Итак, одно очевидное различие между миндалевидным телом и корой состоит в том, что они функционируют по разным временным графикам. Миндалевидное тело может заставить вас действовать в соответствии с полученной информацией быстрее, чем кора обработает ее. Иными словами, физическая реакция будет запущена прежде, чем кора закончит организовывать информацию, чтобы вы смогли ее воспринять. Это бывает полезно, однако, поскольку мы мало контролируем быстрые реакции миндалевидного тела, страх и тревогу мы переживаем, вместо того чтобы сознательно управлять ими.
Эту быструю реакцию, которую инициирует миндалевидное тело, обычно называют реакцией «бей или беги». Вы, вероятно, знакомы с этим феноменом, который подготавливает тело к быстрому реагированию в опасной ситуации. Большинство из нас испытывали такую реакцию, и мы можем вспомнить случаи, когда чувствовали прилив адреналина и не раздумывая реагировали, чтобы защититься от угрозы. Сколько людей было спасено на автостраде благодаря молниеносным, инстинктивным реакциям, возникающим в миндалевидном теле? Реакция «бей или беги» начинается именно в его центральном ядре.
Осознав эти реакции, вы сможете понять, как тревога переживается на физическом уровне, и сумеете справиться с ней, в том числе с ее самым интенсивным вариантом – приступами паники. Люди, страдающие от панических атак, признают, как важно для них осознавать, что многие симптомы приступа паники вызваны реакцией «бей или беги», которую запускает миндалевидное тело. Учащенное сердцебиение, дрожь, расстройство желудка и гипервентиляция легких связаны с попытками миндалевидного тела подготовить тело к действиям. Эти симптомы часто заставляют людей думать, что у них начинается инсульт или сердечный приступ или что они «сходят с ума». Когда же люди поймут, что в основе приступа паники часто лежат попытки миндалевидного тела подготовить тело к реагированию на чрезвычайные обстоятельства, они с меньшей вероятностью будут пугаться своих симптомов (Wilson, 2009).
«Бей или беги» – это наиболее привычная реакция страха, но миндалевидное тело может генерировать еще один вариант, который реже принимают во внимание: оцепенение, неподвижность. Очень многие люди говорят, что в состоянии сильного стресса они чувствуют себя парализованными.
Поэтому, на наш взгляд, для этой реакции больше подходит обозначение «бей, беги или замри». Вероятно, для наших предков оцепенение в определенных ситуациях было так же полезно, как борьба или бегство. Вспомните, как замирает кролик у своей норы, когда вы с собакой идете мимо. Для современных людей оцепенение в ситуации угрозы подчас тоже эффективно.
Когда включается реакция «бей, беги или замри», место водителя занимает миндалевидное тело, а вы становитесь пассажиром. Именно поэтому в чрезвычайных ситуациях нам кажется, будто мы наблюдаем за своей реакцией, вместо того чтобы сознательно управлять ею. В такие моменты мы ощущаем, что не контролируем себя и находимся во власти тревоги. Причина такого состояния заключается в том, что миндалевидное тело не только быстрее действует – у него также есть способность на нервном уровне блокировать другие мозговые процессы (LeDoux, 1996). Благодаря множеству связей с корой головного мозга миндалевидное тело может оказывать сильное влияние на реакции коры на различных уровнях, при этом обратная связь, от коры к миндалевидному тело, намного слабее (LeDoux & Schiller, 2009). Именно поэтому, когда миндалевидное тело берет на себя управление, мы буквально лишаемся способности думать. Мыслительные процессы коры подавляются, и мы попадаем под влияние миндалевидного тела. Возможно, такое воздействие миндалевидного тела покажется вам не очень полезным, однако в некоторых ситуациях оно крайне важно. Автомобиль пересекает двойную сплошную и несется на вас. Представьте, что мозг, прежде чем отреагировать на это, сначала определил бы марку машины, модель, цвет, а также выражение лица водителя. Очевидно, что способность миндалевидного тела подавлять кору может буквально спасти нам жизнь. И с вами так наверняка уже было не раз.
Но если вы боретесь с тревогой, вам обязательно нужно осознавать эту способность миндалевидного тела брать управление на себя. В случаях опасности мозг генетически предрасположен позволять миндалевидному телу захватывать контроль. Поэтому, если тревога вызвана миндалевидным телом, нам трудно управлять ею с помощью мыслительных процессов, которые возникают на более высоких уровнях, в коре, и основаны на причинно-следственных связях. Возможно, вы уже осознали, что ваша тревога часто бывает непонятна коре и что кора не может разрушить ее логическим способом.
Кроме того, миндалевидное тело также может влиять на кору, вызывая высвобождение химических веществ, которые, в свою очередь, воздействуют на весь мозг, включая саму кору (LeDoux & Schiller, 2009). Эти химические вещества могут буквально изменить наше мышление. Поэтому при борьбе с тревожностью так важно освоить стратегии управления тревогой, вызванной миндалевидным телом. Таким стратегиям и методам посвящена вторая часть этой книги.
Теперь вы знаете, какие части мозга отвечают за различные типы тревоги. Знаете, что корковый путь генерирует беспокойство, навязчивые мысли и тревожащие интерпретации, а миндалевидное тело запускает физические реакции, складывающиеся в реакцию «бей, беги или замри». Многие люди начинают чувствовать себя комфортнее, если они просто знают, откуда появляются различные симптомы и что за ними стоит. Людям становится спокойнее – они обретают уверенность, что не сходят с ума.
Имея представление о частях мозга, участвующих в возникновении тревоги, вы, вероятно, хотите узнать, можно ли вмешаться в процесс и изменить реакции. Можно, но для этого вы должны произвести изменения в нервных связях мозга. Мозг состоит из миллиардов связанных между собой клеток, образующих нейронные цепи, которые хранят воспоминания, вызывают чувства и инициируют все действия. Эти клетки называют нейронами, или нервными клетками, и они являются основными составными элементами мозга. Именно они обусловливают нейропластичность нашего мозга, то есть способность изменять себя и свои реакции. В соответствии с нашим опытом нейроны в мозге способны менять свою структуру и паттерны реагирования. Поняв, как функционируют нейроны, вы сможете освоить стратегии перенастройки нейронных цепей, отвечающих за тревогу. Эти знания также помогут вам понять, как влияют на мозг седативные препараты.
Нейроны, или нервные клетки, состоят из трех основных частей (см. рис. 3). Тело клетки содержит ее структурные элементы, включая генетический материал, который управляет строительством клетки. Из тела выходят дендриты, похожие на ветки дерева. Дендриты – важнейшая часть системы связи между нейронами. Они тянутся к другим нейронам, чтобы получать сигналы, которые передаются между нейронами посредством химического процесса. Дендриты получают сигналы от аксонов других нейронов. Аксоны не касаются дендритов, они посылают сигналы, выделяя химические вещества – нейромедиаторы — в пространство между собой и дендритами. Нейромедиаторами, например, являются адреналин, дофамин и серотонин.
Рис. 3. Анатомия нейрона
Пространство между аксоном и дендритом называют синапсом (см. рис. 4). В этом микропространстве осуществляется связь между нейронами. На конце аксона, который называется терминалью, находятся крошечные мешочки, содержащие нейромедиаторы, готовые к отправке химических сигналов. Одни нейромедиаторы возбуждают нейрон, а другие тормозят или успокаивают его.
Рис. 4. Синапс между двумя нейронами
Нейромедиаторы называют химическими передатчиками, потому что, пересекая синаптическое пространство, они как будто передают сообщение следующему нейрону. Нейромедиаторы взаимодействуют с рецепторами на дендритах следующего нейрона и вызывают такой же эффект, как поворот ключа в замке. Не вдаваясь в детали, отметим важный момент: когда нейромедиатор взаимодействует с рецептором, он может заставить нейрон реагировать разрядом. Разряд нейрона возникает, когда положительный заряд перемещается из дендритов нейрона через тело клетки к аксону на другом конце. Это заставляет аксон выделять нейромедиаторы из своих терминалей, передавая химический сигнал еще одному нейрону, который передает этот сигнал дальше.
Нейроны работают на основе химических сигналов между ними и электрических зарядов. Каждое ощущение, которое вы испытываете, например, от вида этих слов на странице или звуков птиц, поющих во дворе, обрабатывается в мозге нейронами. Проникают ли в ваши глаза световые волны, воздействуют ли на ваши барабанные перепонки колебания воздуха, все эти ощущения превращаются в электрические сигналы в нейронах, и затем эти сигналы передаются другим нейронам через нейромедиаторы. Посредством этих процессов передачи мозг создает цепи нейронов, которые взаимодействуют между собой, чтобы хранить воспоминания, вызывать эмоциональные реакции, инициировать мыслительные процессы и действия.
Когда ученые обнаружили, что сигналы между нейронами передаются при участии нейромедиаторов, они начали создавать лекарственные препараты, воздействующие на этот процесс. Многие из таких лекарств, например лексапро (эсциталопрам), золофт (сертралин), эффексор (венлафаксин) и симбалта (дулоксетин), применяются для лечения тревожности. Их функция – увеличивать количество нейромедиаторов в синапсе, чтобы повлиять на нейронные цепи в определенных областях мозга.
Зачем нужно знать, как работают нейронные цепи, и что обеспечивает связь между нейронами? Это необходимо, чтобы суметь перенастроить свой мозг. Канадский психолог Дональд Хебб (Hebb, 1949) предложил теорию, объясняющую, как нейроны образуют связи. Она многое проясняет. Основная ее идея кратко выражена в простом утверждении нейробиолога Карлы Шатц: «Нейроны, которые возбуждаются вместе, устанавливают между собой связи» (Doidge, 2007). Это утверждение позволяет яснее понять, как можно сделать мозговую перенастройку.
По сути, для того чтобы нейроны образовали связи между собой, один нейрон должен генерировать разряд в то же самое время, когда это делает другой нейрон. Когда нейроны вместе генерируют разряд, связь между ними усиливается, и в результате вырабатывается паттерн связи, при котором активация одного нейрона заставляет другой также активизироваться. С этими нейронами похожим способом могут быть связаны другие нейроны, и если они вместе генерируют разряд, скоро образуется целый набор связанных между собой нейронов. Изменение нервных связей предполагает изменение таких паттернов, когда возникают новые связи между нейронами и формируются новые нейронные цепи. Изменения в мозге, или процесс обучения, – это образование новых нейронных связей и цепей.
Хотя наш мозг от рождения запрограммирован, чтобы развивать и организовать себя, он удивительно гибкий и исключительно отзывчив к конкретным переживаниям каждого человека. Как это объясняет нейробиолог Джозеф Леду (LeDoux, 2002), «люди не появляются уже смонтированными, их лепит сама жизнь». Система связей в мозге сформирована определенными переживаниями, и она может измениться под влиянием текущих переживаний. Когда вы часто задействуете определенные нейроны, связи между ними усиливаются. Например, многие помнят таблицу умножения и пользуются ею для решения математических задачек. Значит, связи между нейронами, обеспечивающие это, остаются такими же сильными, как были в школьные годы. Но некоторые из нас полагаются на калькуляторы, не активизируют нейронные цепи, хранящие таблицу умножения, и она постепенно забывается.
Конкретная нейронная цепь в мозге формируется на основе испытываемых переживаний. Возможно, ваш мозг связывает лошадей с конюшнями, дедушек с сигарами, запах попкорна с бейсболом и т. д. Хотя два человека могут иметь похожие ассоциации, у каждого из нас есть уникально сформированные нейронные цепи в мозге, основанные на наших собственных переживаниях. У одного человека может быть нейронная цепь, которая связывает коров с сыром и Висконсином, а у другого нейронная цепь соотносит этих животных с сараями и доильными аппаратами.
Нейроны образуют новые связи и формируют новые цепи различными способами. Нейронные цепи могут быть активизированы определенными преднамеренными мыслями – когда, например, вас просят вспомнить бабушку. Нейронные цепи можно реорганизовать путем изменения поведения – так бывает, например, при обучении новому удару в гольфе.
Формирование новых нейронных цепей происходит, когда вы учитесь играть на фортепьяно или отрабатываете подачу в волейболе, причем изменения в мозге будут идти, даже если выполнять эти действия мысленно.
Если вы хотите избавиться от тревожности, вам необходимо изменить нервные связи, вызывающие реакции тревоги. Некоторые из этих связей хранятся в нейронных цепях мозга в виде воспоминаний, которые формируются и в коре, и в миндалевидном теле.
Эмоциональные воспоминания создаются латеральным ядром миндалевидного тела посредством ассоциации (мы рассмотрим этот процесс в главе 2). Эти воспоминания основаны на переживаниях, которые наша кора может и не запомнить. Дело в том, что система памяти в коре существует абсолютно отдельно от такой же системы в миндалевидном теле. Исходя из современных научных данных, память, связанная с миндалевидным телом, является более долговременной, чем память, связанная с корой (LeDoux, 2000). Другими словами, кора забывает информацию или испытывает затруднения с ее извлечением из памяти намного чаще, чем миндалевидное тело.
Существование различных систем памяти объясняет, почему мы в определенной ситуации можем испытывать тревогу, не имея при этом никаких сознательных воспоминаний, которые позволили бы понять ее причину. Но если миндалевидное тело хранит эмоциональное воспоминание о некоем событии, то кора может его и не помнить. А это значит, что и вам его будет трудно вспомнить, потому что люди полагаются на корковую память. Поэтому нас озадачивают некоторые наши эмоциональные реакции, особенно тревога. Например, вы не можете понять, почему у вас возникает тревога на мосту, почему вы стараетесь не сидеть спиной к двери в ресторане, почему напрягаетесь от запаха помидоров.
Миндалевидное тело способно реагировать на основе собственных эмоциональных воспоминаний и не нуждается в воспоминаниях, связанных с корой. Исследования, в которых прослеживались проводящие пути в мозге, дающие начало эмоциональным реакциям, показали, что получение эмоционального опыта может происходить без участия коры (LeDoux, 1996). Приведем пример (из Claparede, 1951).
Одна женщина была госпитализирована с корсаковским синдромом – нарушением памяти, часто связанным с хроническим алкоголизмом. Ее кора не могла формировать воспоминания о переживаниях, поэтому женщина не узнавала своего врача и больницу, несмотря на то что находилась здесь уже несколько лет. Она не знала имя медсестры, которая месяцами заботилась о ней, и через несколько минут забывала рассказанную ей историю. Но в то же время ее миндалевидное тело демонстрировало способность формировать эмоциональные воспоминания без помощи коры.
Однажды ее врач провел небольшой эксперимент (который был бы неэтичным по сегодняшним стандартам). Приветствуя пациентку рукопожатием, он уколол ее руку булавкой, спрятанной в ладони. На следующий день, когда женщина увидела, что врач протянул ей руку, она в страхе быстро отдернула свою. А когда тот спросил ее, почему она отказалась от рукопожатия, женщина не могла этого объяснить. И, более того, заявила, что не помнит этого врача. У нее не было никаких корковых воспоминаний о событии, которое заставило ее бояться врача, но миндалевидное тело сформировало эмоциональные воспоминания и заставило испугаться.
Если вы боитесь конкретного объекта или ситуации, то, возможно, сумеете вспомнить переживание, из-за которого ваше миндалевидное тело научилось этому страху. Но не исключено, что установить причину страха у вас не получится, потому что кора окажется не способна вспомнить те события, даже если миндалевидное тело помнит их. Кора может быть не включена в эту цепь, поэтому люди часто бывают озадачены своими эмоциональными реакциями.
Приведем еще один пример. Лили поняла, что у нее социофобия, когда узнала о симптомах этого расстройства на сайте, посвященном тревоге. Она чувствовала себя неловко в группах людей, ей было трудно посещать семейные встречи – обед в День благодарения или вечеринку по поводу предстоящего рождения ребенка у невестки. Когда психотерапевт сказал ей, что тревогу у нее, вероятно, вызывает миндалевидное тело, она не смогла найти конкретного объяснения своей эмоциональной реакции. Тогда психотерапевт попросил описать особенности собраний, в которых она чувствует тревогу. Лили сказала, что ей очень трудно находиться в любом кругу людей, даже если это веселящиеся родственники. Собрания людей приводят ее в ужас, особенно когда все участники одновременно смотрят на нее.
Психотерапевт попросил Лили вспомнить переживание, которое, возможно, научило ее миндалевидное тело тому, что собрание людей представляет собой опасность. И женщина вспомнила случай из детства. Однажды во втором классе она оказалась в ситуации, когда все дети по очереди читали вслух книги. Очередь дошла до Лили, и ей было трудно справиться с заданием, а учитель обращался с девочкой так, что она почувствовала себя униженной. Таким образом, к Лили вернулось корковое воспоминание о травмировавшем ее событии, и она поняла, почему миндалевидное тело сформировало защитное эмоциональные воспоминание. Именно из-за этого случая миндалевидно тело реагировало на группы людей так, будто они представляют собой опасность.
Понимание того, что миндалевидное тело хранит эмоциональные воспоминания, о которых ваша кора ничего не знает, может помочь вам разобраться в своих эмоциональных реакциях. Иногда источник или цель эмоциональных реакций, вызванных миндалевидным телом, для коры совершенно скрыты. В следующей главе мы поможем вам и вашей коре лучше понять процессы, которые проходят в миндалевидном теле.
ВЫВОДЫ
У тревоги могут быть два проводящих пути. Когда действует первый путь, информация идет через нейронные цепи коры, а затем передается в миндалевидное тело, которое запускает реакцию тревоги. По второму пути информация поступает прямо из таламуса в миндалевидное тело. В обоих случая миндалевидное тело может генерировать тревогу, но, поскольку и тот и другой путь задействует нейронные цепи, процесс можно изменить. Если вы понимаете, как работают эти цепи, то можете перенастроить мозг, чтобы снизить тревожность.
Пусть вас не вводит в заблуждение небольшой размер миндалевидного тела. Конечно, возникновению тревоги всячески способствует и самая большая и самая развитая часть мозга – кора больших полушарий, однако самую важную роль в процессе играет миндалевидное тело. Оно, как мы уже выяснили в главе 1, бывает задействовано в обоих проводящих тревогу путях – и корковом, и пути миндалевидного тела. Подобно дирижеру оркестра, миндалевидное тело управляет многими реакциями и в мозге, и в теле. Оно полагается не только на генетически обусловленные реакции – оно исключительно чувствительно к тому, что происходит с нами в каждый момент, и реагирует на конкретные переживания.
В этой главе мы поговорим об особом языке миндалевидного тела и о его влиянии на нашу жизнь. С точки зрения эволюции, миндалевидное тело – это чрезвычайно древняя структура, и миндалевидные тела человека и животных очень схожи. У нас этот орган почти такой же, как у крыс, собак и даже рыб, поэтому исследователи смогли подробно изучить, как он функционирует и, в частности, вызывает страх и тревогу.
У миндалевидного тела новорожденного младенца есть готовые, генетически запрограммированные реакции. Но эта древняя структура не является неизменной; миндалевидное тело постоянно учится и изменяется на основе ваших повседневных переживаний.
Научившись понимать то, что мы называем «языком миндалевидного тела», вы сможете лучше контролировать свои реакции тревоги, потому что будете знать, как влиять на часть мозга, которая становится источником страха.
Pulsuz fraqment bitdi.