Kitabı oxu: «Компания «Охотники на монстров». Вендетта»

Ларри Коррейя

Şrift:

Larry Correia

MONSTER HUNTER VENDETTA

Любое использование материалов данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается

© Селюкова Д. А., перевод на русский язык, 2026

© ООО «Издательство АСТ», оформление, 2026

* * *

Посвящаю эту книгу Диамантину

Глава 1

И года не прошло с тех пор, как жизнь разбила мои иллюзии и выкинула в реальный дивный мир. Раньше я считал себя крепким середнячком, живущим обычную жизнь, строящим нормальную карьеру. Но все изменилось, когда однажды ночью начальник нашей бухгалтерии превратился в вервольфа и попытался меня сожрать. В таких ситуациях люди обычно выбирают два пути: либо сжимаются в комок и умирают, не выдержав столкновения с невозможным ужасом, либо встают и берут быка за рога – такие становятся охотниками на монстров. Босс едва не прикончил меня, но я выкинул его с четырнадцатого этажа. Он помер, а я нет. Я победил.

После этого события мне предложили работу. Оказывается, мало кто выживает в таких столкновениях, а убийство монстра – отличная строчка в резюме. Меня схантила компания «Охотники на монстров», топовая в этом бизнесе. Мы защищаем человечество от потусторонних сил, ползущих из самых страшных кошмаров, и зашибаем на этом неплохие деньги.

Не успел я освоиться на новой работе, как К.О.М. пришлось столкнуться с невыразимым злом из прошлого. Мы были буквально на волосок от гибели, но победили-таки Проклятого, а я спас мир.

И стал работником месяца.

* * *

Самая здоровая чупакабра в стае была не больше четырех футов, но эти ребята свои размеры отлично компенсируют бешеной яростью. А когда не могут добраться до своего обеда, становятся еще злее.

Дело было ночью, деревенская девушка как раз копалась в движке своего заглохшего посреди джунглей «Шевроле Вега», как вдруг на дорогу выпрыгнула, принюхиваясь, чупакабра. Увидев, как по грунтовке скачет, будто пьяный кенгуру, какая-то демоническая насекомоподобная ящерица, девушка закричала – и так разозлила тварь, что едва успела нырнуть в машину, спасаясь от щелкающих челюстей. Крики, доносившиеся из ржавого ведра с болтами, привлекли остальную стаю, и теперь по машине ползало с десяток чудовищ.

Чупакабры обычно не нападают на людей. Клыки-трубочки, торчащие у них из пасти, в человеческий череп входят как нож в пакет молока, но они инстинктивно охотятся на мелких животных. Вот только стоит стае чупакабр попробовать человеческой крови, как они слетают с катушек и начинают нападать все чаще и чаще. Я такого навидался на этой работе, что начал подозревать: либо люди обалденно вкусные, либо мы для монстров все равно что варенье для мух.

Твари все царапали окна и крышу машины, девушка все кричала. Легкие у нее были сильные – потому мы ее и выбрали. Ее крики взбудоражили монстров, и те хором завизжали в ответ. Ор стоял такой, что на много миль было слышно.

Четырехфутовый сердито прыгал на капоте «Веги». Это, похоже, был альфа-самец стаи, и он все понять не мог, почему стекло не ломается. Я внимательно наблюдал за ним в монокуляр ночного видения.

– Кажется, он что-то заподозрил, – прошептал Трой Джонс.

Я кивнул. Козососы, может, и умные для существ, у которых мозг размером с мандарин, но вот с пуленепробиваемыми стеклами они еще не сталкивались. Наконец альфа спрыгнул с капота и побежал к обочине. Я взялся было за рацию, но монстр помедлил, будто искал что-то, и вернулся с камнем в лапе. Забравшись обратно на капот, он поднял камень и начал долбить лобовое стекло. Остальные радостно заорали, подбадривая.

– Хм, а я и не знал, что эти комары-переростки умеют пользоваться орудиями, – сказал по рации Майло Андерсон, расположившийся через дорогу от нас. Мы уже несколько часов лежали в засаде, надев косматые маскхалаты поверх бронекостюмов и натершись каким-то вонючим жиром – чупакабры благодаря ему наш запах не замечали, а вот для местных насекомых это было все равно что соус – так они нас жрали.

Моя рация снова ожила.

– Придется обновить базу данных, – раздался голос Джули Шэклфорд. На фоне ревели двигатели вертушки. – Орудия… очень интересный факт!

А вот нашей фальшивой деревенской девчонке Холли Ньюкасл, сидевшей на переднем сиденье «Веги» в качестве приманки, было не до интересных фактов.

– Ребят… – позвала она, прекратив театральные крики. Мы услышали хруст трескающегося стекла. – Ребята?

Три бойца К.О.М. залегли в кустах, еще один – Холли – в машине, еще двое сидели в стремительно летящей на место вертушке. Вдоль обочин были аккуратно расставлены «клейморы», лежали штабелями пушки и боекомплекты… Кроме того, мы были вооружены идеально откалиброванными приборами ночного видения, тепловизорами, гонором и откровенной нелюбовью к злобным демонюкам.

Я нажал на кнопку рации.

– Погнали.

Меня зовут Оуэн Застава Питт, и я зарабатываю охотой на монстров.

* * *

– Предтеча на связи, – ворчливо раздалось у меня в наушниках. Наверное, я его разбудил. – Сколько времени?

– У нас почти полночь, – ответил я. Значит, в Алабаме был час ночи… или два. Я часовые пояса запоминаю плохо.

Он помолчал.

– Значит, либо кого-то съели, либо вы отработали контракт.

– Миссия выполнена, шеф. Джули поехала к мэру отвозить доказательства и организовывать перевод денег. – Доказательства состояли из холщового мешка, набитого головами чупакабр. – Стая была большая, но мы всех загасили.

Это был шикарный заказ: мексиканский курорт жил за счет туризма, поэтому, когда гостей начали находить с разжижившимися и высосанными органами, бизнесу это здорово навредило, особенно весной, в высокий сезон, когда у студентов каникулы.

– Отлично. Все целы?

– Целы. – В открытое окно моего гостиничного номера ворвалась громкая музыка: это возле бассейна, огромного, хоть олимпийский заплыв устраивай, гремела вечеринка пьяных по самую пищалку американских студентов. – Ждут зарплату.

– Срочность всегда хорошо оплачивается. Как команда себя показала? – спросил Эрл. Я знал, что на самом деле он хочет спросить, как команда себя показала без командира. Эрлу пришлось от поездки отказаться: нам его негде было бы запереть в полнолуние.

– Все молодцы, отработали красиво. – Для простых людей взрывающиеся чупакабры не образец красоты, но я знал, что Эрл поймет. Он, в конце концов, операционный директор компании, которая дела ведет так: зло поднимает голову, мы прилетаем, голову эту отрубаем, гонорар получаем.

– Хотел бы я там быть, но сам понимаешь. Отличная работа, Зет.

От этой похвалы на моих губах расплылась гордая улыбка. Мой босс нечасто отвешивал комплименты. Это была первая операция, которую я спланировал сам от начала до конца, и все прошло как по маслу. Ну, опытные «старички» Джули и Майло следили, конечно, чтоб я не накосячил, но все-таки я и правда отлично справился.

– Спасибо, Эрл. Завтра увидимся.

– Спокойной ночи, парень. Передай Джули, что я ее люблю… И в следующий раз звони-ка утром.

Я бросил спутниковый телефон на кровать, к броне и оружию. Прежде чем упаковаться перед обратным полетом, пушки следовало почистить: в джунглях влажно, а ржавчина наш злейший враг. Но сейчас мне хотелось не работать, а наслаждаться успехом. Подняв тяжелый кевларовый костюм, я стер козососову слизь с нашивки на рукаве – зеленого смайлика с рожками. Простой логотип, но мне он напоминал о тяжелом труде. Это был неофициальный логотип К.О.М., и носили его только охотники, отобранные в личный отряд Предтечи. Я ухмыльнулся и бросил костюм обратно на кровать. Сколько уже раз я подтвердил, что нашивку эту заслуживаю…

Номер, в который меня гостеприимно поселили, был очень даже – не то что клоповники, в которых мы обычно останавливались. Но я все равно не мог расслабиться: был на адреналине после миссии.

Я открыл стеклянную дверь и вышел на балкон. Хип-хоп стал громче, а от бассейна поднималось такое густое облако, что у служебной собаки припадок бы случился. Мой номер был на втором этаже, а внизу, вокруг диджейского пульта, бесилась толпа человек в сто, телевизионщики брали интервью у какого-то рэпера, собиравшегося проводить конкурс мокрых маек или что-то такое. Пьяная девица с радостным криком задрала футболку, показав мне все свое богатство. Я только и смог, что помахать в ответ. Старые добрые каникулы!

Жизнь была хороша. К. О. М. лучшая частная фирма в этом бизнесе. Я еще года не проработал, а уже планирую операции за границей, и самый опытный охотник в мире только что меня похвалил. Неплохо для бухгалтера, просто любившего пострелять!

Деревянный пол приятно холодил ступни. Я облокотился о перила балкона, как раз над знаком «Не облокачиваться» на английском и испанском, пригляделся к толпе, но никого из команды не высмотрел. Это, впрочем, было неудивительно.

Майло и Кулак, наверное, проверяли вертолет перед возвращением. Их в такое место не заманить, особенно Кулака, который вообще человеком не был и не любил толпу. У Майло жена готовилась вот-вот родить, так что он хотел только одного: быстрее домой. Трой не фанат вечеринок. Он нашел в сувенирном отеля единственный фэнтези-роман, какую-то ерунду от Л. Г. Францибальда, и, наверное, утащил к себе в комнату читать, как всегда. Такой задрот! Это я вам как бухгалтер говорю.

Холли производила впечатление любительницы вечеринок, но с ней никогда не угадаешь. Она с одинаковым успехом могла сейчас помогать монашкам в местном приюте и танцевать на столе в баре.

Джули ушла вытряхивать из местных чиновников деньги и должна была скоро вернуться. Я хотел пойти с ней, но, пока отпиливал головы козососам, так уделался, что Джули велела мне ехать в гостиницу и принять душ. Чупакабры – вонючие твари. Во всех смыслах.

В общем, моя девушка – поправка: моя невеста (я все никак не мог привыкнуть к тому, что мы помолвлены) – должна была скоро вернуться. Но дикие тусовки это не наше. Я, например, слишком много лет выкидывал из бара любителей нажраться и подраться, так что самому нажираться теперь не хотелось.

Приятно, впрочем, было смотреть на этих туристов и осознавать, скольких мы спасли от смерти. Кто-нибудь, возможно, завтра не проснется после дешевого пойла, но это уже их проблемы. Я отвечал лишь за то, чтоб их не съели чупакабры.

Мое самолюбование прервал громкий стук в дверь. Наверное, Джули вернулась, закончив с нашими чеками. Мне хотелось побыть с ней наедине. Правда, если б я хоть чуть-чуть подумал, то зажег бы свечи, включил какую-нибудь романтическую музыку, у нас же псевдоотпуск. Но в этом плане я тугодум.

Я закрыл балконные двери, задернул шторы и, под басы, от которых стекла дрожали, бросился открывать.

– Кто там? – крикнул я.

– Оуэн Застава Питт? – приглушенно спросили из-за двери.

Черт. Не Джули. Какой-то незнакомый тип. Нахмурившись, я взял с кровати один из пистолетов STI сорок пятого калибра, с удлиненным стволом, но целиться пока не стал. Я и работая в бухгалтерии немного параноил, а когда пошел охотиться на монстров, стал параноиком окончательно. Номер был забронирован на фамилию Шэклфорд, и все переговоры с курортом вела Джули. Кто, кроме моей команды, мог знать, как меня зовут?

– Ага. Что вы хотели?

– Мистер Питт, я долго к вам добирался, – сказал незнакомец с британским акцентом, но не таким, как у актеров шекспировского театра, а таким, будто его носитель вырос в плохом районе. – Могу я войти?

Если работа в К.О.М. меня чему и научила, так это не приглашать в дом непонятно кого.

– Слушай, мужик, не знаю, что ты продаешь, но мне это не нужно.

Я тихо-тихо подкрался к глазку. Свет в коридоре выключился, поэтому мне видны были только глаза незнакомца и очертания лица. Дружелюбным он не выглядел, но то же и обо мне можно сказать. Он, наверное, заметил, как потемнел глазок, потому что глянул прямо на меня, хмурясь. Увидеть меня он вообще-то не мог, но я чувствовал на себе его оценивающий взгляд, и по спине бежали мурашки.

– О да. Тебя-то мне и надо.

Дверь затряслась, но не вылетела пока.

Я резко отпрыгнул и вскинул пистолет. Дверь затряслась сильнее, словно ее пытались разрушить вибрацией. По деревянному полотну уже поползли трещины. Я прицелился.

– Назад! Предупреждаю!

Все лампочки в комнате рванули разом, и в темноте душераздирающе захрустела дверная коробка. До чертиков перепуганный, я пальнул два раза прямо по центру двери, зная, что она не остановит 230-грановые серебряно-свинцовые пули. И правда, тряска прекратилась.

Я инстинктивно отступил, заняв позицию за кроватью, – наученный горьким опытом общения со сверхъестественным. Вот хотелось бы мне побольше времени, чтобы надеть броник, а не бегать в шортах и футболке! За спиной у меня все так же орала музыка, выстрелов из-за нее наверняка никто и не услышал.

Быстро моргая, чтоб приспособиться к темноте, я ждал, все так же целясь в дверь. Впереди под стволом моей пушки был прикручен фонарик, и я уже положил палец на кнопку: кто бы ни вошел, получит луч света в глаза и пулю в череп.

– Давай… – прошептал я.

Ужасно грохоча, дверь сорвалась с петель и рухнула на пол. В комнату вплыла огромная тень – казалось, она даже пригнулась, входя в проем. Она выпрямилась, нависая надо мной, бесформенная, жуткая, этакий пугающий клуб черного дыма. Я впервые такое видел.

Луч моего фонарика прошил тьму… и я удивленно моргнул. Огромная тень исчезла, вместо нее на меня уставился обычных размеров мужик. Тощий, жилистый, лет тридцати с хвостиком, стриженная под машинку голова, рожа неприятная. Одет он был в черные джинсы и серую толстовку с капюшоном, чтобы не выделяться из толпы. Одной рукой прикрыл глаза.

– Не шевелись, – приказал я из-за кровати, наведя тритиевый прицел точно на середину его груди.

– Так вот ты какой, великий охотник, – спокойно сказал «гость». – Для такой невероятно важной шишки ты очень уж невзрачный.

Он рубанул ладонью воздух, и лампочка в моем фонарике лопнула.

– Крутой трюк, – отозвался я и нажал на спусковой крючок.

Но цель уже смылась. Гигантские ручищи стиснули мои бицепсы, прижали меня к стене. Руку охватил смертный холод, тень вырвала у меня пистолет чуть ли не вместе с указательным пальцем. Я попытался ударить ее локтем, но это было все равно что бить воздух.

А вот его удар кулаком в бок был словно ледяной молоток в печень. Я охнул от боли.

Когда доходит до рукопашной, я очень опасный сукин сын, не преувеличиваю. Я дрался с лучшими бойцами – и на свету, и в темноте. Думать времени не было, только действовать, и я быстро ударил туда, где должен был стоять враг. Но лишь наткнулся на кровать. Он обошел меня так быстро, что ветерок пронесся. Я ударил назад, но снова промахнулся, получив мощный удар в плечо. Атаковал ногой… Но что-то холодное, невероятно огромное поймало меня и дернуло. Я плашмя упал на пол, замычал от боли: полы тут были твердые.

Он схватил меня за грудки и легко поднял. Я в ответ схватился было за его руки, надеясь провести захват, но пальцы прошли сквозь пустоту. А тень с силой вмяла меня в гипсокартон стены.

– Я заберу тебя с собой, охотник, хочешь ты или нет. – Голос Англичанина слышался как будто отовсюду, холод давил мне на грудь, а я мог только отмахиваться. Темнота струйкой дыма вилась вокруг моей руки, легкие сдавило так, что не вздохнуть. Чувствуя, что скольжу по стене все выше, я запаниковал, пытаясь отбиваться ногами, коленями, локтями и кулаками, но это было все равно что бить воду. Меня схватила какая-то бестелесная хрень, и я потихоньку терял сознание.

– Бесполезно, – усмехнулся Англичанин в ответ на мои порывы. – Я ожидал хотя бы настоящую драку. Неужели это и правда ты победил повелителя Мачадо?

Это имя… О нет, только не снова. Только не опять! Рот заполнил мерзкий привкус страха.

Меня снова приподняло, как пушинку, и швырнуло через всю комнату. Я врезался в стену возле ванной, осел на ковер. Перед глазами все кружилось, но я тут же пополз обратно к кровати, за оружием. Оказавшись в нескольких футах от нее, я разглядел, что огромная тень мечется по комнате, словно нервно ходит из стороны в сторону.

– Но ты точно важная шишка. Сообщение не сразу до меня дошло. Я был в шоке: ты не представляешь, как редко Древние выходят на связь с этим миром. О, Владыка Ужаса будет в восторге, когда я тебя доставлю. Не знаю, как ты умудрился попасть к нему в список плохих мальчиков, но тебе звездец, не сомневайся.

Шагнув еще, тень оказалась как раз в луче света, пробивавшемся между штор, и снова стала человеком, но еще шаг – и он растаял.

Мне срочно нужен был свет. Кем бы ни был этот козел, тело обретал только на свету.

– Древние пусть в задницу меня поцелуют! Каракатицы хреновы.

Я добрался до кровати, но в ту же секунду тень сжала мои запястья леденящей хваткой и потащила меня по полу к двери.

– Пора идти. Владыка ждет.

Я забился, пытаясь вырваться, но только кожу натер об ковер.

Комната вдруг вспыхнула зеленым. Черный дым вокруг моего запястья превратился в обычные человеческие пальцы. Англичанин нахмурился.

Фейерверки. Внизу запускали фейерверки!

Я вмазал ему ногой по ребрам так, что он улетел в ванную. Времени не было – я вскочил, нашарил на кровати рукоять ганга рама в кожаной оплетке – моего гималайского кукри – и выхватил его из ножен.

Из ванной послышался душераздирающий металлический скрежет, будто что-то выдрали из стены. В красной вспышке фейерверка я увидел, как прямо на меня летит что-то большое, белое…

Унитаз просвистел в паре дюймов от моей головы, сорвал шторы, вынес балконную дверь и унесся в ночь.

В комнату ворвалось больше света, тень, выплыв из ванной, надвинулась было на меня, но быстро сжалась до размеров Англичанина. Взревев, он кинулся в атаку.

– Ну, понеслась, – пропыхтел я, встав на ноги, и ткнул ножом вперед. Англичанин выпучил глаза от удивления, глянул вниз: изогнутый ганга рам проломил его ребра и вышел из спины. Я изо всех сил налег на рукоять, поведя вверх.

За последний год я много тварей этим кукри зарубил, и обычно из них при этом хлестала кровь, а тут – ничего, вообще никакой жидкости, словно я ветчину нарезал. Англичанин сердито нахмурил брови, неспособный превратиться в свете фейерверков, и схватил меня за горло, приподняв над полом.

– Я пытался быть вежливым! – заорал он, не обращая внимания на фут стали в кишках. – А ты по-плохому захотел! Я хотел тебя притащить Древним в здравом уме, но не-е-ет, надо же повыделываться!

Я продолжал его пилить, стараясь найти сердце, а он даже и не замечал.

– Ну ладно! Значит, сожрем твой мозг, а Древним притащим тебя в виде овоща. Они людей ни во что не ставят, даже не заметят разницы. – Его шея вдруг раздулась, словно рыба фугу. – Пора ужинать, дружок!

Он запрокинул голову, широко распахнул рот, и оттуда, цепляясь черными коготками за губы, полезла какая-то тварь: моргнули красные глазки, открылась круглая пасть, полная зазубренных, как рыболовные крючочки, клыков. Тварь сунулась прямо к моему лицу, и я почувствовал, какая она голодная…

Ну нахрен!

Я выдернул кукри, занес высоко над головой и обрушил вниз, отрубив Англичанину кисть. Хватка на моем горле разжалась, я упал на пол, хватая ртом воздух. Нога в кроссовке пнула меня в живот, и я полетел через всю комнату как футбольный мяч, ударился о балконную дверь и понял, что отрубленная рука так и цепляется за мое горло. Я ее отшвырнул. Монстр, вылезший у Англичанина изо рта, завизжал чуть ли не на ультразвуке, но тот сглотнул, и тварь исчезла.

Он поднял обрубок руки, оттуда повалил черный дым и, изогнувшись, принял форму новой руки. Англичанин сжал новоиспеченный кулак и, опустив голову, попер на меня.

Человек должен знать свои пределы, и этот тип мне был не по зубам. Поэтому я вскочил и, ойкая, побежал на балкон прямо по битому стеклу. Не задумываясь об опасности, я перескочил через перила и сиганул вниз.

Приземлился я в розовые кусты, прямо на осколки унитаза. Ноги от удара словно молнией прошибло. Я полежал секунду, пытаясь отдышаться. Здоровякам вроде меня всякая акробатика дается нелегко. Я выполз из роз и рухнул на плиты у бассейна, раскидав студентиков, как кегли. Левую ногу дергало, но я смог-таки встать и поднял кукри, на который каким-то чудом не напоролся.

– Я тебе нужен? Иди и возьми! – крикнул я, задрав голову. Англичанин пялился на меня, опершись о перила, а над бассейном все взрывались фейерверки. Здесь, внизу, света было достаточно, и я чувствовал, что он ко мне не сунется. Я вскинул кукри, а свободной рукой показал уроду средний палец. Увидев нож, студенты побежали, крича и расплескивая пиво.

– Ну я так и думал! Сосунок!

– Это еще не конец! – крикнул в ответ Англичанин, пытаясь переорать музыку, и вдруг кивнул кому-то на другой стороне бассейна. Я не понял, кому он сигналил, но чувствовал, что не девчонкам с конкурса мокрых маек. Потом он взглянул на меня и ухмыльнулся.

– Неплохо. На этот раз. Но я еще притащу тебя к Владыке Ужаса живым или мертвым.

– В следующий раз пытайся лучше!

– До встречи, охотник. Еще увидимся… Если ты сейчас выживешь.

С этими словами он отступил и растворился в тенях.

Надо было добраться до рации, позвать своих и догнать этого урода. Но стоило мне шагнуть, как в пятку вонзился кусок битого стекла. Вздрогнув и ругнувшись, я выдернул тонкий осколок и выкинул в кусты.

– О черт! Мужик, ты как? – спросил какой-то дурак. – Ты ж типа это, из окна выпал.

Я так на него уставился, что он отступил. И все, кто хотел еще что-нибудь вставить, расступились. Я похромал было ко входу, чтоб собрать своих, но на дальнем конце бассейна началось какое-то шевеление, кто-то закричал от ужаса, так громко, что даже музыку смог переорать. Я, окровавленный, со здоровым ножом в руке, обернулся.

– Ну что еще?!

Зомби. Целая толпа зомби.

Вечеринка официально кончилась.

Кто-то припарковал грузовик доставки у выхода к бассейну, открыл кузов, и из него повалили ожившие мертвецы, уже основательно разложившиеся. С них на ходу сползала плоть, у многих не хватало глаз, носов и ушей. Толпа была такая огромная, словно их там в грузовике буквально штабелями сложили.

Есть много разных видов нежити. Зомби – самые простые, всего лишь ожившие трупы, которых только одно интересует: жрать плоть. Но есть большая проблема: они плодятся как кролики. Их укус смертелен, и укушенные обязательно сами превращаются в зомби. Яд сразу поражает нервную систему, даже если отрежешь укушенную конечность, – трансформации не избежать. Короче, та еще головная боль, для охотников зомби все равно что тараканы. Если как следует вооружиться и взять друзей с пушками, зомби даже для новичка не проблема: обычно они тупые и медленные. Вот только я был один, побитый и без пушки. Кукри, конечно, здоровый ножик, но всего лишь ножик. Сомнительный рецепт успеха.

Я мог убежать. Пусть лодыжка уже распухла, они бы меня и хромого не догнали. Я мог собрать отряд, вернуться с настоящим оружием. Так было бы безопасно. Но прямо на моих глазах какого-то студентика, вчерашнего подростка, схватили зомби, набросились на него как стая собак, и он тут же перестал кричать и сопротивляться. Твари буквально вываливались из грузовика, вставали на ноги и брели в толпу. Туристы запаниковали, увидев, как у их друзей вырывают кишки, сотни людей побежали, возникла давка, маленькие и слабые падали, оставаясь на корм зомби.

Запах разложения ударил мне в ноздри.

К.О.М. частная компания. Мы не копы. Мы не федералы из Бюро контроля за монстрами. Мы наемники, работаем по контракту и не обязаны никого защищать, если нам за это не платят. Кидаться в самое пекло – самоубийство…

– А… хрен с ним!

Я вскинул ганга рам и побежал на грузовик, расталкивая убегающих студентов. Их было много, но и я парень не маленький: если решу куда-то прорваться, меня трудно остановить. Голые ступни скользили по мокрым плитам: упавшие в воду поднимали много брызг. Весь двор был забит народом, паника витала в воздухе.

Самые трезвые еще могли убежать, но сидящие в воде были все равно что шведский стол. Какая-то девушка попыталась выбраться, но один зомби схватил ее за волосы, потащил к зубастой пасти, полной личинок. Я отсек ему руку прямо у локтя, и девушка упала обратно, окатив нас брызгами. Зомби автоматически развернулся ко мне, и я снес ему половину башки прямо по брови. Ходячий труп обмяк, став просто трупом. Вот как полезно знать анатомию монстров: лиши зомби мозгов – и он сдохнет.

Меня заметила зомби-старушка и кинулась.

– Ого! – Я еле успел отскочить. Эти зомби оказались неожиданно быстрыми. Я обычно имел дело с простыми, а о скоростных только слышал. Они все лезли и лезли: головы набок, безгубые рты щелкают челюстями. Если эти челюсти прокусят мою кожу, я не просто умру – хуже.

Окровавленной пяткой я раздробил мертвой старухе колено, и она повалилась в бассейн.

Зомби наступали спереди, зажимали с боков, а я рубил их направо и налево. Должен был защитить этих детишек, просто должен был. Самое ироничное, что многие из них были мне почти ровесниками. Вот упал какой-то парень: зомби вскочил ему на спину, потянулся к шее. Они были слишком далеко, добежать я бы не успел, поэтому схватил пустую пивную бутылку и бросил в тварь. Бутылка разбилась о череп зомби, но он даже не заметил – оказался слишком занят ужином: вцепился бедняге в горло. Крик быстро превратился в бульканье.

Я опустил плечо и протаранил соседнего зомби, чувствуя, как кости ломаются под тонкой кожей. Быстро перекатившись, я вскочил на колени и одним ударом снес ему башку. На лезвии осталась паутина и черная жижа. Воняло так, что меня чуть не стошнило: покойники были, прямо скажем, несвежие.

В грузовик поместилось, наверное, штук пятьдесят трупов, но они стремительно размножались: тела укушенных уже начали подергиваться. Музыка все так же орала, взрывались фейерверки – в общем, происходил полный хаос, и я понимал, что, если это все не остановить, у нас случится локальный зомби-апокалипсис прямо в центре города. Какая-то девчонка, абсолютно угашенная, захихикала, показывая пальцем на смешно ковыляющих зомби, не видя, что к ней подбирается еще один. Торчки чертовы… Я побежал к ней, но чья-то рука ухватила меня за щиколотку будто клещами. Глянув вниз, я увидел укушенного парня. Он потянул меня за ногу, распахнул рот… Мозг его уже умер, нервная система работала лишь на одном импульсе – жрать. Оживали свежие зомби сразу же после укуса… плохой знак.

– Прости, дружище, – сказал я и разбил ему башку. Меня окатило мозгами. Еще два удара – и он перестал дергаться. Свежих успокоить труднее.

Я отвлекся надолго: когда повернулся обратно, угашенная уже лишилась носа.

– Черт!

Послышался выстрел – это из гостиницы выбежал охранник, посмотреть, что там за шум, а теперь дикими глазами наблюдал, как на него прут твари, которых даже пули не берут. Одна пуля прошла мимо зомби и, к счастью, вырубила колонки, и во внутреннем дворике наступила тишина, прерываемая только стонами нежити и криками убегающих.

– Целься в голову! Cabeza! – заорал я и, перепрыгивая через дергающиеся тела, бросился к обалдевшему охраннику. – Despidalos en las cabezas!

Зомби, тащившемуся передо мной, я проткнул пыльную глотку и отковырнул голову. Охранник упал на колени, закрылся руками от бросившейся на него мертвой девицы в пожелтевшем свадебном платье. Слишком далеко. Мой ганга рам был сбалансирован не как метательное оружие, но я все равно его швырнул, целясь зомби в голову.

Попал он рукоятью, зато хотя бы отвлек «невесту». Прежде чем она снова повернулась к охраннику, я успел схватить ее за гниющую челюсть и повернуть до хруста, так, что пустые глазницы уставились на меня. Зомби шлепнулась на землю – похоже, сворачивать им башку тоже выход.

Тяжело дыша, я подобрал нож. В порозовевшем бассейне уже никого не было, только пара разорванных тел колыхалась на поверхности, да несколько зомби бродили по дну. Все живые уже убежали, нежить, приехавшая в грузовике, разбрелась по курорту гоняться за студентами и распространять свое проклятье. Недавно погибшие уже начали подниматься. Курорт стоял прямо на окраине городка, в котором спали мирным сном тысяч пятьдесят жителей. Все это могло очень быстро и очень плохо кончиться.

Охранник перекрестился, дикими глазами оглядывая утопающий в крови дворик.

– Madre de Dios!

Пришлось напомнить себе, что обычных людей шокирует скорость, с которой разворачивается резня. Я, наверное, уже к такому привык.

– Ага, да… Если тебе это больше не нужно… – Я забрал у него револьвер, древний «Смит Милитари-энд-Полис» за которым, очевидно, никто не ухаживал, вытряхнул из ржавого барабана стреляные гильзы. – Э… cartuchos?

Охранник полез в карман, дрожащей рукой высыпал шесть тусклых патронов тридцать восьмого калибра, развернулся и убежал. Я не мог его винить, так что просто наклонился подобрать патроны…

– Зет! Сзади! – Раздался выстрел, спину мне окатило чем-то теплым, и свежий труп с разможенным черепом повалился на плиты. – Зомби? Откуда тут зомби?!

– Холли. Рад тебя видеть. – Я защелкнул цилиндр старого револьвера. Холли Ньюкасл бежала ко мне с ружьем в руке, в незастегнутом, болтающемся бронежилете. – У нас тут проблема.

– Да ладно! – отозвалась она и, развернувшись, безжалостно всадила несколько зарядов в поднимающихся туристов. За последний год она научилась здорово стрелять. Чтоб не оглохнуть, мне пришлось зажать уши пальцами: «Вепрь» триста восьмого калибра штука громкая. Холли-то успела надеть электронные шумодавы, а мои остались в номере.

– Я была на пляже, увидела бегущих кричащих людей, похватала вещи и сюда. Какого хрена происходит? Где наши?

Только сейчас я заметил, что, кроме бронежилета, на ней только желтое бикини и шлепанцы.

– Не знаю. – С улицы, из-за грузовика, донесся приглушенный стрекот пистолета-пулемета. – Так, Трой вон там, у него все схвачено. – Я окинул взглядом дворик. К бассейну вели еще два прохода между корпусами. – Ты туда, я туда. Рации у меня нет, попробуй докричаться до остальных. Надо зачистить зомбятник, пока не вышел из-под контроля.

– Есть, – отозвалась она, вставляя свежий магазин. – Как сказать местным «Прячьтесь, заприте двери, зомби идут»? Черт, надо было учить испанский.

– Vaya adentro. Cierren sus puertas. Э… Так, вот это в школе не проходят… – Я свободно говорю на пяти языках, но испанский в эту пятерку не входит. – Hay muertos andandos afuera. И еще: увидишь англичанина, блондина, коротко стриженного и в темной одежде, – включай фонарик и стреляй.

– Чего? – Холли убивала безо всяких моральных терзаний, но даже ей нужна была причина.