Kitabı oxu: «(Не) твой опекун»

Глава 1. Границы дозволенного

Руслан Демидов привык, что его приказы выполняются беспрекословно. В криминальном и ресторанном бизнесе столицы его слово было законом. Но он еще никогда не сталкивался со Стефанией.

Стеша стояла посреди его огромной минималистичной гостиной, скрестив руки на груди. На ней были короткие джинсовые шорты, растянутая футболка с логотипом рок-группы, а в больших карих глазах горел огонь открытого бунта. Ей только исполнилось двадцать, и она плевать хотела на его авторитет.

— Я не останусь в этом доме, Руслан Александрович, — четко, с вызовом произнесла она. — Мой отец уехал, но это не значит, что мне нужен нянька. Мне не десять лет. Я возвращаюсь в свое общежитие.

Руслан медленно поднялся из-за стола. Высокий, широкоплечий, в безупречном черном костюме, который выгодно подчеркивал его мощную фигуру. В его волосах на висках уже пробивалась стильная седина, добавляя его образу опасного шарма. Он подошел к ней вплотную. Одно его присутствие подавляло, заполняя собой всё пространство комнаты.

— Твое общежитие, Стеша, вчера вечером пытались вскрыть люди из конкурирующей группировки твоего отца, — его низкий, рокочущий бас пробирал до самых костей. — Твой отец доверил тебя мне. И пока он не вернется, твоё место здесь. Под моим присмотром. Это не обсуждается.

— Ты не имеешь права меня удерживать! — Стеша сделала шаг вперед, уперевшись ладонями в его широкую грудь.

Её маленькие ладошки казались крошечными на фоне его железного торса. Руслан замер. От её прикосновения где-то глубоко внутри него натянулась опасная струна. Пахло от нее безумно — спелой земляникой и юностью. Этот запах уже вторую неделю сводил его с ума, выжигая остатки здравого смысла.

— Я имею право на всё, что касается твоей безопасности, — тихо, почти зловеще произнес Руслан.

Он перехватил её тонкие запястья одной рукой, заставляя опустить их, и наклонился к её лицу так близко, что Стеша почувствовала терпкий аромат его дорогого табака. Его серые глаза потемнели, сканируя её пухлые, приоткрытые от возмущения губы.

— Отпусти, — выдохнула она, но в её голосе вместо злости вдруг проскользнула уязвимая, пугающая дрожь. Стеша испуганно посмотрела в его глаза, впервые осознав, насколько этот зрелый, властный мужчина опасен. И опасен не своими врагами, а тем, как бешено начинает колотиться её собственное сердце, когда он рядом.

— Комендантский час — в десять вечера, — Руслан отпустил её руки и отступил на шаг, возвращая себе маску холодного опекуна. — Охрана у дверей тебя не выпустит. Твоя спальня на втором этаже. Одевайся приличнее, Стефания. К вечеру у меня будут гости.

Стеша улетела на второй этаж, громко хлопнув дверью спальни. А Руслан вернулся к столу, налил себе полный стакан виски и выпил его залпом. Руки сорокалетнего мужчины, державшего в страхе половину города, слегка дрожали. Он обещал другу защищать его дочь. Но прямо сейчас Руслан понимал: больше всего на свете Стешу нужно защищать от него самого.

Глава 2. Градус провокации

К восьми вечера загородный дом Руслана зажил своей скрытой, опасной жизнью.

Стеша сидела на краю огромной кровати в своей комнате на втором этаже и чутко прислушивалась к звукам снизу. Хлопали двери дорогих автомобилей, шуршал гравий на подъездной дорожке, а внизу, в гостиной, раздавались глухие, рокочущие мужские голоса. Враги или союзники её отца — Стеша не знала. Но одно она знала точно: Руслан Демидов запер её здесь, как комнатную собачку, и запретил высовывать нос.

— Одевайся приличнее, Стефания, — передразнила она его низкий бас, глядя на себя в зеркало. — Ну уж нет. Ты хотел тотального контроля, Демидов? Получай.

Спустя пятнадцать минут Стеша медленно спускалась по широкой мраморной лестнице. Сердце колотилось в горле от собственной дерзости, но назад дороги не было.

Она проигнорировала его приказ. На ней было облегающее трикотажное платье из тонкого черного шелка на тонких бретельках, которое едва доходило до середины бедра. Никакого белья — ткань обтягивала её изящную фигуру как вторая кожа. Длинные светло-каштановые волосы рассыпались по обнаженным плечам, а на губах поблескивал влажный ягодный блеск. Она выглядела как ходячая провокация. Как абсолютное табу.

В гостиной за низким столом сидели трое. Сам Руслан, уже без пиджака, в белоснежной рубашке с засученными до локтей рукавами, и двое суровых мужчин в темных костюмах — верхушка столичного ресторанного синдиката. На столе стояли бокалы с виски и лежали раскрытые папки с договорами.

Шаги Стеши по мрамору были бесшумными, но её появление подействовало на присутствующих как безмолвный взрыв.

Один из гостей, мужчина лет сорока с хищным лицом, осекся на полуслове. Его взгляд масляно скользнул по открытым ногам Стеши, задержался на тонких бретельках платья и откровенно замер на груди. Второй гость удивленно присвистнул.

Руслан медленно повернул голову.

Стеша физически ощутила, как воздух в комнате мгновенно сгустился до состояния грозового фронта. Серые глаза Демидова сузились, превратившись в две ледяные щели. Взгляд сорокалетнего мужчины потемнел от такой глухой, первобытной ярости, что у Стеши на секунду перехватило дыхание. Мускул на его жесткой челюсти дернулся так сильно, что побелела кожа. Он смотрел на неё не как опекун — он смотрел на неё как разъяренный собственник, чей самый ценный и запретный трофей посмели выставить напоказ.

— Руслан, не знал, что у тебя в доме водятся такие... нимфы, — хрипло усмехнулся хищный гость, не сводя со Стеши глаз. — Познакомишь?

Руслан медленно, с убийственной грацией поднялся со своего места. Его широкие плечи полностью перекрыли гостям обзор на Стешу. Он не повышал голоса, но от его леденящего шепота у всех присутствующих по спине пробежали мурашки:

— Сделка закрыта, господа. Документы подпишем завтра через моих юристов. На сегодня встречи окончены. Громов проводит вас к машинам.

Гости переглянулись, уловив опасную хрипоту в голосе Демидова. Спорить с ним, когда он в таком состоянии, означало подписать себе смертный приговор. Они быстро собрали бумаги и в сопровождении охраны покинули дом.

Как только тяжелая входная дверь захлопнулась, в гостиной повисла удушающая, звенящая тишина.

Стеша упрямо вздернула подбородок, хотя внутри всё дрожало от страха и странного, обжигающего предвкушения. Руслан медленно повернулся к ней. Каждое его движение дышало контролируемой силой хищника, который загнал добычу в угол. Он сделал несколько размашистых шагов, мгновенно сокращая расстояние между ними до опасного минимума.

— Что это за вид, Стефания? — его голос вибрировал от сдерживаемого гнева. — Ты решила устроить цирк перед моими партнерами? Выйти к чужим мужчинам без белья?

— А что такого, Руслан Александрович? — дерзко бросила она, хотя её сердце колотилось как сумасшедшее. Она сделала шаг вперед, сокращая последние сантиметры между ними, и заглянула в его темные глаза. — Вы же сами сказали — одеться приличнее. Это мое самое приличное платье. Или вы боитесь, что они увидят то, что вам самому видеть... нельзя?

Руслан глухо зарычал. Вся его железная выдержка, которую он воспитывал годами, рухнула в одно мгновение.

Он резко выкинул руку вперед, перехватил Стешу за талию и с силой прижал её хрупкое тело к своему жесткому, горячему торсу. Тонкая ткань платья не спасала — она кожей чувствовала жар, исходящий от него, и бешено бьющееся сердце сорокалетнего мужчины. Его вторая рука намертво зафиксировала её за затылок, заставляя смотреть только на него.

— Ты играешь с огнем, девочка, — выдохнул он ей прямо в губы, и его дыхание обожгло её кожу ароматом виски и табака. — Ты понятия не имеешь, что я могу сделать с тобой за такие игры. Твой отец доверил мне тебя. Но если ты еще раз спровоцируешь меня... я забуду обо всех обещаниях.

— Так забудь, — прошептала Стеша, затаив дыхание и глядя на его суровые, плотно сжатые губы.

Руслан больше не сдерживался. Он наклонился и накрыл её рот властным, сокрушительным поцелуем, стирая последние границы дозволенного между опекуном и его запретной подопечной.

Глава 3. Ночные тени

Этот поцелуй не имел ничего общего с правилами, моралью или здравым смыслом. Руслан целовал её так, словно пытался забрать себе весь её кислород, подчинить своей воле, заклеймить. Его большая, жесткая ладонь на её талии сжалась сильнее, до боли прижимая Стешу к его литому телу. Тонкий шелк платья казался раскаленным, а внутри у неё всё плавилось от пугающего, незнакомого доселе жара.

Стеша судорожно выдохнула, её пальцы инстинктивно впились в ткань его белоснежной рубашки, ища опору. Она ждала отпора, ждала гнева, но её собственное тело предательски отозвалось на эту властную мужскую силу.

И вдруг всё прекратилось.

Руслан резко, словно от сильного удара током, оторвался от её губ. Его дыхание было тяжелым, рваным, а серые глаза ошалело осматривали её лицо. На его скулах горел лихорадочный румянец. Демидов отступил на два шага назад, и Стеша чуть не упала, внезапно лишившись его поддержки.

— Уходи, — глухо, сдерживая внутренний рывок, приказал он. Его голос звучал неестественно хрипло. Он отвернулся от неё, упираясь руками в край дубового стола и низко опуская голову. — Немедленно поднимись в свою комнату, Стефания. И запри дверь.

— Руслан... — её губы до сих пор горели от его поцелуя, а в глазах стояли непрошеные слезы от обиды и растерянности.

— Уходи, пока я окончательно не потерял контроль! — рявкнул он, не оборачиваясь.

Стеша развернулась и бросилась вверх по лестнице. Вбежав в свою спальню, она с размаху захлопнула дверь и повернула ключ в замке. Ноги не держали. Она опустилась на пол, прижимая колени к груди. Стены роскошного загородного дома внезапно показались ей стенами самой настоящей ловушки. Она влюбилась. Влюбилась в лучшего друга своего отца, в человека, который старше её на двадцать лет и который прямо сейчас презирает себя за то, что прикоснулся к ней.

Часы на прикроватной тумбочке показывали половину третьего ночи.

Стеша так и не смогла уснуть. Она ворочалась на шелковых простынях, раз за разом прокручивая в голове те несколько секунд безумия в гостиной. За окном шумели вековые сосны, а метель, кажется, только усилилась.

Вдруг среди монотонного воя ветра раздался странный, чужеродный звук. Тихий металлический щелчок.

Стеша замерла, прислушиваясь. Источник звука был снаружи, прямо под её окном, где располагалась открытая терраса второго этажа. Спустя секунду послышался легкий хруст наста. Кто-то осторожно ступал по обледенелому деревянному настилу.

Сердце Стеши испуганно пропустило удар. Датчики периметра, про которые говорил Руслан, почему-то молчали. Охрана не подняла тревогу.

Она тихо сползла с кровати, стараясь не шуметь. На цыпочках подошла к панорамному окну и аккуратно отодвинула тяжелую гардину. В тусклом свете уличного фонаря, пробивающегося сквозь летящий снег, она отчетливо увидела силуэт мужчины. Он был в черной тактической куртке, лицо скрыто балаклавой. В руке незнакомец держал какой-то инструмент, целенаправленно ковыряя замок балконной двери её спальни.

Капкан, о котором предупреждал Руслан, захлопнулся. Враги её отца нашли её даже здесь, в этой хваленой бетонной крепости.

Стеша отшатнулась от окна. Паника парализовала горло, мешая закричать. Замок на балконной двери тихо хрустнул — стеклопластик не выдержал профессионального взлома. Дверь начала медленно открываться, впуская в комнату морозный воздух и летящие хлопья снега.

Она развернулась и со всех ног бросилась к межкомнатной двери, судорожно крутя ключ в замке. Выскочив в темный коридор второго этажа, Стеша закричала что было сил, сбегая по лестнице вниз:

— Руслан! Руслан, они здесь! Помоги!

Сзади, в темноте её спальни, раздался тяжелый топот берцев и звон разбитого торшера. Незнакомец бросился за ней в погоню.

Глава 4. Пороховой дым

Алина едва успела преодолеть половину лестничного пролета, когда тяжелая мужская рука в черной перчатке грубо перехватила её за плечо. От неожиданного рывка она потеряла равновесие и вскрикнула, больно ударившись бедром о мраморные перила. Ткань тонкого шелкового платья затрещала.

— Молчи, сучка, — хрипло выцедил нападавший сквозь прорезь черной балаклавы. От него пахло дешевым табаком, сыростью и порохом. — Дернешься — пристрелю.

Он попытался заломить ей руку за спину, чтобы надежно зафиксировать, но Стеша отчаянно забилась в его хватке. Дикий, первобытный страх вытеснил все остальные чувства. Она укусила его за запястье прямо сквозь плотную ткань перчатки. Мужчина глухо выругался и наотмашь ударил её по лицу. В глазах Стеши вспыхнули яркие искры, во рту появился солоноватый вкус крови, и она начала оседать на ступени.

В эту же секунду снизу, из темноты гостиной, раздался глухой, яростный рык.

Руслан Демидов взлетел по лестнице за несколько секунд. На нем не было ничего, кроме темных спортивных брюк, его мощный торс был обнажен. Скорость, с которой двигался этот сорокалетний мужчина, пугала.

Демидов не стал тратить время на предупреждения. Одним мощным, выверенным движением он перехватил нападавшего за шею, буквально отрывая его стокилограммовое тело от ступеней, и со всей силы впечатал спиной в бетонную стену. Раздался глухой хруст ломающихся ребер. Взломщик взвыл от боли, выпуская Стешу из рук.

— К полу, Стеша! Живо! — рявкнул Руслан, перехватывая вторую руку нападавшего, которая уже тянулась к скрытой под курткой кобуре.

Стеша судорожно сжалась на ступеньках, закрывая голову руками.

На узком лестничном пролете завязалась жестокая, грязная драка. Руслан дрался как дикий зверь, защищающий свою территорию и свою женщину. Каждый его удар был сокрушительным. Он выбил пистолет из рук взломщика до того, как тот успел снять его с предохранителя. Оружие с металлическим грохотом покатилось вниз по ступеням.

Незнакомец, понимая, что проигрывает в ближнем бою, резко выкинул руку вперед. В темноте тускло поблеснуло узкое лезвие тактического ножа. Руслан успел уклониться, но сталь всё же полоснула его по предплечью. Из глубокого пореза мгновенно хлынула темная кровь, окропив белоснежный мрамор лестницы.

Демидов даже не поморщился. Словно не замечая ранения, он перехватил руку с ножом, резко вывернул её сустав против анатомического изгиба и нанес сокрушительный удар локтем прямо в челюсть нападавшего. Мужчина в балаклаве обмяк и мешком свалился на ступени, потеряв сознание.

В этот момент снизу наконец-то раздался топот берцев. В дом ворвались трое бойцов личной охраны во главе с бледным, тяжело дышащим начальником безопасности.

— Руслан Александрович! Периметр был... — начал было начальник охраны, но Демидов перебил его леденящим, тихим шепотом.

— Связать ублюдка. В подвал его. И заприте дом изнутри, — Руслан тяжело дышал, его обнаженная грудь бурно вздымалась. Он даже не смотрел на свою истекающую кровью руку. Его взгляд был прикован к Стеше. — И найдите мне того, кто отключил тепловизоры на восточном секторе. В моей системе «крот». Если через десять минут у меня не будет имени — уволю всех.

Охрана подхватила обмякшее тело взломщика и быстро исчезла внизу.

В коридоре снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь завыванием метели за разбитым окном спальни. Руслан медленно опустился на ступени рядом со Стейшей. Вся его напускная холодность опекуна испарилась.

— Эй... маленькая моя. Посмотри на меня, — его голос, обычно такой суровый, сейчас дрожал от сдерживаемой нежности.

Он аккуратно потянул её за руки, заставляя открыть лицо. Его пальцы, испачканные в собственной крови, коснулись её щеки, где уже начал проступать багровый синяк от удара. В серых глазах Демидова плескалась такая бездонная, пугающая глубина вины и скрытой боли, что у Стеши перехватило дыхание.

— Прости меня, — прошептал он, прижимаясь своим лбом к её лбу. — Я должен был защитить тебя. Я обещал твоему отцу...

— Руслан, у тебя кровь, — прошептала Стеша, полностью игнорируя собственную боль. Она робко прикоснулась ладонью к его раненому предплечью, чувствуя, как под её пальцами пульсирует его горячая, живая кровь. — Тебе нужно обработать рану. Пойдем в гостиную. Пожалуйста.

Руслан посмотрел на её маленькую ладонь на своей окровавленной руке, затем перевел взгляд на её припухшие губы. Контракт, обещания другу, разница в двадцать лет — всё это стремительно сгорало в пороховом дыму этой безумной ночи. Он понял, что больше никогда и никуда её от себя не отпустит.