Всклянь

Изначально, прочитав восторженные отзывы, была настроена очень оптимистично. Но нет. Очередная беспросветная чернуха с претензией на оригинальность. Нельзя не отметить, что темы поднимаются важные: детские травмы, их влияние на жизнь. Но все они рассматриваются в модном нвнчемключе поисках виноватых родителей, у которых есть свои виноватые родители, и так до бесконечности. И подача мне, как не странно, не понравилась, все эти сложности и красивости читались исключительно как примененные для сложности и красивости. Пазл, в целом, сложился, но удовольствия не принес, ни и в процессе, ни в результате. Жаль.

Интересная книга. Можно покопаться в этом мраке, а можно прочитать быстро, не заморачиваясь и всё равно будет хорошо. Написано весьма ловко, не заскучаешь.

да как-то... и сказать нечего. есть сильные моменты, но маловато. я бы сказала, поверхностно. отдохнуть от классики и бытности - вполне себе

Не понравилась. Как будто обрывки депрессивных мыслей без начала и конца, присутствует мат, который не для "красного словца", а такой быдлячий какой-то. Такой стиль изложения не люблю. Книгу не дочитала.

Коля Андреев, чей роман в шорте Большой книги, пишет о толстовской Туле и есенинской Рязани, а живет в Краснодаре, своим классиком не обзаведшимся. Пишет хорошо, язык мясо книги и здесь оно отменного качества. Если стилистические радости для вас основное достоинство в чтении, книга станет находкой. Лоскутным форматом романа в рассказах, когда нужно самостоятельно собирать сюжет из разрозненных историй, современного искушенного читателя не удивить - мы ко всяким литературным экспериментам привычные.

"Всклянь" - это жесткая, порой до жестокости, история, в которой переплетаются две основные линии: условного протагониста, туляка безотцовщины с необычным именем Диомид - единственным, что досталось в наследство от канувшего в Лету отца; и антагониста, полицейского из Рязани Максима. История Диомида движется в прямой хронологии, от детства к взрослению. Опера Максима, циничного беспринципного, но при этом результативного, что до поры служит ему охранной грамотой, мы впервые встречаем взрослым мужиком, его история идет в обратной хронологии. Подводя к банальному до оскомины выводу, что всякая мразь стала таковой по причине трудного детства и вот это вот все.

В промежутках много историй с пьющими матерями; матерями-абьюзерками, заставляющими дочерей вылизывать пол языком; тяжелыми на руку алкоголиками отцами; звероватыми детишками; педофилами и разного рода маньяками; БДСМщиками, получающими удовольствие от забав с лезвиями и БДСМщиками, отдающими предпочтение способу, каким ушел из жизни любимый поэт. Есть еще кладбищенский вор; нимфоманка-полицейская; женщина, ходившая ночами по квартирам; девушка, обливавшая людей краской; учительница с подпольным бизнесом по торговле одеждой премиальных брендов; и артистка, устроившая перфоманс с похоронами и взрывом. Кажется вся кунсткамера, никого не пропустила.

Собирать слово "Вечность" из букв "ж", "о", "п" и "а" было занятно, местами забавно, по большей части грустно, противно, жалостно. И всегда с пониманием, что это очень хорошо стилистически. В сухом остатке, через время после чтения, все же скорее ничего, чем что-то. Но в целом скорее "хорошо". чем "плохо" и точно не "никак".