Kitabı oxu: «Храни вас Бог на всех путях!»

Глава 1

«…и призови Меня в день

скорби; Я избавлю тебя, и ты

прославишь Меня…». Пс.49:15

Володя родился в 1926 году, в большой и дружной христианской семье четвертым ребенком. Семья жила недалеко то города Курск в поселке Глушково. Поселок был небольшим и тихим. Он раскинулся недалеко от двух рек, среди живописных лугов. Природа в этой части России поражала своей первозданной красотой и тишиной. Район граничил на севере с Рыльским, на востоке — с Кореневским районами Курской области, юг и запад района примыкал к Украине. Украинский язык и обычаи тесно переплелись с русскими, и вряд ли кто-то в этих местах мог провести четкую грань - кто на кого в этой местности оказал большее влияние?

Отец Володи работал на мебельной фабрике. Он изготавливал элитную мебель – гнул венские стулья и своим ремеслом кормил семью. Несмотря на то, что семья не имела собственного дома и снимала квартиру, они купили корову, чтобы дети всегда могли иметь молоко. Самым приятным моментом вечерней дойки коровы для детей был момент, когда мать звала на парное молочко. Даже младшая сестренка Люба, родившаяся шестым ребенком в семье, едва начавшая ходить, знала, что это значит. Все дети хватали кружки, каждый свою и бежали к матери во двор, где она доила корову. Дети, по очереди от младшего к старшему, подавали свои кружки матери, и она пускала струйку молока прямо в кружку, взбивая пену.

Дети, радостно улыбаясь, ждали, пока кружка наполнится, затем выпивали свежее парное молоко, оставлявшее «усы» на их счастливых лицах. После парного молока будет скромный ужин, но этот момент дети не хотели пропустить. И счастливая мать радовалась выражению удовольствия на лицах своих малышей. Родители много трудились, чтобы семья не нуждалась в необходимом. Да и коровка выручала всегда - в семье было молоко, и дети росли здоровыми. Анастасия, оставшаяся сиротой в четыре месяца и выросшая с мачехой, не имевшая ни брата, ни сестры, радовалась рождению каждого ребенка. Много лет, ожидая отца с войны, она мечтала хотя бы об одной родной душе на всей планете, но больше никого не было, пока не приехал отец.

И после всего пережитого Насте так хотелось иметь большую семью, чтобы ее дети никогда не испытывали тягостного чувства, что ты никому не нужен на огромной и холодной земле. Когда ни одна родная душа не согревает сердце мыслью, что ты не один среди чужих людей. Это тягостное чувство почти всю свою сознательную жизнь испытывала она. И теперь женщина соглашалась нести все тяготы большой семьи и старалась воспитать детей дружными и любящими, для того, чтобы ее дети знали, что на земле есть те, кому твоя судьба небезразлична и кто поддержит в трудную минуту.

С лета до поздней осени многие жители деревни ловили рыбу в реке Снагость, протекавшей рядом с селом, добавляя в рацион семьи рыбу, но Вильгельм Михайлович не был рыбаком. Он старался заработать в мебельном цехе все, что было нужно семье, нередко задерживаясь после работы. И когда хотелось рыбы, Настя покупала недорого у соседей – рыбаков. А когда улов был велик, рыбаки угощали бесплатно.

Дети носили обед отцу на работу, проходя берегом реки. В один из дней Вена и Володя несли обед отцу, весело болтая между собой. Вдруг у самого берега послышался удар, затем сильный всплеск – Володя от неожиданности подпрыгнул:

- Что это!?

- Страшный речной драко-о-он – взвыл Вениамин, нависая над младшим братом.

- Да иди ты! – отмахнулся Вова, - нашел малыша! Рыба это. Наверное, очень большая, раз так громко плеснула. Просто я не ожидал, вот и вздрогнул…

- Нет, ты не понимаешь, - смеялся Вена, изображая «пугалку», - рыбу в этой реке давно съели страшные драконы, а теперь они ждут маленьких мальчиков…

Но Володю невозможно было напугать детскими сказками, он считал себя уже достаточно большим, чтобы пугаться, ему было почти шесть лет! В реке действительно было немало рыбы, и иногда довольно крупные особи подплывали близко к берегу на мелководье, особенно весной во время нереста и дети уже не боялись, хотя и не любили, когда во время купания рыба била их по ногам.

Жизнь в деревне для детей не казалась очень сложной, но родители решили перебираться в город, так как большая семья мешала хозяйке дома, в котором они проживали квартирантами, кроме того, мебельная фабрика, где работал Вильгельм - закрылась. Кризис и голод тридцатых годов захватывал новые районы страны. Все чаще по городам и деревням кочевали семьи, в поисках места, где можно было выжить, и семья также была подхвачена миграционной волной. Пришло время, когда они собрались, и тронулась в путь. Местом назначения был городок Бердичев. В городке Вильгельма согласились принять на работу на сахарный завод.

Бердичев - маленький тихий городок с мощенными улицами, и молодыми каштанами растущими вдоль мостовых, окружил семью тишиной и доброжелательностью жителей. Низкие дома тонули в зелени деревьев, транспорта почти не было слышно. Лишь изредка проходила «бричка» с мясом или кто-то из соседей ехал по своим делам на телеге, запряженной лошадью.

Большая часть жителей городка составляли евреи. Они предпочитали жить спокойной и размеренной жизнью, не привлекая к себе излишнего внимания. В городке была небольшая баптистская церковь, в здании которой и поселили семью. Они должны были сторожить дом молитвы, убирать зал для собрания и двор. Зал был небольшим, человек на семьдесят, к нему примыкали комната, небольшой коридорчик и кухня. Это были не слишком просторные апартаменты, но можно было жить. В стране свирепствовал голод, и во многих районах люди умирали от истощения и все, кто не мог обеспечить семью необходимым – «стекались» туда, где хотя бы по слухам была пища. В Бердичеве не было достатка, но самое главное – была пища для семьи, и работа для отца, хотя никто не мог сказать, сколько времени продлится голод и будет ли необходимое через год?

Домик, в котором поселилась семья, окружал дощатый забор. Окна зала, где верующие собирались для служения, выходили в сторону улицы и не имели деревянных ставень, как во многих домах городка. Улицу от дома отделал не только забор, но и небольшой дворик в несколько метров. Но со стороны жилой комнаты и кухни на окнах стояли деревянные ставни, которые следовало закрывать на ночь. К удовольствию детей окна жилого помещения выходили во двор, и он был довольно просторным, не меньше десяти соток земли, и детям хватало места, чтобы порезвиться с собакой, которая жила при доме молитвы. Дети быстро подружились с Марсиком, как звали пса, и нередко играли и бегали с ним по двору.

Со стороны двора за забором раскинулся большой молодой сад, на противоположной стороне которого стоял домик садовника. В ветхом домике проживал не менее ветхий, но очень добрый старичок, который с утра до вечера трудился в саду. Нередко мальчики ходили за стариком, наблюдая как тот обрезает лишние ветки и приставали к ему с расспросами.

- Деда Апанас, а эту ветку вы зачем отпилили? Она же такая красивая! – поинтересовался Володя, видя, как садовник отпиливает ветку яблони.

- А ты посмотри, как она растет, - спокойно объяснил мужчина, она от самого корня пошла. Силы у яблони будет отнимать и у яблоньки меньше плодов будет. А ежели на самой ветке плоды вырастут, так она отломится и все дерево может потом засохнуть, смотри, как криво растет!

- А это маленькое деревце вы за что спилили? – поинтересовался Вениамин..

- Смотри, яблоньки посажены так, чтобы не мешать друг другу, чтобы всем света хватало. А эта дичка посередине выросла. Плоды у нее будут не вкусные, а свет соседним яблонькам закроет, - улыбаясь, пояснял дед Апанас.

Одинокому старику нравилось общаться с доброжелательными и любознательными ребятами, и он с удовольствием отвечал на их вопросы, зная, что эти знания могут пригодиться им в жизни. А дома отец, на основании рассказов детей о том, что они узнали у садовника, объяснял детям, как Бог работает над душами людей, и пытался вложить в их сознание вечные истины.

- Смотрите, дети, Бог – как садовник. Иногда Он отнимает у нас то, что нам дорого. Но это не потому, что Он желает нам зла. Нет. Бог знает, что наша жизнь и наша душа может принести плод любви и добра. И Он «обрезает» лишнее, то что может помешать нам или погубить нашу жизнь в будущем. А иногда Бог уводит из нашей жизни людей, которые нам нравятся, если в будущем они могли бы повредить нашему духовному росту. Вы видите, что нам приходится переезжать с места на место, и из-за этого мы расстаемся с нашими друзьями и знакомыми. Иногда это бывает трудно…

- Да уж… - вздохнул Вениамин, который очень скучал по друзьям из деревни.

- Да, сын, мне тоже трудно уезжать с обжитого места, но я понимаю, что мы должны сохранить вам жизнь, которую Бог дал, и поручил нам с мамой заботиться о вас. И мы делаем все, что можем, чтобы исполнить порученное нам Богом. Бог не всегда делает или допускает вещи, которые нам приятны, но я верю, что Он добр и даже сейчас, когда тысячи людей умирают от голода в нашей стране, Он сохранит вашу жизнь и доведет до Своего Небесного Царства.

Власти запрещали верующим говорить о Боге и воспитывать детей в религиозном духе, но Вильгельм и Анастасия верили, что Бог дал им детей не для того, чтобы они оставили их погибать в цепких лапах неверия и использовали всякую возможность вырастить в душах детей доверие и послушание Богу.

Доброжелательные соседи не раз приглашали Анастасию печь с ними мацу, и она с удовольствием ходила, научившись не только печь мацу, но и готовить несколько народных рецептов, обратив внимание на обилие жирных блюд в еврейской народной кухне. Женщина знала, что ей вряд ли в скором времени пригодятся подобные рецепты, так как жиры и мясо были для многих в это время неслыханной роскошью - к этому времени почти вся страна страдала от голода. И все-таки она готова была слушать об этих блюдах ради того, чтобы поддержать общение и доставить радость женщинам, которые нередко разговорами о любимых блюдах восполняли невозможность их приготовить. Но Вильгельм держался в сторонке от соседей, зная их склонность «посудачить».

В Бердичеве в семье родился седьмой ребенок, которого назвали Даниилом. Отец старался делать все, что мог, чтобы семья не нуждалась в необходимом. Он делал не только ту работу, которую должен был исполнять, но старался подрабатывать, как только мог.

Мать с утра до вечера трудилась дома, стараясь успеть за малышом и сделать все необходимое для остальных детей и для мужа. В начале на заводе платили исправно, но прошло короткое время, и даже на заводе все чаще стали задерживать зарплату и родители всерьез озаботились – чем кормить детей? И в Бердичеве семью настигли тяжелые времена, заставляя вновь задуматься о переезде. В домике не было своего колодца и приходилось брать воду у соседей, которые давали ее только платно. Из-за отсутствия зарплаты, даже воду приходилось брать в долг.

Любознательные мальчишки исследовали каждый закоулок не только своего двора и сада, но и всех построек рядом с домиком садовника. За садом проходила проселочная дорога, отделенная от деревьев довольно глубокой канавой, недалеко от канавы стоял старый пустой сарай, в котором ребятам нравилось иногда полазать. На полу сарая было разбросано старое сено, и на нем мальчишки не раз боролись или просто сидели. Но в один из дней ребята обнаружили, что не они одни облюбовали этот сарай. Подойдя к сараю ближе к вечеру, они вдруг услышали приглушенные мужские голоса. Судя по тихим возгласам, мужчины играли в карты. Не устояв перед искушением узнать, что делают в «их сарае» странные мужчины, мальчики незаметно подошли ближе и заглянули в щель старого строения – на соломе сидели подвыпившие мужики и действительно играли в карты на деньги. Испугавшись, ребята бегом отправились восвояси. Но наутро любопытство вновь подтолкнуло мальчишек наведаться в «свой сарай». И каково было их удивление, когда на полу они нашли довольно много рассыпанной мелочи.

- Ура! Мужики и нам мелочь оставили! – воскликнул Веня.

- А вдруг они вернутся! – испугался Володя, - вспомнят, что оставили здесь деньги и вернутся!

- Это для нас это – деньги, - фыркнул Вениамин, - а для взрослых это просто мелочь, которую они не стали собирать после того, как рассыпали, - заключил мальчик, собирая монетки, - смотри, мелочь лежит не под сеном, а прямо под ногами!

- Наверное… - с сомнением протянул Володя, - но мне все равно страшно! Пойдем отсюда!

- Ладно, пойдем, мне тоже уже не хочется здесь быть, - согласился Вениамин, - мне кажется, что это воры стали здесь собираться, нам лучше найти другое место, - добавил он, оглянувшись.

Когда мальчики вышли из дверей, их сердца замерли – один из вчерашних посетителей сарая перепрыгивал через канаву, явно направляясь к строению. Вениамин и Володя сломя голову помчались к домику садовника, чтобы спрятаться за ним. Затем, предупредив доброго старичка о той компании, которая начала собираться в его старом, брошенном сарае, ребята убежали домой, и больше не решались ходить к старому строению, понимая, что более сильные заняли тайное место их игр и им придется уступить.

Через некоторое время, зайдя в общественный туалет, расположенный в конце улицы, мальчики увидели что-то необычное, завернутое в тряпицу, под самым потолком строения.

- Вов, давай я подниму тебя, а ты достанешь, - предложил Вениамин младшему брату.

- Давай, - согласился Володя, - только быстрее, пока никто не зашел. А то скажут, что мы роемся где попало!

Вениамин приподнял брата, и Володя вынул из-под шифера неизвестный предмет. Оказалось, что в тряпице был завернут двадцати пяти зарядный маузер «наган» как его называли.

- Смотри! Он же настоящий! – в восторге воскликнул Вениамин, - вот это да!

- Какой он тяжелый! – с удовольствием отметил Володя.

Они играли пистолетом до самого вечера, направляя его то друг на друга, то на девочек, иногда на Марсика – неразлучного товарища всех приключенческих похождений. Но когда вечером отец вернулся с работы, и сыновья показали ему пистолет, он был поражен.

- Мальчики! Откуда это у вас!? – строго взглянул мужчина на детей.

- Мы в общественном туалете под крышей нашли, - ответил Веня.

- Это очень опасно! Он мог оказаться заряженным! Вы же могли убить друг друга или кого-нибудь из младших! – Вильгельм Михайлович был поражен и встревожен! – Похоже, что здешние места не так спокойны, как кажется на первый взгляд, - заключил он, - Бог нас хранит, но это не значит, что вокруг ничего опасного не происходит. Нужно всегда молиться о защите Божьей!

Глава 2

Голод по всему краю усиливался. Власти, забрав осенью весь урожай, не позаботились о том, что в следующем году людям нечего будет сеять и высаживать на поля. Таким образом, они мстили тем, кто не желал жить по законам «страны советов» и объединяться в колхозы. Голодал весь край, всегда славившийся своим богатством и прекрасными урожаями. Все чаще по улицам ходили нищие и просили хлеба. Собрания в доме молитвы проходили каждое воскресение, а иногда и среди недели, но власти все больше притесняли верующих, и собираться становилось все более опасно. Помолившись, семья приняла решение – Вильгельму Михайловичу придется искать работу где-нибудь в городе больше этого. Церковь поддержала решение семьи. Верующие видели, что мужчине все труднее содержать своих детей.

Собирая мужа в дорогу, Анастасия Александровна не могла сдержать слез – ей страшно было оставаться одной с семью детьми, младший из которых был еще грудным и без малейших запасов денег или продуктов. Но другого выхода она тоже не видела. В этой местности многим старожилам приходилось срываться с насиженных мест, чтобы не умереть от голода, а им – пришлым придется умирать в первых рядах, если они не уедут. Оставалось лишь молиться о помощи и поддержке Бога, на которого они уповали.

- Виля, мне так страшно оставаться, и тебя отпускать тоже страшно – Настя прижалась к груди мужа, - мне страшно думать о будущем!

- Бог не оставит нас! Я верю, все образуется – Вильгельм пытался ободрить жену, но у самого в груди не исчезала тревога, - я вернусь за вами, как только смогу где-нибудь найти работу! Давай, почитаем Библию,…я верю, что Бог приготовил нам утешение, - предложил он.

- Хорошо, давай. Только прочти ты, у меня все плывет перед глазами.

- Хорошо, - Вильгельм открыл Библию и прочитал: - «…и вот Я с тобою, и сохраню тебя везде, куда ты ни пойдешь; и возвращу тебя в сию землю, ибо Я не ставлю тебя, доколе не исполню того, что Я сказал тебе»1¹. Бог сохранит нас, я верю, - добавил он, положив натруженную руку на раскрытые страницы. - Когда тебе будет совсем тяжело, читай эти слова как напоминание о обещании Божьем для нас. И я буду вспоминать их!

Они расстались. Вильгельм взял с собой только смену белья и немного еды в дорогу. Он собирался перебиваться временными заработками, пока найдет постоянную работу. Целью мужчины был город Ленинград, так как в этот город съезжались люди со всех ближайших областей – слышно было, что в городе есть работа и пища.

Вильгельм купил билеты на поезд, на деньги, взятые в долг. В тот день, когда мужчина должен был отправляться, в дом постучался один из братьев по вере, приехавший из деревни. Войдя в дом, гость поприветствовал семью, затем спросил:

- Как вы живете?

- Слава Богу, Он не оставляет… - вздохнула Анастасия, но грусть в голосе сдержать не смогла, - хотя очень трудно бывает… - искренне добавила она.

- Я думаю, что этот десяток яиц принадлежит вам, - гость достал из корзинки яйца и положил на стол. - Я привез на рынок яйца и почти все продал, но эти десять штук никто не хотел купить и я почему-то подумал про вас. Мне кажется, что Бог хотел, чтобы я отнес эти яйца вам, - закончил он.

- Да вознаградит Господь тебя, брат! Это было очень вовремя! Спасибо тебе! - Анастасия не смогла сдержать слёз.

Она положила яйца в самовар, чтобы отварить их, так как в доме не было ничего, на чем можно было быстро приготовить их.

- Виля, теперь тебе есть, что взять с собой в дорогу! – счастливо улыбнулась Настя, обращаясь к мужу.

Вечером того же дня Вильгельм должен был идти на поезд. В доме оставалось десять рублей денег и маленький кусочек хлеба. Поделив деньги и хлеб пополам, Анастасия приготовила мужа в путь. Яйца, отваренные в самоваре, предназначались Вильгельму, но он, выходя из дома, забыл о них. Никто в семье не вспомнил о яйцах до самого вечера. Только вечером обнаружили их в самоваре. Старушка – хозяйка, которая занимала вторую часть дома, разволновалась, как Вильгельм доедет без провизии, но Настя предложила всей семье молиться об отце и доверила его путь Богу. Бог сохранил Вильгельма, и мужчина доехал благополучно, выслав семье из города «кирпичик» хлеба. Хлеб принес праздник в дом! Анастасия делила буханку хлеба маленькими кусочками на всех детей в течении нескольких дней, стараясь протянуть подарок как можно дольше.

Прошло несколько месяцев. Анастасия держалась изо всех сил, чтобы не поддаваться отчаянию и отмечать заботу и милость Божию. Ведь Бог заботился о ней и о детях, несмотря на то, что те крошечные запасы, которые были в семье, давно закончились, работы не было даже для сильных мужчин, тем более для слабой женщины, обремененной большим семейством. Но братья и сестры по вере помогали всем, чем только могли.

Приходя на служение, многие заходили в жилую часть дома до собрания, чтобы поговорить о жизни, о здоровье с Анастасией, которая старалась ободрить и утешить каждого пришедшего в дом, несмотря на свои трудности. Заходили также и к старушке, жившей во второй части жилого помещения. Иногда посетители приносили что-то из еды для детей, и тогда в доме был праздник. Но все это случалось лишь по выходным, да и то не каждое воскресение. Среди недели приходилось детям бегать по городку и собирать очистки от картофеля, если вдруг кто-то побогаче, их выбросил, а другие нуждающиеся еще не успели собрать. Анастасия стряпала из мучного отсева и очисток своеобразные лепешки и дети ели их. Несмотря на нужду и трудности, в доме часто слышалось пение псалмов и смех. Анастасия любила петь и приучила детей делать работу дома, напевая псалмы. С юности не потеряв жизнерадостности, Анастасия нередко смеялась и не нужна была большая причина, чтобы вызвать ее задорный, серебристый смех. Она сама искала причины порадоваться и рассмеяться.

После последнего письма от Вильгельма долго не было вестей – не раз женщину посещали мысли о том, что с мужем случилось что-нибудь страшное, и она успокаивалась, лишь открывая Библию и читая на ее страницах о силе и величии Бога. После чего женщина вместе с детьми склонялась на колени и просила у Бога защиты для мужа и отца, веры и надежды для себя. Несмотря на всю жизнерадостность, Насте все труднее было искать причины для улыбки и смеха.

По улицам все чаще проходили нищие, с трудом переставляя ноги и прося хлеба, нередко можно было встретить людей, лежащих на обочине дороги, умирающих от голода. Несмотря на трудные времена, женщина видела, что есть много людей, кому приходится труднее, и старалась не роптать на Бога и судьбу.

В одно из воскресений перед собранием в дом пришел незнакомый мужчина.

- Приветствую, сестра! – чинно поздоровался он.

- Приветствую, - немного озадаченно ответила Анастасия, глядя на незнакомца, - проходите, пожалуйста.

- Меня зовут Василием, я очень хорошо знал вашего мужа, мы много беседовали с ним, - начал рассказывать мужчина, проходя в кухню, куда пригласила его хозяйка.

- Вы встречали его?! Где сейчас Виля? – обрадовалась Анастасия.

- Нет, извините, вы не правильно меня поняли, мы были знакомы с Вильгельмом давно. Но потом со мной случилась беда – меня посадили за проповедь Евангелия, и вот теперь я только освободился и добираюсь домой, - поправил ее гость.

- Но что же вы стоите, присаживайтесь, - захлопотала обрадованная женщина.

Сообщение о том, что в ближайшее время гость не видел ее мужа, огорчило Анастасию, но все же имя Вильгельма возымело магическое действие. Она не только накормила гостя тем, что было в доме, но и предложила располагаться и чувствовать себя как дома. Выходя из дома по хозяйственным делам, женщина оставила незнакомца одного, полностью доверившись ему. Через время на служение стали подходить другие верующие. Василий немного занервничал, потом вышел на улицу, в туалет. Один из братьев по вере подошел к Анастасии.

- Сестра Настя, что за мужчина был у вас в гостях?

- Это Василий, он только освободился, - охотно объяснила женщина, - он хорошо Вилю знает.

- Что-то он сильно похож на Степана, который недавно ограбил несколько семей в одной из местных церквей… - с сомнением протянул Сергей. – Я сам его не видел, но мне описывали его, и этот человек слишком сильно подходит под это описание. И история его тоже подходит,…если ты не возражаешь, мы с братьями поговорим с ним, спросим, в какой церкви и когда он крещение принимал, и так поспрашиваем о чем-нибудь?

- Конечно! – испугалась и обрадовалась Анастасия. Она была рада тому, что несмотря на отсутствие мужа у нее есть те, кто может защитить ее семью.

Поговорив с мужчиной, братья «вывели его на чистую воду». Этот «липовый Василий» оказался тем самым аферистом и грабителем, ограбившим уже не одну семью, «втеревшись к ним в доверие», затем очистив их дома. После того, как мужчины своими вопросами выяснили ложь «гостя», тот выругался, пригрозив всем, что не оставит никого в покое, и отомстит всем, выбежал из зала, словно за ним гнались. Лицо мужчины пылало от ярости. Выходя, он хлопнул дверью, что было сил, и окна отозвались звоном.

- Да… брат… - усмехнулся Сергей, - какой же ты страшный! Убежал как заяц! Как в той шутке: «Не буди во мне зверя, особенно зайца. А то сейчас ка-а-к развернусь, да ка-а-ак убегу!».

- Ты зря шутишь, брат, - вздохнул один из пожилых братьев, - сестрам здесь одним с детьми оставаться. Он трус, но может сделать подлость, как все трусы. Мы не сможем ее охранять даже одну ночь, ведь у них только одна комнатка…. Давайте будем молиться, чтобы Бог уберег их семью от беды и этого злого человека.

- Простите, я забыл об этом, - признался Сергей, - он действительно может ночью прийти. Давайте помолимся.

Они встали на колени и помолились, прося у Бога защиты и милости для женщины, прося также, чтобы Вильгельм вернулся в здравии домой или смог забрать семью к себе.

В тот же вечер, когда Анастасия читала детям перед сном Библию, около двери послышался шум, Марсик залаял, он был закрыт в прихожей. Было понятно, что кто-то чужой, прошел мимо собаки, совсем рядом. Через минуту послышался шум от двери. Неизвестный пытался открыть ее сначала осторожно, затем не боясь произвести шум, стал ломиться в закрытую дверь, не обращая внимания на лай собаки. Женщина испугалась, дети тоже. Даже старшие мальчики сильно испугались, вспомнив, каким большим был тот, кто сегодня днем назвался Василием и папиным другом. Мать шепотом сказала детям, чтобы они замолчали, затем встала на колени, подавая детям пример. Все дети дружно встали на колени и начали молиться, каждый как мог. Они просили у Бога защиты для себя и своего дома. Тот, кто ломился в дверь, понял бессмысленность этого занятия и пошел к окнам. Заметив деревянные ставни, он бросил со зла камень, гулко ударивший в ставню, и заставивший всю семью вздрогнуть.

Марсик охрип от лая, мечтая «починить штаны» нарушителю покоя хозяев, но дверь мешала собаке осуществить задуманное. Через несколько минут затишья, семья услышала стук в зале для собраний, затем грохот опрокидываемых скамей. Преступник бушевал, уверенный в собственной безнаказанности. Затем ушел, устав от бесполезности затраченных усилий.

Вся семья ждала еще некоторое время, прислушиваясь к звукам с улицы, затем легла спать. Наутро они увидели разбросанные скамьи в зале собраний и выломанный замок на двери. На следующую ночь Анастасия попросила мальчиков отпустить Марсика гулять по двору. Предосторожность оказалась не лишней, и как только стемнело, все услышали, как скрипнул забор со стороны улицы – кто-то тяжелый перелазил через него. Но всего через минуту дети тихонько захихикали, так как услышали, что Марсик исполняет свою вчерашнюю мечту… Во дворе была слышна ругань и крики. Мужчина, похоже, отбивался от собаки, которая старательно «чинила» его штаны. Больше не званный гость не появлялся, поняв, что у собаки намерения достаточно серьезные. Взять в этом доме было нечего, а портить штаны, наверное, тоже не хотелось зря.