Kitabı oxu: «Мой темный палач. Печати Бездны – 2»

Глава 1

Ада Вельрин

— Ада? Ада! — капризно окликнула меня Лиссандра Морвеналь.

Я ошалело уставилась на дочку герцога. Затем обвела взглядом роскошный бальный зал, полный гостей. На меня косились, но никто не указывал пальцем и не кричал: «Взять безднопоклонницу!»

— Ты странная, — заметила Лисси, и в ее глазах отразилась смесь недоумения и удивления.

— Угу…

Мой взгляд вдруг упал на отца! Живого и здорового!

Как ни в чем не бывало он беседовал с герцогом Морвеналем в соседнем зале, отделенном от остального пространства ажурной перегородкой. Там стояли удобные диваны и кресла, а также столы с закусками и напитками.

— Не может быть, — выдохнула я едва слышно, ощутив резкий приступ дурноты.

— Ада, с тобой все в порядке? — не унималась Лиссандра.

Я мотнула головой и инстинктивно отодвинулась подальше.

Лисси… Отец… Герцог… Гости…

Что происходит? Я что, схожу с ума?

— Ада, что с тобой?

Ртутная попыталась схватить меня за руку, но я резко отшатнулась, толкнув кого-то позади себя.

— В каком хлеву тебя воспитывали? — прошипела пострадавшая.

Круто обернувшись, я уставилась на платиновых дракониц, похожих, будто сестры. Одной из них я, кажется, отдавила ногу…

— Простите, — буркнула, не особенно раскаиваясь.

Не обращая внимание на возмущение платиновых и оклики Лисси, я едва ли не бегом направилась к выходу из бального зала. Мне требовалось остаться одной и взять себя в руки. Пошатываясь, я пошла по пустому коридору для слуг к дамской комнате и почти ввалилась внутрь, цепляясь за стены.

Меня стошнило, едва успела запереться и добраться до отхожего места. После, тщательно умывшись ледяной водой, я вцепилась в край светлой мраморной раковины с золотыми прожилками и вытаращилась на собственное отражение.

Из зеркала на меня смотрела бледная и напуганная девушка в белом платье дебютантки, а не в пропыленной походной одежде, в которой я отправилась на ярмарку. Голубые волосы, уложенные мягкими волнами, слегка растрепались. Несколько прядей у лица намокли после умывания.

Я приблизилась к зеркалу, рассматривая глаза. Зрачки были янтарного цвета, черты лица — такие же, какими были до вмешательства Ульдрахора.

— Какой еще к Ушедшим Богам Ульдрахор?! Нет, это точно бред! — пробормотала я и нервно усмехнулась.

Неужели от волнения перед помолвкой у меня настолько помутился разум, что все последующие ужасы просто привиделись?

Кто-то рассказывал, что во время обморока можно прожить целую жизнь. Может, и со мной произошло подобное? Вот только я не помню, чтобы падала в обморок.

А, может, это магия?

Неужели, завистницы, которых на любом балу с избытком, рискнули нарушить закон? Неужели наша предстоящая помолвка с Вольфом Драгардом их настолько задела?

А чему я удивляюсь? У такого, как Вольф, должно быть много поклонниц. Пугающие мужчины привлекают женщин вроде бы…

Стоило вспомнить о Темном Защитнике, и щеки вспыхнули нездоровым румянцем. Сердце зашлось в беге.

Он убил меня!

Убил не разбираясь! Просто увидел и лишил жизни!

Я снова принялась плескать себе в лицо ледяной водой. Затем проделала дыхательное упражнение — то самое, что помогало успокоиться во время медитации. Но и это не подействовало, и тогда я больно ущипнула себя за бедро, напомнив себе, что жива и невредима.

— Иной кобальт, тверже адаманта! — произнесла привычную мантру, глядя в глаза собственному отражению. — Тверже адаманта!

Наконец стало немного полегче.

Будем рассуждать логически. В обморок я точно не падала. Это железно. Я бы заметила. Значит, на меня воздействовали магией. Но кто? Для подобных чар нужен тесный контакт. Кто находился со мной достаточно близко в последнее время?

Только Лисси и платиновые. Да и с теми я столкнулась случайно.

Платиновые драконы — те еще снобы, но подлость не их стихия. А вот у ртутных способности пудрить мозги весьма развиты. Могла что-то подобное проделать Лиссандра?

Мое предубеждение к дочке герцога и к нему самому основывалось на том, чего вроде и не было вовсе. Герцог Морвеналь много лет дружил с моим отцом и не раз бывал у нас дома. Он хорошо относился ко мне, справлялся о моих делах. Папа хвастался ему моими достижениями, а герцог рассказывал нам про свою дочку.

Но теперь я не могла глядеть на них спокойно!

Все события, начиная с похищения Когтя Ульдрахора и заканчивая нашей второй встречей с Вольфом Драгардом, во время которой он меня прикончил, казались такими реальными! Я помнила все мельчайшие подробности! В том числе и мучительный ритуал, которому меня подвергли Морвенали.

От этих воспоминаний не получалось просто взять и отмахнуться. Они не стирались из памяти, вынуждая относиться к ним, как к чему-то настоящему.

Ошарашенно осмотрелась, словно заново увидев дамскую комнату. А ведь я здесь никогда не бывала и даже не подозревала о ее существовании. Я первый раз в этом особняке, но ноги принесли меня именно сюда. Я не усомнилась, что найду ее здесь. Более того, я знала, как она выглядит!

Так же, как знаю, что за дверью находится кладовка, где спрятано старое зеркало, через которое можно перенестись в королевский дворец!

По телу пробежала дрожь. Открытие меня шокировало, и я твердо решила, что проверю, так ли это. Но стоило выйти из дамской комнаты, как меня встретила Лиссандра.

— Ну наконец-то! — выдохнула она раздраженно. — Идем скорее! Вольф Драгард вот-вот явится, а тебя нет!

— Ничего, подождет. Это ему нужна помолвка, а не мне, — пробурчала я и не выдержала: — Лисси, тебе обязательно за мной везде таскаться?

Проверять, есть ли в кладовке то самое зеркало, при ней было неловко. Да и как я ей это объясню?

— Отец мне приказал, — растерянно ответила ртутная и осеклась. Окинув меня высокомерным взглядом, она огрызнулась: — Ада! Я знала, что ты тихоня и домоседка, но не предполагала, какая ты грубиянка! Правы были те платиновые.

Я хотела ответить резкостью, но сдержалась. Не пристало на пустом месте оскорблять дочь герцога, даже если та мне не слишком-то нравится. Вообще-то, это она оказывает мне честь своим покровительством.

Взяв чувства под контроль, я примирительно коснулась локтя Лиссандры.

— Извини. Я просто волнуюсь, вот и несу всякую ерунду.

— Да уж… — фыркнула ртутная и бросила: — Идем!

Подхватив юбки, она зашагала по коридору. Вздохнув, я направилась следом, размышляя о том, что творится с моей памятью. Это было ненормально, но я не могла найти рациональное объяснение. Нужно рассказать обо всем папе. И как можно скорей!

А еще мне очень хотелось его обнять. Так сильно, что слезы наворачивались.

Тяжелые двери распахнулись перед ртутной, реагируя на ее магию, и по залу пронесся коллективный вздох разочарования, а я испытала дежавю. Гости ждали Защитника, которого на балы и пряником не заманить. Так что его появление стало бы настоящим событием. Ну это тому, что рассказала мне о Вольфе Драгарде.

— Какое лицемерие! — донеслось откуда-то сзади.

Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Ну вот, еще кто-то искренне оскорблен моей внешностью. По мнению отдельных гостей, я наглым образом копирую облик адамантовых драконов, чтобы потрафить молодому королю.

В моих воспоминаниях был такой момент, и тогда Лисси меня поддержала, но сейчас обиженно помалкивала.

И ладно! Я ничуть не расстроена. У меня другие планы.

— Мне нужно поговорить с отцом. Не знаешь, где он? — спросила я, отыскивая взглядом графа Вельрина.

Папы не было на прежнем месте, как и герцога Морвеналя, и на душе мгновенно стало тревожно.

— Откуда? Я ведь тебя караулила, а не твоего отца, — ехидно буркнула Лиссандра.

Я вздохнула поглубже и повернулась к ртутной.

— Лисси, мне жаль, что тебе приходится исполнять эту тягостную обязанность — сопровождать меня. Я знаю, мы не подруги и никогда ими не станем. Поверь, я сама справлюсь. Уборную же смогла как-то найти? Может, наши отцы на террасе? Кажется, она вон там? — Я указала на замаскированный портьерами выход.

Так сразу и не догадаешься, что там дверь, но почему-то я знаю об особняке Морвеналей куда больше, чем должна.

— Как ты…

Лисси недоговорила, потому что двери бального зала снова распахнулись и в зал вошли две семейные пары с дочерьми. Я их не знала, и тем не менее сцена, что запечатлелась в моей памяти, повторилась один к одному! Я помнила во что они были одеты и в каком порядке входили. Вот сейчас дородная эльдина передаст своей старшей дочери ридикюль, одновременно повернувшись к младшей. А главы семейств перекинутся парой слов.

Все случилось именно так, как я и представляла, но как я могла увидеть подобную ерунду под чарами?

А что, если это и не чары вовсе, а дар предсказания? Что, если во мне проснулся оракул? Если так, то это даже хуже. Я не желала себе подобного будущего!

— Темный Защитник появится прямо в зале, — высказала внезапную догадку Лиссандра, нарушив ход моих мыслей.

Эту фразу я тоже помнила! Да так отчетливо, будто она прозвучала всего пятью минутами ранее!

Я снова разволновалась до дрожи в поджилках! До потных ладошек!

— Разве это не будет нарушением этикета? — холодея, выдавила из себя ответ.

— Ой, да плевать он хотел на этикет! — Ртутная презрительно усмехнулась, но больше ничего не добавила.

Нового совпадения не случилось. Но это вполне нормально для предсказаний. Они никогда не сбываются точь-в-точь.

Ну что ж… Тогда и мне тоже плевать. И на этикет, и на Лисси с ее папочкой. Я не хочу здесь находиться и точка! Не хочу этой помолвки! Скомканной донельзя, если судить по событиям, что я увидела.

Нужно убедить отца уехать домой.

Оставив Лиссандру, я направилась на террасу, почему-то не сомневаясь, что граф и герцог именно там. Но не успела пройти и десятка шагов, как почувствовала знакомое напряжение Эфира. Гости тут же отпрянули к стенам, освобождая пространство. Замешкавшись, я оказалась одна посреди зала, а через миг напротив меня возник из Эфира Вольф Драгард. Точно такой, каким я его запомнила. Даже еще лучше! Внушительный и пленяющий той самой мужской красотой, о которой столько рассуждала Лиссандра.

Мой темный палач уставился на меня пронзительными зелеными глазами, в которых еще плескались всполохи магии. Я видела его впервые, но ощущала себя так, словно уже успела привыкнуть к мысли, что он станет моим мужем, и даже хотела этого где-то в глубине души.

А еще я чувствовала себя так, будто он убил меня всего лишь несколько минут назад, и все равно не могла им не любоваться…

Черные с багряными прожилками крылья медленно истаяли за его спиной. Погасли магические знаки на доспехах. Успокоился Эфир во взгляде.

— Графиня Ада Вельрин?

Даже голос полностью совпадал с тем, что я помнила! Но ведь раньше мне не доводилось его слышать...

— Она самая, — шепнула я обреченно, понимая, чему быть, тому не миновать.

Краем глаза отметила, что все гости почтительно склонились перед Темным Защитником, одна я даже не подумала сделать хоть захудалый реверанс.

Ну вот! Опозорилась, как и в видении. Хотя… Ему же все равно?

В глазах Темного Защитника промелькнул интерес, и я философски вздохнула. Ну не поздоровалась, как положено, и ладно. Он точно меня за это не осудит. Точнее, осудит, но не за это…

— Рад, что не желаете тратить время на расшаркивания, эльдина. Приятно, что у нас обнаружилось что-то общее.

— Не уверена, — пробормотала я. — Что может быть общего у кота и мыши, эльд? Разве что наличие усов?

Дурацкая ассоциация заставила грустно улыбнуться. Вольф Драгард, напротив, чуть нахмурился и стянул правую перчатку. Сжав пальцы в кулак, вольфрамовый обратился к Эфиру, и на его ладони появился кулон.

— Эльдина Ада Вельрин, я желаю, чтобы вы стали моей невестой. Вы согласны?

Эти слова вызвали во мне неожиданный трепет, и по затылку побежали мурашки. Губы приоткрылись, в ожидании поцелуя. Пожалуй, именно он был самым прекрасным моментом из всего, что со мной случилось.

Стоп! Не случилось! Ничего еще не случилось!

Нет, определенно со мной что-то произошло. Но прямо здесь — на балу. Что-то такое, из-за чего у меня появилась способность предсказывать будущее.

Драгард не стал дожидаться ответа. Обдав будоражащей смесью ароматов парфюма и кожи доспеха, надел кулон мне на шею. Его пальцы обожгли кожу случайным касанием, запустив толпу мурашек вдоль позвоночника и маленькие приятные разряды молний в каждую конечность.

Прикрыв глаза от такой бури совершенно новых ощущений, я не успела рассмотреть украшение. Подарок, которого я так быстро лишилась, приятной тяжестью лег чуть пониже ключиц.

Внутри меня что-то дрогнуло. Накрыв кулон ладонью, я не удержалась и тихо сказала:

— Эльд Драгард, столь дорогие подарки принято дарить лишь тем, кому действительно готовы отдать свое сердце.

— Правда? Почему же вы так решили, эльдина? — Во взгляде вольфрамового дракона вспыхнул огонек интереса.

— Ну… Это же окаменевшая драконья кровь, верно? Смею предположить, что ваша собственная, эльд. В оправе из электрума. Кто же пожертвовал вам чешуйки? Должно быть, этот дракон вам верный друг?

— Так и есть. Этот верный друг — эльд Аргентфлейм. А вы весьма проницательны, эльдина. Но… Как вы смогли все это понять, даже ни разу не взглянув на кулон? — удивился Темный Защитник.

Похоже, я попала в точку!

А ведь надеялась, что окажусь неправа, и мой жених просто посмеется над романтичной натурой невесты.

Стало только страшнее. Совпадения заставляли нервничать и размышлять, что еще окажется реальностью? Смерть отца? Предательство Морвеналя? Проклятый дракон? Печати Бездны?

Так много страшных испытаний, которые грозили кардинально изменить мою жизнь!

— Так, как вам удалось это понять, эльдина? — надавил на меня Клык Ульдрахора.

Он казался сосредоточенным и мрачным, словно у нас и не помолвка вовсе, а допрос опасной преступницы. Хотя… Именно преступницей он меня и будет считать. Безднопоклонницей, которую полагается уничтожить без раздумий.

Во рту стало кисло, а на сердце — тревожно. Как же мне тебя переубедить, Вольф?

— О! Я же дочь ювелира. Камни и металлы определяю на ощупь! Ошибаюсь крайне редко, — солгала я и глазом не моргнув.

Вот только легкомысленный тон мне совершенно не удался. Получилось, скорее печально. Но, кажется, Драгард не обратил на это внимание. Его взгляд на миг стал отсутствующим, и я поняла — сейчас он уйдет. Если верить моему предсказанию, на королевский дворец в столице напали культисты. Ему срочно нужно возвращаться…

И тут меня посетила совсем уж неожиданная мысль: «Сейчас он исчезнет, а я останусь без поцелуя!»

Ну уж нет!

— Не смейте оставлять меня вот так, эльд Драгард! — тихо, но твердо заявила я.

Щеки полыхнули румянцем, но я упрямо уставилась Вольфу в глаза, стиснув в кулаке кулон, от которого словно разошлась волна эфирной магии.

Темный Защитник пристально посмотрел на меня в ответ, а затем шагнул ближе и поцеловал!

Я предвкушала этот момент и все равно растерялась.

Закрыла глаза. Замерла, растворившись в ощущениях, которые так мечтала испытать. Прикосновение теплых уверенных губ будущего мужа оказалось таким же томительно-сладким, каким я его помнила из видения. И таким же скоротечным…

Но на этот раз Вольф Драгард не исчез сразу. Отстранившись, он пытливо посмотрел мне в глаза.

— Мне пора, эльдина Вельрин. Долг зовет, — сказал он, словно извиняясь.

Я кивнула. А затем, опомнившись, тронула его за рукав и попросила, пытаясь хоть как-то исправить то, что может случиться:

— Не судите меня, не разобравшись, эльд. Пожалуйста!

— Не думаю, что мне есть за что судить вас, Ада.

Он ободряюще улыбнулся и растворился в Эфире.

Только сейчас я разжала кулак, в котором все это время держала каменное сердце. Прикоснулась к губам подрагивающими пальцами. Мне было все равно, что на меня смотрели. Это не важно.

Удалось ли хоть немного исправить грядущее? Или Вольф просто подумал, что мне неловко за выпрошенный поцелуй?

Глава 2

— Ушедшие боги, Ада! И после всего ты еще не свалилась в обморок? Вот это самообладание! — Слова Лиссандры на этот раз прозвучали, как-то едко и почти сразу потонули в гомоне гостей, которые до того, затаив дыхание, наблюдали за мной и Вольфом.

А к нам уже спешили наши отцы. У меня внутри словно сжатая пружина расслабилась. Вот он папочка — здесь! Живой и здоровый. И я постараюсь сделать все, чтобы так оно и оставалось!

— Ада, доченька, я так переволновался! Чуть в обморок не грохнулся! — граф Вельрин приобнял меня за плечи.

Я едва сдержалась, чтобы не броситься ему на шею, но не хотелось бы прослыть неотесанной окончательно. Мне в целом все равно, но не думаю, что моему жениху это понравится. Да и отец будет недоволен.

— Я тоже, пап. Мне очень нужно с тобой поговорить! Это важно! — добавила я тихо.

— Идемте на террасу! Там спокойно и никто не помешает, — тут же предложил герцог Морвеналь.

— Папа… — сделала еще одну попытку я, но герцог Морвеналь уже увлек графа Вельрина за собой, активно обсуждая нашу с Вольфом помолвку.

Было бы невежливо прервать его и попросить оставить нас с отцом вдвоем. Так что я вздохнула и поплелась следом. Лисси тоже тащилась за нами, откровенно умирая от скуки. В зале как раз заиграла музыка, и она явно предпочла бы танцевать.

Разговор, что я помнила, повторился почти без изменений. Разве что Лисси в нем почти не принимала участия.

— Тавис, я просто не хочу отпускать мою доченьку. Боюсь, что снова останусь один в нашем большом доме... — печалился отец.

Как и в прошлый раз, я крепко его обняла, а отец пожаловался на сердце, но я не переживала так сильно. Возможно, потому что уже чувствовала, что беда случится, но позже. Или, потому что не могла волноваться еще больше, чем уже волновалась?

— Девочки, не слушайте нытье двух стариков. Идите и развлекайтесь, — попытался избавиться от нас герцог Морвеналь.

А ведь я так и не поговорила с отцом!

— Папочка, ты совсем еще не старый! — тут же возразила Лисси.

— Иди! Даже у Ады уже есть жених, а ты все еще копаешься.

— Лисси нравится кое-кто. Кто-то, кому на этом балу нет конкурентов. Другого не надо, — вмешалась я.

Морвенали уставились на меня с крайним удивлением.

— Дочь, ты ничего не хочешь мне рассказать?

Взгляд Лиссандры, брошенный на меня был нечитаемым.

— Так мне кто-нибудь ответит, кто этот молодой человек? Он достойный претендент?

— О, поверьте, достойнейший! — заверила я его. — Но, мне кажется, вам стоит обсудить это с Лиссандрой без свидетелей. Папа, идем.

Не дав никому опомниться, я ухватила отца за рукав, заставляя подняться из кресла.

— Ада, да что происходит? — воспротивился тот.

— Папа, пожалуйста! — шепнула я с таким отчаяньем, что граф наконец сообразил, что я не шутки шучу.

— Прости Тавис, отлучусь ненадолго. Вы как раз успеете обсудить все важное.

Отец раскланялся с герцогом и последовал за мной.

— Скорее. Пап, ну скорее же! — тянула я отца прочь.

Нужно вывести его из дворца под любым предлогом! Все объяснить без свидетелей. Уверена, он поймет! Но едва мы показались в бальном зале, как нас обступили гости, большую часть которых я даже не знала. Принялись поздравлять с помолвкой.

Нет, так и до утра не получится преодолеть бальный зал!

Извинившись, я совершенно невежливо потянула отца в противоположную сторону в уже знакомый мне коридор для слуг. В таком большом доме наверняка найдется другой выход.

— Ада! — заартачился отец, как только мы оказались одни. — Немедленно объясни, что ты задумала?

— Обязательно! Но сначала мы должны отсюда выбраться!

Я снова потянула его за собой, но отец не сдвинулся с места. Более того, придержал меня за плечи и поинтересовался:

— Стоп. Объяснись, или я с места не сдвинусь!

Он не желал никуда идти, а мне казалось, что время утекает сквозь пальцы.

— Пап, ну пожалуйста! Я расскажу тебе все по дороге домой.

— Обязательно расскажешь, но прямо сейчас, или уже после бала. Я не могу оскорбить герцога внезапным уходом.

— А если от этого зависит твоя жизнь? — перебила я отца. — И моя?

Взгляд папы стал очень строгим.

— Объяснись немедленно, дочка! — надавил он.

Я глубоко вздохнула, пытаясь унять колотящееся сердце.

— Папа, я не знаю, что это было. Видение… Или меня околдовали? Что-то произошло прямо здесь. Странное. Я видела… События будто повторяются. Не все, но многие! Совсем скоро с нами должно произойти нечто… ужасное!

— Да о чем ты говоришь, Ада?! — вспылил мой обычно сдержанный и ласковый папочка.

— Не знаю! Но не могу это игнорировать. Столько совпадений… Я как будто бы знаю, что случится в следующий момент, и меня это пугает!

Я едва сдерживала слезы и заламывала руки, но отец смотрел на меня со все большим разочарованием. Такого на его лице я раньше никогда не видела в свой адрес.

— А меня пугает, что я вырастил лгунью, которая способна наплести такое лишь бы добиться своего!

— Папа, я не лгу! — искренне возмутилась я, топнув ногой от бессилия, словно маленькая.

— Тогда я просто обязан вызвать лекаря, чтобы убедиться, что ты в своем уме!

Отец приложил ладонь к моему лбу.

— Я не знаю, в своем ли я уме! Как раз в этом я и сомневаюсь, но я видела, как ты умер! А потом и я тоже!

Сначала одна, затем вторая слеза капнули мне на грудь. Я обняла отца. Вцепилась в его камзол, орошая белоснежную праздничную рубашку слезами.

— Ада, доченька… — Граф Вельрин погладил меня по спине. — Похоже, вся эта помолвка оказалось для тебя куда большим потрясением, чем я мог предположить. Идем. Я уложу тебя и позову лекаря.

Меня как молнией ударило, даже слезы разом высохли.

— Пап, не надо лекаря! Надо отсюда уезжать! Тавис Морвеналь — безднопоклонник! Он планирует похитить коготь Ульдрахора и призвать проклятого дракона с моей помощью. А тебя он просто убьет! Я не знаю, что из этого действительно сбудется, а что нет, но мне очень страшно. Мы должны покинуть этот дом! Немедленно! Пожалуйста! Умоляю!

— Где здесь уборная? — Отец завертелся, осматриваясь.

— Вон там, — указала я, полагая, что он, как и я в шоке.

Граф Вельрин схватил меня за руку и, затащив в дамскую комнату, саморучно принялся умывать холодной водой.

— Прекрати! Папа, перестань!

Но отец лишь плотнее стиснул губы, поиграл желваками, а затем прижал пальцы к вискам, словно у него начиналась мигрень.

— Нет, это ты прекрати! Перестань нести чушь! Я ни на миг не поверю, что у тебя помутнение. Помолвка состоялась, но ты продолжаешь вести себя, как капризная маленькая девочка, которой я все время потакал. Пора вспомнить о долге, Ада! Скоро ты станешь женой Вольфа Драгарда! Это большая честь, и ты должна вести себя как подобает. С высоко поднятой головой встречать любые невзгоды. Помни, иной кобальт — тверже адаманта.

— Я помню!

— Тогда идем. Немного отдохнешь, приведешь себя в порядок и будешь блистать до конца бала хочется тебе того, или нет.

Все мои слова были, что горох об стену. Казалось, мой добрый и понимающий отец меня просто не слышит!

Мы вернулись в гостевые покои, которые нам выделили Морвенали в своем поместье. Предполагалось, что мы останемся с ночевкой. Отец превратился в иллюстрацию к его любимой поговорке про адамант и кобальт и не сдавался. А я не представляла, как убедить, его, что это не женские капризы и уловки, а предвиденье.

— Сообщите, пожалуйста, герцогу, что мы здесь, — попросил он вышколенного слугу, который тотчас удалился. — Будет некрасиво, если Тавис решит, что мы уехали не попрощавшись, — примирительно сказал он, обращаясь ко мне.

— Почему тебя так заботит его мнение? — спросила я со злостью. — Почему ты шагу не можешь без герцога Морвеналя ступить? Тавис то, Тавис се! Всегда держишь в уме, что он подумает, что скажет! Поверь, твой герцог — гнилье, а не образец для подражания!

— Ада, не смей так отзываться о моем друге! Никогда! — выкрикнул в сердцах мой отец. — Видят Ушедшие Боги, впервые в жизни мне хоечется дать тебе пощечину!

Он смотрел на меня с таким разочарованием, что у меня сдавило сердце. Не видела в жизни, чтобы папа так сердился. И было горько, что сердится он из-за меня! На меня!

— Почему ты так ему предан? — не удержалась я от вопроса.

— Благодаря ему у меня есть ты! — выкрикнул отец, вдруг потеряв контроль и тут же испугался.

— Что? — переспросила я. — Что ты сказал?

— Ничего. Я просто так... Тавис помог и поддержал меня в самые сложные времена. Ты родилась… Твоя мама погибла…

— Он предан мне, потому что благодарен за то, что я не позволил ему свести счеты со своей никчемной жизнью, когда во время родов умерла Гвендолин. Дал взамен тебя и смысл жизни, — раздался от двери голос герцога Морвеналя.

В комнату вошел он и еще несколько человек или драконов, лица которых были скрыты под масками. Происходило нечто из ряда вон выходящее, и в моем видении не было ничего подобного. Я не знала, что случится дальше!

— Тавис, зачем? Что происходит? — озвучил мои мысли отец.

На его лице отразилась растерянность.

— Пришло время платить по счетам, мой дорогой друг. Уведите его! — приказал герцог Морвеналь.

— Тавис, что ты задумал?

Папа был в шоке и даже не сопротивлялся, покорно топая к двери за своими конвоирами. Разве что не сводил с герцога испуганного взгляда. Видимо, настолько авторитет того был для него нерушимым, что отец не мог поверить, что тот способен принести горе нашей семье.

— А я тебе говорила! — выкрикнула я в отчаянии.

— Девочка, ты назвала меня безднопоклонником. Не стоило бросаться такими обвинениями в моем доме, — сказал Тавис Морвеналь, одновременно швырнув в меня путами.

Чары сковали конечности, не давая пошевелиться. Я попыталась вырваться, но лишь потеряла равновесие и упала. Меня подхватил один из приспешников герцога и не особенно вежливо швырнул на кровать.

Как я ни старалась, справиться с его магией не получалось. Да и куда мне? Я ведь еще даже не инициировалась, как драконица.

Когда отца увели, и мы остались только вдвоем, Тавис Морвеналь наклонился, и мою шею обожгло, когда он сорвал подаренный Вольфом Драгардом кулон. Я снова лишилась подарка жениха.

— Это тебе больше не понадобится! — пояснил герцог, разглядывая сердце на просвет, а затем сунул его себе в карман.

— Зачем? Что вы собираетесь делать?

— Кулон послужит отличной приманкой для твоего жениха и позволит мне выиграть время, — не стал скрывать герцог своих планов.

— Плевать на кулон. Я о нас спрашивала! Я и папа — зачем мы вам?

Задавая вопрос, в душе я уже знала ответ.

____

Дорогой читатель, эта книга - черновик, который пишется автором прямо сейчас. Иногда для того, чтобы увидеть продолжение, нужно перезагрузить книгу в приложении. То же самое рекомендуется сделать после того, как автор завершит историю.

Шикарного вам настроения, и побольше интересных книг!

Автор.

Глава 2

— Ушедшие боги, Ада! И после всего ты еще не свалилась в обморок? Вот это самообладание!

Слова Лиссандры прозвучали как-то едко и почти сразу потонули в гомоне гостей, которые до того, затаив дыхание, наблюдали за мной и Вольфом. К нам уже спешили герцог Морвеналь и мой отец, при виде которого у меня внутри словно сжатая пружина расслабилась.

Вот он — мой папочка! Живой и здоровый! И я постараюсь сделать все, чтобы так оно и оставалось!

— Ада, доченька, я так переволновался! Чуть в обморок не грохнулся! — папа приобнял меня за плечи, и я едва сдержалась, чтобы не броситься ему на шею.

— Я тоже переволновалась, пап. Мне очень нужно с тобой поговорить! Это важно! — добавила я чуть тише.

Герцог тут же предложил:

— Идемте на террасу! Там нам никто не помешает.

Говорить при Морвеналях у меня не было никакого желания, но герцог уже увлек моего отца за собой, оживленно болтая о моей помолвке. Прервать его и попросить оставить нас с отцом вдвоем я не решилась и уныло поплелась следом.

Лисси тоже тащилась за нами, откровенно умирая от скуки. Она явно предпочла бы остаться и потанцевать.

Разговор, что состоялся на террасе, повторился почти без изменений.

— Тавис, я просто не хочу отпускать мою доченьку. Боюсь, что снова останусь один в нашем большом доме... — печалился отец.

Как и в прошлый раз, я крепко его обняла. Даже еще крепче, как и хотела сделать в зале. Отец снова пожаловался на сердце, но теперь я не отреагировала так остро. Возможно, потому, что уже чувствовала — беда случится позже. Или, потому что не могла волноваться еще больше, чем уже волновалась?

— Девочки, не слушайте нытье двух стариков. Идите и развлекайтесь! — попытался избавиться от нас герцог Морвеналь, а ведь я так и не поговорила с отцом!

— Папочка, ты совсем еще не старый! — тут же возразила Лисси.

— Иди! Даже у Ады уже есть жених, а ты все еще копаешься.

— Лисси нравится кое-кто. Кто-то, кому на этом балу нет конкурентов. Другого ей не надо, — вмешалась я.

Морвенали уставились на меня с крайним удивлением.

— Дочь, ты ничего не хочешь мне рассказать? — насторожился герцог.

Взгляд Лиссандры, брошенный на меня, был нечитаемым.

— Так мне кто-нибудь ответит, кто этот молодой человек? Надеюсь, он достойный претендент?

— О, поверьте, достойнейший из всех! — заверила я его. — Но, мне кажется, вам стоит обсудить это с Лиссандрой без свидетелей. Папа, оставим наших друзей.

Я схватила отца за рукав, пока никто не опомнился, и потянула, заставляя подняться из кресла.

— Ада, да что происходит? — воспротивился было он.

— Папа, пожалуйста! — шепнула я с отчаянием.

Граф Вельрин все-таки сообразил, что я вовсе не шутки шучу, и поднялся.

— Прости, Тавис, отлучусь ненадолго. Вы как раз успеете обсудить с Лиссандрой все важное.

Отец раскланялся с герцогом и наконец последовал за мной.

— Скорее, пап! Ну скорее же! — торопила я отца, утягивая прочь.

Нужно было вывести его из поместья Морвеналей под любым предлогом! Объяснить все без свидетелей. Уверена, он меня поймет! Но едва мы показались в бальном зале, как нас обступили гости, большую часть которых я даже не знала. Они принялись поздравлять с помолвкой и болтать о всякой чепухе. Нет, так и до утра не получится добраться до выхода!

— Простите, мы торопимся! — совершенно невежливо перебила я очередного напыщенного мужчину с бакенбардами и потянула отца в противоположную сторону — в уже знакомый мне коридор для слуг.

— Ада! — заартачился отец, как только мы оказались одни. — Немедленно объясни, что ты задумала?

— Обязательно! Но сначала мы должны отсюда выбраться!

Я снова потянула его за собой, надеясь отыскать другой выход из дома, но отец не шелохнулся. Более того, придержал меня за плечи и поинтересовался:

— Стоп! Объяснись, или я с места больше не сдвинусь!

Он не желал никуда идти, а мне чудилось, что время утекает сквозь пальцы.

— Пап, ну, пожалуйста! Я расскажу тебе все по дороге домой.

— Обязательно расскажешь, но прямо сейчас. Или уже после бала. Я не могу оскорбить герцога внезапным уходом.

— А если от этого зависит твоя жизнь? И моя?

Взгляд отца стал строгим.

— Объяснись немедленно, дочь! — надавил он.

Я глубоко вздохнула, пытаясь унять колотящееся сердце.

— Папа, я не знаю, что это было. Видение? Или меня околдовали? Что-то произошло прямо здесь. Странное. Я видела… События будто повторяются. Не все, но многие! И если так, то совсем скоро с нами должно случиться нечто ужасное! Нам надо сбежать из этого дома, чтобы предотвратить беду!

— Да о чем ты говоришь, Ада?! — вспылил мой обычно сдержанный и ласковый папочка.

— Не знаю! Но я не могу это игнорировать! Столько совпадений, понимаешь? Я как будто бы наперед вижу, что случится в следующий момент, и это пугает!

Я едва сдерживала слезы и заламывала руки, но отец смотрел на меня со все большим неодобрением. Такого выражения на его лице я раньше никогда не видела в свой адрес.

— А меня пугает, что я вырастил лгунью, которая способна разыграть целое представление, лишь бы добиться своего!

Я даже рот открыла от удивления, а потом искренне возмутилась:

— Папа, я не лгу!

— Тогда я просто обязан вызвать лекаря, чтобы убедиться, что ты в своем уме!

Отец приложил ладонь к моему лбу, и я от нее отмахнулась. Захотелось топнуть ногой от бессилия, будто в детстве. Никогда не думала, что мой папа такой упрямец!

— Я не знаю, в своем ли я уме! Как раз в этом я и сомневаюсь, но я видела, как ты умер! А потом и я!

Я обняла отца. Вцепилась в его камзол, орошая белоснежную праздничную рубашку потоком слез, который больше не могла сдерживать.

— Ада, доченька, ну ты чего? — Граф Вельрин растерянно погладил меня по спине. — Похоже, вся эта помолвка оказалась для тебя куда большим потрясением, чем я мог предположить. Идем. Я уложу тебя и позову лекаря. Он даст тебе успокоительные капли.

Меня, будто молнией прошибло, даже слезы разом высохли.

— Пап, не надо никакого лекаря! Надо отсюда уезжать, как же ты не понимаешь? Тавис Морвеналь — безднопоклонник! Он планирует похитить Коготь Ульдрахора и призвать проклятого дракона с моей помощью! А тебя он просто убьет, чтобы не мешал! Я не знаю, что из этого действительно сбудется, а что нет, но мне очень страшно! Поэтому мы должны покинуть этот дом немедленно. Пожалуйста! Умоляю тебя!

— Где здесь уборная? — Отец завертелся осматриваясь.

— Вон там, — указала я, полагая, что он, как и я, в шоке.

Граф Вельрин довольно грубо схватил меня за руку и, затащив в дамскую комнату, саморучно принялся умывать холодной водой.

— Прекрати! Папа, перестань! Ты что творишь?

Но отец лишь плотнее стиснул губы, играя желваками, а затем прижал пальцы к вискам, словно у него начиналась мигрень.

— Нет, это ты прекрати! — рявкнул он неожиданно. — Перестань нести чушь! Я ни на миг не поверю, что у тебя помутнение. Помолвка состоялась, но ты продолжаешь вести себя, как капризная маленькая девочка, которой я все время потакал. Пора бы вспомнить о долге, Ада! Скоро ты станешь женой Вольфа Драгарда! Это большая честь, и ты должна вести себя как подобает. С высоко поднятой головой встречать любые невзгоды. Помни, иной кобальт — тверже адаманта.

— Я помню!

— Тогда идем. Примешь успокоительное, немного отдохнешь, приведешь себя в порядок и будешь блистать до конца бала, хочешь ты того, или нет. Точка!

Авторитет Морвеналя был настолько силен, что мой добрый и понимающий отец попросту не желал меня услышать! Он превратился в иллюстрацию к любимой поговорке про адамант и кобальт и не сдавался. А я не представляла, как убедить его, что это не женские капризы и уловки, а предвидение.

Мы вернулись в гостевые покои, которые нам выделили в этом доме.

— Сообщите, пожалуйста, герцогу, что мы здесь, — попросил папа вышколенного слугу, который тотчас удалился. — Будет некрасиво, если Тавис решит, что мы уехали не попрощавшись, — примирительно сказал он мне.

— Почему тебя всегда так заботит его мнение? — спросила я со злостью. — Почему ты шагу не можешь без герцога Морвеналя ступить? Тавис то, Тавис се! Всегда держишь в уме, что он подумает, что скажет! Поверь, твой герцог — гнилье, а не образец для подражания!

— Ада, не смей так отзываться о моем друге! Никогда! — выкрикнул в сердцах отец. — Видят Ушедшие Боги, впервые в жизни мне хочется залепить тебе пощечину!

Он смотрел на меня с таким разочарованием, что сердце тоскливо сдавило. Не видела в жизни, чтобы папа так сердился. И было горько, что сердится он из-за меня!

На меня!

— Почему ты так ему предан? — не удержалась я от вопроса.

— Благодаря ему у меня есть ты! — выкрикнул отец, вдруг потеряв контроль, и тут же испугался.

— Что? — переспросила я. — Что ты сказал?

— Ничего. Я просто так... Тавис помог и поддержал меня в самые сложные времена. Ты родилась… Твоя мама погибла…

— Он предан мне, потому что благодарен за то, что я не позволил ему свести счеты со своей никчемной жизнью, когда во время родов умерла Гвендолин. Дал взамен тебя и смысл оставаться на этом свете, — раздался от двери голос герцога Морвеналя.

В комнату вошел он и еще несколько человек или драконов, лица которых были скрыты под масками. Происходило нечто из ряда вон выходящее, и на этот раз мои видения молчали. Я не знала, что случится дальше!

— Тавис, что происходит? — На лице отца отразилась растерянность.

Похоже, жесткие слова из уст того, кому он так безгранично доверял, окончательно выбили его из колеи.

— Пришло время платить по счетам, мой дорогой друг, — издевательски ответил герцог Морвеналь и приказал: — Уведите его!

— Тавис, что ты задумал?

Папа был в таком шоке, что даже не сопротивлялся, покорно топая к двери за своими конвоирами, разве что не сводил с герцога испуганного взгляда. Видимо, не мог поверить, что тот способен принести горе нашей семье.

— А я тебе говорила! — выкрикнула я в отчаянии.

— Девочка, ты опрометчиво назвала меня безднопоклонником. Не стоило бросаться такими обвинениями в моем доме, — сказал Тавис Морвеналь, одновременно швырнув в меня магическими путами.

Чары сковали конечности, не давая пошевелиться. Я попыталась вырваться, но лишь потеряла равновесие и упала. Меня подхватил один из приспешников герцога и не особенно вежливо швырнул на кровать. Как я ни старалась освободиться от пут, не получалось! Да и куда мне? Я ведь еще даже не инициировалась как драконица.

Отца увели, и мы остались с герцогом вдвоем. Он наклонился ко мне, и цепочка огнем обожгла кожу на шее, когда он сорвал подаренный Вольфом кулон.

— Это тебе больше не понадобится! — пояснил Морвеналь, разглядывая сердце на просвет, а затем сунул его себе в карман.

Я снова лишилась подарка жениха...

— Зачем? Что вы собираетесь делать?

— Кулон послужит отличной приманкой для наглого мальчишки и позволит мне выиграть время, — не стал скрывать герцог своих планов.

— Плевать на кулон! Я о нас спрашивала! Я и папа — зачем мы вам понадобились?

Задавая этот вопрос, в душе я уже знала ответ…

Глава 3

Герцог ласково улыбнулся, вот только его взгляд остался жестким и холодным.

— У меня есть для тебя задание. Выполнишь, и твой отец будет жить. Обещаю.

Мой отец, но не я!

Губы внезапно пересохли. Облизнув их, я поинтересовалась, уже зная, что потребует Морвеналь.

— А если откажусь?

— Твой отец будет умирать долго и мучительно под пытками. И пытать его станет твой жених. А потом убьет, а ты прослывешь дочкой безднопоклонника. Боюсь, тебе не позавидуешь. Жить с таким клеймом будет несладко.

— Вам никто не поверит! Мой папа ничего плохого в жизни не сделал!

— Наивное дитя! — Герцог усмехнулся.

И я поняла — поверят. Морвеналь все предусмотрел. Наверняка заранее подготовил какой-то компромат. Папа по наивности мог сделать для лучшего друга что угодно, полагая, что оказывает невинную услугу.

— Почему вы так с нами поступаете? Вы же называли моего отца другом?

— Другом?! — Морвеналь удивленно вскинул брови, а затем рассмеялся противным сухим смехом. — Девочка, у меня нет друзей! Только инструменты. Так ты окажешь мне услугу, или поискать кого-нибудь еще.

— Боюсь, у вас не получится, — заявила я. — Вы ведь хотите заполучить Коготь Ульдрахора именно сегодня, верно? Вы же тщательно готовились к этому моменту.

— Откуда ты… — Герцог всерьез удивился, но тут же отмахнулся. — Потом расскажешь. Я и так потратил уйму времени, чтобы понять, куда вы двое подевались. Лиссандра! — позвал он.

Слева от кровати в, казалось бы, сплошной стене открылась потайная дверца, о которой я даже не подозревала, из нее вышла дочка герцога.

— Сейчас я тебя освобожу, но чтобы без глупостей! Поняла? Идешь с Лисси, берешь Коготь Ульдрахора и возвращаешься. А если вздумаешь меня дурить, пеняй на себя!

Герцог вынул из кармана собачий ошейник и надел мне на шею. В кожу тут же впились сотни тончайших иголок, и сердце сковало могильным холодом. Одновременно спали магические путы.

— Что это? — спросила я, ощущая легкую панику.

— Гарант того, что ты сделаешь все как положено. Лиссандра объясни, что от нее требуется, и приступайте.

Герцог отошел к окну и выглянул наружу.

Я села на кровати, ощупывая кожаную полоску с металлическими клепками. Ошейник сидел на коже плотно, словно приклеенный. Я не могла подсунуть под него палец. Нащупать застежку тоже не вышло, будто ее не было вовсе. Зато я отчетливо чувствовала каждую тонкую иглу внутри тела!

— Снимите! Снимите с меня эту дрянь! — прошептала я, ощущая, как мутится в голове.

— Такие артефакты носят некоторые безднопоклонники, — пояснила Лисси. — Ты ведь слышала, что никого из них не удается допросить? А знаешь почему?

— Почему? — спросила я холодея.

— На них знаки Терниалы или Веноксис. Их тела разлагаются мгновенно от тлена или яда. Наверное, это очень больно… — задумчиво добавила она.

— Помни, у тебя лишь один шанс помочь отцу, — соврал герцог.

Я не верила, что после всего он оставит хоть кого-то из нас в живых. Вот только для призыва Ульдрахора я нужна ему живой, значит мерзкий ошейник может оказаться блефом. Но проверять, так ли это, не хотелось. Вдруг у Морвеналя есть и другие кандидаты для этой почетной роли, а я нужна только чтобы достать Коготь из сокровищницы и принести его сюда?

В моем видении герцог прекрасно справлялся с Когтем проклятого дракона с помощью магии, но по какой-то причине он или Лисси не могли забрать его из сокровищницы без моей помощи.

Но все шло совсем не так, как я запомнила. Мне никак не помогло мое предвидение. А попытка спастись все только испортила… Но, может, у меня еще есть надежда?

— Хорошо, — выдавила я нехотя. — Что я должна делать?

Лиссандра поманила меня пальцем к той самой потайной дверце, за которой оказалась еще одна пустая комната, в которой не было ничего, кроме старого зеркала, треснутого ровно по центру, как в моем видении!

Нервно хмыкнув, я поинтересовалась:

— А без этой трещины портал не откроется?

Лиссандра удивленно на меня посмотрела, затем обернулась и крикнула:

— Папа, она знает о портале!

— Тебе известно подозрительно много, девочка. Мне это не нравится, — хмуро заявил герцог, заглянув в дверной проем. А затем поторопил: — Лиссандра, действуй! Времени осталось мало.

Лисси послушно принялась читать длиннющее заклинание, которое я точно уже слышала. Чувство было такое, что мое прошлое разбили на осколки и сложили заново, как мозаику. Что-то поменялось радикально, но отдельные элементы остались прежними. Это пугало.

Официально заявляю, знать свое будущее заранее — страшно!

Слушая ртутную, я невольно касалась ошейника и морщилась от неприятных ощущений, размышляя артефакт отравляет или вызывает разложение?

Поверхность зеркала шла концентрическими кругами, которые искажались, словно спотыкаясь о трещину. В такие моменты мое тело немело то там, то здесь, словно из ошейника поступал маленькими порциями яд. Мерзко!

Но вот круги остановились, и в зеркале заплескалась перламутровая пелена. Лиссандра быстро сунула в нее голову, и какое-то время так стояла не двигаясь. Выглядело это, мягко говоря, странно.

— Коготь слева от зеркала. Поторопись! — приказала она, вынырнув обратно.

— Разве ты со мной не идешь?

Я надеялась как-то задержать Лиссандру в хранилище до появления Вольфа Драгарда. Даже если я не смогу говорить, то и Лисси не сумеет ему объяснить, что она там делает и как мы там оказались.

— Нет. Быстрее, Ада! Если не успеешь забрать Коготь, пеняй на себя!

3.2

Было у меня желание нарочно промедлить, но слишком уж ужасную участь приготовили моему отцу. Куда хуже, чем было в моем предсказании.

Бросив на Лиссандру ненавидящий взгляд, я шагнула сквозь раму и оказалась в знакомой комнате, набитой артефактами. Здесь все было точно так, как я и запомнила. Беспорядок, Коготь Ульдрахора на постаменте, похожем на тонкую длинную иглу, и даже приметные стулья в дальнем углу от зеркала.

Но ведь я никогда раньше здесь не бывала!

В коридоре звенело оружие, слышалась ругань и отрывистые команды. Бой шел совсем рядом!

Я замешкалась, не зная, как лучше поступить. Может, стоило позвать на помощь? Но что, если сработает ошейник, как обещал Морвеналь, и я погибну ужасной смертью раньше, чем что-либо успею сделать для собственного спасения?

Я переводила взгляд с Когтя на дверь, ожидая что вот-вот ворвется Вольф Драгард. Интересно, если я буду молчать, ошейник не сработает? Или скажу ему, что не могу отвечать ни на какие вопросы, иначе умру. Он должен понять...

Самое поганое, я не представляла принцип работы артефакта и не понимала, что может его активировать? Что именно ошейник посчитает тем самым флагом, после которого уже ничего не поделать?

В дверь хранилища ударило, да так сильно, что вздрогнули стены!

От неожиданности я взвизгнула и схватила Коготь. Он поддался без проблем и оказался легким, как я и запомнила. Больше я ничего сделать не успела. Новый удар сотряс здание и дверь хранилища распылилась.

Вопреки моим ожиданиям, на пороге возник не Вольф Драгард, а какой-то незнакомый маг лет сорока. Его даже можно было бы назвать симпатичным, если бы не печать безумия и злобы, искажающая облик.

Маг уставился на меня, а затем вскинул руки, и время будто замедлилось! Шипя и сверкая фиолетовыми молниями в меня полетел черный сгусток атакующего заклинания. Его развеял черный меч, выбив из моих рук Коготь Ульдрахора, и ударил меня прямо в грудь!

Падая, я отчетливо увидела алые магические знаки на клинке. Они тут же стали мутнеть и расплываться, и мне показалось, что по телу во все стороны растекается пламя… Одновременно сковало холодом конечности, и я не могла пошевелить ни рукой ни ногой.

— Ада? Ада нет! — склонился надо мной Вольф Драгард.

— С-спаси… — только и смогла прошептать я.

Горячая соленая жидкость наполнила рот, а расстроенное лицо моего жениха превратилось в светлое размытое пятно, которое быстро затянуло темной пеленой.

Где-то капала вода.

Кап! И круги разбежались в стороны, пропав в серой туманной дымке.

Кап…

Я медленно обернулась вокруг своей оси, не заметив никакой существенной разницы. Твердый пол, по которому идут круги, и невидимые капли, которые их вызывают. Потрогала грудь — то самое место, где должна была зиять страшная рана, нанесенная моим палачом…

Раны не было. Белое платье было, а рана отсутствовала!

Ошейник!

Его не было тоже, что меня невероятно обрадовало.

Когда передо мной возникла знакомая фигура Ульдрахора, я даже не удивилась. Вместо этого почему-то пожаловалась:

— Он убил меня снова!

— На этот раз да, — ответил проклятый дракон, повернувшись ко мне.

Как всегда великолепный в дорогом синем одеянии. Длинные черные волосы уложены в сложную прическу. Смотрит насмешливо.

— Я запуталась, где реальность, а где вымысел!

— Это все реальность, Ада! Твоя реальность от первой до последней минуты. Все что случилось — случилось на самом деле. Оба раза. Ушедшие Боги дали нам второй шанс.

— Второй шанс? — удивилась я и подошла к Ульдрахору ближе. — Мне?

— И мне. И твоему Драгарду. И всему миру. Но ты — ключ ко всему. Две попытки уже провалены, и интуиция мне подсказывает, что милость богов не безгранична, и эта попытка может оказаться последней. Не подведи.

— Какие еще попытки в Бездну? — вспылила я.

— Бездарно потраченные, — криво усмехнувшись, напомнил проклятый дракон. — Мы связаны — это ключ ко всему. Это то, что нельзя изменять. Ясно? Действуй осмотрительно. Не руби с плеча. Меняй судьбу маленькими шажочками, Ада. Ты должна выжить, а я — вернуться. Иначе Эфир, Бытие и Бездна перемешаются, и Фьюморн исчезнет навсегда...

Ульдрахор больше не смеялся. Он говорил предельно серьезно, а его голос звучал все тише и тише. Его фигура стремительно отдалялась, хотя он не делал ни шага. Словно в плохом сне его просто уносило прочь.

Или это меня уносило от него?

— И как я должна это сделать? — спросила я и очнулась.

Глава 4

— Что сделать? Ты это о чем? — переспросила Лиссандра, глядя на меня с недоумением.

Мы с дочкой герцога Морвеналя снова находились посреди бального зала в роскошном особняке, где проходил бал дебютанток. Ответила я ей не сразу. Сначала глубоко вздохнула и осмотрелась. Нашла взглядом герцога и папу, мирно беседующих друг с другом.

— Лисси, что-то мне нехорошо. Где здесь уборная?

Меня и правда ужасно мутило. Видимо, второй и все последующие шансы не давались без расплаты.

— Ты и правда побледнела, — пробормотала Лиссандра. — Идем.

Мне не было нужно сопровождение, но напутствие Ульдрахора отчетливо отпечаталось в моей памяти: «Меняй судьбу маленькими шажочками, Ада». А значит, в особняке Морвеналей я впервые и не знаю, где находится уборная.

Я молча следовала за дочкой коварного герцога, думая лишь о том, как бы не продемонстрировать содержимое желудка раньше, чем успею добраться туда, где это не возбраняется.

— Я тут подожду. Зови, если понадобится помощь, — сказала Лиссандра, тактично оставшись за дверью.

Как и в прошлый раз меня вывернуло, а затем я залипла у зеркала, умываясь и разглядывая собственное бледное отражение. Невероятно, но я в деталях помнила обе «попытки» — две свои прожитые по-разному жизни, которые слишком рано оборвались. Куда раньше, чем мне бы хотелось.

— Все по-настоящему! Ульдрахор — не легенда, — прошептали мои губы.

Это помогло принять тот факт, что происходящее не предвидение и не магическое воздействие. Проклятый дракон действительно обитает в Бездне, а Морвеналь планирует его призвать и использовать в собственных целях. Совсем скоро меня, так или иначе, принудят украсть Коготь из королевского хранилища. Что же мне делать?

У меня не было четкого плана, да и когда бы я успела его выработать?

Первый раз я ни о чем таком не подозревала. Просто плыла по течению, однако смогла продержаться куда дольше, чем во время попытки номер два. Хоть я и представляла, что меня ждет, и изо всех сил пыталась изменить судьбу, у меня не получилось.

Колесо времени неумолимо поворачивалось, события повторялись, и мне предстояло переиграть все заново, тщательно продумывая каждый свой шаг, чтобы одержать победу в этой чудовищной игре. Никакой иной вариант меня не устроит.

Стиснув виски пальцами, зажмурилась, пытаясь за оставшиеся мгновения сообразить, как действовать дальше.

Предположим, я украду Коготь из королевского хранилища и вернусь раньше, чем меня заметит Вольф Драгард. Потом сделаю вид, что ни о чем не подозревала, и позволю Морвеналю поставить мне шесть печатей Бездны из семи. Но стоит ли доверять Ульдрахору? Проклятый дракон вызывал у меня симпатию, в отличие от герцога Морвеналя. Тот, если честно, мне никогда не нравился. Даже когда притворялся папиным другом, я не могла до конца ему верить.

Ладно, пусть будут печати, хоть и очень не хочется. Но, может, не шесть, а поменьше? Пять или четыре? Так у меня больше магии останется, а заодно и возможностей, чтобы бороться. Но не нарушит ли это рекомендаций Ульдрахора? Не приведет ли снова к краху?

— Ушедшие Боги, как же сложно! — прошипела я сквозь зубы.

Казалось, я играю в игру, правила которой мне совершенно незнакомы. Единственное, что я поняла: не стоит действовать в лоб там, где дело касается Морвеналей. Пусть они и дальше полагают, что все идет по их плану.

Я нащупала брошку, которая помогла мне вырваться из лап безднопоклонников, погладила ее пальцем. Во время второй попытки до нее даже дело не дошло, а значит, с походом в хранилище не стоило затягивать. Очевидно же, что там не получится пообщаться с Вольфом Драгардом.

Первоначальный план наметился, вот только как мне быть с отцом? Папа погиб, защищая меня в первый раз. Во второй — я погибла раньше и не знаю, куда его увели и что с ним произошло. Оба варианта, естественно, меня не устраивали.

Может, где-нибудь его запереть на время ритуала? Но где? И когда?

Прервав мои размышления, снаружи позвала Лиссандра:

— Ада, как ты?

Я высушила намоченные пряди волос с помощью магии. Поправила локоны. Пощипала губы и щеки, чтобы прогнать излишнюю бледность, и повернулась к двери, спрятав заметно подрагивающие пальцы в складки юбки. Принять все, что случилось и еще случится, было непросто.

— Мне намного лучше. Спасибо, Лисси!

— Уверена? — Ртутная заглянула внутрь и смерила меня внимательным взглядом.

— Да. — Я изобразила смущенную улыбку. — Похоже, переволновалась. Все-таки не каждый день у меня помолвка с Вольфом Драгардом. Ну или что-нибудь несвежее съела…

— Несвежего у нас ничего нет, но я тебя понимаю. Сама бы переживала до тошнотиков на твоем месте, — поддержала меня Лиссандра. — Идем скорее! А то придет твой жених, а тебя нет.

Кивнув, я поспешила за ней, судорожно соображая, как бы намекнуть Драгарду, что я ни в чем не виновата.

Соблазн найти отца и использовать брошку, чтобы вместе с ним оказаться в добротном доме у Трещины, был тоже велик. Но обострившаяся после двух смертей интуиция подсказывала: это не поможет. Скорее всего, папа закатит скандал, назовет меня капризной девчонкой, а потом сам же сообщит Морвеналям, где мы находимся, и все испортит.

Эта мысль вызвала горькую улыбку, а затем я неожиданно для себя успокоилась.

Я продержусь.

Продержусь так долго, как только смогу.

Продержусь и отомщу предателям за вероломство. Клянусь!

Словно принимая мою клятву, раздался далекий раскат грома. Легкие шторы на распахнутых окнах взметнулись от сквозняка. Неожиданно приятно пахнуло дождем, и на миг мне почудилось, будто я снова в Хьюборге.

А ведь в прошлый раз грозы не было! Буду считать, что это добрый знак — Ушедшие Боги намекают, что я приняла верное решение.

Проигнорировав злые шепотки платиновых дракониц, я не удостоила их даже взглядом. Не время отвлекаться на столь незначительные вещи. У меня задача поважнее — отец. Что же мне придумать?

Я направилась к папе, по пути прикидывая варианты, как вдруг почувствовала напряжение Эфира, предвещающее появление Вольфа Драгарда. Кажется, я уловила его куда раньше, чем все прочие и, вздохнув, развернулась к центру зала, чтобы не нарушать уже сложившуюся традицию.

Вольф Драгард

— Вольф, ты приготовил подарок для невесты? Может, нужна помощь? — спросил Тарион.

— Не переживай, все готово.

Я потянулся к Эфиру, и помолвочный кулон послушно материализовался на моей ладони. Пальцы Тариона остановились в последний момент.

— Можно?

Я кивнул, позволяя королю взять украшение. Тот некоторое время внимательно рассматривал кулон.

— Интересный выбор!

— Моя будущая жена достойна самого лучшего. Он ей подойдет.

— Кровь дракона в оправе из истинного электрума, подумать только! Кстати, где ты его достал? Нет! Не говори только, что… — Тарион поднял голову и красноречиво уставился на меня.

— Да-да. Выпросил у Кая.

Три года я страдал от необходимости этого брака, и лишь клятва, данная прежнему королю, вынуждала пойти на этот шаг. Но сейчас, глядя на Тариона, держащего в руках кулон, я вдруг понял, что все делаю правильно.

— Мне кажется, или мысль о женитьбе больше не вызывает у тебя неприятия? — заметил изменение во мне король.

Я пожал плечами.

— Все равно когда-нибудь придется обзавестись семьей. Почему бы не сегодня?

Тарион вернул мне украшение, и я стиснул его в кулаке. Ощущение дежавю стало таким отчетливым, словно бы я проживал этот момент уже не в первый раз.

— У меня чувство, что все это уже было, — поделился я с другом.

Король пытливо посмотрел на меня и улыбнулся.

— Наверное, ты не раз прокручивал в голове этот день. Представлял, как все пройдет?

— Возможно. Но мне кажется, что я знаю, как Ада Вельрин выглядит. Какое на ней платье. И как удачно мой кулон будет смотреться чуть ниже ее ключиц... — Я прикрыл глаза. — Запах… Я даже знаю, как она пахнет, Тар! И, кажется, знаю, какие на вкус ее губы… — закончил я растерянно.

— Вольф, избавь меня от подобных… фантазий. Даже не знаю, что на тебя накатило? Ты какой-то излишне романтичный сегодня.

Я мотнул головой, пытаясь избавиться от навязчивого образа, который будто бы раздваивался.

«Не судите меня, не разобравшись, эльд. Пожалуйста!» — прозвучал в моей памяти одновременно знакомый и незнакомый голос.

Бездна! Да что происходит?!

— Так. Давайте-ка, эльд Драгард, поторопитесь. Ваша невеста уже заждалась. Да и вам, я вижу, не терпится встретиться, раз уже грезите наяву, — поддел меня Тарион, снисходительно усмехаясь.

— Посмотрю, как вы будете грезить, ваше величество, когда придет время остепениться, — парировал я и подмигнул другу.

Острое желание сопоставить свои ощущения с реальностью заставило войти в Эфир немедленно. Вот только предвкушение встречи портило дурное предчувствие. Казалось, что времени мало, и обязательно случится что-то нехорошее. Здесь — во дворце. Нужно было как можно скорее покончить с помолвкой и вернуться.

Предчувствие меня не обмануло, еще в Эфире, я ощутил, что атака началась. Сработали охранные системы, оповестив меня об этом.

— Бездна!

Возвращаться не стал. И правда, Тарион уже не ребенок, а я не единственный его хранитель. Продержатся. Развернув крылья, я отправился к намеченной цели.

Первой, кого я увидел, оказавшись в бальном зале родового гнезда Морвеналей, была моя невеста. Я ни на миг не усомнился, что бледная от волнения девушка с голубыми волосами, стоящая передо мной, она и есть. Было нечто эдакое в ее решительном взгляде, направленном на меня…

Как будто бы она заранее знала, что я проигнорирую дверь и появлюсь именно в этой точке пространства. Но как такое возможно?

Разве что… Она — моя истинная пара?

Да нет, это все легенды…

Удивительно, но Ада Вельрин в точности соответствовала образу, сотканному моим воображением. Огромные янтарного цвета глаза, нежно-голубые волосы, уложенные мягкими волнами. Белое платье дебютантки с открытыми плечами. Тонкая талия, изящная шея, ключицы, руки… А еще она была похожа на Тариона. Скажи мне кто, что она его родная сестра, я бы и не усомнился ни на миг.

Почудилось, что мы виделись совсем недавно, хотя такого просто не могло быть! Никогда раньше мы не встречались!

«Не судите меня, не разобравшись, эльд. Пожалуйста!»— прошелестел нежный голос, но Ада молчала!

Ее губы оставались сомкнутыми. Губы, которые мне вдруг непреодолимо захотелось целовать…

— Ада? — обратился я к ней просто по имени, словно забыв обо всех приличиях.

— Вольф… — выдохнула девушка мне в тон.

Ее рот ненадолго остался чуть приоткрытым, словно она еще что-то хотела добавить, но передумала. Повинуясь порыву, я провел тыльной стороной ладони по ее щеке. Ада прикрыла глаза и замерла. Только ее аккуратная грудь часто вздымалась и опускалась.

Это была наша первая встреча, и все должно было быть совершенно иначе. Нужно было представиться как положено, затем поговорить с ее отцом и попросить руки девушки. После провести вместе приятный вечер, потанцевать и пообщаться, узнавая друг друга…

Но я вел себя совсем неподобающе и не мог остановиться. А еще мне нужно было возвращаться во дворец. Тревога стискивала сердце когтистой рукой. Я должен быть там — рядом со своим королем и другом. Как же эти культисты не вовремя!

Вдохнув поглубже, я опустил руку.

— Эльдина Вельрин, я… Я бы хотел, чтобы наша помолвка прошла как положено. К сожалению, мне нужно срочно возвращаться на службу. Долг зовет.

Она открыла глаза и кивнула, словно ее совершенно не расстроило, что все настолько не по канонам, что даже неприлично!

— Я понимаю и не держу на вас обиды, эльд Драгард, — ответила она спокойно и немного грустно.

Поддавшись порыву, я ухватил ее за руку.

— Эльдина Вельрин, вы станете моей женой? — задал вопрос, который вдруг показался мне важнее всех прочих.

— Я бы… этого хотела, — ответила она, неожиданно прямо посмотрев мне в глаза.

Никаких ужимок. Разве что щеки окрасил легкий румянец смущения, да печальная улыбка промелькнула на губах. Как будто бы она и рада, и грустит одновременно.

Здание вдруг содрогнулось от мощного раската грома. Казалось, небеса разверзлись прямо над крышей. Вскрикнули от неожиданности несколько эльдин. Ада вздрогнула, инстинктивно стиснув мои пальцы. В ее янтарных глазах промелькнуло какое-то странное выражение, которое я не сумел прочитать.

— Так вы согласны? — надавил я.

Пусть безднопоклонники хоть по камешку разнесут королевский дворец, я не сдвинусь с места, пока не услышу ответ. Неожиданно это стало для меня важнее всего на свете.

— Да, эльд. Я согласна. Но… надеюсь, вы доведете дело до конца?

Я вскинул брови. Ада Вельрин была юной, невероятно красивой, и между тем напрочь лишенной кокетства. Она не заигрывала, здесь было что-то другое. Но мне ее вопрос понравился. Я улыбнулся и заявил с уверенностью:

— Я довожу до конца любое дело, за которое берусь. Даже не сомневайся.

— Ловлю на слове, Вольф! — Она очаровательно улыбнулась.

Я вдруг понял, что легенды о дуэлях за улыбку истинной, при которых Эфир полыхал, а Бытие дрожало от отголосков драконьей ярости, могут иметь под собой реальную основу. Вот только в глубине янтарных глаз по-прежнему таилась тоска, которую мне захотелось развеять немедленно.

Кулон сам прыгнул в ладонь. Я подался к Аде и застегнул его на изящной шее. Моя невеста тут же накрыла сердечко из моей крови узкой ладошкой. Темно-синие, почти что черные ресницы опустились, а потом вдруг распахнулись, и наши взгляды встретились. Мне вдруг стало плевать на всех поклонников Бездны, Тариона и его дворец. Все, что мне сейчас хотелось, это закончить вечер в храме Ушедших Богов и сделать Аду Вельрин своей женой уже этой ночью!

Я влюбился с первого взгляда в собственную невесту… А еще вдруг показалось, что я ее больше не увижу.

Странные мысли. Неуместные!

— Эльд Драгард? Вольф… — невероятно соблазнительно прошептала Ада мое имя.

Снаружи снова грянул гром, и расстояние между нами вмиг растворилось. Мир сжался, оставив только ее лицо и взгляд из-под полуприкрытых ресниц. Я обхватил ее лицо ладонями, и теплая кожа под пальцами показалась нежной, точно лепесток редкого цветка.

Материализовав крылья, я спрятал нас от всего мира, прежде чем коснуться губ своей невесты первым поцелуем. Он одновременно стал подписью под моим обещанием сделать ее своей супругой и попыткой разогнать тоску, что прячется в глубине ее глаз.

Губы Ады дрогнули. Не испуганно, а с тихим изумлением. Она ответила с каким-то отчаянием, словно тоже хотела что-то мне сказать. Тонкие пальцы скользнули по моей броне, и я пожалел, что не удосужился одеться как подобает. Будь я в камзоле, смог бы почувствовать ее прикосновение…

Под моей ладонью на ее шее бился пульс, быстрый и беззащитный. Он вторил безумному ритму ее сердца. В нашем поцелуе оставалось все меньше нежности и все больше бури, не менее сильной, чем та, что разыгралась над землями ртутных драконов.

В бальном зале повисла тишина — густая, звенящая, нарушаемая только нашим сбивчивым дыханием и шумом ливня за окном. Мне нужно было возвращаться, но вместо этого я притянул невесту к себе и поцеловал еще раз в макушку.

— Ада, не знаю, почему я все это тебе говорю, но помни: я не сужу, не разобравшись. Никого и никогда.

С этими словами я отправился в Эфир. Я был очень нужен Тариону.

Глава 5

Ада Вельрин

Точно громом пораженная, я смотрела на место, где только что стоял Вольф Драгард. Неужели и он тоже помнит прошлую «попытку»? Неужели и для него все не прошло бесследно? Но как же тогда остальные? Папа? Морвенали?

— Ада, ты в порядке? — Лисси коснулась моего плеча.

Я запоздало и неуверенно кивнула.

— Что этот эльд Драгард с тобой сделал? Ты сама не своя! — в глазах ртутной кипело неудовлетворенное любопытство.

— Поцеловал… — шепнула я, все еще чувствуя вкус губ Вольфа на своих.

В этот раз все было совершенно иначе. Мой жених не спешил, и я дала волю чувствам. Мы вели себя, точно безнадежно влюбленные, которым предстояло разлучиться навсегда. Мое сердце трепетало одновременно от восторга и ужаса! Такое отклонение от первоначального сценария нельзя было назвать «маленьким шажком»! Это был гигантский прыжок в сторону!

А вдруг это повлияет на все, что будет дальше?

Плечи покрылись мурашками, ноги ослабели. Обхватив себя руками, я отыскала взглядом папу. Тот уже спешил ко мне, а следом за ним уверенно шагал герцог Морвеналь.

Отец остановился рядом со мной и скорбно поджал губы.

— Он не должен был так себя вести! Высокий титул не означает вседозволенность, верно? — пробормотал папа так, будто я в чем-то виновата. Осознав это, он добавил: — Ада, если герцог Драгард тебя оскорбил, мы немедленно откажемся от этой помолвки.

— Пап, все хорошо! — поспешила я его успокоить и улыбнулась. — Да, эльд Драгард слегка нарушил традиции, но тебе не о чем переживать. Мы немного пообщались без свидетелей — и только. Не слишком-то приятно разговаривать с будущим мужем, когда окружающие ловят каждое твое слово, — пояснила я, многозначительно покосившись на греющих уши кумушек.

Приподняв брови, отец неодобрительно взглянул на них, и те тут же сделали вид, что просто проходили мимо.

— И то верно… — пробормотал он.

А герцог Морвеналь рассмеялся и заметил, разглядывая подарок Вольфа у меня на груди:

— Какой необычный кулон.

— Драконья кровь в оправе из электрума, — охотно похвасталась я, снимая украшение. — Вот взгляните, какая красота!

Кулон нужен был герцогу, чтобы отвлечь Темного Защитника, так что я решила облегчить ему задачу, а заодно и собственную участь. Больно, когда цепочку срывают прямо с шеи.

Как кулон попал в руки безднопоклонников в первый раз, я не знала, но подозревала в краже Лисси. Ведь я была все время только с ней.

— Эльд, вы позволите мне отлучиться ненадолго? Мне нужно прилечь, не то лишусь чувств прямо здесь... — перевела я тему. — Лисси, ты меня проводишь?

Герцог многозначительно посмотрел на дочь.

— Конечно, папочка, — кивнула ртутная.

Мой кулон тем временем перекочевал в карман Морвеналя будто невзначай. Папа, обеспокоенный моим здоровьем, не обратил на это внимания, а у меня не осталось сомнений, что за Когтем Ульдрахора мы с Лисси отправимся прямо сейчас. Вот только я все еще не придумала, как уберечь родителя от гибели!

— Зачем же напрягать Лиссандру, Тавис? Пусть веселится, я сам провожу дочку, — предложил отец.

— Нет-нет! Хоть один из нас должен остаться и принимать поздравления от гостей! — остановила я его. — Тебе принести согревающий артефакт? Здесь стало прохладно.

Отец плохо переносил сквозняки в последние годы и часто болел.

— И правда, снаружи настоящая буря разыгралась! — заметил он, подняв глаза к потолку, и пожаловался: — Недаром у меня сердце с самого утра покалывало и суставы ныли. — Принеси, пожалуйста, милая. И свой надень. Ты вся в мурашках.

— Хорошо, пап.

Я подалась к отцу и крепко его обняла, прежде чем последовать за Лисси. В голове билась одна мысль: «Что же сделать? Что придумать, чтобы он выжил?»

— Лисси, стой! — Я нагнала и схватила ртутную за руку. — У меня к тебе одна просьба.

— Какая? — в тоне Лиссандры послышалось нетерпение.

Она волновалась, хотя внешне никак этого не показывала.

— Попроси отца, чтобы он не позволил моему пойти за нами. Я его знаю. Через минуту притащится следом и начнет допрашивать меня с пристрастием. А я не хочу обсуждать с ним, как мы с Вольфом целовались, — прошептала я едва слышно и прикрыла веки, словно вспоминая нечто прекрасное.

С каждым сказанным мной словом у Лиссандры все ярче загорались глаза.

— Жажду подробностей! — заявила она с нетерпением.

— А я ужасно хочу все обсудить! Но не с отцом, а с тобой. Ох… Что Вольф мне наговорил, ты бы только знала!

— Издеваешься? — Лиссандра сузила глаза.

— Скажи отцу, чтобы задержал моего, и я все-все тебе расскажу в подробностях, — пообещала я коварным тоном.

— И как ты себе это представляешь?

— Не знаю. Пусть запрет его в чулане. Свяжет заклинанием… Подсыплет снотворное или слабительное. Хоть что-нибудь, лишь бы он ближайший час нам не мешал. Уверена, ты сможешь что-нибудь придумать. — Я весело ей подмигнула.

Лиссандра, заинтригованная, кивнула и вернулась к герцогу. Стоя у выхода, я наблюдала, как она отвела его в сторону и что-то тихо сказала. Я горько усмехнулась. Морвеналям эта моя просьба была только на руку. Пока мы добываем Коготь, в интересах герцога обеспечить нам конфиденциальность.

Слушая дочь, Тавис бросил на меня взгляд, исполненный любопытства, и усмехнулся, едва заметно кивнув. А Лиссандра поторопилась обратно.

— Согласился? — спросила я с наигранным нетерпением.

— Да! Я-то думала, придется его уговаривать, а он только сказал, что граф Вельрин излишне о тебе печется.

В моей душе зародилась надежда, что хотя бы на этот раз никто не умрет. Хотелось верить, что если отец не увидит ритуал, то и убивать его не будет никакого смысла.

Миновав коридор, мы с Лисси свернули в другой, откуда попали на лестницу, ведущую в гостевое крыло. Все это время мы шагали в тишине, слушая, как снаружи за огромными витражными окнами порет дождь, да стучат каблуки наших туфель. И лишь когда дверь покоев закрылась за нами, Лиссандра выпалила:

— Рассказывай!

Как же мне хотелось послать ее подальше, или огреть чем-нибудь тяжелым, но я лишь улыбнулась и прикрыла глаза.

— Ушедшие Боги, как же Драгард целуется… Как целуется, Лисси! Ты не представляешь!

Лиссандра разочарованно пихнула меня в плечо.

— И это все?! По-твоему, ради этого стоило отвлекать графа на целый час?

Играла ртутная отменно, но короткий взгляд, брошенный ею на потайную дверцу, от меня не укрылся.

Действительно! Куда удобнее принести Коготь Ульдрахора сразу сюда, чем тащиться с ним через бальный зал, продираясь через толпу гостей. Хотя, возможно, герцогу и нужны были свидетели, чтобы очернить меня, обвинив в безднопоклонничестве?

...Кто знает?

Время шло, и мне хотелось как-то подстегнуть Лиссандру, чтобы побыстрее перейти к делу. Не в моих интересах оказаться в хранилище в последний момент.

Я внутренне передернулась, от чересчур свежих впечатлений от собственной смерти. Если верить Ульдрахору, я умерла уже дважды. Но дадут ли Ушедшие Боги мне новую попытку?

— Не все! — ответила я Лиссандре, разочарованно вытаращившейся на меня. — Мне просто нужно собраться с мыслями. Не знаю, как подступиться. Неловко об этом говорить!

Я плюхнулась на кровать и, стянув покрывало, накинула себе на плечи. Меня и правда знобило, но не столько от холода, сколько от того, что предстояло сделать. Я ведь не забыла, какую боль испытала во время ритуала. Сложно отважиться на подобное снова.

— Лисси, а тебе кто-нибудь нравится? — спросила я, чтобы заполнить паузу. — Есть тот, кому ты готова отдать свое сердце?

Лиссандра смутилась и порозовела.

— Ага! Значит, есть! — поймала ее я. — А ты с ним хоть раз целовалась?

— Нет, конечно! Как ты себе это представляешь?

— Сочувствую! — протянула я искренне. — Это просто невероятное ощущение! Голова так приятно кружится, и мурашки бегают. Но не противные, а такие… Возбуждающие. И в животе целый рой бабочек! И кажется, что вот-вот умрешь от счастья! — честно описала я жалкую часть того, что испытала рядом с Вольфом за мгновение, в которое мы стали невероятно близки.

— Как же я тебе завидую, Ада! — искренне воскликнула Лиссандра. — Клянусь, Тарион меня тоже так поцелует!

— Не может быть! Ты влюблена в Тариона Эстелара?! — ухватилась я за ее оговорку. — Хотя… Чему я удивляюсь? Молодой король многим девушкам успел разбить сердце. Но на мой взгляд, Вольф Драгард куда интереснее и загадочнее. Зря я так переживала из-за этой помолвки. Теперь не дождусь, когда мы поженимся.

Изобразив мечтательный взгляд, я стиснула в кулаках края покрывала.

— Многим? — возмутилась Лиссандра. — Пока эти многие будут бинтовать свои разбитые сердца, я добьюсь, чтобы Тарион вручил мне свое на блюдечке! — самонадеянно заявила она.

— А мне нравится твой настрой! Так держать! — похвалила я ртутную. — Нужно действовать решительно — и все точно получится.

Я многозначительно подмигнула, намекая на то, что произошло между мной и Вольфом, и на то, что без моей инициативы здесь не обошлось.

Лиссандра, которая едва присела со мной рядом, тут же вскочила.

— Ты права! Нужно действовать прямо сейчас!

— Похоже, что у тебя есть план?

— Да! Но мне понадобится твоя помощь. Ада, ты ведь сделаешь кое-что для меня? — добавила она вкрадчиво.

Вот оно! Попалась!

Правда, ртутная считает, что попалась как раз я. Отчасти, так оно и есть. Можно сказать, мы поймали друг друга в сети.

Скажи мне кто некоторое время назад, что я добровольно соглашусь выкрасть Коготь Ульдрахора и стану подыгрывать Морвеналям, я бы в лицо рассмеялась. Или даже плюнула. Но сейчас Вольф дал мне надежду, что новая реальность сложится удачнее, чем две прошлые попытки.

Я поднялась с кровати и, сбросив с плеч покрывало, искренне пообещала:

— Лисси, я сделаю все, что в моих силах!

Да-да. Принесу вам Коготь Ульдрахора на блюдечке и покорно позволю провести ритуал, лишь бы мой папа выжил и я смогла очистить наше доброе имя. А еще, чтобы наш брак с Вольфом Драгардом состоялся. Для меня это будет означать, что я победила.

Сердце замирало и таяло, стоило подумать о том, как стояла в объятиях его крыльев. Так непозволительно и неприлично близко! А Вольф гладил мою шею и плечи. Целовал мои губы…

«Я не сужу, не разобравшись. Никого и никогда», — прозвучал в моей голове его голос.

Я поверила несмотря на все, что произошло в прошлых жизнях.

Я влюбилась. Влюбилась в своего палача!

Влюбилась…

— Я должна тебе кое-что показать, — наконец решилась Лиссандра, вырывая меня из неги воспоминаний, и я всем своим видом продемонстрировала готовность и нетерпение. — Ада, сейчас ты увидишь один из семейных секретов моего рода. Обещай, что будешь молчать?

Сделав вид, что до глубины души польщена доверием, которое она мне оказывает, я кивнула и не удержалась:

— Лисси, в таком случае тебе стоит взять с меня магическую клятву о неразглашении.

— Брось! Мы ведь подруги, — почти не фальшиво ответила Лиссандра.

Она была уверена, что я никому ничего не смогу рассказать.

Жестом фокусника ртутная распахнула потайную дверь.

— Ого! — удивилась я довольно натурально и заглянула в небольшую комнатку, где ничего, кроме треснутого посередине зеркала, не было.

Эта трещина, пересекая мое отражение в районе талии, будто бы и мою жизнь делила на "до" и "после"…

— Что это за место?

— Неважно, что это за место. Важно место, которое я хочу тебе показать. Это мой самый большой секрет, — понизила голос до шепота Лиссандра, хотя вряд ли нас тут кто-то мог подслушать.

— Сгораю от нетерпения! — отозвалась я, тараща «от восторга» глаза.

Лиссандра принялась читать заклинание, которое я и сама уже почти выучила. По поверхности зеркала пошли концентрические круги, и я неподдельно ахнула. Лисси с удовлетворением на меня покосилась и сунула голову в раму.

— Все чисто! Идем, — позвала она и перебралась в хранилище артефактов.

— Не знала, что такое возможно! — заметила я, проследовав за ней.

Остановилась осматриваясь. Все было на своих местах, как и прежде, но мне стоило реагировать так, будто нахожусь здесь впервые.

— Это же… — Я вопросительно уставилась на Лиссандру, указывая на символ власти адамантовых драконов.

— Коготь Ульдрахора! — победно закончила за меня ртутная. — Правда, внушительный?

— Не то слово! — согласилась я и добавила нервным шепотом: — Лисси, где это мы?

Я действительно переживала. Даже ладони вспотели. Совсем недавно я лежала прямо вот здесь, захлебываясь собственной кровью…

— В Эмбертоне! — сообщила ртутная, стараясь шокировать меня еще больше.

— Обалдеть! — Я прижала ладони к щекам и осмотрелась еще раз. — Только не говори, что мы в королевском дворце!

— В самом его сердце! — «добила» меня Лиссандра.

Чтобы ее не разочаровывать, я бросилась к единственному окну и выглянула наружу.

— Я прихожу сюда время от времени и представляю, как однажды меня застигнет здесь его величество, — продолжала мечтать вслух Лисси.

Она не подозревала, как стремительно разворачиваются события. Вряд ли в их с отцом планы входила встреча с Вольфом Драгардом.

— Тебе нужно приходить не сюда, а сразу в спальню Тариона, — не удержавшись, поддела ее я. — Так вы встретитесь гораздо быстрее.

Посреди двора, освещенного магическими огнями, один за другим появлялись сияющие фиолетовым отблеском магии Бездны силуэты, превращаясь в закованных в броню воинов. Их встречали стражники. Завязалась битва.

— Лисси, на дворец напали! — воскликнула я. — Кажется, это безднопоклонники!

Мне даже не пришлось притворяться. От страха кровь застучала в ушах. Что, если что-то снова пойдет не так? Что, если Вольф появится в хранилище раньше? Или тот маг? Я опять умру?

— Ушедшие боги! — выдохнула совсем рядом Лисси. — Это вторжение!

— Это очень плохо! — добавила я. — Если нас здесь обнаружат, решат, что мы с заговорщиками заодно!

Не дожидаясь, пока дверь разлетится в щепки, и меня проткнут мечом или пришибут магией, или еще что неприятное произойдет, я бросилась к Когтю Ульдрахора.

— Папа сказал, что безднопоклонники давно охотятся за артефактом Эстеларов. Нужно его спрятать! — выпалила скороговоркой.

Лисси только глаза выпучила, когда я схватила Коготь с постамента. Ну да, она-то, поди, думала, что меня придется уговаривать.

— Спрячем его у вас, а когда все закончится, ты снова откроешь зеркало, и мы тихонечко вернем Коготь на место.

С этими словами я попыталась пройти через раму, да только ничего не вышло. И если бы не артефакт, то еще бы и нос себе расквасила от такого рвения.

— Не работает… Как же мы теперь выберемся? — всерьез разволновалась я.

В коридоре за дверью началась какая-то кутерьма. Что-то оглушительно грохнуло, и башню тряхнуло так, что едва стены не обрушились. Взвизгнув, мы обе присели от неожиданности, и это вывело Лиссандру из ступора.

— Проводник! Я должна идти первой, ты — за мной!

Я пропустила ртутную вперед, и она скрылась в зеркале, которое вновь стало податливым. Это я определила, осторожно сунув сквозь раму одну ногу. А в следующий миг дверь хранилища распахнулась, и на пороге возник Вольф Драгард!

Темный Защитник в изумлении уставился на меня, а я — на него. Хоть и ожидала, что он может появиться, все равно растерялась. Вольф провел ладонью по лицу, словно снимая паутину, и мотнул головой. Не дожидаясь, что он предпримет дальше, я шмыгнула в зеркало.

Глава 6

Вольф Драгард

Моя невеста сжимала в руках Коготь Ульдрахора и смотрела с каким-то отчаянием. Я ожидал увидеть все что угодно, но только не ее!

Перед глазами промелькнула картина: я целую ее, укрыв крыльями от всего мира…

И тут же ей на смену пришла другая: Ада здесь — на полу. Лежит, как сломанная кукла, в луже собственной крови. Алая, она идеально контрастирует с белым платьем дебютантки... В широко распахнутых янтарных глазах, которые совсем недавно смотрели на меня с такой надеждой, гаснет свет, а из солнечного сплетения торчит меч.

Мой меч!

Но я целил в колдуна! Не в нее!

Не в нее…

Видение было столь отчетливым, что меня повело. Я провел по лицу ладонью, сбрасывая морок, и этого мгновения хватило, чтобы воровка улизнула. Ушла через зеркало, и я ничего не успел предпринять!

И где она теперь? Где ее искать?

— Бездна! Вот же идиот! — ругательство рычанием вырвалось из глотки. — Как это, вообще, возможно?

Бросившись к зеркалу, зашарил ладонью по холодному стеклу. Ощупал каждый завиток вычурной рамы, каждый украшающий ее самоцвет, надеясь отыскать скрытый механизм, чтобы открыть портал. Тщетно…

Одновременно пытался понять, что происходит? Словно срабатывала ложная память, и не в первый уже раз за сегодня. Мне это категорически не нравилось. Наводило на мысли, что у безднопоклонников появился какой-то новый способ воздействия. Замешкайся я вот так перед проклятым колдуном, и все бы могло закончиться плохо.

В хранилище влетели взбудораженные Кай и Тарион с мечами наголо. Остановились как вкопанные. Взгляды обоих приковал опустевший шпиль, над которым больше не было Когтя Ульдрахора.

— Коготь? — задал риторический вопрос электрум.

— Его забрала Ада Вельрин. Я не успел ее остановить.

— Но как она сюда попала? — удивился Тарион.

— Через зеркало. И через него же ушла, — ответил я слегка виновато.

— Не знал, что такое возможно, — пробормотал Кай.

— Никто не знал. Теперь знаем. Проверь его на скверну, — попросил я запоздало.

Аргентфлеймт вытянул вперед руку, сканируя раму. Мотнул головой и засуетился, проверяя остальное хранилище. Снова вернулся к зеркалу и повторил процедуру.

— Скверны нет, — вынес он вердикт, подтвердив и мои выводы.

Я выдохнул. Значит, для Ады еще не все потеряно.

— Ну хоть что-то! — проворчал Тарион и уточнил: — Вольф, тебе не показалось? Это точно была эльдина Вельрин?

Взгляды друзей устремились ко мне.

— Мне не показалось, но…

— Но? — Король не сводил с меня внимательного взгляда.

«Не судите меня, не разобравшись, эльд. Пожалуйста!»— прозвучал тихим шепотом голос Ады в моей голове.

Ну вот опять! Фраза, которую я никогда не слышал из ее уст! Бездна! Кажется, я схожу с ума…

— Здесь что-то не так, Тар. Я должен вернуться к Морвеналям, немедленно! — заявил я, собираясь прыгнуть в Эфир.

— Вольф, постой! — Тарион ухватил меня за предплечье.

— Поговорим позже. — Я спешил.

— Это приказ! — Король напомнил мне о субординации.

Я остановился и скрипнул зубами, чувствуя, как утекает сквозь пальцы время.

— Графиня Вельрин… Ты должен ее защитить. Это… Личная просьба. Не руби с плеча, Вольф.

Его тон меня разозлил.

— Неужели я действительно такой, как обо мне говорят? — задал вопрос глухо. — Тарион, неужели для тебя я лишь тупой топор? Такого ты обо мне мнения, друг?

Король выпустил меня и отшатнулся.

— Я не о том!

— А о чем же? Вы реально считаете меня убийцей, который наслаждается смертями?

Я переводил взгляд с одного друга на другого.

— Да нет же! Просто… Ада Вельрин моя сестра-близнец! — признался Тарион.

Мы с Каем выпучили глаза.

— Ты нам не рассказывал, — осторожно заметил электрум.

— Дядя открыл мне эту тайну перед… перед тем как умереть.

— Так вот почему Йонгар взял с меня клятву жениться на ней! — сообразил я.

Король кивнул.

— Дядя хотел ее защитить. Сами понимаете, какую охоту открыли бы на Аду поклонники Бездны, узнай они, что она моя сестра. Она и сама не знает. Я уверен.

— А я не уверен, что для культистов это по-прежнему тайна. Иначе, как вышло, что артефакт выкрала именно она? — выразил я свои сомнения. — Никто, кроме тебя, не может к нему прикоснуться невозбранно. То есть не мог, до этого момента.

В хранилище повисла гнетущая тишина. Друзья переглянулись. Король помрачнел. Сестра-безднопоклонница может стать сокрушительным ударом по его репутации. С этого момента престол под Эстеларами пошатнется.

— Ваша воля — закон, ваше величество. Я выясню, во что замешана эльдина Вельрин, и вы сами примете решение — казнить ее или миловать, — заявил я.

Пусть это непростое решение ляжет на плечи Тариона, а я всего лишь его покорный слуга. Топор, которым управляет королевская десница.

— Если моя сестра поклонница Бездны и мятежница, будем судить ее по всей строгости, и ты выполнишь свой долг, Вольф, если это понадобится, — ответил король, окончательно наделив меня ролью палача королевской семьи.

Не глядя мне в глаза, он развернулся и зашагал прочь из хранилища. Я проводил его спину хмурым взглядом. Рядом остановился Кай.

— Зачем ты так? Ему и без этого нелегко.

— Тариону давно пора повзрослеть, — отмахнулся я. — Кай, мне надо идти. Закончишь здесь, ладно? И это зеркало… Помести его в надежное место под наблюдение. Мало ли…

Электрум кивнул, и я перенесся в Эфир.

Сколько бы раз ни оказывался в верхнем мире, не уставал восхищаться его пейзажами. Причудливые формы, невероятные краски, магия, пронизывающая все вокруг. Но сейчас я не мог позволить себе наслаждаться видами. Мне было важно как можно скорее отыскать Аду Вельрин.

Логично было бы отправиться в поместье Морвеналей и поговорить с ее отцом, но сначала я решил проверить, где кулон, что я подарил ей. Где он, там же должна быть и она.

И снова в памяти встали картины прошлого, которого просто не могло существовать: на шее моей погибшей невесты не было кулона, вместо него чернел собачий ошейник. Но что за украшение было у нее сейчас, я не мог припомнить. Меня больше интересовал Коготь Ульдрахора.

Я хотел выругаться, но осекся. Не дело призывать Бездну в Эфире. Не стоит кликать беду раньше времени.

Сосредоточившись, потянулся к кулону. Алая искра покорно вспыхнула, откликаясь на мою магию и пульсацией указывая путь. Кулон находился недалеко от поместья Морвеналей, и я переместился к нему, оказавшись на оживленной, несмотря на позднее время, улице города. Мое появление в Бытие всполошило прохожих. Не обращая на них никакого внимания, я уставился вслед карете, которая увозила прочь мой подарок.

Вот только я уже знал, что Ады там нет.

Интуиция подсказывала, что там нечто пострашнее моей невесты. Это было весьма странное предчувствие — тоже из разряда ложных воспоминаний, но я не мог оставить его без внимания. Нагнав экипаж, приказал кучеру обрезать постромки и отойти с лошадьми подальше. И оказался прав!

В карете был мой кулон и скверна, которая могла наделать бед. Все это невероятно напоминало отвлекающий маневр. Но где же тогда Ада?

Забрав кулон, я поспешил в поместье Морвеналей, одновременно запрашивая подмогу. Отряд магов-воинов быстрого реагирования появился тотчас, окружая особняк. Наблюдая за слаженными действиями тренированных бойцов, в который уже раз я похвалил себя за то, что основал это спецподразделение королевской гвардии.

— Эльд Драгард, мы накрыли территорию блокирующей сетью, — отрапортовал командир. — Теперь никому не улизнуть отсюда ни через Бытие, ни через Эфир. Разве что только через Бездну, — усмехнулся он криво.

Он говорил, а меня не покидало ощущение, что я все это уже слышал… Хотя, конечно же, слышал! Не в первый раз мы проводим подобные рейды. Ничего удивительного.

— Пусть попробуют через Бездну, — ответил я и нехорошо осклабился.

Ада Вельрин

Когда я через зеркало вернулась в особняк Морвеналей с Когтем Ульдрахора в руках, кроме Лиссандры, меня встретил и сам герцог.

— Ада, как это понимать? — поинтересовался Тавис, отыгрывая роль.

Очень хотелось попросить его, чтобы не ломал комедию и приступил сразу к делу, но я опасалась, что это снова приведет к плачевным последствиям.

— Эльд, там такое! На королевский дворец напали! Безднопоклонники прорывались в хранилище артефактов! Папа говорил, что им нужен Коготь Ульдрахора, вот я и решила спрятать его, чтобы им не достался. Простите, если доставила неудобства.

Я опустила глаза, чтобы скрыть настоящие чувства. Уж больно хотелось плюнуть герцогу в хитрую рожу.

— М-да… — Морвеналю едва удалось скрыть удивление. — Вас кто-нибудь видел?

Он бросил короткий взгляд на Лисси.

— Только меня, — ответила я за Лиссандру. — В хранилище ворвался Вольф Драгард и увидел, как я уношу Коготь…

— Плохо! Очень плохо! Вы обе, представляете себе, чем это грозит?

Герцог возмущался и хмурился, а в душе наверняка прыгал от радости, как горный козлик. Если он планировал обвинить нас с отцом в безднопоклонничестве, то ему и делать теперь ничего не придется.

— Что же с нами теперь будет, папочка? — подыгрывала ему Лисси, заламывая руки и изо всех сил изображая растерянность, вину и беспокойство.

— Есть у меня одна идея, — задумчиво пробормотал Морвеналь, постучав указательным пальцем по подбородку. — Идемте! Ада, не выпускай Коготь из рук и не отставай!

Какими-то окольными путями он провел нас в библиотеку. Видимо, там было самое подходящее место для ритуала. Искаженный магией голос Вольфа Драгарда застиг нас на середине пути, заставив меня вздрогнуть:

— Жители Фьюморна, нападение на королевский дворец в столице отбито. Все заговорщики уничтожены, сбежал лишь один. Но я довожу до конца любое дело, за которое берусь. Где бы ты ни находился, лучше сдайся!

Слова на этот раз отличались, но он снова обращался именно ко мне!

— А где мой отец? — спросила я у Морвеналя, когда за нами закрылась тяжелая дверь библиотеки.

Вот-вот начнется мой личный кошмар, но я все равно переживала о судьбе родителя.

— Спит в кабинете нашего целителя. Граф слаб здоровьем, лучше бы ему не знать, что ты наделала.

Я согласно кивнула, но отчего-то не торопилась радоваться. Не верилось мне, что на этот раз обойдется, и все тут. Если меня обвинят в безднопоклонничестве, ему все равно придется несладко.

— Эльд Морвеналь, поклянитесь, что позаботитесь о моем отце. Что бы дальше со мной ни случилось, он ни в чем не виноват! — потребовала я решительно.

— Да-да. Непременно позабочусь. Как же иначе? — бормотал герцог, доставая из шкафа знакомую до боли подставку с острым шпилем.

На меня он даже не взглянул, словно просьба его совершенно не удивила. В этот миг я отчетливо осознала: он пальцем о палец не ударит ради графа Вельрина! А то еще и выставит крайним.

Скрипнула зубами, не представляя, что еще могу сделать? Оставалось надеяться, что Вольф Драгард докопается до истины и не станет казнить невиновного не разобравшись. И еще, что папу не подведет сердце от потрясений, которые его ждут впереди…

— Ада, ты хоть понимаешь, что именно держишь в руках? — ворвался в мои размышления герцог.

— Коготь Ульдрахора — символ власти рода Эстелар, — ответила я послушно.

Отец и дочь переглянулись, и Морвеналь сказал:

— Его просто так не спрятать. Гвардейцы короля уже окружили наше поместье. Поиски артефакта не займут у них много времени. Это дело считанных минут.

— Ты всех нас поставила под удар! — истерично вторила ему Лиссандра.

Оба старательно не упоминали о том, что это именно Лисси открыла проход, и не куда-нибудь, а в королевское хранилище, защищенное по первому разряду. Ну а я не менее старательно строила из себя перепуганную дурочку, которой даже в голову не приходит на это намекнуть.

Но правильно ли я поступаю? Может, стоит потянуть время и дождаться, пока придет Вольф? Он уже где-то рядом. Вот только инструкции, данные Ульдрахором, были однозначными: без печатей Бездны не обойтись.

— И что же мне делать? — задала я вопрос, которого Морвеналь явно ждал.

— Есть один секретный ритуал… — Герцог делал вид, что сомневается, говорить ли.

А я точно знала: он спешит и волнуется, но умело не подает вида. Заметно это было и по Лиссандре, которая контролировала себя хуже и уже все губы искусала от переживаний. Неужели верит, что ее отец идет на это, чтобы она захомутала Тариона? Наивная…

— Я на все согласна! — не стала ломаться я.

Промедление могло сыграть злую шутку, как и во время второй попытки, когда я попала в хранилище слишком поздно. Вдруг сюда ворвется эльд Драгард, увидит меня с Когтем и зарубит или еще чего такого сделает, что мне смертельно не понравится? Нет, чем быстрее Морвеналь поставит мне проклятые печати, тем лучше, раз уж это все равно неизбежно.

Герцог, обрадовавшись моей покладистости, кивнул и скомандовал:

— Лисси, черти септенер*!

Тяжелые портьеры закрылись, повинуясь магии Лиссандры. Умиротворяющий звук дождя, который по-прежнему лил как из ведра, стал тише. Зажглись магические светильники, залив мягким светом пространство. При других обстоятельствах я была бы счастлива оказаться в столь уютном месте в такую погоду…

Приготовления к ритуалу не заняли много времени. По команде Морвеналя я разместила Коготь в центре напитанной магией семиконечной звезды, на лучах которой полыхали набившие оскомину символы.

— Отлично! А теперь отойди подальше, дочь, и не вмешивайся. Ада, стань сюда! — Герцог указал на место рядом с собой и сразу же приступил к ритуалу: — Гелиос!

Я готовилась к этому моменту и даже подошла ближе к Когтю, чтобы упасть аккуратно и не удариться, когда все начнется. Но как я ни настраивалась, все равно закричала от боли, когда сердце пронзила раскаленная игла, а невидимая сила потащила меня в центр магического чертежа, приложив о твердый пол.

«Ульдрахор, в Бездну твои печати! Не хочу! Ничего не хочу! Будьте вы все прокляты», — ругалась я мысленно.

Неожиданно боль стихла. Не до конца, но стала намного терпимей.

— Фосфор! — произнес следующую формулу герцог, сопровождая ее сложными пассами, и я зажмурилась, инстинктивно сжимаясь в ожидании пытки.

На этот раз ощущения были значительно легче, хотя и безболезненным процесс назвать было нельзя. Лежа на боку, я тихо поскуливала и мысленно торопила герцога, чтобы быстрее закончил это издевательство. Две печати были позади, но я твердо решила, что обойдусь пятью на этот раз. Уж очень хотелось оставить себе чуть больше возможностей. Неудобно ведь чуть что заморачиваться с накопителями.

Едва прозвучала формула альбедо — четвертая по счету, как в дверь библиотеки заколотили, а затем она вылетела от боевого заклинания. На пороге возник мой отец. Бледный, растрепанный, с горящими магией глазами граф Вельрин замер, увидев меня:

— Тавис! Тавис, что ты делаешь с Адой? — воскликнул он отчаянно, а у меня скрутило желудок, и вовсе не ритуал был тому причиной, а ужас.

Похоже, кредит доверия у моего отца герцог все же исчерпал. Но как же не вовремя! Как я ни старалась уберечь любимого и единственного родителя, похоже, мне суждено было его потерять…

— Папа, все нормально. Уходи! — выдавила я хрипло.

Ожидаемо отец меня не послушал. Оттолкнув в сторону Лиссандру, которая попыталась преградить дорогу, он бросился ко мне.

— Лучше бы тебе послушать свою дочь, Хеймрик. Она куда смышленее! — процедил герцог сквозь зубы.

— Отпусти Аду! Немедленно! — решительно потребовал папочка.

Лисси очухалась и накинула на него путы, не позволяя нарушить ход ритуала. Наверное, такими же Морвеналь связал и меня во время второй жизни. Но надолго они отца не сдержали. Освободившись, он, в свою очередь, оттолкнул Лиссандру магией к самой двери и снова бросился мне на помощь.

Ритуал высасывал из герцога Морвеналя все соки, но он был достаточно силен. Вокруг септенера взметнулся защитный барьер, и у меня слезы хлынули градом, когда отец неловко об него ударился, потеряв окуляры.

— Папа нет… Пожалуйста!

Я протянула к нему руку, отказываясь верить, что все снова пошло кувырком, несмотря на все мои усилия.

— Тавис, ты что, призываешь Ульдрахора?! — вдруг выдохнул отец совсем другим, куда менее решительным тоном, но на кончиках его пальцев начало формироваться боевое заклинание.

— Не надо! Нет! — завыла я от отчаяния, заранее представляя, чем все закончится.

— Гладолед! — уронил очередное слово герцог.

Отец ударил цепной молнией. С характерным треском она прошлась по защитному барьеру, по потолку и стенам. Взвизгнула и ретировалась из библиотеки Лиссандра, которую слегка задело, и только я так и лежала, прикованная к линиям септенера магией.

— Нет! Нет! Нет… — шептала я, чувствуя, как горячие слезы струятся по щекам.

Герцог умело отразил сложнейшее боевое заклинание, направив его обратно в папу! Тот чудом успел развеять магию в последний момент, а после бросился на предателя с голыми кулаками. Морвеналь лишь небрежно отмахнулся от него, словно от назойливой мухи, и воздушный таран отшвырнул моего отца к стеллажам.

Посыпались старинные книги, роняя пожелтевшие страницы, точно осеннюю листву. Папа не двигался, а его глаза были закрыты…

— Нет… Нет!

— Гидроген! — камнем упала очередная формула.

Шестая! А я ведь хотела остановиться на пятой, но от шока пропустила момент!

— Морвеналь, я тебе отомщу! — прошипела я, едва пережив очередную вспышку боли. — Ты умоешься кровью, падла, клянусь!

Нащупав брошь под тканью платья, я резко сдвинула ее в сторону. Одновременно раздался запоздалый раскат грома.

*Септенер — семиконечная звезда, магический символ.

Глава 7

Ночная тишина Гнезда-на-Утесе на этот раз показалась мне умиротворяющей. И даже гибель отца не ощущалась так остро, как раньше. После всего пережитого эмоции словно притупились, и теперь меня мало что могло по-настоящему напугать.

Пережидая телесную боль на полу, я слушала скрипы и шорохи старого дома и незаметно провалилась в транс. Передо мной возникло мое эфирное тело. Фиолетовые кляксы на основных магических узлах прямо на глазах проросли в магические каналы, и те тут же посерели, лишившись тока эфирной магии. С равнодушием я наблюдала за этим процессом.

Ничего-ничего. Теперь я знаю, как все исправить.

— Ульдрахор, ты здесь?

Проклятый дракон явился без промедления.

— Здравствуй, Ада! Рад тебя видеть живой и невредимой.

Я немного помолчала, не разделяя до конца его эмоций.

— Живая? Пожалуй. Невредимая? Я бы не была в этом так уверена…

— Ну… Все могло закончиться куда плачевнее, и до нашей встречи дело вовсе могло не дойти, как в прошлый раз.

С подозрением я уставилась на собеседника.

— Как вышло, что ты тоже все помнишь?

— Предполагаю, герцог Морвеналь создал кармический прецедент, соединив нас печатями Бездны.

— А если попроще?

— Он изменил ткань реальности, связав наши судьбы. Временная петля завязана на тебе, и я с момента ритуала — тоже. Но… Может, причина и в чем-то еще? Только Ушедшие Боги знают это наверняка.

Ульдрахор пожал плечами и обезоруживающе улыбнулся.

— Ясно, что ничего не ясно… — пробормотала я разочарованно. — Ладно. Я даже рада, что мы продолжаем наше общение, а не начинаем его заново.

— Взаимно.

Ульдрахор учтиво кивнул мне, и мы оказались в летнем саду. Солнце уже готовилось сесть за горизонт. Благоухали вечерние цветы. Над кустами огромных бордовых пионов вились какие-то насекомые. Я сидела на плетеном диванчике, который годился для моего легкого платья куда больше, чем деревянный пол.

— Так намного уютнее, — заметил Ульдрахор, присаживаясь рядом.

Я согласно кивнула, а проклятый спросил:

— Какие у нас планы?

— Очистить мое доброе имя и отомстить Морвеналю, — выдала я базу.

— И все?

— А что еще?

— Ну… А как же я?

— А что ты? — Я вопросительно уставилась на собеседника.

— Я должен вернуться в Бытие, ты помнишь?

Его слова вызвали у меня недоверчивую усмешку.

— Это ты сказал.

— Ты права. Доказать, что на это тоже воля Ушедших Богов, мне пока нечем. На слово не поверишь? — Ульдрахор посмотрел на меня так невинно, что я мотнула головой. — Одобряю. Я бы тоже не повелся. И как быть?

Немного подумав, я ответила:

— Давай так: если поможешь мне отомстить Морвеналю, я подумаю, что смогу для тебя сделать.

— С удовольствием помогу! Подобные выходки я никому не прощаю.

Глаза Ульдрахора сверкнули опасным огнем.

— Значит, отныне у нас общая цель.

Я поднялась с дивана и направилась навстречу закату. И очнулась…

Обстановка дома, светящиеся защитные знаки и ночные звуки показались мне даже уютными. А вот резкий вскрик где-то в подполье заставил вздрогнуть. Но я уже знала, что это Рыжик приступил к позднему ужину — кричала птица, которую он загрыз.

Ну а что? Лисенок — хищник и большой любитель курочек.

Убедившись, что коготь Ульдрахора перенесся вместе со мной, удовлетворенно кивнула. Оставлять артефакт Морвеналям я считала неблагоразумным. Мало ли как они планируют его использовать.

За оконным стеклом уже маячила зеленая морда, строя жутковатые гримасы. Криспов я больше не боялась, так что смело распахнула створку рамы.

— Григор, входи скорее!

Зеленая морда удивленно вытянулась.

— М? — промычал вопросительно дух.

— Заходи-заходи, я чуть позже все объясню. Поверь, эта история тебе очень понравится. Сможешь потом рассказать ее своим друзьям в пруду.

Крисп как-то бочком, вдоль стеночки, вплыл внутрь. С опаской сделал круг по комнате и завис передо мной. Его зеленое лицо постепенно менялось, становясь все более похожим на человеческое.

— Вот! Таким я тебя и помню, мой друг! — Улыбнулась я. — Подожди, сейчас еще добудем нам переводчика и сможем беседовать нормально.

Я отправилась в прачечную. Дух, чуть помедлив, двинулся за мной.

— В прошлый раз я для тебя держала здесь ведро с водой. Ночью ты улетал на прогулку, а день пережидал в доме. Мы с тобой болтали, а еще вы частенько спорили с Рыжиком на разные темы, — рассказывала я, почему-то не считая нужным скрывать от криспа то, что произошло с нами в прошлой жизни.

Открытый кран издал характерное фырчание, и я, удовлетворенно кивнув, пояснила:

— Рыжик — это лисенок, который не может жить без магических накопителей. Он собрал все, что нашел в доме, и прячет их в подвале. Потому вода и не течет.

Григор что-то неодобрительно промычал.

— Нет, он хороший. Просто очень одинокий и уязвимый. И тоже нуждается в друзьях, — возразила я. — У нас с вами та еще команда получится, уж поверь! — Я подмигнула криспу и потянула крышку люка в полу. — Рыжик там. Постарайся его не напугать, ладно? — добавила шепотом.

Крисп, обрадованный тем, что в его жизни наконец случилось что-то незаурядное, ринулся вперед по узкому проходу. Ситуация повторилась. Захлопали крылья, неспособные удержать в воздухе довольно тяжелого для них лисенка, а в следующий миг в меня с размаха врезался он сам.

Я была готова. Подхватила его и крепко обняла.

— Рыжик, я так рада, что ты здесь!

В момент, когда я дала лисенку имя, он снова стал моим фамильяром. Мы оба это почувствовали. Затем последовал момент объяснений, а через полчаса мы уже все вместе перебрались в мою спальню, где я снова провалилась в транс, чтобы убедиться, что мы с лисенком снова связаны.

Я быстренько приняла меры, чтобы держать под контролем магию, которой он подпитывался, а после рассказала своим новым-старым друзьям обо всем, что со мной произошло с тех пор, как я умерла в первый раз.

«Уфф! Как же сложно во все это поверить! Ты точно нас не обманываешь?» — настороженно смотрел на меня Рыжик.

— Точно-точно! — заверила его я. — Ты должен это чувствовать. Но ты прав, в такое поверить очень сложно. Если бы это не была моя третья попытка, я бы тоже не поверила.

— М-м! — просипел крисп, и неожиданно я начала разбирать в его мычании отдельные слова!

— Григор? А ну-ка повтори, пожалуйста?

— Говорю, что полностью тебе верю, Ада. О подобных чудесах я уже слышал. Вот только не помню от кого... У меня память совсем дырявая... — посетовал тот.

— То есть переводчик вам теперь не нужен? — расстроился лисенок.

— Переводчик, похоже, нет. А маленький пушистый рыжий товарищ — очень даже! — успокоила я его и, притянув к себе, обняла. — Разве ты забыл, что ты мой фамильяр? Я теперь без тебя никуда — мы связаны.

Лисенок прижал ушки и довольно зафырчал, радуясь ласке. Возможно, в этом варианте его жизни, она была первой.

Мы все немного помолчали, слегка обескураженные. Мои друзья, наверное, обдумывали случившееся, а я — новый виток событий. Странное дело, мне было так легко им обо всем рассказывать. Рыжику и Григору я доверяла полностью, а они — мне. Как будто все, что с нами было до этого, никуда не делось, и время, проведенное вместе, успело стать цементом в наших отношениях.

— Знаешь, а теперь и мне начало чудиться, что все, о чем ты рассказала, уже было, — вторил моим мыслям лисенок и неожиданно спросил: — Мы ведь пойдем охотиться на стирюков, чтобы помочь тому парню, верно?

— Верно! Нам нужно приготовить противоядие для Барни. И лучше сделать это заранее. А еще лучше: и вовсе не позволить ему отравиться! — Ошарашенная пришедшей в голову мыслью, я перевела взгляд с Григора на Рыжика. — А еще нам очень нужно поймать ту страшно-красивую, которая подселила детям тварей!

Я отлично помнила, как прошел мой первый день в Заячьей Губе. Тогда я тыкалась, как слепой котенок, но сейчас мне было известно многое, и я могла действовать рациональней. Например, вместо уборки, подкараулить безднопоклонницу, рыскающую у деревни.

— Танна рассказывала, что Алише стало плохо после прогулки. Получается, в то же самое время я как раз помогала Малле с амулетами и пирогами.

— Это, если девочка сразу же пошла домой, — предположил Григор шепчущим голосом призрака.

Я улыбнулась. Беседовать так было приятнее, чем угадывать смыслы в мычании. И намного быстрее.

— Ты прав! Поэтому мы с Рыжиком пойдем туда заранее. Извини, тебя с нами не зову.

— Да. С ведром тебе будет совсем неудобно, — пошутил крисп. — Только надо продумать стратегию. Безднопоклонница может применить против тебя магию.

— Тут ты прав. Я тоже об этом подумала. Вот только не представляю, что мне ей противопоставить?

— А если посоветоваться с Ульдрахором? — предложил неожиданно Рыжик. — Он ведь тебе подсказал, как помочь детям.

— А это мысль! — согласилась с ним я. — Поговорю с ним во время медитации завтра. Или ночью во сне. Тут уж как получится.

До утра еще было полно времени, и я решила не тратить его попусту. Переоделась, освободившись от больше неуместного платья. Сходила в лабораторию и нашла там подставку. Спустилась в холл, чтобы забрать Коготь. Негоже такому ценному артефакту на виду валяться. Мало ли как станут развиваться события на этот раз.

Затем наполнила водой ведро, взяла в руки тряпку и принялась за дело. Нужно было хоть немного убрать спальню, чтобы не дышать остаток ночи пылью. Я вошла в раж и даже перетрясла на террасе матрасы и подушки. Выйти за дверь я не побоялась. Туман в это время года не поднимался настолько высоко. К тому же меня сопровождали лисенок и крисп.

Прохладный ночной воздух был заметно кисловатым, но все равно свежим. Он охладил мне лицо, ласково потрепал волосы, и на душе стало чуточку спокойнее.

— Все будет хорошо. Я очень постараюсь, чтобы все наладилось… — пробормотала я, глядя на подсвеченные зеленоватым светом горные вершины.

— С тобой все в порядке? — обеспокоился крисп.

— Да-да. Просто вспомнила о папе. Не знаю, выжил он после того удара, или нет? У него такое слабое здоровье…

— Дракон со слабым здоровьем? — засомневался Рыжик.

— А ты думал, драконы не болеют?

— Да про драконье здоровье легенды ходят!

Я хотела опровергнуть его слова, но задумалась.

— А ведь ты прав. Не припоминаю больше никого из драконов, кто бы страдал чем-то подобным… Травмы боевые или бытовые. Шрамы — этого сколько угодно, а вот неизвестный недуг, да еще и такой, что не поддается лечению... О таком я больше не слышала.

— Может, это проклятье? — предположил Григор.

— Целитель, которого приводил герцог Морвеналь, не подтвердил проклятье. Но он хотя бы назначил лечение, пока другие только руками разводили.

— Я бы не стал доверять целителю этого гада. — Удивительно, но лисенок выразил мысль, только что возникшую и в моей голове тоже.

— А вот папа верил герцогу безгранично и безропотно принимал все снадобья, которые тот ему выписывал, — заметила я, холодея от догадки. — Что, если именно из-за них его здоровье и пошатнулось?

— Я, конечно, не знаю наверняка, но учитывая все, что ты рассказала, и мой жизненный опыт, который, к сожалению, я помню лишь частично, очень похоже на то, что Морвеналь планировал избавиться от твоего отца еще до ритуала. Без него тебя некому было бы защитить, — высказал свое мнение Григор.

— Ушедшие Боги, Григор! Если бы с отцом что-то случилось, герцог стал моим опекуном до замужества. Это прописано в завещании отца! Вот только Вольф Драгард принял решение о помолвке раньше, и герцогу пришлось поторопиться с ритуалом. Возможно, по этой же причине бал дебютанток устроили в главном поместье Морвеналей.

— Морвенали твои — такая же тухлятина, как и тот, кто меня создал, а потом выбросил за ненадобностью, — заметил лисенок, сморщив нос и обнажив клыки.

— Тухлятина, не то слово! — согласилась с ним я и тоже сморщилась, словно хлебнув кислого. — Как же мне раньше не пришло в голову проверить снадобья, которые принимал отец! Хотя убедить его в том, что герцог действует во вред, было просто невозможно. Да я бы и сама тогда в это не поверила. Жаль, что я не могу вернуться и прямо сейчас отнести их к любому лекарю. Это ведь было так просто!

Закончив с пылью, полами и перестелив постель, я решила оставить мытье окон на завтра. Только шторы сняла заранее и отнесла в прачечную, чтобы не дышать пылью. Усталость навалилась внезапно, словно у меня где-то внутри вдруг закончился магический накопитель.

— Спа-а-ать… — прошептала я и, едва успев стащить с себя одежду, упала на кровать. — Григор, если что, я наполнила тебе чистое ведро. Оно в прачечной, — напомнила, чтобы крисп не запаниковал, когда наступит утро.

— Спасибо, милая Ада. Хочешь, я побуду рядом, пока ты не уснешь? — Григор вдруг смутился. — Наверное, от призрака такое предложение звучит так себе… Прости.

— Нет-нет! Я буду рада. И ты, Рыжик, ложись в ноги. Ты всегда спал там раньше.

— А можно? Ты не против? — обрадовался лисенок.

— Можно… — прошептала я и вырубилась.

— И снова здравствуй! — поприветствовал меня Ульдрахор. — Мне кажется, или ты хотела меня видеть?

— Ты не ошибся, — ответила я, обнаружив, что на мне красивое темно-синее платье в тон нарядному халату проклятого дракона.

— Я накрыл нам стол в саду. Поесть по-настоящему, к сожалению, не выйдет, но хотя бы сделаем вид, что ужинаем. Как тебе идея?

Я пожала плечами и прошла вперед, повинуясь его приглашающему жесту. Проклятый подвинул стул, помогая мне усесться. Сад был прекрасен, благоухали незнакомые цветы. Сервиз на столе спорил с ними по изяществу. А какой отсюда открывался вид! Почти как с террасы Гнезда-на-Утесе.

— Какой-то ты чересчур радушный… — заметила я с подозрением.

— Кажется, наши отношения вышли на новый уровень, вот и стараюсь быть галантным.

Я улыбнулась в ответ на коварную улыбку мужчины. Мне даже нравилась эта игра. Ульдрахор не скрывал истинных мотивов, и его честность покоряла.

— Наверное, неплохо было бы иметь такого друга, как ты?

— Я хороший друг! — заявил проклятый без тени иронии.

И я ему даже поверила.

— Ульдрахор, мне нужен твой совет.

— Я весь внимание?

Дракон даже спину выпрямил.

— Помнишь, детям из деревни подсадили тварь, а ты подсказал, как от нее избавиться? Завтра я собираюсь изловить безднопоклонницу, которая это сделала. Вот только не знаю, как именно все провернуть. Наверняка она будет сопротивляться, а у меня нет магии...

— Поймать ее — не самая большая проблема. Гарантирую, ты справишься. Но что ты с ней собираешься делать потом? Убьешь?

Я задумалась.

— Она заслуживает сурового наказания за то, что сотворила с детками. Но я не смогу хладнокровно убить. Отдать ее на растерзание деревенским тоже будет неправильно. В Заячьей Губе живут добрые люди, не стоит чернить их сердца подобными вещами, — принялась рассуждать я. — Мы должны поступить по закону.

— Ты же понимаешь, что по закону ее следует отвезти в Хьюборг и сдать властям?

Ульдрахор смотрел на меня хитро-хитро, и я мрачно усмехнулась.

— Угу. Вот только власти Хьюборга скорее нас накажут, чем свою подельницу.

В том, что они действуют заодно, я почти не сомневалась.

— Тогда, может, все-таки убьешь?

Ульдрахор, повертел в пальцах изящную чашечку, посматривая на меня из-под ресниц. Я ответила не сразу.

— Нет. Мы поступим так.

Я изложила суть родившегося только что плана.

— Браво, Ада! Это может сработать! — похвалил меня Ульдрахор. — А тебе не занимать коварства!

— Учусь потихоньку. — Вздохнула я и… проснулась.

Оказывается, уже наступило утро, и я ужаснулась, насколько были грязными окна в спальне. Солнечный свет с трудом пробивался через мутное, покрытое какими-то потеками стекло.

— Не помню, в прошлый раз было также или нет? — задала я риторический вопрос и поднялась с кровати.

Но мытье окон следовало отложить и заняться подготовкой к поимке безднопоклонницы, а до того предстояло познакомиться с колдуньей Маллой, найти с ней общий язык и как можно скорее помочь Родиму. Нельзя позволять ребенку страдать столько лишних часов. А заодно, если получится, предотвратить подселение твари Алише.

Изложив свои планы друзьям, я отправила Рыжика к большому камню, что недалеко от дома вдовы.

— Если почуешь что-то подозрительное, найди меня. И не бойся в этот момент показаться. Я скажу всем, что ты мой фамильяр.

— Хорошо! А ты…

Рыжик замялся, и я ему подмигнула.

— А я постараюсь раздобыть тебе курочку.

— Жаль, не могу составить вам компанию. Солнечный свет губителен для таких, как я. Все, что мне доступно — смотреть на него сквозь толщу воды… — опечалился Григор.

— Если хочешь, я могу днем носить тебя с собой во фляжке. Правда, так ты не увидишь солнца вовсе, зато будешь все слышать, — предложила я. — Вот только тебе придется вести себя очень тихо, чтобы не выдать свое присутствие посторонним.

— О! Ты можешь взять меня с собой? Я был бы просто счастлив, Ада! И не переживай, другие люди разве что услышат мое мычание, как и ты раньше. Но я обещаю, что стану вести себя тихо-тихо!

— Тогда попробуем. Только… у меня же нет заряженных абграндов. Не знаю, обязательное ли это условие?

— Судя по тому, что ты вчера мне рассказала, они нужны, чтобы я мог удаляться от нашего озера. В деревне же я близок к нему, а значит, будет достаточно простой воды, — успокоил меня крисп и перекочевал в подготовленную для него фляжку.

Подготовившись таким нехитрым образом, мы вышли за порог. Как и в прошлый раз, я застала Маллу в огороде и очень обрадовалась. Завидев меня, колдунья выпрямилась и уставилась из-под руки, как из-под козырька.

— Никак купили наконец Гнездо-то? — сказала она.

— Здравствуйте!

Сбежав по ступеням, я направилась к колдунье, жестом велев Рыжику следовать за мной.

— И тебе поздорову, хоспожинка. Или ты у нас эльдина будешь?

Малла смерила меня оценивающим взглядом, а затем уставилась на лисенка.

— Сейрина Адалинда. Но лучше просто — Ада, — представилась я. — А это мой фамильяр — Рыжик. Прошу любить и жаловать. Он умный и просто обожает курочку.

— Значит, Рыжик? Угу… — Малла, глядя на меня с подозрением, повторила вопрос: — Так, значит, купили Гнездо-на-Утесе?

— Ага, — я решила не отступать от прежней легенды о злом отчиме.

В прошлый раз она сработала, так зачем что-то менять? Разве что я не выглядела больше такой жалкой и растерянной, но колдунья оказалась проницательной.

— Тебя как будто бы что-то еще гнетет, Ада? — заметила она, когда я закончила свой рассказ.

— Магии у меня чуть, но иногда я вижу пророческие сны, — начала я, осторожно пытаясь изменить реальность.

— Идем в дом, там и расскажешь. И чудо свое двухвостое бери. — Малла со скепсисом посмотрела на Рыжика и уточнила: — Не нахулиганит?

— Нет, но лучше пусть на улице побегает. Рыжик, только далеко не уходи. Не дальше того конца деревни, — невзначай я напомнила лисенку о его миссии.

Тот понятливо тявкнул и потрусил по дороге прочь.

— Умненький он у тебя, хоть и странный. Крылья, два хвоста… — Малла явно намекала, что послушала бы с удовольствием его историю.

— Над ним безднопоклонники измывались — таким и сделали, а потом выкинули, как ненужную вещь. А я вот подобрала и имя дала — это ночью нынешней случилось. Он в подполе прятался, там я его и обнаружила. Так лисенок стал моим фамильяром, — решила я не врать и рассказала историю нашей первой встречи. — Только вот магию из меня тянет, а я и без того слабосилок. Нужно будет что-то с накопителями придумать.

Малла кивнула.

— И правильно! Нечего хорошему зверю пропадать. А ты, вижу, накопители заряжать умеешь?

— Умею, только медленно. Еще могу вам помочь со знаками. Кажется, их уже пора к зиме подновлять?

— Откуда знаешь, что знаки подновлять нужно? — тут же насторожилась Малла.

— Знаю, что из Хьюборга к вам давно не заезжали, и управляющему на окрестные деревни плевать. Как бишь там его? Сэтр Шмерц, да?

— Он самый, чтоб его стирюки заживо сожрали! — выругалась колдунья и неожиданно вернулась к первоначальной теме: — Так что за сон тебе привиделся, Адушка?

— Сейчас расскажу, но сначала ответь мне на один вопрос: есть у вас в деревне мальчик Родим, который болен непонятной хворью?

Малла мешала кашу на печи, но при моих словах моргнула и выпрямила спину, откладывая в сторону ложку.

— Есть. Неужели, это он тебе во сне привиделся?

Я удовлетворенно кивнула и заявила:

— Кажется, я знаю, как ему помочь.

Глава 8

Вольф Драгард

В поместье Морвеналей царила суматоха. Гвардейцы согнали всех гостей и слуг в бальный зал, где хозяин дома Крей Морвеналь безуспешно пытался их успокоить.

— Эльд Драгард, это возмутительно! — подскочил ко мне какой-то красномордый пузан, раздувая усы.

Игнорируя его, я взошел на помост к хозяину дома и заявил:

— Поклонники Бездны совершили дерзкое нападение на королевский дворец в Эмбертоне и были уничтожены нашей доблестной гвардией. Следы заговора привели нас сюда. Напоминаю, скверна поражает всех без разбора. От нее не спасает ни титул, ни регалии, поэтому в ваших интересах оказать содействие властям и доказать свою непричастность к произошедшему.

Я обвел притихших гостей тяжелым взглядом, под которым те невольно втягивали головы в плечи. Даже самые рьяные предпочли закрыть рты. Обвинение в мятеже — это не шутка, а скверна — тем более. Впрочем, невиновным ничего не грозило, кроме проверки на заражение скверной и короткого допроса.

Велев подчиненным продолжать работу, я спросил у Крея Морвеналя, где библиотека. Интуиция подсказывала, что мне срочно нужно туда, и я привык ей доверять. Морвеналь рассеянно указал на неприметную дверь позади помоста. За ней обнаружился пустой коридор, уходящий в обе стороны.

Пока я соображал, где здесь искать библиотеку, с грохотом распахнулась дверь в правом конце, и из нее выскочила перепуганная и растрепанная девушка в белом платье дебютантки. Наткнувшись на меня взглядом, она коротко оглянулась через плечо и бросилась навстречу вопя:

— Эльд Драгард, хвала Ушедшим Богам! Помогите!

Подскочив, она едва не сбила меня с ног, отчаянно мешая пройти туда, где требовалась помощь. Я даже слегка оторопел в первый момент от такого бесцеремонного поведения.

— Не часто меня так встречают… — пробормотал я, узнав Лиссандру — дочь Тависа Морвеналя и племянницу Крея.

На белоснежной ткани платья девушки отчетливо алели брызги крови, а на обнаженном плече красовался свежий ожог. Огромные фиолетовые глаза блестели от непролитых слез — герцогская дочка была чем-то напугана.

Снова раздался громовой раскат, но на этот раз уже где-то далеко. Буря уходила.

Отцепив от себя ошалевшую девицу, я прикрылся магическим щитом и поспешил туда, откуда она только что выскочила. Оказался я... кто бы мог подумать! В библиотеке!

— Ох, эльд… У нас здесь такое стряслось!

Девица забежала за мной следом и умолкла, а на меня уставился белый, точно снег, герцог Морвеналь.

— Эльд Драгард? — удивленно пробормотал он и добавил без особой радости: — Как же вы вовремя!

Я обвел красноречивым взглядом последствия разгрома и задержался на теле пожилого мужчины возле опрокинутых стеллажей. Потом обратил внимание на большое черное пятно по центру просторного зала, от которого исходили заметные эманации Бездны, и вопросительно посмотрел на герцога.

— Что здесь случилось, эльд?

— Эти Вельрины оказались безднопоклонниками! Они напали на нас! — истерично принялась рассказывать Лиссандра. — Отец еле выстоял. Он едва на ногах держится! Разве вы не видите? Ему сейчас не допрос нужен, а целитель! — укорила она меня и, бросившись к отцу, помогла ему усесться в кресло.

— Лисси, цыц! — вяло приказал Морвеналь, пальцы которого заметно подрагивали.

Герцог не играл. У него действительно было магическое истощение.

— Вы что, не слышите? Моему папочке нужен целитель! — капризно повторила девица.

— Лиссандра! — повысил голос герцог. — Простите мою дочь, эльд Драгард. Она очень ко мне привязана вот и беспокоится.

Он накрыл руку дочери своей.

— Я очень испугалась! Думала, что потеряю тебя! — начала было причитать та, но тут же захлопнула рот и метнулась к чудом уцелевшему графину с водой на маленьком столике у окна.

— Вольф, буду признателен, если дашь мне пару минут, чтобы прийти в себя. Поджилки до сих пор трясутся… — Герцог слабо улыбнулся, принимая воду из рук дочери.

Пока он жадно пил, я обошел по кругу черное пятно и присел рядом с несостоявшимся тестем. Жаль, что мы так и не успели познакомиться.

— Это ужасно! — сокрушался Морвеналь. — В один день я потерял друга дважды... Сначала он меня предал, а затем я убил его собственными руками!

Герцог закрыл ладонью глаза, словно переживая глубочайшую скорбь.

— А где Ада Вельрин? — спросил я, не обнаружив в библиотеке тела невесты.

— Безднопоклонница сумела улизнуть! — сообщила Лиссандра.

— Безднопоклонница? Это серьезное обвинение, эльдина.

Герцог покачал головой, глядя куда-то сквозь пространство.

— Это звучит странно, но мой друг и его дочь сошли с ума, Вольф! Я и предположить не мог, что они на такое способны!

— Почему Вельрины напали? Что произошло? — не отступал я.

Если герцог лжет, то я это замечу. Он наверняка проколется в мелочах.

— Стоило мне ненадолго отвлечься, и они притащили в дом моего брата Коготь Ульдрахора! — заявил Морвеналь.

Я внутренне вздрогнул, ведь это не расходилось с тем, что видел я. Образ Ады, сжимающей в руках артефакт из королевского хранилища, до сих пор стоял перед глазами.

— Как считаете, зачем им это понадобилось?

Задавая вопросы, я ощупывал тело Хеймрика Вельрина, настойчиво пытаясь обнаружить в нем хоть какие-то признаки жизни. Было важно выслушать и обвиняемую сторону, чтобы понять, что здесь произошло на самом деле. В том, что хитрый лис Морвеналь недоговаривает, я даже не сомневался.

— Они затеяли какой-то ритуал с Когтем Ульдрахора! Я понимаю, в это трудно поверить, но мы с Лиссандрой все видели собственными глазами!

— Ада стояла в круге и держала в руках Коготь, когда я вошла. А ее отец читал какое-то заклинание, — охотно подтвердила Лиссандра с видом прилежной ученицы.

— Дочь позвала меня, и мы вдвоем попытались остановить Хеймрика, — продолжил за нее герцог.

— Вы спросили у них, что происходит?

— Не успел. Стоило нам войти, как Вельрины без разговоров напали!

— Меня задело цепной молнией, и отец приказал мне идти за помощью.

— Моя дочь не боец. К счастью, мне удалось выстоять и вывести графа из строя. Все же у меня чуть больше боевого опыта, чем у ювелира из захолустья, но Ада… Пока мы сражались, она куда-то исчезла, прихватив Коготь Ульдрахора. А на месте ритуала осталось только это. — Герцог махнул рукой в сторону выжженного магией пятна.

Я слушал его в половину уха, будто уже зная, что он скажет в следующий момент.

Дверь библиотеки без стука отворилась, и на пороге возник Кай Аргентфлейм.

— А вот и целитель! — обрадовался я.

Кай был мне очень нужен, чтобы развеять подозрения, и, видимо, почувствовал это, иначе как объяснить его своевременное появление?

— Герцог, отправляйтесь-ка в свои покои. Вашей дочери явно не по себе рядом с трупом. А эльд Аргентфлейм нейтрализует скверну, если таковая здесь обнаружится, и потом осмотрит вас.

Кажется, Морвеналь хотел возразить, но Лиссандра, не на шутку испуганная словами электрума, воскликнула:

— Скверну? Здесь что, может быть скверна?!

Она даже попятилась к двери, испуганно поглядывая на отца.

— Если безднопоклонники проводили здесь ритуал, то с большой вероятностью могли заразить тут все скверной, — и глазом не моргнув, заявил Кай.

Морвеналь с трудом поднялся с кресла, опираясь на плечо дочери. При этом он не сводил глаз с тела графа.

— Можно я… — начал было он, делая шаг в его сторону.

— Эльд Тавис, вы же знаете правила, — по-дружески обратился к герцогу Кай, преградив ему дорогу. — Дайте-ка я и вас заодно продиагностирую. Если вовремя не заметить заражение, последствия будут необратимыми. Милая эльдина, вы же не хотите потерять отца? — Он сладко улыбнулся Лиссандре.

После упоминания скверны ртутная испугалась по-настоящему. Сейчас я остро почувствовал разницу между ее прежним состоянием и нынешним. Исчезла наигранность, а во взгляде, направленном на отца, появилась беспомощность.

Морвеналь поджал губы, но безропотно позволил Аргентфлейму проверить свою ауру. А я убедился, что здесь что-то нечисто. Герцог вел какую-то игру, и я не собирался спускать это ему с рук.

Пока все внимание Тависа Морвеналя и его дочери было поглощено действиями Кая, я подал особый знак, указав на тело графа. Кай никак не показал, что заметил, но я знал: он понял и позаботится о нем. Или даже вернет к жизни, если это еще возможно.

— Скверны нет, вам очень повезло. Но я все еще ощущаю ее эманации поблизости, — вынес вердикт электрум.

— Вам следует как можно скорее покинуть библиотеку. Гражданским здесь нечего делать, — дожал я Морвеналей.

— Папа, идем скорее! — поторопилась увести его Лиссандра, играя мне на руку.

У самого порога герцог остановился.

— Эльд Драгард, не хочу, чтобы этот инцидент опорочил имя моего рода. Можно попросить вас сохранить его в тайне?

— Вам не о чем беспокоиться, эльд Тавис. Я не собираюсь предавать огласке случившееся, но обещаю, что обязательно докопаюсь до сути. Преступники понесут заслуженное наказание. Вы же меня знаете.

Морвеналь медленно кивнул и, наконец, вышел. Я последовал за ним, не собираясь оставлять ртутных без присмотра. Передав их на попечение капитана гвардейцев и двух дознавателей, я вернулся в библиотеку.

— Герцог Вельрин жив, — сообщил Кай то, что я больше всего хотел услышать.

— Прекрасно!

— Но это ненадолго, если мы не поторопимся. Он в критическом состоянии. Я бы даже сказал, что жизнь в нем едва теплится.

— Как же так вышло? Бой продолжался недолго. Лиссандра выскочила в коридор после первой атаки графа, которой ее зацепило. Герцог успел ответить лишь раз, прежде чем появился я. Но все уже закончилось. Почему Вельрин так быстро сдался? В конце концов, он же дракон, пусть и слабый. Наша природная сопротивляемость магии куда выше, чем у других рас. И почему герцог Морвеналь не попытался его обезвредить, а бил наверняка? Он же утверждает, что граф его друг?

— Ну… Как минимум на один твой вопрос у меня есть ответ. Графа Вельрина едва не убила его же собственная магия. Какое-то довольно затратное заклинание. Не знаешь, что именно он использовал?

— Цепную молнию со слов ртутных.

— Так, я и думал! — воскликнул электрум.

Я посмотрел на него с недоумением.

— Граф что, умудрился задеть самого себя?

— Нет. Но Вельрин крайне истощен, Вольф. Я еще не видел, чтобы магические каналы были настолько истонченными, а цепная молния требует высокой плотности магии, как тебе известно.

— Хочешь сказать, Вельрин выжег себе каналы одним единственным заклинанием?

— Верно. Защиту он попросту не смог бы поставить, потому что потерял сознание.

— Ничего не понимаю… Кай, а граф, случаем не болен? Может, и правда заражен скверной?

— К счастью, нет. Но его организм изношен, точно у глубокого старика, а не у дракона, у которого еще много лет беспечной зрелости впереди.

Все время, что мы разговаривали, Аргентфлейм усиленно работал над аурой Хеймрика Вельрина.

— Никогда с подобным не сталкивался. А… Его случаем не травили? — выдвинул я новое предположение.

— Знаешь, Вольф. Я подумал об этом в первую очередь и почти уверен, что его травили. Долго и упорно, но мне никак не удается понять, чем именно?

Я задумался, пытаясь осознать, зачем это могло кому-то понадобиться?

— Кай, ты должен сделать все возможное и невозможное, чтобы его вытащить. Я не верю Морвеналям и хочу понять, что здесь случилось на самом деле. Уверен, это связано с пропажей моей невесты и Когтя Ульдрахора. Ты можешь привести графа в чувства?

— Только я и могу, — ответил Кай без лишнего хвастовства.

И мне снова показалось, что все это уже было… Я даже мотнул головой от острого ощущения дежавю.

— Вольф? Ты хорошо себя чувствуешь? — тут же насторожился электрум.

— Да. А что?

Вместо ответа Кай подошел ко мне и быстро продиагностировал ауру.

— Надо же. Не обманываешь.

— Просто… Как-то неспокойно на душе, а понять, в чем дело, не могу.

— Ты устал. Нападение на дворец, помолвка… Кстати, она состоялась?

— Вроде того. Я увидел Аду и… сразу сделал ей предложение.

— Ничего себе! — воскликнул Кай. — Неужели так сильно понравилась?

— Да. Кажется, я даже влюбился… — признался я. — С первого же взгляда, будто мальчишка.

— Ну тогда понимаю, почему ты дерганый. — Электрум хохотнул.

Но причиной моего беспокойства было не только это. Интуиция требовала немедленно отправиться в дом Вельринов. Вот только заражение скверной можно выявить лишь в течение первых нескольких часов и потом, когда оно станет необратимым. Так что не менее важно было проверить гостей и вычислить среди них потенциальных жертв, вроде той несчастной в экипаже. Они — самое страшное оружие мятежников.

И все же я склонялся к тому, что среди гостей мы не обнаружим зараженных, а вот в доме графа может оказаться что-нибудь интересное и полезное для расследования.

— Кай, позаботься о графе. Забери его отсюда и не спускай глаз. Не подпускай никого. Совсем! Кроме, разве что, Тариона.

— А ты?

— Загляну в поместье Вельринов. Вдруг Ада или Коготь Ульдрахора там.

— Разумно, — согласился со мной друг. — Можешь на меня положиться.

Благодарно кивнув, я прыгнул в Эфир и неожиданно понял, что знаю, где находится особняк Вельринов. И даже примерно знаю, как он должен выглядеть. Вот только я не могу этого знать! Мне лишь было известно, что они живут в Эшворте — недалеко от границы земель кобальтовых драконов со ртутными. И только!

Провинциальный городок мирно спал, не подозревая, что во Фьюморне происходит нечто ужасное. Нечто, что может нарушить покой многих. Я вышел из Эфира прямо у крыльца симпатичного домика — точно такого, каким я его представлял: светлый песчаник, два этажа и мансарда под остроконечной крышей. Мило и уютно.

Во дворе было тихо и пусто. Повсюду цветочные клумбы. Осмотревшись, я подошел к двери и потянул за ручку.

Заперто.

Постучав, я прислушался к происходящему внутри, но ни один звук не выдал, что там кто-то есть. Или у Вельринов не было слуг, или они отпустили их на этот вечер.

Проверив охранки, удивился, что дом ювелира настолько плохо защищен. Взломать простейшую магическую сигнализацию и замок мне ничего не стоило, но я избрал иной путь. Приняв форму драконида, взмыл к приоткрытому окну мансарды и совершенно безболезненно проник внутрь.

Если честно, для этого даже не нужно было обладать магией. Любой мальчонка-воришка сумел бы проделать то же самое. Похоже, в Эшворте жили исключительно честные и мирные люди, которые доверяли друг другу.

В темноте я видел прекрасно, так что сразу понял, что оказался в мастерской ювелира. Вот только она производила ощущение запустения. Похоже, давненько никто здесь не работал. Все инструменты на своих местах. Небольшой слой пыли на поверхности стола и полках. Никаких признаков того, что хозяин регулярно посещает рабочее место.

— Странно…

Проверив шкафы, обнаружил картотеку с документами, а рядом на полке — пухлый журнал, в котором аккуратным почерком велся список заказов. Судя по датам, граф Вельрин брал их нечасто, но дела вел тщательно. В журнале я обнаружил номера папок с документацией по каждому заказу. Граф группировал их по клиентам, так что легко мог восстановить всю историю взаимодействия с ними.

Последний заказ назывался: «Инкрустация рамы», выполнен он был за полгода до коронации Тариона Эстелара…

Почуяв след, я отыскал по номеру соответствующую папку. Самую толстую из всех. С этим заказчиком граф вел дела много лет.

— Герцог Морвеналь! — прочитал я имя на обложке. — Кто бы мог подумать!

Граф Вельрин и на этот раз указал дату заказа, срок исполнения и скрупулезно зафиксировал все пожелания. Здесь же я нашел множество эскизов как сделанных вручную карандашом, так и магических. Все с пометками. Итоговый эскиз, утвержденный заказчиком, лежал отдельно. На нем было выполненное цветными карандашами изображение того самого зеркала, в которое сбежала от меня Ада.

Еще раз внимательно изучив документацию, я убедился, что граф занимался исключительно украшением рамы, а значит, мог ничего не знать о самом зеркале. Папку я прихватил с собой. Она была ценным доказательством того, что Морвеналь, пусть и косвенно, но замешан в этом мрачном деле. Да, обвинить его на основе этой информации нельзя, но и отнекиваться теперь он не сможет.

Я развел руки в стороны, создавая поисковую сеть, способную зафиксировать малейшие проявления магии Бездны. Уменьшил в ней ячейки до возможного минимума. Сеть медленно прочесала пространство от стены до стены, но не обнаружила ни малейших признаков магии Бездны. Тщательно проверив мастерскую снова, получил тот же результат.

Я не был удивлен. Граф Вельрин не дурак, чтобы хранить у себя в мастерской подозрительные предметы или артефакты. Не развеевая сеть, я вышел в коридор и прошелся по мансарде, а затем спустился на второй этаж, где располагались покои хозяев.

Расширив сеть так, чтобы она могла охватить все пространство этажа, медленно двинулся по коридору, и рядом с одной из дверей получил-таки отклик! Едва заметный, но все же! Здесь была Бездна!

Убедившись, что покои не защищены, толкнул дверь. Она поддалась, и я оказался в покоях графа Вельрина. Первое, что бросилось в глаза — множество портретов, набросков и миниатюр из жизни хозяина дома.

Невольно взгляд задержался на одной. Крохотная, с голубыми локонами и восторгом в янтарных глазах Ада держала на пальцах огромную синюю бабочку. Было видно, что она боится шевельнуться, чтобы не спугнуть такую красоту.

На другой миниатюре тоже Ада, но уже постарше. Изображает лихую наездницу верхом на игрушечной лошадке. В руках — внушительная сабля. Внушительная для такой маленькой девчушки, конечно же.

По центру стены висел ростовой портрет. На нем Ада обнимала отца, прижавшись щекой к его плечу. На губах обоих сияли одинаковые счастливые улыбки. Я даже позавидовал такой гармонии. Среди отцов и детей подобное встречается нечасто.

Я знал, что это не фарс — это жизнь. Настоящая жизнь графини Ады Вельрин — моей невесты.

Мое внимание приковала еще одна очень искусная миниатюра и, похоже, совсем свежая. С нее Ада смотрела на меня умным, чуть насмешливым взглядом и, казалось, этот взгляд проникает в самую душу.

Разглядывая ее портрет, я позабыл о первоначальной цели. Застыл, пытаясь понять, в чем же несоответствие?

Художник, который его написал, определенно был гением и смог передать не только внешность и характер, но и что-то еще. Что-то неуловимое, точно магический слепок ауры…

— Счастье! — осенило вдруг меня.

Ада на портрете была счастлива и уверена в себе. А при нашей встрече — огорчена и встревожена. Ее взгляд изменился, и сейчас этот контраст был особенно заметен.

— Ни разу не встречал счастливого безднопоклонника, — пробормотал я и вспомнил о поисковой сети.

Золотые нити почернели в одном месте, указывая, где обнаружена магия Бездны. Пятнышко было совсем маленьким. Я больше чувствовал его, чем видел. Но мне и не нужно было видеть, я уже обнаружил источник эманаций — бюро на тонких ножках у окна. На нем чернильница, стопка чистых листов бумаги. Милый букетик фиалок в круглой пузатой вазе. Сеть отчетливо указывала на средний выдвижной ящик.

И здесь не оказалось никакой защиты или даже запора. Ювелир был или чересчур беспечным, или же безгранично доверчивым драконом. Или же искренне считал, что его секреты никому не понадобятся?

Я аккуратно выдвинул ящик, обнаружив шкатулку, узкую и плоскую. В ней лежал десяток бутыльков с какими-то порошками и пилюлями. К крышке шкатулки была пришпилена инструкция, которая предписывала принимать снадобье два раза в день. Утром пилюли, а вечером порошок, растворяя в воде.

Именно от этих пилюль ощутимо фонило Бездной. Похоже, мне удалось обнаружить отраву, из-за которой мой тесть пребывал в таком плачевном состоянии.

— Не может быть! — обрадовался я, даже не мечтая найти доказательства нашей с Каем теории так скоро.

Снадобье я тоже забрал с собой. Еще раз прочесал покои, заглянув и в спальню, и даже в ванную комнату. Но больше нигде ничего подозрительного не нашлось.

Покидая покои графа, я снова остановился напротив портрета Ады. Снял миниатюру со стены и сунул во внутренний карман. Ничего зазорного в желании иметь портрет своей невесты я не видел.

Стоило выйти в коридор, и снизу донесся тяжелый удар в дверь. Послышалась отрывистая команда:

— Пали!

А следом — характерное шипение. Несколько колб раскатились по углам просторного холла, а через миг взорвались, выплеснув огонь. Языки магического пламени весело взметнулись к потолку, с жадностью пожирая все, до чего дотягивались. Вспыхнул симпатичный ковер, занялся уютный диван, занавески…

Пожар распространялся с невероятной скоростью!

В свете огня промелькнуло три силуэта — два направились к выходу, а один — куда-то в заднюю часть дома. Видимо, собирался подпалить еще и там, чтобы наверняка.

У меня перед глазами встала картина: полыхающий особняк, который было поздно тушить.

Допустить, чтобы уютный дом моей невесты, где все дышало семейным счастьем, был уничтожен, я не мог. Первым делом заключил место поджога в защитную сферу, ограничив приток воздуха. А затем простым магическим импульсом обезвредил поджигателя, который пробирался вглубь дома.

Сфера постепенно сжималась, легко пропуская сквозь стенки живые и неживые объекты, но не давая пламени вырваться за свои пределы.

Оставшиеся двое поджигателей, почуяли неладное и напали одновременно. В меня полетели не черные сгустки, внутри которых полыхали фиолетовые молнии, а обычные, совсем слабые боевые заклинания.

Я без труда увернулся и разделался с нападавшими, даже не доставая меча. Они попросту не поспевали за моими движениями. Тот, кого вырубил первым, мгновенно посинел и раздулся, как бы намекая, что допросить его точно не получится. Магический знак Терниалы светился у него на шее, не оставляя и шанса.

Второму я свернул голову, а третий забился в угол и выставил перед собой руки.

— Не убивайте, эльд! Мы простые наемники! Нам обещали заплатить, если спалим эти хоромы!

— Кто?

— Некто в черной маске! Но я сразу понял, что он… — затараторил плюгавый мужик скороговоркой, но вдруг замолчал, выпучив глаза. — Ых… — недоговорив, пискнул он на высокой ноте.

Его кожа синела на глазах, изо рта и носа хлынула черная жижа. Заказчик явно не собирался платить исполнителям и не оставлял свидетелей. Поджигатели не успели бы даже выйти из дома, а магический огонь довершил бы дело, уничтожив тела.

Вот только пламя погасло, лишенное притока кислорода. Мельком оценив степень разрушений, я порадовался, что освоил в свое время это полезное, хоть и непростое заклинание, ведь огонь — частое оружие в подковерных играх и очень действенное.

Вызвав отряд гвардейцев, толкнул дверь и вышел на улицу, чтобы осмотреть особняк снаружи. Прочесал территорию вокруг дома поисковой сетью, но никаких признаков магии Бездны или присутствия посторонних не обнаружил. Только надпись, сделанную светлой краской на садовом домике: «Смерть Безднолюбам!»

— Кое-кто очень старается очернить Вельринов, — пробормотал себе под нос.

Сжечь дом, уничтожив улики, а пожар списать на рассерженных на безднопоклонников граждан — беспроигрышная идея. Опоздай я на несколько минут, и все могло бы получиться. Вот только теперь ничего не выйдет.

Перед глазами снова промелькнул пылающий особняк, и я тряхнул головой, прогоняя странное видение.

Из Эфира появился вызванный мной отряд гвардейцев и следователи. Приказав им оцепить территорию и провести следственные мероприятия, я поспешил во дворец. Нужно было доложить Тариону обо всем, что произошло этой ночью, и позаботиться о нашем главном свидетеле.

Глава 9

Ада Вельрин

— Я с утра дом принялась осматривать и нашла в лаборатории бумаги. Каково было мое удивление, когда обнаружила в них описание твари, что мне приснилась, и метод избавления от нее! — придумала я на ходу объяснение для Маллы. — Надеюсь, моих скромных магических способностей хватит, чтобы помочь мальчишке.

— Ну, ежели так, идем и на Родимку-то глянем. Авось и правда получится, — с некоторым сомнением ответила колдунья, но все же отвела меня в дом главного охотника.

Ивар встретил нас на высоком крыльце.

— О! Малла! Никак новые амулеты принесла? — с надеждой спросил он, рассматривая меня с любопытством.

— Да какие уж там амулеты, не до них! — отмахнулась колдунья. — Мы с сейриной Адалиндой на вашего Родимку посмотреть пришли.

— Здравствуй, Ивар! — улыбнулась я главному охотнику. — Я ваша новая соседка из Гнезда-на-Утесе. Зови меня просто Ада.

Из дома тут же выскочила Данка и ревниво уставилась на меня.

— Малла, а кто это с тобой? Неужто настоящая драконица?

— Полукровка, — поправила ее я, придерживаясь своей легенды. — А еще немного в целительстве понимаю. Малла рассказала, что приключилось с вашим сыном. Можно, я на него посмотрю?

Заслышав о сыне, Данка спустилась на несколько ступеней и ухватила меня за руку.

— Конечно! Идемте скорее, сейрина целительница!

Она потянула меня за собой внутрь. Такое безоговорочное доверие смутило, о чем я прямо ей сказала.

— Вас привела сюда Малла, этого мне достаточно, — заявила Данка, в глазах которой горела надежда.

Обстановка в доме оказалась точно такой, какой я ее запомнила. Изможденный, но не сломленный тварью Родим лежал на своей маленькой кровати и страдал.

— Мама, кто это? — спросил он слабым голосом, увидев меня.

— Это целительница, сынок. Она хочет на тебя взглянуть. Лежи смирно.

— Здравствуй, Родим! — поздоровалась я. — Меня зовут Ада.

— Здравствуй, Ада! А ты правда дракон? — хмуро уточнил он.

Видимо, услышал наш разговор на крыльце через окно, да не так все понял.

— Почти, — улыбнулась я ему и подмигнула.

Вслед за мной в комнату набились Ивар, Данка и Трин с сестрой.

— Выйдите, пожалуйста, — попросила я их и добавила, заметив сомнения на лицах родителей мальчика. — Пусть здесь только Малла останется.

Доверие доверием, но они меня совсем не знают, а вот авторитет Маллы нерушим.

— Расскажи мне, что с тобой произошло? — поинтересовалась я у мальчика, когда мы остались втроем.

Мне требовалось сравнить его слова с теми, что я услышала в прошлый раз, и расхождений я не обнаружила.

— Мне нужно взглянуть на его эфирное тело.

— А ты умеешь? — удивилась Малла.

Вместо ответа я села на пол, принимая позу волшебного цветка, и вошла в транс. Тварь была здесь. Окутывала эфирное тело мальчишки, с удовольствием лакомясь его жизненными силами.

«Сгинь!» — приказала я ей мысленно, не откладывая дело в долгий ящик.

Тень тут же побледнела и съежилась, а потом и вовсе исчезла. Мальчишка, внимательно за мной наблюдавший, мгновенно воспрянул.

— Ох! — заявил он восторженным шепотом. — Прямо раз — и отпустило!

Я открыла глаза и улыбнулась ему, а Родим попытался вскочить на ноги, но был еще слишком слаб и плюхнулся обратно.

— Ну все. Теперь точно пойдешь на поправку, — пообещала я и наказала: — Никогда не ешь лакомства, происхождение которых тебе неизвестно. И у чужих ничего не бери без разрешения родителей. Понял?

— Обещаю! — заверил меня он.

Я посмотрела на Маллу, и та одобрительно кивнула.

— Сейрина Ада дело говорит, Родимка. Даже если лакомство просто так лежит и само в рот просится, не трогай!

— Баба Малла, я же пообещал! — возмутился тот.

— Такой маленький, и такой серьезный! — Я потрепала мальчика по волосам и повернулась к колдунье. — Малла, я теперь думаю, что и вторая часть моего сна — вещая.

— Это какая же? — насторожилась та.

— Ну… Есть в вашей деревне вдова, у которой дочка маленькая?

Колдунья заметно напряглась и подалась вперед. В ее мудрых глазах мелькнуло подозрение. В этот момент я остро почувствовала, что моя осведомленность может сыграть против меня.

— Хочешь сказать, что и Алиша… — начала Малла.

— Хочу сказать, что тварь прицепилась к ребенку не сама по себе, — перебила ее я. — Какая-то женщина подсадила Родимке эту гадость. Я почти уверена, что она собирается провернуть этот трюк и с другими детьми.

— Какая женщина? Из наших?

Я пожала плечами.

— Не знаю. Я не знакома со всеми, кто живет в Заячьей Губе. Вот поймаем ее, тогда и поймем.

— И как же мы ее будем ловить, раз не знаем, кто она такая? — со скепсисом поинтересовалась Малла.

— Ну… Есть один признак — она красивая, но страшная. А еще я примерно знаю место и время, где она может появиться.

— Не думала, что вещие сны бывают такими подробными. Прямо… ын-струк-ция, а не сон! — Колдунья явно нарочно сделала вид, что слово для нее слишком сложное.

— Дело не только во сне. На днях у нас дома были гости из Хьюборга. Они рассказали, что ходят нехорошие слухи про деревни Хвост Перепелки и Волчьи Уши. Говорят, что те, кто туда отправляется в последнее время, назад не возвращаются.

Я внимательно наблюдала за реакцией Маллы.

— Про Хвост Перепелки не слыхала... — протянула она задумчиво. — Далеко он от нас. А вот Волчьи Уши по соседству, если на запад идти. Те, кто туда к родне поехал, и правда до сих пор не вернулись. И те, кто за ними потом отправился. Слухи не врут, недобрые там дела творятся. Ну или где-то по дороге тварь какая завелась и жрет путников. Так что мы туда теперь больше не ходим. — Малла сложила пальцы в защитном знаке.

— Не верится мне, что и там, и там по твари засело. Скорее тут другое. И есть у меня на этот счет подозрение.

— Какое же? — Колдунья теперь смотрела на меня с любопытством.

— Давай я потом расскажу, а сейчас пойду караулить ту женщину. Времени мало. Если ее не поймаем, она и дочку вдовы «ягодками» накормит.

— Может, тебе Ивара с собой взять да мужиков и устроить засаду? — забеспокоилась Малла.

— Лучше не надо. Вдруг спугнем. Сейчас-то она уверена, что никто про нее не знает, — возразила я. — Как-нибудь сама справлюсь.

Место, где примерно искать безднопоклонницу, я решила не выдавать. Вдруг помощники следом увяжутся? Вот только помогать мне будет Ульдрахор, и лучше бы обойтись без свидетелей.

— Ну хорошо, делай как знаешь, — согласилась Малла. — Но как же ты найдешь нужное место? Ты ведь раньше здесь не бывала.

— И то верно… — согласилась я, досадуя, что не учла этот момент.

Как же все-таки сложно предусмотреть все до мелочей и нигде не проколоться...

— А давай пройдемся по деревне, заодно я тебе расскажу, кто где живет, да посмотрим, где какие знаки пришло время подновить? — предложила колдунья.

— Давай! А я заодно осмотрюсь.

На том и порешили. Малла позвала Ивара и Данку, и мы рассказали им о том, что случилось с Родимом.

— Да как же это? — негодовал главный охотник. — Кто мог такое сотворить? Или бесплотные твари теперь по деревне невозбранно шастают?

Мы с Маллой обменялись взглядами.

— Это я и собираюсь проверить, — ответила я. — Пройдусь по округе да пригляжусь. Потом расскажу, что удалось выяснить.

Колдунья с удовлетворением кивнула.

— Как же вы вовремя к нам пожаловали, сейрина Ада! — от души выдала Данка, которая перестала ревновать. — Век буду вам благодарна за Родимку! Я так переживала, чуть… — Она покосилась на Ивара и сказала явно не то, что едва не сорвалось с ее губ: — Чуть не поседела за эти дни.

Колдунья неодобрительно покачала головой, и Данка опустила глаза. Из всех этих недомолвок я сделала вывод, что и на этот раз она носит дитя, да еще пока мужу не сообщила.

— Обещаю сделать все, чтобы ни один ребенок в Заячьей Губе больше от этой гадости не пострадал. По крайней мере, пока я здесь, — успокоила я ее.

Я считала себя вправе давать подобные обещания, ведь Ульдрахор был теперь на моей стороне.

Просто так нас не отпустили. Данка накрыла на стол и пригласила позавтракать вместе. Прикинув, что безднопоклонница явится не раньше обеда, я расслабилась и не стала отнекиваться, ведь у меня во рту со вчерашнего дня ни крошки не было. Отдав должное свежеиспеченному хлебу да простой пшенной каше с медом и маслом, я, стесняясь, попросила добавки.

Радушные хозяева сразу заметно расслабились. Наверное, про себя думали, что сейрине такое угощение не по нраву придется, но я и раньше не выпендривалась. Мы с отцом тоже ели простую еду, которую частенько готовили сами. Особенно когда он заболел.

— Спасибо, что не дали умереть с голоду! — поблагодарила я от души. — Если честно, у меня дома нет ни крошки съестного. И денег тоже пока нет…

Данка тут же засуетилась, собирая припасы в корзинку. Я было взялась отнекиваться, ведь неловко. Да Ивар твердо сказал, что они теперь меня готовы кормить хоть до конца жизни.

— Никогда лентяями не были и впроголодь не перебивались! — отрезал он. — Так что и в голову не бери, что нас объешь.

— Ты вон какая худенькая да стройная. Одни косточки! Мы тебя еще откормим! А то зима скоро, в чем душе-то греться? — посмеивалась Малла.

— Ешь, Адушка, не стесняйся. Я еще наготовлю. У нас огородик, хозяйство. На всех хватит, — вторила им Данка, которая кормила бульоном Родима.

Тот ел с заметным аппетитом, сидя у матери на коленях. Видно было, что идет на поправку.

— Я вырасту и буду следить, чтобы ты всегда хорошо кушала, Ада, — добавил он с самым серьезным видом, будто взрослый.

Слезы хлынули из глаз сами по себе.

— Я обязательно отплачу за вашу доброту, — пробормотала я, пряча лицо в ладонях.

Забота этих, вроде бы чужих мне, людей, которые вдруг стали почти что родными, растрогала до глубины души. Особенно по контрасту с предательством Морвеналей, которых мы с папой столько лет считали друзьями…

Тепло распрощавшись с главным охотником и его домочадцами, мы с Маллой, вышли на улицу.

— Постараюсь закончить с амулетами к вечеру, — пообещала колдунья, стоящему на крыльце Ивару, с которым они успешно делили должность старосты деревни, и пояснила уже мне: — Они на охоту завтра собираются — на стирюков.

— Тогда я тоже постараюсь закончить с обходом как можно быстрей и тебе помогу, — пообещала я.

— Не торопись. Важнее поймать ту гадину, ежели твой сон не врет, и детей травит какая-то одуревшая баба, — ответила колдунья.

Я кивнула, подумав, что сон мой точно не врет. Да и время, чтобы пройтись с Маллой по деревне, еще оставалось.

Так мы и сделали, разве что к Танне на этот раз не заходили. Зато я приметила, что у большого камня, который лежал у дороги, играла стайка ребятишек, среди которых была и Алиша. Беда еще не случилась, и я была обязана ее предупредить!

— Ты что-то приметила? — внимательные глаза колдуньи проследили за моим взглядом.

— Та девочка со светлыми волосами. Это ее я видела во сне.

— Это Алиша — дочка Танны, — подтвердила Малла. — Ладно, пойду я, пожалуй, а ты тут осмотрись. Да заходи в любое время, коли что понадобится. Кстати, а вон и твой питомец. Спрятался, а хвосты торчат наружу! — рассмеялась она, указав рукой на обочину.

Пышный куст, благодаря Рыжику, обзавелся парой роскошных лисьих хвостов, и это выглядело весьма забавно. Малла направилась обратно, а я подошла к хвостатому кусту.

— Что-то ты плохо спрятался, — заметила, не глядя на лисенка.

«Правда?» — тут же откликнулся тот.

— Правда-правда! Давай-ка дуй к дому, расскажешь, удалось ли тебе что-нибудь обнаружить?

Через несколько минут мы втроем расположились на крыльце. Ивар уже успел принести две корзины со снедью и оставил их прямо у меня под дверью, так что я заодно накормила лисенка.

— Рассказывай! — потребовала, когда он доел свою порцию каши.

«Я вокруг этого камня все оббегал, но ничего не нашел. Никаких следов», — начал Рыжик.

— Совсем?

«У камня — совсем. А вот если дальше по дороге пройти, то там есть одно место. Ох и погано же там воняет! Я даже приближаться не стал. Как унюхал, так и бежать прочь!»

— И что это за место такое? — насторожилась я.

«Да не знаю… Ямища как будто бы с тухлой водой».

— Вот ты глупый! — раздался голос криспа из фляжки. — Надо же было подойти да проверить. Вдруг там сдохло что?

«Вот слетай сам, нырни и проверь! — огрызнулся Рыжик. — А я такую дрянь нюхать не собираюсь. И так чуть нос не отвалился!»

— Значит, это все? Негусто… — Я была слегка разочарована.

«Не все. Еще я следы обнаружил. Женские. Судя по ним, одна и та же женщина приходила к деревне несколько раз и подолгу стояла. Наблюдала, наверное».

— Всегда одна и та же? — уточнила я.

«Да. Запах одинаковый, но следы она оставила в разное время».

— Уже что-то! Давай сходим к тому месту тихонько. Григор, тебя брать?

— Конечно! Давно мне так интересно не было! Будет, о чем товарищам рассказать.

— Ты только лишнего не болтай, — предупредила я.

— Не стану. И к яме той мы ночью слетаем да посмотрим, — пообещал он. — Надо же понять, что там такое?

На том и порешили. Я занесла корзинку с продуктами на кухню, поставила в ледник, и мы отправились выслеживать безднопоклонницу.

— Рыжик, ты места тут хорошо знаешь?

«Конечно! Я же не первый день в окрестностях ошиваюсь».

— А можешь меня провести в обход деревни? Не хочу, чтобы безднопоклонница нас раньше времени заметила.

«Это можно. Есть тут одна тропинка. Делает крюк по ложбине, а потом к западной дороге поворачивает — той самой, по которой если пройти дальше, то как раз на вонючую ямищу и наткнешься».

— Годится!

Так мы и сделали. Повернули сначала вниз от моего дома по тропе, как я раньше бегала, но потом не налево, а направо мимо свай Гнезда-на-Утесе свернули. Тут проходила едва заметная стежка в траве, которую протоптали не люди, а животные. Козы, наверное. Без лисенка мне было бы сложно ее обнаружить. Все-таки я не следопыт.

Потом мне пришлось продираться через заросли. Там, где лисенок легко прошмыгнул со всеми своими хвостами и крылышками, мне было не протиснуться. А в одном месте Рыжик оттолкнулся лапами и в прыжке вспорхнул на небольшой утес, а мне пришлось карабкаться на него с риском для жизни. Хорошо, что я достаточно ловкая и сильная, благодаря регулярным тренировкам.

Преодолев эту полосу препятствий, я расцарапала себе щеку и сбила коленку, но наконец выбралась на нужную тропу. Та вскоре вывела нас на западную дорогу, которая показалась мрачной и безлюдной. Тут даже солнце светило не так ярко, как в других местах.

— Какой контраст! — заметила я. — Да даже дорога, по которой мы ходили к Трещине, и то повеселей!

«Мы ходили к Трещине?!» — переспросил лисенок и прижал ушки к голове.

— Еще как ходили! Правда, в прошлой жизни… — Я осмотрелась вокруг. — Рыжик, гляди в оба. Не нравится мне здесь. Как-то не по себе, что ли...

«У меня аж шерсть на загривке дыбом», — признался лисенок, стараясь держаться ко мне поближе.

Его черный нос ходил ходуном, а уши то и дело разворачивались в ту или иную сторону.

— Хорошо, что нам надо не на запад, а к деревне.

Я нервно усмехнулась и направилась от пугающего места прочь.

Идти пришлось совсем немного, но мы все равно почти опоздали. Страшно-красивая безднопоклонница стояла у камня и протягивала Алише пригоршню ягод…