Kitabı oxu: «Там за дверью»

Шаги раздавались эхом по коридору, под ногами хрустело бетонное крошево. Воздух пах пылью и сыростью. Света хватало только на то, чтобы увидеть, что коридор был очень длинным и заканчивался поворотом. Звуки шагов отражались от стен так, что их было слышно сразу со всех сторон. Это пугало, сбивая с толку идущих по коридору людей.

Пять человек, нервно озираясь, осторожно продвигались вперед.

– Как тебя вообще угораздило сюда прийти? – шепотом спросила у меня девушка, идущая рядом. Она была одета в камуфляж и выглядела так бойко, что я невольно подумала, что шансов у меня здесь нет.

– Ну… Как-то так само вышло. Увидела рекламу, стало интересно, – мне не хотелось рассказывать кому-то из этой кучки незнакомых людей, как меня занесло в это модное развлечение.

Идущий рядом с нами парень понимающе хмыкнул и ничего не сказал.

Уже около часа мы проходили Испытание. В последнее время они стали крайне популярны благодаря размеру выигрыша за их прохождение. Однако распространено это «развлечение» было лишь в определенных кругах. Сюда вписывались либо очень рисковые люди, либо те, кому уже совсем нечего было терять. Вторых было гораздо больше. Дело в том, что из группы людей, пришедших покорять такое вот Испытание, обычно выживали только один-два человека. Всё верно, «Голодные игры» в реальности.

Почему же я пришла сюда? Всё очень просто. После продолжительного кризиса, мучавшего весь мир последние несколько лет, подавляющее большинство людей набрали кредитов и долгов за жилье, назанимали у знакомых. Отдавать долги им было нечем, ведь с работой тоже все было печально. Я не оказалась исключением. Кредиторы уже не просто звонили и напоминали о себе, а откровенно угрожали, так что терять мне было нечего.

– Ну и ладно, не хочешь – не говори, – девушка верно истолковала мою попытку уйти от разговора. – Только есть у меня мнение, что причина у нас всё равно одна. Большинство сюда идут потому, что нужны деньги. А остальные потому, что нужны впечатления.

– Некоторые еще пытаются что-то доказать окружающим, как я слышал, – неожиданно включился в разговор лысый невысокий мужчина лет сорока. – Но большинство всё же из-за денег, верно. Кстати, сколько выживших здесь возможно?

– Один, – ответила доселе молчавшая статная блондинка.

– Самое пугающее, что это все транслируется в прямом эфире по телеку, – задумчиво сказала девушка в камуфляже. – Так что если уж помирать, то хотя бы эпично, а не как попало.

Люди, идущие со мной вместе, продолжали беседовать. Я поймала себя на мысли о том, как жутко, что они с такой легкостью всё это обсуждают. Ведь выживет только кто-то один из нас. Это значит, что каждый из идущих по коридору уже попрощался с жизнью и готов к любому исходу.

Я попыталась осознать свои ощущения, но внутри только ледяной волной разливалось чувство обреченности. Я теперь ни на секунду не верила, что смогу выиграть. В сущности, что мы имеем? Молчаливый крепкий молодой парень лет двадцати пяти. Камуфлированная девушка, примерно его ровесница, тоже физически вполне себе развита. Мужчина примерно сорока лет, невысокий, худой, но весьма бодрый и подвижный. Стройная блондинка около тридцати, подтянутая и крепкая. М-да. Учитывая, что режим игры у нас «все против всех», дезматч, так сказать, то у бывшей школьной учительницы слегка за тридцать шансов, прямо скажем, мало.

Полтора часа ходу по полутемному коридору уже начали утомлять, а ведь игра длится сутки. Страшно даже подумать, что будет с тем, кто дойдет до конца. А ведь мало всех пережить, нужно еще и выбраться из огромного заброшенного завода. Победителей может быть не больше одного, но никто не обещал, что кто-то обязательно должен выиграть.

Пока я размышляла, беседа вокруг меня сошла на нет, и спутники растянулись по коридору. Я шла почти последней. Это было пугающе, ведь свет, и без того, слабый, за спиной гас совсем, как бы обозначая пройденный путь. Вроде как удобно – не заблудишься, но когда за твоей спиной тьма, это очень сильно давит.

* * *

– Смотри, как бодро прутся. Осмелели совсем, – сказал человек, сидящий перед пультом, пристально вглядываясь в изображения с камер наблюдения.

– Да вообще. Мне кажется, пора. Не? – ответил второй человек, сидящий рядом и сосредоточенно зашивающий что-то похожее на медвежью шкуру, лишь изредка отвлекаясь на экраны.

– Точно. Поехали, – решил сидящий за пультом и нажал какую-то комбинацию клавиш.

* * *

Коридор за поворотом начал ветвиться и изгибаться. Я слышала, как у моих спутников от напряжения участилось дыхание. Они начали нервно озираться и жаться поближе к стенам. Все, кроме молчаливого парня. Ему, казалось, было вообще плевать на всё, что происходит вокруг.

Первые два ответвления дались без приключений. Это напрягало еще сильнее, давая ощущение все ближе подкрадывающейся неизбежности, которая непременно унесет жизнь кого-то из нас. Судя по всему, такое чувство посетило не только меня, потому что вся группа, не сговариваясь, все сильнее сбавляла темп. Все начали ступать предельно аккуратно, внимательно осматривая каждый сантиметр пола, потолка и стен.

Все эти предосторожности не помогли. Между идущим впереди лысым мужчиной и всеми остальными с грохотом, явно пародируя гильотину, обрушилась металлическая плита, разделяя коридор на две части. Пол начал вибрировать и низко гудеть под ногами. Из-за плиты слышался грохот и металлический лязг, а спустя пару секунд оттуда раздались нечеловеческие вопли, полные боли и ужаса.

Впервые за последние несколько лет мне безумно захотелось домой, ну или просто подальше отсюда, чтобы всего этого не видеть и не слышать. Но девушкам, кажется, было еще хуже. Они стояли обнявшись, а блондинка всхлипывала и дрожала. Парню же, кажется, было все так же плевать, как и на все остальное.

Вакханалия в отрезанной от нас части коридора происходила примерно полминуты. В последние несколько секунд криков слышно уже не было. Затем звуки стихли совсем, а плита поднялась так же неожиданно, как и опустилась, открывая перед нами чудовищное зрелище. Стены коридора были забрызганы кровью и чем-то еще. О том, что это такое, я предпочла не думать вовсе. Посередине коридора лежало то, что осталось от мужчины. Человеческим телом это назвать уже было нельзя. Больше всего это походило на ворох тряпья, проткнутый осколками костей во множестве мест.

Самое сильное впечатление эта картина произвела на блондинку. Девушка сдавленно пискнула и, шатаясь, отошла на пару шагов в темноту за нами. Судя по звукам, которые стали оттуда доноситься, ее тошнило. Оставшись втроем, мы решили, что времени у нас не так уж много, и пока блондинка приходит в себя, нужно немного осмотреться.

– Постойте здесь, – сказал парень, делая шаг вперед. – Я почти уверен, что вся эта хрень не будет нас убивать всех сразу или слишком быстро, но лучше перестраховаться. Кстати, меня зовут Марк.

– Действительно, самое время познакомиться, – засмеялась девушка в камуфляже. – Алиса.

– Аделина, – раздался слабый голос из темноты. – Я скоро. Простите.

– Ксения, – представилась я, напряженно вглядываясь в темноту, беспокоясь за блондинку с необычным именем.

Пока мы устраивали перекличку, Марк дошел до останков нашего бывшего спутника.

– Твою же мать, – прошипел парень, склонившись над ворохом тряпья.

Мы осторожно подошли ближе и осознали, что Марк полностью прав. Твою же мать. Человек был еще жив. Было абсолютно непонятно, как это вообще возможно, но тряпье, которым он был прикрыт, прерывисто вздрагивало и опадало, однозначно намекая на дыхание, а откуда-то изнутри раздавались всхлипы.

– И что нам делать? – неуверенно спросила Алиса.

– Я бы предложил добить, потому что больше мы никак не поможем, – спокойно ответил Марк. – Но я не знаю, как.

Будто решив нам помочь, наш бывший спутник дернулся во все стороны сразу, как-то совсем уж жутко захрипел и тут же снова опал кучей, затихнув окончательно.

Некоторое время мы стояли молча, пытаясь осознать всё, что только что произошло, возможно, даже примеряя на себя судьбу мужчины, чьего имени мы узнать не успели. Наше оцепенение прервала Аделина, голос которой, звенящий от ужаса, тихо произнес из темноты:

– Там что-то есть…

Аделина направилась к нам, еле двигаясь от страха и постоянно оглядываясь в темноту. Когда девушка добралась до нас, она вцепилась в руку Алисы так, что пальцы ее побелели от напряжения.

– Значит, нам не просто пора, а очень пора, – заявила Алиса и потащила блондинку вперед мимо лежащего на полу тела.

Я снова оказалась замыкающей, но на этот раз мне такой расклад не нравился совсем. Я ощущала спиной присутствие кого-то, чье приближение так удобно маскировалось наступающей за нами тьмой. Меня начало ощутимо потряхивать, когда Марк, идущий прямо передо мной, немного притормозил:

– Я пойду позади тебя, – тихо сказал он. – Тебе так будет спокойнее?

– Да. А ты?

– Мне все равно. Я не боюсь.

– Спасибо, – поблагодарив Марка, я чуть ускорила шаг.

* * *

– Час прошел. Как думаешь, они успокоились? – спросил человек, закончив зашивать шкуру.

– Должны были. Идти тебе примерно полчаса, так что, думаю, нормально будет.

– Ага, аудиосистема еще и настроит их на нужный лад, – человек засмеялся и встряхнул свой странный костюм.

– Ну что ж, тогда ваш выход, коллега.

* * *

Теперь и я начала слышать за спиной странные звуки. Присутствие за мной Марка не помогало, меня снова начало трясти. Было непонятно, звук приближается или это обостряется чувство страха и начинает казаться то, чего нет.

– Постарайся не нервничать так сильно, – прошептал догнавший меня Марк, взяв меня за руку. – Чем больше ты поддаешься эмоциям, тем меньше шансов у тебя от этого убежать. И да, оно действительно приближается.

Дальше парень шел рядом со мной, сжимая мою ладонь. Как ни странно, это меня немного успокоило. А кроме того, стало понятно, почему он так спокойно ко всему относится. Просто Марк очень сильно хочет выжить.

– А теперь бежим. Заодно смотрим, куда можно спрятаться, – сказал он предельно спокойно, чтобы не ввергнуть в панику окружающих женщин.

Чем быстрее мы бежали вперед, тем быстрее наползала тьма, а вместе с ней и то, что там скрывалось.

– Стоять! – рявкнул Марк, схватил меня за капюшон толстовки и закинул в комнату, которую мы увидели еще издалека.

Алиса среагировала быстрее, оттормозившись и схватив за руку Аделину. Девушки забились в комнату вслед за мной. Замыкающим стал Марк, который, вбежав, плотно закрыл за собой дверь.

В комнате было еще более мрачно, чем в коридоре. Из обстановки было два стола, на которых были расставлены свечи, два больших шкафа, исписанные стены и две двери, ведущие в неизвестность.

Аделина незамедлительно забилась под стол, после чего ее нервы сдали окончательно, и она безутешно разрыдалась. Алиса же в очередной раз доказала всем, что она покрепче, и пошла проверять, что за дверями.

За первой дверью оказался чулан, который был завален всевозможным уборочным барахлом. А вот вторая дверь оказалась заперта на кодовый замок, в лучших традициях, так сказать. Если есть запертая паролем дверь и исписанные стены, значит, в надписях непременно должен быть какой-то шифр. Подумав об этом, я посмотрела на Марка.

– Я тоже думаю, что пароль где-то здесь, – сказал он. – Только где бы нам взять столько времени, чтобы его найти…

Алиса довольно быстро дошла до той же мысли, что и мы. Надежда на то, что втроем мы сможем оперативно найти пароль во всей этой писанине, хоть и была невелика, но все же была.

Стены были исписаны всем подряд, от матерных изречений до странноватых четверостиший, притом последних было больше. Довольно быстро я смогла разглядеть одно из них, в котором не было никакой рифмы:

«Бегите, глупцы

Ибо

Его посланники

Голодны»

– Больше чем уверена, что это и есть зашифрованный пароль, – сказала я спутникам, указывая на надпись.

– Да, судя по всему, так и есть, – прочитав, сказала Алиса. – Притом, кажется, это простейшее шифрование, где каждая цифра заменена на соответствующую по порядку расположения в алфавите букву.

– Как-то очень просто, не находите? – засомневался Марк. – Хотя давайте попробуем. Два – один, ноль – шесть – четыре.

Алиса метнулась к двери и ввела пароль. Все затаили дыхание в ожидании, даже Аделина перестала всхлипывать под столом. Наши надежды оказались напрасными. Более того, мы приблизили неизбежное. После введения пароля экранчик замка на секунду вспыхнул красным, а затем в дверь, через которую мы вошли в комнату, что-то начало яростно скрестись.

– Еще варианты? – спросила Алиса с отчаянием в голосе.

– Да! – мне в голову совершенно неожиданно пришел еще один вариант. – Есть шифр, которым часто развлекаются дети. Когда каждая буква заменяется на предыдущую. А соответственно, у нас выходит один – девять – пять – три.

Алиса, ждавшая у двери новых идей, незамедлительно попробовала ввести пароль. Экранчик вспыхнул зеленым, раздался щелчок, и дверь распахнулась. А вместе с ней и та, за которой нас ждало пугающее нечто.

Из коридора на нас смотрело существо ростом около двух метров, частично покрытое бурой шерстью, свалявшейся и влажно блестящей. Часть его тела была в ранах и гнойниках. В приоткрытой пасти виднелись внушительные клыки, а на длинных передних конечностях красовались когти. Монстр издал оглушительный рык, переходящий в хрип.

Алиса выскользнула в дверь, как только та открылась. Марк задержался, чтобы снова схватить меня за капюшон и отправить вслед за Алисой, а затем попытаться выдернуть из-под стола оцепеневшую Аделину. Девушка попыталась выбраться сама навстречу Марку, но запуталась в собственных ногах и упала. Чудовище, хрипло дыша, приближалось к ней.

Марк огляделся по сторонам, схватил свечу и швырнул ее в монстра. Это сработало. Чудовище отвлеклось на парня, давая Аделине возможность подняться, собрав всю свою волю в кулак.

Существо добралось до Марка, отправив его взмахом когтистой лапы в стену рядом с дверью, в которую предполагалось бежать. Парень с размаху ударился спиной и начал сползать, тихо матерясь под нос. Тем временем Аделина, которая все же смогла подняться, запаниковала и пронзительно закричала, не в силах совладать со своим страхом. Крик девушки словно стал сигналом для монстра. Чудовище развернулось, оставив сидящего на полу Марка, и направилось прямиком к Аделине.

Марк тряхнул головой, окончательно приходя в себя. Парень уже понял, что блондинке никак не помочь. Он встал и, пошатываясь, направился к двери, иногда оборачиваясь на столь печальную сцену.

– Прости, я правда пытался помочь, – прошептал он скорее для себя, чем для Аделины.

Когда Марк уже переступил порог комнаты, блондинка издала еще один вопль, уже совсем нечеловеческий, от которого стыла кровь и закладывало уши. Через секунду мы стали свидетелями того, на что способны клыки и когти монстра, прежде чем Марк захлопнул за собой дверь. Кодовый замок сработал и запер Аделину вместе с чудовищем в комнате.

* * *

– Ну как? – спросил вернувшийся в комнату с экранами человек, оттирая руки тряпкой.

– Ты знаешь, братан… Даже я обосрался от того, как эта дура орала.

– Ну что, дадим им часок передохнуть?

– Может, даже чуть больше. Пусть подуспокоятся.

* * *

Мы бежали столько, на сколько хватило сил и дыхания. Темнота все так же ступала за нами, но теперь не было ощущения, что в ней кто-то есть. Все еще было жутко, но теперь уже от всего в целом, а не от тьмы.

Остановиться решили, только добежав до зала с дверями. Как только мы перешли на шаг, я не выдержала и села на пол:

– Простите, но мне нужно хоть немного посидеть. Кажется, сейчас за нами никто не гонится.

– Согласен. Тем более что мы не знаем, что ждет нас впереди и на что могут потребоваться силы. Алиса, ты как?

– Я сейчас умру от усталости, но вообще нормально.

Отдыхать мы позволили себе минут пятнадцать. У нас просто не было сил ни на что. А вот дальше нужно было оглядеться.

Нас окружал просторный круглый зал, из которого вели три большие двустворчатые двери. Не имея понятия, что за ними, я была уверена, что только одна правильная. Рядом с каждой дверью красовалось углубление, намекающее, что мы должны найти что-то, что туда нужно будет вставить. Где искать, представления мы не имели.

Время шло, мы облазили каждый миллиметр зала, но ничего не было. На меня начало понемногу наползать отчаяние и понимание, что мы, скорее всего, здесь и умрем. Особенно если притащится еще какая-нибудь нечисть вроде той, которая расправилась с блондинкой.

* * *

– Кажется, мы их слишком утомили, – задумчиво сказал человек за пультом.

– Ну или они от природы тупые… – ответил ему второй человек, на этот раз нежно поглаживающий огромный топор.

– Давай ты сходишь и подтолкнешь их на верный путь? Только не выпили их случайно, пусть идут дальше, там будет весело.

– Ладно.

* * *

Темнота снова перестала казаться безопасной. Где-то вдалеке послышался скрежет, будто кто-то волок здоровую железку по бетонному полу. Кажется, очередная нечисть не заставила себя долго ждать. Страшнее того, что к нам приближалось, стал только тихий-тихий диалог, который, скорее всего, по замыслу говоривших до моего слуха долететь не должен был, однако же долетел:

– Нас и было-то не очень много, а осталось всего трое, – зло говорила Алиса. – Двое даже, потому что Ксению я в расчет вообще не беру. Так что давай-ка будем с тобой откровенны?

– Давай попробуем, – спокойно ответил Марк.

– Признай, ты ведь тащил ее за собой только потому, что она максимально слабый соперник и в финале ты хочешь остаться против нее? Ее в финале будет очень просто использовать в качестве размена или проверить ей какую-нибудь очередную хрень. Для тебя это самый простой способ выиграть. От остальных двоих избавиться было тоже не очень сложно. А я стала для тебя неприятной помехой. Так ведь?

– Я не испытываю желания отвечать на твои вопросы. Ты вольна думать и верить в то, во что тебе хочется.

– Так я и думала. Значит, я угадала.

Диалог прервал скрежет из тьмы, который теперь было сложно не замечать. Алиса и Марк тоже обратили наконец внимание на нарастающий звук. В глазах у обоих мелькнула паника, но девушка быстро взяла себя в руки и начала метаться от одной двери к другой, то дергая ручки, то внимательнее разглядывая и ощупывая выемки на стенах. Результата не было, двери оставались надежно заперты, и куда они вели, понять с этой стороны было совершенно невозможно.

Спустя пару минут источник шума появился в зале. На этот раз вошедший был даже человеком. Если так можно называть верзилу под два метра ростом, одетого в какие-то грязные лохмотья, местами заляпанные, судя по всему, кровью, и перетянутые ремнями для фиксации. Волосы верзилы торчали засаленными перьями в разные стороны, в них что-то непрерывно ползало и шевелилось. Лицо скрывала маска, сшитая из лоскутов кожи. В руках он держал огромную заточенную с одной стороны полосу ржавого металла, которая даже на вид была безумно тяжелой.

– Приветик! – чересчур жизнерадостно для своего внешнего вида поздоровался человек. – Можете звать меня Садовник, хотя я сомневаюсь, что вы захотите меня звать. Я смотрю, вы не торопитесь идти дальше. А я уже совсем заскучал. Ну что, разомнемся?

Договорив, Садовник мерзко засмеялся, обвел взглядом зал и, увидев меня, медленно пошел в мою сторону, волоча за собой железку. Я попыталась продумать путь отступления, но вариантов было всего два: либо кружить по залу, либо бежать туда, откуда мы пришли, то есть во тьму. Оба варианта мне не нравились, но предпочтительнее все же было пытаться убегать по залу. Помещение большое, есть поле для маневра.

Убегать – это было сильно сказано. На деле я смогла только медленно пятиться, глядя на Садовника и не в силах отвернуться. Я прекрасно понимала, что даже если я побегу, это мало что мне даст: он больше и явно выносливее меня, так что я устану гораздо быстрее, чем он.

Садовник, который шел по началу прогулочным шагом, начал все больше ускоряться, все же не переходя на бег. Скорее всего, это был такой странный вид психологического давления, и, надо заметить, он прекрасно работал. Ноги еле поднимались, будто налились свинцом, а ощущение завершения этого Испытания для меня стало всеобъемлющим.

Я продолжала пятиться, а Садовник приближаться, пока я не наткнулась спиной на дверь. Это событие меня взбодрило, и я была готова рвануться бежать, но случилось непредвиденное – я зацепилась толстовкой за ручку двери. В этот же момент рядом со мной оказался Марк, который дернул меня в сторону, отцепляя от дверной ручки.

Садовник тихо зарычал, ломано дернулся, преодолел оставшееся расстояние и сделал широкий замах своей железякой. Я в очередной раз попрощалась с жизнью, но Марк вовремя стащил меня вниз, прикрывая от каменной крошки и щепок, которые посыпались на нас после удара Садовника по двери. А я совершенно не к месту вспомнила их с Алисой диалог по поводу того, что он меня бережет, чтобы в конце использовать как отмычку при прохождении последнего испытания.

Ярость вытесняла страх и оцепенение. Нет, этот человек, конечно, мне спас жизнь, но вопрос – для чего. Для того, чтобы потом за ее счет выиграть и забрать деньги. Кстати, он так и не рассказал, зачем они ему. Пока я безуспешно боролась со злостью, Садовник размахнулся и ударил еще раз. Металл ударил в то же место двери, выкрошив еще изрядную порцию дерева и бетона. Марк покрепче прижал меня к себе. Было ощущение, что он пытается меня спасти даже ценой собственной жизни, хотя я в это не верила ни на секунду.

Как только на нас перестал сыпаться мусор, я подняла глаза и с удивлением обнаружила, что Садовник своими манипуляциями разбил замок, и дверь теперь медленно открывалась. Все еще было непонятно, что за ней, путь к спасению или очередная ловушка, но других вариантов все равно не было.

Марк встал, резким движением поставил меня на ноги и, перехватив за запястье, потащил в открывшуюся дверь. Алиса с грацией молодой кошки просочилась за нами, между косяком и Садовником, который, как казалось, был удивлен содеянным. Перед нами растянулся длинный, слабо освещенный металлический мост. То, что было под ним и по бокам, терялось в темноте.

* * *

– Ты не думал пойти в актеры? – спросил человек, сидящий перед мониторами, жуя бутерброд.

– Я и есть актер. Просто своеобразный, – ответил вошедший, тяжело опускаясь на кресло.

– Чую, пора им сократить свою популяцию. Сам сходишь или какую-нибудь машинку заставим поработать?

– Что-то я устал за ними гоняться и дрыном махать. Дай посижу, понаблюдаю. Запускай машинку.

* * *

Вскоре мост перешел в квадратную площадку со стороной метра в четыре. Прямо и направо от площадки отходили два таких же моста, но уже покороче. Оба упирались в одинаковые побеленные стены с дверями. Снова выбор. Хочется верить, что хотя бы эти двери окажутся не заперты.

Я решила повнимательнее разглядеть все окружающее нас, для этого мы остановились. Меня смущало, что под мостами теперь виднелся пол, всего в паре метров внизу. Не к добру это, ох не к добру.

Осмотревшись, я повернулась к своим спутникам. Алиса что-то возбужденно шептала на ухо Марку, а он пристально и немного изучающе смотрел на меня. Возникло ощущение, что они что-то задумали, но я постаралась отогнать эту мысль, сосредоточившись на попытке выбрать один из двух мостов. Критериев, по которым можно было бы выбирать, не было совершенно. Но ведь это Испытание, здесь должны быть подсказки.

– Итак, коллеги! – неожиданно сказала Алиса. – У нас осталось еще довольно много времени на прохождение, а мы устали. Предлагаю немного здесь передохнуть и заодно поболтать. Мне все же интересно, как вы сюда попали и зачем.

– Мне начали угрожать кредиторы, – я решила, что скрывать что-то уже не имеет никакого смысла. – Я простой преподаватель истории. Когда исторические события начали происходить прямо вокруг нас, моя профессия стала почти невостребованной. Начались сокращения. Я пыталась устроиться на другую работу, но компании закрывались и рабочих мест почти не осталось. Но это вы и так знаете. А потом мне начало становиться нечего кушать, нечем платить за квартиру… Ну я и взяла несколько кредитов, в надежде, что все нормализуется.

– А оно не нормализовалось… – сочувствующе кивнула Алиса.

– Нет. Когда я начала просрочивать один платеж за другим, мне начали звонить. Сначала просто звонить, а потом с угрозами. Через некоторое время мне уже не только по телефону начали намекать, что если я не буду платить, со мной может произойти много нехорошего. Ну, я и решила, что тут есть хотя бы шанс.

После того, как я закончила говорить, мои спутники некоторое время молчали, думая каждый о своем. А потом заговорила Алиса:

– Помните, лысый дядька говорил, что некоторые идут сюда, чтобы кому-то что-то доказать? Так вот, я из числа таких людей. У меня все очень просто. Это Испытание для меня своеобразный отбор для приема на крутую работу. На какую не скажу, но если выживу, то буду жить, как королева. Ну а тебе чего спокойно не жилось? Нафига ты сюда пришел? – спросила она Марка.

– Я сюда не приходил. Я устроился, как мне казалось, на работу своей мечты. Я перегонял из одних городов в другие раритетные машины. Работа мечты, потому что я люблю технику гораздо больше, чем людей. Все было круто, кризис почти не коснулся меня. Но в какой-то момент, когда я остановился на ночь в мотеле, у меня угнали тачку, которую я перегонял. Когда хозяева узнали об этом, начали требовать с меня совершенно неподъемную сумму. Некоторое время я даже успешно от них прятался, но они меня нашли. После того, как я восстановился и оправился от последствий нашей с ними встречи, крайне обиженный на меня за разбитый нос хозяйский мордоворот предложил закинуть меня сюда. Они сказали, что если смогу выиграть, то они заберут деньги и будут считать, что я отработал долг. Если нет, то им же меньше работы.

Снова наступило молчание. Я была удивлена рассказом Марка: не думала, что сюда могут прийти не сами. Это было жутковато, ведь выходило, что кто угодно может просто взять и закинуть другого человека на смерть. Но еще больше меня удивил рассказ Алисы. Ее жизни там, снаружи, ничего не угрожало. Она просто взяла и пришла, чтобы доказать что-то каким-то загадочным работодателям.

– Ну, чего расселись? Пора выдвигаться, – сказала Алиса, вставая.

– А куда именно ты собралась выдвигаться, позволь спросить? – задал вполне резонный вопрос Марк.

– А есть разница? Мне кажется, что оба этих моста совершенно одинаковы. Ксения, хочешь пойти вперед? Мы прикроем, если появится еще какая-нибудь хрень из темноты.

– Сама идти первой боишься? – как-то недобро глянул на Алису Марк.

Алиса посмотрела Марку в глаза, некоторое время постояла молча, а потом фыркнула и, резко повернув направо, ступила на мост. Сделав еще несколько шагов, девушка остановилась и обернувшись назад развела руками, показывая, что с ней ничего не случилось и можно идти дальше. Мы с Марком неспешно двинулись в ее сторону. Когда я уже почти зашла на мост, пол под ногами начало потряхивать. Глаза Алисы округлились, а в следующий момент кусок моста под ее ногами просто опустился, роняя девушку вниз. Пластины пола разъехались, открывая под собой нечто похожее на мясорубку, прямо в которую и упала Алиса.

Марк уже привычным движением дернул меня назад за капюшон, развернул и уткнул лицом себе в грудь, обнимая. Он стоял, крепко держа меня, до тех пор, пока гул не стих. После чего осторожно отпустил. Я обернулась и увидела, что и мост, и пол под ним вернулись в свое исходное состояние. О том, что еще недавно там была Алиса, ничего уже не напоминало.

Я развернулась и молча пошла по другому мосту. Путей больше не наблюдалось, а обсуждать что-то с Марком мне совсем не хотелось. Я понимала, что совсем скоро правда станет видна. Либо он действительно берег меня, как пушечное мясо, либо он хороший человек и пытается мне помочь. Только проблема в том, что первый вариант вполне объясним, а вот мотивов для помощи я пока не вижу.

* * *

– Ну что? Ты совсем задолбался бегать? – спросил человек перед пультом управления.

– Да как-то да. Третья группа без выходных. Может это… я им вкину нашу любимую штуку с выбором?

– Слушай, а давненько мы ей не пользовались. Давай.

* * *

Мы дошли до конца моста без приключений. Дверь тоже оказалась не заперта, что не могло не радовать. За дверью оказалась самая обычная комната отдыха для сотрудников, только в стилистике всего остального, мрачная и обшарпанная. С единственной дверью, противоположной той, через которую мы должны были зайти.

Марк придержал меня за плечо и вошел в комнату первым. Осмотрелся и только после этого позвал меня с собой. В комнате было тихо и даже как-то спокойно.

– Прежде, чем мы пойдем дальше, я хотел бы узнать, что случилось? Ты меня боишься? Не доверяешь?

– Все вместе. Мы уже почти пришли. Зачем ты хочешь это все узнать?

– Просто я старался помочь. Я не понимаю, что происходит. А учитывая, что я собираюсь сделать… Проехали.

– То есть, ты все же хочешь выменять мою жизнь на свою? Возможно, использовать меня, чтобы разведать дорогу или просто отдать при необходимости тому, что за нами может прийти?

– Заметь, я этого не говорил. Любят же женщины надумывать себе… – Марк сел на пол, скрестив ноги и начал пристально меня рассматривать.

– А я ничего не надумывала. Говорю только то, что я слышала, пока вы мило беседовали с Алисой. Помнишь?

– Слушай, тебе вправду так интересно? Если бы я с ней беседовал «мило» то на твоём месте сейчас была бы она, – сказал Марк с легкой обидой в голосе.

– Ну, это вообще не аргумент. Судя по тому, что я слышала, она тебе очень уж мешала, потому что была достаточно сильным соперником. В отличие от меня.

– И где этот более сильный соперник теперь?

– А речь сейчас совсем не о том. Ты меня спросил, что не так. Я тебе ответила. Тебе ответ не понравился. Чего ты теперь-то от меня хочешь? Или ты неожиданно вспомнил, что нас снимают и решил поиграть на камеру? А, может быть, и не забывал, а всю дорогу только этим и занимался? – я начала нервно расхаживать по комнате, снова медленно закипая.

– Прости. Я не хотел тебя разозлить или обидеть… – Марк поднялся, подошел ко мне и осторожно взял за плечо. – Если честно, то я сам не знаю, что я планирую делать. Когда я увидел тебя, а потом еще и услышал причину, по которой ты здесь, я понял, что не хочу выигрывать. Не ценой твоей жизни. Я же, по сути, сам дурак.

Я внимательно посмотрела на Марка. Теперь я была уверена, что он не врал. Он выглядел растерянно и подавленно.

Закрытая до сих пор дверь распахнулась, прерывая наш диалог. В комнату медленно вошел Садовник, все также волоча за собой железку.

– Снова приветик, котятки! – весело прокричал он. – Что-то вы совсем раскисли, а у нас тут финальный акт намечается. Вы были такими душками, что мы решили дать вам выбор! Пойдем со мной. И не пытайтесь бежать – будет только хуже.

Мы с Марком послушно пошли за Садовником в ту дверь, из которой он пришел. Дверь вела в небольшое, совершенно пустое помещение, все поверхности которого были отделаны кафельной плиткой, а по периметру на полу красовались ливневки, прикрытые решетками.

– Итак, ребятишки, вот что я могу вам предложить, – Садовник сделал паузу, нагнетая и без того напряженную атмосферу. – Вы можете пожертвовать собой, тогда я спокойно заберу жизнь того, кто это сделает, а второго выпущу вон в ту дверь. Она ведет в наш офис, где можно будет получить выигрыш. Максимально интеллигентный выбор, никто пока еще так не делал. Второй вариант…

– Не нужно, – хрипло прервал Садовника Марк. – Я уже устал убегать. Я устал быть виноватым для всех и во всем. Это происходит всю мою жизнь. Мне очень хочется, чтобы я был хоть для кого-то хорошим. Мне вполне подходит и первый вариант.

Марк подошел ко мне, обнял, прижимая к себе. Он немного дрожал. Я обняла его и поняла, что несмотря на то, что совсем недавно я его подозревала во всех смертных грехах, сейчас мне совсем не хочется его отпускать. Отпускать туда, к Садовнику, где Марка ждет смерть, притом не факт, что быстрая, учитывая, что мы видели здесь до этого.

– Может быть, послушаем, какие еще есть варианты? – шепотом спросила я.

– Зачем?

– Вдруг есть шанс, что победителей может быть двое?

– Нет-нет, котятки, только один из вас! – нагло вклинился Садовник.

– Вот видишь, – усмехнулся Марк. – Прости, пожалуйста, что заставил тебя переживать еще и на мой счет. Я уверен, у тебя все будет теперь хорошо. Просто скажи мне «спасибо», этого будет вполне достаточно.

– Спасибо, – послушно сказала я, посильнее сжимая Марка в объятиях.

– А теперь пора, – сказал парень, отцепляя от себя мои руки.

Как только Марк отошел от меня в сторону Садовника, тот схватил парня за плечо, подтаскивая к себе поближе. Затем остановил так, что Марк оказался ко мне лицом, а к нему спиной. Садовник продолжал сжимать плечо Марка одной рукой, а вторую, с зажатой в ней железякой завел парню за спину. Я смотрела на Марка, почти не моргая, где-то в глубине души надеясь, что создатели Испытания оценят смелый поступок и отпустят его. Но нет, глаза Марка расширились, он крепче сжал зубы, чтобы не закричать. Его тело напряглось и слегка выгнулось вперед. А затем я услышала неприятный хруст. Садовник захохотал, посильнее надавливая на свою железку, до тех пор, пока она не показалась из груди Марка. С острия капала кровь. Марк судорожно вдохнул и упал на колени, когда Садовник одним движением выдернул свое оружие.

– Я не обещал, что смерть будет быстрой, но я постарался сделать ее таковой! – торжественно заявил Садовник, пиная Марка ногой и заваливая его на бок. – Смотри, он почти не мучается, а ты выиграла, поздравляю! А теперь прощайся и беги к заветной дверке. У нас все по-честному.

Я на негнущихся ногах подошла к Марку и опустилась рядом с ним на колени. Парень все еще дышал, но уже совсем хрипло и поверхностно, его тело била конвульсивная дрожь.

– Поздравляю… – еле слышно прошептал он, вложив в это последние силы. А я так и не смогла выдавить ни слова, глядя на замершее навсегда тело перед собой.

Садовник подошел, весьма бесцеремонно поднял меня за капюшон, отчего у меня на секунду сжалось сердце.

Как только я вышла в дверь, меня ослепил яркий свет, от которого я успела отвыкнуть. Ко мне подошли несколько человек, чтобы расспросить о том, как мне Испытание, какие эмоции я испытываю и вернусь ли я еще когда-нибудь. Из-за стола, стоявшего в противоположном конце помещения, ко мне спешил человек с чеком на приличную сумму наперевес. Мой выигрыш. Я посмотрела на лица окружающих меня людей, счастливого директора Испытания и… разревелась, упав на колени.