Kitabı oxu: «Выбор»
Возьми меня с собой.
Предложение от девушки-подростка звучало столь необычно, что я на несколько секунд застыл застигнутый врасплох. Только сейчас ее рассмотрел: симпатичное, простое лицо, русые волосы, слегка касались плеч, чуть полновата. Крепкие ноги в мальчишеских шортах и грудь, минимум третьего размера.
Возвращайся домой, тебя, должно быть, уже ищут. — Глаза девушки блеснули.
Отчим напился, будет орать. Мама только младшего может защитить, а эти, — она кивнула на лежавших на земле, — не оставят меня в покое. Хорошо, если только изобьют.
Я посмотрел на трех подростков и невысокого парня, лежавших возле тропинки. Их поведение и слова говорили, что девушка не зря опасается. Я вмешался, когда они пытались затащить девушку в небольшую рощу.
За похищение несовершеннолетней дадут столько, что мало не покажется.
Это если родители заявят, а они не будут. Идем, поговоришь с мамой.
Абсурдность ситуации пугала, но пообщаться с родней девушки необходимо. Пусть напишут заявление на этих уродов. Идти оказалось недалеко, деревня не впечатляла размерами. Старый дом, обшитый тёсом синего цвета. Дверь закрывалась с помощью грузика из баллона из-под дихлофоса. Ступеньки скрипели, словно готовились развалиться в любой момент. Темный коридор вел во двор и в избу. Мы прошли в жилье, в нос ударил тяжелый воздух.
Здравствуйте, есть кто дома?
Ты кто такой? — из комнаты вышла неопрятно одетая женщина, посмотрела на меня, потом на девушку. — Ленка, кого это ты привела?
Вашу дочь пытались изнасиловать. — Женщина вскинулась, с испугом уставившись на меня.
Сашка с прихвостнями, я же говорила, что они мне прохода не дают. - Взгляд женщины потускнел, плечи опустились.
Не дадут они тебе житья.
Надо в полицию заявление написать, — вмешался я. — Я свидетелем буду.
На отца Сашки вся деревня работает, а его брат — прокурор в городе. Житья не дадут.
Мам, я с ним, — девушка показала на меня, — уйду. — Женщина посмотрела на меня с надеждой, но с ответом не торопилась.
Да, что ты заладила? Мы с тобой даже не знакомы.
Ты не побоялся меня защитить от четверых, предлагаешь помощь. Это больше, чем сделали все деревенские.
У нас из родни только баба Лиза из соседней деревни. Брат разбился два года назад. Ваньке десять, сестру не защитит. — Женщина села на стул и с печалью посмотрела на дочь. — Я еле хожу, после того как бык покатал…
Вы как будто меня уговариваете. — Мне стало не по себе. Проще встретиться с толпой малолетних придурков, чем с такими рассуждениями.
Не знаю… — Протянула женщина. — Если не Сашка с компанией, то муженек все равно погубят девку. — По лицу женщины текли слезы. — Ей бы доучиться, девятый класс, да в колледж поступить… Всего год продержаться.
Я сглотнул, меня не пытались обмануть или сделать крайним. Обвинить в чем-то с целью наживы, я это чувствовал. Тем страшнее открывались перспективы будущего девушки. В глубине нарастала уверенность — влип по полной. Я не смогу просто уйти и сделать вид, что ничего не было.
После развода я переехал за город, в пяти километрах от райцентра. Веду спокойный, почти затворнический образ жизни. Мне пригоняют машины, я их привожу в порядок. Беру по-божески, делаю на совесть. Я и сюда-то приехал за оригинальным карбюратором к «Горбатому». А тут такие приключения.
Вы даже не спросили, есть ли у меня возможность помочь вашей беде.
А что спрашивать? Если не поможешь, сгинет девка, поможешь, век за тебя молиться буду.
Как хоть вас зовут?
Алевтина Ильинична. — Глаза женщины сверкнули, ожидая реакции.
Сергей. — Представился я, обдумывая ситуацию. — И что мне с вами делать?
Девушка прошла в дом, достала рюкзак, затем выволокла из-под кровати чемодан. Такого раритета я еще не встречал.
Довези меня до города, там можешь оставить. — Она упрямо сжала тонкие губы. — Я в тебе что-то почувствовала.
Лена! — Алевтина с укором посмотрела на дочь. — Она упрямая, вся в бабушку.
Лучше так, чем с этими. — Девушка качнула головой. — Ты же понимаешь. — Женщина встала, подошла к дочке и начала собирать вещи.
Вот черт! — Я посмотрел на улицу, там начинались сумерки. — А Ванька, ваш сын?
Да. Скоро придет, на рыбалку отпросился. — Словно ни в чём не бывало, проговорила Алевтина.
Они собирали вещи, большинство которых можно смело пустить на тряпки в моей мастерской, а некоторые и туда не возьму. Я поморщился.