Kitabı oxu: «Про Новый год, котиков и вот это вот всё!», səhifə 2
Пристально посмотрев на дочь прямо сквозь мокрую пелену, Марина пару раз кивнула для верности. Василиса смотрела на мать, что-то обдумала несколько секунд и сдалась.
– Ну ладно, – Василиса опустила голову, закрыла глаза, и с ее щечек сорвалось несколько предательских капелек, которые она так старательно сдерживала. Ведь все-таки ей уже восемь, и она уже почти совсем взрослая.
Марина радостно обняла дочь, поцеловала ее в мокрые глаза и пошла доставать елочные игрушки и гирлянды.
Елка у них была искусственная и установить ее не было никаких проблем. Хотя этим всегда занимался их папа. Конечно, папа – это муж мамы, но все и всегда его зовут папой, даже мама.
После установки елка совсем не отличалась от настоящей. Это удивительное искусственное дерево было когда-то семейной реликвией в маминой семье. Его когда-то в Советском Союзе купила мама мамы – бабушка Василисы. И с тех пор не прошло ни одного года, чтобы елка не была наряжена.
Игрушки тоже были очень разные: и такие, которым уже больше чем полвека, сделанные из тончайшего стекла, и современные – из пластика. Гирлянды только были очень современные – яркие и красивые. Те, что покупали в прошлом веке, по решению папы были выброшены, так как они, по его словам, были совсем не безопасные для использования.
– Так, мы команда. Чтобы не тратить лишнего времени, ты будешь подавать мне игрушки, а я их буду цеплять! – предложила деятельная Марина.
Василиса стала подавать игрушки, а мама их стала цеплять на ветви елочки.
В какой-то момент Марина поняла, что Василиса вовсе не следит за тем, какие игрушки подает маме, а просто опускает руку в коробку и протягивает ей, что называется, без огня, а сама в это время сидит и что-то роет в планшете, почти не обращая внимания на то, чем они занимаются.
– Васен, ну ты что? – в очередной раз за этот вечер спросила мама. – Давай украсим елку игрушками, которые нравятся именно тебе, а потом расскажем папе, какой классный ты стилист! Давай соберись, мы ее почти нарядили!.
И тут совершенно неожиданно откуда-то с боку, подпрыгнув невероятно высоко и оттолкнувшись от стены, кот Маркиз влетел в елку и повалил ее наземь. Да с таким грохотом, что разлетелось несколько драгоценных старинных елочных игрушек.
– Маркиз! – закричала Марина и громким визгом ей вторила Василиса:
– Да что же это такое?!
– Так, все! Василиса, быстро спать. А тебя, Маркиз, я сейчас вообще накажу!
– Мам, – робко попыталась, спорить Василиса и пустила девичью слезу.
– Без разговоров! – разделяя слова, сказала Марина, и Василиса поняла, что спорить не стоит.
Опустив голову, она переоделась в пижаму, почистила зубы. Вернувшись в гостиную, она пожелала маме спокойной ночи и ушла на свою кровать. Марина же сидела молча на табурете и смотрела в городскую тьму в оконном проеме.
Уже в кровати Василиса слышала, как мама разговаривает с кем-то по телефону и, кажется, плакала.
Засыпая, Василиса подумала: «Гад все-таки Маркиз. Я хоть и не хотела наряжать елку, но ронять-то зачем?
И тут вдруг она открыла глаза, потому что услышала мягкие шаги по полу ее комнате. Мимо нее как ни в чем не бывало прошел Маркиз куда-то в коридор. Василиса вскочила с кровати, намереваясь поймать Маркиза и отнести его маме на расправу. Ну или хотя бы отругать его самой. Но когда она выбралась в коридор, в квартире оказалось неожиданно темно, как будто все уже спали. Только полоса света проступала из приоткрытой входной двери.
«Мама, что ли, дверь оставила открытой?» – подумала Василиса. И, прыгнув на ходу в тапки, прямо так, в пижаме, выскочила в парадную. Успев подумать, почему именно парадная? Тут же парады не проводят…
Василиса была очень послушной и разумной девочкой и никогда не выходила из дома без разрешения. Но, кажется, мама уже спала и оставила случайно открытой дверь. Хотя раньше такого никогда не бывало.
«Я только Маркиза поймаю и сразу обратно», – думала решительная охотница на котов.
Тем временем Маркиз миновал уже лестничный пролет по направлению вверх, а Василисе не оставалось ничего другого, кроме как побежать за ним. Ведь они никогда не отпускали его из дома – заблудится еще и потеряется. Ну и что, что он елку уронил? Подумаешь. Все вокруг нее было необычным. Казалось, обычные ступени вдруг обрамились коваными перилами и массивными деревянными поручнями, которые шли к тому же и вдоль стены. Так что опираться на них можно было не мешая тому, кто проходит по другой стороне. На стенах весели причудливые фонари, которые светили тускло и, казалось, живым огоньком. Она такое только в старинных фильмах видела. Не поспевая за Маркизом, который для домашнего кота оказался очень шустрым, Василиса уже добралась до верхнего этажа и встала перед приоткрытой дверью на чердак. Раньше она бы и не подумала лезть на чердак. Таким только глупые мальчишки занимаются и в старинных советских фильмах, но сегодня случай был особый. Во-первых, Василиса очень беспокоилась о Маркизе, а во-вторых, она была очень смелой и решительной и уже не могла сдаться, зайдя так далеко.
Почему дверь чердака приоткрыта и откуда она тут вообще взялась, было загадкой. Но Василису сейчас это совсем не волновало, она осторожно прошмыгнула вовнутрь, чуть больше отворив створы двери.
Внутри чердака была полутьма, такая же, как бывает в квартирах, в которых уже наступила ночь, но шторы не занавешены и света уличных фонарей, соседних окон и луны со звездами хватает на столько, что отчетливо видно силуэты всех предметов.
Двигаясь куда-то вглубь по коридору, смелая девочка видела проходы в боковые помещения, похожие на очень захламленные комнаты. В одной стояли и пылились пианино, комоды и стулья, наваленные друг на друга. Какие-то коробки со старыми плюшевыми игрушками, стопки бумаг и, кажется, пластинок – их Василисе показывала бабушка. Она их хранила и очень ими дорожила.
– Кис-кис-кис! Маркиз, – полушепотом стала звать своего котика Васена. Было немного жутковато во всем этом полумраке и старых вещах. Но и очень интересно было.
«Надо будет уговорить папу забраться сюда, когда светло. Здесь очень много интересного. И когда папа приедет», – мысли об отце расстраивали Василису, заставляли чувствовать грусть. Она очень скучала по папе и хотела вместе с ним встречать Новый год. А еще гулять в парке, ходить на каток и в гости к бабушке с дедушкой. Она могла все это делать и с мамой, но без папы все это было не так весело. Потому что он очень сильный, мог носить ее на руках и шее. Он очень веселый, постоянно выдумывает разные неведомые веселые игры. Одна из ее любимых игр «Камень-ножницы-бумага», на щелбаны. Василиса обожала выигрывать у папы, но подозревала, что он поддается. Такие размышления и воспоминания вызвали улыбку, и она совсем забыла, что немного боялась.
Вдруг из всего этого завала старых и пыльных вещей ее привлек к себе один предмет, который, казалось, выделяется из общей массы. Это был небольшой цифровой фотоаппарат. Она тоже такой видела чисто случайно в каких-то старинных вещах у папы и мамы, которые они называли «жалко выкинуть». Этим фотоаппаратом давно никто не пользовался, так как удобнее всего было снимать на телефон; иногда мама снимала на большой фотоаппарат с объективом, а вот такой, маленький цифровой, они почему-то называли «мыльница». Надо будет спросить маму при случае почему?
Василиса взяла в руки фотоаппарат, нашла кнопку включения и зажала ее в долгом нажатии. Она даже не подумала, что, возможно, «мыльница» давно не заряжалась и в батарее нет заряда. Но нет, экран засветился, и на удивительно ярком фото девочка увидела, как семья наряжает елку. Они были веселые и смотрели друг на друга лучащимися от света глазами. Василиса стала крутить колесико на корпусе прибора, проматывая фотографии. На всех этих фотографиях были люди семьями – по крайней мере, так казалось – иногда вдвоем и совсем уже редко по одному, он наряжали елку к Новому году. Люди эти все были совершенно разные: по возрасту, национальности и внешнему виду. Главное, что бросалось в глаза, – все очень радостные. На одном из фото Васюле показалось, что она видит мальчика, очень похожего на папу, но совсем маленького, а на другой ей увиделась мама.
«Наверное, это двойники, я в Интернете видела, – думала Василиса. – У каждого человека есть двойник. И говорят, что есть даже сверхъестественное существо, которое может занять место человека в жизни, а самого человека выжить. Кажется, его звали Доппельгангер».
От таких мыслей Василиса снова поежилась.
Вдруг впереди ей послышались голоса. От этого сердце ухнуло в пятки, и Василиса встала как вкопанная, даже боясь дышать. Ей хотелось бежать без оглядки и в то же время посмотреть, кто же там разговаривает. Девочка выбрала второе. И двинулась потихоньку вперед, пока не подошла к широкому проему в просторную комнату.
В углу этой комнаты стояли, кажется, кресло-качалка и какой-то столик. То, что Василиса увидела дальше, было совсем невероятно.
