зубы, сдерживая крик. В глазах временами темнело, а к горлу подступала тошнота.

В дом зашел Кейд. Он подошел ко мне и хмуро заглянул в лицо:

— Как ты?

— Жить буду, — выдохнула я сквозь зубы.

Кейд посмотрел на рану:

— Неглубокая, быстро заживёт.

Лина наложила плотную повязку и затянула узлы. Голова кружилась всё сильнее, а темные пятна перед глазами становились больше.

Дверь дома отлетела в сторону, и на пороге появился Тардан. Он остановился напротив моего стула, окинул взглядом окровавленные куски ткани и жестко спросил:

— Укусили?

— Нет, рана от когтей, — ответила Лина. Она закончила перевязку, собрала оставшиеся бинты и ушла к комоду, чтобы убрать всё обратно в ящик.

Я вскинула подбородок, глядя на правителя Астериса:

— А если бы укусили, ты бы меня убил?

Тардан проигнорировал мой вопрос и повернул голову к Кейду, который стоял рядом.

— Я приказал тебе следить за ней! — процедил Тардан, и его глаза опасно потемнели.

— Я был рядом, — ровно ответил командир.

— Недостаточно, раз она пострадала!

Я резко поднялась со стула, не желая слушать эти несправедливые обвинения:

— Он нам жизнь спас!

Тардан повернулся ко мне, но договорить я не успела. Земля ушла из-под ног. Перед глазами поплыли темные пятна, а колени подогнулись. Падения не последовало — чьи-то сильные руки подхватили меня раньше, чем я коснулась пола. Последнее, что я почувствовала, — крепкую ладонь на своей спине и чужое, обжигающее тепло.

Я открыла глаза и несколько секунд бессмысленно разглядывала незнакомый потолок. Сознание возвращалось неохотно, по крупицам. Вспышка боли, падение… и руки. Чьи-то сильные, надежные руки, успевшие перехватить меня.

Кейд. Это точно был он. Значит, это он принес меня сюда?

Я приподнялась на локтях. Комната оказалась просторной, погруженной в сероватый предрассветный полумрак, но мое внимание приковал силуэт у окна. У меня перехватило дыхание, а сердце пропустило удар — внутри все похолодело. Возле окна неподвижно стоял Тардан. Мысли спутались: что он здесь делает?

Тардан едва заметно повел головой, уловив шуршание. Он понял, что я очнулась, но даже не повернулся — лишь снова уставился в окно, всем своим видом демонстрируя равнодушие.

— Где Кейд? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Он остался неподвижен. Голос прозвучал сухо и отстраненно:

— Тебя не должно волновать, где находится мой командир.

Я почувствовала, как закипает раздражение. Его высокомерие уже душило.

— Знаешь, в его компании находиться куда приятнее, — процедила я, придав голосу максимум твердости. — Он, по крайней мере, видит во мне человека, а не пустое место, о которое можно вытирать ноги.

Вот теперь Тардан развернулся. В его глазах полыхнуло опасное пламя.

— Не обольщайся, — ответил он, делая ударение на каждом слове. — Кейд находится рядом с тобой только потому, что это мой приказ.

Слова ударили наотмашь, но я не собиралась сдаваться. Превозмогая слабость, я поднялась с постели. Ноги на секунду подогнулись, мир перед глазами качнулся, но я выпрямилась.

— Возможно, он просто не такой черствый, как ты! — бросила я ему в лицо.

Тардан ничего не ответил. Это надменное молчание взбесило меня окончательно. Ну раз уж мы заговорили о приказах и обязанностях…

— Что с тварями? — резко перевела я тему, делая шаг вперед. — Вы поймали хоть одну? И сколько астерийцев пострадало на этот раз?

Его лицо превратилось в каменную маску.

— Не лезь в дела Астериса, Катария.

— Твари убивают не только твоих подданных! — сорвалась я на крик. — Люди тоже гибнут! Наша кровь льется так же, как и ваша!

— Это не моя земля, — холодно отрезал Тардан, и в его голосе не было ни капли жалости. — И мне нет дела до того, что там происходит.

Вся злость, страх и обида вырвались наружу огненной волной.

— Ты ублюдок! — вскричала я, теряя контроль. — Люди гибнут в муках, а ты просто стоишь и молчишь?!

Тардан резко шагнул ко мне. Его фигура мгновенно перекрыла свет.

— Следи за словами, Катария, — угрожающе тихо произнес он.

От неожиданности я инстинктивно попятилась, но спина уперлась в стену. Тардан остановился так близко, что между нами едва оставалось несколько сантиметров, и поставил ладонь на стену рядом с моей головой, окончательно перекрывая путь. Я физически ощутила исходящее от него тепло, тяжелую, подавляющую ауру силы.

Дыхание само собой сбилось, застряв в горле. Мое собственное тело предательски реагировало на его близость, и эта мимолетная слабость разозлила меня еще сильнее.

— Отойди от меня, — процедила я, пытаясь вернуть голосу прежнюю твердость. — Ты мне отвратителен.

Уголки его губ дрогнули в циничной, едва уловимой усмешке. Он не сдвинулся ни на миллиметр.

— Для женщины, которой я настолько отвратителен, ты слишком тяжело дышишь от моей близости, — его низкий голос вибрировал у самого моего лица, заставляя волоски на коже подняться дыбом.

— Не путай страх с чем-то другим.

Тардан не ответил сразу. Его взгляд медленно, почти осязаемо скользнул по моему лицу, задерживаясь на скулах, линии челюсти и, наконец, опустился к губам.

— Страх? — выдохнул он прямо в мои губы, обдавая их жаром. — Или желание?

Тени за его спиной дрогнули. Черные, живые сгустки поползли по стене, отделяясь от его силуэта, и коснулись моих плеч. Я вздрогнула: от них повеяло холодом, в то время как от самого тела Тардана исходил жар.

Я сглотнула, не в силах отвести от него глаз, и прикусила нижнюю губу. От этого непроизвольного жеста его вертикальные зрачки сузились, а черный взгляд стал еще тяжелее, почти хищным. Я хотела что-то ответить, съязвить, оттолкнуть его, но вместо этого потеряла контроль над собственным телом. Словно в трансе, ведомая непонятным импульсом, я сама подалась чуть вперед.

Его губы накрыли мои. Он зажал меня всем телом у стены, лишая возможности отступить. Пальцы его руки зарылись в мои волосы на затылке, плотно фиксируя лицо и не оставляя шанса отстраниться.

Тардан целовал меня глубоко, сминая губы и силой заставляя приоткрыть рот. Его язык властно ворвался внутрь, подчиняя себе каждый мой вздох. Вторая его ладонь опустилась мне на талию, пальцы впились в кожу через ткань платья, собственническим жестом вжимая мои бедра в свой пах. Ощущение его горячего тела и близости кружило голову.

Разум капитулировал, и вместо того чтобы бороться, я начала отвечать. Я прильнула к нему, ловя каждый вдох и до боли впиваясь пальцами в его плечи, сгорая в этом запретном ощущении. Я сама подалась вперед, отвечая на его напор, пока его язык продолжал исследовать мой рот, выжигая остатки воли.

Постепенно поцелуй стал медленнее. Тардан еще несколько секунд не отпускал меня, будто специально растягивал этот момент. Перед тем как отстраниться, он прихватил зубами мою нижнюю губу, слегка потянул ее на себя и только потом ослабил хватку.

Я осталась стоять у стены, едва удерживаясь на ногах. Сердце бешено колотилось в груди, дыхание было рваным и хриплым. В голове царил абсолютный хаос. Какого черта?! Что я только что сделала?!

Он уперся ладонями в стену по обе стороны от моей головы, окончательно заключая меня между собой и холодным камнем.

Чуть склонив голову набок, Тардан провел по мне взглядом, затем наклонил ее в другую сторону. На губах появилась едва заметная, самоуверенная усмешка.

— Покажи мне еще раз, насколько я тебе отвратителен, — произнес он с опасной мягкостью.

Тени, касавшиеся моего тела, отступили и вернулись к нему, растворяясь в его силуэте.

Черт… Еще мгновение назад я исходила чистой яростью, была готова задушить его собственными руками. А сейчас? Сейчас я все еще физически чувствовала вкус его губ на своих, и этот вкус кружил мне голову. Наверное, дело было в этой проклятой близости. В давлении, которое он создавал одним своим присутствием. В злости, которая перемешалась со слишком сильными эмоциями.

Пытаясь оправдать саму себя, я почувствовала, как к щекам приливает краска. Собрав остатки гордости, я уперлась ладонями в его грудь.

— Отойди от меня! — мой голос прозвучал тише, чем хотелось бы, но в нем снова сквозила злость.

Тардан опустил взгляд на мои руки, уткнувшиеся в его грудь, затем снова посмотрел мне в глаза. На его губах заиграла высокомерная, издевательская усмешка.

— Если очень хорошо попросишь, Катария… я могу утолить твой голод.

Мои мысли на секунду замерли, а потом вспыхнули новой волной бешеного гнева. Вот же ублюдок! Он действительно подумал, что я настолько жажду его внимания? Что после поцелуя я сломаюсь и буду умолять его, как побитая собака? И, конечно же, сам Великий Тардан ни за что не соизволит снизойти до обычной человеческой девчонки — разве что в том случае, если она сама будет валяться у его ног и слезно просить об этом.

Я открыла рот, чтобы ответить и стереть с его лица самодовольную ухмылку, но Тардан отступил.

— Собирайся, — сухо бросил он. — Скоро уезжаем.

Он развернулся и вышел из комнаты, не дав мне сказать ни слова.

Я посмотрела на окно. На улице уже слегка светлело. Я подумала о том, как долго проспала после своего обморока. Опустив взгляд на платье, я мысленно выругалась — наряд был полностью измазан засохшей кровью, ехать в таком виде было невозможно.

В дверь негромко постучали.

— Войдите, — ответила я, так и не отлепившись от стены.

В комнату зашла Лина, держа в руках стопку вещей.

— Доброе утро, — произнесла она.

Я отошла от стены и слабо улыбнулась ей:

— Доброе. Ты так рано уже не спишь?

— Нет, Кейд еще вчера предупредил, что рано утром вы уезжаете, — Лина подошла ближе и протянула мне вещи. — Вот, они новые.

Я развернула ткань. В стопке лежали штаны, простая рубашка и нижнее белье. Мне сразу стало жутко неудобно перед хозяйкой, но Лина лишь мягко спросила:

— Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо, — я пошевелила плечом. — Удивительно, но рука даже почти не болит.

— Давай я провожу тебя в купальню, а после поменяю повязку, — предложила она.

— Спасибо, Лина. Это то, что мне сейчас нужно — смыть с себя всё.