Kitabı oxu: «Неукротимая дьяволица»

Luna Pierce

UNTAMED VIXEN

Copyright © 2025 by Luna Pierce

Book Cover Design by Opulent Swag & Design

© Сурскова К., перевод на русский язык, 2026

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

* * *

Глава 1. Джун

Тонкие, словно из бумаги, стены квартиры не дают мне ни малейшего укрытия от оглушительного шума, доносящегося от сожителей. В любое время они либо ругаются, либо занимаются сексом, либо играют в видеоигры. Даже сейчас не исключение. Я выдернула подушку из-под головы и зажала ею лицо, приглушая преувеличенный стон.

– Джун, потише там! – Картер постучал, по всей видимости, кулаком по жалкому листу гипсокартона, что отделял нас.

Из всех людей на свете я ненавижу его больше всего. Он даже не снимал с нами квартиру, но, по какой-то чертовой причине, торчит здесь каждый божий день.

А все из-за его девушки Хизер. Одна из четырех подписей на бумаге, которая юридически связывает нас с этим убогим жильем.

Отчаяние – единственное оправдание тому, почему я здесь живу. И как бы я ни старалась, похоже, из этой дыры мне не выбраться, как и не избавиться от этих людей. Да что там, даже от самой себя я не могу сбежать.

Не могу позволить себе съехать, а даже если бы могла, вряд ли нашелся бы арендодатель, согласный сдать жилье одинокой двадцатиоднолетней девушке с нестабильной работой. И уж точно мне не светит внезапно разбогатеть.

Так что в ближайшем будущем я застряла здесь, только если не встречу демона на перекрестке, которому смогу продать душу за минуту тишины и покоя.

Я швырнула подушку в сторону, слезла с кровати, с демонстративным стуком поставив ступни на холодный твердый пол, и промаршировала к двери. Распахнула ее настежь и просверлила взглядом цель.

Сосед вздрогнул от внезапного появления.

– Всего лишь час, – процедила я сквозь стиснутые зубы. – Я ведь только об одном попросила. Неужели так сложно?

Картер посмотрел на голые запястья.

– Прости, Джей, у нас онлайн-матч.

Потому что, очевидно, его игрульки важнее моего сна перед очередной ночной сменой в баре.

– Ты такой придурок.

Картер пожал плечами и продолжил жать кнопки на контроллере.

– Я не могу следить за твоим расписанием. Не моя вина, что у тебя две работы.

– Три, – поправила я.

Чтобы накопить хоть немного денег и выбраться из этой дыры, мне пришлось взять академический отпуск и сосредоточиться на подработках – отсюда и третья работа. Я все твержу себе, что пропущу только семестр, но, если честно, не знаю, когда смогу вернуться в университет. Большая часть сил и энергии уходит на заработок, из-за чего удается урвать лишь крошки сна. Но с таким графиком я уже не помню, когда в последний раз действительно отдыхала.

Картер переводил взгляд с экрана на меня и обратно.

– Ой, ты еще здесь. – Он оценивающе пробежался глазами по моему телу. – Слушай, если хочешь, могу дать тебе повод покричать.

– Заткнись и сдохни, – перебила его я и, развернувшись, направилась в комнату, а затем с грохотом захлопнула дверь, мечтая, чтобы от этого рухнул к чертям телевизор на стене.

Он что-то пробормотал в ответ, но я уже не слушала, не собираюсь тратить на него ни секунды времени.

Что Хизер в нем нашла, мне никогда не понять. Просто ребенок, днями просиживающий за видеоиграми, пока она прислуживает ему, как домработница. Она даже как-то раз призналась мне, что он никудышный любовник. Все это сплошное безумие. Она взрослая женщина, и кого держать рядом – ее выбор, но с каждым днем это все больше становится и моей проблемой.

Единственные причины, по которым я появляюсь в квартире, – поспать и помыться. Раз уж спать не получается, займусь вторым. Может, если повезет, начну смену пораньше и заработаю пару лишних баксов.

Я порылась в груде одежды, сваленной на стуле в углу, и проверила ее на запах, чтобы убедиться, что вещи чистые. Найдя что-то приличное, схватила с комода косметичку с душевыми принадлежностями. Мое отражение в зеркале бросило на меня усталый взгляд, пока я пыталась вспомнить, когда в последний раз мыла волосы. Вчера? Или позавчера? Дни сливаются в сплошную пелену.

Я провела пальцами по коже головы, вроде не слишком жирная. Пара пшиков сухого шампуня, и я как новенькая. Все равно ведь в баре буду, и пьяные идиоты не смогут оторвать взгляда от моей груди, так что грязных волос точно не заметят.

Кстати о груди, если хочу получить чаевые, стоит сменить майку на что-нибудь более откровенное. Не самый благородный способ заработка, но он оплачивает счета, а сейчас это единственное, что важно.

После быстрого душа я нанесла немного румян, туши и достаточно подводки, чтобы казаться опаснее, чем есть на самом деле. На ноги я надела сексуальные, но не менее практичные армейские ботинки.

Пройдя через гостиную, проигнорировала злобный взгляд мерзкого парня соседки и вышла за дверь, не утруждая себя оповестить остальных. Все равно никому из них нет дела.

Когда-то, будто целую вечность назад, мы все были друзьями. Старшеклассники, которые не могли дождаться выпуска, мечтающие съехать от родителей, снять собственное жилье и вместе прожить «настоящую студенческую жизнь». Но с тех пор все изменилось. Мы очень отдалились. Алкоголь, плохие компании, неправильные решения – все неважно, причина одна: у нас больше нет ничего общего. И кроме редких пересечений, вроде передачи арендной платы или неловких разговоров в прихожей, мы почти не общаемся.

Если честно, меня это нисколько не тяготит. Они просто не мои люди. Обычные сожители, с кем мне временно приходится делить крышу над головой. Я завела других знакомых – Кора, пожалуй, единственная, кто не выводит меня из себя, – но в целом все свободное время вне работы и учебы я провожу или одна, или удовлетворяя потребности со случайными незнакомцами. Меня устраивает. Это мой стиль жизни. Я давно поняла: если уйдешь первая, тебя никто не бросит. Хотя, если подумать, у меня никогда не было причин оставаться. Никто не вызывал у меня подобного желания.

Я прошла несколько кварталов до захудалого бара, где в последнее время проводила почти все вечера. Место убитое, платят копейки, но иногда заходит какой-нибудь щедрый клиент, и тогда вечер стоит того.

Войдя в прокуренное помещение, я окинула взглядом завсегдатаев и парочку новых лиц.

– Ты рановато, – подметил из-за стойки Джек. Он перестал пересчитывать кассу и вытянул шею, чтобы глянуть на часы у полки с алкоголем.

Я прикусила губу и чуть наклонила голову, наивно пытаясь показаться милой.

– Подумала, тебе не помешает помощь.

– Могу подкинуть тебе дел, – пробормотал какой-то пьяный тип со своего места у бара.

Джек закатил глаза.

– Ага. – Он указал на бокал, который Сара только что поставила рядом с ним, когда я вошла. – Угловая кабинка.

– Спасибо, Джек. – Выдохнув, я подняла бокал, сразу ощутив аромат дорогого бурбона. Это значит только одно.

Я тут же нашла взглядом гостя, кто сделал заказ. Того самого мужчину, который уже несколько недель проводил здесь часы напролет, попивая одно и то же дорогое пойло.

Всегда один. Никогда ни с кем не разговаривает. Просто мрачно витает в своем собственном мире, словно ему нет дела до остальных.

Подходя ближе, я отметила широкие плечи, идеально выглаженный черный костюм и аккуратно сложенный на столе пиджак. Манжеты расстегнуты, пожалуй, единственная небрежная деталь в его облике. Седые волосы аккуратно зачесаны назад, сверху длинные и коротко подстрижены по бокам. Ухоженная и немного грубая щетина удивительно ему к лицу.

Он явно старше меня, но отрицать очевидное невозможно: мужчина чертовски привлекателен.

Он допил остатки янтарного напитка и протянул мне бокал на замену. Я старалась не смотреть на его губы, когда он слизывал последние капли.

– Принести что-нибудь еще? – спросила я, прекрасно зная, что с ним не стоит болтать попусту.

Он ходит сюда достаточно часто, чтобы я поняла: он не такой, как остальные. Не хамит, не флиртует, не сверлит меня глазами, когда я отворачиваюсь. Просто сидит. Мы существуем параллельно: я делаю свою работу, он оплачивает счет и всегда оставляет чаевые, которые я, честно, не заслуживаю. И этим он мне нравится.

Может, стоило бы обидеться, ведь я нарочно выставляю себя напоказ ради лишних долларов, но с ним все по-другому. Он приходит сюда, чтобы забыться, а я даю ему эту возможность.

Сара недавно заявила, что я его любимица, чем вызвала у меня смех. Он ведь едва со мной разговаривает. Хотя, по ее словам, другим официанткам он даже такого внимания не уделяет.

– Эй, красавица, я знаю, что ты можешь принести мне, – заорал за моей спиной все тот же пьяница.

Я не реагировала, сосредоточившись на мужчине перед собой, заметив, как его челюсть напряглась из-за того идиота.

Незнакомец медленно повернул ко мне голову, и его темно-карие глаза пронзили меня насквозь.

– Этого достаточно. Спасибо, – произнес он спокойно. Его взгляд не скользил по моему телу, он смотрел прямо в глаза.

В этот момент, по идее, я должна была смутиться и отступить. Но нет. Я выжидающе глядела на него, ощутив прилив адреналина и наслаждаясь этим мгновением, терпким, как глоток виски. Он первым нарушил зрительный контакт, повернувшись к пустому месту напротив.

Пряча едва заметную улыбку, я вернулась к Джеку, чтобы узнать, не нужно ли еще чего, прежде чем занять привычное место за стойкой.

В бар вошла шумная компания парней – студенты, судя по виду. Их появление моментально отвлекло всех.

– Предъявите документы, – бросил Джек, как только они подошли ближе.

Парни начали хохотать, толкаться, устраивая целое шоу из простейшей просьбы. Двое кинули кошельки и хрипло засмеялись, а когда одновременно наклонились их поднять, стукнулись лбами. Трудно сказать, пьяны они или просто до ужаса тупы.

Я вздохнула, ожидая, пока цирк, наконец, закончится.

– Моему корешу сегодня стукнуло двадцать один! – крикнул один из парней, хватая именинника за плечо и тряся его. – Раунд шотов за мой счет!

Эти слова мгновенно поменяли настроение в баре: раздражение уступило место живому интересу. Все любят бесплатный алкоголь. Все, кроме одного, – ну, вы понимаете кого.

Мистер Высокий-Мрачный-и-Красивый даже не удостоил компанию взглядом, в то время как остальные завсегдатаи затолпились вокруг стойки, ожидая своей порции.

Я проскользнула за бар, помогая Джеку и Саре хоть как-то упорядочить новообразовавшийся хаос. Быстро пересчитав головы, я вытащила нужное количество рюмок.

– Наличными или картой? – спросил Джек у парня перед собой.

Тот достал кошелек и демонстративно помахал парой стодолларовых купюр.

– Не переживай, у меня все схвачено.

Напряжение в плечах Джека спало, и он отошел в сторону, позволив нам с Сарой заняться выпивкой. Я протянула стопку назойливому пьянчуге, что ранее назвал меня «деткой». Тот, приободрившись от выпитого, схватил меня за руку, не давая отстраниться, и, глядя мутными красными глазами, произнес:

– Выпей со мной.

– Я пас. На работе не пью. – Мне стоило нечеловеческих усилий не врезать ему прямо сейчас. Но увольнение за удар клиента – роскошь, которую я не могла себе позволить.

К счастью, один из парней обвил руками пьянчугу, отвлекая его, и я вырвала ладонь из хватки.

– Давай, брат, пошли с нами! – проорал именинник.

Мой приставала бросил на меня тяжелый взгляд, но в итоге решил подыграть компании. Наверно, мозгов хватило понять, что связываться со мной не стоит.

Краем глаза я заметила, как один из парней приблизился к таинственному незнакомцу в черном костюме, но через секунду отступил, подняв руки, словно испугался. Я едва сдержала улыбку, представляя, что именно тот мог услышать в ответ.

Джек наклонился ко мне и прошептал:

– Эй, когда тут поутихнет, загляни в женский туалет, в автомате закончились… ну, эти… штуки.

Я покачала головой и легонько ткнула его локтем.

– Тампоны, Джек. Они называются тампоны.

Спустя несколько шумных минут веселья все разбрелись по углам, а ребята заняли свою кабинку. Я быстро помогла Саре вытереть бар, залитый спиртным, и, убедившись, что она дальше справится сама, направилась к кладовой.

Пришлось рыться дольше, чем обычно, коробку с «запасами» засунули на самую верхнюю полку. Встав на цыпочки, я потянулась наверх, пытаясь сдвинуть ее ближе.

– Давай помогу, – послышался за спиной голос того самого пьянчуги.

Меня передернуло от его дыхания у шеи.

Музыка внезапно заиграла громче, значит, в зале собралась кучка танцующих.

– Сама справлюсь, – процедила я, схватив коробку, после чего закрыла дверь и пошла по тусклому коридору к туалетам, в который раз надеясь, что он наконец поймет намек.

Но, как и большинство подобных ему типов, он туп как пробка. Сколько ни говори «нет», до него не доходит.

Я проигнорировала его попытки заговорить и зашла в женский туалет, просто чтобы от него оторваться. Только вот через секунду он зашел следом, запер дверь и встал так, что перекрыл выход.

– Слушай, если тебе нужны тампоны, мог бы просто попросить, – выдавила я, пытаясь разрядить обстановку, не зная, чего от него ждать.

Он сделал шаг вперед, и только тогда я заметила, насколько он огромный. Слишком много мышц и мало мозгов. От него буквально несло тестостероном.

– Я бы тебя и во время месячных трахнул, малышка, – протянул он с ухмылкой.

– Эм… нет, спасибо.

– Грант. – Лениво, почти шепотом произнес он свое имя. – Зови меня Грант.

– Грант, – повторила я, открыв коробку и стараясь просто заняться своим делом. – Я за равноправие, но не думаю, что тебе стоит заходить в женский туалет.

Грант потянулся и схватил меня за руку.

– Я вообще-то мужик, детка, – рявкнул он, резко дернув меня к себе, пытаясь прижать мою ладонь к ширинке своих джинс.

– Убери свои грязные лапы! – Я пыталась вырваться, но безуспешно.

Его хватка окрепла, а мутный взгляд прожигал насквозь. От него разило спиртом, слова сливались в одну жуткую кашу.

– Тебе ведь хочется, признайся…

Сглотнув, я лихорадочно соображала, как же выкрутиться из ужасной ситуации.

Рукой Грант прошелся вверх по моему бедру, подбираясь к краю юбки.

– Если бы не хотела, то так бы не вырядилась.

Если бы он только знал, что «выряжалась» я так ради денег, а не для него. Дверь задрожала, за ней послышались стуки. Наверное, Сара решила проведать, как у меня дела и почему меня так долго нет, вот только никто не отзывался по ту сторону.

Грант уже к тому моменту коснулся моего лица, прислонившись ближе.

– Такая нежная кожа, – он погладил мои губы пальцем, – а какой манящий ротик…

Пожалуй, не самая лучшая идея, но это единственное, что пришло мне в голову, как только его палец оказался достаточно близко. Что есть силы я укусила за него, параллельно ударив кулаком в кадык. Именно в этот момент распахнулась дверь, и из тени показался силуэт внушительного мужчины. Повернувшись к нам, он лишь на долю секунды оглядел меня и, удостоверившись, что со мной все в порядке, схватил Гранта за шиворот и оттащил от меня. Не произнеся ни слова, мужчина толкнул его прямо к двери, заперев ее.

Я замерла, не в силах отвести взгляд от таинственного незнакомца. Этот мужчина только что на моих глазах швырнул качка, словно тряпичную куклу.

– Да ладно тебе, мужик, – застонал Грант, – я бы поделился. Можем по очереди. – Он поднялся на ноги. – Уверен, ее киска чертовски…

Но мой спаситель не дал ему закончить. Вместо этого он обхватил большой рукой горло Гранта, притянув его к себе. В ту же секунду его кулак полетел прямо в лицо обидчика.

Снова, и снова, и снова.

С каждым ударом все больше крови рикошетило из свежих ран, пока он наконец не остановился и безвольное тело Гранта не упало на грязный пол. Незнакомец медленно повернулся ко мне, его лицо полностью покрылось кровью, отчего он казался еще сексуальнее.

Я наконец отошла от стены, стараясь не двигаться слишком быстро. Не потому, что боюсь, а потому что не хочу его напугать.

Его темные глаза сузились, будто он пытался прочитать мои мысли, понять, о чем, черт возьми, я думала, наблюдая, как он избивает пьяницу, который пытался взять меня силой.

А в моей голове крутилась единственная мысль: я хотела, чтобы этот незнакомец стоял передо мной. И знала это еще с того момента, как он впервые переступил порог бара несколько недель назад. А если я чего-то хочу, я это получаю.

В отличие от избитого мужика, валявшегося без сознания, я имею дело только с теми, кто так же, как и я, вожделеет связи. Одного взгляда в глаза было достаточно, чтобы все понять.

Преодолев дистанцию, я наклонилась и взяла его руку в свою, изучая окровавленные и опухшие костяшки пальцев, а затем посмотрела на суровое лицо.

Мне должно быть страшно. Я знаю. Это один из тех моментов, когда олень попадет в логово льва, но каким бы опасным и пугающим ни был мужчина, я нутром чувствую, что он не причинит мне вреда. Разве что я сама этого захочу. А я, черт возьми, хочу.

Его губы приоткрылись, словно он собирался что-то сказать, вероятно, предупредить меня держаться подальше, ведь так безопаснее. Но я никогда не боялась опасности, особенно если она такая привлекательная.

Не дав ему выпутаться из ситуации, я выпрямилась, обхватила его за шею и притянула к себе, прижавшись к его губам и совершенно игнорируя залитое кровью лицо. В ту же секунду, когда наши губы соприкоснулись, его решимость полностью растаяла, его тело растворилось в моем, как будто мы уже миллион раз танцевали этот танец.

Его ладонь легла мне на спину, прижимая ближе, языки лихорадочно скользили друг по другу, подтверждая, что ему, возможно, нужна эта разрядка так же сильно, как мне. Секундой позже он обнял меня за талию, оторвав от пола и притянув к себе.

Я обхватила ногами его сильный торс, провела пальцами по шее и зарылась в некогда ухоженные волосы. Его руки сжимали мою задницу, которая уже почти увидела свет божий, учитывая, что на мне короткая юбка.

Незнакомец прижал меня к стене, и я, пользуясь дополнительной поддержкой, потянулась рукой вниз к его растущей эрекции.

Подавив стон, он отстранился и тяжело задышал.

– Нельзя.

Я крепче сжала член и посмотрела на него. Багровые капли на его щеках прекрасно оттеняли и без того темные глаза.

– А ты хочешь?

– Да. – Сжав челюсти, вздохнул он.

– Тогда возьми меня. – Я дала ему крошечный шанс отступить, но он удивил меня, накрыв мои губы своими и утянув в жадный поцелуй.

– А как же…

Прежде чем он успел продолжить, я оборвала его, приглушив еще одним поцелуем.

Порывшись в кармане, я выудила презерватив, который хранила на случай подобных экстренных ситуаций. Никогда не знаешь, когда захочется заняться сексом, а зачатие ребенка от незнакомца – не лучшее последствие.

Пока он поддерживал меня одной рукой, мы вместе расстегнули его брюки и стянули с возбужденного достоинства. Когда он высвободился, я чуть не ахнула от размеров – возможно, это самый большой член, с которым я когда-либо сталкивалась. Я провела рукой по всей длине, размазывая капельку с кончика. Ох, чего бы я только не отдала, чтобы упасть на колени и взять его в рот прямо сейчас, но, судя по темпу, главное, быстрее приступить к делу. Он продолжил целовать меня, каким-то образом совмещая несколько дел одновременно: одной рукой мужчина взял презерватив, который я раскрыла, и принялся его надевать, а другой провел вниз по моей талии и буквально сорвал с меня трусики, а затем бросил их на пол рядом с избитым телом.

Замерев, он обхватил рукой член, проведя им вверх-вниз по влажному и жаждущему входу.

– Уверена?

И это все, что нужно, дамы и господа. Один вопрос. Если этот брутальный мужик смог поинтересоваться, когда я практически умоляла меня взять, то любой сможет.

Я сама схватила его и повела к своему входу.

Он остановил меня, не давая двигаться дальше.

– Скажи. – На мгновение лицо приняло серьезный вид, голос охрип.

– Уверена.

– Хорошая девочка, – прошептал он, удовлетворившись ответом.

Он и не подозревал как далек от истины.

Незнакомец встал, чтобы войти в меня, сначала медленно, легко заполнив, пока не дошел до упора. Затем, покачивая бедрами, он начал вонзаться в меня снова и снова. Моя грудь подпрыгивала в такт движениям, почти высвобождаясь из-под откровенного топа.

Удовольствие и боль поглотили меня, я никогда раньше подобного не чувствовала. Стоит продолжить эту авантюру, куда бы она меня ни завела.

Он оттолкнулся от стены, и меня охватило легкое разочарование из-за испуга, что все закончится слишком быстро. Но он уложил меня на холодную столешницу, отчего мне пришлось упереться ногами о ее край, схватил за талию и притянул к себе, продолжая вдалбливаться.

Когда я инстинктивно вильнула тазом, мужчина застонал, схватив меня за обе лодыжки и раздвинув ноги шире.

Запрокинув голову, я ударилась о зеркало и закатила глаза от удовольствия, отдавшись под его контроль. Он мастерски вращал бедрами, как настоящий профессионал в сексе, вызывая во мне бурю наслаждения. Когда он замедлился и вышел, я чуть не изнывала от нетерпения.

– Боже, чувак…

– Тсс. – Он заменил член рукой, скользя тремя пальцами по моей щели, после чего просунул их внутрь. Опустившись на колени, он приблизился лицом к заветному месту, проведя языком по клитору.

– Не затыкай меня.

Я подняла ногу и мягко, но решительно оттолкнула его, спрыгнув со стойки и повернувшись лицом к зеркалу. Прогнувшись, я уперлась локтями о стойку и выгнула задницу ему навстречу.

– Ну же.

Прищурившись, он не мог поверить, что я снова взяла ситуацию в свои руки. Одним движением он раздвинул мои ноги, снова опустившись между ними, чтобы попробовать меня сзади. Медленно проведя языком, он шире раздвинул складочки и начал дразнить меня большими пальцами с обеих сторон, лаская и массируя дырочку.

Я наклонилась к нему всем телом, отчаянно желая почувствовать, как он снова наполнит меня. Мужчина подчинился, встав, и не пожалев сил вонзился вновь, отчего я завалилась вперед. Я уперлась руками в стойку, чтобы удержать равновесие и повернуться к нему.

Незнакомец провел большой рукой по моей заднице, вверх по спине и по волосам, впиваясь пальцами в кожу головы и схватив за волосы. Он рывком поднял мою голову, но так, что это принесло одно лишь безболезненное удовольствие.

– Жестче, – попросила я сквозь стиснутые зубы, чувствуя, как оргазм нарастает с каждым толчком. Большинство парней, услышав подобную просьбу, думают «быстрее», но нет, этот безымянный мужчина точно знал, что я имела в виду, когда начал входить глубже и под другим углом, отправляя меня на край пропасти и в забвение.

– Вот так, – простонал он, врезаясь в меня и кончая внутрь.

Мое тело дрожало от безумного наслаждения, я сжималась вокруг пульсирующего члена, а оргазмы сменяли друг друга. Я лежала, прислонившись к холодной стойке, пытаясь отдышаться. Закрыв глаза, я наслаждалась настоящим блаженством, прекрасно зная, что реальность вот-вот наступит.

Мужчина медленно вышел из меня, и, судя по звуку, стянул презерватив и бросил его в мусорное ведро. Следующим я услышала звук застегивающейся молнии, но потом произошло то, чего я не ожидала. Он наклонился ко мне сзади, чтобы обдуть прохладным воздухом раскрытое местечко.

Я не смела открыть глаза, отчаянно надеясь, что смогу продлить этот сон как можно дольше.

Он продолжил удивлять меня, подняв руку и потерев ладонью клитор. Незнакомец прикусил заднюю часть моего бедра, оставляя языком влажную дорожку до самой складки. Прижавшись к моим губам, он принялся посасывать и покусывать их, снова дразня меня.

Я издала стон и выгнулась ему навстречу, готовая ко всему, что он мне даст. Можно ли хотеть большего, будучи настолько удовлетворенной?

Можно. Хочу еще.

Он скользнул пальцами внутрь, одновременно продолжая нежно поглаживать другой рукой клитор, в то время как большой палец замер у ануса. Не теряя времени, он ускорил темп, внимательно следя за реакцией моего тела и усилив мое удовольствие, словно читая мысли.

Его борода терлась о мою ногу. Обдав меня еще одним выдохом, он нырнул вниз, чтобы попробовать на вкус.

– Сейчас, – все, что он сказал.

От вибрации его голоса и от абсолютной власти над моим телом я поддалась прекрасным мучениям, кончив во второй раз.

Чтобы сдержать готовый сорваться с губ всхлип, я прижимаю руку ко рту. Мое тело сотрясается в его объятиях.

Незнакомец крепко удерживал меня, пока не убедился, что я закончила, и только тогда отстранился, встал и помыл руки в раковине рядом.

И тут я вспомнила, что он весь в крови. К счастью, ко мне он прикасался чистой нетронутой рукой.

– Ты амбидекстр? – спросила я его.

Незнакомец закрыл кран, взял бумажное полотенце из держателя, вытер руки и повернулся ко мне.

– Что?

Я подошла ближе, забрала у него еще влажное полотенце и начала промакивать кровь на его щеке.

– Ну, знаешь, умеешь пользоваться и левой, и правой…

– Я знаю, что это значит, – перебил он меня.

– А, – выдавила я и продолжила аккуратно вытирать лицо. Это было самое малое, что я могла сделать после того, что только что произошло между нами.

Он перехватил мою руку, остановив меня. Его темный и глубокий взгляд впился в мой.

– Я сам справлюсь, – тихо сказал он и кивнул за спину в сторону двери: – Тебе стоит вернуться к работе.

Я бросила взгляд через плечо на неподвижное тело, лежащее на полу.

– А с ним что будет?

– Я разберусь.

– Я могу помочь.

– Ты уже сделала достаточно. – Его голос чуть смягчился, и он поднял руку, осторожно проведя большим пальцем по моей нижней губе. Его взгляд скользнул по моему лицу, и я на миг поймала себя на мысли, что хочу знать, о чем он думает. Но уже через секунду он снова отстранился.

– Этого больше не произойдет.

Я фыркнула и усмехнулась:

– Не волнуйся, я не из таких. – Бросив полотенце в мусорное ведро, я резко развернулась, полностью готовая сделать то, что делаю всегда, – не привязываться.

Глава 2. Доминик

– Доминик! Эй, ты вообще слушаешь? – Брайант помахал покрытой татуировками рукой перед моим лицом.

Я моргнул и посмотрел на него, вернувшись в убогую реальность.

– Да слушаю я, идиот. – Отмахнулся я и поправил манжет рубашки, развернувшись к нему всем корпусом. – Поставки замедляются, цифры падают, полный хаос – я понял. – Я глубоко вздохнул, сдерживая раздражение. – Скажи, чего еще не знаю. Что мы можем сделать, чтобы все исправить?

Брайант перевел взгляд на Хейза. Тот приподнял брови и пожал плечами.

– И какой от вас вообще толк? – Я устало потер виски.

Хейз ответил первым:

– Ты не понимаешь, что там творится. Парни боятся. Они не знают, на чью сторону встать…

– Тогда проведи черту, – перебил я. – Заставь их выбрать. Если перейдут на сторону Беккета, пуля в лоб.

Брайант бросил тревожный взгляд на Хейза, явно не в восторге от идеи.

– Ты хочешь, чтобы мы убивали каждого, кто дезертирует?

– Мне повторить?

Для человека, забитого татуировками с головы до ног, который выглядит как терминатор, Брайант оказался удивительно мягкотелым. Знал бы я это раньше, дважды подумал бы, прежде чем нанимать его. В нашем мире нет места слабости. Здесь понятие добра и зла размыто, и в какой-то момент ты просто понимаешь, что это мир, где собаки жрут собак. Если хочешь выжить и подняться по пищевой цепи, будь беспощаднее всех остальных.

Только поэтому я всегда выхожу победителем. Именно так я выиграю войну и займу трон, который по праву принадлежит мне.

Это должно было быть просто. Легкий переход власти.

Наш лидер выбыл из игры, и его жена должна была официально объявить меня преемником, ведь сама она не собиралась дальше вести бизнес. Очевидное решение. Я шел к этому всю осознанную жизнь. Пожертвовал всем. Забыл, что значит жить вне бизнеса, и ни разу не поставил себя выше организации. Но с таким количеством молодых и голодных шакалов неудивительно, что порядок вещей пошатнулся. Не один, а сразу несколько решили бросить вызов. Большинство мы уже устранили, но остались те, кто по-прежнему угрожает моему законному месту.

Саймон Беккет – моя головная боль.

Сопляк. Едва достиг возраста, когда может легально пить, а все равно имеет наглость считать, что способен возглавить крупнейшую криминальную сеть Западного побережья вместо меня.

Я знаю устройство нашей организации лучше, чем кто бы то ни было. Черт, возможно, даже лучше бывшего босса. Я был его учеником, часто замещал его, когда тот уезжал по делам. Люди знают меня и уважают.

А что знает Беккет, кроме того, как вести себя, словно самодовольный избалованный щенок? Он проводит дни, гоняя на «Ламборгини», разбрасываясь деньгами и заказывая бутылки шампанского. Каким образом он лучше меня подходит на эту должность? Его единственное преимущество – родственные связи с несколькими членами совета. Ни опыт, ни мозги, ни лидерство.

Какого черта кто-то в здравом уме решит доверить ему управление?

– Если босс сказал, значит, так оно и будет, – наконец произнес Хейз.

Я слегка склонил голову и оперся рукой о подбородок, той самой, что совсем недавно была глубоко внутри девушки из бара.

Жаль только, что с тех пор мне пришлось смыть кровь десятка тел, иначе, возможно, аромат ее кожи до сих пор остался бы на мне.

Я сглотнул и вновь прокрутил ту ночь в памяти.

Я был уверен, что она испугается. Что, увидев, как я чуть не забил того мерзавца до смерти, сбежит в ужасе от того, кто я есть на самом деле. Но она подошла. Встала прямо передо мной и сделала то, чего не делал никто, – увидела меня. Настоящего. Жестокого, испорченного, чудовищного. И не отвернулась.

Я ведь не должен был вмешиваться. Должен был позволить всему идти своим ходом. Но не смог. Не смог просто сидеть и смотреть, как тот идиот обращается с ней как с вещью. Я слишком много раз видел подобный сценарий.

Я проводил в том баре почти каждую ночь последние недели, это мой способ на несколько часов вырваться из хаоса и собраться с мыслями. Я видел, как десятки парней пытались к ней подкатить, и каждый раз она уверенно и спокойно ставила их на место. Я знал, она справится. Но когда он последовал за ней в туалет, я понял: так не пойдет.

Я не мог позволить этому случиться. Не с ней.

Думал, что после случившегося она начнет меня бояться, наконец увидит во мне монстра, каким я и являюсь. Но все наоборот.

Я должен был остановиться. Позволить ей уйти и прибрать за мной. Но, конечно, нет. Я потерял контроль. Брал ее так, будто это мой последний день. Заставил ее кончить столько раз, просто потому что мог.

Боже, что бы я сейчас отдал, чтобы снова утонуть между ее ног, задохнуться в сладкой плоти…

– Дом! Эй, чувак, ты куда опять улетел? – Брайант щелкнул пальцами у меня под носом.

– Я тебе отрежу эту чертову руку, если еще раз сунешь ее мне в лицо, – рявкнул я на него.

Он прижал руку к груди и надул губы.

– Чувак, она тебе ничего не сделала. Ты чего?

Хейз откинулся на спинку стула, сцепив пальцы за головой.

– Хотелось бы это увидеть. Думаю, мачете подойдет. А ты, Дом? Какое бы оружие выбрал?

Только Хейз мог мечтать о том, как кого-то искромсать.

– Вы оба – сумасшедшие, – буркнул Брайант, поглядывая на нас.

– Спасибо, я ценю это, – улыбнулся Хейз своей фирменной улыбкой.

Брайант медленно отступил назад.

– Сегодня буду спать с одним открытым глазом.

– Только сегодня? – усмехнулся Хейз, задирая подбородок.

– Я тебя сейчас ненавижу, – проворчал Брайант, прислонившись к стене позади. – Пойду спрячу все оружие.

Хейз драматично вздохнул.

– А я найду еще. Поверьте, я подключу фантазию, если придется.

– Можете сосредоточиться хоть немного на войне, а не цапаться друг с другом? – прервал я их. – Если мы уступим Беккету… – Я замолчал, представляя цепочку последствий, если он получит полный контроль. Уже и так все шатко. Неизвестно, как быстро все рассыплется в его руках. – Поверьте, будет плохо.

Нас окружили со всех сторон. Восток давил сильнее всего: они воспользовались тем, что вынесли нашего лидера. Мутная история, но как только мы узнали, что его больше нет, начался полный хаос. Честно говоря, гениальный план: сидеть в сторонке, наблюдая, как наша империя разваливается, а потом, когда пыль улеглась, ввалиться и захватить власть. Они могли бы контролировать два крупнейших рынка – восток и запад – и получить отличную базу для дальнейшего продвижения.

Единственное, что мне помогало, – их лидера тоже вывели из игры, отчего возникли проблемы по обе стороны: кому хватит наглости ухватиться за бразды правления и не погрузиться в еще больший хаос. Я не знал точно, насколько все плохо у них, но, если там творилось хоть что-то похожее на наш беспорядок, это могло занять их на достаточно долгое время, чтобы я восстановил свое влияние на наше окружение.

Я хотел верить, что смогу справиться с любым препятствием, но предпочел решать одну огромную проблему за раз, а не две сразу. Они с каждым днем все больше напоминали про возможное поражение.

– Они тебя боятся, – добавил Брайант из своего угла.

– И что с того? – спросил я.

Не успел он ответить, как в дверной звонок начали названивать гости. Я тут же повернулся к Хейзу в ожидании ответа, кто там.

Тот судорожно достал телефон, чуть не выронив его.

– Прости, мужик, на беззвучном был.

Я не отводил взгляд.

– Ты у нас главный по охране, Хейз. Напомнить тебе, что будет, если ты бесполезен команде?..

Брайант нажал кнопку от ворот и впустил незваного гостя.

– Проходите. – Он повернулся к нам. – Это всего лишь курьер. Расслабьтесь.

Я вздохнул, провел рукой по волосам и всерьез задумался, зачем вообще взял этих идиотов к себе.

«Они верные соратники», – напомнил я себе.

Очень редкая черта. Безусловная, абсолютная преданность.

Они могли меня бесить, делать глупейшие вещи, но я ни разу не усомнился, что они прикроют мне спину. В нашем деле такое нечасто встретишь. Я был их боссом, но мы были командой. Неблагополучной, да, но эффективной, ведь мы пробились наверх и никогда не предавали друг друга.

Я постучал пальцами по столу и глянул на часы на руке.

Хейз вскочил и кинулся к Брайанту, выхватив у него пакеты.

– Что там у тебя? Я умираю с голоду.

– Вы всегда голодные.

Как дети или стая диких псов.

Брайант сунул руку в пакет, вынул что-то и бросил мне.

– Лови! Куриный ролл с беконом, без лука.

Ну хоть на что-то он годился.

Живот заурчал, но я не подал виду, что еще не обедал.

– Спасибо, – поблагодарил я и прошел на кухню на первом этаже, чтобы помыть руки. Открыв холодильник, я внезапно осознал, что напитки, которые просил разложить, находятся на кухне на втором этаже. Казус жизни в большом доме – забываешь, где что-то оставил. Но за конфиденциальность и доверие своих людей иногда приходится чем-то жертвовать. Причина, по которой мы так слаженно работали, заключалась в том, что мы фактически были продолжением друг друга: каждый знал свою роль и всегда ее выполнял. Ну, почти всегда.

Раньше мы не жили вместе, но пару лет назад это стало очевидным решением, чтобы продолжать двигаться вперед. Ни у кого из нас не было семьи и друзей, которые могли бы усложнить эту динамику. Мы все были одиночками, и каждый понимал, что подобные отношения могут разрушить все, к чему мы шли.

Звук шагов по лестнице привлек мое внимание, и когда я повернулся, Брайант уже ставил три стеклянные бутылки на стол.

Ладно, в этом он тоже хорош.

– Так, что ты там говорил? – вернулся я к прерванной теме.

Мы расселись за большим дубовым столом.

– Выйди на люди, – добавил Хейз.

Я приподнял бровь, желая, чтобы кто-нибудь наконец-то все прояснил.

Хейз откусил большой кусок бургера, быстро жуя и качая головой, будто это ускорит процесс.

– Да, – продолжил Брайант, засовывая в рот картошку фри. – Если люди увидят тебя на поле боя, как ты сворачиваешь головы и наводишь порядок, думаю, они присоединятся. Проголосуют от страха.

– Я и так сношу бошки, – ответил я. – Сегодня, если что, уже две.

– Скрытно. Ты как тень. Люди боятся твоей тени, а не тебя лично. Дай им повод встать в строй. – Брайант достал пакет с кетчупом.

Мне не хотелось меняться. Не хотелось бросать ту версию себя, над которой я работал годами. Но если я ничего не предприму, могу все потерять. А я не мог себе этого позволить.

Хейз пожал плечами.

– Стоит попробовать.

– Думаете, это привлечет людей? – спросил я, переводя взгляд с одного на другого, считывая их энергию и мелкое проявление эмоций, которое они выдавали. Я хоть и главный, но все равно ценю их мнение, ведь именно благодаря ему мы продвинулись так далеко.

– Если увидят тебя в деле и слухи распространятся, сомнений нет: либо они побегут в кусты, либо склонят головы и присягнут. – Брайант выдвинул довольно весомый аргумент.

– Ты же говорил, что хочешь провести черту, – напомнил Хейз.

Так и поступлю. Выйду из тени и покажу всем, насколько жесток и беспощаден.

* * *

Мы с Хейзом шли бок о бок по тускло освещенному коридору склада, где обрабатывалась сегодняшняя партия. Охрана засекла потенциальную опасность, и я подумал, что сейчас самое время проверить новую теорию. Напряжение возросло, как только мы вошли в комнату. Головы повернулись в нашу сторону. Люди раскрыли глаза от удивления, но тут же отвели взгляд, когда поняли, что их поймали. Все выстроились в шеренгу, не желая привлекать к себе внимание. Слишком боялись, что может оказаться правдой то, что они слышали обо мне. Они узнали меня и наверняка слышали истории о том, как я приношу разрушение и смерть. Только обычно все тихо сплетничают, никто еще никогда не становился свидетелем, потому что обычно никто не выбирался живым, стоило мне появиться. Работников, должно быть, тридцать: они выстроились в ряды по пять человек или около того. Кто-то проверял и упаковывал товар, складывая его в картонные коробки, чтобы их забрали рабочие, которые ждут, чтобы еще раз все перепроверить и запечатать для отправки.

Вооруженные охранники стояли на постах у северной и южной стен; винтовки перекинуты через плечо. Я подошел к руководителю сегодняшней бригады. Пухлый парень в толстых очках и с мешками под глазами. От него разило кофе и куревом. Его лицо блестело, и он изо всех сил старался протереть лоб платком из кармана. Хейз перебросился с ним несколькими ненавязчивыми фразами, пока я оглядывал работников перед собой. Возрастная группа простиралась от едва достигших совершеннолетия до шестидесяти пяти лет. Все разные. Единственное, что их объединяло, – ужас, который они пытались скрыть. Один мужчина взмок чуть больше остальных, и, не слыша ни слова из разговора за спиной, я понял, что это тот самый парень, за которым мы пришли. Я пристально осмотрел его, заметив, как напряглись его челюсти и задрожали руки. Интересно, чувствуют ли люди, что конец близок? Что их время почти истекло? Я расстегнул приталенный пиджак, стянул его и сложил пополам. Он обошелся в кругленькую сумму, так что я не позволю ему пострадать из-за рабочих моментов. О дорогих вещах нужно заботиться, чтобы сохранить их. Никто больше не ценит подлинное итальянское мастерство. Я не отрывал глаз от цели, передав пиджак и плавно пройдя через комнату. А затем остановился перед мужчиной и закатал рукава рубашки.

– Встань, – приказал я. По его щекам покатились беззвучные слезы, говоря мне все о его причастности.

– Выверни карманы.

Он пошарил руками, вывернув их наизнанку, чтобы показать мне. Перед началом рабочего дня все обязаны убрать личные вещи в отведенный контейнер, а забрать их разрешается только после окончания смены. Их обыскивают, после чего допускают к работе, а потом еще раз проверяют перед уходом. Так мы сводим потери продукции к минимуму. Но иногда что-то проскальзывает. Рабочие становятся хитрее, придумывают новые места, куда умудряются спрятать краденое, чтобы вывезти контрабандой.

– Сними штаны, – спокойно произнес я. Даже слишком, учитывая, что у меня на уме. Нижняя губа мужчины отвисла от шока.

– Что?

– Ты его слышал, – крикнул кто-то сзади. Глаза предателя заметались, прикидывая есть ли у него иной выбор, кроме как подчиниться. Он поступил мудро: схватился за пояс дешевых джинсов, расстегнул их и бросил на пол. Мужчина дрожал, но твердо стоял на месте.

– Полностью. – Я не обращал внимания на то, что мы в комнате, где куча людей.

– Простите?

Я раздраженно вздохнул, потянулся за пояс и достал один из пистолетов, прикрепленных на всякий случай. Оттянул затвор и зарядил патронник. Кажется, это заставило парня подчиниться. Едва он увидел оружие, как начал реветь и скулить, капля мочи упала на бетонный пол. Рабочие вокруг напряглись, но стояли на месте. Не зря, ведь с растущим раздражением я бы сейчас перестрелял что угодно, просто ради острых ощущений. Подозрения подтвердились, когда мужчина обнажился. Нам сообщили, что кое-кто сегодня особенно нервничал на рабочем месте. Он именно тот, кого мы ищем.

– Я… я могу объяснить.

– Правда, что ли? – приподнял я брови, сложив руки на груди в ожидании объяснений, как это оказалось у него в интимной зоне.

– Ну, эм… – заикаясь, начал лепетать он.

Если бы у него действительно был внятный аргумент, он бы уже его выдал. Я не стал тратить время на этого жалкого человека. Прежде чем он успел выдавить еще хоть слово, я спустил курок.

Грязные глаза распахнулись, шок исказил черты лица в тот самый момент, когда пуля вырвалась из ствола и вошла в лоб.

Кровь расплескалась, и тело рухнуло назад на стол. По всему помещению пронесся коллективный вздох.

Я сунул ствол обратно в кобуру на спине, скрытую под пиджаком.

– Кто-нибудь, приберите здесь.

Люди вокруг начали двигаться и принялись за дело. Подойдя к переднему ряду, я прочистил горло, чтобы заглушить смятение в зале. Бросил взгляд на Хейза, на лице которого сияла садистская улыбка.

– Мы не будем терпеть воровство, обман и предательство. Это не входит в часть нашей деловой морали, – заявил я, повернувшись к оставшимся в живых лицам, полным ужаса. – Платим щедро. Не правда ли? – Я наклонился к молодому парню в первом ряду.

Он боялся смотреть на меня, словно я мог убить его одним лишь взглядом.

– Да, сэр, – прошептал он.

– Я не безрассудный человек. Если возникнут трудности, обращайтесь ко мне. Но я не потерплю, – я махнул рукой в сторону парня, за которым уже прибирали, – предательства.

Хейз встал рядом со мной, как бы поддерживая сказанное.

– Если вы не согласны с моими методами, – продолжил я и указал на дверь, – если хотите присоединиться к противоположной стороне, уходите. Никто вас не держит.

Поколебавшись, один парень в третьем ряду вышел из строя и пробормотал под нос:

– Да пошло все к черту. Беккет не…

Я не расслышал последней части, да это и не неважно. Он уже пересек черту и тем самым подписал себе приговор.

В одно мгновение я выхватил пистолет и всадил в его лоб пулю прежде, чем он успел понять, что произошло.

Его тело глухо ударилось о бетон, и в тот же миг, когда по залу прокатились возгласы, наступила такая гробовая тишина, что, если уронить булавку, будет слышно.

Я снова убрал оружие.

– Ясно выразился?

Глава 3. Джун

Вам когда-нибудь доставляли столько удовольствия, что вы ни о чем другом думать не могли, только бы вернуться в то блаженное состояние? Я о том самом состоянии, когда не просто на седьмом небе, а едешь на поезде наслаждения. Член, от которого между ног все ноет, невероятный опыт и дикое желание повторить снова. Даже самые обычные бытовые дела перерастали в потенциальные мечты. Мою посуду: а что, если меня возьмут сзади? Принимаю душ – прижмут к стене? Забираю почту: может, прям тут, на улице? Я просыпалась, думая о толстом сочном члене, и засыпала, желая материализовать его в свою прожорливую дырочку.

Я листала анкеты в приложении знакомств, но ни один из парней не вызывал во мне того трепета, по которому я сходила с ума. Я даже подняла возрастное ограничение, молясь, что вдруг наткнусь на того парня из бара. Не то чтобы я привыкла гнаться за кем-то столь отчаянно, но время от времени приходилось идти на крайние меры. И только мысль о той ночи, переплетенной с безумным удовольствием, заставляла меня сделать почти все, лишь бы снова словить тот кайф.

Прошла неделя. Семь рабочих дней на нескольких подработках и жизни с идиотскими соседями, а я ни разу не встретила таинственного мужчину. Каждую ночь я протирала столы и поглядывала на угловую кабинку, где он обычно сидел, и думала, куда, черт возьми, он запропастился. Не потому, что я влюбилась или что-то в этом роде. Я всегда четко разграничивала личную и рабочую жизнь. Похоже, он не хотел видеться. Стал реже появляться в баре: сначала пару раз в неделю, а потом и вовсе пропал.

Мне даже не нужно было знать его имени, анонимность меня устраивала.

Хочет ли он снова встретиться? Сидит ли в тюрьме за то, что избил того придурка?

Но мне оставалось только сводить счеты с приложением для знакомств, надеясь, что случайный мэтч сможет утолить голод.

– Уйдешь пораньше? – спросил Джек, опираясь локтем о стойку. – Довольно пусто, похоже, никто больше не придет.

Я выпрямилась и окинула взглядом зал.

– Решай сам, ты босс. Сорок пять минут никак не повлияют на мой пустой кошелек, а шансы, что кто-то тут оставит чаевые, нулевые.

– Ладно, иди. – Он кивнул в сторону кухни. – Могу позвать кого-нибудь, если потребуется.

– Спасибо. – Я спрыгнула со стула, взяла бутылку воды и поместила ее на полку среди остальных.

– Увидимся завтра, Джун. – Джек кинул тряпку через плечо.

Он хороший парень. Немного неловкий в вопросах менструации, но какой мужчина не таков? Он любезно взял меня, когда мне понадобилась еще одна работа, и давал подстраивать график, когда две другие смены брали верх. Этот захудалый бар – настоящая дыра, но это моя любимая работа, а я повидала немало, уж поверьте. Серьезно.

Я вышла за дверь, встретив шагающую пару, которая чуть не сбила меня с ног. Они висели друг на друге, шепча глупую сладкую чушь о любви. Я покачала головой и повернула в ту сторону, откуда они шли, – район Хейвен, известный добротным количеством баров, где можно спокойно выпить на улице из открытых бутылок. Будешь в Хейвене – тебя не поймают. Выйдешь за его пределы – примут за распитие алкоголя.

Я достала телефон и отправила сообщение потенциальному любовнику, написав, что закончила раньше и могу встретиться скорее. Очень надеялась на встречу, ведь я была готова оттрахать последнего партнера из списка в надежде выкинуть член таинственного незнакомца из головы.

Могла бы написать Коре и потусить с ней, но у меня крутилась навязчивая мысль, и я не хотела беспокоить подругу, чтобы потом бежать на встречу с каким-нибудь чуваком. Я собиралась увидеться с ней завтра, так что этой ночью решила ехать в одиночку.

– Извините, – сказала я группе парней у входа в бар, – можно пройти? – Они не шевельнулись, и я повысила голос: – Отойдите.

Их глаза расширились, они еле пробормотали «извините» и сдвинулись.

– Сучка, – донеслось от кого-то из них.

Я остановилась, перебирая в голове разные сценарии. Их пятеро, я одна. Они в стельку пьяны, а я слишком трезвая. Я могла бы одним ударом в горло уложить парочку из них, прежде чем остальные успели бы вмешаться. Но это бы создало хаос и, возможно, загубило мои шансы на вечер. Я вздохнула и выбрала более безопасный путь.

Ухватив ручку двери, я резко распахнула ее, врезавшись в одного из придурков.

– Ой, – сделала я виноватый вид, будто случайно. И тут же, не удосужившись выслушать их дикие возмущения, шагнула в шумный бар.

Я протиснулась через толпу, оставив идиотов позади, и молча молилась, чтобы парень, с которым я назначила встречу, не оказался таким же козлом.

Добраться до стойки было непросто. Мне потребовалась целая вечность, чтобы пройти сквозь толпу, наконец втиснуться в крошечный свободный уголок и попытаться привлечь внимание ближайшего бармена.

Кто-то толкнул меня сзади, и я влетела в мужчину, сидевшего у стойки.

– Черт, извини, – выдохнула я. На этот раз правда случайно.

Я выставила руки, чтобы не потерять равновесие, а парень, в кого я врезалась, быстро протянул руку помощи, не дав мне упасть.

– Все в порядке? – Его ярко-голубые глаза, как кобальт, взглянули на меня из-под темных ресниц. В них было что-то до боли знакомое. Я его знаю.

Мой взгляд скользнул к его губам, к едва заметной веснушке под подбородком.

Нет. Не может быть. Этого просто не может быть.

В памяти вспыхнуло лето перед седьмым классом. Мне было, может, двенадцать. Я не могла представить, что пойду в среднюю школу, так и не испытав первый поцелуй. Казалось, люди увидят – почувствуют, – что я та девочка, которую никто никогда не целовал.

И тогда появился он. Самый добрый, внимательный мальчик, какого я только знала. Мы были друзьями с самого детства, но, когда я призналась ему в своих «страхах о поцелуях», он не стал смеяться. Вместо этого мы пересекли черту, и наша дружба переросла во что-то большее.

Я влюбилась. Настоящая детская любовь. Все то лето пронеслось как сон. Мы тайком выбирались из дома, целуясь под ночным небом, пробирались в местную лавку мороженого ради стаканчика с шоколадной крошкой, танцевали под дождем.

Прямо как в кино. Настоящее. Чистое. Невинное.

А потом все закончилось в одно мгновение.

Вроде только вчера мы сидели на крыше любимой пиццерии, держась за руки, а уже сегодня я стояла на обочине и прощалась с ним через окно отцовского ржавого пикапа.

Я до сих пор вижу перед глазами тот момент: дурацкая машина гудит, поднимая клубы пыли от гравия, а мое сердце будто выворачивается наружу, чем дальше он отъезжает.

Он высунулся из пассажирского окна, но отец втянул его обратно, и тогда он просто прижал ладонь к заднему стеклу.

Я больше никогда о нем не слышала.

И с каждым днем мое сердце леденело от потери.

Раньше до меня доходили истории о разбитом сердце. Слухи о боли, которую не передать словами. Но я не знала, что это такое, пока не почувствовала сама. Боль была стремительной и беспощадной, как удар от ножа. Без предупреждения.

И я поклялась: больше никогда не позволю себе быть настолько уязвимой. Единственный способ выжить – отключить эмоции и идти вперед.

Так я и поступила. Пережила. Перешла на другую сторону и больше не оглядывалась.

Я не вспоминала о нем годами. До этого момента. До тех пор, пока мой взгляд не обвел его черты, которые со временем совсем не изменились.

– Коэн? – Его имя сорвалось с губ как вопрос, хотя я точно знала: это он, тот самый мальчик, который сейчас держал меня за плечо.

Он нахмурился.

– Джей? – Парень произнес мое старое прозвище, то, которое когда-то звучало только из его уст.

Я очнулась, будто от транса, стряхнула его руку и выпрямилась, вцепившись в собственное самообладание.

– Джун, – холодно поправила я.

Он больше не тот мальчик, с которым я держалась за руки под звездами на пляже, потому что и я уже не та девочка, что рыдала ночами, когда он исчез из ее жизни.

Те Коэн и Джун умерли почти десять лет назад, и я отказываюсь когда-либо воскрешать эту частичку себя.

Все стало гораздо проще, когда я вернулась в школу той осенью, все были уверены, что я потеряла гораздо больше, чем просто первый поцелуй с парнем на несколько лет старше меня. Я перестала бояться, что они сочтут меня неопытной, и начала хранить девственность. Но это оказалось бессмысленным, и в конце концов я решила, что с таким же успехом могу принять «запятнанную» девушку.

Было не так уж сложно, учитывая, что все парни уделяли мне гораздо больше внимания, чем другим девушкам. Не говоря уже о том, что я быстро поняла, каким чертовски приятным может быть секс. Поверьте, у меня было немало неприятных моментов, но я быстро поняла, как мне нравится исследовать свою сексуальность. И пока партнеры согласны и соблюдается безопасность, нет ничего плохого в том, чтобы раскрыть свою дикую сторону.

– Отлично выглядишь, – подметил Коэн.

Ну конечно. На мне форма с надписью: «Пожалуйста, дайте знать, если что-то понадобится».

– Ты тоже, – я старалась ответить как можно менее интригующе.

Очевидно, он все еще великолепен. С длинными взъерошенными светлыми волосами, как у серфера, и дурацкими голубыми глазами. Его черты лица, очевидно, стали более резкими, учитывая прошедшее время. Несмотря на то, что он сидел, я заметила, что он стал выше, шире, с солидным слоем мышц, благодаря чему простая темно-синяя футболка облегала его наилучшим образом.

Если бы мы не разделяли общее прошлое, я бы обязательно подумала о том, чтобы включить его в список кандидатов на секс-терапию. Но это не так, поэтому мне нужно было сохранять спокойствие и не показывать ему, как меня сбивает с толку его существование.

Он перевел взгляд на свой стакан, затем на меня.

– Выпей со мной.

Я сглотнула, немного удивившись приглашению. Да и ситуации, в целом.

– Я кое-кого жду.

– Тогда пока он не пришел, – попросил парень после паузы. – Пожалуйста.

И, конечно, я попалась. Его мягкое «пожалуйста» сработало как капкан, заманчивый и чертовски притягательный. Не то чтобы мой сегодняшний «кадр» написал хоть что-то, а бокал алкоголя мне сейчас жизненно необходим. Может, у Коэна получится заполучить внимание бармена быстрее, чем у меня. Всего лишь выпивка, я всегда могу уйти, когда захочу.

Что может пойти не так? Это известная последняя фраза, после которой все идет кувырком, но она каким-то образом усмирила тревогу внутри.

– Ладно, но удачи с бар…

Я не успела договорить. Стоило ему поднять руку, как к нам моментально подошла улыбающаяся барменша с красными щеками.

– Готовы к добавке? – спросила она.

Я прищурилась, разглядывая Коэна. Неужели за все эти годы он научился управлять людьми силой мысли?

– Пока нет, – он усмехнулся, повернувшись ко мне. – Ей то же, что и мне.

– Да, точно, – опомнилась я. – Бурбон. Два пальца. Безо льда. Что-нибудь подешевле.

Коэн остановил ее движением ладони, не дав потянуться к дешевой полке.

– Нет. Дайте ей то же, что и мне.

Барменша приподняла бровь, но послушалась. Достала из-под стойки невысокую бутылку с густой янтарной жидкостью.

Я увидела черную этикетку и едва не открыла рот от удивления.

Double Hawks Mark. Около тысячи долларов за бутылку. По сотне за шот.

В нашей забегаловке такой стоит на отдельной полке специально для одного-единственного клиента, которого видят раз в год.

– Нет, правда, мне и из дешевого угла подойдет – Я кивнула на ряды обычных бутылок.

Коэн положил ладонь мне на предплечье.

– Я настаиваю. Это самое меньшее, что я могу сделать.

За то, что исчез и разбил мне сердце? Да уж. Двести долларов за глоток «самое меньшее» в самый раз.

Я перестала сопротивляться и притянула к себе бокал, когда барменша поставила его на стойку.

– Спасибо, – кивнула я и вдохнула аромат. Плотный, терпкий, с легкой сладостью.

Позади нас вдруг раздался визг. Я дернулась, обернулась и увидела девушку, орущую своей подруге:

– Это же моя песня!

Коэн повернулся ко мне, подняв свой бокал.

– За встречу?

– Да? – хмыкнула я. – А за что именно пьем?

Он вздохнул будто сбросил груз и сразу же накинул его обратно.

– Скажи, не слишком банально будет за судьбу?

Судьба – злая сука.

– Очень банально, – ответила я. – Но, чувствую, тебя это не остановит.

– Ты все так же отлично меня читаешь. – Он поднял бокал. – За судьбу.

Когда-то я действительно думала, что знаю его. Но когда он уехал без вестей, поняла, что знала только иллюзию.

С тех пор я усвоила простую истину: рассчитывать можно только на себя.

– За судьбу, – все же согласилась я, чокаясь с ним. – Знаешь, если во время тоста отвести взгляд, семь лет плохого секса обеспечено.

Коэн усмехнулся, глядя прямо мне в глаза:

– Не можем же мы это допустить, верно?

Мы сделали по глотку. Я дала напитку разлиться по языку: нотка ванили и… чего-то еще.

– Мускатный орех, – подсказал он, будто прочитал мысли.

– Восхитительно, – призналась я. И чертовски дорого.

Он похлопал по пустому стулу рядом.

– Присаживайся.

Я оглядела толпу и суетящихся людей. Телефон молчал. Никакого сигнала от «любовника».

Я вздохнула и уступила, усевшись рядом.

Коэн не отводил взгляда, будто боялся, что я растворюсь.

– Итак? – Я крутанула бокал в пальцах. – Что скажешь? Может, извинишься за то, что исчез?

Он замялся, проведя рукой по шее.

– Прости, просто… не верится, что это правда ты.

Я пожала плечами и сделала еще один глоток.

– Сюрприз, – буркнула я без энтузиазма.

– Расскажи о себе, – вдруг оживился он. – Ты ведь актриса, да?

Я фыркнула.

– Мне было двенадцать, когда я это сказала.

– Да, но ты тогда так горела этим! Я был уверен, что ты добьешься своего.

«Я тоже во многом была уверена, – подумала я. – В нас. В тебе». Но время умеет переучивать.

– Нет. Бизнес-факультет, – ответила я, благоразумно опустив часть про то, как бросила учебу.

– Фу, – скривился Коэн. – Практично, но ужасно.

– А ты? – спросила я, слегка прищурившись. – Что-то не похоже, что ты живешь в фургоне и колесишь по стране.

Коэн вздохнул, коротко усмехнувшись.

– Похоже, мы оба немного промахнулись с тем, кем хотели стать, когда вырастем.

Я сменила позу, уперев каблуки в металлическую перекладину стула.

– И чем ты сейчас занимаешься?

– Охрана.

– В смысле, в торговом центре? – приподняла я бровь. Тогда как, черт возьми, он может позволить себе такой бурбон?

Коэн покачал головой.

– Нет. Личная охрана.

Я моргнула. Милый, спокойный Коэн занимается опасной работой? Не верю.

Если прошлый опыт чему-то и научил меня, так это тому, что он недоговаривает. Ну и ладно. Если захочет, расскажет.

Он достал телефон, быстро нажал пару кнопок и спрятал обратно.

– Извини, работа.

– Ага, – буркнула я. Чудесно. Теперь у нас не просто неловкая беседа, а неловкая беседа с паузами на «дела».

– Как твой отец?

– Умер.

– Что? – я не уверена, расслышала ли правильно из-за грохота музыки.

– Да. Вскоре после того, как мы переехали.

Столько лет назад…

– Господи, Коэн… Мне жаль. – Я бы ни за что не подняла эту тему, если бы знала.

Он поднес стакан к губам.

– Все в порядке, правда.

Врет.

Он поставил бокал, голос стал тише, будто говорил не мне, а самому себе:

– Думаю, я был слишком зол на него… за… – Его взгляд скользнул по мне. – Ну, ты понимаешь. – Он вздохнул. – Поэтому мне было трудно по-настоящему оплакать его.

Наконец-то правда. Та, что неприятно давит изнутри, заставляя сердце сжаться.

Но уже через секунду он снова возвел стену: плечи выпрямились, голос снова легкий.

– Но это все в прошлом. Где ты учишься?

– Ко… – начала я, но в следующую секунду увидела не взрослого мужчину напротив, а того самого десятилетнего мальчика с кладбища, собирающего одуванчики для маминой могилы.

– Не надо, – попросил он.

– Что?

– Делать вид, будто я не все испортил.

– Эй! – вдруг раздалось позади. Чья-то рука легла мне на плечо, мягко, но настойчиво отодвигая от Коэна.

Прежде чем я поняла, что происходит, Коэн уже стоял на ногах. Он схватил мужчину за руку, выкрутив ее за спину, и со звуком вдавил его лицом в стойку.

– Черт, мужик, какого черта! – выкрикнул тот. – Отпусти!

Глаза Коэна стали дикими, незнакомыми.

– Ты его знаешь? – спросил он, глядя на меня.

Я прищурилась, пытаясь разглядеть сквозь свет и тени лицо парня. Узнав, я медленно кивнула, ошарашенная реакцией.

– Да. Это мой… у нас свидание.

– О. – Коэн сразу же его отпустил. – Мой промах. – Он пригладил парню рубашку, будто тот просто споткнулся. – Извини.

Мой «любовник» потер запястье, зло сверкая глазами.

– Псих. – Затем повернулся ко мне. – Это твой парень или как? Я не в теме, но третьим быть не хочу.

– Нет, – поспешила ответить я, хотя где-то глубоко внутри что-то пошатнулось. – Просто старый друг. Мы болтали.

– Ну так что, закончили или мне подождать? – бросил он.

Джейсон… или Джереми? Черт, надо будет потом проверить переписку.

– Не нужно, – вмешался Коэн. Он взял и залпом допил остатки бурбона. Поставив стакан на стойку, кивнул барменше: – Что бы они ни заказали – за мой счет. А себе возьми чаевые, как обычно.

– Это ни к чему, – начал возражать «Джейсон».

Барменша улыбнулась, одобрительно кивнув.

– Спасибо, милый.

– Конечно, – ответил Коэн и сделал шаг ко мне.

Он положил ладони мне на плечи и, заглянув прямо в глаза, в следующее мгновение притянул к себе.

Я застыла, не дыша, его тепло, запах, все слишком знакомо и слишком давно забыто.

Грудная клетка будто трескалась изнутри.

Он коснулся губами моей щеки.

– Повеселись, Джей, – прошептал он. – Ты заслужила.

И прежде чем я успела хоть что-то ответить, он развернулся и исчез в толпе, оставляя после себя то же ощущение, что и десять лет назад: старый пикап, медленно отъезжающий по пыльной дороге, а я снова стою и смотрю ему вслед, зная, что он не обернется.

– Джун? – раздался голос рядом.

Проморгавшись, я повернулась.

– Джейсон.

Он покачал головой, тяжело вздохнув.

– Джереми.

– О, точно. Да, я знала. Прости. – Вот что я получила за то, что не проверила все дважды, прежде чем открыть рот. – Странная ночка.

– И не говори. – Он указал на два свободных стула. – Присядем?

– Конечно. – Я провела пальцами по волосам, заправив прядь за ухо, и невольно посмотрела в ту сторону, где исчез Коэн.

Как вообще такое могло случиться, что спустя столько лет он все еще вызывал во мне такие сильные чувства, будто между нами не прошло времени, не было боли?

Часть меня хотела ненавидеть его, ведь именно это чувство я взращивала годами, но где-то глубоко таились тянущая грусть и глухая боль, подсказывающие, что в этой истории было куда больше, чем я могла вообразить.

Я сделала длинный глоток бурбона, который заказал для меня Коэн, и поймала себя на мысли, как странно, что оба мужчины, которых я не могла выкинуть из головы, пили одно и то же пойло. Это ведь не могло быть простым совпадением, верно?

Хотя каковы шансы, что они вообще знали друг друга? Коэн был всего на несколько лет старше меня, а тот таинственный мужчина из бара, с которым я переспала, был минимум вдвое старше.

– Так ты студентка или?.. – спросил Джереми, поднимая бутылку дешевого пива. Я даже не заметила, как он его заказал. Он отпил глоток и окинул взглядом зал.

Его черты были мягкими, приятными, но немного скучными. И если быть честной, я не понимала, зачем вообще свайпнула его.

Наверное, потому что он выглядел добрым. Может, я подсознательно искала полную противоположность тому мужчине, надеясь таким образом выбить его из головы.

Что бы я там ни думала, не сработало, потому что мои мысли были где угодно, только не рядом с милым парнем, сидевшим рядом.

– Да, – ответила я. – Ну… не совсем. Я взяла академический отпуск.

– Круто, – кивнул он. – На кого учишься?

– Бизнес.

Этот разговор был таким же сухим, как у меня между ног.

– Класс, я тоже бизнес изучаю.

Я крутила стакан в руках, понимая, насколько все бессмысленно.

– Слушай, Дж… – я едва не оговорилась, – Джереми. Ты, кажется, хороший парень, но, – я махнула рукой между нами, – не получится, – и осушила остаток бурбона одним движением.

Джереми открыл рот, будто хотел что-то сказать, но передумал. Смирился.

Я спрыгнула со стула и на секунду задержалась.

– Удачи тебе.

Бросив прощальные слова, я ушла, проталкиваясь через толпу к выходу и не испытывая ни малейшего сожаления, что поставила точку в сегодняшней попытке переспать с незнакомцем, чтобы забыть другого.

Потребовалась пара минут, чтобы выбраться из «Хейвена». И когда я наконец оказалась вне грохочущего ада, легкие благодарно впитали прохладный ночной воздух.

Я тяжело вздохнула, проверила время на телефоне и мысленно выругалась. Черт, как же не хочется возвращаться в квартиру, полную соседей-идиотов. Я ведь рассчитывала, что смогу остаться у случайного парня на ночь и хоть немного отдохнуть от этого дурдома. Перезагрузиться.

Грустно признавать, но мысль о возвращении домой вызывала во мне одно лишь отвращение.

Они были неряхами. Громкими. Невыносимыми. Без намека на такт или уважение. О покое и уединении можно было забыть, а в нынешнем состоянии мне меньше всего нужна была чья-то хаотичная энергия.

Так я оказалась здесь, в маленьком парке на окраине города. Тихом, спокойном, дающем хоть крошечную передышку в сумасшедшем водовороте под названием жизнь.

Наверное, не стоило приходить сюда ночью – сама ведь рисовала декорации для потенциального хоррора, – но все равно пришла. Как всегда.

Раз в неделю я приходила сюда одна, просто сидела и слушала. Слушала, как шепчет ветер, как щелкают цикады, как дышит ночь, и наслаждалась, что вокруг никого. Ни одного человека, способного нарушить хрупкое спокойствие.

Я села на ту же лавку, что и всегда, откинула голову назад, закрыла глаза и глубоко вдохнула, затем медленно выдохнула, заземляясь в настоящем.

Может быть, если смогу очистить голову, вселенная наконец подаст мне знак, что, черт возьми, происходит с моей жизнью.

Глава 4. Джун

– Может, она мертва, – прошептал кто-то.

– Вот, воспользуйся палкой, – добавил другой голос.

Я приоткрыла один глаз, щурясь от слепящего солнечного света. Как я вообще не заметила, что уже утро?

Подросток, девочка лет шестнадцати, ахнула и отступила назад.

– Прости, мы…

Я потерла глаза и села, потянулась и зевнула.

– Который час?

Парень с палкой в руке указал на скамейку, на которой я сидела.

– Ты что, всю ночь здесь спала?

– Нет, – ответила я, – просто проснулась пораньше, чтобы прийти сюда и вздремнуть.

Я поднялась, вытащила телефон из кармана и нажала на экран.

Прекрасно. Разряжен.

– А что, похоже на то?

Они переглянулись, явно не зная, как на меня реагировать.

– Ты… бездомная? – спросил парень, будто само слово могло заразить его чем-то неприятным.

– Я похожа на бездомную? – Я показала на себя и на свой, пусть и мертвый, но явно дорогой телефон в руке.

– Ну, ты спала на скамейке… в парке… – Он скрестил руки. – Ты что, не в себе?

– Ага, настолько, что хочется убивать тупых подростков, которые отказываются говорить, который час, – бросила я и перевела взгляд на тропинку. – Никого же поблизости нет, кто услышал бы ваши крики о помощи.

– Томми, – девочка дернула парня за рукав, – пойдем отсюда.

– Остынь, Лиззи, – отмахнулся он и глянул на свои смарт-часы. – Семь десять.

– Черт, – пробормотала я.

Моя смена в забегаловке начнется меньше чем через час, и с каждой секундой шансы успеть принять душ таяли на глазах.

Какого, мать его, черта я вообще умудрилась проспать всю ночь на каменной лавке? И как меня не прибил какой-нибудь маньяк, охотящийся на глупых девиц, засыпающих в парках?

Не поймите неправильно, я довольно безрассудная, но даже для меня это новый уровень наплевательства.

Хотя, если подумать, зная, что усну так крепко, я бы уже давно прихватила подушку и одеяло.

* * *

Я всовывала ключ в замок, предчувствуя надвигающийся кошмар от возвращения в квартиру. Была уже половина восьмого, и изнутри доносилась музыка. Самодельный рок, записанный Картером и его жалкими друзьями. Я, конечно, не против креатива и следования мечтам, но их «творчество» звучало так, словно на них напали еноты, а они пытались выгнать их с помощью инструментов. Сначала мне казалось, что я преувеличиваю, и это портило мое восприятие. Но нет: единственные, кто притворялся, что им нравится эта жалкая пародия на музыку, были Хизер и мерзкие приятели Картера.

Клапан душа закрылся, кто-то шарил в ванной, я же отправилась в свою комнату за вещами. Оставалось только надеяться, что этот кто-то поскорее закончит.

Через секунду дверь в мою комнату распахнулась, и в проеме показался Картер, только что из душа, с полотенцем, небрежно обернутым вокруг талии. Вода еще блестела на его теле, он и не пытался вытереться. Зная его, он, наверное, даже уши не мыл, не то что другое место. Мне становится противно от одной мысли о его отвратительных половых органах.

– Что тебе нужно, Картер? – Я перерыла стопку одежды и схватила чистый топ.

Он прислонился к косяку и оценивающе посмотрел на меня.

– Ты и я. – Он мельком посмотрел назад, будто ему было плевать, услышит ли кто-нибудь, то есть Хизер. – Что думаешь? У меня есть потребности, у тебя есть потребности. – Он вздохнул и облизнул губы.

– Ты отвратителен, если думаешь, что я соглашусь переспать с тобой, – ответила я.

– Не будь такой резкой, Джей. – Картер скрестил руки на груди. – Я знаю, где ты проводишь ночи. В постели с каким-нибудь незнакомцем.

– Что я делаю и с кем делаю – не твое дело. – Я собрала последние вещи и направилась к выходу.

Он встал у меня на пути, загородив проход.

– Подумай об этом.

– Нет. Убирайся с дороги, пока я не опоздала на работу. – Я пыталась протолкнуться мимо.

– Джун, – выглянула Хизер из-за него.

В этот же момент выражение его лица сменилось, и он отошел в сторону.

– Да? – спросила я, продвигаясь мимо.

Она потерла сонные глаза и зевнула.

– Мне нужна твоя часть аренды.

Я замерла и обернулась.

– Что?

Хизер плотнее закуталась в коричневый кардиган.

– Напомнили, что платеж должен был поступить несколько дней назад. Ты опоздала.

Я моргнула, и в голове возникла картинка, как в прошлом месяце я запихивала деньги в тот же конверт и клала на то же место.

– Нет. Я платила на прошлой неделе.

Она вздохнула и покачала головой.

– Ты, должно быть, забыла. Денег там не было. – Затем добавила: – Ты уже пропускала платеж раньше.

– Один раз, черт возьми, потому что отравилась, – резко ответила я.

Картера это не тронуло. Он подошел к Хизер и обнял ее за плечи, но она оттолкнула его:

– Перестань, ты мокрый.

– Если нужно, я могу одолжить, – предложил Картер, обращаясь ко мне.

Я холодно посмотрела на него, прекрасно зная, что именно его вороватые лапы, скорее всего, и стащили мои деньги. К сожалению, доказать никак не могла. Его слово против моего, а при том, что он был у Хизер на мушке, она никогда бы мне не поверила. Это бесполезная борьба.

Я отомщу Картеру, но сейчас меня волновала другая проблема: как за один день раздобыть шестьсот долларов, если я едва сводила концы с концами.

– Спасибо, Картер, как-нибудь выкручусь. – Я зашла в ванную и захлопнула дверь, заперев ее на замок.

– Мне нужно до завтра, чтобы избежать штрафа, – послышалось с той стороны.

– Поняла, – ответила я, но в душе задавалась вопросом: как все провернуть. Мне было сложно снова собрать деньги, в прошлый раз пришлось исхитриться, а следующий месячный платеж уже маячил на горизонте.

Я пахала как лошадь, между сменами почти не было времени, хотя наверняка было что-то получше, чем текущие подработки.

В голове мелькнула мысль одолжить у Коры. Она жила с родителями и, по ее словам, с детства откладывала приличную сумму. Мне не хотелось просить, но, если в ближайшие двенадцать часов не появится какая-нибудь фея-крестная, я вряд ли смогу собрать нужную сумму.

Я не должна была этим заниматься. Вор должен был признаться, но я понимала: выудить из него признание так же нереально, как приручить дикого гепарда.

Я сказала себе, что разберусь, ведь всегда как-то получалось. А сейчас мне нужно было сосредоточиться на другом: принять самый быстрый душ в жизни и успеть на первую работу за день.

Я повернула кран, скинула с себя одежду и нетерпеливо ждала, когда вода станет теплой. Но этого так и не произошло. Вместо этого она текла холодной, едва теплой струей – ясный знак, что Картер, конечно же, использовал всю горячую, что оставалась. Ну а почему бы ему не испортить еще один аспект моей жизни?

* * *

– Ты опоздала, – сделал выговор Роско, даже не потрудившись оторвать взгляд от утренней газеты.

– Извините, сэр. Просто…

Он поднял руку, прерывая меня:

– Мне не нужны твои оправдания. Мне нужно, чтобы ты приходила вовремя.

– Понимаю. Этого больше не повторится, – ответила я, произнеся ту же самую фразу, что уже говорила ему не раз. Не то чтобы я нарочно старалась быть паршивым работником, просто трудно совмещать ночные смены в баре и появляться к открытию пекарни утром.

А если добавить к этому случайную ночевку в парке и идиотского соседа, то пунктуальность явно не входила в список моих сильных сторон. Плюсом, конечно, редкие вечера с друзьями. Разве преступление иметь социальную жизнь?

– Ты права. Не повторится, – наконец он поднял на меня глаза, уставившись прямо в душу. – Ты уволена.

Словно удар под дых, который выкачал из меня весь воздух, а вместе с ним исчезли последние шансы собрать нужную сумму вовремя.

Я сделала шаг вперед, готовясь уже встать на колени и умолять о прощении.

– Сэр, пожалуйста. Еще один шанс. Мне правда нужна эта работа.

– Если бы она тебе была нужна, ты пришла бы десять минут назад, а не опоздала, – отрезал он. – Да еще и в таком виде. – Он устало махнул рукой. – Иди. Не трать мое время.

Мой рот приоткрылся, но слова так и не сформировались. Может ли этот день стать еще хуже?

Я вышла навстречу утреннему ветру, сглотнула ком в горле и огляделась, не зная, куда теперь идти. Пиццерия, где я подрабатывала днем, открывалась только через пару часов, а бар – вечером. Возвращаться домой не имело смысла, я ненавидела это место. К тому же перспектива провести остаток жизни в тюрьме за убийство Картера не казалась особенно заманчивой.

Так что я просто пошла вперед, позволяя ногам вести меня куда-то на запад, надеясь, что вселенная перестанет быть такой жестокой и наконец подкинет мне хоть какую-то удачу.

Через несколько минут я прошла мимо университета, где, по идее, должна была учиться. Студенты сновали между зданиями, занятые своими делами.

Не то чтобы я любила учебу – да кто вообще в здравом уме ее любит? – но у меня хотя бы была цель. Смысл. Шанс вырваться из той дерьмовой жизни, в которой я застряла. Но никто ведь не предупреждает, насколько дорого обходится самостоятельность. Пытаться оплатить жилье и обучение без чьей-либо помощи адски тяжело.

У кого-то есть родители, партнеры, стипендии или хотя бы господдержка. У меня ничего, кроме того, что я сама могу заработать. А заработки мои и так растянуты до предела. До такой степени, что я уже начала задумываться, не стоит ли стать немного похожей на Картера, если хочу пережить эти мрачные дни.

Я прошла еще пару кварталов, высматривая объявления «требуется помощь» на витринах в отчаянной попытке спасти себя от мелкого воровства или незаконной торговли. Обе вещи, впрочем, явно входили в хобби Картера, когда тот не просиживал на облезлом диване.

У одной из витрин стоял пожилой мужчина, складывая лестницу и смотря вверх на фасад здания. Завидев меня, он тепло улыбнулся:

– Потерялась, что ли?

С седыми висками он немного напомнил мне того загадочного незнакомца из клуба, но все же был явно старше и доброжелательнее.

– Я просто… – начала я, но так и не закончила.

Мужчина кивнул, закинул лестницу на плечо и сказал:

– Бывало у меня немало таких дней. – Он кивнул на вывеску над дверью. – Хочешь кофе? За счет заведения. – Будто почувствовав, что я собираюсь отказаться, дедуля поспешил добавить: – Никакого подвоха.

Честно говоря, предложение было не из худших. Мне и правда нужно было перевести дух и обдумать, что делать дальше. А бесплатный кофе звучал как подарок судьбы. Хотя в глубине души я не верила, что люди делают добрые дела просто так.

Но что-то подсказывало мне, стоит согласиться. Может, это и был тот самый шанс, о котором я просила вселенную.

– Да, было бы здорово, – наконец ответила я.

Мужчина улыбнулся и распахнул дверь, колокольчик над ней тихо звякнул, когда я вошла. И сразу же меня окутал райский аромат свежей выпечки и заваренного кофе.

Я бывала в этом заведении пару раз, но, клянусь, не припоминаю, чтобы здесь пахло настолько божественно.

Может, все дело в том, что я не завтракала. А может, просто в отчаянной потребности хотя бы на минуту почувствовать, что все будет в порядке.

Клэр раньше подрабатывала здесь, еще до того, как ее парня застрелили в переулке за зданием, тогда она собрала вещи и уехала обратно на Восточное побережье. Я знала ее недолго, всего пару месяцев, но за это время мы успели с ней неплохо подружиться.

С ее парнем Джонни случилась ужасная трагедия. Особенно после всего, через что Клэр уже прошла с токсичным до чертиков бывшим. Говорили, тот совсем поехал крышей, пытался убить ее, но сам упал с лестницы. Я узнала эту историю уже после того, как Клэр уехала, – слухи в школе разносятся быстро, особенно когда за короткое время находят мертвыми сразу нескольких студентов, включая Джонни с огнестрельными ранами.

Пахло бандитскими разборками, но люди знают: лучше не совать нос в мафиозные дела, если не хочешь закончить так же.

– Сливки или сахар? – спросил пожилой мужчина.

Я покачала головой и забралась на свободный табурет у стойки.

– Черный кофе подойдет, спасибо.

Он кивнул в сторону стеклянной витрины, полной выпечки.

– Пончик?

– Кофе достаточно. Благодарю. – К тому же, если я все-таки собиралась встретиться вечером с Корой, мне нужно было экономить каждую копейку, чтобы потом утопить себя в алкоголе.

– Настоятельно рекомендую. Черничный или простой?

Я попыталась не прищуриться, но его доброта казалась слишком непривычной и потому подозрительной.

Он тихо рассмеялся.

– Я ничего не замышляю, обещаю. Просто насмотрелся на жизнь и вижу, когда человеку нужна помощь.

Ага. Значит, он мой фей-крестный?

Я немного смягчилась.

– Удивите меня.

Он достал пончик из витрины, положил на тарелку рядом с дымящейся чашкой кофе и протянул мне.

– Брэм.

Я моргнула, потом перевела взгляд на логотипы и надписи по всему кафе, и кусочки пазла сложились воедино.

– А, – протянула я, пожав руку. – Тот самый Брэм.

Он закатил глаза.

– Как будто я знаменитость.

– Простите, просто теперь все встало на свои места. – Я поняла, что не представилась. – Джун. – Поднесла кружку к губам, вдохнула терпкий аромат и осторожно отпила.

– Приятно познакомиться, Джун, – сказал Брэм, вытирая полотенцем брызги апельсинового сока со стойки двумя сиденьями дальше. – Что заставило тебя вот так бродить с утра пораньше?

Я поставила кружку и покрутила ее в руках.

– Эм… я только что лишилась работы.

Брэм кивнул, будто прекрасно понимал, хотя это вряд ли возможно.

– Понятно.

– Сейчас у меня все плохо с деньгами, а увольнение стало вишенкой на торте. Не то чтобы я виню начальника, я правда опоздала, и не в первый раз. У меня еще две работы, но они начинаются позже, а домой идти не хочется, с соседями невозможно находиться под одной крышей. – Я вздохнула и отломила кусочек пончика. – Вот я и брожу, пытаясь найти хоть какое-нибудь место, где требуются сотрудники.

Он приподнял бровь.

– У тебя три работы?

Я кивнула и закинула кусочек в рот.

– Пытаюсь накопить, чтобы съехать. Но дела идут паршиво. – Особенно когда Картер ворует мои деньги за аренду.

– Тяжело, – согласился Брэм, скрестив руки. – Неудивительно, что ты опоздала. Ты вообще спать успеваешь?

– Да, в любую свободную минуту. Могу задремать, где придется. – Я, конечно, не упомянула про скамейку в парке.

– Ты еще и студентка?

Я прикусила губу, чувствуя легкий стыд.

– Нет. Взяла академический отпуск на семестр.

Зачем я вообще все это рассказываю совершенно незнакомому человеку?

– Похоже, тебе нужна работа, где понимают, через что ты проходишь, – заметил он.

– Было бы неплохо, – хмыкнула я. – Ближе всего к этому, наверное, Джек, но и он еще тот эгоист.

К стойке подошла девушка примерно моего возраста, переключив внимание Брэма на себя.

– Можно мне большой мокко с собой?

Брэм нажал пару кнопок на кофемашине.

– Что-нибудь еще? Может, маффин с бананом и орехами?

Девушка бросила взгляд на мою тарелку.

– А что у нее?

Я включила режим продавца.

– Черничный олд-фэшн. Божественно вкусный. Десять из десяти, рекомендую.

– Тогда мне шесть таких, пожалуйста. С собой. – Она протянула карточку, и Брэм вставил ее в терминал.

Пока он оформлял заказ, я вежливо молчала, доедая пончик и потягивая кофе. Он работал уверенно и спокойно, словно мог делать все с закрытыми глазами.

Когда девушка ушла, он подлил мне кофе.

– Спасибо за помощь.

– Всегда пожалуйста, – ответила я. – Мелочь по сравнению с тем, что вы для меня сделали.

– Мне бы не помешала помощь, – признался он, наполняя сахарницы у кассы, – если ты ищешь замену той работе, с которой тебя сегодня уволили.

– Вы шутите? – Я уставилась на него, совершенно не веря своим ушам.

– Нет. Я вполне серьезен. Гибкий график. Можешь заняться доставкой, если хочешь, там неплохие чаевые. Обычно я не предлагаю доставку, но, когда предлагаю, спрос хороший.

Почему это звучало так, будто он уговаривал меня принять работу, а не наоборот?

– Эм… да. Конечно да! Я могу делать все что нужно. – Я спрыгнула со стула, едва удерживаясь, чтобы не обнять этого человека, который, возможно, только что спас мой день. – Когда могу начать?

Он взглянул на часы за спиной.

– Ну… хоть сейчас? – Брэм посмотрел на меня. – Если, конечно, ты не занята.

Я рассмеялась.

– Совсем нет. – Указала на оставшиеся у стойки пакетики сахара и заметила такие же на всех столиках. – Хотите, я наполню их?

– Да, – кивнул новый начальник.

И именно тогда я впервые заметила в нем какую-то печаль, будто в его жизни чего-то не хватало. Что-то тихо терзало его душу и заставляло сердце болеть. Для такого доброго человека это несправедливо. Пусть я знала его всего минут двадцать, но за это короткое время он проявил ко мне больше доброты, чем большинство людей за всю жизнь.

Я быстро справилась с первым поручением, потом принялась за салфетницы.

– Эй, подайте-ка метлу, – попросила я, закончив, и принялась выметать мусор из-под кабинки в углу.

– Твоя первая доставка. – Он поставил бумажный пакет на стойку. – Умеешь ездить на велосипеде?

– Да.

– Хорошо. Я вынесу его тебе. – Он кивнул на дверь. – Жди у входа.

Я схватила пакет и вышла. Мой взгляд непроизвольно скользнул в сторону темного переулка, где погибло так много людей.

Из тени появился Брэм, ведя велосипед рядом с собой. Он на мгновение задержал взгляд на том же переулке, словно выискивал в нем призрака.

Я хотела спросить, но не посмела. Казалось, смерти были для него чем-то личным, и мы еще не были знакомы настолько близко, чтобы я могла лезть с вопросами.

– Этот адрес недалеко. – Он коснулся корзины на багажнике. – Можешь положить сюда. А это устройство для отслеживания. – Он протянул мне небольшую коробочку. – Тут все просто. Клиент подпишет электронную квитанцию, а чаевые – наличкой или картой – полностью твои. Можешь прицепить прибор вот сюда, чтобы руки были свободны. – Брэм почесал подбородок. – Кажется, это все.

Я уселась на велосипед.

– А вы не боитесь, что я просто сворую велик и этот гаджет?

Брэм пожал плечами.

– Если так, значит, тебе оно нужнее, чем мне. С формальностями разберемся позже.

Может, я и человек с размытыми моральными границами, но обидеть его не смогла бы. В нем было что-то… светлое. Слишком чистое.

– Ладно, пожелайте удачи. – Я сжала тормоз, проверяя, как он работает, поставила ноги на педали и поехала в направлении, которое указывал GPS.

Ветер обдувал кожу, развевая черные волосы за спиной. Внутри, глубоко в груди, зародилось новое чувство – хрупкая надежда. Я боялась прижать ее к себе слишком сильно, ведь удача всегда ускользала от меня.

Я проехала мимо нескольких домов, где раньше бывала на вечеринках, лавировала между прохожими, останавливалась на каждом красном. И вот уже въехала в район, где никогда раньше не была, дома здесь были огромные, богатые, неприлично ухоженные.

До пункта назначения я добралась быстро, на своих двоих это заняло бы вечность. Я замедлилась, остановившись у массивного дома, и сверилась с GPS. Все совпадало.

Дом как с обложки журнала по архитектуре: чистые линии, острые углы, идеальный минимализм. Огромные окна вокруг второго этажа, просторный балкон. Ухоженный сад, зеленый и сочный, хотя поддерживать такую растительность под жарким западным солнцем почти чудо. Высокий черный забор из металла обрамлял владение, ясно давая понять: посторонним сюда не пройти.

Я подошла к воротам и нажала на кнопку звонка. Слезла с велосипеда, возясь с подставкой.

Прозвенел звонок, и в динамике раздался голос:

– Поднимайтесь.

Мужской. Неудивительно.

Наверняка какой-нибудь богатый доктор или адвокат, решивший дать личному повару выходной.

Я достала пакет из корзины и направилась вперед в неизведанный мир. Чем ближе я подходила, тем больше казался дом. Словно я вот-вот ворвусь на съемки какого-нибудь реалити-шоу или эпизода MTV Cribs.

Я подняла руку, чтобы постучать в массивную дверь вдвое выше обычных. Но прежде чем костяшки коснулись древесины, она распахнулась сама, открывая вид на нечто совершенно неожиданное.

Передо мной стоял мужчина. Определенно мужчина. С ног до головы покрытый татуировками. Не сильно старше меня. И с улыбкой, от которой стало теплее в груди.

– Никогда не видела, чтобы кто-то так радовался своей еде, – вырвалось у меня прежде, чем я успела прикусить язык.

– Ну, когда курьер выглядит так… – протянул он.

Я прищурилась и склонила голову набок.

– Ага, конечно.

Он облокотился на широкий дверной косяк, и белая футболка натянулась на мускулах, покрытых чернилами. Кажется, мы оба с одинаковым интересом рассматривали друг друга без стеснения и без лишних слов.

Он прикусил нижнюю губу, провел по ней зубами, а потом тихо добавил:

– Хочешь зайти? Поделюсь.

И вот оно – невозможное. Мой разум, как перепутавший папки архив, перестроил приоритеты: вместо того чтобы выбросить из головы загадочного мужчину и Коэна, теперь в моих мыслях теснились все трое.

Я мгновенно представила, как роняю пакет с заказом, хватаю его за ворот, прижимаюсь к сочным губам и позволяю ему утолить жажду прямо на дорогущем столе за его спиной.

Но я не могла. Не потому что не хотела, а потому что не имела права потерять работу. Это был мой единственный шанс наскрести достаточно денег, чтобы оплатить аренду.

Я вздохнула и протянула ему еду.

– Может, в следующий раз.

Его улыбка чуть поблекла, но не исчезла.

– Справедливо. – Он взял пакет, его пальцы на мгновение скользнули по моим. – Попробовать стоило.

Где же ты был двенадцать часов назад, когда я изо всех сил пыталась выкинуть из головы взрослого мужчину, переспав с кем угодно, лишь бы забыться?

Глава 5. Джун

– Двести двадцать три, – посчитал Брэм, не отрываясь от кассы. – Плюс почасовая ставка.

– Что? – я уставилась на него, уверенная, что ослышалась. – Это какая-то ошибка. Не может быть, чтобы я заработала столько за несколько часов.

Он пролистал данные на маленьком устройстве, которое я брала с собой на доставки.

– Пять баксов здесь, шесть там, еще пять, еще… – Брэм внезапно замер, его глаза расширились. – А, вот. Первая доставка. Клиент оставил тебе чаевых… двести.

– Долларов? – Мой рот сам собой приоткрылся.

– Ага.

– Такого не бывает. Наверняка он просто ошибся кнопкой.

Брэм протянул устройство, показывая экран.

– Он добавил под подписью смайлик – подмигивающее лицо. Думаю, он прекрасно знал, что делает.

Я уставилась на каракули, потом на имя под ними.

Магнус.

Странно подходящее имя.

– В любом случае… – Брэм поднял из кассы коробку с наличкой и достал несколько купюр, спрятанных внизу. – Ты сегодня отлично поработала. – Он протянул деньги мне.

Я перевела взгляд с купюр на него.

– Вы дали мне больше, чем должны.

– Совсем немного больше, – с легкой улыбкой ответил он. – Считай это приветственным бонусом.

– Уверены? – Я до сих пор не могла отделаться от ощущения, что все слишком хорошо, чтобы быть правдой. Может, я все-таки умерла на той скамейке в парке и теперь блуждаю в каком-то странном сознательном сне?

– Абсолютно, – ответил он без тени сомнения.

– Спасибо, – выдохнула я. Всего два слова, но в них не уместилось и сотой доли того, насколько я была ему благодарна.

* * *

Оставшаяся часть рабочего дня пошла совсем не так, как я надеялась.

Когда я проснулась утром разбитая, заспанная и, как всегда, опаздывала, я уже знала, что день обещает быть дерьмовым. И, конечно, не ошиблась: пропавшие деньги за аренду, мерзкое предложение от Картера, ледяной душ, в который я влетела наспех, и увольнение – все подтвердило мои опасения.

А потом появился Брэм.

И на миг я поверила, что, может быть, вселенная решила дать мне передышку. Что удача, наконец, повернулась ко мне лицом. Да и не стоит забывать о горячем татуированном красавчике, который стал, пожалуй, самым приятным моментом за весь день.

Но нет. Судьба просто решила пошутить, дразня меня иллюзией, будто я действительно могу выбраться из ямы.

Вторая работа провалилась с треском. Обычно я там зарабатываю нормальные чаевые, но сегодня ни цента. Из-за дурацких дорожных работ неподалеку клиенты просто не могли к нам проехать. Да и, наверное, подумали, что кафе закрыто. Единственные посетители – пыльные рабочие, которые, вместо нормальных чаевых, бросали только похотливые взгляды и глупые комментарии в адрес официанток.

На третьей работе все кончилось еще хуже.

Прошло всего два часа, как Джек объявил «тихий вечер» и что он справится сам.

Сначала я взбесилась. Но потом… он ведь тоже должен платить по счетам, а если бар пустует, то платить нам попросту не из чего.

Я, конечно, надеялась, что хотя бы таинственный красавчик заглянет, не обязательно чтобы затащить меня в туалет, но хотя бы оставить щедрые чаевые, как обычно.

Не вышло.

И вот я в «Хейвене», иду к Коре, чтобы просто напиться и забыть этот проклятый день.

Проблемы подождут до утра, куда они денутся. А сегодня я собиралась утопить их в алкоголе.

– Привет, подружка, – весело бросила Кора, сидя за высоким столиком. Перед ней стоял целый поднос рюмок и кувшин пива. Она будто прочитала мои мысли о том, как сильно я хочу вырубиться.

– Где Стефф? – спросила я, оглядывая шумное помещение в поисках рыжей подруги.

– Сказала, придет позже. У нее там… дела.

– Дела? – я приподняла брови. – Горячие дела?

Кора пожала плечами, золотые локоны мягко скользнули по плечам.

– Она что-то скрывает. Видимо, ей реально нравится новое любовное увлечение.

– Пора бы уже, – усмехнулась я, забираясь на высокий стул рядом с ней и хватая одну из рюмок. – Мне это просто необходимо.

– Ты всегда так говоришь, – фыркнула Кора, поднимая свою.

– До дна. – Я чокнулась с ней, глядя прямо в глаза, не дай бог привлечь проклятие на плохой секс.

Мы залпом выпили дешевую текилу. Горячая жидкость прожгла горло и грудь, оставив приятное жжение.

Я придвинула кувшин и подставила кружку, чтобы Кора ее наполнила.

– Как неделя? – спросила я.

Мы не всегда справляемся, но стараемся встречаться хотя бы раз в неделю, просто чтобы не потерять друг друга из виду. Ранее мы потеряли связь, но после того, как в городе начались убийства студентов, стали держаться ближе. Ценить время, проведенное вместе.

С Корой мы знакомы всего несколько лет, с первого курса, но она одна из немногих, кого я могу назвать настоящей подругой. Она не судит меня, или хотя бы делает вид, что не судит. Не пытается исправить. А еще у нее такой же черный юмор, как у меня, и она иногда может перепить даже меня.

Мы сломанный, но прекрасно функционирующий дуэт.

– Так себе, – отозвалась Кора, отпив из кружки. – Тебе повезло, что ты взяла академ.

Повезло? Нет. Просто пришлось.

– Ага, – промямлила я. – Представляю.

– Как с соседями?

– Ужасно. – Я покачала головой. – Этот идиот сегодня предложил переспать с ним.

Кора вытаращила глаза и оперлась на руку, уставившись на меня.

– Картер?

– Угу. – Я не стала рассказывать, что он еще украл у меня деньги. Хотя… а кто еще это мог сделать?

Хизер? Сомневаюсь. Или Томми с Сейди? Они почти не выходят из комнаты, разве что помыться, сходить на работу или встретить доставку. Да, они не идеальные соседи, но с ними хотя бы можно ужиться. В отличие от Картера. Хотя будь у Хизер получше вкус, с ней тоже было бы неплохо.

– Фу, – поморщилась Кора. – Вот мерзость.

Я допила половину кружки и снова наполнила ее. Жаль, нельзя было щелкнуть пальцами и наполнить рюмки. Последние месяцы устойчивость к алкоголю выросла, и теперь нужно гораздо больше, чтобы хоть немного притупить реальность.

– Меня сегодня уволили, – рассказала я как ни в чем не бывало.

– Офигеть, Джей. Что случилось? – выдохнула Кора, округлив глаза.

– Опоздала. Моя вина. – Я скрестила ноги, устроившись поудобнее. – Помнишь то место, где раньше работала Клэр? «У Брэма»?

Кора прищурилась, будто пыталась выудить из памяти нужную картинку.

– Ага. Там, где…

Она не договорила, но мне и не нужно было. Я знала, о чем она. О тех, кого застрелили неподалеку.

– Да… Я устроилась туда, – призналась я.

– Черт, девочка, ты быстро действуешь, – хмыкнула подруга и вскочила со стула. – Подожди-ка, это надо отметить.

Не успела я что-то сказать, как она уже протолкнулась к барной стойке, ловко встав между парой посетителей, и замахала рукой бармену. Через минуту подруга вернулась, держа по бокалу в каждой руке.

– Еще текилы? – протянула она один мне.

Я с благодарностью приняла стакан, ощутив по тяжести, что в нем явно больше двойной порции.

– За новые начала, – подняла тост Кора, перекрикивая гул музыки.

– Когда одна дверь закрывается, – подняла я бокал, – пей текилу.

Кора расхохоталась и чокнулась со мной.

– Вот именно!

Я смаковала обжигающий огонь, что растекся по горлу, позволяя ему притупить чувства.

– Сыграем в бильярд? – кивнула я на освободившийся стол.

– О да, – крикнула она, схватив кувшин пива. – Возьми кружки.

Я выполнила ее просьбу и пошла следом. Наш стол тут же заняла пара, высматривавшая место. Я выудила из кармана один-единственный доллар и разменяла его в автомате. Пусть и мелочь, зато хоть какое-то развлечение при моем бюджете.

– Кто начинает? – спросила я, сунув четыре монетки в прорезь и освободив шары.

– Я, если хочу хоть немного выиграть.

– Ну-ну, – усмехнулась я, поставив треугольник. – Просто алкоголь делает меня лучше, а тебя хуже.

– Угу, конечно, – фыркнула Кора, выбирая кий на стене. Ее пальцы остановились на гладком красном. Она ловко натерла наконечник мелом и сдула пыль. Наклонилась над столом, и я отметила, как все парни вокруг моментально на нее уставились.

Я устроилась на высокий стул и приготовилась наблюдать за шоу.

Кора четко ударила по битку, и тот с хрустом разбросал шары по зеленому сукну. Два из них исчезли в дальних лузах.

– Цельные, – объявила она и уже наметила следующий удар. Попала в один, промахнулась по второму – настал мой черед.

– Я уж думала, ты меня вынесешь подчистую, – призналась я, проходя мимо.

Я окинула стол взглядом, быстро продумав стратегию. Три легких шара можно было сбить сразу, но я знала: выигрывает не тот, кто играет на короткую, а тот, кто видит наперед. Надо просчитывать, куда пойдет биток и что делать потом. Кто не готов – проигрывает.

Я выбрала цель и точно попала: шар ушел в дальнюю лузу, оставив мне удобную позицию для следующего. Второй туда же, третий почти, но я добавила слишком много вращения, и биток встал неудачно.

Оставалось одно – оборона. Я мягко подтолкнула шар, чтобы он едва сдвинулся, но удар считался законным.

– Стерва, – фыркнула Кора, поняв, что я перекрыла ей все ходы.

Я рассмеялась и пожала плечами.

– У меня не было выбора.

– Скажи это своей заднице.

– Ну… задница у меня и правда неплохая, отрицать не буду, – парировала я и, проходя мимо, шлепнула ее по попе.

Подтянула кружку и сделала глоток, пока подруга злилась и ходила вокруг стола.

– Ты меня подставила, – буркнула она, обходя стол. – Ладно. Получай то же самое.

Она толкнула биток так, чтобы едва зацепить свой шар, и загнала меня в неудобную позицию. Но не настолько, чтобы я не выкрутилась.

– Прости, крошка. – Я вскинула кий вверх и резко опустила, подбросив биток над ее шаром. Он перелетел препятствие и с хрустом ударил по моему, отправив его прямо в лузу.

Наклонившись через край стола, я ударила следующий шар за спиной, и он тоже ушел. Потом еще один, и еще. Остался только черный. Я указала на угол, прицелилась и без колебаний загнала его туда, где ему самое место.

– Ты просто чудовище, – выдохнула Кора, уперев руки в бока.

Я достала еще доллар и протянула ей.

– Новичкам везет.

Подруга закатила глаза, но забрала купюру и пошла менять монеты, а я вернулась на свой стул и залпом допила пиво.

По спине пробежал холодок – то самое чувство, когда на тебя смотрят, но не с угрозой, а с каким-то странным, почти приятным вниманием. Мой взгляд заскользил по толпе, пока не наткнулся на него.

Эта ухмылка. Эти татуировки.

Магнус.

В горле будто перекрыли кислород, а где-то внизу живота стало жарко, сладко-тревожно.

Он стоял, облокотившись на бар, лениво и уверенно, будто этот мир принадлежал ему. Его глаза не отрывались от меня – прямой взгляд, вызов и обещание одновременно.

– Ты его знаешь? – спросила Кора, заметив, куда устремился мой взгляд. Голос ее чуть тянулся, алкоголь уже давал о себе знать.

– Нет, не особо, – ответила я, не сводя глаз с Магнуса.

– Ну, а он, похоже, тебя знает.

Я спрыгнула со стула, не собираясь ничего объяснять.

– Куда ты? – крикнула Кора мне вслед.

– Скоро вернусь, – бросила я через плечо и указала на стол. – Твоя очередь расставлять шары.

Толпа казалась вязкой, но я уверенно пробивалась сквозь девушек, облепивших барную стойку, как осиный рой. Они все пытались привлечь его внимание. Напрасно.

– Магнус, – произнесла я его имя. Оно само сорвалось с губ, мягко, почти шепотом.

Его ухмылка стала шире.

– Ты знаешь, как меня зовут.

– Извини, – одна из девушек схватила меня за руку.

Я выдернула ладонь.

– Не трогай меня.

– Как грубо, – пробормотала она, но не очень тихо.

Я повернулась к ней. Короткое платье, толстый слой макияжа, ресницы как крылья. Не поймите неправильно, я за то, чтобы каждая делала, что хочет. Но сейчас от нее веяло неуверенностью и дешевой жаждой внимания.

– Грубо выпрашивать внимание у человека, которому ты неинтересна. Что тебе нужно, а? Бесплатный алкоголь? Деньги? – Я кивнула на стол с пожилыми мужчинами в углу. – Попробуй там, милая. Больше шансов.

Ее губы дрогнули, но слов не нашлось.

– Вот видишь, – добавила я.

Она фыркнула и, громко цокая каблуками, удалилась в сторону туалета.

– Острая на язык, – подметил Магнус за спиной.

– Похоже на то, – ответила я, обернувшись.

– Я имел в виду тебя, а не ее. – Его голос звучал низко, чуть хрипло, пробирая до мурашек. – Позволь угостить тебя.

– Не за этим я подошла, – усмехнулась я.

– Тогда зачем? – Его язык скользнул по нижней губе медленно, обжигающе.

– Хотела сказать, что ты переплатил мне сегодня.

Кто-то из посетителей случайно толкнул меня в спину, и я почти врезалась в него. Мужчина поймал меня за талию, удерживая на месте, запах алкоголя и дыма окутал меня, заставив сердце сбиться с ритма.

– Что пьешь? – спросила я, сделав шаг назад, чтобы вернуть дистанцию.

Он поднял свой бокал.

– Вот, попробуй.

Я поднесла стакан к носу, вдохнув аромат.

– Hawks Mark? – удивилась я. Каковы шансы?

– Девушка разбирается в бурбоне. – Белые зубы сверкнули в полутьме.

Как можно быть настолько притягательным? В нем все противоречило само по себе: тьма, укутанная в легкость. Слишком много татуировок, слишком широкая улыбка, и все же оторваться невозможно.

– Можно сказать и так, – ответила я и про себя отметила: второй раз за сутки встречаю мужчину, пьющего этот чертовски дорогой бурбон.

– Хочешь такой же? – спросил он, приподняв бровь.

– Не по карману.

Но он уже поднял руку, подзывая бармена.

– Не стоит, – попыталась возразить я.

Слишком поздно. Он уже заказал.

– Я настаиваю.

– Правда, не за этим я подошла, – повторила я. Мне не хотелось, чтобы он думал, будто я такая же, как те девушки вокруг.

Он лишь уверенно посмотрел на меня, уголки губ дрогнули.

– Я знаю.

– Правда? – прищурилась я.

Он не ответил на вопрос, просто сменил тему.

– Так как тебя зовут?

– Я не говорила.

– Значит, заставляешь меня потрудиться, – усмехнулся он. – Мне это нравится.

– А я должна вернуться к подруге, – заявила я, чувствуя, как что-то странное магнитом тянет меня остаться.

– А если я предложу пари? – В его голубых глазах вспыхнул дикий, почти мальчишеский азарт.

– Что? – переспросила я, почувствовав, как сердце замерло.

Он кивнул в сторону бильярдного стола, откуда я только что пришла.

– Сыграй со мной. Если я выиграю, ты скажешь, как тебя зовут.

– А если выиграю я?

– Хорошо. – Его губы тронула насмешливая улыбка, глаза сверкнули. – Говори. Любое твое желание – приказ.

О, сколько всего я могла бы пожелать от этого мужчины.

– По рукам. – Я протянула руку.

Он схватил меня за ладонь крепко, уверенно, с какой-то нарочитой властью. От его прикосновения по коже пробежал ток, будто между нами замкнулась цепь. И в ту же секунду мне стало мучительно трудно притворяться, что я хочу просто сыграть в бильярд, а не сорвать с него одежду прямо здесь.

– Твоя подруга, – произнес он вдруг, – у нее такой же вкус, как у тебя?

Мне понадобилось пару секунд, чтобы понять, что речь о выпивке, а не о мужчинах. Хотя, если подумать, и то, и другое у нас с Корой зависит от обстоятельств.

– Попрошайки не выбирают, – ответила я с усмешкой.

Кора, конечно, была при деньгах чуть больше, чем я, но в целом мы оставались бедными студентками, пьющими самое дешевое, что только можно найти.

– Прекрасно, – кивнул Магнус и жестом подозвал бармена. – Вот, – протянул мне бокал, добавив: – Встретимся там.

Я приняла из его рук напиток и вернулась сквозь толпу к подруге, которая уже нетерпеливо ждала, скрестив руки на груди.

– Что, черт возьми, это было? – спросила она, едва я подошла. – И что это у тебя в руке?

– Эм… – Я протянула ей бокал. – Он угощает нас. И… вызвал меня на партию в бильярд.

– На что спор? – Кора поднесла стакан к носу, понюхала, потом сделала глоток. – Черт, какой мягкий.

Да, еще бы. Сто долларов за порцию.

Я украдкой посмотрела через плечо, Магнус уже уверенно и спокойно направлялся к нам, будто все здесь вращалось вокруг него.

– Если выиграет он, я назову свое имя.

Кора расхохоталась.

– Серьезно? – Она уселась на стул, покрутив в руке бокал. – Мне это уже нравится. А если проиграет?

Я улыбнулась, чувствуя, как азарт разгорался все сильнее.

– Еще не решила.

– Ох, это будет весело.

– Принцесса, – позвал Магнус, подойдя и протянув мой напиток.

– Прости, кто? – Я нахмурилась. – Вот уж нет.

Он склонился ближе, поймав прядь моих волос и намотав ее на палец.

– Ты не хочешь говорить, как тебя зовут. Так как мне тебя звать? – Его большой палец мягко провел по моей щеке. – Принцесса звучит весьма… уместно.

– Едва ли, – ответила я, глядя на него из-под ресниц.

Он обернулся к Коре.

– Приятно познакомиться, подруга принцессы. Я Магнус.

– Кора, – она подняла стакан. – Спасибо. Это чертовски вкусно.

– Всегда пожалуйста.

Я посмотрела на бокал в руке и прищурилась.

– А как я могу быть уверена, что ты не подсыпал туда чего-нибудь?

– Никак, – спокойно ответил он, взяв напиток и сделав глоток. – Но если подсыпал, значит, будем уплывать вместе.

У меня вырвался тихий, дрожащий вздох. Его губы на стекле выглядели слишком… вызывающе. Мне хотелось, чтобы они касались не бокала, а меня.

– Ну что, сыграем? – Он кивнул на готовый стол.

– Спешишь получить по полной? – Я улыбнулась, ожидая от него колкий ответ.

– Самоуверенная, значит, – протянул он.

– Боишься? – спросила я, пригубив бурбон. Его вкус обжег язык и растекся по телу огнем. Я поставила стакан рядом с Корой и прошла мимо него к столу, хватая кий.

– Никогда, – ответил он.

И в этом «никогда» было что-то большее, будто тень затаилась в словах. Какая-то темнота, притягательная и опасная, как бездна, в которую хочется заглянуть.

– Вперед, принцесса, – подтолкнул он, проходя мимо меня за своим кием.

– Ты пожалеешь, что назвал меня так, – прошептала я, обходя стол.

– Не искушай меня тем, о чем я не пожалею, – отозвался он, выбирая кий.

Я заняла позицию, бросила на него короткий взгляд и ударила. Кий стукнул по шару с гулким звуком, шары разлетелись по зеленому сукну, но ни один не попал в лузу.

Черт. Такого со мной почти никогда не случалось. Вот именно сейчас, когда надо показать класс. Я сдержала раздражение и спокойно вернулась к Коре, взяв свой бокал.

– Что это было, Джей? – прошептала она.

– Все под контролем, – солгала я. Может, все-таки алкоголь действительно влиял на рефлексы.

Магнус поднял бровь и, расплывшись в ухмылке, произнес:

– Я поддамся тебе, принцесса.

– Лучше не надо, – вырвалось у меня прежде, чем я успела прикусить язык.

Магнус лишь скользнул вбок и, будто играя по нотам, забил подряд два шара. Я наблюдала за каждым его движением, за тем, как под светом ламп перекатывались мышцы под кожей, изрезанной чернилами. Хотелось, чтобы он обращался со мной так же умело, как сейчас обращался с этим столом.

На третьем шаре он замедлился, но все же загнал его в лузу. Идеально выстроился для следующего и промахнулся. Шар подпрыгнул на краю и отлетел в сторону. Так ему и надо, самоуверенность всегда не к добру.

Его челюсть напряглась, но лицо оставалось спокойным.

– Твоя очередь, принцесса.

Это дурацкое прозвище он явно выбрал, чтобы вывести меня из себя. Надо признать, почти сработало. Почти.

Я осмотрела стол, просчитала варианты и выстроила в голове план, осторожный, но при этом напористый.

Магнус подошел сзади и положил ладонь мне на талию, наклонившись к самому уху.

– Нужна помощь? – прошептал он низко с легкой усмешкой.

Я обернулась, почти коснувшись губами его лица.

– А может, это тебе нужна помощь?

На миг весь шум бара исчез. Не было ни грохота музыки, ни пьяных голосов, ни даже Коры, которая наверняка наблюдала за нами, уже изрядно подвыпив. Остались только мы, и между нами натянулась тонкая, ощутимая нить притяжения.

Я не из тех, кто зацикливается на парнях. Тем более сразу на трех, как в последние дни. Но с ним все было иначе, непостижимо, почти опасно.

Магнус слегка коснулся губами моей щеки.

– Покажи, на что способна, принцесса, – прошептал он и отошел, уступив место.

Именно так я и поступила.

Он думал, что собьет меня с толку, а на деле лишь помог сосредоточиться. Первый шар чисто. Второй туда же. Третий – и снова в цель. Каждый раз, поднимая глаза, я ловила его взгляд, напоминая себе: здесь командую я.

Я обходила стол легко, с холодным расчетом. Еще один шар, и я заметила, как он моргнул, наблюдая из-за спины Коры. Похоже, до него дошло: равного соперника он еще не встречал.

Кора сияла, словно гордая мать, наблюдающая, как ее ребенок выигрывает. Или это просто алкоголь раскрасил ей щеки и приклеил к лицу довольную улыбку.

Я не сомневалась в себе ни на секунду.

– Восьмерка, угловая, – объявила я. Удар был рискованным, рикошетом, но я сделала его просто потому, что могла.

Черный шар плавно скользнул по борту и упал в лузу. Я задержала дыхание, глядя, как белый катится слишком близко к другой: если он туда попадет, я проиграю.

Время будто замедлилось.

Магнус наклонился и театрально начал дуть на шар, пытаясь заставить его упасть.

– Эй! Так нечестно! – Я схватила его за руку и оттащила.

– О, хочешь поговорить о честности? – усмехнулся он. – То, что ты сейчас сотворила, – чистое колдовство.

– Я выиграла по всем правилам, и ты это прекрасно знаешь. Умей проигрывать.

Он откинулся на стол и провел пальцами по волосам. Татуировки на руках и пальцах поблескивали в свете ламп. Я пыталась рассмотреть рисунки, но он двигался слишком быстро.

– Знаешь, принцесса, из тебя вышла бы неплохая бильярдная аферистка.

Я ткнула пальцем в табличку у стены, где было написано, что денежные ставки в заведении запрещены.

– Только дружеские пари, – напомнила я.

Магнус закатил глаза.

– Это в таких местах, как это. А вот в других деньги льются рекой.

В этот момент между нами вклинилась Кора, шатаясь и заливаясь смехом.

– Вы такие… чертовски милые! – Она сунула нам в руки стаканы, едва не опрокинувшись.

Мы одновременно подхватили ее, не дав упасть.

– Полегче, чемпионка, – предупредила я.

Она уткнулась мне в плечо и пробормотала:

– Люблю тебя, Джуни Би.

Магнус приподнял бровь.

– Джуни Би?

Я отпила бурбона и похлопала Корину руку.

– Она пьяна.

– Неправда! – возмутилась та.

– Тсс, тихо, милая. – Я заметила, что за столом уже собралась новая компания, готовая играть. – Давай отойдем, не будем им мешать.

Прежде чем я успела подхватить подругу под руку, Магнус уже взял инициативу на себя и мягко направил ее к нашему столику.

– У меня есть машина. Могу позвать водителя, отвезет ее домой.

– Ага, – хмыкнула я, – прямо как в фильме ужасов, где лучшую подругу убивают первой, а я следующая в списке.

– Проблемы с доверием? – усмехнулся он.

– Заметно? – Я глянула на пустой кувшин и на Корин бокал. – Эй, подруга, ты все это одна осилила?

Она подняла голову, глаза у нее едва держались открытыми.

– Я просто… пить хотела, – пробормотала Кора.

Неудивительно, что она вусмерть пьяна.

– Кор, – я взяла ее за подбородок, чтобы она посмотрела на меня, – ты сегодня вообще ела?

Подруга что-то промямлила, но слов разобрать было невозможно.

– Надо хоть что-то в нее запихнуть. Может, немного протрезвеет.

Магнус кивнул.

– Да, определенно. Пицца? Можно заказать у меня, отличное место через квартал от моего дома.

Мои глаза сузились. Он поднял руки, демонстрируя татуированные предплечья.

– Без подвоха, клянусь. Просто хочу помочь. И можешь не говорить мне свое настоящее имя.

Я выдохнула. Не то чтобы я не знала, где он живет. Район, к слову, приличный. А если я отвезу Кору домой в таком состоянии, ее родители точно подумают, что я отвратительная подруга. В свою квартиру тащить тоже нельзя: не удивлюсь, если Картер воспользуется моментом и попробует к ней подкатить. Слизняк чертов.

И вот передо мной стоит лучший из возможных вариантов – шесть с лишним футов обаяния, голубоглазый, чертовски красивый тип с аурой опасности и улыбкой, от которой плавится воздух.

– Ладно, – наконец сдалась я. – Но, если ты вздумаешь сделать хоть что-то подозрительное, я тебя прирежу.

И дело даже не во мне, я переживала за Кору. С ней хоть что-то случись, я себе не прощу. Со мной же… Я родилась сломленной. Ломать уже нечего.

– Я не ждал от тебя меньшего, – усмехнулся Магнус, обнял Кору и помог ей встать. – Ты ходить можешь?

– Ага, – ответила она с преувеличенной серьезностью, распахнув глаза и оглянувшись по сторонам. – А кто-то говорил про пиццу? – И, не дожидаясь ответа, пошла вперед, лавируя между людьми.

Магнус переплел свои пальцы с моими и потянул за собой.

Кажется, воздух в баре сгустился, целая волна разочарованных вздохов прокатилась по залу. Он вообще заметил, что мог выбрать любую из девушек? И, если уж на то пошло, не только их. Так почему я? Не то чтобы я жаловалась. Я знала, что выгляжу неплохо. Но звезды с неба не хватаю, я обычная.

Я пошла за ними, и, выйдя наружу, вдохнула прохладный вечерний воздух.

– Кора. – Магнус отпустил мою руку и перехватил подругу, когда она повернула не туда. – Сюда. – Он мягко направил ее к черному внедорожнику с затемненными стеклами.

Двигатель загудел, едва мы подошли.

– О да, совсем не подозрительно, – заметила я, переведя взгляд с него на машину. – Ты что, мафиози?

– Что-то вроде, – рассмеялся мужчина.

Он открыл заднюю дверь, и Кора послушно залезла внутрь.

– После вас, принцесса. – Он протянул мне руку.

Я остановилась перед ним, глядя на нахально красивое лицо.

– Я придумала, что хочу за победу в бильярде.

Магнус мягко заправил прядь волос мне за ухо.

– Что угодно.

– Перестань называть меня принцессой.

Он скривился, как будто я попросила о невозможном.

– Все что угодно, только не это.

– Что? Машину? Дом? Путевку на Луну? – Я закатила глаза. – Ты просто ужасен.

– А между тем ты садишься в неизвестную машину со мной, – ухмыльнулся он.

– Я и не такое делала, – буркнула я, запрыгнув внутрь.

– Вот за это я тебя и люблю, – сказал он, садясь рядом и захлопывая дверь. – Домой, – бросил он водителю за матовым стеклом. – Ее не вырвет?

Я посмотрела на спящую блондинку, прижавшуюся к окну.

– Надеюсь, нет.

Магнус достал телефон, набрал что-то на экране.

– Что хотите?

– Пиццу с ананасами, – вдруг оживилась Кора.

Он кивнул, не отрывая пальцы от экрана.

– Что еще?

– Пиццу с ананасами, – повторила она с полной уверенностью.

Он фыркнул и ткнул меня локтем.

– А ты?

– Что угодно. То же, что и ты, – ответила я, и прозвучало это гораздо более двусмысленно, чем я хотела.

А когда он посмотрел на меня своими ярко-голубыми глазами, во мне будто вспыхнула целая буря мыслей, горячих, запретных и слишком реальных.

И, черт побери, кажется, он подумал о том же.

Мы ехали недолго к тому самому дому, куда я утром привозила заказ. Только Магнус велел ехать не к парадному, а к заднему въезду через ворота, ведущие в гараж под домом.

Да, все верно. Мы едем прямиком к месту моей гибели.

Хотя… Зачем тогда заказывать нам пиццу? Может, это часть какого-то странного ритуала? Или извращенная игра, перед тем как прикончить своих жертв?

Что ж, было весело.

Если уж и умирать, то с пиццей в желудке, дорогим бурбоном в крови и с дьявольски красивым мужчиной рядом.

Не худший финал.