Kitabı oxu: «Свёкор и его брат. Месть за измену»

Глава 1

Ключ в замке повернулся привычно, но дверь почему‑то поддалась слишком легко, будто квартира сама хотела впустить её внутрь.

Тишина. Та самая, домашняя, к которой она привыкла... но сегодня она была не уютной, а напряжённой, как натянутая струна.

Кристина сняла шарф, повесила пальто — движение за движением, машинально. Уже хотела позвать Стаса — и вдруг что‑то едва уловимое заставило её остановиться.

Не звук… дыхание. Чьё‑то быстрое, сбивчивое. Ритм другой, чужой.

Она сделала ещё шаг — и поняла, что слышит стук. Нет, два стука: её сердце и что‑то тихое, глухое, где‑то в спальне.

Приоткрытая дверь. Щель. Лоскут света.

Её пальцы коснулись косяка, замерли. Мозг подсказывал отступить, медленно — в коридор, к лифту, на улицу… Но сердце — предало.

В один миг она открыла дверь пошире.

Картина не требовала пояснений: смятые простыни, кожа, переплетённые тела. Стас — её муж — не просто был рядом с другой женщиной. Он был с ней так, как когда‑то был только с Кристиной: жадно, забыв о мире, без остатка.

Время сжалось в комок.

Запах — их общий запах дома, перемешанный с чужими духами.

Звуки — шёпот, тяжёлое дыхание, матрас скрипнул…

А внутри у неё будто что‑то разорвалось — не громко, а тихо, как тонкая ткань.

Она стояла. Смотрела. И не могла понять, что в этот момент сильнее: боль или пустота.

Гнев пришёл потом.

Сначала было лишь вязкое, холодное удивление: "Так вот как это — увидеть предательство не в переписке, а вживую. Оно пахнет. Оно дышит. Оно смотрит прямо в глаза и не отворачивается."

Стас поднял голову. В его взгляде — всполох испуга, но больше раздражения.

А у неё — ком в горле, который уже был не проглотить.

Кристина поняла, что в эту секунду умерло что‑то куда большее, чем их брак.

И тишина снова разлилась по комнате, но теперь она была иной — вязкой, тяжёлой, набухающей от слов, которые никто не говорил.

Стас резко сел, натянул на бёдра одеяло. Женщина рядом — молодая, с тёмными спутанными волосами — не пыталась прикрыться. Она смотрела на Кристину не вызывающе, но и не виновато, скорее — с ленивым любопытством хищника, у которого только что отняли кусок добычи.

Кристина сделала шаг вперёд, без необходимости — просто чтобы видеть их обоих целиком.

— Ну, — её голос оказался неожиданно ровным, почти чужим, — вы даже закончить не попытались.

Стас поморщился, будто её слова были не обвинением, а лишним шумом.

— Кристина, подожди, это не то, что ты думаешь…

— Замолчи, — перебила она тихо, но так, что он действительно замолчал.

Она вдруг осознала, что все привычные сценарии — крик, истерика, бросание вещей — не происходят. Не потому, что она себя сдерживает, а потому что в ней всё словно умерло вместе с тем тихим «щёлк» в замке несколько минут назад.

По ковру, мимо брошенных на пол джинсов и рубашки, она подошла к комоду. Взяла лежавшие там часы, дорогой подарок от её родителей ко дню свадьбы, и просто держала их в руках. Стас следил за ней, но не вставал.

— Ты всегда говорил, что предательство — это когда врёшь, — сказала она, не глядя на него. — А я думала, что это когда в глаза смотришь и не моргаешь.

Она мягко положила часы обратно. Подошла к двери, взяла своё пальто. Ключи остались в замке снаружи.

Перед тем как выйти, она остановилась.

— Я не вернусь, Стас. Даже если ты выползешь за мной на коленях. Потому что сегодня я увидела тебя настоящего. И знаешь… ты слишком мелкий для моей боли.

Щёлкнул замок, теперь уже окончательно, и за дверью в прихожей осталась лишь та же тишина, только теперь она была чужая.

Глава 2

Небо к вечеру затянуло, и дождь срывался мелкими острыми каплями, скользя по стеклу машины. Кристина ехала к Грише с одной мыслью: все кончено, и сдерживаться больше незачем. Слова мужа о «поздней работе» она уже давно перестала принимать всерьёз — телефонные блокировки, запах чужих духов, смазанные отговорки.

Гриша был её свёкор, человек, который всегда смотрел на неё чуть иначе, чем следовало бы. Эти взгляды она ощущала спиной, когда он приходил к ним в гости. И теперь решила: пусть станет инструментом мести.

Дом Гриши был в тихом районе. Она поднялась к его двери, сердце билось ровно — будто часть её уже давно всё просчитала. Дверь открыл он. На нём свободная рубашка, запах свежего кофе и сигарет.

— Кристина? — лёгкое удивление в голосе, но в глазах — неподдельный огонь.

— Можем поговорить? — она шагнула внутрь.

Но в гостиной её ждал ещё один мужчина. Высокий, с чуть седыми висками. На вид чуть старше Гриши. Он поднялся с дивана, улыбнулся мягко.

— Это мой брат, Женя, — представил Гриша, не сводя с неё взгляда. — Приехал погостить.

Женя протянул руку. Его хватка была крепкой, но в его глазах тоже задержался этот внимательный интерес.

— Приятно познакомиться, — сказала она, чувствуя, как напряжение внутри превращается в нечто другое — в электрическое ожидание.

Гриша ушёл на кухню за бокалами, а Женя остался с ней наедине. Секунды тянулись, и он уже изучал её почти так же смело, как брат.

— Ты неожиданно… — начал он, но замолчал, когда она опустила пальто на спинку кресла.

Вернулся Гриша, разливая вино. Мужчины обменялись короткими взглядами, и Кристина поняла: оба читают её решение, оба понимают, зачем она здесь. И вместо дискомфорта внутри зашевелилась опасная смесь — интерес к игре, где правил нет.

— За встречу, — сказал Гриша, протягивая ей бокал.

— За новые… возможности, — ответила она, намеренно задержав взгляд то на нём, то на Жене.

Кристина сидела между ними на диване, чувствуя исходящее от обоих тепло и плотность их взглядов. Гриша сел ближе, его колено коснулось её бедра, а Женя, не теряя времени, положил руку ей на плечо и медленно повёл вниз, вдоль линии руки, будто проверяя, дрожит ли её кожа.

Вино согревало изнутри, но куда сильнее обжигало осознание — они оба хотят её.

Гриша развернул её к себе, его ладонь уверенно легла на поясницу, притянув ближе, так что её колени коснулись его ног. Большие пальцы начали мягко, но настойчиво скользить по её боку, поднимаясь всё выше, к груди.

В это время Женя не остался в стороне — он наклонился к её шее, горячее дыхание скользнуло по коже, а затем лёгкое, но жадное касание губ. Он целовал её медленно, но с нарастающей глубиной, прижимая пальцами её подбородок, заставляя чуть откинуть голову, открывая шею ещё больше.

Гриша, чувствуя, как она поддаётся, запустил руку под тонкую ткань её блузки, пальцы нашли тёплую, гладкую кожу живота, а затем поднялись к груди. Он сжал её смело, чувствуя, как дыхание Кристины становится неровным.

Женя в этот момент переместился к её губам, поцеловал резко, властно, заставив её ответить. Их языки переплелись, а в то же время Гриша уже стянул с неё блузку, обнажая плечи. Его ладони были горячие, грубые, но эта грубость только усиливала её желание.

Кристина оказалась между двух тел — спереди Женя, сзади Гриша. Один целовал её жадно, другой скользил руками по её талии, бёдрам, сжимая и притягивая к себе. Она чувствовала их силу, напряжение их тел, и в этот момент поняла, что контроль над ситуацией уже ушёл — они начали действовать жёстко, как мужчины, которые решили взять то, чего хотят.

Женя держал её лицо ладонями, его большие пальцы мягко, но властно скользили по коже щёк, как будто он хотел запомнить каждую линию. Его поцелуи становились глубже и медленнее, он тянул их, заставляя её полностью растворяться в этом ритме.

Сзади Гриша дышал ей в ухо, так близко, что каждый выдох обжигал, будто горячий ветер. Он медленно провёл губами от мочки уха вниз по шее, легко касаясь, а затем чуть крепче прикусил, и в этот момент у неё пробежала дрожь по всему телу.

Её спина чувствовала его грудь, сильную, плотную, он словно охватывал её собой, создавая ощущение, что она зажата в коконе из мужской силы. Его ладони уверенно скользили по её бёдрам — сначала медленно, будто изучая, затем настойчивее, сжимая и поглаживая, вызывая в ней волны жара.

Кристина чувствовала, как её дыхание становится тяжёлым, грудь поднимается всё выше с каждым вдохом. Ткань юбки задралась почти до пояса, и кожа бёдер ощутила прохладу воздуха, которая тут же смешалась с горячими прикосновениями.

Женя отстранился лишь на секунду, чтобы посмотреть ей в глаза. Его взгляд был темным, плотным, и в нём читалось жгучее, безоговорочное желание. Он провёл тыльной стороной пальцев по её губам, а затем, не отводя взгляда, медленно опустил руку вниз, по линии её шеи, груди, живота…