Kitabı oxu: «Про кота. Трилогия «А фигли?!»»

© Максел, 2019

© Константин Романов, 2019

ISBN 978-5-4496-4671-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пьеса-детектив «А фигли?!»
В трех действиях.

Действие I

Акт 1. Сцена 1

Занавес открывается. Горы. Ручей. Где-то шумит Терек.

Повозка. В ней имеется поручик Р ы б и н (Р) и

К о м п а н ь о н (Ко). Поручик Рыбин напевает под нос

песню.

Ко: Поручик, а помните-с, давеча вы говорили-с, «что»?

Р: Что?

Ко: Вот именно!

Р: Грешил-с. Все когда-нибудь задаются этим вопросом… () Однако, должен заметить, что до меня дошли слухи-с, что в некой деревне нашего родного уезда объявился новый Пиловар… задумался

Ко: Что вы говорите?! В самом деле?

Р: Представьте себе. Именно в нем. В Деле.

Они подъезжают к кабачку.

Р: Остановите пожалуйста-с.

Повозка останавливается. Рыбин выходит, кладет

кабачок под мышку и садится в повозку, несмотря

на возмущенный писк мышки.

Р: Ну вот и обед-с.

Ко: Не изволите ли вы, уважаемый, посетить ту самую деревню?

Извозчик: Ваш бродь, куда везти-то?

Р: Ввези нас в Курс Дела!

Занавес.

Сцена 2

Покосившийся дорожный знак с надписью «деревня Дело». Тут же занюханная гостиница «Курсъ». Подъезжает повозка. Из нее вылезают поручик Рыбин, Компаньон и мышь во фраке, с трудом тащащая кабачок. Из гостиницы высовывается Н е б р и т а я И с п и т а я М о р д а (НебрМ) и, пошевелив усами, произносит:

НебрМ: Погода нынче – дрянь.

Из гостиницы выходит Л а к е й (Л), берет у Компаньона 2 рубля взаймы и уходит восвояси.

Р: () Однако-с, у меня к вам есть дело, любезный. Где же ваш знаменитый Пиловар? обращаясь к лакею

Л: Известно где. На пиловарне, в нумерах.

Р: В каких?

Л: () В таких! () издевательски и уходит из театра

Р: () Дайте-ка мне ключ от номера. заходит в гостиницу и провозглашает

НебрМ: От какого?

Р: () от такого! В нем, как мне известно, находятся Пиловар с пиловарней. издевательски

НебрМ: Однако-с, не могу. Обед-с. Я пошел. () НебрМ окончательно уходит из театра

Компаньон и мышка во фраке садятся за стол и играют в настольный настольный теннис, теребя ногами под столом кабачок. Внезапно гаснет свет и кто-то дико кричит: «А-а-а-а-а!!!» Выходит А, местный электрик, зажигает свечи, три раза плюет через плечо, бормочет:

А: Прости, Господи, опять свечи перегорели…

Раздается звон разбитого стекла. Слышен шлепок какого-то тела по чему-то твердому, и голос голосит:

Голос: Украли!!! Похитили!!! Своровали!!!

На голос прибежали однояйцевые сиамские близнецы Укралли, Похитилли и Своровалли. Рыбин выбегает из гостиницы и видит страшную картину: на асфальте, распластавшись, лежит тело, масса тела m=58 кг, упавшее с высоты h=10 м. Найти силу падения F, если известно, что оно упало достаточно громко. _под

Рыбин понял, – это неспроста. Близнецы стояли и таращили на него лица, шевеля усами.

Р: Так, я полагаю, здесь произошло преступление.

Близнецы: () Волга ма-а-атушка река!.. () хором. В тональности Am и уходят, обнявшись

Рыбин посмотрел на них и подумал.

Занавес.

Сцена 3

Рыбин сидит за столом с Компаньоном и многозначительно морщит лоб… Лакею. Лакей мягко отбивается и устало шепчет.

Л: Ну зачем же? Я сам вспомню…

Р: Что?

Ко: Где-то я уже это слышал… Эту фразу…

Рыбин заказывает бутылку вареной пилы и закусь.

Ко: А вот этого я уже не слышал… () падает лицом в закусь

Л: В это время я как раз выходил из театра, как вдруг…

Р: Да, вдруги часто так выходят.

Л: Так вот, смотрю я, и вижу, что…

Р: Что?

Ко: () Где-то я это слышал… из закуси

Р: Ну и как оно выглядит?

Л: Что?

Р: То!

Ко: () Однако-с, де жа вю… из закуси

Л: Выглядит оно так.

Р: Теперь все понятно, я так и знал.

Занавес.

Сцена 4

На сцене сидит П и л о в а р (П) и варит пилы. Они мерзко шипят и плюются. Пиловар бормочет себе под нос.

П: Орбайтен, орбайтен. Как я могу орбайтен, если у меня зарплаты всего-то.

Входит толстый волосатый К о т (К).

К: Мяу.

П: Зови их.

Входят Компаньон, Рыбин и изрядно наморщенный Лакей.

П: Чем могу быть полезен?

Р: Тем.

П: Тем не могу, я сегодня уставший.

Р: Ага! Что вы делали вчера между двенадцатью и полуночью?

П: Как обычно.

Р: Как обычно?

П: Не реже пяти раз в день.

Р: То есть 5.

П: Да.

Л: Да.

Р: А что делали?

П: Что и делал.

Р: Так значит, да?

П: Да.

Л: Да.

К: Мяу.

Ко: Где-то я уже это слышал…

П: Что?

Ко: Да.

Л: Да.

Р: А мне говорили, что…

Л: Да.

Р: Вы вчера делали ноги?

П: Да, это были вынужденные меры, у меня упала пиловарня.

Р: Странно.

К: Мяу.

Л: Да.

Р: И куда же она упала?

П: Туда.

Р: А!!! () Неувязочка в ваших словах, дрожайший. Она не могла упасть туда, потому что… ухмыляется

П: Что?

Р: Там стояло то!

П: Не понимаю, о чем вы говорите?

Р: Мы не говорим о чем, мы говорим о том. Оно пропало.

Ко: Что-то упало, что-то пропало, все перепуталось…

Л: Да.

К: Да.

П: Клевета!!! () дико размахивая руками

Л: Клевета уехала. У нее, по Сути, муж в разгул ушел.

Ко: Не лепи горбатого! Признавайся, ты украл то?

П: () Нет! переставая лепить горбатого

Р: Ну, на нет и суда нет.

К: Мяу.

Все расходятся. Занавес.

Акт 2. Сцена 1

Рыбин стоит и чешет в затылке, размышляет. Лакей внезапно выдает:

Л: Однако, вытяжка.

Ко: Бесспорно, вытяжка.

Р: Нет, уважаемые, вытяжка не может без споров. Такая уж она есть.

Л: Да, такая уж она есть. И мать у нее естью была. И все в роду у них ести.

Ко: () Кто бы говорил! ехидно

Л: Да, Кто тоже это говорил бы, если бы не…

Р: Если бы не?

Л: Если бы Не и если бы Ни жили когда-то в согласии. Но они, по воле Случая, разъехались кто в Суть, кто в Дело.

Ко: Да-с, у господина Случая, видимо, воля велика… () А не изволите ли посетить Суть? обращаясь к Рыбину

Р: А то!

Ко: В таком случае, прошу-с.

Садятся в бричку и уезжают.

Сцена 2

Декорации: горы земли, у одной из гор табличка «деревня Суть».

Р: О, нет! О, Боже! Суть все-таки зарыли в землю!

Ко: Досадно.

Занавес.

Сцена 3

Гостиница «Курсъ». За столом сидят: Рыбин, Компаньон, Лакей и мышка. Стол опрокинут набок и все сидят за ним.

Р: Да-с, Суть опять закопали.

Ко: Что изволите делать, поручик?

Р: Полагаю, надо ее раскопать.

Ко: Гениально. Я всегда поражался вашей находчивости!

Р: Да-с, но на это уйдет слишком много человеко-часов.

Л: Сколько?

Ко: Столько! () показал руками, сколько

Р: Необходимо набрать добровольцев.

Все выходят на улицу, из дверей соседнего дома появляются люди, вместо туловищ у которых – часы (Ч-ч).

Ко: А вот и человеко-часы!

Р: Послушайте, любезные, не изволите ли вы быть добровольцами?

Ч-ч: Нет!

Занавес.

Действие 2

Акт 1. Сцена 1

Тупо лирическое отступление: «То» – совокупность трех неравенств, материализующихся через трансмагистраль Владивосток-Уфа и как-то связанная с Конь you к Тивизмом.

Темная комната. Под потолком болтается лампа, на лампе

К о н ь. Т и в и з м бережно гладит то (ну в смысле то, а не то, чем… ну, то, короче) и мурлычет совсем как волосатый кот.

Тивизм: Ну что?

Конь: То у нас!!!

Тивизм: Мяу! Ну… это… в смысле, да!

Конь: А что мы будем с ним делать?

Тивизм: Это.

Конь: Прямо-таки это???

Тивизм: Умгм.

Конь: Господи, ради Бога, ну прекратите притворяться котом. Это отнюдь не ваше призвание.

Тивизм: А вы – конь! Не стройте из себя человека. И слезайте с лампы! Она уже устала.

Конь: Эт плохо.

Занавес.

Сцена 2

Декорации: амбар. В нем лежат колос, колос и еще много-много раз колос. К л е в е т а (Кл) сидит и громко рыдает. Входит пор. Рыбин и Компаньон.

Р: () Знаете ли вы, Компаньон, что никак не обнаружить? обращается к Компаньону

Ко: Да что вы говорите? Прямо-таки никак?

Р: Именно. () Клевета, али кто оклеветал? обращается к Клевете

Кл: Нет.

Р и Ко (): А ФИГЛИ??!!?? хором

Кл: А вот! () ехидно

Что-то неладное почувствовали оне и все.

Занавес.

Сцена 3

Археологические раскопки. Из куч земли кое-где уже прослеживаются ветхие строения деревни Суть. Рыбин и Компаньон задумчиво зрят.

Р: Ну что?

Ко: Не что, а то. Его здесь нет!

Р: Это и так ясно.

Ко: А ФИГЛИ?!!

Р: Непорядок. (). Непорядок, ога. задумался; поковырялся ногой в земле

Ко: Ну и пес бы с ним, нам необходимо сыскать ТО! А мы тут попусту теряем время! (). со злости кидает шляпу на землю, топчет ее ногами

Р: Любезнейший Компаньон, вам никогда не приходило в голову…

Ко: Приходило. Еще как!

Р: Что?

Ко: () А вот. ехидно

Р: Даже если так, совсем не обязательно было так неэстетично обращаться с моей шляпой. Но постойте… Вы упомянули про пса, который был с ним…

Ко: Ага.

Р: А вы уверены, что это был пес?

Ко: Нет.

Р: А это уже любопытно. Вперед, мой друг (). отправляются вперед

Занавес.

Акт 2. Сцена 1

Снова Амбар. Колосистый колос колосится колоссально. Клевета сидит и грызет ноготь на ноге. Рыбин и Компаньон входят без стука, т. к. С т у к остался там, где вековая лежала пыль.

Р: Ибо на кого был похож ваш муж? Уж не на пса ли, который с ним?

Ко: Да-да.

Кл: (). А ведь и правда же! откидывая ногу в дырку в стене

Р: Что?

Кл: Вот! (). показывая на стену, на которой нарисована большая и необъятная «Ж…»

Ко: (). в шоке

Р: Мотивируйте!

Кл: Значит, был с ним пес. Только он был кот. Ну, али, по крайней мере, похож на кота. Ног у него точно было 6. Теперь, как видите, уже 5,5.

Ко: 10 что ли?

Нога из дыры: Господи! Это… Ну, вообщем, нет.

Р: () Перестаньте, что вы! Кот – это пес с 6-ю ногами, али в лицее дурака валяли? Компаньону

Заходит Кот, бесцеремонно хватает ногу за руку и уходит. Все тупо взирают ему вслед и продолжают.

Р: () Не все коту капельница. задумчиво

Ко: Да ладно, что вы грит.

Р (): И все же, на кого был похож ваш муж? Клевете

Кл (): На замечательного коня… () Так любил кататься на лампе и смотреть на… () Мешок с подстаканниками… (). ударяясь головой в слезы хнык хнык зарыдала во всю прыть

Р: Теперь мне стало многое…

Ко: Чего?

Р: Не орите на меня!

Занавес.

Сцена 2

Компаньон лежит на полу лицом вниз и чешет спину. Пьяная мышь во фраке с Рыбином играют на рояле в 4 руки в карты. Рыбин строит догадки.

Ко: А знаете, здешний воздух ой как полезен…

Мышь: Давеча Лакей поведал мне презабавнейшую историю. Иду, грит, по бульвару. Смотрю, грит, в сторону…

Ко (): Действительно забавно! смеется и хохочет в пол

Мышь: И, грит, вижу, прогуливается наш многоуважаемый г-н Случай с этой естью, как ее… Вытяжкой! И грит-грит, ей-ей, что-то кота-кота давно-давно не слыхать. А та, грит, громко молчит ему в ответ…

Р: () Прелюбопытнейше. У нас есть преступление. Есть убийство. Неспроста упала. Есть похищение – то пропало. Есть подозреваемый – Пиловар. Но у него алиби: на его стороне правда. Мне кажется, что тут что-то не так… Пиловар говорил, что у него упала пиловарня… задумавшись

Заходит страждущий наморщивания Лакей и говорит:

Л: Уважаемые, похороны Пиловарни, она же Неспроста, состоятся завтра в ннадцать часов, ннадцать минут там.

Тут Рыбина осенило.

Занавес.

Сцена 3

На сцене вареные пилы. Не шипят и не плюются. Пиловар сидит и грустит. Входят Рыбин, Компаньон, Лакей и Кот.

П: Э-эх…

Р: Не надо.

П: Это еще почему?

Ко: А вам-то что?

П: Что?

Л: Опять?!!

К: Мяу!

Р: Прекратите демагогию () Любезный, скажите, вам знакома госпожа Неспроста? обращается к Пиловару

П: Естественно! Это же моя жена, моя Пиловарня, моя вторая половина…

Р: Так.

Занавес.

Сцена 4

Темная комната. На полу лежит Конь и разбитая лампа.

Тивизм: Я так и знал, что это произойдет. Допрыгались!

Конь: Ну.

Тивизм: Где ТО?

Конь: () Где-то, где-то посредине ле-е-ета… поёт

Тивизм: Конь, да вы сумасшедший! Вас невозможно терпеть!

Конь: Дыгда! () дико заржал и застучал по копытам

Тивизм: Дьявольщина! Придите в себя! К нам сейчас пожалует господин Случай, а у нас еще конь не валялся!

Конь начинает валяться. В комнату заходит С л у ч а й, спотыкается о валяющегося Коня, и падает в бо-о-ольшую кучу мусора со словами:

Случай: Грррм!!! () Могли бы хотя бы лампочку-лампочку вкрутить. поднимается, отряхивается

Конь: () Да ладно, что вы. шевеля пальцем на копыте

Случай: Где ТО?

Тивизм: У нас!.. его нет.

Случай: А где?!

Конь: Известно где! А где наше вознаграждение?

Случай: Там.

Конь: Так не пойдет! Я что, зря Суть в землю зарывал?!

Случай: Конечно, а как же-же!

Тивизм: Тогда до встречи там в ннадцать часов, ннадцать минут. И без фокусов!

Случай: () Хорошо. снимающий фокусирующие очки

Занавес.

Действие III. (the end-ное)

Акт 1. Сцена первая, она же единственная

Там. Ннадцать часов, ннадцать минут. Общий сбор. Рыбин, Компаньон, Лакей, мышь белая (бледная после попойки) и Кот с Пиловаром.

Р: Итак, ждем-с.

Ждут-с.

Вносят гроб с телом. Кот безудержно и истерично начинает рыдать.

К: Мяу-мяу-мяу…

П: Бедный кот, он так к ней привязался…

Все посмотрели на привязанного Кота к Пиловарне веревками.

Ко: Гм.

Появились мэр двух деревень Сути да Дела г-н Случай, Вытяжка, сиамские близнецы и за ними Конь. Поп начинает причитать детектив «А фигли?!», поводя бровью. НебрМ расхаживает вокруг с губной гармошкой, наигрывая что-то.

Ко: Стало быть, все в сборе…

Р: Ну-с, начнем-с.

Рыбин выходит в центр и гласит.

Р: Уважаемые деловики и сутичане! Попрошу минуточку внимания!

Все дружно уставились в часы.

Прошла минута.

Р: Спасибо. Продолжайте.

Г-н Случай подходит к Коту, берет его за усы и теребит за ногу.

Случай: Кот-Кот, ты принес?

К: Мяу.

Случай: Где?

К: Мяу!

Случай: Отвечай, собака-собака!

К: Отпустите усы, больно! () все резко повернулись в их сторону

Конь: () Господи! Мы пропали! () закрывая голову копытами пятится к выходу

Р: Так-так-так. Теперь все стало на свои места. Стало быть, за всем этим стоите вы, г-н Случай.

Случай: Какие ващи-ващи доказательства?

Р: Именно такие. Любезный Компаньон, продемонстрируйте.

Компаньон демонстрирует тройное сальто. Затем становится на табурет и громко читает стих.

Р: Да нет, не это. Доказательства, пожалуйста.

Ко: А-а-а… () достает доказательства и демонстрирует. Все находящиеся в зале женщины смутились и покраснели, потупив взоры

Р: Что вы, снова не то, уважаемый.

Кот, до этого момента сидевший мирно, воспользовавшись всеобщим замешательством, внезапно подскакивает и с диким воем пытается проломиться сквозь толпу. Его хватает мышь, бросает через бедро.

Мышь: Врешь, не уйдешь!

Кот отбивается всеми 6-ю лапами.

К: Я инвалид войны! Не сметь!

Р: Уважаемый Тивизм, прекратите сопротивление закону и властям.

Конь тоже пытается бежать, но его хватает К о н д р а т и й (местный городничий).

Р: () А вас я попрошу остаться. Ведь дело было так. г-ну Случаю

П: () Да, как? настороженно

Р: Значит, вечером, нндцтого числа я как раз приехал в ваш городок и остановился в гостинице «Курсъ». В этот вечер и произошло преступление. И я имею полномочия заявить, что виноваты в этом вы, г-н Случай и вы, г-жа Вытяжка.

Случай и Вытяжка: () Что?! Не правда! Это все клевета! оголтело вопят

Р: А вот и нет! Клевета тут совсем ни при чем, хоть вы и пытались обвинить ее, так же, как и беднягу Пиловара. Вы, Конь, специально, незаметно для всех перегорели все свечи во всем городе… Это было сделано для того, чтобы ваш сообщник Тивизм мог похитить ТО, которое было под чутким надзором и охраной Пиловарни. Она пыталась вам помешать, но поплатилась за это жизнью! А дальше, по вашему плану, братья-близнецы должны были избавиться от тела. Но не тут-то было. Мы испортили ваши планы своим внезапным появлением. А потому Укралли, Похитилли и Своровалли не смогли завершить начатое, а довольно подозрительно ушли. Это меня и насторожило.

Близнецы таращили глаза и, раскрывши рты, шевелили усами. Снова попытались запеть песню и выполнить маневр, но встретили сопротивление толпы.

Р: А вы, Конь, связались не с тем, кем надо. Ведь Тивизм не собирался брать вас в долю. И с ума вы начали сходить только благодаря ему. Ведь именно он избавился от вашей излюбленной отрады – мешка подстаканников – и обменял их на близнецов, выписав их из Италии. На это нас натолкнула ваша жена, Клевета.

Конь: О, гад, как ты мог?! Ведь я тебе так верил! () бросается с копытами на пол и бьется в истерике

Р: Но организатором всего этого дела были вы, уважаемые Случай и Вытяжка. Вам, г-н Случай, понадобилось то для своих грязных целей. А вам, г-жа Вытяжка, уж очень сильно мешала пиловарня, и вы решили ее убрать, потому как сами имели виды на Пиловара и его бизнес.

Случай и Вытяжка: Наглая ложь! Вы просто фантазер! Вам надо лечиться! В крематории!

Р: Ан-нет, у нас есть свидетели, которые могут подтвердить все сказанное мною. Это г-н Кто, г-н Если бы не, г-н Если бы ни, которых вы закопали вместе с деревней Суть, пытаясь избавиться от свидетелей. Но благодаря помощи человеко-часов мы раскопали деревню. Прошу.

Из толпы выходят Кто, Если бы не, Если бы ни и Человеко-часы. Подтверждают сказанное, ритмично кивая головами.

Случай: Это наглая ложь-ложь и провокация!

Л: Я сам слышал ваш разговор с Вытяжкой и даже записал его! () протягивает листок, на котором написано: Аз, Буки, Веди, Глаголь и еще много всяких букв

Случай: Этого мало-мало!

Вытяжка: Да!

К: Мяу! Хотя, чего уж скрываться… да!

Р: Хорошо. Тогда послушайте-с наше главное доказательство.

Внезапно крышка гроба открывается, вылезает Пиловарня, все обомлевают. Пиловар падает в обморок. Его откачивают вареными пилами.

Р: Мы решили ту задачу, нашли силу падения F, а потому спасли Пиловарню и для вашего разоблачения разыграли дальнейшую комедию. _под

Случай и Вытяжка теряют дар речи. Приезжает карета с горящими на крыше кострами. Там сидит крепостной, попеременно накрывающий костры красными и синими банками. Из кареты выходит Г о н е ц (Г).

Г: Поручик Рыбин, вам срочная депеша. Прочтите и распишитесь.

Р: А ФИГЛИ?

Занавес.

КОНЕЦ.

2008 г.

Пьеса-детектив «А Фигли-2: Торшер»

Действие I

Депеша

Поручику Рыбину от оберштурмбанглавпочтамтмейстера Колбасоффа.

«Поручик, спешу сообщить вам, что. Вам незамедлительно следует, а то. В „Известияхъ“ стало известно, что. Посему, ожидаем-с.»

Акт 1. Сцена 1

Декорации: Каретный вокзалъ. По рельсам медленно прибывает карета, которую тянет кот. Дверь кареты распахивается и из нее, кряхтя, выбирается К о м п а н ь о н (Ко), на плечах у него ничего нет… кроме камзола. За ним выходит Р ы б и н (Р). В руках у него тапки, в которых полотенце и бритва. Их встречает К о л б а с о ф ф (Кол).

Ко: Ух! М-м-м-м-м-м-да…

Р: Однако, добрались.

Ко: Куда?

Р: В некотором смысле, «Сюда».

Кол: А вот и вы!

Кот: Мяу!

Кол (): Задайте коту офса! обращаясь к денщику

Кот: Сами вы офса! Я кот!

Р: А вы Колбасофф?

Кол: В некотором роде.

Р: А ФИГЛИ?

Ко (): Где то я уже слышал это. отвязывая кота

Отвязанный Кот: Становление произошло! Посему, предлагаю выпить!

Р: Нам надо торопиться, не время сейчас.

Кол: Приглашаю вас проследовать в Град!

Все присутствующие, усиленно торопясь, следуют за кулисы. Занавес.

Сцена 2

Два стула, один из них детский. На нем сидит Компаньон, улыбаясь чешет О т в я з а н н о г о К о т а (ОК). Кот недоумевает. Рыбин слушает шум прибоя. Колбасофф вещает.

Кол: А еще у нас ветры!

Ко: Ветры?

Р: Что удивительного… Ветры.

Кол: Но это еще не все.

Ко: А где же тогда все?

Кол: В подвале, все началось в подвале.

Ко: А что в подвале?

Кол: Да что-что. В некотором роде, у нас там замечательная прачечная и не менее замечательный, приветливый и разговорчивый сторож, к которому вы можете обратиться по любому вопросу, постирать что-нибудь или камзол. Это наша главная достопримечательность.

Р: () Вот с этого места поподробнее. отнимая ракушки от ушей

Кол: Куда уж подробнее!

ОК: Куда-куда?! В трактир! За дрянью!

Р: К чему эту дрянь? Мы же привезли с собой бутылку преотличнейшей пятизвездочной пилы от самого Пиловара.

ОК: Мнээ… Э-э-э… () пятится к выходу

Ко: Г-н Колбасофф, вам что, официальное приглашение требуется?

Кол: Уже распорядились-с.

Кот, тем временем, незаметно линяя, выползает в дверь.

Компаньон лезет в багажный отсек саквояжа, достает бутылку с вареной пилой.

Ко: Ну что, вжарим?

Заходит высокий афро-градец с ямочками на щеках.

Вжарим: Вы меня звали.

Кол: Ну так давай! Али тебе жалование жмет?

Вжарим: На жалование не жалуюсь!

Ко: Прекратите балаган.

Вжарим открывает дверь и машет рукой. Балаган прекращает. Заходит обратно. Рыбин тем временем наливает в золоченые фужеры вареную пилу. Компаньон радуется, прыгает, потирает ладошки и вообще проявляет высшую степень нетерпения.

Р: Ну-с, отведаем.

Все отведывают. Не недоумевают.

Вжарим: Как будто вода.

Кол: В некотором роде. Недоумеванием и не пахнет.

Ко: М-да… Запаха недоумевания действительно нет. Помнится-с, безраздельно-абсолютно-категорически многоуважаемый Отвязанный Кот систематически у нас недоумевал в течение нашего путешествия.

Р (): Что? выплывая из задумья

Из-за двери раздаются истошные вопли. В трактир вбегает ошеломленный недоумевающий Отвязанный Кот.

ОК: Там!

Все срываются с места и начинают жестоко и методично избивать Кота ногами.

ОК (): Полно-те унижать мое достоинство! Я же исправился, я теперь положительный персонаж! Я же вам карету вез! потупив взор

Ко: Положительные персонажи вареную пилу инкогнито у друзей не выпивают!

ОК: Дык я это! Я нечаянно! И вообще, может быть она сама выпилась!

Вжарим: Ага, сама налилась и выпилась!

ОК: И вообще! Там Исподволь!

Внезапно все прекращают бить Кота и наступает тишина. Лишь пострадавшее животное ругается и отряхивается.

Р (): Что? задумчиво

ОК: Там! Вон там!

Ко: Судя по всему, наш кот чем-то расстроен.

Вжарим: Может быть дело в побоях…

Ко: Да, конечно! Все дело в обоях, правильно! Он у нас крайне чувствителен к такого рода вещам.

Р: Так что там, Кот?

Ко: Вероятно он и там увидел обои…

ОК: Обои, кстати, действительно ужасны. Однако дело не в этом!..

Ко (): Ну вот! Видите! Я же говорил вам, что обои! перебивая

ОК: Вашу ж мать! Там мертвое тело Исподволя!

Р: Так…

Ко: Ух ты!

Кол: Кстати. Очень, в некотором роде, кстати! () Выпивает и выходит, остальные следуют за ним

Занавес.

Сцена 3

Улица, Пасмурно, Выгребная яма. Из нее торчат две ноги и золотая хромированная трость. Все зрят. Кот, захлебываясь, объясняет:

ОК: Вот! Торчат из ямы ноги!

Р: Да.

ОК: Я их знаю! Это ноги Исподволя!

Кол: В некотором роде?

ОК: В самом что ни на есть!

Р: Так. Затруднение. Компаньон, распорядитесь!

Ко: Кот! Что?

ОК: Вашу ж мать! Ополопилили на старости лет все тут?

Кол: В некотором роде. Стало быть, опять это случилось. Перейдем ко второму пункту наших мероприятий. Значит, так. В некотором роде да с некоторых пор стали пропадать у нас некоторые люди.

Р: И вы находите их в выгребной яме?

Кол: В некотором роде.

Ко (): Как вы полагаете, поручик? вытягивая из ямы за ноги тело с тростью

Р: Ноги. Кот, это ваши?

ОК: В некотором роде… Тьфу, блин, мяу! Было некогда знакомство… Когда я был еще маленьким четырехлапым котенком…

Р: Замолчите Кот, все и так ясно.

Вжарим: Как же? Без сомнений?

ОК (): Да ну вас… Предлагаю выпить. обиженно

Действие переносится в трактир. Все рассаживаются за столиком, появляется трактирщик, выпивает полбутылки дряни, остальную половину ставит на стол, и, расшаркиваясь, удаляется.

Ко: Вообще-то, это свинство со стороны трактирщика.

ОК: Не важно, слушайте внимательно.

Р: Что?

ОК: Не что, а кто, точнее, – кого! Меня.

Ко: В самом деле? Что вы говорите?

ОК: Вашу ж мать! Слушайте!

Занавес.

Сцена 4

История Кота. Гетто. Замызганные фанерные лачуги, грязь. В ней лежат разнообразные коты. Появляется И с п о д в о л ь (Ис) с мешком, грузит туда котов.

Тень Кота: Да. Именно так и было. Пришел Исподволь и вытащил меня с собратьями из грязи. И пристроил в приют под названием «Одинокий живодер». Жизнь была так прекрасна. У нас каждый день в рационе было мясо. Но нас с каждым днем становилось все меньше. Поэтому мяса доставалось больше. Четверо моих собратьев куда-то сгинуло, когда у меня начали прорезаться лапы мудрости. Трое оставшихся котов включая и меня прочувствовались любовью к Исподволю. Он говорил:

Ис: Хватит терпеть этот произвол! Вы же коты! Вы издревле! Ибо здесь! А не то, чтобы эти… Кони и псы!

Тень Кота: Он говорил очень правильные вещи о том, что мы – сила! И мы должны быть вместе! И никто не вправе! Коты должны править миром!

Внезапно на сцену выходит поручик Рыбин.

Р: Кот. Прекратите. Успокойтесь. Ваша история никому, право, не интересна. Посмотрите, все спят.

На сцену выносятся стол и стулья, выходят Компаньон, Колбасофф, Вжарим, садятся на стулья и спят.

Р: Вот. Полюбуйтесь.

ОК: Вашу ж мать! (). хватает бутылку дряни и, понурившись, уходит

Р: Так. Интересно.

Занавес.

Акт 2. Сцена 1

Утро. Нумер в гостинице. Все просыпаются, а Рыбин сидит в кресле-качалке и зрит в зашторенное окно.

Ко: Поручик Рыбин, что?

Р: Мне кажется, наш Отвязанный Кот куда-то запропастился. Не находите?

Кол: Не находим, в некотором роде. Даже не начинали.

Р: Так надо найти-с. Любезный Компаньон, потрудитесь.

Компаньон начинает беспорядочно двигать мебель, присядать и корчить рожу Колбасоффу.

Р (): вы не понимаете. Потрудитесь с целью. морщась

Ко (): Каким образом? отпуская Колбасоффа

Р: Накройте на стол, например.

Ко: С превеликим неудовольствием (). достает из саквояжа полотнище, две бутылки дряни и водружает на стол

Р: Ну и ладно, на том и остановимся. Итак, стол накрыт. Г-н Колбасофф, займитесь поисками Кота, а мы с г-ном Компаньоном будем ожидать вас на опознании тела. За дело.

. Занавес

Сцена 2

Морг. Стол с объектом. Накрыт простыней. Доктор Й о д о ф ф (Й), низкорослый позеленевший редковолосый человек с большими острыми ушами, улыбаясь до тех самых ушей и хихикая говорит.

Й: Увы, уважаемые, с прискорбием сообщаю вам, что объект обследованию не подлежит. () хохочет

Ко: Что?

Кол: Не перебивайте. Продолжайте.

Ко: Что вы хотели этим сказать?

Й (): дело в том, что я не работаю с тростью! заливисто хохоча

Ко: С какой тростью?

Й (): х-х-хромированной… з-золо-той.. сгибаясь пополам и захлебываясь от смеха

Р: Так. () Действительно, трость. () Тело где, позвольте-с? резко отбрасывает простыню обращается к катающемуся по полу Йодоффу

Й: В том-то и дело!

Ко: В чем?

Й: В шляпе.

Р: Может быть, в трости?

Й: Именно! () у Йодоффа начинается эпилептический припадок от смеха

Р: Уважаемый Компаньон, примите меры. Или не видите, человеку странно.

Компаньон хватает ведро воды, резким движением выливает ее за дверь. Йодофф продолжает корчиться в припадке.

Р: Уважаемый, не эффективно.

Компаньон хватает со стола трость, втыкает Йодоффу в зубы. Тот внезапно замирает.

Р: Другое дело, уважаемый.

Й: Спасибо, полегчало. () сплевывает трость

Р: А говорили, что не работаете с тростью.

Й: Вот и не работаю. Лежу.

Распахивается дверь, входит Колбасофф, за ним Вжарим, который ведет за собой кота.

Кот: Мяу.

Ко: Вот и наш кот.

Р: Наш ли, уважаемый?

Вжарим: Нашли!

Р: Я спрашиваю, наш ли?

Кол: Ваш, ваш. Вот ведь, полосы, хвост, усы, уши – кот! На сто процентов кот.

Кот (): Мяу. опускаясь на 4 лапы

Р: В том-то и дело. Лап четыре, а у нашего – шесть.

Ко: А какая, соббсно, разница?

Р: Уважаемый Колбасофф, будьте добры, объяснитесь.

Кол: Вышел во двор, увидел кота в выгребной яме. Побрезговал. Нашел, в некотором роде, другого. Взял. Принес. Если честно, в нашей местности с котами дефицит. У нас, в некотором роде, вообще с живностью дефицит. Радуйтесь, что хоть такой.

Р (): Следуйте за мной. задумавшись

Кот: Мяу.

Занавес.

Сцена 3

Выгребная яма. Из нее торчит Отвязанный Кот, улыбается, невнятно бормочет.

Р: Вот.

Кол: В некотором роде. () демонстративно почесывая затылок

Компаньон лезет в яму, долго в ней плещется, разбрызгивая содержимое на окружающих. Из подвала выходит сторож с мешком, охает, убирается обратно.

Р (): Компаньон, уважаемый, вы окончили свои процедуры? задумчиво

Ко: Ой, действительно, чего это я? () Простите, чувства нахлынули, виноват-с. хватает Отвязанного Кота за конечности, вытаскивает его из ямы

Р: А теперь, господа, проверьте свои карманы.

Все начинают шарить по карманам и обнаруживают, что карманов нет, как, собственно, и камзолов, в которых карманы.

Ко: Их нет! Пропали карманы!

Р: Я бы сказал, камзолы.

Ко: Вы, как всегда, правы, поручик Рыбин!

Кот внезапно бросается с визгом «рыба-рыба!» на Рыбина и кусает его в цилиндр.

Р: Так. () Затруднение. Несоответствие. Г-н Колбасофф, когда вы видели свой камзол в последний раз? снимает цилиндр вместе с Котом, ставит на землю

Кол: В некотором роде, давеча.

Р: Г-н Компаньон, а вы?

Ко: Дык ну… Когда сидели в трактире.

Вжарим: А вам не кажется, господа милостивые, что в этом трактире что-то нечисто?

Кол: В некотором роде, полы там никогда не мыли. Очень нечисто.

Ко: Да-да! А еще трактирщик, незаметно от нас выдул полбутылки нашей дряни!

Кол: А может быть, в некотором роде, это он похитил наши карманы с камзолами?

Р: Предлагаю обследовать подвал.

Ко: Как нелогично! Уважаемый Рыбин, вы заставляете в себе сомневаться! Ведь мы ведем речь о трактирщике.

Р: Никаких сомнений!

Вжарим: Действительно! Сомнений-то нет! Хотя что бы это могло значить?

Р: Не все так просто, уважаемый. У нас с вами, господа, очень, очень сложное и запутанное дело. Не спорьте. Проследуйтем-с в подвал.

Занавес.

Сцена 4

Подвал. Обширное помещение. В стороне закуток, в котором на мешке спит с т о р о ж.

Р: Возможно, мы у самой разгадки всех тайн.

Кол: В некотором роде. Но как?

Р: А сейчас мы узнаем. (). хватает сторожа, убирает в сторону, вытряхивает мешок. Из него сыпится всякий мусор: пепел, битые стекла, разнообразные блестящие железяки и прочие бытовые отходы

Ко: Поручик, что бы это могло означать?

Р: Хмм… Замешательство.

Кол: В некотором роде. Но почему? Что вы надеялись здесь найти?

Р: Это уже не важно. Не нашел.

Сторож (): Изыдите отсель! Ни то ууух! () не просыпаясь переворачивается на спину и храпит

Р (): Что ж, пойдемте-с. разочарованно

Занавес.

Акт 3. Сцена 1

Гостиница. Зашторенные окна, накрытый стол. Рыбин снова задумчиво зрит в зашторенное окно. Компаньон и Колбасофф допивают дрянь, играют в очко и постоянно проигрывают. Раздается стук в дверь, входит Вжарим, вволакивает какой-то ящик.

Ко: Уважаемый Вжарим, не желаете ли в очко?

Вжарим: Нет, спасибо, я не такой. У меня вам посылка.

Р (): Кому именно? отводя взор

Вжарим: Вам, поручик Рыбин, от некоего Пиловара с благодарностью.

Р: Уважаемый Компаньон, разберитесь.

Компаньон ныряет с головой в ящик, ударяется носом, разбивает его, садится на пол и плачет. Колбасофф с горестным вздохом открывает ящик, удивленно умиляется с неопределенным выражением на лице.

Кол: Господа, в некотором роде, ящик полон вареной пилы.

Р: Г-н Колбасофф, вы, как старший, распорядитесь.

Вжарим достает четыре бутылки вареной пилы, начинает ими жонглировать. Компаньон перестает плакать и восторженно смотрит на него. Вжарим доходит до стола, ставит бутылки, разливает по фужерам, достает из штанов сушеную рыбу, выкладывает.

Р: Ну-с, угощайте-с.

Компаньон, Колбасофф и Вжарим срываются с мест, хватают бутылки, залпом выпивают из горла, разбивают друг другу об головы, начинают беспорядочно плясать под внезапно донесшуюся музыку с улицы. Рыбин подходит к посылке, достает бутылку вареной пилы, под ней замечает записку, читает.

Записка.

Уважаемый поручик Рыбин, приношу свою искреннюю благодарность за неоценимую помощь в раскрытии моего дела. Если бы не вы, я бы не, я бы от. Высылаю вам в подарок ящик моей лучшей пятизвездочной вареной пилы из последней партии.

З. Ы. Г-н Случай и г-жа Вытяжка отправлены на каторгу в Сибирь. Рад, что благодаря вам г-н Тивизм стал на путь исправления. А вот г-на Коня обуздать не удалось, его-таки поместили в сумасшедший дом.

Я навсегда ваш должник, если вдруг.

Рыбин, зря сквозь бутылку вареной пилы, задумался. На лице его абсолютно ничего не отражается. Внезапно он со стуком ставит бутылку на стол и твердым шагом выходит из нумера.

Занавес.

Сцена 2

Улица, центр города, выгребная яма. Возле ямы стоит цилиндр, на нем сидит вцепившийся зубами Отвязанный Кот. Выходит Рыбин.

Р: Так, Кот.

Рыбин пытается отодрать Кота от цилиндра, ничего не выходит. Тогда Рыбин тащит его вместе с цилиндром в нумера. Отвязанный Кот, увидев пилу, сразу же отцепляется от цилиндра, начинает бешено вращать глазами, хватает бутылку пилы и падает на пол, присосавшись к ней.

Р (): Гм… Пилы выпили достаточно, а к рыбине даже не притронулись. отряхивая и надевая цилиндр

Ко: Что?

Р: Говорю, рыба цела совершенно.

Кол: Что?

Р: Рыба-рыба!

Отвязанный Кот внезапно перестает вращать глазами. На морде появилось осмысленное выражение.

ОК (): рыба-рыба… () Предлагаю выпить! шепотом нормальным голосом

Рыбин на мгновение задумывается и скорым шагом выходит из комнаты.

Занавес.

Сцена 3

Декорации: деревня «Дело», центральная площадь. Гостиница «Курсъ». Рыбин без багажа. Из гостиницы выходит Пиловар.

П: Ба! Какие люди! Чем имею?

Р: Вероятно, тем. Это вы?

П: Возможно. А что?

Р: Не будем поминать То в суе. Я к вам по делу. Во-первых, благодарю за вареную пилу. Во-вторых, где Конь?

П: Ну я же говорил, там.

Р: Ну что ж, еще раз благодарю.

П: А может быть, отведаете вареной пилы?

Р: С удовольствием!

П (): Ну как вам эта партия? Добро? Намедни изготовил, сразу вам партию выслал. достает пилу, отведывают

Р: Категорически. Незабываемый вкус. () начинает недоумевать

Занавес.

Сцена 4

Психиатрическая лечебница деревни «Дело» им. Душевного. Забранные решетками камеры. В одной из них Конь, привязанный к стене, вещает.

Конь: Их же был целый мешок…

Р: Добрый день.

Конь: Госпади! Опять? Это вы во всем виноваты! () нервно стуча копытами

Р: В чем?

Конь: В том, что я здесь! А где этот подлец?

Р: Вы о ком? Не о вашем друге ли?

Конь: У меня не было друга Ли! У меня был друг Тивизм! Как я его ненавижу!

Р: Вы хотите поговорить об этом?

Конь (): Ну как же, давайте поговорим. Он всегда командовал мной. Всегда! С того самого момента, как они с Исподволем захватили власть в моем родном городе! хныча

Р: Постойте. С Исподволем?

Конь: Итак стою. Ах! () Да, с этим чудовищем! Тивизм был его правой рукой, а я.. я предал своих.. Предал! (.) рыдает валяется по полу возле стены, к которой привязан и стучит копытами

Р: Значит, это было громкое дело… () задумался

Конь вскакивает, хватает Рыбина за штанину.

Конь: Пожалуйста, выпустите меня… Я не могу здесь…

Р (): Хмм… Вот еще. () выходя из задумья разворачивается, уходит

Конь (): А вы никогда не узнаете!.. злясь, стуча копытами

Р: Что?

Конь (): Рыба-рыба! Рыба-рыба! издеваясь, дразнясь

Р: Хмм… Издевается еще. Ну-ну. (): На вашем месте я бы этого Коня больше не кормил. выходит из камеры, проходит мимо холуя, бросает ему

Занавес.

Сцена 5

Утро. Город «Сюда». Рыбин идет по площади с отсутствующим видом. Пытается зайти в трактир, но тот оказывается закрытым. Заходит в алкогольную лавку, смотрит на товар.

Р: Уважаемый, будьте любезны, бутылочку вот этой вот пилы.

Продавец: Извольте. С вас причитается.

Р (): А ФИГЛИ??? () Очень даже знакомый вкус. Никак из деревни «Дело» вестимо? Никак рук самого Пиловара работа? отхлебнув и начиная недоумевать затем полушепотом

Продавец (): Да бросьте вы. Обыкновенная пила. Везде такая есть. смущаясь

Р: Согласен. А как часто вам ее завозят?

Продавец (): Ну… Время от времени… замешкавшись

Р: А эта партия у вас когда пришла?

Продавец: Давеча. Не извольте беспокоиться, и месяца еще не прошло. Будьте здоровы. () закрывает лавку

Рыбин продолжает недоумевать.

Занавес.

Сцена 6

Рыбин входит в нумера и наблюдает следующую картину: все недоумевают, стоит пустой ящик из под вареной пилы, Отвязанный Кот отсутствует.

Р: Уважаемый Компаньон, где наш Кот?

Ко: Э-э-э… Что?

Йодофф (): А я-то здесь откуда? И кто вы вообще? вылезая из-под стола

Р: Так.

Кол: () Представьтесь себе! заплетающимся языком

Р: Так, поручик Рыбин.

Кол: Я, в некотором роде, недоумеваю.

Р: Очень приятно. Компаньон, неужели вы выпили всю вареную пилу?

Ко: Да нет, как всегда, по бутылке выпили, так до сих пор и недоумеваем.

Р: А где наш Кот?

Ко: Какой еще Кот? Мы же его в морге у Йодоффа оставили.

Р: Йодофф, где Кот?

Й (): Кот? Какой Кот? О шести лапах? дико хохоча

Р: Именно.

Й: Абсурд! Так не бывает!

Р: Уважаемые! Имейте совесть. Еще в 12 часов здесь был Отвязанный Кот и целый ящик вареной пилы. А в данный момент ни того, ни другого я не наблюдаю.

Ко: А ФИГЛИ???

Р: Так. Вам всем нужно выспаться. Незамедлительно.

Занавес.

Действие II

Акт 1. Сцена 1

Утро. Поют птицы, а также Компаньон, Йодофф и Колбасофф. Вжарим молча спит. Рыбин делает упражнения и зрит в зашторенное окно.

Р: Ну как? Угомонились?

Ко: А то! () запевает новую песню

Р: Я повторюсь. Где Кот и вареная пила?

Ко: Где-то там! На хуторке-е-е!

Рыбин расшторивает окно, видит выгребную яму. По мостовой в сторону трактира хромает человек с темной повязкой на лице.

Р: Уважаемые! А это кто?

Все прилипают к окну.

Все: Это же наш Отвязанный Кот! Вон он там!

Р: Где? Вы о чем?

Ко: Дык вот же ноги! Все шесть!

Кол: Хотя, возможно, это и руки. Кто их знает, этих ваших котов.

Р: Только что там был человек с черной повязкой на лице. Он хромал.

Ко: Поручик, а вы точно сегодня спали?

Р: Компаньон, успокойтесь. Вы тут все забавляетесь, а я уже в Суть да Дело съездил. Возьмите себя в руки. У нас очень серьезное дело, отправьте запрос в центр. Именно по поводу (). Не затягивайте. протягивает ему бумагу

Компаньон удаляется в неизвестном направлении.

Р: Уважаемый Колбасофф, а как часто вам в город завозят вареную пилу?

Кол: Да ни в жисть. В некотором роде, я ее с вами впервые попробовал.

Р: Уважаемые, вы тоже видите в выгребной яме нашего кота? На зрение не жалуетесь?

Кол: В некотором роде жалуюсь, но кота определенно вижу.

Р: Вперед.

Занавес.

Сцена 2

Выгребная яма. Из нее торчит Отвязанный Кот.

Р: Напрягите серое вещество. Я вчера привел вам Кота. Я заметил, что он стал адекватным. Но когда я вернулся, мы опять обнаруживаем его в выгребной яме. Почему? И, кстати, куда делась вся вареная пила?

Кол: Перестаньте говорить загадками, говорите прямо!

Р: Итак, прямо!

Кол: () Вот, совсем другое дело. (): Я ночью слышал внизу шум, ругань и звон битых стекол. Кажется, из трактира. себе под нос обращается к Рыбину

Р: Трактир? Он же закрыт…

Кол: Не может быть! Еще вчера ночью там было открыто, горел свет и играла шарманка, под которую мы, собственно, и пели песни.

Мимо пробегает Компаньон и плюхается в выгребную яму с воплями, начинает там плескаться и весело вскрикивать.

Р: Компаньон, изволите достать Кота?

Ко: Будет исполнено. (). достает Кота, сам выбирается из ямы

Р: Г-н Йодофф, осмотрите кота на предмет помешательства.

Й (): Ко-от! Лап шесть, хвост один, голова одна с обширными гематомами от ударов тупым предметом, скорее всего хромированным, шерсть наличествует. смеясь

Р: И все?

Йодофф хватается за живот, падает, катается по мостовой в истерике.

Р: Хм. Даже и не сказал ничего толком. Оставьте их здесь. Уважаемый Колбасофф, вы говорили, что трактир работает без перерывов. Хотите, я это опровергну?

Кол: Извольте.

Рыбин ведет всех в сторону трактира, который давеча был закрыт, толкают дверь, видят там т р а к т и р щ и к а (Т). Тот традиционно отхлебывает пол бутылки дряни и расплывается в недоумевающей улыбке.

Р: Уважаемый, а не нальете нам вареной пилы?

Т: А не налью. Вареная пила? Это пила, которая была сварена? Вы в своем уме вообще? Что это?

Р: Так. Не суть. И не дело. Что у вас есть?

Т: Только дрянь.

Р: А почему вы были закрыты сегодня утром?

Т (): Были непредвиденные обстоятельства. Нужда-с. бледнея лицом

Ко: Какая нужда-с? Малая-с?

Т: Большая-с. Изрядная-с. Вам не понять-с.

Р: А поподробнее? Уж не связаны ли вы с господином Исподволем?

Т (): Нет. окончательно бледнея лицом

Р: Ну на нет и суда нет.

Занавес.

Сцена 3

Трактир. Стол. Непочатая полбутылки дряни. Рыбин и Компаньон сидят за столом и таращат глаза. Входит Вжарим с рулоном туалетной бумаги под мышкой.

Вжарим: Депеша!

Р: Уж не мне ли?

Вжарим: А как вы догадались?

Ко: Не задавайте глупых вопросов! Аль в поручике сомневаетесь?

Р: Не льстите мне, преступление еще не раскрыто!

Вжарим: Ну так бумагу-то заберите. И депешу заодно.

Ко (): Спасибо, уважаемый. Не отведаете с нами дряни? забирая рулон бумаги и депешу

Вжарим: Уже отведал. Ну и продолжу (). садится за стол

Р: А где г-н Колбасофф?

Вжарим: Так это он и заказывал бумагу туалетную. Должен быть где-то здесь.

В дверь вламывается Колбасофф с большими круглыми глазами.

Кол: В некотором роде опять! Случилось!

Р: Поздравляю. Тут как раз Вжарим принес вам по заказу.

Кол: Да нет же! Не то! В некотором-то роде!

Все выбегают на улицу, Колбасофф тычет пальцем на выгребную яму.

Кол: Вот! Полюбуйтесь!

Р (): М-м-м… любуясь

Ко: Мне нырять?

Р: Повремените с вашими процедурами. Давайте разберемся. Уважаемый Колбасофф, поясните.

Кол: Это же наш трактирщик! Как видите, не совсем живой.

Р: И опять в выгребной яме. Это уже систематически.

Кол: А я вам о чем? В некотором-то роде!

Р: Хм. Узел завязывается все туже. С трактирщика подозрения спадают. Кстати, депеша же!

Занавес.

Акт 2. Сцена 1

Рыбин читает вслух депешу.

Депеша.

Поручику Рыбину, срочно.

По вашему запросу высылаем материал по интересующему вас Исподволю.

Исподволь А. А. был замечен в организации националистического движения «За котов», в уездном городе N. В результате чего в данном населенном пункте были совершенно истреблены псы и кони (кроме одного). Исподваль А. А. имел непосредственное влияние на котов, используя их в своих интересах. Его главной целью являлось истребление всей живности, окромя котов, при помощи которых он и творил все свои преступления. Захватив всю власть в городе N, он осуществлял незаконную рэкетирскую деятельность, собирал дань с прилегающих трактиров, гостиниц и музеев. В 18** году был ранен в ногу, по причине чего патологически хром (в смысле, совсем хромой). В этом же году в результате операции на ногу был схвачен внутренними органами. Его ближайшие подельники Тивизм и Конь скрылись, а сам Исподволь был пойман и осужден на исправительные работы, отправлен в ссылку в город «Сюда». После этого его след пропал, потому помочь ничем не можем, справляйтесь сами.

Р: Так, картина предельно ясна. Уважаемый Компаньон, извольте проверить подвал, а сам я отправлюсь в трактир.

Занавес.

Сцена 2

Рыбин в трактире осматривает все. После двух минут поисков отчаивается, ничего не найдя, отправляется в подвал. В Подвале Компаньон тормошит спящего на мешках сторожа. Сторож, не просыпаясь, вяло отбрыкивается и бормочет. Колбасофф наблюдает за всем этим, уперев руки в бока.

Сторож: Грядет судный день! Ибо все бренно! (). снова храпит

Ко: Вот, полюбуйтесь. Вот так все время. Поручик Рыбин, мне это надоело.

Р: В прошлый раз мы остановили свои поиски на этом стороже. В этот раз предлагаю обследовать весь подвал. Компаньон, распорядитесь.

Компаньон хватает свечу и начинает рыскать по помещению в поисках.

Кол: И все же, в некотором роде, поручик, я не понимаю вашей логики. Вы же, в некотором роде, отчетливо прочли в депеше об этом злодее Исподволе. Не в нем ли все дело?

Р (): Ох, уважаемый, если бы было все так просто… задумчиво

Ко (): Смотрите-смотрите! Тут наши карманы!!! А вместе с ними и камзолы! из-за угла

Р (): А ведь мой совсем чистый… Два года его таким не видел. Только вот ассигнации были, а теперь нет. С чего бы это? подходит, осматривает

Кол: Очень, в некотором роде, странно. Обчистили-с.

Ко: Очень странно, что мы нашли все это в таком месте.

Р: Хмм… Уважаемый Колбасофф, вам следует распорядиться по поводу тела трактирщика и его заведения. А я сейчас вам поведаю свои измышления.

Занавес.

Сцена 3

Морг. На сцене два стола с телами трактирщика и Отвязанного Кота. Рядом сидит Йодофф и ухмыляясь думает. Входят Рыбин, Компаньон и Колбасофф.

Р: Магистр Йодо… пардон, г-н Йодофф, что у вас?

Й: Как видите, тела.

Ко: Безжизненные?

Й (): Относительно. Одно – категорически, другое – частично (). хихикает смеется

Р (): Уважаемый, поясните. хмурится

Й (): Вот. Куда уж категоричнее? () сильно смеется, поднимает простыню на одном столе, показывает перекошенное ужасом лицо трактирщика смеется во всю прыть

Р: А дальше?

Й: А… а с этим (): я… я заниматься не буду! падает на пол и катается в истерике

Ко (): Господи! Чур меня! подходит ко второму столу, сдергивает простыню, видит Отвязанного Кота, шарахается

Кот озверело шипит, выпускает когти и пристально смотрит на цилиндр Рыбина.

Ко (): А с котиком нашим что? закрывая кота простыней

Й (): С каким? вмиг успокаивается, встает на ноги

Ко: С этим.

Й: Где?

Ко: Да вот же! () указывает на простыню

Й: Вы идиот? Это же простыня!

Р (): Кот, объяснитесь. со вздохом открывая простыню

Отвязанный Кот шипит.

Й: Ах, этот кот! Ну так бы сразу и сказали! () заливается бессмысленным смехом

Ко: Ну так что с ним?

Й (): Тупо-о-ой!.. Аха-ха… сквозь дикий, заливистый смех

Ко: Кто? Я?!

Й: Не кто! () Тупой!.. Удар!.. Хромированной!.. (). снова падает на пол, катается начинается приступ эпилепсии

Р: Однако, вполне ясно. Оставим кота здесь. Во избежание. Г-н Колбасофф, распорядитесь подать депешу об объявлении г-на Исподволя в розыск.

Кол: Сию же минуту.

Занавес.

Сцена 4

Компаньон, Рыбин, Колбасофф неспеша направляются в сторону трактира. Вдруг Компаньон, издав воинственный клич, бросается в подворотню. Оттуда слышны крики и звуки борьбы.

Р: Компаньон, ну как там у вас?

Ко: Да вот, уже почти!

Из подворотни выходит Компаньон, довольный, застегивает ширинку.

Ко: Уффф, успел! Хорошо-о-о…

Р: С облегчением-с, уважаемый.

Они доходят до трактира. Вдруг из дверей подвала появляется человек с черной повязкой на лице и в цилиндре. Увидев поручика Рыбина и прочих, хромая, стремглав бросается наутек.

Ко: Смотрите!

Все уставились в распахнутые двери трактира.

Ко: Тут ведь открыто, трактирщика нет, может быть нам этого? Того? По пять капель?

Р (): Повремените-с. Нам сейчас необходимо сохранять трезвость ума и духа. заметив мужчину в черном

Кол: Мне показалось, или все-таки из подвала вышел господин хромой?

Ко: Да! Надо догнать его!

Р: Тем более, что он может что-то знать.

Компаньон бросается в погоню за плетущимся человеком, спотыкается, падает об мостовую лицом и плачет. Тем временем человек в черном кое-как устремляется в сторону гостиницы, у самых дверей останавливается, чтобы оглянуться на «погоню». Обнаруживает, «погоня» сидит и ревет, ухмыляется сквозь повязку и продолжает движение. В этот момент дверь гостиницы распахивается и хлопает беглеца по голове, тот падает в отключке. В дверях показывается Вжарим и, потягиваясь, произносит сакраментальное:

Вжарим: Господа, а есть водичка у кого-нибудь холодная? А то я до сих пор недоумеваю…

Р: Объявляю вам благодарность, Вжарим.

Вжарим: Лучше бы вы мне бутылку дряни объявили.

Ко (): И мне! Как пострадавшему при исполнении. сквозь слезы

Р: Ну так вот. () Если не ошибаюсь, г-н Исподволь? снимая маску с лица убегавшего

Ис (): Ну я. А что? оскалясь

Р: А то! Вы объявлены в розыск. А посему, я вынужден вас задержать и допросить.

Ис: Я чист перед законом и ни в чем не сознаюсь!

Р: Ну, это мы еще посмотрим. Особенно после того, как я расскажу всем о ваших злодеяниях.

Ис: О них и так всем известно. Но это было давно, я исправился и отошел от дел! Так что не возьмете!

Р: Как же! А почему тогда вы пытались бежать при виде нас?

Ис: Так вы же тут все ополопилевшие напрочь, вы неадекватны! Земля слухами полнится, вас все за версту обходят!

Р: Да? А не изволите ли сознаться в убийствах, грабеже, уничтожении целых популяций и еще…

Внезапно из подворотни выскакивает Отвязанный Кот, с диким мявом бросается на Исподволя, вцепляется ему в цилиндр, все охают.

Занавес.

Действие III

Акт 1, он же единственный. Сцена 1

Центральная площадь вокруг выгребной ямы. В центре событий: Рыбин, Компаньон, Колбасофф, Вжарим, Исподволь, Отвязанный Кот, вцепившийся в цилиндр Исподволя, урчит. Собирается толпа.

Р: Уважаемый Исподволь, сознаётесь ли вы в том?..

Ис: Нет. Хотя… смотря в чем.

Р: В том, что знакомы с бывшим уголовником Тивизмом, ныне трудящимся на пользу отечества.

Ис: Ну?

Р: Ну? Это все, что вы можете сказать в свое оправдание?

Ис: Ну. Извольте по существу.

Р: Хорошо. Уважаемые дамы и господа. Все вы стали свидетелями ужасных событий, происходящих в вашем городе. Смею вам сообщить, что на этом ваши беды закончатся, ибо я расскажу вам, кто в них виноват. Ну что ж, начнем!

Ннцатого числа, находясь в деревне Дело, я получил депешу от оберштурмбанглавпочтамтмейстера Колбасоффа и незамедлительно выехал в «Сюда». Сразу понял, что дело очень запутанное. В первые же часы я догадался, что в городе орудует серийный убивец. Возможно, душегуб. Почерк был один и тот же: все его жертвы обнаруживались в выгребной яме.

По свидетельствам г-на Йодоффа, смерть наступала в результате удара тупым золотым хромированным предметом по голове. Прознав про вас, г-н Исподволь, от г-на Отвязанного Кота, известного вам как г-н Тивизм, и про то, что у вас было совместное преступное прошлое, мои подозрения пали на вас.

Ис: Да господь с вами!

Р: Со мной, наверно.

Ис: Да почему же сразу на меня одного?

Кол: Не перебивайте его, пусть, в некотором роде, продолжает. Очень интересно.

Р: Ну, собственно, вы правы. Вначале существовала иная версия. Я предполагал, что сторож с трактирщиком вступили в преступный сговор и обирали своих постояльцев, обчищая их камзолы. Но сторож оказался воистину милейшим человеком, не способным на преступление. А трактирщика, к нашему великому сожалению, мы с вами недавно обнаружили не вполне живым в выгребной яме, что дало ему железное алиби. Причем заметьте, с травмой, нанесенной именно вашей тростью! Посему нет сомнений, что это были именно вы!

Ис (): Что, у меня одного такая трость?! возмущенно

Кол: Да не перебивайте же вы! ) В некотором роде, продолжайте, г-н Рыбин. (с размаху бьет ему увесистым кулаком по голове, Исподволь падает в отключке. Отвязанный Кот падает вместе с ним и цилиндром на земь, начинает носиться по площади, изгрызая цилиндр

Компаньон начинает гоняться за Котом, приговаривая «киса-киса»

Р: Итак, у вас нет сомнений, что вторая версия беспочвенна?

Все: Не-е.

Р: Стало быть, г-н Исподволь прибыл в град «Сюда» на исправительные работы. Но исправляться отнюдь не собирался. Он продолжил свои коварные замыслы воплощать в жизнь. Вы заметили, уважаемые, что в городе исчезли абсолютно все кони и псы. Это дело рук Исподволя. Он давно проповедует ксенофобские настроения, особенно по отношению к коням и псам. Истребил всех. Даже на каретном вокзале в качестве тягловой силы приходится трудиться котам.

Все: да-да.

Р: Далее. Он похищал личные вещи постояльцев трактира и гостиницы. Даже мы стали жертвами. Он похитил целый ящик уникальной вареной пилы от самого Пиловара и сбыл все в окрестные лавки. А также он похитил и обчистил наши камзолы.

Мимо ковыляет, держа под мышкой цилиндр, Отвязанный Кот. За ним, с возгласами «цыпа-цыпа» пробегает Компаньон, бросив в сторону Рыбина радостно:

Ко: А камзолы и впрямь обчистил! Такими чистыми никогда не видел!

Кол: Уважаемый Компаньон, не перебивайте, в некотором роде.

Р: И, в конце концов, он безжалостно убивал своих жертв золотой хромированной тростью, и, не придумав ничего лучше, избавлялся от тел, нарочито небрежно выбрасывая их в выгребную яму, пытаясь изобразить их самоубийства.

Охая и держась за голову, Исподволь приходит в себя.

Ис: Ну как же! Я же сам был в выгребной яме! Чуть не умер!

Р: Элементарно. Прослышав о том, что в город прибывают знаменитые сыщики, вы инсценировали нападение на себя. Вы залезли в выгребную яму и что есть сил ударили себя по голове тростью, тщетно пытаясь отвести от себя подозрения. Но вашим главным промахом было то, что вы не погибли, в отличие от ваших жертв. И сбежали из морга.

Ис: Ну надо же! Какова фантазия! А почему тогда ваш подопечный Отвязанный Кот не погиб? Тоже инсценировал?

Р: Это же очевидно. Вы с ним давние знакомые, не удивительно, что вам удалось вовлечь его в свои коварные замыслы. Вы хоть его и не убили, но загубили его душу, вставшую на путь исправления и добра.

Мимо пробегает на двух лапах Отвязанный Кот, на голове цилиндр. За ним, язык на плечо, бежит Компаньон.

Ко: Цыпа-цыпа! Рыба-рыба!

Внезапно Отвязанный Кот останавливается, его глаза обретают осмысленное выражение. Компаньон по инерции пробегает мимо, спотыкается об Исподволя, падает в выгребную яму, начинает радостно плескаться, ведет себя вызывающе и странно.

ОК: Предлагаю выпить!

Кол: Не перебивайте! Вы перестанете сегодня, в некотором роде, перебивать?!

Открывается дверь подвала, выходит заспанный сторож, обращается к Рыбину.

Сторож: Ба! А вот и вы! Третий день уже вас ищу, в подвале изо всех сил сплю. Забирайте свои деньги. Камзолы забрали, а деньги – нет. Чужого добра не надо. () отдает Рыбину ассигнации, уходит обратно в подвал

Все застывают в изумлении. Рыбин на мгновенье задумывается, затем спешно устремляется в подвал.

Занавес.

Сцена 2

Подвал. Открывается дверь, вваливаются Рыбин, Колбасофф, Исподволь, Отвязанный Кот и остальной люд. Сторож спит на мешках.

Р: Уважаемый, очнитесь! () Извольте объясниться! бьет сторожа по щекам

Сторож (): Чего надо-то? просыпается, ворчит

Р: Откуда у вас наши деньги?

Сторож: Откуда-откуда. Внимательнее надо быть, вроде же сыщик. Из карманов ваших камзолов, вы их забыли в трактире. Я забрал их, чтобы почистить в своей прекрасной прачечной (). снова засыпает

Ис: Ну! Я же говорил, не брал я ваших денег! Все ваши обвинения безосновательны!

Р: Ну а пилу-то? Вареную пилу кто украл?

ОК: Э-э-э… () Не я. Определенно не я. Это было в прошлой жизни. Не в счет. пятится к выходу

Р: Что?

Внезапно распахивается дверь.

Кол: Ветры! Осторожно, ветры!

Порыв ветра врывается в подвал, с хлипких петель срывается торшер, падает на Отвязанного Кота, бьет его по голове. В стороны разлетаются осколки стекла, золота и хрома. Рыбин подходит к торшеру, осматривает его.

Р: Хммм.. Золотой, хромированный…

ОК: Вашу ж мать! () падает в обморок

Сторож (): Ну вот опять! (). Г-н оберштурмбанглавпочтамтмейстер, сколько раз вам говорить, что нужно заменить петли. Тут у нас ветры постоянно роняют торшер на людей. просыпается хватает кота, уносит на улицу, возвращается, вешает торшер обратно, хватает метлу, метет

Рыбин, в отчаянии, хлопает ладонью по лбу. Врывается перепачканный нечистотами Компаньон, очень возбужденный.

Ко: Представляете, там сторож нашего Кота в выгребную яму выбросил!

У Рыбина подкашиваются ноги, он без сил садится на пол, снимает цилиндр. Внезапно в подвал врывается Отвязанный Кот, вцепляется в цилиндр Рыбина и теребит его.

Р (): О боже… Как я не догадался?.. Это был торшер… Торшер… () Рыба-рыба. не обращая внимания на кота обращаясь к коту

ОК (): Вашу ж мать! Предлагаю выпить! приобретая осмысленное выражение глаз

Ко: А ФИГЛИ?

Занавес.

КОНЕЦ.

2011 г.

Про Кота
Повесть

Глава 1

– Позвольте! – громкий возглас разбудил Рыбина. – Мосье, ну позвольте же!

Дамочка нервно выдергивала платье, на котором Рыбин, как оказывается, сидел. Рыбин приподнялся, дамочка освободила драгоценную часть туалета, и, фыркнув, удалилась. Отставной поручик, а ныне частный детектив, посмотрел на часы. Оказывается, было уже 9 часов вечера и сеанс закончился. Народ расходился по домам. Конферансье, стоя перед закрытым занавесом, кричал в спину уходящим:

– Благодарим за то, что посетили наше заключительное представление в этом сезоне. С завтрашнего дня театр закрывается на ремонт. Следите за объявлениями в местных газетах и на афишах. До скорых встреч, – он отвесил неуклюжий поклон и удалился.

– М-да, – пробормотал Рыбин, – театры нынче уже не те…

Он поднялся, и, спотыкаясь об кресла, направился к выходу. Какой-то напомаженный хлыщ, проходя мимо, с вызовом осведомился у своих не менее напомаженных друзей:

– Ну что, господа, как вам театг? Не пгавда ли, Лизонька – ну пгосто душка? Я бы, пгаво слово, не отказался бы пговести с ней пагу пгедставлений!

Вся его компания грубо загоготала, и, активно обсуждая последующие планы на вечер, прошла мимо, обдав Рыбина запахами коньяка, дешевых папирос и одеколона.

«Какая еще Лизонька?..» – рассеянно подумал Рыбин. Что за представление, о чем, и кто был в ролях, он решительно не помнил. Вообще, в последнее время Рыбин часто засыпал в самых неподходящих местах. На приеме у врача, в экипаже, вот, в театре, например.

Рыбин внезапно остановился, хлопнул себя по лбу. У меня же было какое-то дело после девяти часов, подумал он и принялся рассеянно шарить по карманам своего старомодного камзола в поисках. В нагрудном кармане он нашел искомое, вытащил смятый обрывок бумаги, надел пенсне, и принялся читать: «поезд номер 14 зпт прибытие 9 часов 20 минут вечера центральный вокзал тчк. Приняла телеграфистка Мышкина К. Л. оплата 5.50 рублей». Что это могла принять телеграфистка Мышкина за 5.50, – пронеслось в голове у Рыбина, но быстро сообразив о нецелесообразности своих измышлений, он снова пробежал глазами первую часть телеграммы.

Стало быть, старый добрый друг возвращается, надо бы организовать для него теплый прием. До вокзала было как раз около двадцати минут ходу неспешным шагом, но Рыбин решил взять экипаж, потому что чувствовал сильную усталость в ногах и пояснице. Какие же неудобные кресла в этих театрах, подумал Рыбин. В следующий раз закажу себе ложу, возможно даже с кроватью.

Экипаж не пришлось долго ждать, на углу Меховой и Хлебопекарной стояло несколько повозок в окружении той самой компании, обсуждавшей героиню непросмотренного Рыбиным спектакля. Компания сильно шумела, среди голосов особенно выделялся один высокий и звонкий, выкрикивающий что-то про занятый экипаж, но о чем именно шла речь, понять было невозможно. Рыбин деловито прошел сквозь сборище, влез в ближайшую повозку, устроился в ней и скомандовал извозчику отправляться на центральный вокзалъ. Проехав пару кварталов, дышащих на него сыростью и тьмой из своих переулков, Рыбин почувствовал, что сидит на чем-то мягком, нащупал под собой саквояж, достал его, оглядел и, не признав, выбросил на безлюдную мостовую. Чужого нам не надо, добавил он, подачек мы не терпим.

Через пару минут экипаж вынес Рыбина на площадь центрального вокзала. Расплатившись с извозчиком и тщательно пересчитав сдачу, Рыбин направился к месту встречи приезжающих. На перроне было людно, в полумраке тусклых уличных фонарей сновали перепачканные грузчики, дамы с шелковыми зонтами и бюварами в сопровождении тщедушных усатых мужчин в цилиндрах, мальчишки-газетчики наперебой оглашали на всю округу последние новости и предлагали купить свежий выпуск.

Рыбин на мальчишек посмотрел с неодобрением и присел на лавочку. Сунув руку в карман, он обнаружил там некоторое количество тыквенных семечек и принялся их ожесточенно лузгать, время от времени поглядывая на беспорядочно снующих обывателей. На Рыбина опять наваливалась усталость.

Внезапно раздался свисток паровоза, и Рыбин сбросил с себя оцепенение. К вокзалу медленно подкатывал старый вонючий состав. Поручик, кряхтя, поднялся и пошел поближе к паровозу, чтобы не проморгать Компаньона.

Поезд остановился, обдав нетерпеливых пассажиров паром и запахами сортира. Из вагонов начали выбираться испитые люди, один другого страшнее, и ни один из них даже не был похож на Компаньона. Рыбин отвлекся и, когда его хлопнули по плечу, вздрогнул. Резко обернувшись, он увидел перед собой небритую испитую морду, дышащую на него перегаром.

– Целковым не одарите, ваш бродь? – морда заискивающе улыбнулась.

– Проходите, милейший, от вашего вида, право, у меня начинается несварение желудка, – Рыбин пытался было отойти, но небритая морда не отвязывалась.

– А может, сигара есть, ну или там, шкалик какой? – не унимался надоедливый алкаш.

Рыбин, вздохнув, выгреб свои драгоценные семечки и насыпал их в руки, которые подставила морда.

– Благодарствуйте, ваш бродь! – И неприятный собеседник засеменил прочь, беспрестанно сплевывая шелуху, которую ему по ошибке Рыбин дал вместо семечек. Поручик задумчиво зрил ему вслед и начал было рассуждать о судьбах Рассеи, однако это ему сделать не дали.

– Да что ж тут у вас неудобно-то как! – закричал от поезда знакомый до боли фальцет. – Я ж тут это, как его, с гостинцами! Мне б тут… кхм… а-а-а!!! – Раздался звук шмякнувшего о платформу тела.

– Ну вот, – расстроено проворчал он. – Теперь без гостинцев…

Рыбин обернулся и увидел радостного Компаньона, лежавшего на платформе в большой грязной луже.

– Пору-у-учи-и-ик!!! – Закричал Компаньон, узрев Рыбина.

– Компаньон, – утвердительно умозаключил Рыбин, – Опять он за свое.

– Сколько лет-то, сколько зим! – набросился Компаньон на Рыбина и начал душить его в объятиях. Рыбин зашевелил губами и начал загибать пальцы, считая, сколько лет и сколько зим. Компаньон не унимался:

– Как же я рад, поручик! Ох, если бы вы знали, каково мне было! И если бы!.. – он задыхался от эмоций. – А впрочем… Ну и все в таком вот духе, поручик! А еще у нас там!.. И вы даже себе не представляете!.. И даже это вот! – он сделал неопределенный жест и расплылся в глупой улыбке. – Ну да что я все про себя да про себя. Расскажите лучше вы, поручик! Как тут у вас?

– Стало быть, двенадцать и тринадцать. – ответил Рыбин.

– Чего двенадцать и тринадцать? – не понял Компаньон.

– Соответственно лет и зим. Вы же спросили.

– Э-э-э… не понял, – сказал Компаньон и задумался. – А впрочем, почему бы и нет. Кстати, поручик, где вы умудрились так испачкаться? Вы очень грязны…

Рыбин оглядел себя и заметил, что его камзол весь в следах грязи. Бросив беглый взгляд на Компаньона, его вымазанный в нечистотах наряд, он произнес:

– Кстати, вы тоже. Странное совпадение.

Компаньон схватил его под локоть и повел прочь со зловонного перрона, активно разглагольствуя и жестикулируя свободной рукой, как бы для придания своим словам большей убедительности. Они прошли через здание вокзала, миновали вокзальную площадь, на которой толпились экипажи в ожидании своих пассажиров. Один из извозчиков, заметив двух немолодых господ, удаляющихся от вокзала, поспешил за ними, чтобы предложить не утруждать свои ноги излишними походами, а воспользоваться услугами транспорта. Но, приблизившись к их спинам, не успел он произнести приветствия, как получил удар рукой в переносицу; искры посыпались из глаз извозчика, от неожиданности и боли по длинной дуге его унесло в кусты.

Компаньон удивленно осмотрел свою руку, обернулся, но не заметив никого позади, продолжил что-то рассказывать и размахивать рукой.

Они подошли к перекрестку.

– Кстати, поручик, где тут у вас можно остановиться?

– Хм, давайте остановимся здесь, если вы устали.

– Нет, уважаемый, вы меня не так поняли! – начал было Компаньон, но вдруг, неизвестно откуда взявшаяся повозка, запряженная тройкой гнедых жеребцов, груженая толпой веселых, пьяных и шумных вояк, на неимоверной скорости пронеслась перед ними и окатила их ароматами перегара и волной грязи из-под колес.

– Твою же мать-богородицу за ногу дважды! – запричитал Компаньон, отирая лицо лацканом сюртука. Рыбин, взирая на все это со вселенским спокойствием, утер усы:

– Вы, батенька, не беспокойтесь. Еще и не такое вас ждет в этих краях.

– Какое?

– А вот! – ехидно сказал Рыбин, указуя перстом в сторону приближающегося экипажа, аналогично провалившегося в ту же яму и вновь обдав их волной грязи. – Ну как вам?

– Ух, – сказал Компаньон, снова отираясь. – Как будто домой вернулся. А знаете, мне здесь начинает нравиться!

– Ну, уж не ваши столицы… Надо бы, уважаемый Компаньон, разместить вас в гостинице, – сказал Рыбин, представив, что может натворить этот человек в его доме.

Разместив Компаньона в гостинице, они решили посетить всем известный трактир и отметить встречу. У входа в заведение их встретил изрядно подвыпивший швейцар, всем своим грузным телом навалившийся на входную дверь, и, по всей видимости, дремавший. Компаньон остановился.

– Кхе-кхе, – деликатно откашлялся он, желая обратить на себя внимание. Рыбин же, не сбавляя шага, небрежно, с силой оттолкнул дремавшего плечом, тот шумно рухнул в мусорные баки, стоявшие рядом, и начал громко причитать, поминая бесов и дьяволов недобрым словом.

– Нечего тут разводить телячьих нежностей, – сказал Рыбин Компаньону, проходя внутрь. – Это вам не великосветская столица. Пойдемте же, уважаемый.

У стойки трактира их встретил весьма поддатый долговязый сударь во фраке с длинными завивающимися усами. Грандиозной отрыжкой он приветствовал Рыбина, а Компаньону протянул свою тощую сухую руку, тот слегка поморщился, но руку таки осторожно пожал.

– Господин дю Буржуа, бывший французский военнопленный, – пояснил Рыбин, – ныне занимается изучением истории, быта и нравов Рассеи.

– Силь ву пле, мон шер.

– Компаньон, – представился Компаньон.

– Какое странный имя, – удивился француз.

– Взаимно, – ответствовал Компаньон. – А над чем вы сейчас работаете?

– Ми работаем над давней русской традисьён напиваться до визг де порк!

– До поросячего визга, – поправил Рыбин. – И падать лицом в салат.

– О, поросьячий визг! Ви как всегда прави, господин детектив! О-очень интересная традисьён, знаете ли.

– Как интересно, – сказал Компаньон. Лицо его засияло неподдельной детской радостью. – И как успехи? Как давно вы этим занимаетесь?

– Уже шестой год, – ответил Рыбин, располагаясь за ближайшим столиком. – Каждый вечер ставит такого рода эксперименты. И каждое утро убеждает себя в том, что вчера эксперимент не удался.

– А не отведать ли нам, как в старые добрые времена, вареной пилы? – провозгласил Компаньон и подозвал трактирщика: – Уважаемый, подайте за наш столик, будьте любезны, вареной пилы.

– Какой еще пилы? – трактирщик любезным быть не желал. – Вы, поди, из столицы?

– Вообще-то да. Но какое это имеет значе…

– Понаехали тут, – грозно перебил трактирщик. – Пилу им подавай. У нас только дрянь! – он стукнул бутылкой по столу.

Компаньон разочарованно вздохнул.

– А швейцар ваш тоже дрянью зарядился сегодня? – решил уколоть он трактирщика.

– Какой еще швейцар? У меня никогда не было швейцаров. Вон, только француз один.

Трактирщик удалился за свою стойку и принялся плевать в стакан и протирать его, не глядя в их сторону. Рыбин решил разрядить обстановку, разлив по бокалам дряни и провозгласив тост «за дружбу народов, провинциальных и нет». Выпили. Сразу стало спокойнее. Незамедлительно налили и выпили еще по одной. Француз снова разразился громогласной отрыжкой, после чего заказал себе салат.

Внезапно на свободном стуле появился пожилой седовласый и взъерошенный господин в больших очках, уже с наполненным бокалом наготове. Рыбин представил его как выдающегося ученого-испытателя, работающего на благо города и страны. Ученый не заставил себя ждать и провозгласил тост за «царицу всех наук». Компаньон осоловел, а ученый принялся рассказывать об очередном изобретенном им вечном двигателе, который заработает тогда, когда он изобретет вечный гальванический элемент. Все поздравили его с этим и отметили очередным тостом.

– А вы знаете, что наш многоуважаемый Бургомистр давеча заходил к господину Кожемякову? – размахивая бокалом, направил ученый разговор в другое русло. – Значит-с, пришел он и заказал срочно у него платье для своей ненаглядной доченьки! И вы не представляете себе, какое платье! Мех, кожа, бриллианты и золотая тесьма… Я чуть в обморок не упал, когда услыхал про такое…

– Уж ни самуж ли видавать собрался? Я би такую ля фам в жены-то трам-пам-пам… – загоготал дю Буржуа.

– Полноте вам, господин дю Буржуа, не вы один засматриваетесь на ее прелести, – произнес Рыбин; смутное чувство овладело им, и в памяти всплыл напомаженный хлыщ из театра со своей надменной физиономией. – Насколько мне известно, господин Бургомистр собирается выдать ее за господина Рокфеллера…

– Ну если так, то должно бы соответствовать, конечно, – сказал ученый. – Он ведь и задаток на пошив оставил! Вы себе представить не можете, во сколько ему обойдется все это!

– А вы себе не представляете, сколько я могу себе представить, – ответил Рыбин и крепко задумался.

Ученый-испытатель запнулся и отхлебнул из бокала, затем продолжил:

– И как вы полагаете, господа, может ли быть у простого чиновника столько денег на платья для дочери? На науку ведь таких денег нет! Я уже который год пороги его кабинетов обиваю с просьбами выделить средства на исследования далеких звезд. А он мне все одно: зачем нам эти звезды, ни холодно де от них, ни жарко. Так ведь не образован они, не понимает они, что звезды – вечные, как и двигатели мои. Вот изучим парочку, вот и сразу будет вечный гальванический элемент…

Доводы ученого уже никто не слушал: Компаньон откровенно недоумевал, дю Буржуа все пытался упасть лицом в салат, но постоянно не попадал, Рыбин же пребывал в раздумьях. Тревожное чувство овладело им, ощущение какого-то долга, как будто забыл что-то сделать. Из раздумья его вывел доселе молчавший Компаньон:

– Поручик, прошу простить мою нескромность, но, если мне не изменяет память, с тех пор, как мы в последний раз с вами виделись, вы были в этом же самом старомодном камзоле. Он же весьма поизносился…

– Он дорог мне как память… – начал было Рыбин, но вдруг, словно осененный воспоминанием, полез в нагрудный карман камзола, извлек оттуда смятый листок бумаги, прочитал, потом продолжил: – И вот, как раз сегодня я должен был встретиться с господином Кожемяковым, с нашим местным скорняком, да совсем забыл. Стар я становлюсь, дорогой мой Компаньон. Память ни к черту…

– Не чертыхайтесь, поручик. Ни к чему это.

– А вы мне не указывайте. Доживите до моих лет сначала. Вот как не чертыхаться, когда я снова без шинели останусь? Должен был сегодня идти на примерку, а вот вылетело все из головы…

– Не переживайте, поручик! Завтра вместе сходим! Я зайду к вам с утра, и, как в старые добрые времена, прогуляемся по городу! Подышим свежим провинциальным воздухом…

– Как же! Вот, видите, у меня назначено, – Рыбин протянул смятый листок, – на 7 часов вечера сего дня. Господин скорняк очень занятой, вне назначенного времени не принимает. К тому же, сами слышали, каков заказ свалился ему. Не до моих шинелей ему будет. А я, старый дубина, вместо обмера пошел в театры…

– Ах, театры – это же прекрасно! – Компаньон захлопал в ладоши, – надо будет обязательно сходить! Что нынче у вас играют?

– Партию в преферанс! Вот во что нам надлежит сыграть! – провозгласил ученый-испытатель, с предельным вниманием рассматривавший на просвет прозрачный бокал, затем грозно обрушил его на стол. Компаньон вскочил и запрыгал от радости. Француз отвлекся от своего безнадежного занятия и сказал:

– Я не могу понять, как ви это делаете с салатом!

– Ничего, попробуйте позже, например, по окончании игры, – успокоил его Рыбин.

– Господа, вынужден просить вас повременить с игрой… – Компаньон, посмотрев на часы, поднялся из-за стола. – По крайней мере до моего возвращения. Мне нужно по срочному делу…

Компаньон удалился в сторону уборной, а Рыбин, ощутив сильную усталость во всем теле и острую необходимость сменить положение на горизонтальное, решил, что с него на сегодня хватит. Преферанс он не особо любил, а играл только из вежливости или от безнадежной скуки. Распрощавшись со всеми, он отправился домой.

Глава 2

Рыбин проснулся по старой казенной привычке, в 7.25 утра. Ровно за пять минут до того, как будильник на тумбочке разразился отвратительными звуками, словно призывая поручика вскочить и разнести себя вдребезги. Однако, Рыбин этого делать не стал, а лишь протянул руку и мягко, почти ласково, нажал на кнопку. Покряхтывая, он встал с кровати и принялся делать зарядку. Зарядка заключалась в двух наклонах за тапочками, лежащими около кровати, и активных движениях руками при чистке зубов. После этой полезной процедуры Рыбин подошел к окну и широко распахнул его. За окном как и всегда было серо и грязно.

Мелкий противный дождик крапал на подоконник и немного на Рыбина. Уже ползали первые ранние экипажи, повылезали на улицу дворники и прочий дворовый люд. Вот кухонная девка плеснула помои на мостовую, вот на помоях поскользнулся ранний пьяница и, смачно ругаясь, принялся ворочаться в тщетных попытках встать. Вот из-за угла выскочил мальчишка-газетчик и принялся вопить во все свое молодое прокуренное горло:

– Сенсация! Убили! Неожиданное убийство! Сенсация!

Когда мальчишка поравнялся с домом Рыбина, тот остановил его:

– Эй, подлец, чего горланишь почем зря?

– Дак сенсация! – завопил мальчишка. – Убили! Свежие новости!

Рыбин досадливо поморщился, порылся в кармане халата, и, найдя наконец искомое, а именно мелкую монету, бросил газетчику.

– На-ка, подай мне свою макулатуру.

Мальчишка вытаращил глаза и полез в сумку. Достал из нее старые обрывки газет, протянул их Рыбину.

– Да нет, же, балбес, номер газеты давай!

– А, ну так бы и говорили, господин хороший, – протянул газетчик, и выдал детективу свежий номер газеты.

Рыбин, приняв газету, прикрыл створки окна. Подойдя к холодильнику, он извлек промасленный сверток. Понюхав, он сделал вывод: «Сельдь. Вчерашняя». Развернув сверток, достал сельдь, завернул ее в новую газету и положил на столик. Сев в кресло-качалку, он принялся листать старую замасленную газету, скривив лицо от селедочного запаха. В газете было все как всегда: жирные пятна, из-за которых совершенно невозможно было читать. Рыбин отложил газету и внимательно посмотрел на телефон. Подумав пару секунд, он поднял трубку:

– Алло, милейшая, соедините с котельной!

– Алло, – прокричала трубка, – вы к роженице, или уж дитятко забрать?

– Что? – не понял Рыбин.

– Ребенка забирать будете? – заверещали в трубку, – если не будете, так нечего роддом отвлекать, и так работы немерено!

На другом конце провода грязно выругались и лязгнули трубкой.

«Однако» – подумал Рыбин, кладя трубку. Внезапно его осенило, и он снова схватился за телефон:

– Алло, коммутатор, мне бы роддом, – Рыбин проявил чудеса дедукции.

Трубка рявкнула грубым мужским голосом:

– Котельная!

– Котельная! – Рыбин улыбнулся было, но тут же нахмурился и постарался придать голосу гневное выражение: – В доме не топите совсем, холод аж до костей, вот в комитет звонить буду, что ж такое-то!

Трубка забормотала что-то в свое оправдание, но Рыбин слушать не стал и выключил телефон. Он сладостно подумал о предстоящем визите к скорняку, о скором приобретении новой шинели, о предстоящем тепле и уюте, который будет ему обеспечен несмотря на хамство и безалаберность рабочих котельной, и сразу сделалось веселее.

Интересно, во сколько, после вчерашнего, проснется Компаньон, подумал Рыбин и ехидно улыбнулся. Он снова сел в кресло и крепко задумался. Почти даже задремал. Из дремы его вырвал ужасный стук в дверь. Казалось, полк гусар ломился к нему из прихожей. Рыбин брюзжа и кряхтя поднялся с кресла и пошел открывать. Только он повернул замок, как дверь распахнулась, и в комнату бесцеремонно вломился Компаньон.

– Поручик, вы слыхали-с? – не снимая обуви, Компаньон прошел в комнату и плюхнулся на кровать.

Рыбин, закрывая дверь, ответил в том смысле, что да, мол, еще не совсем состарился и кое-что слышу. Когда он обернулся, то обнаружил, что Компаньон уже не на кровати, а около холодильника, разворачивает селедку. Развернув, он, урча, вцепился в нее зубами.

– Компаньон, вы бы хоть почистили рыбу-то, – устало произнес Рыбин.

Компаньон, отплевывая чешую и не обращая на замечания Рыбина никакого внимания, что-то сосредоточенно вычитывал в газете среди пятен. Дочитав, он указал Рыбину на передовую статью:

– Ну так вот! Я о чем говорил-то! Не получится у нас сходить к скорняку, плакала ваша шинель горючими слезами… И ходить вам в камзоле до конца ваших дней!

– Милейший, прекратите ваши намеки. Не смешно уже. Я же говорил вам, что не принимает он вне очереди.

– Нет-нет, поручик. Тут совсем другое дело. Вот, полюбуйтесь, – он показал ему газету, – «Убийство скорняка! Господин Кожемяков найден убитым прямо на рабочем месте!» – голосом мальчишки-газетчика процитировал он.

У Рыбина внезапно пропал весь боевой настрой, снова появилась слабость в ногах, он присел в свое кресло. Ужасная перспектива всю зиму проходить без шинели, в одном камзоле, предстала перед ним в новом, вполне реалистичном свете. Он даже прослезился.

– Полно лить слезы, поручик! Слезами вы погибшему уже не поможете! А вот взяться за распутывание этого дела вы вполне можете, к тому же, с вами снова я! К вашим услугам, до конца отпуска я готов помогать вам, так сказать, тряхнуть стариной!

Рыбин промокнул глаза платком.

– Хммм… Отчего ж не взяться… Вполне можно и взяться. Дайте-ка мне эту газету сюда, – он принялся изучать написанное в статье.

– Да, а кстати, вы не знаете, как там наш кот-с?

– Какой Коц? – не понял Рыбин.

– Как какой? Наш кот-с! – Компаньон в свою очередь не понял, почему не понял Рыбин.

– Аптекарь который? – спросил Рыбин.

– Какой аптекарь?

– А какой Коц?

– Господи, – закатил глаза Компаньон.

– Вот Компаньон, теперь вы упоминаете Господа. Почему вы всегда вспоминаете то Господа, то пресвятую богородицу?

– Рыбин, прекратите демагогию! Я говорю о Коте. Кот! Мохнатый кот о шести лапах.

– Ах, этот, – Рыбин нахмурился. – Кот наш давненько постригся в монахи. Видимо голову ему окончательно повредило.

– Торшером… – начал было Компаньон, но внезапный стук в дверь прервал полет его мысли.

Рыбин открыл дверь. На пороге стоял господин в полицейской форме.

– Частный детектив Рыбин?

– Так точно, – Рыбин пригласил гостя войти. – Вы уж извините, рано-с, потому я и в халатах нахожусь. Вы по какому, собственно, вопросу?

– Да, собственно, по какому? – взвился Компаньон. – Ежели вы по поводу стекла вчера выбитого, так это вовсе не я, это оно само выпало не выдержав напора ветра, вот у кого хотите спросите, хоть у сторожа, хоть у другого кого, кто видел, конечно если, а если не видел, то и слушать его не надо, коли не видел…

– Прекратите шум, Компаньон, – Рыбин повернулся к полицейскому. – Что-то случилось?

Полицейский некоторое время подумал, поглядывая на Компаньона, пожевал губами и наконец, сформировал предложение:

– Частный детектив Рыбин, вас к себе Бургомистр просит, немедля. Дело не терпит отлагательств.

После сих слов, городовой развернулся и вышел. Рыбин задумался, Компаньон обрадованно захрустел газетой с селедкой.

– Ну значит, вовсе и не стекло. Да и говорю я, что не было меня там, вот опять же сторож скажет, и дворник, да и господа дю Буржуа… и этот… ученый-испытатель тоже!

Рыбин выплыл из забытья и начал быстро одеваться.

– Компаньон, да бросьте вы уже эту рыбу.

Компаньон быстро убрал рыбу и, насвистывая, нервно заходил по комнате. Рыбин за это время успел одеться, и на ходу накидывая плащ поверх камзола произнес:

– Компаньон, пойдемте, намечается преинтереснейшее дело, как я полагаю!

Компаньон сорвался вслед за товарищем, да так рьяно, что споткнулся на пороге и хлопнулся носом об пол. Давненько он не падал, подумал Рыбин, помог ему подняться и закрыл дверь. Компаньон в это время порылся в кармане, вынул шерстяной носок, недоуменно на него посмотрел и принялся утирать испачканное лицо.

– Компаньон, возьмите, – Рыбин протянул ему носовой платок, – и наконец, соберитесь уже!

Спустя минуту они уже выходили из подъезда. Рыбин, твердо печатая шаг, шел впереди, а за ним семенил Компаньон, точно как это было тринадцать лет назад…

У дома Бургомистра Рыбина и Компаньона долго осматривал и охлопывал по мягким частям тела грузный усатый полицейский служитель. Кряхтя и булькая, он умудрился даже наклониться и ухватить Компаньона за штанину, в связи с чем тот взвизгнул и зарделся.

– Ну вродь в порядке все, господин детектив, можете проходить, – от приложенных усилий полицейский шумно пыхтел и обливался потом.

– Премного благодарны, – Компаньон состроил довольную мину, и они громко хлопнув калиткой, двинулись на встречу.

Во дворе дома Бургомистра было живо. Дородная прачка развешивала белье на просушку, хлопотали куры, в грязной луже сидел какой-то карапуз и самозабвенно ковырялся в носу.

– Знаете, Рыбин, – Компаньон вертел головой, оглядывая бургомистрово хозяйство, – что-то нынче полицейские не те пошли. Поперек себя шире, как он вообще бандитов-то ловит? За места разные хватает, что ж такое-то?

– Полицейские? Бандитов ловить? – Рыбин как всегда пребывал в раздумьях. – Это ж когда такое было? Мы тут вам не в столицах, дорогой Компаньон, мы тут у нас, в провинции. Полицейские тут несколько другими вещами занимаются…

– Ага, ага, – Компаньон закивал головой. – А вот, помните, как-то был случай… – заглядевшись на прачку, Компаньон случайно наступил на курицу, та с перепугу ломанулась в сторону и врезалась в малыша, который, в свою очередь, достал палец из носа да заорал, как будто его резали. Компаньон, испугавшись произведенного эффекта и возможных последствий, поспешно впорхнул во входную дверь, попутно оправдываясь перед Рыбиным, который смотрел на него с немым укором.

– Ну так, я что? Кто ж тут разберет, что за живность под ногами, я, сами понимаете, отвык ужо от таких вещей…

Из конторки у входной двери выглянул старикашка с бородой и проблеял:

– Вы куда претесь, уважаемые?

– Назначено у нас, – Рыбин с презрением смерил старика взглядом. – Извольте доложить Бургомистру, что детектив Рыбин прибыл.

– Чевой-то я должон кому-то докладывать… Я вам что, мальчишка, что ли… – старый хрыч, ворча, зашаркал в сторону дубовой двери, которая, надо полагать, вела в кабинет Бургомистра. – Пруть, и пруть с самого утра… Ишь ты-ы-ы… Еще и командуют, поглядите-ка на них…

Добравшись до двери, он, приоткрыв ее, засунул голову в комнату и объявил:

– Господин Бургомистр, тут прибыли какие-то личности, детективы, говорит, оне.

– Конечно-конечно, Нестор Фомич, скорее же впускайте их ко мне, – послышался высокий, с небольшой хрипотцой голос.

Рыбин и Компаньон вошли в кабинет, оставив старикашку сокрушаться по поводу грязных следов на полу.

Бургомистр оказался невысоким толстым, почти круглым, розовощеким господином. В руке он держал огромный платок, которым постоянно протирал свою обильно потеющую лысину и обширные щеки. Несмотря на свои изрядные объемы, он постоянно двигался, вертелся и взмахивал руками.

– Проходите, проходите господа, – Бургомистр всплеснул руками. – Нестор Фомич, чаю подайте господам, или кофию… Совсем старичок неучтивый стал, – обратился он к гостям, – забывает постоянно обязанности свои. Но, что поделать, уволить я его при всем желании не могу, еще папеньке моему он пеленки менял, старость у нас уважать принято… да-а… – Бургомистр наконец прекратил крутиться вокруг Рыбина и Компаньона и плюхнулся в кресло, попутно своротив со стола какие-то бумаги…

– Ох-ох, – запричитал он, сейчас Нестор придет, все уберет, не утруждайте себя, – сказал он Компаньону, который пытался бумаги поднять. – Нет-нет-нет, садитесь, и приступим, наконец, к делу!

Рыбин с Компаньоном уселись на софу, Нестор Фомич принес чаю, собрал ворох рассыпанных по полу бумаг, и они приступили к делу.

– Ну так вот, господа. Собрал я вас вот по какому делу, – Бургомистр взял со стола плюшку и макнул её в чай. – Я, собственно говоря, человек-то простой, мне многого не нужно, сами видите…

Рыбин окинул взглядом кабинет, картины в золоченых рамах, дорогую массивную мебель и тяжелые портьеры из бордового бархата, и неопределенно сказал: «Грррм…»

– Да-да, мне многого не нужно, – продолжал тем временем Бургомистр, как-то странно косясь на плюшку, которую держал в руке: так, бывает, тигр смотрит на свою жертву во время охоты. – Единственное, в чем не могу отказать, это в том, что уж сильно доченьку свою балую. Одна она у меня… Жена, упокой господь её душу, при родах еще померла, вот и осталися вдвоем. Ну и давеча, жених у нее объявился, слава Богу. Уж как долго искали-искали, все найти не могли, а вот тут повезло. Нежданно, так сказать, негаданно. Ну и встреча должна была быть, вроде как бал, а может, и маскарад какой, не знаю, в общем, – Бургомистр все-таки выбрал момент для атаки и хищно впился в плюшку зубами.

Компаньон прихлебывал чай и пялился в окно, где прачка, вихляя задом, полоскала белье в кадке. Рыбин, тем временем, казалось бы, слушал Бургомистра, который, покончив с несчастной плюшкой, продолжил:

– Ну и заказал я скорняку окаянному платье для Лизоньки своей. Ну обыкновенное платье, на бал, чтобы жаних, значит, увидал красавицу. Однако, скорняк изволил поступить нечестно и помер нынче ночью. И, что самое главное, платье, прохвост, так и не доделал! Это ж теперь что получается, Лизонька должна в старом на бал-то пожаловать? Не за то я задаток, понимаете ли, платил.

Компаньон начал подмигивать и делать Рыбину какие-то многозначительные знаки. Видимо, хотел, чтобы тот присоединился к нему в разглядывании прачешных прелестей, однако Рыбин был так погружен в дело, что не замечал.

– В связи с этим оскорблением я хочу, чтобы вы изловили убийцу негодника и взыскали с него мой залог да и стоимость материи для платья, а то скорняк уже всю её искромсал. А еще и моральный ущерб неплохо было бы возместить! Я уж очень огорчен был потерей материала и срывом бала.

– Стало быть, материалу жалко… – пробормотал Компаньон, задумчиво поглядев в чашку с чаем.

– Ну а как же! – вскричал Бургомистр, взмахнув ручками, перевернув при этом корзинку с плюшками, как раз в тот момент, когда Рыбин потянулся к ним рукой. «Грррм» – сказал Рыбин и убрал руку.

Бургомистр, будто и не заметив досадного происшествия, вскочил из кресла и начал, отчаянно жестикулируя, объяснять присутствующим ценность материала, и то, как он не емши и не спамши работал не покладая рук, чтобы заработать на дорогущее индийское сукно и золотые пряжки-сережки, и так далее… Рыбин слушал задумчиво, а Компаньон рассеянно мешал пальцем чай, глядя в окно. Вдруг он перебил Бургомистра:

– А, значит, скорняка-то как звали у нас?

– Какого скорняка? – удивленно задрал брови Бургомистр.

– Помер который, – ответил Компаньон.

– Кто?.. помер?.. – Бургомистр, казалось, совершенно не помнил, с чего начал свою речь.

– Ну, которому задаток вы дали, платье, Лизонька, жених завидный, пряжки-сережки…

– Ах, подлец этот? Кожемяков его фамилия! Один он тут у нас! Не перепутаете… Ну так что, беретесь за дело? Найти и, так сказать, возместить! – Бургомистр агрессивно стукнул кулачком по камину.

Рыбин встал и, кивнув головой, направился к выходу, сопровождаемый недоуменным взглядом Бургомистра.

– Беремся, возместит, никуда не денется, – Компаньон успокоил Бургомистра и направился вслед за Рыбиным.

Распахнув дверь, Рыбин чуть не пришиб вредного старикашку Фомича, который подслушивал разговор, до сих пор держа в руках бумаги из кабинета. Тот, оскорбившись, сразу же начал ворчать и хаять непрошеных гостей. Положив бумаги на столик, он полез к себе за перегородку.

Твердым шагом Рыбин проследовал через прихожую и вышел во двор. Компаньон же, помедлив, сказал старику:

– Простите, любезный, разрешите листочек бумажки у вас вот взять для, такскать, нужд личного характера? Да, и, кстати, где тут у вас уборная? – Компаньон быстро взял пару листков.

– Кака така уборная? Про сортир ты мне тут толкуешь? – старик нервно засучил руками, пряча бумаги за пазуху. – А вот во дворе, у Катьки-прачки спроси, она тебе объяснит, а мне некогда тут с тобой лясы точить.

– Премного благодарен, – Компаньон торопливо засеменил вслед за удаляющимся Рыбиным.

Во дворе он, мило улыбаясь, подошел к прачке и, взяв, её за руку, сладким голосом спросил:

– Мадемуазель, не будете ли вы так любезны оказать мне честь… Просветите меня по вопросам гигиены в вашем доме? Где я могу справить свои потребности, не запятнав при этом репутации?

Прачка выдернула руку и уставившись на Компаньона непонимающим тяжелым взглядом, пробасила:

– Какая я тебе мамзель? Катька я. Шел бы ты отсель со своими словами заумными, пока не огрела кулачищем-то. – И прачка сделала предупреждающий замах кулаком, Компаньон в испуге шарахнулся в сторону.

– Всё, понял, спасибо и мерси, – он сунул бумаги в карман и последовал прочь со двора к бричке, у которой уже нетерпеливо переминался с ноги на ногу Рыбин.

– Эм-м.. Пожалуй, в другой раз схожу, – объявил Компаньон, залезая в бричку и устраиваясь поудобнее. – Поручик, с чего вы собираетесь начать поиски?

– Полагаю, сперва нужно осмотреть место происшествия и опросить свидетелей, – сказал Рыбин и погрузился в глубокие раздумья.

– Простите… Но разве это уже не проделала полиция?

Повозка тронулась, и ежесекундно проваливаясь в ямы, заскрежетала в сторону центра города. После очередной колдобины Компаньон звонко щелкнул зубами, больно прикусил язык и прослезился. Рыбин, не выплывая из задумья, пробубнил:

– Полиция? С какой такой стати?..

Убийство, – думал Рыбин. Зверское убийство человека. Зверское, подлое, гнусное убийство. Это ужасно. Жил себе человек на свете, творил, мастерил, кого-то любил, был кем-то любим… А потом вдруг его жизнь прерывается, причем прерывается чьей-то поганой рукой, не имеющей на это никакого права. Это действительно ужасно. Но куда ужаснее тот факт, что человек, взявши на себя столько обязательств, не смог их выполнить и подвел столько хороших людей… Ах, бедная моя шинель, ах, бедный я. Чувство злости и тревоги овладевали им, переполняли его; но вместе с тем, было и какое-то приятное ощущение, некое ностальгическое чувство: с ним снова старый добрый друг, снова интересное и загадочное задание, позволяющее размять стареющие кости. Но чего-то явственно не хватало. Кого-то не менее близкого, кого-то, кто так же сопровождал его былые приключения. Кот же! Старый добрый Отвязанный Кот. Надо бы вновь навестить его в монастыре…

Ход мыслей был прерван наружным шумом: на тротуаре стоял мальчишка-газетчик и горланил:

– Свежие новости! За дело об убийстве скорняка берется известный частный детектив Рыбин! Свежие новости!..

Рыбин скомандовал извозчику остановиться, подозвал мальчугана, и, выхватив у него из рук газету, со всем своим грозным видом стал вчитываться в передовицу.

– Вот она, флава! – придерживая рукой подбородок произнес Компаньон. – О, гофподин дю Бувуа! Добвый день!

Рыбин оторвался от чтения. Рядом с бричкой, сверкая своими грандиозными усами, стоял поджарый француз, и, разразившись львиным рыком, приподнял цилиндр в приветствии.

– Я слышаль уже, что ви будете расследовать убийство! Прошу вашего позволения помогать вам, мсье.

Рыбин состроил недовольную мину и открыл было рот, чтобы объявить об отказе, но француз перебил его:

– Потому что я знать, кто есть убийца!

Глава 3

– Сначала ви должны обещать, что возьмьоте меня в помощники! Только тогда я вам расскажу о ле мёртрье! Об убийце!

– Хорошо, дю Буржуа, – сказал Рыбин. – Говорите скорей, не томите, что вам известно?

– Ви только что пообещали, что до конца дела я могу помогать вам, да? Ви дайоте слово жентельмена? – не унимался француз.

– Да-да, говорите уже скорее.

Компаньон внимательно смотрел то на одного, то на другого. Перспектива скорой и не требующей усилий развязки этого дела прельщала неимоверно. На лице его явственно выражалось нетерпение.

– Убийца – дворьецкий! – с выражением победителя произнес француз, скрестил руки на груди, встал в позу гордеца и явно ожидал похвалы и аплодисментов.

– Какой такой дворьецкий? – разочарованно произнес Рыбин.

– Как какой? – удивился француз. – Ви не знаете? Все же знают, что убийца всегда дворьецкий! Во всех детьективных книгах написано про это!

– Ува, повучик! Нам остается только найти этого фамого двовефкого, и дело в фляпе! – Компаньон радостно хлопал в ладоши и глупо улыбался.

Рыбин досадливо поморщился, тяжело вздохнул и уткнулся лицом в ладони, но, проявив изрядную степень спокойствия, ничего не сказал.

– Эй, господин хороший, монету-та будете платить за газету? – мальчишка-газетчик стоял с протянутой рукой в ожидании. Рыбин посмотрел на него пренебрежительно:

– Расскажешь друзьям, что подарил номер газеты самому знаменитому детективу в городе, о коем в этой газете и идет речь, это тебе и будет платой сверх меры. А теперь ступай отсюда.

Мальчик надулся и засеменил дальше по тротуару. Рыбин, еще раз тяжело вздохнув, пригласил дю Буржуа к ним в бричку, и сильно кренясь на один бок, она покатилась по мостовой.

Возле подъезда, где обитал скорняк, собралась толпа. У входа, уперев руки в бока стоял необъятный лоснящийся полицеймейстер очень неприятного вида. Растопыренные уши, прыщавое лицо, огромная отвисшая нижняя губа, словно желающая закатывания, выдавали в нем истинного полицейского не в первом поколении. Рыбин, спустившись из брички и пробравшись сквозь толпу, встал перед ним и произнес, осматриваясь:

– Та-ак. Стало быть, место преступления. Господин полицеймейстер, что тут у вас?

– Преступление. А вам какое дело? Вы кто? – ответил он нервно.

– Частный детектив Рыбин, я веду расследование этого убийства. Какие меры были приняты с момента обнаружения?

– Все необходимые. Вот, стою и не пускаю никого. Что еще надо-та?

– Да, не пускает совсем. Дык этать, домой-то не попасть никак, – проговорил рослый седовласый мужчина из толпы. Рыбин посмотрел на него, смерил взглядом.

– А вы, собственно, кто такой? – осведомился он.

– Дык живу я тут… Эта, на втором этаже я живу. А ведь не пускають вовсе. С самого утра тут стоять… А у меня там молоко на солнцепеке осталось, испортится молоко ведь.

– А я на третьем этаже живу! – вставила низкая пухлая женщина в фартуке. – У меня там утюг остался горячий! Грю ему, пусти, окаянный! А он все одно талдычит: не велено, приказ, грит. А я грю: сгорит же дом ко всем псам! А он все одно: остыл твой утюг уже давно, грит.

Толпа зашумела в том смысле, что да, сгорит все, срочно нужно пройти и домой попасть. Рыбин сказал:

– Господа, успокойтесь. Сейчас я пройду, произведу осмотр места преступления, и вы все вернетесь по своим домам.

Толпа притихла в покорном ожидании. Рыбин, сделав приглашающий жест своим товарищам, предпринял попытку пройти в подъезд, но полицеймейстер остановил его, перекрыв своим мощным пузом весь путь.

– Не велено! – грозно проверещал он. – Никого не пропускать! Место преступления!

– Уважаемый, я веду это расследование по личному поручению господина Бургомистра! – сказал Рыбин наставительно. – Вы не имеете права меня не пускать.

– Ничего не знаю! Приказано никого не впускать до выяснения обстоятельств!

– Уважаемый, но мы и прибыли выяснить обстоятельства, – спокойно сказал Рыбин.

– Ничего не знаю! Вот когда выясните, тогда и приходите! – прокричал полицеймейстер, запрокинув нижнюю губу на верхнюю.

– Вот так, ваш бродь, весь день, – вставил седовласый, – ничего даже слушать не хотят.

– Откуда я знаю, что вы от Бургомистра, вдруг вы мошенники какие? Или жулики притом? – обратился полицеймейстер к Рыбину. – Где бумаги, подтверждающие ваше право пройти?

Рыбин достал из кармана конфискованную у мальчугана газету, и, гордо выпятив грудь, сунул заголовок статьи ему в лицо.

– Ну, объявления вижу, одинокая молодая прачка желает встретить покорителя ее сердца с толстым от ассигнаций кошельком… Не нужна мне прачка! Что вы мне тут тычите?! Пытаетесь усыпить мою бдительность?

Рыбин осмотрел газету, перевернул ее обратной стороной и снова представил полицеймейстеру на обозрение.

– «За дело об убийстве скорняка берется известный частный детектив Рыбин», – прочитал полицеймейстер. – И что же? Я должен теперь верить каждой бульварной газетенке? Где документ? Где подпись, наконец?! – он уже не сдерживал негодования. Тогда Компаньон, запустив руку куда-то за пазуху, извлек лист бумаги, отыскал на краю Бургомистрову подпись и оттиск гербовой печати, протянул ее полицеймейстеру. Тот внезапно стушевался, покраснел и стал лосниться еще больше.

– Прошу прощения, уважаемые господа, проходите. Вот с этого сразу и надо было начинать. А то какие-то газеты мне тут… Мало ли, – прищурясь и всматриваясь в лицо каждому проходящему добавил он, – ходят тут всякие… Вчера вон, кто-то вдребезги разбил витрину в ювелирной мастерской, – он задержал взгляд на Компаньоне, и тот боязливо прикрылся рукой и ускорил шаг. – А вы куда прете? – вдруг завизжал он своим звонким голосом. – Только детективам велено! Вам не велено! Подите прочь!

На улице снова зашумели в том смысле, что надо бы пропустить, а то молоко киснет да утюг греется, но полицеймейстер оставался неприступен.

– Как хорошо, что не успел использовать листочек по назначению, – проговорил Компаньон, озираясь по сторонам, – вот, пригодился хотя бы… А то как бы я его показал господину полицеймейстеру после использования?..

Контора скорняка Кожемякова находилась на первом этаже. В маленькой душной комнатенке на трех столах, расставленных по углам комнаты, были навалены груды какого-то тряпья, обрезки меха и кожи, разноцветные ленты и прочий хлам. На стеллаже в четвертом углу аккуратно лежали рулоны разнообразной материи. У дальней стены, посреди всего этого безобразия, возлежало тело самого Кожемякова в неестественно странной позе.

Компаньон привычно принялся шнырять по комнате, суя нос в каждый шкафчик и угол, француз многозначительно морщил лоб и прикладывал палец то к подбородку, то ко лбу. Рыбин подошел к телу и присел на корточки в задумчивости.

– Так-так… – он почесал шляпу и сморщился, недовольный результатом. – Осмотр места преступления, – Рыбин достал маленький блокнот и огрызок карандаша. – Осмотр места преступления, – записал он. – Рабочее помещение скорняка. Следов борьбы не обнаружено, тело лежит головой к северное стене. На стене видны красные подтеки, предположительно кровь. Судя по обширным гематомам на лице и перелому носа, смерть произошла от удара крупным тяжелым объектом в лицевую область головы. На лице заметны крошки бетона и побелки. По всей видимости, орудие убийства – стена.

– Упился ап стену! – француз поднял палец вверх.– Какое шестокое самоубийство!

Рыбин поднялся с корточек, посмотрел на француза с выражением, но ничего не сказал.

– Ура! Нашел! – внезапный радостный вопль Компаньона прервал Рыбина. Детектив и француз устремили взоры в сторону кричавшего. – Нашел! – Компаньон улыбался и указывал на дверь с изображенным на ней пузатеньким малышом на горшке. – Я же от самого Бургомистрова дома терпел!

Он, недолго думая, схватил ворох бумаг со стола скорняка и, хлопнув дверью, заперся в уборной, тут же начав хрустеть листами.

– На чем я остановился? – Рыбин посмотрел в сторону француза.

– Орудие убийства – стена, – послышался голос от двери. Полицеймейстер, видно, заинтересовался происходящим и стоял теперь у входа.

– А я-то думаю, что за амбре… – Рыбин с неприязнью покачал головой. – Ну так вот, отвлекся я… Убивец превышает жертву в силе, и, по всей вероятности, знаком со скорняком, так как ни следов взлома, ни следов борьбы не обнаружено.

– Знаком значит, подлец. Вот так-то со всякой швалью якшаться! – полицейский не унимался.

– Так, уважаемый, попрошу вас покинуть помещение, пока вы своей филейной частью не своротили чего, – Рыбин указывал полицейскому на выход. – Ступайте и продолжайте исполнять свои непосредственные обязанности по недопущению постороннего люда.

– Ну а что я? Я, может, подсказал бы чего, как-никак тридцать лет полиции служу, – полицеймейстер пожал плечами и вышел.

Рыбин, подождав, пока помещение освободится от представителя власти, продолжил осмотр.

– Так, рабочие бумаги, накладные и прочие документы следует изъять и изучить, – бегло пробежав взглядом по бумагам, Рыбин задумчиво произнес: – Та-ак, а вот бумаг-то, связанных с Бургомистром и его заказом нет…

Тут послышался шум сливаемой воды в уборной и Рыбина осенило:

– Компаньон, извольте выйти! Вы, помнится, брали для своих… эээ… нужд бумаги с этого стола!

Компаньон, выскакивая из туалета и застегивая непослушные пуговицы на штанах, радостно произнес:

– Ну а я их того, для своих нужд, так сказать, и этого… А что, бумажки и бумажки, циферки там какие-то, загогулины. – Нужны разве они были? Все равно на них ничего не разобрать…

– Грррм… – Рыбин устало покачал головой. – Так, ладно, бумаги мы изымаем, вызывайте медиков, осмотр завершен.

– Как завершьён? – дю Буржуа сделал непонимающее лицо. – Но ви так и не узнали главного – есть ли в этом домье дворьецкий!

– Да-да! – Компаньон требовательно воздел руку вверх. – Убийца-то! Нужно немедля допросить всех дворецких города.

Рыбин, не глядя на них, быстрым шагом направился к выходу, но вдруг остановился, осененный идеей.

– Господин дю Буржуа, раз уж вы вызвались помогать мне в расследовании этого дела, могу я поручить вам ответственное задание?

– Коньешно, мсье! Все, что угодно! – вмиг отозвался француз.

– Будьте любезны, опросите всех жильцов этого дома, а также жильцов всех домов этой и соседних улиц. Узнайте, видели ли они человека, похожего на дворецкого, выходящим из этого подъезда, или входящим в него. Разузнайте все подробности. Уверен, вы на правильном пути, и с вашей помощью мы быстро раскроем преступление, – сказал Рыбин, кивнул и скрылся за дверью.

– Се ля ви, – подмигнул Компаньон, хлопнул француза по плечу и поскакал за Рыбиным. Француз, засиявший как начищенный медный пятак от удостоенной ему чести, не спеша прошелся по комнате, обдумывая план действий, затем отправился на выход.

У подъезда изрядно утомленная толпа вяло перебранивалась с полицеймейстером, который все еще был непреклонен. Увидев дю Буржуа, он вопросительно поднял брови:

– Ну что там у вас? Все?

– Да, господьин полицьейский, осмотр закончьен. Можьете пропускать льюдей, мон шер. А где же господьин детектив?

– Ушли оне. Поймали экипаж и исчезли, ничего не сказав. И носы почему-то воротили. Вот так служишь всю жизнь полиции и государству родному, а потом всякие зазнавшиеся носы от тебя воротят. Неблагодарная работа. Ну что столпились?! А ну заходи по одному! – начал он размахивать руками, что твой семафор, подталкивая в спины зевак.