Kitabı oxu: «Страшные загадки со свечкой напротив зеркала»
Предисловие
Дорогой читатель, спасибо тебе за интерес к этой книге. Мне бы очень хотелось, чтобы ты хорошо провел время за этим рассказом, поэтому я дам тебе пару советов, перед тем как ты приступишь к чтению самой истории.
В ходе сюжета тебе будут встречаться загадки. Они могут показаться непростыми, поэтому я сразу хочу дать тебе подсказку: ответом на них являются в именительном падеже либо какое-то отрицательное качество, либо грех.
Часто в загадках тебе будет встречаться таинственное местоимение, род которого может стать подсказкой, но не будь наивен: местоимение может также тебя и запутать, заставить сойти с верного пути к ответу. Будь готов к этому.
Чтобы тебе было интересно, дорогой читатель, я хочу также посоветовать после прочтения загадок брать небольшую паузу, чтобы подумать. Поставь себя на место главного героя и попробуй отгадать загаданное слово: не торопись читать дальше.
Почти сразу же после загадки в тексте ты сможешь найти ответ на нее. И, чтобы он случайно не бросился тебе в глаза, я намеренно писал его каждый раз задом наперед. Предположим, ответом на загадку является слово «глупость». Значит, в тексте оно будет написано как «ьтсопулг».
Напоследок я хочу воспользоваться этим приятным мгновением и поблагодарить свою замечательную жену Риту, которая помогала мне в написании этого небольшого рассказа. Еще я не могу не передать слова благодарности моим замечательным друзьям: Владиславу Крохалеву и Евгению Швыркову. Они также принимали участие в создании «Страшных загадок со свечкой напротив зеркала». Рита, Влад, Женя, без вас этого рассказа не существовало бы, как и меня. Отдельное спасибо я хочу сказать Илье Куренкову и Кристе Пугач за вычитку. Это очень важная работа, которую без вас бы я не осилил.
Дорогой читатель, я вновь обращаюсь к тебе. Благодарю тебя за твое внимание и желаю хорошо провести время за прочтением этого рассказа. Спасибо.
1
Анна держалась руками за голову и истошно кричала. Ей представлялось, будто внутри ее черепа работает бензопила. Она курсирует от одной стенки черепушки до другой, действует абсолютно беспорядочно и бескомпромиссно. Никакое сжимание головы руками или же правильное дыхание здесь не помогают, словно кто-то говорит тебе: «Ты будешь это чувствовать. Точка». И кажется, будто слезы лишь раззадоривают этого бешеного зверя в голове.
Мучения казались нестерпимыми, но была и светлая сторона: они продолжались лишь около минуты. Да, минута словно вечность в таких моментах, но человек силен. Ох, как он силен, и сильна его тяга к жизни.
Как только боль начала потихоньку стихать, девушка отпустила свою голову и сразу же нащупала рукой подсвечник и зажигалку, лежащие справа от нее. Недолго думая, она зажгла свечку, и темнота, царившая вокруг, слегка отступила.
«Где я?» – прошептала Анна.
Она, еще до конца не отошедшая от боли, погрузилась в состояние шока. Боль была ужасной, но в каком-то крайне издевательском смысле она защищала сознание Анны от того, что ей предстоит увидеть.
Девушка сидела на холодном, сыром деревянном полу в одной белой майке и черных трусах.
Гнетущая темнота вокруг.
Анна не понимала, где она находится и как она сюда попала. Девушка запустила руку в свои белокурые волосы с целью найти ранение, из-за которого у нее отшибло память, но ничего не нащупала.
Следом Анну посетил другой вопрос: если она ничего не помнит, то почему сразу потянулась за свечкой и зажигалкой? Но размышления прервал громкий скрип из темноты, откуда-то напротив.
Солнечное сплетение мгновенно обожгло, а по спине побежали холодные мурашки. Скрип был, очевидно, от деревянного пола, но какой же громкий… Там кто-то есть. Какое-то время Анна просто смотрела вперед в ожидании того, кто вылезет оттуда и посмотрит на нее своими безумными глазами.
«Что там? Что там? Что там? Что там? Что там?» – бесконечно крутилось в голове у девушки, и, чтобы разорвать этот панический круг, она решила встать и направиться в эту тьму, пока страх окончательно ее не одолел. Главное – сделать это быстро!
Анна мгновенно подскочила, подалась вперед и чуть не врезалась в насквозь сырую стену из сруба. Это было неожиданно, но вместе с тем сильно успокоило ее. Никого нет. По крайней мере, здесь.
Но тьма огромна и все еще не изведана. Девушка на какое-то время замерла и решила прислушаться к звукам. Лишь тишина и назойливая паника в голове: «Что дальше? Что дальше? Что дальше? Что дальше? Что дальше?»
Анна вновь решила рассеять мысли действием: она, двигаясь вдоль стен, продолжила исследовать незнакомое ей место. Девушка судорожно держала свечку в руках, то рассматривая стену, то всматриваясь в глубь помещения. Казалось, будто, кроме стен, потолка и пола, здесь ничего нет. Да где же она, черт возьми?!
Потолок был, как и пол, деревянный, и с него постоянно капала вода.
Ливень.
Только обратив внимание на потолок, Анна поняла, что все это время слышит звуки ненастной погоды за пределами этого помещения. Дождь, гром и листва деревьев, волнуемая сильным ветром.
Девушка продолжила рассматривать помещение. В один момент, когда Анна проходила уже вдоль четвертой стены, она, слегка испугавшись, заметила на ней часть какой-то надписи. Девушка немного отпрянула от стены и сразу же подняла подсвечник так, чтобы видеть все, что написано.
«НЕ ОШИБАЙСЯ
ДУМАИ»
Надпись была неразборчиво нацарапана с помощью, кажется… Анна посмотрела на свою левую руку и обнаружила, что кожа на кончиках ее пальцев полностью содрана, а ногти переломаны.
«Это сделала я? – подумала про себя Анна, ощущая новую волну шока. – Почему я не помню?!»
Казалось, страх выедает девушку изнутри, и вот-вот от нее уже ничего не останется. Анна быстро прильнула к стене и стремительно продолжила вдоль нее свой путь на поиски выхода из этой темницы. Нужно убираться отсюда!
«Где я?» – со слезами на глазах проговорила хрупкая девушка, упершаяся в угол. Выхода нет. Это уже четвертая стена, но никакой двери ей так и не встретилось. Это помещение, в которое нельзя войти и из которого нельзя выйти.
Анна медленно развернулась и направилась обратно с глупой надеждой на то, что в приступе паники могла что-то пропустить. И, действительно, она наткнулась на то, чего раньше не было.
Большое зеркало овальной формы. Анна отошла от него подальше, чтобы осветить большую площадь стены, и заметила ту самую нацарапанную надпись. Она располагалась слева от зеркала, в сантиметрах десяти от него.
«Его не было… Это сон», – в шоке проговорила Анна, после чего неведомая сила, словно наказывая за глупое предположение, сковала ее тело. Казалось, будто кто-то настолько сильно сжал ее плечи, что это пережало все нервные сплетения в ее организме. Но в отражении зеркала никого не было.
Анна отказывалась верить. Она застыла на месте, но, выяснилось, не полностью, так как смогла осмотреться по сторонам в поисках того, кто ее схватил.
«Это какое-то безумие», – подумала Анна. Оказалось, что отражение действительно не врет: на плечах нет никаких рук, никто ее не сжимает!
Следующего шага неведомых сил пришлось ждать недолго: Анну резко притянуло к зеркалу, прямо как шахматную фигуру, которую кто-то решил расположить на следующей клетке.
Девушка закричала. Ее психика больше не могла выдерживать это. Страх окончательно придавил ее своей слоновой массой и отпустил, лишь когда наступило время следующей сцены кошмара наяву: выше своего отражения Анна заметила странные неотчетливые слова, которые, будто кровь в воде, собирались из мути на поверхности зеркала. Когда слова обрели четкость, Анна смогла их прочесть.
«К сожалению, настиг тебя несчастный рок,
Но не обращай же ты внимания на судьбы-старушки смех.
Чтобы выиграть, среди мрачных и томных строк
Тебе придется отгадать зашифрованные качество и грех.
Встретятся тебе смертных семь грехов
И качества, что, поверь мне, нисколько их не хуже.
Внутри всех нас они с давних тех времен.
Не ошибись, и не погрузишь в сон ты свою душу».
«Чего?» – подумала про себя Анна. Она не поняла, о чем идет речь, но искренне, пробираясь сквозь панику в своем сознании, пыталась распознать смысл.
Раздумья прервал следующий образ, который, словно какая-то мурмурация, собрался в зеркале из мельчайших темных точек. Это была фигура человека, затмившая собой отражение Анны. Кажется, человека… Кто-то в темном капюшоне. Нет, в темной мантии без него? Понять было трудно, так как фигура была размытой и никак не фокусировалась.
«Кто вы?! Что вам нужно?!» – на Анну начала накатывать новая волна паники, она нуждалась в ответах, но ей они не были уготованы. Вдруг на поверхности зеркала начали появляться новые слова.
«Этот сосуд всегда наполовину пустой,
А зрачки максимально расширены.
Я не такой. Нет, я не такой!
Эгоистичный жалкий выродок.
В порядке вещей по головам ходьба.
Сильнейший всегда выживает.
Конкурента твоего не спасет мольба,
Ведь ты свое всегда забираешь».
«Загадка? – суетно проговорила Анна и панически засмеялась, после чего обратила внимание на фигуру в зеркале. Кто-то в темной мантии как будто медленно кивнул, – Так и есть?..»
После этих слов фигура в зеркале была неподвижна, в этот раз никакого ответа Анне не досталось.
«Отпустите меня, пожалуйста. Зачем это все?! – прокричала Анна, но в ответ опять же ничего не получила. Девушка перевела свой взгляд на слова. – Черт. Дерьмо».
Глаза Анны суетно бегали по строчкам. Она решила попробовать отгадать загадку и посмотреть, что произойдет. Девушка опустила голову вниз и на пять секунд зажмурилась, при этом что-то про себя проговаривая.
«Качество или грех… Может, „ьтсондаж“? – ответила Анна. Текст мгновенно исчез, а фигура в зеркале как будто опустила голову. В отражении начали появляться новые слова, а таинственная фигура вновь обратила темноту своего неразборчивого лица на девушку. – Опять? Еще одна?»
«Одной рукой он твои волосы гладит,
Другой душит тебя.
Ради друга он всегда конфликт уладит,
Не подставив себя.
Оно управляет им, его языком,
Оно отравляет его, как мышьяком.
Оно его делает тварью, всегда подставляет.
Если его уличат, то он навсегда провоняет».
«Одной рукой он твои волосы гладит, другой душит тебя, – шепчет и думает Анна, – Это „овтсьлетадерп“? Нет! Стоп… „еиремецил“».
Текст вновь исчезает, а фигура в зеркале совершает то же самое движение. Новые слова кровавыми чернилами собираются в следующую загадку.
«Заставляет тебя забрать.
Нет, что же. Вернуть?
Мир должен кричать,
Если ты взревел вдруг.
Принцип бумеранга из кости врага,
Ей нужны реки крови.
Ее речь справедлива и очень сладка.
И не важны масштабы горя».
«Это… „ьтсоньлетитсм“» – достаточно уверенно и быстро ответила девушка. Анна, вероятно, отвечала правильно и тем самым, кажется, избегала какого-то наказания. И как бы безумно это ни звучало, казалось, все шло неплохо, учитывая обстоятельства, но эта странная, закольцованная игра начинала сводить ее с ума. Слова исчезают, потом снова появляются, исчезают, появляются, исчезают, появляются, и фигура в зеркале лишь дополняет это безумие своими однотипными движениями, словно какой-то вариоэффект из двух кадров. Это походит на бред, который бывает при высокой температуре: он тоже обычно закольцован, и мучительное происходящее в нем неизбежно. Тем временем следующая загадка уже ждала своего ответа.
«Оно всегда и не за, и не против,
Оно любое готово простить.
С ним ты будешь жить проще,
С ним запросто сможешь убить.
С ним ты никогда не подставишь себя,
Потому что есть ты лишь один.
Оно – самый лучший друг для тебя.
Хоть и без чувств, но твой побратим».
«Побратим? – не поняла Анна и задумалась. – Какое-то… „еичилзарзеб“?»
Слова вновь исчезли. Появлялись они кровью в воде, а пропадали словно пепел, сдуваемый ветром… Хватит!
«Сколько это будет продолжаться?!» – прокричала Анна. Ее психологическая усталость все копилась, а сознанию требовалась ясность. Однако ей было не суждено получить ответ… лишь новую загадку.
«Раб сидит в кандалах за решеткой
Весь грязный. Не мылся годами!
Сидит и ведет себя покладисто, кротко,
Покрывшись весь волдырями.
Протянешь руку помощи ты,
Но отвернется он.
Раб не может уйти,
Ведь он сам породил ее».
«Это легко. Но, прежде чем я отвечу, скажите мне, сколько это еще будет продолжаться? Пожалуйста! – фигура не двинулась. Анна, было дело, решила игнорировать загадки, чтобы хоть как-то противостоять этой безумной игре, но ее взгляд вновь встретился с той надписью, которую она же сама, по всей видимости, и нацарапала. На стене. Не жалея своих пальцев. А следом Анна еще вспомнила стихотворение, которое появилось перед загадками. Не ошибись, и не погрузишь в сон ты свою душу… – „ьнел“».
Все повторилось по новой. Анна не хотела погружать свою душу в сон, но и не хотела продолжать творившееся безумие. Должен же быть подвох, какая-то лазейка, которая позволит ей закончить эту игру? Кровавые слова образовали новую загадку.
«Поможет тебе свое забрать,
Она – Успеха сестра.
Заставит тебя все отдать,
Она с Жадностью выпивала вчера.
Она и Гордыне родня:
Затмит твой разум в момент.
Она и с Удачей близка:
Выручит, когда шансов уж нет».
«Вероятно, это „ьтсовижл“. Это же должно закончиться! Почему… – недоговорила Анна, так как заметила, что слова в этот раз никуда не исчезли. – Ответ неверный? Тогда…»
Анна не успела договорить. Фигура в черной мантии стремительно двинулась вперед и потянулась рукой к зеркалу. Бледная ладонь прикоснулась к нему с той стороны, но не остановилась: будто сквозь водную гладь, она мгновенно вылезла из зеркала и щелкнула указательным пальцем по лбу Анны, моментально погрузив ее в сон.
2
Словно по щелчку пальцев. Боль началась, словно по щелчку пальцев. Та же самая бензопила, которая не щадит и, как палач, просто выполняет свою работу. С ней не договориться, но ее и не упрекнуть, хотя Анна проронила немало ругательных слов во время очередного приступа.
Когда боль начала отступать, рука девушки, как и в прошлый раз, машинально потянулась направо с целью найти подсвечник и зажигалку.
«Я помню», – произнесла Анна после того, как зажгла свечку. Она вспомнила, как в прошлый раз проснулась от боли, услышала скрип, увидела надпись на стене, пыталась найти…
Анна подскочила с холодного пола и решила быстро пройтись вдоль стен, чтобы еще раз попытаться найти выход.
Ни дверей, ни зеркал.
«В полу», – подумала про себя Анна и отпрянула от стены. Она внимательно просмотрела каждый квадратный метр пола этого небольшого помещения, но никакой двери, никакого люка так и не нашла. Единственное, вообще, что девушка обнаружила за это время – небольшая стопка книг, находившаяся неподалеку от места, где она проснулась. Только она хотела рассмотреть обложку одной из них, как ее мгновенно сковало, а после вновь притянуло к зеркалу.
Пока Анна видела лишь свое отражение: никакой фигуры в черном и кровавых слов не наблюдалось. Девушка перевела взгляд на знакомую нацарапанную надпись и увидела, что на стене появилась новая заметка.
«КНИГИ»
«Я опять что-то не помню», – сделала вывод про себя Анна. Скорее всего, с момента, который она помнит, происходило еще что-то, что стерлось из ее памяти. Но почему?
Тем временем в отражении зеркала знакомая фигура в черном вновь затмила собой Анну, а слова уже собрались в загадку:
«Не попортит он свой портрет:
Он так просто не сдастся.
Даже если бороться во вред,
Оно заставит сражаться.
По достоинству можешь быть оценен,
Либо же выглядеть как дурачье.
Толкает одинокую стену он,
Хотя можно обойти ее».
«Напористый, упертый… уперс… „овтсмярпу“»? – сдерживая страх, ответила Анна. Она думала над тем, как в прошлый раз закончилась игра. Может быть, она слишком много задавала вопросов, и из-за этого ее «отключили»? Вдруг, если бы она молчала, ей дали бы еще попытку? Следующая загадка уже ждет.
«Сотни писем внимательно он прочитал
И следовал им абсолютно уверенно.
Год за годом моряк клад все искал
И вел за собой команду намеренно.
Но не знал тогда глупый моряк-бедолага,
Что письма писал сатана.
Попал он в ловушку, и не поможет отвага.
Моряка подвела она».
«Ну, это какая-то „ьтсомеашунв“, верно?» – слова исчезли. Анна решила, что в этот раз будет просто отгадывать загадки. Никаких вопросов. Вдруг ей за это дадут еще одну попытку или вовсе она как-то сможет закончить игру? Зачастую жертвы своими действиями, казалось бы, логичными делают только хуже. Нужно подыграть.
«Оно – жуткая гипербола,
Оно как шар предсказаний.
Защитить хочет, наверное,
И дать тайное знание.
Оно не дает покоя, заставляет тебя дрожать,
Даже если горе твое горем-то не назвать.
Если прилетела стрела, прилетит еще пять.
Если ты заболел, значит, пора умирать».
«Как это слово… – задумалась Анна. – Это „овтсрекинап“?»
Она отгадала, и это уже третье слово. Пока новая загадка рождалась на полотне зеркала, Анна задумалась: в прошлый раз она споткнулась на шестом слове… Интересно, та самая загадка повторится?
«Он – адский огонь внутри,
Который ты породил.
Топливо его – конфликт,
Оставленный тобой позади.
Ты критически против чего-то,
Тебе это мешает жить.
И внутри ты хочешь невольно
Источник беды истребить».
«Что-то такое было уже в прошлый раз… Мстительность. Это не ответ! Я размышляю! – запаниковала Анна, понимая, что, возможно, обрекла себя по неосторожности на сон. Она замерла на несколько секунд и продолжила свои размышления, лишь когда убедилась в том, что фигура в зеркале не собирается к ней прикасаться. – Синонимов и близких по значению слов может быть много… может быть много… Больно уж похоже на грех. Это „венг“, верно?»
Слова вновь сдуло, и Анна спокойно дождалась следующей загадки.
«С ней он может создать себя в твоих глазах,
Он может заставить бояться.
С ней он может копаться в ваших умах,
Манипулировать и не стесняться.
С ней его пение звонкое,
Жизнь – красивый портрет.
С ней его душа тонкая.
Жизнь, которой нет».
«Вот. Вот это „ьтсовижл“» – вспоминая щелчок, ответила Анна. Слова исчезли, но девушка этого даже не заметила, она думала о том, как ее проигрыш связан с невыносимой головной болью, которую она ощущает после пробуждения. Скорее всего, именно из-за этого она ничего помнит. Ее мозг поврежден.
Когда Анна вышла из своего транса, она увидела в зеркале знакомые слова.
«Поможет тебе свое забрать,
Она – Успеха сестра.
Заставит тебя все отдать,
Она с Жадностью выпивала вчера.
Она и Гордыне родня:
Затмит твой разум в момент.
Она и с Удачей близка:
Выручит, когда шансов уж нет».
«Сука, – разозлилась и одновременно испугалась Анна. – Окей. И поможет, и ты все отдашь… Я скажу, когда отвечаю, если что! Гордость, удача… Зависи… Нет, бред. Может… Ну да, это тоже плохое качество. Да! Отвечаю! Это „ьтсонтраза“!» – уверенно ответила Анна и перевела взгляд с загадки на фигуру в зеркале.
Секунда стала минутой. Анна все ждала, когда ее визави потянется к зеркалу, но темная расплывчатая фигура лишь опустила голову вниз. Текст же исчез. Она отгадала.
Несмотря на то, что тело Анны было сковано и она постоянно находилась в напряжении, наступило облегчение. Камень наконец-то свалился с ее души, а ранее напряженные мышцы расслабились. Однако продлилось это недолго.
Текст исчез, но новый все не появлялся. Фигура в зеркале ничего не предпринимала, а голова была все так же опущена. Девушка выдохнула и на короткий промежуток времени закрыла глаза. Спустя пару секунд из кровяных сгустков уже начинала собираться следующая загадка.
«Наблюдает плутовка,
Яблоко хочет украсть.
Кровавая потасовка
Ждет ее, а не сласть.
И она не одна.
Все забрать хотят мою вещь.
Но я ее не отдам.
Вцеплюсь в нее, словно клещ».
«Эта явно проще, чем предыдущая, – вчитываясь, проговорила Анна. – Похоже на „ьтсондаж“, но „ьтсондаж“ уже была. Если схожее по значению… Но зачем такое загадывать? Здесь что-то другое. И это… „ьтсоньлетирзодоп“»
Анна дала ответ, но слова остались на месте.
«Значит „ьтсопукс“! Это „ьтсопукс“!» – прокричала Анна в тот момент, когда черный ноготь уже коснулся ее лба. Девушку вновь отправили в сон.
3
Крик по расписанию. Анна вырвала у себя клок волос: боль в этот раз сильнее. Вот бы можно было не просыпаться…
«Так. Соберись, – Анна уже подожгла свечку и сейчас продумывает план действий. – Стена».
Девушка подскочила с холодного пола и отправилась искать стену с нацарапанными сообщениями.
«Окей. Книги», – на стене в этот раз никаких обновлений не значилось, поэтому Анна решила изучить книги, которые попались ей на пути в прошлый раз.
В промозглой темноте этого злополучного помещения девушка достаточно быстро нашла искомое, но столкнулась с проблемой: она не понимала, что на страницах написано. Язык был ей незнаком. Анна, сидя на коленях, суетно пролистывала страницы и перебирала книги одну за другой.
«Какое-то сатанинское дерьмо, твою мать!» – откинула она одну из книг куда-то в темноту. На страницах были непонятные письмена, схемы, таблицы, различного рода пентаграммы. Информации было много, но Анна не могла ей воспользоваться.
Книжка прилетела обратно. Анне в плечо.
«Сука!» – испугалась Анна и повалилась набок. Девушку опрокинула на землю вовсе не сила броска, а страх. Он же и заставил замереть. Анна пару секунд вслушивалась в звуки, после чего обратила свой взгляд в темноту. Прождав совсем недолго, она взглянула на книгу и заметила, что часть ее страниц как-то странно замяты.
Анна осторожно потянулась к книге, открыла ее и обнаружила текст на знакомом языке. Замятые уголки страниц служили своего рода закладкой.
«Черт. Надо быть внимательней», – с досадой проговорила Анна. Часть книги была написана на ее родном языке, девушка просто не долистала до этого момента.
Взгляд Анны зацепился за один абзац.
«Злые духи любят мучить жертв своими играми, которые часто связаны с жестокостью. Конкретного перечня нет: это может быть все что угодно. Они могут вызвать сильный приступ деменции у ваших пожилых родственников и направить их в какое-нибудь опасное место, а вы будете их искать, как в прятках. Это могут быть какие-нибудь жестокие загадки, которые вам придется отгадать, или же они могут заставить вещи левитировать и…»
«Кто ты?» – Анна оторвалась от чтения и вспомнила о том, что кто-то бросил в нее книгу. Девушка обратила взор в темноту, ожидая ответа, но дождалась лишь знакомого чувства: ее сковало.
После того как Анну в очередной раз притянуло к зеркалу, она задумалась над словами, которые вычитала в книге.
Значит, загадки – это игра, а фигура в зеркале – дух. Но сколько эта игра еще будет продолжаться? Можно ли ее как-то завершить? Где находится Анна? Может быть, эти загадки являются игрой в игре? Иначе как объяснить то, что происходит с девушкой?
«Заставляет тебя чаще дышать,
Кому-то дает новую жизнь.
Правда, от старой придется бежать,
И, несомненно, платить.
Иногда открывает новые двери,
Которые уже не закрыть.
Люди, моля, падут на колени
С просьбой: лучше убить».
Знакомая фигура в зеркале и знакомые кровавые слова. Ничего не меняется. Разговоры с духом никак не влияют на ситуацию. Нужно либо выиграть, либо найти обходной путь: просто угадывать, пытаться угадать все, а если не получается, в свободное время искать возможности, ответы в книгах. Других вариантов пока нет.
«Это „ьтохоп“» – спокойно ответила Анна.
«Из-за нее становишься зверем ты,
Готовым врага разорвать.
Но врагом может стать любой, учти.
За него может сойти и мать.
И жена, и ребенок, и лучший друг!
Во всех ты будешь видеть мишень.
И только когда перейдешь черту,
Ты обнаружишь в душе своей тень».
«Кто вообще придумывал это? Это уже третья, которая намекает на гнев! – Анна психанула, после чего задумалась над синонимами и словами, схожими по значению. – Пусть будет „ьтсонвиссерга“».
«Оно понимает тебя лучше всех:
Оправданий вовсе не нужно.
Всем известно: ты крепкий орех.
Зачем геройство, к чему же?
Что надо, смело возьми.
Жизнь одна, ты пойми!
На других никогда не смотри.
У каждого свой путь впереди».
«Это похоже на что-то положительное, скорее… Оно понимает тебя лучше всех… Это „еиловобалс“?» – с опаской ответила Анна, но успокоилась, как только увидела, что слова исчезли.
«Лежишь ты в кровати и слышишь дыхание,
Идешь по тропе, а за тобой бормотание.
Преследует мужчина тебя, как не прячься, везде он застанет.
Ты просишь оставить тебя, отстать от тебя, но он не отстанет.
Он не маньяк: ему не нужно твое тело. То ли дело душа…
Ему вовсе не надо слез, он не желает причинять тебе зла.
Но отстать он не может. Напротив, ему бы всегда быть с тобой.
Она, та, что его, связала вас вместе. Ты его, а он теперь твой».
«Привязался… „ьтсовичзяван“», – уверенно ответила Анна и оказалась права.
«Троица как-то подружилась с ней.
Ну да. Не от ума большого, конечно.
Одному сказала зажечь сто свечей,
И теперь живет он во тьме кромешной.
Другому все запасы предложила умять.
Так проглотил он и дочь родную!
Третьему указала побольше гулять,
Так и проходил он всю жизнь впустую».
«Странная хрень… Ну типа… глупо… Нет. Это „ьтсоньлетичотсар“?» – вновь боится Анна, хотя страх ей не поможет. В любом случае она угадала.
«Радостно скалится противный зверь,
Так как ему
Нравится вынюхивать разную чернь
Твою.
В ней он настолько души не чает,
Что считает долгом делиться ей.
Тебе этим он докучает
И скалится вновь улыбкой своей».
«Нравится вынюхивать что-то журналистам: профессиональным сплетникам. Это „овтсечинтелпс“», – уверенно ответила Анна, но слова остались на месте.
В скованном положении страх ведет себя по-другому. Обычно внутри будто происходит взрыв, в солнечном сплетении, и пламя от него расходится по всему организму. Сейчас же, поскольку Анну сковывает неизвестная ей сила, страх походит на какой-то разряд тока. Он все так же берет начало в солнечном сплетении, но устремляется лишь в мозг. Это мгновение. Не так, как когда тебя будоражит и трясет. Зато в этом случае почти всегда этот импульс находит себе выход через крик.
«Нет! Умоляю!» – прокричала Анна.
4
Бензопила, крик и ногти, впившиеся в кожу. Отступающая боль, зажигалка, свечка и огонь.
Анна в этот раз решила сразу же вернуться к книгам. К сожалению, выглядели они все достаточно однотипно, поэтому девушка перед тем, как найти «ту самую», сначала пролистала несколько подобных.
Она читала главу, на которой остановилась в прошлый раз, искала ответы на свои вопросы, но, к сожалению, необходимой ей конкретики было мало. Виды пентаграмм, примеры игр, которые любят духи, задабривание домашних духов едой… Ну какое задабривание?! Какой едой?! Она просыпается не пойми где, а потом ее будто тисками зажимают и отказываются слушать! Единственная интересная мысль, которую вычитала Анна, прежде чем ее вновь притянуло к зеркалу, заключалась в том, что с духом нужно начать свою игру.
«Победить в игре, которую предлагает дух, очень трудно. На самом деле, это удавалось лишь единицам. Их правила зачастую бывают несправедливы: победив, ты можешь выжить сам, но убить кого-то другого, или игра вовсе может длиться несколько дней! Однако это не значит, что мы не можем действовать в том же ключе. Духа можно победить, если самому предложить игру. Ваши правила и заранее проработанные уловки помогут вам выиграть».
«Свою игру…» – задумалась Анна, после чего переключила свое внимание на загадку.
«Зажал в кулаке дротик мужчина.
Мучится, напротив мишени стоит.
Мишень – это его же картина.
Автопортрет, который во всем он винит.
Оно его всегда заставляет
Без оснований причинять себе боль.
Дротик в свой же портрет он кидает:
В первоисточник, породивший юдоль».
«Учитывая те две загадки, нужно что-то небанальное. Это… – проговорила Анна и задумалась, – „овтсдеомас“».
Слова стали пеплом и обратились в пустоту, а фигура в зеркале все сохраняла свое бескомпромиссное спокойствие.
«Она это дело очень любит,
Она постоянно растет.
Ей говорят, что это ее погубит,
Что она себя не бережет.
Она, соглашаясь, с улыбкой врет,
Что с этого дня в завязку.
Но потом она вновь растет,
Ведь ей все мало, а ваши слова напрасны».
«Опухоль. Стоп! Какая… Ладно. Обжора. Это обжорст… – остановилась Анна. Она два раза чуть не дала поспешный ответ из-за того, что все еще думала по поводу «своей игры». Анна пыталась на ходу придумать загадку, – Черт. Соберись… Это „еидогуоверч“».
«Он своих любит собак,
Держит их на короткой цепи.
Дрессирует их он всегда,
Чтобы не имели воли они.
Оно не позволит их ему отпустить.
Если честно: он не умеет любить.
Просто без нее он не может жить,
А собак можно всегда заменить».
Анна решила не отвечать, а вместо этого придумать собственную загадку, но спустя десять секунд молчания фигура в зеркале потянулась к девушке рукой.
«Стоп! Я сейчас отвечу!» – испугалась Анна.
Фигура в зеркале сначала замерла, а затем медленно вернулась в свое привычное положение. У Анны же чуть сердце из груди не выскочило. Она не понимала, как фигура решает, когда ее жертва думает над ответом, а когда нет. Видимо, важно мыслить вслух.
«Опять какая-то хрень… Чтобы не имели воли… Без нее… „еибюлотсалв“?» – предположила испуганная Анна и оказалась права. Испуганная не потому, что стремится к победе, боится потери очередного шанса выбраться отсюда. Нет. Ее страшила боль, которая ей предстоит. Если исключить боль из уравнения, то проигрыш, хоть и ненадолго, дает свободную волю после сна. А это и есть ключ к победе! Проигрыш дает время: время придумать загадку. Сейчас же трудно совмещать одно с другим. Однако она все же попытается.
«Внутри как будто дыра,
Как будто адский котел.
Туда провалилась душа,
Когда он к тебе снизошел.
Она внутри, в твоей животной природе,
Это нормально совсем.
Приятно видеть на вражеской морде.
Ужасно ощущать на себе».
«Это сейчас даже не загадка. Насмешка какая-то… Это „ьтсосурт“», – со злобой ответила Анна.
«Капризная леди срубает коня,
Ей не понравился конюх.
Еще она невзлюбила слона,
Поэтому тот тоже помер.
Ей все время подносят дары.
Жаль, но не желанны они…
У леди запросы столь высоки…
Ты не угодишь, всему вопреки!»
«Это „ьтсоннаволабзи“», – вновь быстро отгадала Анна.
«Наблюдает плутовка,
Яблоко хочет украсть.
Кровавая потасовка
Ждет ее, а не сласть.
И она не одна.
Все забрать хотят мою вещь.
Но я ее не отдам.
Вцеплюсь в нее, словно клещ».
«Я еще в прошлый раз ждала… Ну, здесь вариантов-то нет. Если это не „ьтсонвер“, то что еще? Это „ьтсонвер“ – отправила Анна слова загадки в небытие. – Вау. Наконец-то».
Анна слегка засмеялась. Она уже устала одновременно придумывать и отгадывать загадки. Но смех был не только от усталости. Девушка понимала, что скоро обязательно на чем-нибудь споткнется: ее начинала окутывать паника. Тем временем в зеркале уже ждала вторая неотгаданная загадка.
«Радостно скалится противный зверь,
Так как ему
Нравится вынюхивать разную чернь
Твою.
В ней он настолько души не чает,
Что считает долгом делиться ей.
Тебе этим он докучает
И скалится вновь улыбкой своей».
«Итак. Что-то небанальное. Что тут еще может быть? – Анна задумалась. В прошлый раз она дала, как ей казалось, очевидный ответ. – Ну… Это может быть еще „ьтсончилувд“. Это „ьтсончилувд“».
Неправильно.
«Скоро мы попрощаемся!» – прокричала со злости Анна, прежде чем потеряла сознание.
5
Со слезами, проглотив очередную порцию боли, Анна вновь машинально зажгла свечу. Девушка отдышалась после пережитого и затем отложила подсвечник с зажигалкой. Анна закрыла ладонями лицо и стала придумывать загадку.
В этот раз нужно не отвлекаться. Во-первых, от результата зависит, спасется ли она, а во-вторых, Анне чужд креатив, поэтому придумать что-то ей будет непросто. Она всегда любила решать различные уравнения, разгадывать ребусы, а вот создавать их… И так уж развернулась сейчас судьба, что от этого зависит ее жизнь.
«Он тебя изъедает,
Ты его ненавидишь,
Ничего не помогает.
Но, может, себя ты вылечишь.
Но скорее замедлишь…»
Анна не успела придумать второе четверостишие. Ее рука машинально схватилась за подсвечник, после чего девушку сковало.
Как только Анна переместилась к зеркалу, она тут же озвучила первое четверостишие своей загадки, но в ответ получила лишь тишину.
«Это моя загадка! Отгадывайте!» – прокричала Анна. Через мгновение в зеркале появилась фигура в черном. Девушка повторила придуманные ей строчки и заметила, что в зеркале из сгустков крови появилось первое слово ее загадки.
«Надо произносить, когда она появится в зеркале», – с усталой улыбкой на лице подумала про себя Анна. Однако слово «Он» вскоре сменилось на «Она», после чего остальные появившиеся слова окончательно порушили хлипкую надежду.
«Она в твоей душе, у тебя в венах.
Заставляет тебя пыхтеть,
Заставляет смотреть презренно
И постоянно себя жалеть.
Слюни текут от гадкого вида
Ужасной несправедливости.
И ты копишь, копишь обиду,
Под личиной невинности».
«Я загадала! Я! Ты отгадываешь!» – прокричала девушка.
Фигура оставалась неподвижной, в то время как Анну охватила злоба. Словно какое-то животное, она начала брыкаться в крепких объятиях таинственной силы. В порыве ярости девушка так и не заметила, как была отправлена в сон.
6
«Ненавижу! Сука! Ненавижу!» – Анна вновь ощутила боль, вновь невольно зажгла свечу и дала волю эмоциям. Затем девушка, не раздумывая, подскочила с промозглого, деревянного пола и устремилась к стопке книг. Она с ходу нашла необходимую ей книгу и направилась обратно к тому месту, где обычно просыпалась. Так Анна решила на будущее сэкономить время: лучше один раз принести книгу, чем постоянно ходить за ней.
«Да что ж воды-то так много», – прошептала Анна, суетно перелистывая страницу. Она искала информацию в той же главе, и ей повезло! В итоге девушка смогла найти необходимую ей конкретику.
«У каждой игры свои правила, но есть общие условности, которые нельзя переписать. Хоть их и немного, тем не менее ими можно и нужно пользоваться.
Для начала рассмотрим игры, где участники должны ходить по очереди. Здесь есть два правила. Первое – игрок может пропустить свой ход. Второе – тот, кто начал игру, ходит первым».
«Но я же и начала в прошлый раз игру! – возмутилась Анна, после чего ее сковало, а затем притянуло к зеркалу. – Черт. Я же, наверное, и так в игре… С самого начала!.. Я просыпаюсь из-за ее первого хода!.. Наверное… И я жду новую загадку после ответа: я пропускаю ход!»
На Анну снизошло озарение. Надежда вновь поцеловала ее и даровала сил. Не все еще потеряно. Однако для начала нужно расправиться с первой загадкой.
«Она в твоей душе, у тебя в венах.
Заставляет тебя пыхтеть,
Заставляет смотреть презренно
И постоянно себя жалеть.
Слюни текут от гадкого вида
Ужасной несправедливости.
И ты копишь, копишь обиду,
Под личиной невинности».
«Так. Окей. Похоже на качество, связанное с обидой… Обидой… Но здесь прям в тексте это слово… – Анна искала подвох. Она уже привыкла к коварству этих загадок. – Это, наверное, грех. Какая-нибудь „ьтсиваз“?»
Слова исчезли. Анна тут же озвучила свою загадку, но и в этот раз из крови сложились совершенно другие слова.
«Он жирным своим языком
Облизал твои, пусть и грязные, руки.
Он облизал тебе все лицо
И ждет от тебя счастливые звуки.
Самодовольно протянув тебе руку,
Просит монетку он у тебя.
Ведь он привык получать не по заслугам,
А за счет грязного рта».
«Да почему?! Отгадывай, тварь! – разозлилась Анна, но фигура в зеркале, как это происходило и раньше, даже не шелохнулась. – Черт! Так. Грязный рот. Что-то такое было… Про сплетников-журналистов. Похоже… так-то… Нет… Это „ьтсовитсьл“».
Слова исчезли.
«Сейчас мой ход! Я хожу!» – прокричала Анна. Она вновь начала зачитывать свою загадку, но… эффект был тот же.
«Без эмоций подал он руку.
Без радости, но за заслугу.
Поступки его красивы, как туманной осенью ливень,
Но мотивы столь нечестивы, что он лишь противен.
Может быть, когда-то он был ущемлен?
И теперь, полный обиды, жаждет славы, похвалы, признания.
Может, без остатка им он был покорен?
И оно, словно зверь, пожрало его, навсегда изменив сознание».
«Тупое животное… – заплакала Анна, после чего сорвалась на крик. – Борись со мной честно, ублюдское отродье! Ничтожество! Тварь! Ничтожество!.. Не надо…»
Эта игра закончилась, как и все остальные.
7
Боль, огонь, свеча.
«К черту», – шепотом проговорила Анна.
В этот раз она просто сидела и завороженно смотрела на пламя свечи. В этом темном, холодном, сыром помещении зажигалка и горящая свечка являлись единственными источниками тепла и света, единственными источниками чего того, что, кажется, вовсе не отсюда.
Анна устала, эмоционально выгорела. Она нашла ключ, который, кажется, должен был подойти к запертым дверям, удерживающим ее здесь… но он не подошел. Тогда Анна нашла еще один ключ. Вот она! Надежда! Но очередная попытка обернулась провалом.
Девушке казалось, что чувство, которое она сейчас ощущает, ей уже знакомо. Где-то глубоко в недрах ее отшибленной памяти лежит что-то подобное. Лежит одиноким письмом на кофейном столике, стоящем у камина. Письмо не от самого важного для нее человека, но важное по всей своей сути. Уже происходило что-то подобное. Что-то такое, что она так и не смогла преодолеть.
Анна вновь у зеркала, и ее ждет загадка.
«Не может никак себя простить.
Вместо этого он с яростью в сердце других обвиняет.
Ему бы понять, себя изменить,
Но мозг не работает, пока она на чувствах играет.
Он защищает себя одиночеством,
Мстит тем, кто добр, за всех плохих.
А она наслаждается творчеством,
Вкушает блаженство трагедий своих».
«Это „ьтсовичдибо“», – Анна посмотрела на загадку, дала ответ и от эмоциональной усталости опустила голову вниз.
«Услада для уха: поют соловьи вокруг.
Нежная песнь в воздухе витает.
Всем приятна она, словно старый друг.
Всем, кроме тебя: тебя она убивает.
Оно не в тебе, оно вокруг тебя.
Как вампир твою жизнь забирает.
Оно рождается из зависти, зла,
Бывает, жертва сама так желает».
«Непонятно. Пусть будет „овтсечинтелпс“, о котором я так часто думаю. Это „овтсечинтелпс“», – ответила Анна и опять опустила голову вниз. Вместо того чтобы ожидать результат своего ответа, девушка обратила внимание на золотую раму зеркала. Анна рассматривала ее, словно видела впервые.
На ней неаккуратными, мелкими рельефами была изображена история. Множество людей сидят вместе и греются у костра. Однако, как только костер начинает тухнуть, люди развязывают бойню. В итоге все выжившие вновь вместе греются у костра, который оживает благодаря умершим людям, являющимся для него топливом.
Девушка задумалась над сутью ужасных узоров. Что это? Человеческая жадность, эгоистичность? Жестокая, животная натура? Или это символ того, как человек добровольно стремится к саморазрушению?
Анна до сих пор не спит, значит, ее ждет новая загадка.
«Она помогла мальчишке создать фигурку царя.
Это я! Это я!
Худую руку тянет бедняк со слезами, моля.
Отойди от меня.
Одиночество не позор совсем.
Позорно нынче быть таким, как все.
Мальчишка не сможет из черни принять никого.
Одиночество – это смелость теперь для него».
«Грех. Это „яныдрог“, верно?» – спокойно ответила Анна и оказалась права. Следующая загадка была ей знакома.
«Радостно скалится противный зверь,
Так как ему
Нравится вынюхивать разную чернь
Твою.
В ней он настолько души не чает,
Что считает долгом делиться ей.
Тебе этим он докучает,
И скалится вновь улыбкой своей».
«Ну я тут все уже перебрала, – проговорила Анна и задумалась. – Точно. Это „овтсечиншуан“».
Анна дала ответ и опустила голову. В этот раз она была абсолютно уверена. Следом ее ждала новая загадка.
«Он любил смотреть на луну,
Она ему давала спокойствие.
Приковало ее цепью к нему.
И это было ему в удовольствие.
Хотя временами, порой, иногда
Хотел он цепь-то порвать.
Но таков рок, что от самого себя
Всегда очень трудно бежать».
«Бред какой-то. Ну… допустим… допустим, это „ьтсомисиваз“», – тыкнула пальцем в небо Анна.
Слова исчезли, и девушка ухмыльнулась. Сегодня ей определенно сопутствует удача.
«Без эмоций подал он руку.
Без радости, но за заслугу.
Поступки его красивы, как туманной осенью ливень,
Но мотивы столь нечестивы, что он лишь противен.
Может быть, когда-то он был ущемлен?
И теперь, полный обиды, жаждет славы, похвалы, признания.
Может, без остатка им он был покорен?
И оно, словно зверь, пожрало его, навсегда изменив сознание».
«Это невозможно. Я вообще не понимаю, что это. Я не отгадаю. Давай. Тыкай своими пальцами. Я так или иначе на чем-нибудь споткнусь», – Анна отказалась от игры и получила то, о чем просила.
8
Анну стошнило. Гребаная пила не перестает удивлять. Это до сих пор очень больно.
Девушка зажгла свечу, вытерла рот своей майкой, после чего замерла, так как услышала скрип откуда-то слева. Анна медленно повернула голову.
Огромная черная рука своими неуклюжими пальцами пыталась открыть маленькую книжонку, которую Анна тогда перенесла к себе поближе. Не было видно, кому принадлежит эта рука, но оно и к лучшему: черная кисть была размером со взрослого человека. Пальцы были необычайно тонкими и длинными с большими, будто воспаленными, суставами. И острые когти. Как у животного.
Анну охватил страх, она затряслась и из-за этого выронила подсвечник, который каким-то чудом не погас. Но огромную руку это не остановило. Она все так же своими неуклюжими движениями пыталась открыть книгу. Если это рука такая огромная, то что тогда прячется во тьме? Чудовище каких размеров? И как оно вообще может там прятаться?
Анна начала глубоко дышать: ей нужно было сосредоточиться. Она подняла подсвечник и только тогда смогла увидеть, что за рукой, в самой гуще тьмы, едва виднеются два красных круга размером примерно с человеческие головы. Через секунду девушка поняла, что это глаза, так как «оно» моргнуло.
Анну вновь охватил ужас. Девушка какое-то время не могла оторвать взгляда от огромных глаз, пока рука не закончила свое дело: неуклюжие пальцы открыли-таки книгу и скрылись в темноте.
«Долго ты еще…» – неразборчивым скрипучим эхом медленно проговорило нечто и скрылось в темноте. Анна пробыла в оцепенении примерно полминуты, после чего встала и аккуратно подошла к книге.
Девушка увлеченно вчитывалась в текст, который ей предложило нечто. В один момент Анна громко захлопнула книгу и потушила свечу.
9
Анна встала с холодного пола, оставила книгу с подсвечником и сама медленно и спокойно направилась к уже появившемуся зеркалу.
«Варианта здесь всего два: злые духи либо были злобными еще при жизни, либо стали такими в мире мертвых».
Это было первое, что прочитала Анна. Надо же… как это бывает… Мир переворачивается в одно мгновение.
«Побеждая духа, вы заставляете забыть его о вас, но чем чаще вы побеждаете, тем меньше обряд работает».
Почему такое произошло именно с ней?
«Ни в коем случае не допускайте попадания этой книги в руки детей. По глупости, любопытству или из-за тоски по родным людям они могут попытаться связаться с миром мертвых. Но как мы уже с вами говорили, сон духов нельзя тревожить: именно так светлые души и обращаются к злу».
Сколько еще эта тварь принесет страданий? Сколько еще людей замучит?!
«Описанный выше ритуал является универсальной формулой, позволяющей контролировать слабых духов, но вы не должны забывать о предводителе их царства. Он следит за их покоем, и чем чаще вы будите спящего духа, тем больше король мертвых обращает внимание на вас. А противостояние с ним вам никогда не выиграть».
«Игра так игра…» – со злобой проговорила Анна.
«Злой дух от безобидного отличается отсутствием свечи в его руках. Дух с зажженной свечой не может вами командовать, не может вторгаться к вам, играть с вами. Он вас не слышит, но может видеть результаты ритуала, который вы начинаете. Еще раз отмечу важное: ни в коем случае не проводите никакие ритуалы с такими духами! Они погружены в вечный сон, и будить их, – это уже жестокое нарушение правил загробного мира, не говоря уж о том, чтобы использовать их в каких-то ритуалах или играть с ними в игры. Свеча – это знак не только того, что дух вас не потревожит, но и того, что вы призвали светлую душу, которую надо оставить в покое».
«Как же хорошо… свободно… слова сами лезут в голову!» – с блаженной улыбкой подумала про себя Анна. Потушив свечу, она ощутила спокойствие в своей душе, она слилась с тьмой, царившей вокруг.
«Пробуждая духа, вы заставляете его вспомнить свое человеческое воплощение, что приносит пробудившемуся много боли. И без этого не обойтись, иначе как он сможет с вами контактировать? Ко всему прочему единственным коридором, где он с вами может встретиться, является его кошмар при жизни. Поставьте себя в такое положение. Хотели бы вы так проснуться?»
«О да… готово», – Анна уже подошла к зеркалу и ждала фигуру в черном.
«Чем больше вы призываете ту или иную душу, тем больше она будет ненавидеть сон, тем больше она будет ненавидеть вас и тем больше шансов на то, что вы обратите ее в злого духа. Не забывайте, король мертвых охраняет спящих: в наказание вам он либо направит духа на вас, либо сам встретится с вами лицом к лицу».
Зеркало прояснилось, и в этот раз фигура в черном явила Анне свое истинное обличие. Девочка, на вид лет шестнадцать. Черные крашеные волосы, черные губы и тени вокруг глаз. Сидит она в комнате, где все увешано постерами различных рок-музыкантов, и музыка сейчас играет соответствующая. На девчонке накинута темная мантия, а перед ней лежит какая-то древняя книга с пентаграммами и тетрадка, в которой, по всей видимости, записаны загадки.
«Где свеча?» – в недоумении девчонка. Ее глаза бегают и ищут подвох в зеркале. Анна же решила начать игру.
«Теперь ты послушай мой слог.
Позволь же и мне загадку тебе загадать.
У всего есть своя мораль, итог…
Концовку этой истории ты готова узнать?..»
Как только Анна начала зачитывать текст своей загадки, девчонку сковала неведанная сила. Когда-то она так сковывала Анну.
«Нет! Ты не понимаешь! Постой! Постой! Они надо мной издеваются! Все! Всем классом! Но я сдерживаюсь, игнорирую их, – злость копится, и я думала!.. Думала, что ты и так мертва! Лучше… Я больше не буду! Пожалуйста!» – страх, ужас и сожаление перемешались внутри девочки. Она кричала и плакала. Но Анна продолжала зачитывать свою загадку.
«Она всегда безответна,
Она всегда незаметна,
Она всегда находит,
Она всегда приходит,
Она часто нежданная,
Почти всегда нежеланная,
Она об одном лишь мечтает.
Скажи мне, что тебя ожидает?»
Анна закончила. Тем временем девочка уже вовсю плакала.
«Я срывала на тебе злость… Я такая дура… Я думала… Пожалуйста…» – со слезами молила девочка, но в один момент остановилась. Ее лицо изменилось: губы затряслись, а глаза наполнились ужасом, при этом смотрела она не на Анну.
Послесловие автора
Люди и события, окружающие вас, могут повредить ваше тело, пошатнуть и даже уничтожить ваш разум, но им никогда не сломать вашу душу. Это можете сделать только вы сами.
Именно такими словами мне хочется закончить этот рассказ. А еще мне очень хочется поблагодарить тебя, мой дорогой читатель.
Спасибо большое за то, что ты уделил свое время этому рассказу. Я искренне надеюсь, что тебе это доставило какое-никакое удовольствие. Стучись ко мне «ВКонтакте»: там у меня что-то из рода блога, и там я анонсирую свои будущие книжки, делюсь опытом, который получил в ходе их написания.
Будут еще книги, будут еще истории. Надеюсь, мы с тобой еще встретимся. Спасибо.
Страничка «ВКонтакте»
https://vk.com/mosolovkv
