Kitabı oxu: «Анна Молокоедова. Жизнь побеждает»

Глава 1 Начало

Сколько помню себя, она была рядом. Бабуля, бабушка Аня. При этом мне всегда казалось, что она старенькая. И в её 54, когда я ей, смеясь, объясняла, что бегать – это же весело и просто. И в 72, когда она мне объясняла,что готовить обед для семьи не так уж и сложно, имея в доме газовую печь с четырьмя конфорками.

В свои 83 она освоила мобильный телефон. Самый простой, кнопочный. Зато далекие расстояния между нами сокращались до трех гудков. Темы для разговоров у нас находились всегда: новые рецепты, погода, политическая ситуация в мире – всё нужно обсудить, на каждый момент высказать своё мнение. При этом самой важной для меня и самой болезненной для неё была история семьи Молокоедовых. Семьи, в которой она родилась и росла. Потеряла, а позже пыталась собрать воедино. Эту историю она выдавала по крупицам, маленькими дозами, каждый раз пересиливая себя при таких беседах. Что-то сохранилось у меня в памяти, что-то успела записать в тетрадь, а о чем-то она так и не смогла рассказать.

Просто не хватило времени и уже сил…

Воспоминания переплетались разные. То из детства в родной Курской области, то молодость в Донецкой. Редко, но с теплотой рассказывала о жизни в детском доме, стоящем в тихом сосновом лесу в Сибири. География – поражает. Кто-то позавидует – сколько разных городов довелось увидеть человеку… Но зачастую переезды бабушки были не по её желанию.

Курская область. 1930-1940е гг.

Семьейство Молокоедовых любили собираться все вместе. Пятеро братьев, их жены, дети. В большом доме всем хватало места. Теплыми весенними и летними днями отдыхали, как правило, в тени фруктовых деревьев, растущих в саду. Непременно распахивали окно и Аксинья (так звали бабушкину маму) выставляла на подоконник патефон. Чуть ли ни единственный на всю деревню.

Музыка лилась по саду и ребятишки ( семнадцать детей в семье было!) резвились среди цветущих деревьев. Женщины в это время пели песни – сами или подпевали пластинкам, плели друг другу венки…

Дом семьи Молокоедовых был самым большим в деревне Бердянка. Благодаря стараниям Василия и его братьев. Строили добротно, ведь в нем должно было прожить не одно поколение семьи. Дети вырастут. И хотя дочери, выйдя замуж, упорхнут из родительского гнезда под крыло к мужу, сыновья же приведут своих жен в эти стены. Ухоженным и чистым дом был благодаря стараниям Аксиньи, жене Василия. Дом деревянный, крепкий. Один из первых, где дощатые полы были выкрашены, а не выскоблены. С красивыми большими иконами в святом углу.

Из пяти братьев до войны семьями успели обзавесьтись только четверо. Интересным моментом было то, что все они взяли в жены девушек сирот. Матрена, Матряха, Настя и Аксинья были приняты в семью с любовью. В ответ девчата тоже дарили любовь и уважение, к мужьям и их родителям.

Василий и Аксинья были необычной парой. Девушка – высокая, красивая, статная, при этом муж красавцем не был, рыжий, невзрачный. По деревне его называли "Корявый". Однако души не чаяли друг в друге. Чувства пронесли через всю свою семейную жизнь, к сожалению короткую. Не успели насладиться счастьем и родительским, не увидели, как выросли их дети. Сложная судьба. Но об этом чуть позже.

Матрёна, другая невестка, как-то рассказывала: гуляли с девчатами по деревне, проходя мимо дома Молокоедовых, любовались им, девушка в мыслях мечтала – вот бы стать частью этой семьи, как же хочется в таком красивом доме жить. И приглянулась она на одном из гуляний Григорию, младшему брату Василия. А самого Василия она нежно называла "брАтка". Своей стала в большой и дружной семье. Вместе гуляли, вместе работали. Кто на посевных, кто на покосах. Пасека своя была.

Одно из ярких воспоминаний того времени пятилетней малышки Анечки : гул пчел с пасеки разносится по всей округе – ведь всё цветет и благоухает, а взрослые девушки ( да, для пятилетней девочки они все были взрослыми) плели венки, пели песни в перерывах между посевными работами и подшучивали друг над другом.

Жизнь текла размеренно, было ясно, что будет завтра. По крайней мере этим обычным людям обычной деревни в Курской области, они ПРОСТО ЖИЛИ....

Спокойное, мирное время…

Глава 2. Детство Анны. В семье.

Каждый раз, когда я просила рассказать о детстве, бабуля задумывалась на какое-то время и говорила : "Разное бывало: и хорошее, и плохое…"

Пока не началась война, время текло спокойно и почти безмятежно. Именно почти. Потому как и в мирные дни хватало неурядиц. В тридцатых-сороковых годах продолжала работать система доносов. И если кто-то начинал выделятся на фоне остальной деревни "зажиточностью" или пытался вести хозяйство не по правилам – могла грянуть беда в виде нашептывания соседей "куда надо". А уж если при этом ты ещё и председатель колхоза – жди недоброго…

Василий старался вести колхозное хозяйство по правилам, при этом не обижая людей. Одна из зим накануне войны выдалась голодной. Чтобы люди не пухли с голоду, председатель частично раздал посевное зерно. Нашелся "добрый" человек, состряпал донос. Арестовали отца семейства. Как расхитителя социалистической собственности. Долго мать Аксинья горевала, места себе не находила. Каждый раз, выходя на крыльцо дома, вглядывалась вдаль – может, идет её ненаглядный, отпустили его.

Однажды зашла во двор цыганка с детьми.

– Что снилось тебе, молодайка? – спросила она у матери.

Аксинья рассказала про беду семейную. Выслушала её странница и говорит:

– Не печалься, и детей своим видом не тревожь. Вернется твой сокол домой. И я в тот день к тебе приду. Не забудь угостить меня и сказать спасибо.

Не поверила Аксинья, но всё же дала хлеба цыганским ребятишкам, смотрящими голодными глазами на неё.

Прошло какое-то время и Василия действительно отпустили. Началась война и крепкие хозяйственники нужны были на свободе, а не в тюремных застенках. Обрадовалась Аксинья – баню натопила, собрала на стол, что смогла. После купания и обеда отправила мужа на печку, отдыхать. Дети были рады, но мать велела не шуметь и каждый из них занялся своим делом – кто в огород, кто играть с соседскими ребятишками.

Раздался громкий стук в дверь. Испуганная жена, задернув штору над печкой, вышла на крыльцо. Перед ней стояла та самая цыганка. В этот раз она пришла без ватаги детей.

– Ну что, молодайка, вернулся твой муж, накормила хозяина? Снова семья в сборе?

– Сама я дома,– буркнула Аксинья неприветливо. Испугалась, сама не знает чего.

– Смотри, не надолго собрались вы под одной крышей. Разлетитесь в скором времени. И мужа своего не увидишь больше. Дети попробуют собраться вместе через много лет, но ничего не получится.

Хлопнула хозяйка дверью перед странницей. Дрожь унять долго не могла. Но Василию ничего не сказала о посетительнице. И детям наказала отца не тревожить. С тех пор у маленькой Ани остались боязнь и недоверие к цыганскому народу.

Тем временем четверо братьев Василия – Егор, Григорий, Сергей и Тихон – отправились на фронт. В разные войска попали, никто из них не вернулся с войны. Григорий пропал без вести, о чем Матрена получила соответствущее оповещение. В послевоенные годы пыталась она отыскать его самого или место гибели, но безуспешно.

На других братьев пришли похоронки. Погибли, геройски защищая Родину. Кто-то посмертно, а кто-то при жизни получили награды – ордена и медали. Василий же оставлен был в тылу. На фронт его не брали, оставили временным председателем колхоза. На фоне таких событий жёны братьев практически перестали общаться с семьей Аксиньи и Василия – неблагонадежные, полной семьей живут в военное время… Да и соседи косо посматривали. И снова донос, и снова отца семейства арестовали…

Фашистские войска дошли быстро до Курской области. Четко врезались в память снаряжение немецких солдат и их вооружение. Походные печки для разогрева обеда, мотоциклы для быстрого передвижения – всё это было в диковинку наблюдать и взрослым, и детям..

Для размещения офицеры выбирали себе лучшее жилье на деревне, жили там, не обращая внимания, женщины тут или дети…

Вся живность была уничтожена… Куры, коровы, свиньи – всё вырезалось и шло на питание вражеских солдат… Чем в это время питались жители деревни, захватчикам было плевать…

А женщинам приходилось кормить детей лебедой, лопухами…

Вражеские солдаты вели себя варварски на захваченных территориях – фруктовые сады вырубались… Не на дрова.. Срубленные деревья оставались лежать беспорядочно на земле… Садов больше не было… Торчащие обрубки стволов только напоминали о них…

А когда фашистам пришлось покидать деревню, прекрасные крепкие дома безжалостно жглись… Ещё одно невиданное ранее страшное орудие – огнеметы… Столб пламени врывался под крышу, вспыхивало всё мгновенно… Не всегда люди успевали выскочить из своего жилья..

Вот и старший брат бабули – Николай – ночью проснулся от запаха гари, начал будить мать, братьев и сестру… В чем были, успели они выскочить из дома…

Босыми ногами стояла мать с малыми детьми на припорошенном снегом дворе… И никто из них не чувствовал холода… Всё внутри горело от боли за потерянный кров и от непонимания, что делать дальше…

Пламя пылающего костра навсегда врезалось в память бабушке..

Были в её жизни потом и пионерские костры, и походные…

Но тот страшный костер пылающего дома был самым большим на её памяти…

Глава 3. Детство Анны. Сибирь. Детдом.

Немцы ушли из деревни, но легче от этого семье не стало. Сразу же было сообщено, что Василий был деревенским старостой. Арестовали его. Аксинья безуспешно оббивала пороги разных кабинетов – даже не говорили, куда его забрали. Удар за ударом наносила судьба.

Одна с детьми, семьи братьев отвернулись, дом сгорел – что делать молодой женщине, как спасаться? Вместе с Николаем, старшим сыном, вырыли землянку. Какое-то время укрывались в ней. А потом пришли офицеры НКВД и объявили, что Аксинья с детьми – семья врага народа и подлежит выселению в Сибирь....

Вагоны товарного поезда – первое неизгладимое впечатление детей от железной дороги. В них загнали по нескольку таких же семей – женщин с детьми разного возраста. Из удобств – дырка в полу посреди вагона. Ехали сидя на полу. Матери застилали своими юбками пол, чтоб дети не сидели на ледяных досках. Умерших людей сопровождающие состав солдаты оставляли по дороге. Это же враги народа…

Страшная дорога, страшные воспоминания. Непросто говорить о них бабуле. Больших усилий всегда стоит ей разговор на эту тему.

По прибытию в Томскую область Аксинья умерла.. Не пережила дороги физически, не смогла принять разлуки с мужем. Дети – Николай, Иван, Анна и Валентин были распределены по детским домам области. Разным. Потеря за потерей преследовала семейство Молокоедовых. Некогда большая семья разлетелась в щепки, как и предсказывала цыганка…

Анечке повезло с детским домом. Если можно назвать детство без родительской ласки и любви братьев везеньем. Несколько зданий различного назначения – учебные классы, спальные комнаты, хозяйственные постройки, мастерские – стояли в окружении леса. Очень много хвойных деревьев. Но особо впечатлили малышку кедры. Были они огромны, высоки и величественны. Аня представляла, что это родители оберегают и защищают её. Хотя детей здесь не обижали, а наоборот – очень хорошо относились.

Нянечки, воспитатели и даже директор детского дома – все были из ссыльной интеллигенции. Они занимались воспитанием детей, обучением. Причем не только стандартная учебная программа давалась, а велись различные кружки, в том числе и спортивные. Здоровье Анечки не позволяло ей активно заниматься спортом – больное сердце, переезд в ледяных вагонах, аллергия на все возможные лекарства… Однако при таком "наборе" она играла в волейбол, участвовала в гимнастических пирамидах.

Огромная библиотека детского дома помогала детям и их воспитателям не впасть в уныние и не опускать руки. Кроме учебы и спорта взрослые старались занимать детей и общедомашними делами. Малчишки помогали с заготовкой дров в лесу. Зимними вечерами большой компанией нянечки с девчонками садились за лепку пельменей. Потом это относилось для заморозки на чердак и ссыпалось в мешки. Игрушки для новогодней елки ребята тоже делали самостоятельно.

Одной из забав было катание зимой на санях. Когда воспитатели засыпали, ребятишки потихоньку пробирались на улицу. У спящего сторожа уводили сани – взрослые мальчишки становились вместо лошадей, а мелюзга садилась в сани, вереща от смеха. Кому не хватало места, неслись на горку кататся на ледянках. Не всегда хватало сил поставить сани на место. Иногда сторож находил их чуть поотдаль от своей сторожки. За что и влетало озорникам. Даже тем, кто не участвовал в гуляньи. Ребята не сдавали друг друга, не ябедничали…

Одежды детишкам кое-как хватало, нянечки старались что-то перешивать, чтоб девчонок порадовать. А вот с обувью была беда. Зимой валенки носили по очереди. Если промокали – обязательно сушить к печке надо поставить. Да ещё проследить, чтоб не сжечь. Если кто-нибудь хотел побыстрее просушить – ставил поближе к огню. И вот тут могло случиться непоправимое…

На вопрос , что самое вкусное было в детстве, бабуля отвечала :

– Когда жили ещё семьей, мальчишки, чтоб не брать меня с собой гулять, давали мне кусок сахара – только мамке не проговорись, Анька. А в детдоме самым вкусным лакомством были огурцы с медом. Летом детдом ездил на пасеку помогать. И вот старый пасечник угощал детишек огурцами со своего огорода и медом.

Подрастая, маленькая Аня продолжала мечтать о встрече с братьями. С завистью и надеждой смотрела она на выпускников детского дома, которые покидали его с картонным чемоданчиком в руках.

Глава 4. Встреча с братьями.

Детство – самое важное, интересное и потрясающее время в жизни человека. Каким бы непростым оно не было, мы стараемся сохранить теплые, добрые моменты этих дней в своей памяти.

Не проходило ни дня, чтобы Аннушка не вспоминала о братьях. Лелеяла надежду, что вырастет, выпустится из стен детского дома и поедет к ним. Сначала к одному, потом другому…

Николаю, самому старшему из братьев, на момент расставания с семьей было около четырнадцати лет. На короткое время он был определен в детский дом, а потом поступил в ремесленное училище. После училища Коленька, обладая умелыми руками, брался за любую физическую работу. Он знал, что надеяться ему не на кого, помочь в жизни продвинуться никто не сможет. Близких, кроме малых сестры и братьев, нет. А вот подготовить почву для встречи, чтоб молодым и неокрепшим птенцам было на кого опереться и где жить первое время после выпуска, надо было. В те годы многих молодых людей приглашали на Донбасс для работы в шахтах. Николай с радостью поехал покорять новые для себя земли, понимая, что труд шахтера тяжел. Так переехал он в город Сталин ( ныне Донецк, ДНР)

Средние братья – Иван и Валентин – попали вместе в одно детское учреждение. По возрасту они были близки (12 и 7 лет). Вместе держались в детдоме, выпустились один за другим и устроились в Сталиногорске ( сейчас это город Новомосковск). Работали, обзавелись семьями. С Николаем общались изредка и в основном через письма. Не спешили перебираться к старшему, неплохо устроились и тут на месте.

Как выяснили ребята, кто где находится, кто кого разыскивал – у меня на этот вопрос нет ответа. Однако, закончив школу при детском доме и получив аттестат, Аннушка взяла картонный чемоданчик, как и многие другие выпускники детдомов, и отправилась навстречу к братьям.

В тоненьких кофточке с юбочкой, с двумя косичками, худенькая пятнадцатилетняя девчушка ехала через всю страну к родным. В поезд из Томска до Сталиногорска посадили воспитательницы. Строго-настрого наказали не выходить лишний раз из вагона, чтоб не отстала от состава.

Одним из запомнившихся моментов была встреча со случайным человеком на перроне. Прохладным вечером Анечка стояла около здания вокзала, мимо пробегали редеющие пассажирские потоки. В одной руке – чемодан со сменной одеждой, в другой – книга с названием "Жизнь побеждает". И вот один из прохожих, глядя на неё, сказал:

– Да, действительно, жизнь побеждает!

В Сталиногорске её встретил Валентин, Аннушка пожила у него какое-то время. Ивана так и не дождалась для встречи. Просто некогда хулиганистый мальчишка вырос в азартного игрока и кутилу. После рабочих смен Ваня садился за карточный стол с друзьями и домой мог прийти в одних трусах. Не останавливался вовремя с игрой. Анечка не смогла принять такой образ жизни. Пожила немного у средних братев, посетила Москву – и Кремль посмотрела, и Красную площадь, и выставку ВДНХ. Но очень ей хотелось и со старшим братом увидеться. Отправилась в город Сталин к Николаю.

Коля женился. Его семья с открытой душой встретила Аннушку. В радость им было и угостить её вкусно, и наряды подарить красивые – брат закупил красивой ткани и Анечка с невесткой Ириной бегали к портнихе шить платья.

Часто за вечерним чаем ребята вспоминали родителей, Курскую область, скучали по семейным посиделкам под патефон. Аня не раз заговаривала и том, что надо на работу выходить. При этом Коля не уставал повторять:

– Сестра, ты не переживай, места на всех у меня хватит, и денег нам, шахтерам, хорошо платят. Ты главное, учись!

Но надо знать Анечку – не любила она сидеть на всём готовом. Понимала, что брату тяжело. Устроилась работать откатчицей в стройуправление гор-цеха. А после рабочих смен с другими такими же девчонками и парнями шли гулять, пели песни – под гармошку или без сопровождения, иногда плясали. Старались не грустить и не вешать нос.

Разные дети выросли: по характерам, по взглядам на жизнь, работу и создание семьи. Но одно их объединяло – знание, что они не одиноки, что есть родные души рядом. Николай, Иван, Валентин и Анна Молокоедовы.

Глава 5. Работа и учеба. Замужество.

Меньше знаний – тяжелее работа. Так всегда говорила мне бабуля. Это понимание пришло не просто так – получено ею на собственном опыте. На какую должность могут взять вчерашнюю школьницу? Конечно же, только никзооплачиваемую и , как правило, тяжелую физически…

Первая запись в трудовой книжке Аннушки сделана в 1954 году. Откатчица в Стройуправлении в гор-цехе. Через некоторое время её переводят лебедчицей, затем разнорабочей. Иногда спускались с напарницами в забой вместе с шахтерами. Было ли страшно? Конечно, когда над тобой пласты земли. Не каждому здоровому мужчине по плечу такая работа, а тут – худенькая девчушка, да к тому же болезненная.

При этом после рабочих смен Аннушка ходила в вечернюю школу. Понимала, что нужно получить полноценный аттестат для дальнейшей учебы. Брат Николай поддерживал, как мог. Жили на тот момент ещё вместе. Когда выдавались выходные дни, отдыхали с соседями: гуляли в парках, или пели песни во дворе, или же могли отправиться на танцплощадку. А ещё с невесткой Ириной и её подругами шили наряды невероятной красоты – золотые руки у девчонок были.

И, несмотря на тяжелую работу, Аннушка с каждым днем расцветала и становилась всё красивее. Черные, как смоль, волосы заплетала в косы, смеялась звонким смехом, была заводилой и душой компании. Многие парни засматривались на неё, пробовали ухаживать. Но кого-то отваживал старший брат, кого-то не принимала сама Анечка. Она просто не знала, как вести себя в таких ситуациях. Мать объяснить не успела, а в детском доме главным было накормить и одеть детей, на темы отношений мужчин и женщин с девочками беседы не вели.

Самым настойчивым кавалером оказался Григорий. Он был знаком с Николаем, часто просил его поспособствовать , чтоб и Аннушка обратила на него внимание. Приносил букеты полевых цветов (а иногда и сорванные на соседской клумбе), конфеты помадка в пакетах, свернутых уголком из упаковочной серой бумаги. Изысканными эти подарки не назвать. На фоне букетов роз других парней эти презенты смотрелись простенько и бедно. Однако было в них что-то доброе, искреннее. Гриша не уставал повторять: "Ну давай попробуем быть вместе, создадим семью. Всю жизнь на руках тебя носить буду!"

В новогодние праздники, а именно на Старый Новый год, когда молодежь колядует и посевает, Григорий засватал Аннушку. Согласилась она стать его женой. Некоторое время ещё ходили женихом и невестой. А на майские праздники сыграли свадьбу. Ну как сыграли – сходили в ЗАГС, расписались, посидели дома с семьей старшего брата.

Сам Григорий был из Воронежской области. На Донбассе оказался по такому же рабочему предложению для молодежи, как в свое время и Николай. Здесь же жили и его старший брат Петр и сестра Мария. Все родные со стороны мужа также тепло приняли Аннушку в свою семью. Красивая, добрая, умница – как её можно было не полюбить.

Какое-то время Анечка ещё продолжала работать лебедчицей. Но здоровье, а имено сердце, всё чаще давало сбои. Заболела. Доктора настояли на госпитализации. Старались нормализовать состояние молодого, но ослабленного организма девушки. Это было не просто на фоне её аллергии практически на все лекарства. Только один старенький врач подсказал народное средство, которым впоследствии Анна спасалась пракически всю жизнь.

Григорий то с одними друзьями, то с другими приходил под окна палаты, кричал, чтоб поскорее выздоравливала. На короткий период врачам удалось стабилизировать состояние Анны. Она даже вышла на работу. На прежние тяжелые условия. Забеременела. После рабочей смены закидывала на плечо две лудки угля и несла домой – иначе топить печь было нечем…

Мальчик родился слабым. Прожил недолго. Ещё одна сильная душевная травма после потери родителей – потеря ребенка. Как Аннушка пережила эту боль – знает только она. Никому и никогда не рассказывала этого…

В 1959 году снова забеременела. Врачи всячески отговаривали:

– Не выдержит ваше сердце, сами не родите! У этой беременности одни только противопоказания!

Тяжело вынашивала своего второго ребенка Анечка. Однако в назначенный срок, весной 1960 года родилась девочка, прекрасней которой для молодых родителей не было никого на свете. Снова появился смысл жизни.

Глава 6. Как сохранить воспоминания?

Думаете у вас хорошая память? Нет, не верьте себе. Я понадеялась – и теперь с главами в книге о бабуле получается путаница. Хотя…

Даже в художественных фильмах, да и в книгах бывает разное течение сюжета. В одних показывают плавный переход событий на протяжении всего рассказа. А другие преподносят их перескоками – то настоящее время, то воспоминания героя. Оба варианта повествования хороши – каждый своей динамикой.

Главное, что теперь я могу соединить то малое, что осталось в моей памяти, с теми записями, которые нахожу у себя.

Так получилось, что мы с бабушкой Аней уже несколько раз пытались сохранить её мысли и воспоминания в виде небольших очерков. Что-то осталось на просторах интернета записями в соцсетях или на писательских порталах. А некоторые наши беседы я записывала на диктофон украдкой, а потом переносила их в тетрадь. К сожалению, только одна запись была переведена из голосового в письменный формат. Телефон у меня украли и две записи канули в лету… Жаль, конечно. Но то, что осталось в тетради, хорошо дополняет те моменты, о которых я уже рассказывала ранее.

На самом деле эти наши беседы были очень увлекательны. И зачастую происходили внезапно. Стоило мне специально попросить:

– Бабулечка-красотулечка, а расскажи…

На что получала в ответ:

– Надо подумать, о чем интереснее будет и что важнее рассказать.

– Так всё ж интересно, бабуль, и всё важно! Каждый момент чем-то примечателен!

Добрая улыбка появлялась на лице моей дорогулечки, минутное молчание и могла политься речь о братьях, о детстве. А могла, наоборот, набежать тень ей на глаза и со вздохом бабушка расскажет немного о родителях. Либо сказать:

– Давай не сегодня, Аленка. Потом как-нибудь…

А бывало и так. Приеду в гости к бабуле. Она напечет своих фирменных блинов (никто, нигде и никогда не пек такие тоненькие и вкусные). И за чашкой ароматного чая сама по себе пойдет беседа о какой-нибудь истории из бабушкиной жизни. Главное не перебивать, хорошенько запоминать каждое слово. А ещё лучше – включить незаметно запись на диктофоне…

По каждой ситуации бабуля давала комментарии, пояснения. Рассуждали с ней вместе – хорошо, что так получилось или можно было поступить как-то иначе?

Одинаково интересно было слушать и про юность, когда она только приехала к старшему брату Николаю, и про начало дружбы с единственной на всю жизнь подругой Машей. А какие веселые свадьбы гуляли с друзьями в студенческие годы, а потом и с коллегами в годы работы. Всегда бабуля оставалась заводилой, даже в детском доме ребята прозвали её Атаманшей. Более озорной и ведущей за собой девчонки было не найти.

И вот главной нитью во всех рассказах были слова о том, что человеку нельзя в жизни оставаться один на один со своей жизненной ситуацией – радостной или печальной. Всегда рядом должен быть кто-то близкий: родственник или друг, а лучше и те, и другие. Для этого ты должен быть открыт миру, не замыкаться в себе. Искать общение самому, откликаться к диалогу, если видишь, что человеку это нужно. Так и находятся родственные души, вместе с которыми легче идти по жизни.

С двоюродными братом и сестрами, с которыми бабушка встретилась уже во взрослой жизни, теплого общения особо не получалось. Какое-то время активно переписывались, ездили друг другу в гости. А точнее, бабуля летом на работе брала отпуск, набивала чемоданы гостинцами и подарками и ехала по всей родне, останавливаясь на один-два дня у каждого. Ведь к тому времени многие обзавелись семьями, появились дети.

Радость от этих встреч как будто присутствовала, но легкий холодок в разговорах всё же оставался. Как будто ждали – попросит какой-то помощи. А Аннушка искала только семейного тепла. Сама готова была помочь, помогала…

Но вот опять я перескочила немного. Надо всё-таки немного упорядочить свой рассказ. Пожалуй, в следующей главе дополню немного про детство бабули, когда она ещё с семьей жила в своей родной деревне. Про её замечательных родителей.

Хорошо всё-таки, что тетради с записями отыскались. На память надейся, а записывать – не забывай!

Глава 7. О родителях и семье Анны. Дополнение из записей.

Главное – не стать Иванами, не помнящими родства. Важно знать свои корни. Так всегда говорила мне бабуля.

Самый старший, кого помнила она из семьи – дед, Иван Иванович Молокоедов. Надо сказать, боялись его не только родные сыновья: перед ним трепетала вся деревня, однако трепет этот был основан на уважении. Не зря же он имел право отлупить вожжами мужика, загулявшего или обидевшего свою жену. Виноватого прадед Иван мог засечь до полусмерти – никто не вступится..

– Это мой дед по отцовской линии, – поясняла бабушка. – А вот мать была сиротой.

Прабабка Аксинья воспитывалась в семье родного дядьки, который был человеком страшной силы, огромного роста, крупный. А жена его, наоборот, маленькая росточком вышла. Дядька этот работал всё время кузнецом, чем также заработал уважение на деревне.

Дружная семья была, вместе и работали, и отдыхали. Писала уже об этом. Один из случаев, найденный мною в записях, рассказывает о подшучивании над Аксиньей младшими невестками. Причем они не боялись, что она на них разозлится или рассердится – добрейшей души человек была прабабка и абсолютно незлопамятной.

Как-то Матрена говорит : " А давайте тыкву в трубу дымохода запихнем!" Так и сделали. Аксинья печь растопить не может – тяги-то нет. А девчата хохочут и она вместе с ними, как только поняла, что опять созорничали.

К сожалению, фотографий прадедов не сохранилось, но бабушка всегда с удивлением замечала, какие разные были Аксинья и Василий.

Ещё одно из воспоминаний – праздник. Какой именно – стерлось из памяти. Но при этом чёткое видение, какая нарядная была Аксинья: в белой кофточке с сиреневыми цветочками. Все девчата сидят на траве, дети рядом с матерями играют, а те свои длинные волосы расчесывают деревянными гребенками. И такой травы бабуля больше нигде и нокогда не видела, детские впечатления от увиденного почему-то бывают ярче остальных…

Арест Василия пришелся примерно на 1941-1942 год, через некоторое время сгорел дом, Аксинья с Николаем землянку вырыли. И в это время деда Ивана уже не было в живых, не помнит Аннушка его при этих событиях, происходящих в начале войны.

Прошло много лет с тех страшных времен. Но в памяти остаются события, как фотографии. А ещё – звуки, запахи… Стояла страшная жара, в которую вливался новый, абсолютно незнакомый звук – рев мотора мотоциклов. Горели поля, всё заволокло дымом, а в нос шибал запах горелого зерна… Люди на мотоциклах были не знакомы жителям деревни не только своим видом, но и речью. Этот момент запомнился Аннушке, так как именно в нем прозвучало впервые слово "война".

Наблюдали за этим въездом в деревню только женщины и дети, мужчин не было. Следующим кадром, всплывающим в памяти, были слова "танки, танки" звучащие над бегущими в сторону деревни женщинами, которые уже похватали детей и прятались в свои дома. Через некоторое время деревню заполонили рыжеволосые люди. Они были одеты в незнакомую форму. И почему-то говорили, что это фины.

В какой-то из дней эти солдаты согнали всех жителей в одну толпу и приказали идти вперед. Босые дети и женщины бежали за деревню, подгоняемые автоматчиками. Остановилась "процессия" только возле рва, на краю которого рос тёрен. Солдаты скомандовали всем сесть. Матери усадили детей, пригнули их головы к себе на колени, чтобы прикрыть собой беззащитных крох.

На ломаном русском прозвучало : "Просто стрелять будем или гранаты кинем?" А в ответ: "И то, и другое готовь". Среди поставленной на колени толпы был единственный старик. Он попытался убежать – начал отползать в тёрен. Солдаты мигом схватили его и ударили по лицу прикладом.

В те же минуты (или секунды… время зависло вместе с жарой) над этим местом пролетел самолет. Легкий и, в то же время, мощный. Красные звезды на его крыльях – первое и самое яркое, что увидели люди, готовящиеся к близкой смерти. Автоматчики моментально среагировали – они подняли людей и погнали их обратно в сторону деревни. Плотный жаркий воздух разрезал общий крик: "Наши!"

Через несколько дней старик, получивший удар по лицу, умер. А самолет, внезапно пролетевший надо рвом, как ангел, спас от гибели целую деревню.

На фоне таких страшных событий и в такое сложное время некоторые поступки детей понять и оценить непросто. Да и нужна ли эта оценка? Расскажу ещё немного о событиях военных лет, сохраненных в детских воспоминаниях бабули. В следующей главе.

Глава 8. Военное детство Анны. Дополнение из записей.

Восприятие событий, происходящих в жизни, зависит не только от нашего возраста, но и от людей, которые рядом с нами в этот момент. Даже в бомбежку не страшно, если рядом мама, обнимающая тебя. Некоторые проказы братьев в детстве казались бабуле веселыми. Но сейчас, с высоты прожитых лет, она рассказывает о них с удивлением, как можно было быть такими бесстрашными…

Когда ещё цел был дом и в нем можно было спрятаться при сильных обстрелах, Аксинья обкладывала всё перинами. Чтобы осколки в детей не попали. Малы они ещё были, не понимали, насколько это страшно.

После бомбежек, от которых разлетались дома, постройки, да и земля, дети ходили по огородам и собирали овощи, выброшенные взрывами на поверхность. Для них это было весело. Не думали, что какие-то снаряды могли не разорваться и лежать опасным грузом в земле. Что-то находили случайно, за чем-то специально "охотились" в хозпостройках. Дети…

Иван как-то притащил ящик мыла. Однако это оказался динамит. Стащил он его у наших солдат, стоящих тогда в деревне. Одиннадцатилетний мальчишка просто не смог отличить одно от другого. Бойцы поставили воришку к стенке, чтобы проучить. Начали стрелять у него над головой, чтоб признался. Но в этом все Молокоедовы – даже глазом не моргнул.

Курская область несколько раз переходила из рук в руки – то немцы занимали деревню, то наши солдаты. Ожесточенные бои шли за эти земли. И зима тогда первая наша военная выдалась очень тяжелой. В одну из бомбежек много лошадей поубивало. Так наши ребята на санках ездили, отрубывали куски этого мяса от туши. Варили потом мясо, даже не солили. Что-то ж надо было есть, чтобы выжить. И многие люди смогли пережили ту зиму именно благодаря этому.

– Помню, варится этот кусок долго-долго, – рассказывает бабушка. А после ешь его без соли и хлеба, только кусок мяса…

Путаются мысли, путаются воспоминания. Нить разговора с бабулей то теряется, то снова выходит в ровную линию.

– Ба, так а как получилось, что в начале войны дед Василий не попал на фронт?

Глубоко вздохнув и смахнув украдкой слезу со щеки, бабушка сказала:

– Много раз мне думалось, что же должно было произойти, чтобы наша жизнь, жизнь нашей семьи сложилась иначе? И никогда не могла получить ответа.. А ситуация сложилась вот как.

Когда началась война, у Василия было выбито три ребра. Он же был весельчак, на жеребце скакал так, чтобы ветер в ушах звенел. Видимо тачанка полетела, перевернулась. Председателю по всем же полям надо проехать, проверить. Получил травму. До выздоровления и как специалист хороший, оставлен был пока в деревне.

Причем этот период бабушка помнит нечетко, а больше по рассказам старшего брата, Николая. Он больше всех из детей переживал за ситуацию с семьей, взрослее остальных же был и многое понимал.

Заняв деревню, немцы первым делом назначали старосту из числа жителей. Либо из добровольно пожелавших, либо выбирали жители деревни. С Василием так и вышло – люди выбрали его. И в этом нет его великого преступления. Он никого не предал, не убил, ничего плохого не сделал. Месяца 3 всего-то и побыл старостой.

Если бы не эта злосчастная травма, пошел бы отец на фронт воевать и не было бы всего этого. Не разлетелась бы семья. Жила бы в своем красивом доме, занималась подворьем. Большой пятистенный дом с крашенными полами и даже с ковром на полу в одной из комнат долго бы ещё радовал семью, живущую в нем…

Да, ковер очень запомнился бабуле. Огромного размера с красивейшими розами. Всё казалось тогда маленькой Аннушке большим. И ковер этот в комнате, и одеяла с подушками. Не раз она думала: "Вот соберутся немцы опять дома поджигать по деревне, наш тоже затронут своими факелами. А я завернусь в это одеяло родительское и выйду из пожара." Так и получилось… Николай вовремя своим криком : "Горим, мам!" разбудил . Выскочили на мороз босиком. Вместе с домом сгорели и продукты. Только мешок пшеницы уцелел.

На некоторое время поселились к соседям. С потеплением вырыли землянку. Ушли от тех людей. Ели крапиву, лебеду и другую разную траву. Но Аксинья детей от себя никуда не отпустила. И даже как-то ходила с невестками в соседние деревни, оставленные немцами. В неразбитых снарядами домах находили разные продукты, чтоб детей прокормить. А вообще к ним в землянку никто не приходил, не интересовался, как они выживают.

Пока не отправили в Сибирь, помнит Аннушка рядом с собой только мать и братьев.

Глава 9 Высылка в Сибирь и жизнь в детском доме. Дополнение из записей.

Недавно наткнулась на фразу : "Чем добрее душа – тем сложнее судьба." Пробегая глазами по этим буквам, представила бабушку. Ведь про неё это сказано. Очень точно…

Бабуля любила повторять:

– Да, я воспитанница детского дома, плохо помню родителей и семью. Но ни разу за всё время пребывания здесь я не ощутила одиночества. Многое, очень многое дал нам детдом. Очень теплые воспоминания оставил, как ни странно детский дом, в котором я воспитывалась после войны.

Расположен он был в Томской области Туганском районе, в селе Семилужное. Аннушка там воспитывалась с 1946 по 1952 год. Жили в очень красивом месте : в нескольких метрах от корпусов протекала речка Каменка – вода в ней была очень холодной, но при этом невероятно прозрачной; за рекой сразу начиналась тайга – высокие ели, пихты. Спокойствие и тишина, которые там наблюдались, не встречались ей нигде более.

Вот снова детское впечатление от увиденного оставило в памяти яркое ощущение "нигде и никогда".

Рядом была разрушенная церковь (причина разрушения неизвестна). Если идти от корпусов в противоположную от речки сторону, то наткнешься на гору, которую дети и взрослые почему-то называли Сенькиной.

Многих ребят и воспитателей бабушка до последнего дня помнила по именам. Директором был Гаивой Федор Георгиевич – после ранения в боях Великой Отечественной был направлен руководить этим детским домом.

Заведующей была красивая 27-летняя девушка Евдокия Филимоновна. Несмотря на занимаемую ею должность, была доброжелательной и простой в общении, за что воспитанники считали её сестрой и подругой. Воспитатели Валентина Алексеевна (жена директора), Валентина Николаевна, Валентина Александровна, Наталья Даниловна, Наталья Георгиевна… Память тепло хранит имена этих молодых людей, которые в своё время тоже были воспитанниками томских детдомом. Поварами трудились тетя Клава и тетя Шура, приехавшие сюда из Ленинграда.

– Имена всех работников детдома, которые так или иначе имели отношение к воспитанию детей, можно перечислять бесконечно. Достаточно сказать в данном случае, что я безмерно благодарна им всем за то, что они научили нас жить правильно! – говорила Аннушка.

Была в этом детском доме и своя швейная мастерская, а ещё огромная библиотека и баня. Дети сами вели подсобное хозяйство. Но в детском доме они только жили, а учиться бегали в школу, расположенную в соседнем селе. Возраст воспитанников был примерно от 8 до 16 лет, то есть среди них были и октябрята, и пионеры. Всей этой дружной компанией они жгли пионерские костры, как им казалось, до небес и собирали вкуснейшие ягоды в лесу в походах.

Старшие ребята сплавлялись на плотах по рекам и даже приносили свои находки в музей (однажды даже бивень нашли). Воспитатели не только уроки с ребятишками делали и походы устраивали, но и вечерами плели венки из собранных на лесных полянах цветов, пели песни, то есть занимали всё детское время, как только могли. Чтобы те и на минуту не могли ощутить своё одиночество и ненужность.

Весной (да-да, не удивляйтесь) воспитанники участвовали в заготовке дров на зиму. Причем какое дерево пилить (а это были в основном березы) дети определяли не сами, "наобум", а помогали им в этом специальные люди (возможно лесничие), чтобы не нарушать  экологическую обстановку. Просто когда пригревало солнышко и всё просыпалось от спячки, было легче опрелелить, какое дерево живое, а какое нужно убирать. Наградой за помощь в заготовке был вкуснейший берёзовый сок.

Осенью ребятам выделяли определённый участок кедровника для сбора шишек. Мальчишки босиком влезали на деревья, трясли ветки, а девчонки и воспитатели внизу собирали упавшие плоды. Собранный урожай закидывали в телеги и везли в детдом для просушки. Выбитые из шишек орехи становились подарками к Новому году.

Но самым веселым временем была зима. Зимняя природа поражала своей красотой детские сердца. От лежащего вокруг снега даже ночью было светло. Любимым занятием было катание.  На чем угодно. В лесу на лыжах пропадали ребятишки целыми днями. Кроме лыж катались и на коньках, и на ледянках. О последних вообще можно отдельно рассказать. Как ни смешно это звучит, но делали их из деревяшек, на которые накладывался коровий навоз , и всё это заливалось водой и замораживалось. Соревнования по катанию на этих ледянках устраивались практически ежедневно.

А ещё одна забава запомнилась – катание на санях. Были они в детском доме одни и возили на них воду для кухни. С вечера дед-водовоз оставлял их возле кухонного корпуса. С теплой улыбкой на лице Аннушка рассказывает:

– Мы ночью прокрадывались туда, к кухне, пока воспитатели спали. Стаскивали всей гурьбой пустую бочку и мчались к ближайшей горке с этими санями. За ночь накатывались до такой степени, что валенки стучали ледяными подошвами по полу, когда мы пытались пробраться в дом незамеченными. Валенки скидывали на сушку в умывальне, а под утро те, у кого обувь просохла, бежали к кухне, чтобы поставить бочку на сани…

Обязательным образом занимались и дополнительным образованием воспитанников: дети участвовали в различных олимпиадах, в том числе и спортивных. Особенно запомнилось открытие летней спортакиады – ребята шли в костюмах, сшитых воспитателями, над ними развевались знамена… Душу переполняли гордость, радость и трепет перед происходящим…

– Да,– говорила Аннушка, я – воспитанница детского дома, плохо помню родителей и семью. Но ни разу за всё время пребывания здесь я не ощутила одиночества. Многое, очень многое дал нам детдом.

Глава 10. Замужество. Учеба и работа.

Беседа с живым человеком – диалог. Беседа с могильной плитой – монолог без ответа. Вроде бы очевидные вещи и люди это понимают. Но, зачастую, не находят времени приехать к близким, пообщаться. Или даже просто позвонить. В наш век скоростных изменений технологий многие вещи сделать намного проще. Я рада, что когда-то успела сделать записи и сохранить бабулины воспоминания о её детстве.

Рассказывая о своих родителях, ей, безусловно, приходилось заново переживать печальные моменты. Однако в такие минуты они как будто находились рядом, как будто были живы. Очень не хватало ей семейного тепла, поэтому красной нитью во всех наших с ней разговорах было: "Берегите семью, берегите друг друга!"

Замужество, рождение дочери внесло некоторые коррективы в жизнь Аннушки. Нужно было правильно организовать быт, создавать уют в доме. Это легко сделать при наличии достаточных денежных средств и здоровья. Врожденный порок сердца не позволял много работать. Отсутствие образования не давало возможности устроиться на работу с минимальными физическими нагрузками. Замкнутый круг. Выход из которого – обучиться профессии.

Но какую специальность получать? Обдумывать этот вопрос и сидеть сложа руки? Это не про Аннушку. Она всё ещё продолжала работать откатчицей. При этом за маленькой дочерью иногда присматривала соседка, она же была няней, а иногда помогала невестка Ирина. Григорий тоже работал тяжело физически. И если у Аннушки образования было 7 классов, то у Григория только 2. Вместе пытались найти решение… И тут произошел несчастный случай. Очередной сердечный приступ загнал Аннушку на больничную койку. Тяжелое лечение, непростое восстановление. Вердикт врачей – нужна срочная смена климата. Необходимо уехать в регион, где нет угольных шахт, но при этом также умеренно тепло, как на Донбассе. Пересмотр мест проживания дал результат – Ростовская область. Климат с Донецкой похож, недалеко от родных, и можно подобрать район, где нет угольной пыли в воздухе, а, значит, Аннушке станет полегче. Так и сделали – собрали вещи, которых не так уж и много было и переехали в Веселовский район Ростовской области.

Как только состояние здоровья немного стабилизировалось, Аннушка вышла на работу. Дояркой. Григорий устроился в это же хозяйство скотником. Ранние подъемы на работу. Перед сменой покормив дочь, Анечка сажала малышку на подоконник и говорила : "Леночка, посиди немного, подожди меня с работы." И они с Григорием шли на ферму. Аннушке нравилось возиться с животными, следить за их здоровьем, выкармливать малышей. Но спешила она при этом и к дочери. Ведь трехлетняя малышка сидела послушно и ждала, как мама и просила. Оценив свою тягу к сельскому хозяйству, животным, Аннушка поняла, что в этой сфере и нужно получать профессию. Григорий поддержал: "Давай, учись. Ветврачи нужны, специалистов не хватает. А я уж фуражиром поработаю. Пусть хоть кто-то из нас будет с образованием."

После работы бежала Аннушка домой, делала домашние дела, занималась с дочерью, а вечером садилась за парту в вечерней школе. Всё-таки знаний семи классов не хватало для поступления в институт. Наконец, нужные знания и аттестат получены и руководство колхоза отпускает на учебу. О чем есть соответствующая запись в трудовой книжке: "Освобождена от работы в связи с поступлением на учебу в институт".

Август 1967 года. Аннушка становится студенткой Донского сельскохозяйственного института в городе Персиановка, а её дочь Леночка идет в первый класс. Для этого семейство перебирается в село Красюковка, рядом с Персиановкой ( практически один из районов этого городка).

Две ученицы в семье. Сложно ещё и потому, что на ветврача заочного обучения не было и нет. С утра обе отправлялись каждая на свою учебу, а Григорий – на работу. Чтоб хоть как-то сводить концы с концами, держали подсобное хозяйство. Гуси, утки, куры, барашки и даже бычки жили на хоздворе. Частично забивались на мясо и вывозились на рынок, частично уходили на питание семьи. Главное – вместе. Мама, папа и дочь.

Сложно было выживать, но они старались поддерживать друг друга. Ведь оба – и Аннушка, и Григорий – в малолетстве остались сиротами, росли без родителей, поэтому старались для своей любимой дочурки. Гриша даже песенку пел собственного сочинения: "Как у моей доченьки, дочечки, дочурочки, маленькие ножки, маленькие ручки, как у игрушки!"

В новом месте появились и новые друзья. Об этом расскажу уже в следующей главе.

Глава 11. Дружба

Настоящая дружба не требует доказательств истинного отношения друг к другу. Не обязательно находится рядом ежедневно, ежеминутно, чтобы понять – да, этот человек и есть мой друг. Важные для нас люди могут появиться на жизненном пути случайно (ну, как нам кажется), но при этом остаться рядом на всю жизнь…

Азы дружбы Аннушке объяснили, конечно же, братья и родители. Простыми и понятными для пятилетнего ребенка словами. Да и сама она видела, как дружно взрослые помогают друг другу в семейных делах, в работе, строительстве домов. Потом не понимала, как эти же люди могли бросить семью, оставшуюся без кормильца, на выживание без поддержки.

Попав в детский дом, Анечка получила новую порцию знаний о понятии "дружба". Благодаря воспитателям некоторые острые углы сгладились и мир перестал делиться только на белое и черное, а люди – на друзей и врагов. Начали появляться полутона, а часть окружающих обрели звание "знакомых".

Если человек для нас становится врагом – мы тратим на него эмоции вроде ненависти или непонимания. Если же друг – мы открываемся общению с ним, делимся планами, чувствуем его поддержку. Но нужно время, чтобы это понять: кто рядом с тобой. Нейтральное понятие "знакомый" дает время на раздумья. Конечно же, эти знания приходят к нам с возрастом и опытом, а в юные годы мы открыты и верим в то, что люди рядом с нами – это наши друзья.

Выросшая с братьями, в детском доме Аннушка легче сходилась в общении с мальчишками. С ними интереснее было – и на санках кататься, и в казаки-разбойники поиграть. Не то что с девчонками, обсуждающими расцветку платьиц или рецепт пирожков. Атаманшей прозвали её парни. Организовать игру и объяснить правила? – Анна. Пояснить кому-то, что он не прав, обижая младших? – Снова Анна. За честность и открытость уважали её мальчишки, а девчонки, наоборот, побаивались и относились с некоторым недоверием. Ведь Аннушка, вырастая, становилась симпатичной барышней. Смесь внешней красоты и внутреннего сорванца-хулигана – непростое сочетание качеств, сбивающее окружающих с толку. Девчонки начинали видеть в ней соперницу, а Аннушка продолжала быть "своим парнем" для мальчишек.

Даже в чтении книг прослеживались у неё "мужские черты". Воспитанницы детского дома зачитывались "Алыми парусами" Александра Грина. Парни же, и Аннушка вместе с ними, отдавали предпочтение "Графу Монте-Кристо" Александра Дюма. Ну что хорошего в этой Ассоль, ждущей на берегу своего возлюбленного? И как в это играть? Можно ли представить её бегающей или прыгающей? Вряд ли. Куда как интереснее представлять, как Эдмон Дантес готовится к побегу или плывет на корабле к дальним берегам. Вот уж где детская фантазия может выстроить сценарий игры, придумать новые варианты развития событий и интересных персонажей. И каждый раз это были другие приключения, непохожие на те, что происходили ещё вчера. Одно было неизменно – предводитель во всем этом. Анна – Атаманша.

Этот же стиль дружеских отношений к мужчинам и женщинам остался у Аннушки и во взрослой жизни. Честность и понятность, как в мужской дружбе, она старалась проявлять и в дружбе с девушками. Но не всегда это удавалось. Анечка понимала, что дружба – это понятие без временных рамок. И если человеку нужна помощь и поддержка, то не важно, на какие цифры указывают стрелки часов. Такого же отклика она ожидала и от знакомых. Но чаще всего они так и оставались в этом статусе. После одной-двух общих ситуаций Анна понимала – с этим человеком ей не по пути. Лучше уж надеяться только на себя и не ждать поддержки или какого-то одобрения от окружающих.

Таким непростым был период её жизни между детским домом и поступлением в институт. Пока рядом с ней были только знакомые, на короткое время награждаемые ею статусом "возможный друг". Но, как это часто бывает, то, что мы ждем, происходит с нами в тот момент, когда мы перестаем обращать на это внимание. В силу вступают обстоятельства из разряда "неслучайные случайности" и цепь событий причудливым образом выстаивается так, что встреча с нужным и важным человеком всё-таки происходит. И мы обретаем друга, на короткий период или на всю жизнь. В обоих случаях эти люди оставляют неизгладимый и заметный след в нашей биографии.

Глава 12. Подруги на всю жизнь

Нас всегда сопровождают неслучайные случайности. Просто мы их не всегда замечаем. Вернее замечаем, когда это идет в одном направлении с нашими целями в жизни. Ну или спустя уже длительное время подводя итоги или в поиске причин " а почему так вышло?".

Для поступления в институт и учебы в нем Аннушке с мужем и дочерью нудно было переехать поближе к Персиановке. Или же непосредственно в этот город. Семья понимала, что обеспечение ложится на плечи Григория, стипендия, если она и будет, мало поможет. Леночке же нужна была школа.

Перебрав все возможные варианты, когда оптимально сойдутся предложения по жилью, работе для главы семьи, школы для дочери, остановили свой выбор на Красюковкой слободе. Григория приняли на работу фуражиром. Сейчас мало кто знает о такой профессии, поэтому лучше поясню выдержкой из энциклопедии: "Фуражир в сельском хозяйстве – это работник, отвечающий за поставки фуража (зерновые корма), его учёт и распределение в колхозах, совхозах, животноводческих фермах."

Аннушка занималась подготовкой к вступительным экзаменам. На предэкзаменационных консультация познакомилась с некоторыми девушками. Все они были намного моложе её, вчерашние школьницы. Иногда ей становилось неловко от этого – взрослая женщина, а собралась в институте учиться. Но потом успокаивала себя : "Что ж мне, в доярках всю жизнь ходить? Запретили ж доктора чрезмерные физические нагрузки!" Да и сама себе давно дала слово, что получит высшее образование. При поступлении пришлось многие моменты вспоминать или же заново учить. И необычным поначалу казалось то, что соседки по парте подсказывали и поясняли. Ведь чужие же люди, совсем недавно даже незнакомые. А на одном из экзаменов девушкам удалось передать Аннушке шпаргалку – не смогла бы она его сдать сама, без посторонней помощи. Неслучайные случайности…

Звезды сошлись и семейству предстояло 5 лет старательно трудиться каждому на своем поприще: Анечке – постигать науку, получать высшее образование, Григорию – работать в местном хозяйстве, дочери Леночке – учиться в школе. С той поддержкой, которую они встретили у соседей, коллег, однокурсников и одноклассников, становилось легче преодолевать трудности.

Самой близкой из соседей стала Нина Пивнева. Она работала на местном молзаводе, её сын Валера учился с Леночкой в одном классе. Часто она пекла булочки и угощала ребят после школы, когда они делали вместе уроки. Аннушка каждый день ходила на учебу в институт – рука об руку с дочерью они отправлялись утром из дома, перебегали через мостик на речке и договаривались о встрече здесь же после занятий. Делали так, если заканчивали заниматься почти одновременно. Если же Аннушке нужно было задержаться ещё в институте, Леночка с Валеркой вместе шли домой к Пивневым.

Взрослая женщина – студентка, для многих это было необычным для восприятия. Поначалу девчонки однокурсницы настороженно общались с Аннушкой, потом прониклись её ситуацией и старались помочь в учебе. Ближе всех со временем стала Маша Акулова. Она лучше всех знала химию и подтягивала подругу по этому предмету. Иногда они задерживались в аудитории института или у Маши в комнате. Но со временем чаще стали собираться за учебниками дома у Анечки.

Девушки, такие разные по возрасту, социальному статусу, одинаково стремились к получению знаний. Преподаватели с улыбкой встречали на своих занятиях за первой партой эту парочку. Старательно записывали все лекции за профессорами, задавали им вопросы, на практических работах тоже были в первых рядах. Не в характере обеих красавиц было плестись в хвосте, среди неуспевающих. У каждой из них в голове сидела мысль о том, что никогда не надо не сдаваться, нельзя опускать руки! Какими бы ни были обстоятельства, выход всегда есть и иногда очень неожиданный. Как в притче про двух лягушек, попавших в кувшин со сметаной. Одна из них не стала бороться и пытаться выбраться из кувшина, сложила лапки и утонула. А вторая продолжила барахтаться до тех пор, пока из сметаны не взбилось масло. Лягушка смогла взобраться на этот твердый комочек и выпрыгнуть на свободу.

Вот так неожиданно (или вовсе неслучайно) рядом с Аннушкой оказались Нина – по соседству, и Маша – за одной партой в институте. С первой ещё какое-то время после переезда переписывались, виделись, но постепенно общение сошло на нет. А вот со второй дружба продлилась до последних дней жизни Аннушки…

Глава 13. Подруга Маша.

Старый друг лучше новых двух. Давняя поговорка, но очень правильная и жизненная. Бабуля рассказывала:

– Дружить со мной хотели многие. И в детском доме, и в институте, да и во взрослой жизни. Но с детства осталась заноза в душе "не верь никому, кроме себя". С одним только человеком сошлась в крепких дружеских отношениях на всю жизнь. С кем связь была не частой, периодической, но при этом я знала – где-то живет моя подруженька и в нужный для каждой из нас момент жизни – радостный или печальный – мы поддержим друг друга, поможем.

С Машей Акуловой познакомились на вступительных экзаменах в институте. Я уже говорила, что Аннушка была самой старшей на курсе – в 1967 году ей исполнился 31 год. Рядом на студенческой скамье – вчерашние восемнадцатилетние школьницы. Поначалу все держались небольшими группками по два-три человека: кто-то вместе поступать приехал, некоторые из абтуриентов были местные. Постепенно перезнакомились, даже можно сказать, подружились: так легче было готовиться к экзаменам, разбирать непонятные вопросы.

Анечка на многих смотрела с сестринской добротой – как воробушки на проводах, собирались девчушки стайками на скамейках около института, общались. Громче других слышно было голос Маши – то она кому-то объясняла экзаменационные билеты, то отчитывала хулиганов – до всего ей было дело, не могла мимо пройти. Любопытно поглядывала она в сторону Анны – Мария замечала, как та сидела в аудиториях, обхватив руками голову, как будто пытаясь втиснуть знания в мозг, но тот отказывался принимать всё новую и новую порцию информации.

– Если хочешь, я помогу разобраться с непонятными для тебя заданиями, – предложила как-то Маша.

– Давай попробуем, может, что-то из этого и получится, – согласилась Аннушка.

Так, сев однажды рядом на подготовительных занятиях, Акулова как будто взяла шефство над Галенко. Часто после консультаций, а потом уже и после занятий, подруги вместе шли домой к Анне, по пути встретив из школы Леночку. И садились втроем за науку: первоклассница – за прописи и букварь, первокурсницы – за химию и биологию.

Упрямство и настойчивость Марии проявлялась не только в помощи Аннушке по учебе. Иногда она с упорством доказывала профессорам свою правоту в том или ином вопросе. Анна пыталась уговорить Машу не быть такой "твердолобой" и уступать. Но та всегда была непреклонной. Из-за чего по одному из предметов на экзамене, это уже был курс второй или третий, преподаватель сказал : "Моя милЭнька, знания у тебя на "отлично", но за то, что спорила со мной весь учебный семестр и сейчас свой характер показываешь, ставлю тебе "удовлетворительно".

На втором курсе Маша стала мамой: у неё родился сын Олежка. Это непростая история, достойная, наверно, отдельной главы. Но это жизнь другой семьи, о которой не мы вправе писать. Я упоминаю только те моменты, о которых мы можем рассказывать в рамках бабушкиной биографии.

Мария хотела бросить учебу, но тут уже Анна предложила ей свою помощь:

– Давай вызовем твою маму из деревни, она на первых порах поможет с малышом. Мы с Гришей тоже поддержим, чем сможем. Вырастут наши дети, не хуже других будут. Так поначалу, действительно, Машина мама сидела с внучком, иногда Леночка возилась с карапузом. Олежка рос хулиганом и непоседой: и порезанные занавески в доме были, и разогнанное стадо гусей, напуганное быстрым велосипедистом. При этом мать его всегда считала правым, либо сделавшим проступок случайно, без злого умысла.

Маленькие детки – маленькие бедки, подрастают детки, подрастут и бедки. Ещё одна житейская присказка. И Аннушка наблюдала, как всё чаще безнаказанно прошедшие мелкие проступки Олега со временем перерастали в более крупные проблемы для Марии. Но Анна поддерживала её, как одна мать может поддержать другую. Чаще это было, конечно, просто выслушать бесконечную Машину речь о том, какие все вокруг неправые и непонимающие её сына. Часто случалось, что она ограждала его от любого общения, указывая, что эти люди не из их социального круга. Тем самым усугубляя ситуацию: редко дети слушают безоговорочно своих родителей, чаще – идут насупротив… Зачем пишу об этом? Просто такая линия поведения Марии – одна из причин, по которой она меняла места работы и место жительства. Но где бы она ни жила, где бы ни работала – в тяжелую для себя минуту летела она, как на крыльях, к Анне. Знала, что та всегда выслушает, подскажет, успокоит.

Хотя Маша и с возрастом оставалась такой же упрямой: правы только я и мой сын. Но были моменты и в жизни Аннушки, когда она поднимала телефонную трубку, набирала номер телефона и говорила : "Маша, мне нужна помощь, я не знаю, что мне делать, ситуация зашла в тупик…" И приезжала подруга, поднимала связи, заходила сама в нужные кабинеты, решала вопросы. Они могли не видеться и не общаться месяцами. Но в острый момент жизни одной из подруг вторая бросала всё и неслась на помощь. Когда уже обе стали пенсионерками и обзавелись мобильными телефонами, стали чаще созваниваться. Ведь эти разговоры возвращали их во времена былой молодости, когда всё ещё впереди и многое было по плечу. Разные ситуации помогали друг другу пережить и преодолеть. Понемногу расскажу о тех, которые мне известны, благодаря нашим с бабушкой беседам. А в некоторых историях я была и непосредственной участницей.

Глава 14. От рядового врача-ветеринара до главного специалиста хозяйства.

Рыба ищет – где глубже, а человек – где лучше. Защитив дипломы, девушки сначала стали специалистами в хозяйствах, куда получили распределение. Аннушка – в зерносовхоз Веселовский, от которого была направлена на учебу. Соответственно, она должна была отработать определенное время здесь, как профильный специалист.

Хозяйство было большое, дружный коллектив помогал и поддерживал молодого ветврача. Знания, полученные в институте, сразу же находили практическое применение. Очень хорошую базу дали профессора. Но не только рабочими вопросами занималась Анна. Предстояло наладить быт : в деревню вела разбитая грунтовая дорога, по которой в бочках привозили воду. По ней же, если позволяла погода, приезжала автолавка, привозившая необходимый набор товаров и продуктов для населения.

Надо было как-то исправлять ситуацию – хорошо работающее хозяйство, много передовиков производства, а такие недоработанные моменты мешали людям. И Анна стала депутатом. В советское время депутаты занимались общественной деятельностью в нерабочее время. Прожив и проработав здесь три года, она смогла добиться частичного асфальтирования дорог и прокладку водопровода. С появлением дороги стало возможным и открытие в поселке магазина. Теперь девчата-доярки не выглядывали приезжающую машину с товаром, а спокойно после смены заходили в сельпо за покупками. И воду в ведрах не надо было таскать после тяжелого трудового дня. Налаженные бытовые вопросы давали возможность более плодотворной работы коллективу.

Такого специалиста и не могли не заметить. Для развития хозяйств на кубанской земле приглашали людей, неравнодушных и к работе, и к коллективу. Аннушка тоже получила такое предложение. Оценив на семейном совете перспективы, взвесив все "за" и "против", решились на переезд. Леночка, конечно, немного погоревала о том, что только начала привыкать к новой школе. У неё тут появилась подруга Люба. Но Анна сказала :

– Дочечка, не переживай! И новые друзья будут, и с этими связь не потеряешь, если захочешь. Посмотри на нас с Машей – и в разных колхозах работаем, а всё равно видимся, общаемся, ездим в гости друг к другу.

Новое хозяйство – колхоз Староминский – уже начинало греметь на всю округу своими передовыми технологиями на животноводческих и птичьих фермах. В состав поселения входило 6 поселков – один центральный и пять отделений. В каждом велась деятельность по своему направлению: первое и четвертое отделения – фермы крупного рогатого скота, второе отделение – птицеферма, третье и пятое – работали свинофермы. На центральном отделении были размещены здания администрации сельского поселения и руководства совхоза, строительная часть. При этом в каждом поселке были свой магазин, почтовое отделение, детский сад, сельский клуб, столовая и парки для прогулок. На центральной усадьбе магазинов было несколько : продуктовый, хозяйственный, книжный, магазин игрушек и магазин промтоваров. Конечно, некоторые товары продавались только отдельным категориям граждан, но основной ассортимент был доступен всем. Рядом с домом культуры располагался парк с каруселями для детишек и летним кинотеатром. А ещё кафе и подразделение сберкассы. В общем красота, да и только.

Но жилье новоиспеченным специалистам дали на первом отделении, а не на центральном, как обещали. Григорию предложили только место скотника… Печалиться не дала Мария.

– Анна, потерпите, я тут в одно хозяйство устроилась, как удостоверюсь, что не обещаниями кормят, вызову к себе.

Так через год забрала их Маша к себе в Искру. Она там была главным ветврачом, поэтому специалистов могла сама предлагать руководству, а не соглашаться на тех работников, которых ей предоставляли. Трудясь вместе, подруги не могли нарадоваться – и в работе есть на кого положиться, и вечером поболтать.

Леночка же осталась в Староминском совхозе – менять место учебы на выпускных классах не стоило. Некоторое время разрываясь между работой с подругой и дочерью в другом поселке, Анна в конце концов не выдержала. Хотела уже забирать дочь к себе. Но. У Леночки случилась любовь. В то же время руководство Староминского совхоза вышло с предложением приема Анны на работу в качестве и.о. главного ветврача хозяйства и жилплощадью на центральной усадьбе. Чаша весов перевесила в сторону дочери и возвращения на Кубань. Да и Гриша сказал :

– Аннушка, ну сколько можно? Давай уже где-то останавливаться, хватит бегать от одного хозяйства к другому. Здесь и нам хорошо, и дочери.

Квартиру дали трехкомнатную, просторную. Обставляли её постепенно, несколько лет. В те времена же сложно было достать что-то из мебели или текстиля. Да и Аннушка с Григорием пропадали на работе с раннего утра и до позднего вечера. Не до уюта было…

Мария поначалу расстроилась:

– Анна, как же так? Я ждала, что вместе работать будем, место подготовила тебе…

– Маша, у меня ж семья, я и так ребенка без внимания оставила. Смотри, что теперь приключилось!

А приключилось то, что нужно было после выпускного к свадьбе готовиться.

Глава 15. Свадьба дочери, рождение внучек.

Любовь нечаянно нагрянет, когда её совсем не ждешь. Так поется в одной известной песне. А Александр Сергеевич Пушкин в своё время написал строки: "Любви все возрасты покорны." И все эти слова весьма правдивы. Неважно, сколько тебе лет, готов ты к отношениям или нет. Придет час и твоя вторая половинка встретится на пути. Ну или какое-то время вы будете думать, что созданы друг для друга.

Семнадцатилетняя Леночка познакомилась на дискотеке с Виктором. Парень только что вернулся в родные края, отслужив в армии положенные два года. Бравый симпатяга в военной форме привлекал внимание юных красавиц поселка. Но ему приглянулась миловидная скромная Леночка. Она была для него незнакома. До призыва Виктора в армию семья Галенко ещё не переехала в совхоз Староминский. День за днем, встреча за встречей – молодые люди сблизились.

Аннушка с Григорием не сразу заметили, что в жизни дочери появилась любовь: занятость на работе, да и по учебе у Леночки не возникало проблем, всё успевала. В один из вечеров дочь призналась родителям, что беременна. Об аборте не было и речи, Анна не позволила бы калечить здоровье и жизнь своей любимицы. Она больше переживала о том, что дочь после окончания учебы в школе будет заниматься семейной жизнью, а не образованием.

– Леночка, я же просила тебя, получи сначала специальность, а потом уже о создании семьи думай. Ну вспомни, как нам было тяжело, когда я в институте училась.

– Мам, но я люблю!

Григорию тоже избранник дочери не особо нравился, но с этим выбором он смирился.

– Девчонки, – сказал он своим красавицам, – давайте лучше думать, что со свадьбой делать и с учебой.

Вопрос со свадьбой действительно был очень важен. Не потому, что надо устраивать праздничное гуляние, а потому, что девушка была несовершеннолетней. В Староминском ЗАГСе отказались расписывать молодых в те сроки, которые просили родители. На помощь пришла Маша. Подруга через друзей знакомых вышла на ЗАГС в станице Ленинградской, устроила запись без длительного ожидания. Затем закрутились с подготовкой нарядов – конец семидесятых, сложно что-то достать. При этом Аннушка с Гришей хотели, чтобы их Леночка была самой красивой невестой. Вместе с Машей они смогли достать элегантное платье из парчи, нашли, где можно будет взять к столу продукты. В день свадьбы Леночка и Виктор были самой красивой парой.

В положенный срок на свет появилась их дочурка. Молодой отец хотел, чтобы она носила имя его любимой жены, уж очень нравилось ему имя Елена. Но посоветовавшись и со старшим поколением, и с друзьями, назвали Анечкой. Летом 1979 года Леночка успешно сдала вступительные экзамены в Армавирский педагогический институт, заочное отделение. Штудировала конспекты лекций, работала в школе преподавателем группы продленного дня – помогала малышам учить уроки, воспитывала дочь. Старалась всё успевать. И при поддержке родителей это удавалось. Они говорили:

– Дочечка, нам помогать было некому, крутились сами. Не хотим тебе такой же тяжелой судьбы. Учись, получай специальность, мы рядом.

А спустя четыре с половиной года снова забеременела. Учебу не бросила, с работы в декретный отпуск ушла в положенный срок. Оставалась одна зимняя сессия перед дипломной практикой. И время экзаменов совпало с последними днями беременности. Родители и муж просили:

– Леночка, давай родишь, а потом на экзамены выйдешь.

Но той не хотелось отставать от группы. 1 января 1983 года отправилась в дорогу. Часть автобусов было отменено из-за праздников, часть не выехали на маршрут из-за погодных условий. Попутной машиной добрались с однокурсницами до соседней станицы, откуда движение транспорта дальнего следования шло без опозданий и задержек. К вечеру доехали до Армавира, кое как нашли жилье. И тут Леночка поняла, что рожает. Девчонки подхватили её, успели вызвать скорую.

Утром второго января на свет появилась младшая дочь. О чем телеграммой сообщили семье в поселок. В этот раз с именем уже не устраивали советов. Назвали Еленой, но Аннушка с Григорием, да и Виктор, называли малышку Аленкой. Конечно, Леночке всё же пришлось взять академический отпуск по учебе. Диплом защитила позже своей группы. Но высшее педагогическое образование было получено, дочери росли и радовали своими успехами и родителей, и бабушек с дедушками.

– Как хорошо, что все мы есть друг у друга, – повторяла Аннушка своим внучкам за кружкой вечернего чая.

А мы не понимали, что может быть по-другому. Что кто-то растет без родителей, без бабушек и дедушек, у кого-то нет такой большой семьи. У нас всё это было: и нарядные платьица, и песни на крыльце по вечерам, и новогодняя елка, и веселые дни рождения. Благодаря Аннушке, Григорию и родителям, благодаря тому, что они всегда были рядом с нами.

Глава 16. Выход на пенсию. Внучки. Первый правнук.

Даже самым лучшим специалистам и профессионалам своего дела когда-то придется уйти на пенсию.

Разница в возрасте у Аннушки и Григория была пять лет и их проводы на заслуженный отдых коллеги по колхозу собрались праздновать в один год. Август 1991. Гриша сразу оформил увольнение по возрасту, Анна ещё осталась работать. Ей казалось, что сил хватит и на трудовую деятельность, и на ведение подрастающего домашнего хозяйства.

Чтобы выжить в девяностые, стали заниматься не только птицей и свиньями, но и корову в колхозе выписали. Это было хорошее подспорье и возможность помогать семье Леночки и Виктора. Внучки учились в школе: Анюта в пятом классе, Аленка в первом. Девчонки быстро вырастали из купленных нарядов. Что-то приходилось заказывать в пошив у местной портнихи. Благо Николай, старший брат Аннушки, привез в своё время разных тканей, было из чего выбрать и на платья, и на костюмы.

Тяжело приходилось семье, но каждый из них старался, как мог, чтоб малышки не ощутили на себе эти непростые времена. Леночка каждые выходные пекла булочки и пирожки, чтобы на неделе была сдоба к чаю. Григорий каждый день ранним утром приходил на хоздвор управлять хозяйство, днем занимался заготовкой кормов, вечерами ему с этим помогал Виктор после работы.

Аннушка ещё год проработала главным ветеринарным врачом, но всё-таки оформила пенсию и переключилась полностью на домашние дела. По большому счету для неё и Гриши почти ничего не поменялось: только что на колхозные фермы ходить не надо, а так то же выращивание животных, тот же уход за ними, лечение, если нужно. Вроде бы и ушли на пенсию, а нагрузка осталась та же колоссальная. Однако каждый раз за ужином они с легкой душой смотрели на внучек, уплетающих булочки с домашним парным молоком. И понимали для себя – всё правильно делаем, вот они, девчонки наши, счастливые.

Жили на тот момент уже отдельно: Аннушка с Григорием остались в прежней квартире, семье Леночки и Виктора дали дом на улице новостроек. Уже из этого дома Анюта пошла в первый класс. Так и вели совместное хозяйство: всех животных держали на подворье у молодых, вместе завтракали, обедали, ужинали. И только поздней ночью шли спать к себе домой. Бывало после тяжелых дней Гриша уходил ещё до ужина. Тогда Аннушка что-то вкусненькое приносила ему и они вместе чаевничали. А иногда Григорий и сам мог пожарить гренки для своей любимой. И только друг другу могли сказать, что им тяжело, что устали. Внучкам никогда не жаловались, а только говорили:

– Учитесь, девчонки, получайте высшее образование! Со специальностью в руках всегда заработаете на кусок хлеба с маслом.

При этом Леночке с Виктором уже не первый месяц задерживали зарплату, только хозяйство и выручало : то птицу, то молочку возили по выходным на рынок продавать. Но старшее поколение продолжало настаивать на том, что девчонки должны поступить и отучиться в институтах. В 1995 году Анюта сдала выпускные экзамены. Поступать в институт решили в Донецкой области: в Макеевке жили родственники Григория: брат Петр со свое женой Раисой, их сыновья, ровесники Леночки; в Донецке – племянница Аннушки и двоюродные сестры. Не в чужой город отправляли, надеялись, что близкие поддержат девчонку, помогут при случае.

Первое время Анюта и правда пожила сначала у двоюродных бабушек, но потом всё же перебралась в общежитие. Родных бабушки и дедушки она периодически навещала, приезжала к ним на телефонные переговоры с семьей. Домой приезжала не часто, раз в пару месяцев. Но почти в каждый такой приезд за большим столом собиралась вся семья и Аннушка говорила:

– Ох, девчонки, вот вас выучим, замуж отдадим и всё, можно нам с дедом отдыхать.

На что Алёнка всегда отвечала:

– Бабуль, а как же правнуки? Их ещё выучить надо будет, и на свадьбе у них погулять.

И все смеялись. На последних курсах института, Анюта встретила свою любовь. В сентябре 2000 года они с Данилом расписались, а Аленка в этом же году поступила в институт. Строительный. Такой же, в котором училась старшая сестра, но уже в Ростове-на-Дону. Поближе к дому. Времена стали поспокойнее, родители с меньшей опаской отпустили младшую дочь в незнакомый город на учебу.

1 февраля 2001 года у Анюты с Данилом родился первенец. Так Аннушка с Григорием стали прабабушкой и прадедушкой, Леночка с Виктором – бабушкой и дедушкой, а Аленка получила статус тёти. Мальчик Кирюша своим появлением приободрил старшее поколение. Если поначалу ещё и были у кого-то мысли, что вот сейчас прабабушка сядет с правнуком нянчиться, то уже к весне стало понятно – этого не будет. Закупая очередную партию птицы на выкорм, Аннушка сказала :

– Молодой семье нужна наша поддержка!

И спорить с ней было невозможно.

Глава 17. Болезнь младшей внучки. Правнуки.

Удивительное явление и редкая радость для любой семьи, когда одномоментно в ней живут и общаются 4 поколения. Это не значит, что они находятся под одной крышей. В одном населенном пункте или даже в соседних городах… Семье Аннушки и Григория это удалось.

Первого своего правнука Кирилла они восприняли, как подарок небес, как заслуженную награду за все тяготы и лишения, которые были на их жизненном пути.

– Вот оно, наше счастье! Внучки уже правнуков дарят, Гриша! Какие мы молодцы, что не опускали руки, трудились, старались.

С большим удовольствием Аннушка принимала участие в процессе воспитания и взращивания нового поколения семьи. Как искупать, как покормить, когда погулять – обо всём напоминала молодым родителям, всё контролировала. Леночка с Виктором, конечно же, тоже не оставались в стороне. Но на их плечи легли ещё и заботы обеспечения большой семьи. Анюта была в декрете, Данил уехал на заработки в северные регионы к своему старшему брату, Аленка училась в институте.

– Справимся, мои дорогие, справимся! – говорила Аннушка.

Брали огородные наделы для обработки и выращивания овощей для заготовок на зиму, держали большое хозяйство. При распаде колхоза Григорий и Аннушка забрали свои паевые земли в личное фермерское хозяйство. Это было целых десять гектар. Техники для работы на таких площадях не было, почти все пенсии уходили на покупку топлива, семян, оплату работы наемных людей для прополки (если сеяли свеклу или подсолнечник), трактористам, комбайнерам. Да, по итогу сбора урожаев выходили неплохие денежные суммы, но большая их часть уходила на уплату налогов и покрытие оставшихся расходов. Аннушка настаивала, что так есть хоть какие-то возможности для финансовых поступлений кроме зарплат Леночки и Виктора и пенсий её и Григория. Ни уговоры, что землю лучше сдать в аренду фермерам с техникой, ни расчеты-расклады по деньгам на неё не действовали. Так и крутились. Благо в начале 2000-х уже не было больших задержек в выплатах зарплат и пенсий.

Анюта с Данилом, который не получил хорошего заработка у брата, отправились с маленьким Кириллом в Донецкую область. Там Дане предложили место инженера на одном из заводов. Работа по специальности, полученной в институте. Вроде бы и хорошо это, редко кто тогда мог устроиться по профилю. Но Украина – не соседняя улица в поселке. Расстояние, на котором члены семьи теперь могут оказаться друг от друга, пугало старшее поколение.

На Кирюшин годик смогла приехать в Макеевку только Аленка. У неё как раз в это время были каникулы в институте после успешно сданной сессии. Малыш был очень рад, что к нему приехала любимая тётя. Гостинцы от бабушки с дедушкой и прабабушки с прадедушкой тоже его очень порадовали – и игрушки, и булочки.

До лета 2002-го Анюта с Данилом ещё пожили в Макеевке, но потом начались перебои с выплатой зарплаты на предприятии и молодежь вернулась в родные края. Большая семья вновь была в сборе. Казалось, жизнь налаживается.

Но весной 2003-го как гром среди ясного неба для всех поколений семьи прозвучал диагноз "онкология" у Аленки. Тогда у Аннушки появилась первая седая прядь волос. Григорий стойко по-мужски ждал от своей жены, что же они будут делать. Ведь во всех вопросах он всегда ей доверял. На Виктора надежды не было – он топил своё горе в алкоголе. Леночка просила врачей только об одном:

– Спасите мою дочь, сохраните ей жизнь!

Аннушка сообщила о семейной беде Маше, своей верной подруге. Та, бросив дела, приехала к Леночке и Аленке в больницу Краснодара. Переговорила с врачами, поуточняла у знакомых. На первый срочный курс химиотерапии нужно было 10 000 рублей. В 2003-м это огромная сумма. Вызвали Виктора в Краснодар и он продал часть ценных бумаг, которые семья держала "на всякий случай". Решили, что этот случай настал.

Первый курс химиотерапии провели в клинике, где проходила операция, на которой и был обнаружен очаг злокачественных клеток. Дальнейшее лечение проходило уже по льготному направлению в онкодиспансере. Каждые три недели нужно было приезжать на процедуры. Так полетели дни за днями. Поездка в Краснодар, курс химиотерапии, день отлежаться и снова домой в поселок. Останавливались, конечно, у Маши, она жила в пригороде Краснодара. Леночка сопровождала дочь в этих поездках. Аннушка с Григорием вели хозяйство, Виктор продолжал работать, Анюта занималась воспитанием Кирилла, Данил ездил на заработки. Каждый взял на себя какие-то дела Леночки, пока она уезжала с Аленкой на лечение. Общими усилиями – врачей и семьи – успех был достигнут! Наступила стойкая ремиссия! Одно только большое "НО" осталось – Аленка не сможет стать матерью.

– Мам, я что теперь одна на всю жизнь останусь? Кому я такая "пустая" нужна?

Леночка не могла подобрать слова, чтобы объяснить своей младшенькой, что всё будет хорошо, главное, что жива. Но та сама тихо произнесла:

– Почему обязательно одна? Будет рядом со мной любимый человек. Потом, когда окрепну. А пока мне есть чем заняться.

В январе 2004-го Аленка вернулась в институт, восстановилась после академического отпуска, чему очень были рады преподаватели кафедры. Пришлось, правда, учебу продолжать с другой группой студентов. Но Аленку это не пугало. Ведь для получения золотой медали она на один год меняла место учебы и переводилась в другую школу: тут не только другие ученики, но и учителя тоже. В институте новыми оказались только однокурсники, педагоги остались те же и очень поддерживали её.

В конце лета 2004-го Аленка познакомилась со своим будущим мужем Виктором. Поначалу эти отношения воспринялись семьей неоднозначно. Леночка говорила, что разница в 15 лет – это разница в целую жизнь, а Аннушка сказала:

– Пятнадцать лет – это не тридцать. Не так уж и много.

В феврале 2005-го на Кирюшин день рождения Витечка приехал с детским велосипедом и с серьезным разговором к Леночке и Виктору.

– Дочь вашу люблю и хочу, чтоб она женой мне стала.

Это были хорошие новости для родителей и бабушки с дедушкой. Анюта тоже обрадовала известием, что снова беременна. Под общесемейное "Урраа!!" и звон бокалов Аннушка с Григорием переглянулись:

– Растет семья, мы всё правильно делаем!

Глава 18. Растет семья!

Когда мы понимаем, что у нас всё хорошо и что всё в порядке? Когда происходят события, выбивающие нас из привычного течения жизни. Судьба постоянно испытывает нас на прочность и на гибкость. Простые слова, понятные каждому. Можно даже сказать, банальные. Тем не менее, каждая ситуация, с положительным результатом или не очень, оставляет в наших сердцах рубцы, метки или даже раны.

16 июля 2005 года родился у Аннушки и Григория ещё один правнук. Славный мальчишка, имя которому выбирали всей семьей. Сообща постановили назвать Леонидом. Ласково же все называли его Лёнечкой. С двумя мальчуганами в небольшом дачном домике на окраине Ейска уже было не уместиться. Анюта с Данилом приобрели квартиру в ипотеку. Новостройка без ремонта, но хорошем микрорайоне города.

Аленка в 2006-м окончила институт с красным дипломом и почти сразу же вышла на работу. Не совсем по специальности, но опыта работы в коллективе надо было набираться, да и сидеть дома она не собиралась.

Григорий с Аннушкой уже были не так сильны здоровьем. Стали чаще обращаться к врачам. Хозяйство уже держали в меньшем количестве.

– Внученьки, силы уже не те, не выдерживаем мы с дедом такой нагрузки, – говорила Аннушка за семейными чаепитиями.

– Бабуль, дедуль, вам уже отдыхать надо, давно говорим вам об этом, – отвечали девчонки.

В 2007-м Леночка и Виктор развелись, а Аленка с Витечкой поженились и сыграли скромную свадьбу в кругу семьи. Два полярных по знаку событию снова оставили следы в сердцах старшего поколения…

Леночка после развода вернулась в отчий дом и стала налаживать быт пожилых уже родителей. Общими усилиями сделали в квартире индивидуальное отопление, заменили окна, пристроили веранду. Всё чаще звучал в доме Аннушки и Григория детский смех: Анюта привозила правнуков погостить. А потом и вовсе решили, что в первый класс Кирилл пойдет здесь, у бабушек, пока молодые родители хоть немного обустроят новую квартиру. Второклассником Кирюша был уже в ейской школе, чему больше всех радовался младший брат. Через некоторое время и Лёня стал учеником, а Кирилл стал посещать ещё и художественную школу.

Со временем семья всё-таки уговорила Аннушку сдать паевые земли в аренду фермерам с техникой. Свободного времени появилось больше и она стала чаще ездить в гости к Анюте, помогать управляться с ребятами: пекла им блинчики, провожала в школу и даже учила с Кириллом английский язык, чем очень веселила Лёню.

– Бабушка Аня, а как ты его проверяешь, если ты слов этих не знаешь?

– Секрет, – отвечала Аннушка. – Но результат-то есть, учитель четверки стал ставить за домашние задания по английскому.

Август 2011-го был ярок на семейные события. 12-го августа Григорий отметил 80-летие. 22-го августа Аннушка отпраздновала 75-й день рождения. А 25-го августа Анюта подарила семье девочку Василису.

– Самый лучший подарок нам на юбилеи – это наша правнучка!

Для Аннушки имя Василиса было знаковым. Ведь её отца звали Василий, как будто приемственность поколений. Но это было глубоко в душе. А вот черты лица Лёнечки всё больше напоминали родных Аннушки. Когда он в рядах Бессмертного полка нес портрет прапрадеда, пропавшего без вести, она тихонько вздыхала и говорила:

– Ну, вылитый Молокоедов!

Новый 2012-й год каждый встречал у себя дома : Анюта с семьей – в Ейске, Аленка с мужем – под Ростовом-на-Дону, Леночка со старенькими родителями – в поселке. А к Рождеству все собрались у очага родного дома – у Аннушки с Григорием. Гриша впервые увидел правнучку, с рук не спускал её. Да и она крепко обнимала его, как будто давно не видела и очень скучала. Хотя это была их первая встреча.

Аннушка порадовала всех своими фирменными тоненькими блинчиками. Мальчишки разбирали новогодние подарки под елкой. Девчонки по традиции собрались погадать в сочельник, приготовили нужные атрибуты. А Аннушка рассказывала им, как они тоже по молодости гадали и дурачились. Шум, гам, веселье лились по дому. А Григорий сказал:

– Ох, и развеселились вы, девчата! Хватит уже хохотать, а то, смотрите, потом плакать будете!

По прошествии лет эти слова кажутся пророческими, тогда на них не обратили внимания.

Глава 19. Жизнь прожить – не поле перейти.

Есть только миг между прошлым и будущим, именно он называется "Жизнь". Правильные слова из хорошей песни. Мы живем здесь и сейчас. И что важно? Именно этот момент и важен, и те, кто рядом с тобой сейчас.

После рождественских праздников 2012-го все разъехались по своим домам, начались рабочие будни. 10-го января Григорий плохо себя почувствовал. Леночка вызвала отцу скорую помощь, та доставила мужчину в больницу. 11-го она прозвонила дочерям, сказала : "Дедушка приболел, он в реанимации." 12-го января Аленка взяла на работе отпуск за свой счет, Витечка привез её к родным. Вечером 12-го января семье сообщили, что Григорий скончался, реанимационные мероприятия не помогли. Аннушка, Леночка и Аленка то одновременно в голос рыдали, то затихали и молча смотрели друг на друга… В голове не укладывалось – ведь всего пару дней назад всё было хорошо, все были рядом…

Кого смогли из родных и знакомых – обзвонили. Держались, когда приехала Анюта с детьми, старались не плакать при мальчишках. В день похорон приехала Маша. Ей не успели сообщить о горе в семье, она приехала, как и в прежние годы, поздравить всех со Старым новым годом. Всю ночь шел дождь – непривычная для середины января погода. Катафалк не смог проехать на кладбище к месту погребения, знакомые мужчины поочередно несли на руках гроб с Григорием. Аннушка тихо бормотала всё время:

– Гриша, ну как же так?..

А на следующий день выпал снег. На улице всё было белым, тихим и спокойным. И в доме была тишина. Из серых мыслей в реальность семью вернули дети. Правнуки, сами того не осознавая, поддерживали Аннушке, не дали ей впасть в депрессию. Год она продержалась и только после первой годовщины смерти мужа к ней пришло осознание потери. Резко начались проблемы со здоровьем: скачки давления, плохой аппетит. Леночка и внучки стали возить Аннушку на обследования, доктора назначали лечение, корректировали схемы процедур. При этом мальчишки старались радовать своими успехами в учебе и рисунками из художественной школы.

Животные, которых изображал на своих полотнах Лёнечка, настолько поражали своей естественной красотой, что неизменно помещались в рамку и вешались на свободное место на стене в гостиной. Анюта распечатала фотографии Кирилла, Леонида и Василисы. Их портреты в рамочка тоже повесили на стены. Очень нравилось Аннушке разговаривать с ними по телефону и при этом смотреть на портреты. Как будто они рядышком сидят и беседуют с ней, рассказывают и своих достижениях.

Потихоньку здоровье Аннушки стабилизировалось, только блеск в глазах пропал. Как будто глаза у неё сияли только рядом с любимым мужем. Иногда её взгляд начинал лучиться. Но лишь в те моменты, когда рядом были любимые Кирюша, Лёня и Васёна. Три дорогих её сердцу озорника.

Кирилл после 9го класса отучился в колледже на ландшафтного дизайнера. И получив диплом, пришел работать к Анюте в фирму. Ленечка тоже окончил только 9 классов. По итогам выполнения творческого задания был зачислен в колледж на специальность "преподаватель прикладного искусства". Оба успешно окончили художественную школу. И этим Аннушка очень гордилась:

– Какие же они талантливые у нас!

Василиса тоже пошла по стопам братьев и поступила в ту же художественную школу, попала на курс к тому же преподавателю. Всё ровно, спокойно.

2022 год провожали по видеосозвону в вацапе. А потом мальчишки сорвались и приехали новый год отмечать к бабушкам.

– Телефоны – это хорошо, но в телефоне же я не могу вас обнять, – говорила Аннушка, усаживая дорогих гостей за праздничный стол.

2го января мальчики поехали домой к родителям и Василисе. А утром 3го января Аннушке стало плохо. Леночка вызвала скорую, врачи стабилизировали давление. Но говорить у больной не получалось. Инсульт. От госпитализации отказались. Леночка боялась, что из-за аллергии практически на все лекарства, могут случится ухудшения или проявиться какие-то непонятные реакции. В ясном уме и светлой памяти Аннушка жестами и "угуканьем" поддерживала диалог с приехавшими внучками и Леночкой.

Через пару дней Анюта с детьми уехала, а Аленка осталась ещё на месяц. Постепенно они с Леночкой подняли Аннушку, она сама ходила, неплохо разговаривала. Невероятная любовь к жизни поднимала её дух в борьбе с болезнью. Когда она достаточно окрепла, съездили на прием к неврологу. Тот вынес вердикт – улучшений уже не будет.

Приехав домой, Аннушка сказала:

– Этот-этот не знает ничего. Потом у другого узнаем.

Это означало, что осматривавший её доктор ничего не понимает, непонятно как лечит. Сейчас ещё сил поднаберусь и к другому на обследование поедем.

Были и обследования МРТ, и посещения онколога из-за шишки, появившейся много лет назад, а сейчас иногда мешающей Аннушке дышать и глотать. Молодой специалист в клинике удалял на время жидкость из образования, успокаивал, что оно доброкачественное. Просто вот такая у него природа. На некоторое время всё это помогало, но потом Аннушка снова жаловалась на то, что шею тянет и ей тяжело.

Летом 2023-го Кирилла призвали в армию на срочную службу. Конечно, семья переживала, как всё пройдет. Собравшись у Аннушки дома как будто на обычный семейный слет, ей не сказали, что её старший правнук через пару дней станет новобранцем. Весь год службы по мере возможности он звонил по видео, говорил, что в командировке на стройке. В конце июня 2024 Кирюша демобилизовался и вся семья встречала его в Ейске. И Аннушка тоже, хотя накануне у неё было очередное посещение онколога и все переживали, хватит ли у неё сил…

Самая большая нагрузка в уходе за Аннушкой легла на Леночку. Дочь старалась, чтобы у любимой мамы каждый день была свежая и вкусная еда, прогулки на улице при хорошей погоде. В учебное время на переменках прибегала проведать, всё ли в порядке. Летом 2024 уже строили планы, что Леночка уже уйдет с работы и они переберутся с Аннушкой в Ейск к Анюте…

В начале июля Аннушка стала слабеть, сил передвигаться хватало только если рядом был кто-то, кто мог поддержать и подстраховать движение. Каждый раз, выходя из дома даже на 2 минуты, Леночка говорила:

– Мам, я сейчас приду, сама не поднимайся.

Аннушка соглашалась и терпеливо ждала. Для неё, активно двигающейся всю жизнь, даже 2 минуты ожидания были длинными. Видимо в какой-то момент она решила сама пройти по комнате, но не удержала равновесие, упала. Леночка поднять её сама не смогла, вызвала Анюту с ребятами. Те приехали, на одеяле перенесли Аннушку на её диван. Место ушиба у неё, конечно, болело и она давала делать на него компрессы. Но подниматься даже присесть на диван попыток не предпринимала.

В помощь остался Лёнечка, он помогал приподнимать Аннушку, чтобы Леночка её покормила. Аленка привезла специальные поильнички и противопролежневый матрас…

15 июля 2024 года Аннушки не стало. До последней своей минуты она смотрела на портреты правнуков и правнучки и говорила:

– Ну где же, где?

Хотя они могли уехать только полчаса назад.

–Ну что всё ты и ты?– спрашивала она у Леночки. – А эти все где?

Да. В последние дни она разговаривала короткими предложениями, зачастую понятными только близким людям. Но одну фразу она говорила четко и с полным пониманием:

– Да, жизнь прожить – не поле перейти!

Спасибо тебе , Аннушка, что мы были друг у друга… Спасибо, бабуля, что научила жить, любить, беречь то, что дорого сердцу…