Kitabı oxu: «Ночь с драконом»
ГЛАВА 1
Я в очередной раз попалась в ловушку мамы…
Моя неугомонная родительница позвонила утром и закричала в трубку:
— Мия, подъем!
— Мамуля, я спать хочу, давай чуть позже, а…
Я отбросила телефон и вдавила голову в подушку: ничего не знаю и знать не хочу. Выходной день, суббота, спать, спать, спать…
Тяжелые веки снова слиплись, словно смазанные клеем, легла поздно, запоем читала книгу. Все мечтала дождаться, когда герои сойдутся. Увы, и там вмешались родители. И почему старшему поколению не сидится на месте? Старикам о душе пора думать, о боге, а они молодежи жизнь портят!
— День на дворе, хватит дрыхнуть! — завопил голос мамы в ухе.
Испуганно встряхнулась: неужели не отключила звонок? Или это у меня в голове шумит?
— Какой день? Ты о чем? — сонно посмотрела на серое окно, по которому с адским усердием барабанил дождь, на экран телефона. — Девять часов утра.
— Ничего не знаю! Я хочу позавтракать со своей дочерью, имею полное право! Жду по этому адресу.
Тут же щелкнула смс, а я со стоном откинулась на подушку.
И вот теперь сидела за столиком в кафе в гордом одиночестве, с тоской смотрела в окно на дождь, заливавший город, на улицу, где под колесами машин лужи превращались в маленькие цунами.
Я перевела взгляд на чашку с кофе, сделала глоток и поморщилась: американо уже остыл и был таким же черным и мрачным, как мое настроение.
А все мамочка виновата!
Она мечтала выдать меня замуж. Это ее идея-фикс, с которой она носилась, будто с торбой писаной. Еще бы! Мне уже двадцать пять лет, а на горизонте не видно ни одного жениха. С некоторых пор свидания вслепую стали нормой моей жизни. С завидным постоянством я каждые выходные сидела в кафе и скучала в ожидании очередного сыночка подруги мамы… или подруги маминой подруги… или…
Леший разберет эти запутанные отношения!
Телефон завибрировал на столе, покосилась на экран — мама, наверняка где-то спряталась в уголочке, сгорая от любопытства.
— Мия, достань айпад! — приказала она, я огляделась: интересно, откуда она наблюдает за мной. — Я сказала, что перед тобой будет стоять планшет в красном чехле.
— Мама, можно я хотя бы сначала посмотрю на то чудо, которое ты мне сватаешь?
— В этот раз нет!
Она права: я успеваю удрать до приветствия, так как все эти сыночки, засидевшиеся в холостяках, тоже кавалеры не первой свежести. Мама считала, что я не давала потенциальным женихам шанса раскрыться.
— Хорошо, — вытащила айпад из сумки, положила его на стол и хитро спросила в надежде выцыганить информацию: — А как я кавалера узнаю?
— Ну… он будет в… галстуке.
Отличная отмазка, мамулю не проведешь.
— Я не хочу замуж. Можно я сама найду себе пару?
— Где? В твоей библиотеке, где кукуют одни старые девы?
Опять вздохнула: и на этот раз мама права.
— Ну… я еще в бассейн хожу и в клубы… иногда…
— В клубах пустобрехи собираются. Выпивка и случайный перепихон — их ночное счастье.
— Зачем ты так?
— Короче, не спорь со мной, Мия!
Мама отключилась. В кафе по-прежнему было пусто, только я, бармен да трясущаяся в припадке скуки кофемашина.
— Дзинь, — зазвенел колокольчик у дверей.
Быстро обернулась: у входа стоял мужчина. Лицо я не увидела: его закрывал зонт, который посетитель в этот момент пытался сложить. Зато хорошо разглядела ноги в… резиновых сапогах, в которые по-деревенски были заправлены брюки.
Что?
Ек-макарек! Только мне лесника в женихи и не хватало! Я бросила айпад в сумку и мигом снялась с места. У дверей толкнула мужика плечом, вырвалась на улицу и понеслась к пешеходному переходу.
— Мия, стой! — голос мамы камнем прилетел в спину. — Стой!
Резко затормозила, посмотрела назад, ливень заливал лицо, вода потоком стекала с волос, закрывая обзор. Мама в дождевом мареве стояла на крылечке кафе и махала рукой. Отчего-то сжалось сердце, но я не поддалась секундной слабости.
— Все! — закричала ей. — С меня хватит! Больше никаких свиданий!
Развернулась и понеслась к пешеходному переходу, как раз запиликал светофор на углу.
— Дочка, мое время на исходе! Дай мне шанс увидеть внуков!
Кажется, будто наткнулась на каменную стену, что за сериальные страсти? Ее слова ударили по натянутым нервам и по сердцу. О чем она говорит? Это очередной хитрый прием?
— Мама, не пугай меня!
— Мия, вернись! Я говорю правду.
Ну, уж нет! Не попадусь больше на ее удочку! Мигом снялась с места. Шаг, другой… Визг тормозов взрывом ворвался в мозг, обернулась и увидела: на меня летит огромная махина автобуса. Замерла, парализованная, еще почувствовала удар, боль от падения и провалилась во тьму…
***
—Шилесса, шилесса, очнитесь!
Удары по щекам сопровождали каждое слово, но боли я не чувствовала: в голове творилось что-то невероятное, какофония звуков, голосов, мелькание образов.
— Не хочу, не хочу! — тоненько визжал кто-то женским голосом. — Не поеду!
— Вы удостоены чести, — басил мужчина.
— Да пошел ты!
— Найдите другую жертву! — появилась женщина в развевавшейся одежде. — Возьмите любую служанку.
Страшное лицо с огромным носом надвинулось на меня, я вскрикнула, сразу захотелось тараканом спрятаться в щель.
— Нужна девушка королевской крови, — ответил ей кто-то.
— Заберите дочь наложницы?
— Какую?
— Хотя бы эту.
Новый хлесткий удар ожег кожу и вырвал меня из кошмара. Я подняла тяжелые веки: на меня смотрели огромные карие глаза миловидной девчушки.
— Ох, шилесса, как вы меня напугали!
Я села, ничего не понимая, ощупала себя, кости целы, какое счастье! Во всем теле небольшая ломота, и только.
И тут вспыхнуло в мозгах: мама!
Вскочила с воплем:
— Мамочка, что ты там…
Слова застряли в горле: я была в большой комнате, рядом со мной — незнакомая девушка в странной одежде, и ни дороги, ни автобуса, ни дождя нет…
ГЛАВА 2
Истерика комом встала в горле, я с усилием протолкнула ее внутрь. «Это сон! — появилась первая мысль. — Начиталась на ночь, вот и привиделось всякое».
Я легла, плотно зажмурилась и сделала несколько вдохов-выдохов.
— Шилесса, что с вами? — захныкала над ухом девчонка. — Вы меня пугаете.
«Не обращай внимания! — убеждала себя я. — Это сон. Или бред. Я в больнице».
Но ничего не произошло. По-прежнему не чувствовала боли, наоборот, в теле была какая-то воздушная легкость, хотелось взмахнуть руками и взлететь. Это желание так тревожило, так сжигало изнутри, что я щелкнула пальцами, чтобы отогнать его. Кончикам стало нестерпимо горячо.
Рядом кто-то восхищенно взвизгнул. И чего это медсестры веселятся? Больница все же. Тишина… покой… мысли о вечности.
Приоткрыла глаза, а потом распахнула их потрясенно. Вокруг меня порхали бабочки. Десятки, сотни крохотных бабочек. Они трепетали крылышками, вспыхивали разноцветными огоньками, наполняли воздух нежным шелестом и ароматом.
— Что это? — села от шока, впервые вижу такое чудо.
— Шилесса, — ко мне на шею бросилась кареглазая девчонка. — Шилесса! Какое счастье! — она выбежала из комнаты, уже радостно крича во все горло: — К шилессе Мие волшебство вернулось.
— Что это? — я повторила вопрос в пустоту и огляделась.
Комната нисколько не походила на больничную палату. Ее стены были задрапированы тканью, такой пестрой, что в глазах рябило. Или это рябило от мелькающих везде бабочек?
— Скройтесь! — взмахнула рукой и щелкнула пальцами.
И тут же, словно по волшебству, крылатые милашки исчезли, зато в комнату ураганом ворвалась толпа людей, и впереди всех семенила женщина в широких одеждах. Где-то я ее уже видела.
— Ах, шилесса Мия! Мы уж и не чаяли…
— Такая радость! Видел бы вас батюшка…
Люди засуетились вокруг меня, захлопотали. Я смотрела на них круглыми глазами, ничего не понимая.
— Кто вы? Где я?
Все вокруг казалось странным: эти люди в непонятной одежде, их слова, восторги, обращение ко мне. Да и на мне платье в пол, а грудь невыносима стянута, невозможно сделать полный вдох.
— Снимите с меня это!
Я дернула плечом, завела руки за спину, пытаясь найти застежку. Ко мне бросилась кареглазая девушка.
— Ослабить шнуровку, шилесса?
— Что? Какую шнуровку? — не поняла я и вдруг до меня дошло — корсет. На мне древний корсет. — Да, ее.
— Выйдите все! — приказала людям женщина.
«Где же я ее видела? — напрягла мозги. — Только что видела».
Но память пока отказывалась помогать хозяйке, зато шок прошел, в работу включились мозги.
«Так, я не в больнице. Но место странное, больше похоже на съемочную площадку. Не могла же я переместиться с улицы сразу сюда. Или меня жених похитил? Черт! Это надо проверить!»
Девчонка ослабила шнуровку, и дышать стало легче. Я заметила в углу что-то похожее на зеркало, бросилась к нему и отпрянула, так испугалась отражения.
Нет, я видела себя, но в совершенно непонятном образе. На мне было нежно-голубое платье с широкими рукавами и юбкой. Талия перехвачена синим корсетом, который высоко поднимал грудь. Волосы убраны в высокую прическу, но сейчас немного разлохматились, и украшены лентами и заколками.
Совершенно не та Мия, что я привыкла видеть каждое утро. Та обычная городская девушка, живущая в век технологий. Она носит джинсы, футболки, куртки, убирает волосы в высокий хвост, бегает по утрам и выдает библиотечные книги подросткам и старушкам.
А эта нежная фиалка с растерянным лицом, кисейная барышня, готовая в любую минуту хлопнуться в обморок. На ней нет ни грамма косметики, а полупрозрачная кожа сияет розовым светом, более интенсивным на щеках, серые глаза, всегда казавшиеся мне не слишком выразительными, сейчас словно подернуты дымкой и отливают серебром.
— Кто это? — шепнула я деревянными губами.
— Ах, Мия! — женщина подошла сзади и заправила прядь волос мне за ухо. — Не узнаешь себя? Ты сегодня чудо как хороша, может, потому и магия вернулась.
Сначала мне показалось, будто дама любовалась моим отражением, но ее голубые глаза словно закрывала корка льда. Такое впечатление, что она изучала меня, исследовала в своих целях, но зачем?
— Магия — это бабочки? — еще больше порозовела от комплимента. — Я не знаю, откуда они появились.
Девчонка хихикнула, закрывав рот ладошкой. Покосилась на нее сердито: чего смешного я сказала? Она сразу сделала серьезное лицо, но от теплых глаз разбежались лучики смешинок.
— Да, кайри, — кивнула дама. — Но это не бабочки.
— А…
Я замолчала. Не время для расспросов. Придется доходить своим умом, чтобы не попасть впросак. И надо вернуться домой, но как? Хотя… зачем переживать? Скоро все прояснится, и глупая шутка мамочки и нового женишка закончится.
— Мия, нам нужно серьезно поговорить.
— О чем? — встряхиваюсь. — И вы кто?
В звенящей тишине слышалось, как где-то пела птичка, старательно выводила трели нежным голоском.
— Пикси, как это понимать? — дама повернулась к девчонке. — Ты куда смотришь? Что случилось с госпожой?
— Я… я… не знаю. Я выносила воду после умывания. Пришла, а шилесса лежит на полу…
— Несносная девчонка! Есть там кто? — в комнату сразу ворвались люди. — К позорному столбу ее! Десять ударов горящим хлыстом?
— Госпожа, простите меня! — девушка с грохотом хлопнулась на колени и ударилась лбом о пол. — Простите, недоглядела.
Она всхлипнула и залилась слезами. Я смотрела на это представление и не верила своим глазам. Я куда попала? Что за дикие нравы?
Два здоровенных парня подхватили девушку под руки и поволокли к выходу. С меня слетело оцепенение.
— Стоп! Не трогайте ее!
Кинулась наперерез и раскинула руки, не позволяв им пройти. Дама остановила мужчин властным жестом.
— Шилесса Мия, не стоит эта низкородная служанка вашей заботы.
— Я сама упала! — упрямилась я, не позволю наказать такую милую девчушку. — Запнулась и упала. Она тут ни при чем!
— Тогда, почему вы не помните, кто я?
— Не знаю. Провал в мозгах, и все. Но девчонка не виновата, она помогла мне прийти в себя.
Дама отпустила громил, а Пикси (хорошо, что теперь знаю, как ее зовут) умоляюще сложила на груди руки.
— Спасибо вам, большое! Спасибо!
Она бросилась к моим ногам, схватила край платья и исступленно его поцеловала. Я вырвала ткань, но девушка тогда припала к туфлям.
Дурдом какой-то!
— Выйдите все! — взвизгнула я. — Оставьте меня одну!
— Мия, нам нужно поговорить, — уперлась рогом дама.
— Потом, все потом! Черт возьми! Дайте мне все вспомнить!
ГЛАВА 3
Ужас охватил меня, я на миг закрыла лицо руками и замерла.
— Шилесса…
Черт!
Я не хотела больше слышать это слово, поэтому не выдержала, легонько подтолкнула женщину к двери, она недоуменно посмотрела на меня, но повиновалась. Пикси вскочила и, кланяясь на каждый шаг, тоже попятилась к выходу.
Наконец я осталась одна и выдохнула. Боль обручем охватила голову и давила, давила, давила...
«Думай, Мия, думай! — внушала себе.
Я была на улице, на меня наехал автобус, я упала, стукнулась затылком, потеряла сознание. Это нормально, рядовая авария на скользкой дороге.
Но как оказалась здесь? Какая магия? Почему бабочки не бабочки? И вообще, кто эти люди? Вопросы роились в множились, и ни на один не было ответа. Осторожно огляделась в поисках скрытой камеры. Если ее найду, мамуле и ее кандидату в мои мужья не поздоровится, ох как не поздоровится!
Медленно обошла комнату. Ее обставили старинной мебелью из дерева, покрытого резными узорами. Провела пальцем по изящным линиям и невольно залюбовалась талантом мастеров. Выдвинула каждый ящик. В них лежали украшения, какие-то баночки, коробочки, ленты, принадлежности для письма. И все невероятной красоты и тонкости работы.
На широких полках хранилась одежда, роскошная, из шелка и кружева. На столике лежали книги в тяжелых переплетах. Открыла одну и охнула: каждая страница не напечатана, а написана вязью.
«О боже! Да у них и реквизиты из музеев. Ничего себе спектакль! — покачала головой. — Респект и уважуха, как говорит мой сосед-подросток, жениху и мамуле, постарались на славу».
— Ладно, где вы? — спросила вслух. — Я впечатлилась, выходите уже, а? — обернулась, заметила, как на противоположной стене слегка колыхнулась обивка, и крикнула: — А, вот вы куда спрятались!
Бросилась туда, отодвинула ткань и с визгом отскочила: на меня смотрело чудовище.
Перед глазами потемнело, и я опять провалилась в никуда.
Пришла в себя быстро, подняла веки и сникла: вокруг те же стены, в глазах все мелькает от пестроты, но нет ни мебели, ни ложа, зато потолок был так близко, что могла достать его рукой.
И достала…
Я взвизгнула, начала метаться в панике. Неожиданно сообразила, что болталась в воздухе на каком-то сияющем облаке, и оно шевелилось подо мной, будто живое.
— Помогите! — вырвался из горла беспомощный сип, голос отказался повиноваться. — Кто-нибудь! Что происходит?
А облако подо мной еще больше заволновалось, комната наполнилась едва слышными взволнованными голосами. Слов различить было невозможно, только повторялось шипение:
— Ши-ши-ши, шилесса…
Опять? Да, они все спятили!
Взмахнула руками, облако вмиг распалось, я полетела вниз, вскрикнула, меня тут же подхватили крохотные крылышки, а в голосах появились нотки паники:
— Шилесса, шилесса, шилесса…
— Опустите меня, немедленно! — наконец я пришла в себя.
И сразу оказалась на мягком ложе, окруженная сияющими бабочками. Они порхали надо мной, радостно трепеща крылышками, и счастливо повторяли:
— Шилесса, шилесса, шилесса.
Я села, протерла глаза, пригляделась и вздрогнула: четко увидела микроскопические лица, которые смотрели на меня круглыми глазками.
Свят-свят! С трудом подавила желание перекреститься.
— В-вы кто? Хватит мельтешить! Голова кружится.
Бабочки, словно получив команду, замерли на миг и опустились на кровать. Теперь я сидела в пушистом колышущемся цветнике.
— Мы кайри, шилесса. Твои кайри.
— Святые помидоры! — сорвалось с губ ругательство.
Шелест крыльев прекратился, я слышал сказанные слова отчетливо, или мне так показалось? Может, это у меня в башке светопреставление? Так и видела, как перепутались извилины. Во всяком случае я прекрасно понимала язык этих крохотных созданий.
Чувствовала, еще чуть-чуть, и мозг сломается от мыслей и вопросов. На миг закрыла глаза. «Это иллюзия, — сказала себе. — Не поддавайся обману!»
Но от удивления прийти в себя не могла. И как мамуле и будущему жениху удалось создать такой эффект? Он точно большой мастер электронных технологий!
— А поподробнее? Кто такие кайри? И что за жуткую морду я видела там, наверху?
Показала рукой на стену.
— Там, — облако взлетело и снова опустилось на ложе, — портрет егереса драконов.
Информация ударила по мозгам и нервам, я на миг растерялась.
— Т-а-а-а-к, приехали! Тут еще и драконы водятся?
— Конечно. Это их мир.
Встряхнула головой: «Чур меня!»
Огляделась в поисках камеры. Развести меня решили по полной программе, что ж, поиграем.
— Неужели? — сарказм так и капал с языка. — А мне показалось, что я видела людей.
— Все правильно! — восторженно вспорхнули кайри. — Мир населен разными расами, и одна из них — драконы.
— Это такие твари с огромными крыльями? — уточнила я на всякий случай, мучительно вспоминая картинки из книг фэнтези.
— Что вы, шилесса! — кайри накрыли меня облаком, почему-то я почувствовала силу их страха, которая передалась и мне. — Тише, тише! У них везде глаза и уши! Драконы — главная раса на земле.
— Главная, говорите? — я опустила ноги на пол и решительно пошла к портрету, кайри за моей спиной попискивали.
Какая, к черту, раса? Какое главенство? Жрут эти твари, конечно, хорошо, может, потому их мои бабочки и боятся. Но чем тогда они отличаются от обычных диких зверей?
Отодвинула драпировку, отошла на несколько шагов назад и, наклонив голову, стала разглядывать чудовище.
В моем представлении дракон — это что-то похожее на варана, только с крыльями. Унылое по цвету, бородавчатое и ужасное на вид существо. Во всяком случае — это животное без мозгов и мышления.
И увиденное меня не разочаровало. Передо мной была огромная ящерица, наделенная крохотной головой с полным отсутствием лба. Размах крыльев впечатлял, но не больше. Еще у чешуя светилась необычным цветом, густо-коричневым с огненными прожилками. Красиво, конечно, ничего не скажешь.
Перевела взгляд на глаза дракона и окаменела. Большие, выпуклые, цвета густого шоколада с красными искрами в глубине радужки, прикрытые тяжелыми веками, они будто заглядывали мне прямо в душу. В черных зрачках играло пламя, оно то вспыхивало ярко, то гасло.
Мурашки бежали по спине, собирались в стаи и щекотали пятки. Миг — и мир перестал существовать. Были только дракон и я… Я и дракон.
Разумом я понимала, что передо мной иллюзия, но эффект живого присутствия этой твари был очень силен.
— Нет, шилесса! Не смотрите в глаза! Не смотрите!
Одни кайри заволновались, метнулись к стене, качнув меня потоком воздуха, настолько мощным был их порыв, закрыли драпировку. Другие окружили меня теплом и лаской.
— Не пугайте шилессу, — заволновались третьи. — Она не его истинная!
А это еще что за зараза? Истинная какая-то? Наваждение исчезло, но осадок остался.
— Какой кошмар! — я растерла пальцами виски. — И почему вы так переполошились? Это всего лишь картина.
— Да-да, картина, — кайри дружно затрепетали крылышками. Я пригляделась, но так и не поняла, кто же они все-таки говорили. — Но картина магическая, поэтому ее закрыли тканью.
— И чем она мне грозит? Подумаешь, посмотрела!
— Вам не грозит ничем, вы же не истинная дракона.
— Может, объяснитесь?
— Ах, шилесса! Вам лучше не знать.
Вот и отлично!
Ничего не хотела больше слышать, голова распухла от навороченной с три короба лжи. Я посмотрела на дверь и крикнула:
— Все, хватит! Я оценила ваши старания. Выходите, давайте знакомиться!
Комната мгновенно заполнилась людьми, словно они ждали за дверью.
Я искала среди постановщиков и массовки лицо мамы, но не находила. Ко мне бросилась девчушка с карими глазами, суровая дама посмотрела презрительно, а из-за его спины выглянул господин в белом одеянии. Он держал в руках сумку, похожую на старинный медицинский саквояж.
«Точно! — мелькнула мысль. — Я попала в аварию, у меня проблемы с головой. Это все видения, плод моего воображения. Меньше книжек надо на ночь читать. Мама права!»
От облегчения, что наконец-то я понимаю происходящее, чуть не заплакала.
Бросилась к врачу.
— Доктор, что со мной?
— Не волнуйтесь, госпожа Мия, — медик ласково взял меня за руку и повел к ложу. — Со всеми девушками такое случается, когда они узнают правду.
— К-какую правду? — я выдернула руку и шагнула назад.
— Шилесса, я хочу с вами поговорить, — дама медленно пошла на меня. — Не сопротивляетесь судьбе.
— Какой? Кто мне, черт возьми, объяснит, что здесь происходит?
Пикси вдруг всхлипнула и заплакала, дама зыркнула на нее леденящим взглядом, девушка захлебнулась слезами, икнула, спряталась за спину медика. Я подбежала к ней, схватила за руку и убрал девчонку себе за спину. Не хватало еще, чтобы у меня на глазах обижали ребенка!
— Королевский совет оказал вам достойную честь, — продолжала дама.
— Честь? Как мило, — усмехнулась я и крикнула. — Мама, хватит чудить. Это уже не смешно.
— Ваша мама умерла, шилесса.
— Что?
Час от часу не легче. Я полчаса назад разговаривала с вредной родительницей. Розыгрыш перешел все границы. Быстро посмотрела по сторонам. Так, в этой комнате мне ничего не добиться, надо вырваться наружу. Там все станет ясно.
— Уже давно умерла.
Все. Эти слова стали последней каплей.
— Мне нужно на воздух, — заявила я и, путаясь в длинной юбке, бросилась к двери.
Никто не ожидал от меня такой прыти. Я беспрепятственно покинула комнату, пробежала по коридору, свернула в проход.
— Держите шилессу! — догнал дикий вопль сзади.
Увидев наконец выходную дверь, я бросилась к ней, но дорогу перекрыли какие-то люди.
— Нельзя, вернитесь в свои покои, — остановил меня стражник в странном наряде.
— Покои, говоришь? Да пошел ты!
Бросилась на него с согнутым коленом в надежде, что он увернется, закон самосохранения никто не отменял. Увы, не увернулся. Я заехала ему прямо в пах. Мужик согнулся пополам, а я выскочила на крыльцо.
«Каков розыгрыш, таков и ответ», — мелькнула злорадная мысль, пока глазами обшаривала огромный двор.
И с каждым взглядом по сторонам мне становилось все хуже. Разыгрывали меня дорого и с размахом, достойным олигарха, единственное, о чем я могла подумать. Передо мной был обширный двор с аккуратными дорожками, посыпанными галькой и разбегавшимися во все стороны. В центре журчал струйками небольшой фонтан, вокруг него благоухали пестрые клумбы, порхали звонкоголосые птички.
Идиллия, ек-макарек!
Привстала на цыпочки, пытаясь разглядеть что там, за высокой оградой. Пыжилась, тянулась, так ничего и не увидела. Не стремились в небо высотки, не пиликали клаксонами машины, и вообще я не слышала ни малейших звуков большого города.
До меня начало доходить, что происходит что-то странное, не укладывавшееся в сознание. А еще я поняла, что штурмом эту неприступную крепость взять не получится. Нужен план.
На крыльцо с шумом вывалилась свита сердитой дамы, Пикси подбежала ко мне, умоляюще заглянула в глаза. Только эта девчонка держала мое сознание на плаву, я боялась, что, если еще раз отключусь, накажут служанку.
Я развернулась к даме лицом, задрала подбородок и щелкнула пальцами. Крохотные кайри тут же окружили нас с Пикси облаком и зашелестели:
— Шилесса, шилесса…
— Заткнулись все! — приказала я им и посмотрела на даму. — Я слушаю вас.
— Говорить прямо здесь? — растерялась та.
— Да, почему бы и нет?
— Шилесса Мия, вам оказана великая честь стать заложницей драконов.
— Даже так? Очень мило!
Меня уже никакой бред не пугал, хотелось избавиться от свидетелей и быстро придумать способ, как вернуться домой.
— К сожалению, вам придется расстаться с кайри.
Крошки всполошились, у меня зарябило в глазах от их мельтешения перед носом.
— Это еще почему? Мне они нравятся, правда, милашки?
— Шилесса, мы вас любим, шилесса!
Облако плотно окружило меня, словно заключило в объятия, и приподняло над землей. Мне нравилось покачиваться в воздухе, но больше хотелось чувствовать твердую почву под ногами.
— Я вас тоже люблю, а теперь, поставьте меня.
Я опустилась на землю, с вызовом посмотрела на даму: «Что, съела? С кайри мы не расстанемся ни за какие коврижки!»
— Это условие соглашения. Вы не можете владеть магией в изгнании.
— Т-а-а-а-к, — протянула я. — И что я такое натворила, что меня раз — и в изгнание?
— Ничего. Вы шилесса этой страны, ваш батюшка с болью в сердце отправляет вас в Обитель, но таковы правила.
Я ничего не понимала, но желание избавиться от дамы и ее свиты было настолько сильно, что готова была принять любую чушь, лишь бы меня оставили в покое.
— Хорошо, хорошо. Я согласна, — махнула рукой. — Могу я теперь быть свободна?
— Да, конечно, — дама переглянулась с медиком. — Ошейник целомудрия уже почти готов, в Обитель драконов отправлен гонец с письмом, егерес пришлет специальный эскорт.
Я мало что поняла из сказанного, но это было уже не важно.
— Целомудрия? О как! Суровые у вас нравы, господа, суровые, — покачала я головой.
А в голове крутилась мысль: «Свали уже, исчезни, дай мне осмотреться и подумать». Одно успокаивало: раз на меня нацепят ошейник целомудрия, то на мое тело никто не будет покушаться.
— Вы о чем? — лицо дамы все больше вытягивалось, зато Пикси успокоилась и даже хихикнула в ладошку.
— О том самом. Неужели не знаете? — я подмигнула.
Картина открылась презабавная, я сама чуть не расхохоталась. Дама явно не поняла, о чем это я толкую, и зависла, как сломанный компьютер.
— Оставляю вас с Пикси, — она поклонилась и стала пятиться к выходу.
За ней потянулись стражники, только они ушли недалеко: встали у ворот, видимо, испугались, что бешеная шилесса сбежит. Хромая, по кривой меня обошел охранник, которого я ударила, и наконец двор очистился от людей.
И тут в голове щелкнула идея, я мигом повернулась к Пикси.
— Слушай, мы можем где-нибудь остаться одни?
— Да, шилесса, в саду.
— Окей, веди!
— Сюда, пожалуйста.
Пикси побежала в дальний угол двора к калитке, скрытой зеленью плюща. Только подойдя ближе, я заметила, что здесь зеленая ограда. Кайри затрепетали крылышками и полетели за мной.
— Э, нет, подружки, нам с вами не по пути.
Я щелкнула пальцами, и крошечные создания исчезли. Мне они не мешали, но могли не дать реализовать задуманное. В саду огляделась: деревья, кустарники, клумбы, дорожки, качели на столбах…
Оценивающе осмотрела их, погладила полированное дерево. Отлично, то, что надо. Отошла на несколько шагов, разбежалась и, наклонив голову, чтобы наверняка не промахнуться, помчалась к столбу…
