Kitabı oxu: «Крылья над Преисподней. Россия и Мегакризис XXI века»

Şrift:

© Калашников М., 2021

© ООО «Яуза-каталог», 2021

Вместо предисловия: 20 лет спустя

Долго ли, коротко ли, а с моей первой книги цикла, со «Сломанного меча империи», минуло 22 года. Как раз в момент, когда ваш покорный слуга пишет эти строки. С тех пор была еще целая серия книг о русских возможностях и вероятных сценариях будущего. Что ж, время изменилось. Мои прогнозы стали сбываться в главном: тот мир, что возник после гибели Советского Союза, после 1991 года, начал обваливаться на наших глазах. Рушится миропорядок, казавшийся привычным. Все теряет четкость очертаний и начинает оплывать. И Евросоюз, и НАТО, и тот позорный «порядок», что воцарился на обломках Советского Союза. Рассыпаются Всемирная торговая организация, становится фикцией Организация Объединенных Наций. И то ли ты еще увидишь дальше, мой друг-читатель!

Отлично помню, как все начиналось в 1989-м. 30 лет мелькнули, словно в горячечном сне. И вот нынче начинается новый цикл испытаний. Как глубоко правы те, кто еще тогда говорил: то, что случилось с Советским Союзом в конце 80-х, еще ждет остальной мир!

Что ожидает нас в грядущие 30 лет, к середине XXI столетия? Преисподняя, друзья мои. К тому времени воедино сольются несколько мегакризисов – и хлынут дальше разрушительным селем. Знаете такой грязевой поток, что идет с гор и тащит с собою камни? Это и есть примерная аналогия того, что нас ожидает. Род человеческий ждет нешуточное испытание. Впрочем, мы поговорим об этом дальше и куда как подробнее.

Меня не перестает поражать скоротечность произошедшего. Сказал вам о 1989-м, но на самом-то деле лавина сорвалась в 1979 году, со ввода наших войск в Афганистан. Теперь мы понимаем, как все стремительно развивалось. Всего лишь 12 лет спустя настанет другой черный декабрь 1991 года, расчленение СССР в Беловежской пуще. А до этого будет декабрь 1986-го – первые антирусские беспорядки в стране, в столице Казахстана – Алма-Ате…

А потом последует кошмарный разгром колонн уже российской армии, штурмовавших Грозный в декабре 1994 года, и весь мир обойдет страшное фото тела погибшего танкиста, объеденное собаками. Череп с остатками красного мяса, скалящийся из танкового шлемофона…

Мне в звуках и запахах вспоминается то лето накануне, в 1979-м. Веселая Одесса. Зеленый двор нашего дома – маленький внутренний мирок на проспекте Шевченко, 6/6. Милые детские игры со взрывпакетами и металлическим натрием. Как он эффектно взрывался в воде! И свежий номер «Техники – молодежи», где в гостях у редакции французский журнал «ЭнциклоПиф» и где интереснейшие статьи о будущих орбитальных поселениях, о грандиозном плане развития промышленного роботостроения в СССР, о начале первой пятилетки в 1929-м. Гарун Тазиев рассказывает об исследовании вулканов, на развороте – интереснейшая статья в рубрике «Наш танковый музей». Мы спорим о причинах массовых самоубийств китов, что стали выбрасываться на берег. Саня Бутель высказывает предположение, что на дне океана существует таинственная неизвестная цивилизация, мы вспоминаем статью в «Антологии таинственных случаев». А рядом – все в шляпах и рубашках навыпуск – прогуливаются офицеры – ветераны Великой Отечественной, говоря о чем-то своем. Они еще очень добры, с войны минуло всего 34 года. Она тогда отстояла от нас ближе, чем то лето 1979-го – от зимнего вечера накануне 2020-го, когда я пишу эти строки. Да и тем ветеранам тогда было иной раз почти столько же лет, сколько мне, грешному, нынче…

Тот мир казался незыблемым, сложившимся, вечным. Боже, как он быстро рассыпался в прах! И уже в декабре 1991-го я буду пересчитывать запас консервов и концентратов в нашей московской квартире, кусая локти по поводу того, что не смог обзавестись хотя бы гладким стволом…

Вот и нынешний порядок вещей, многим представлявшийся таким же прочным, уж поплыл-поехал. Наступает штормовое время. Только теперь уже не только для нас, но и для всего мира…

* * *

Обрубок Великой России, прозванный Российской Федерацией, подходит к сему историческому моменту отнюдь не в лучшем состоянии. Что мы имеем? Карикатурно сырьевую экономику и пирамидальную маразматическую бюрократию, далеко переплюнувшую советскую. Крысиную, воровскую «илитку», что душит все живое, воруя самозабвенно, как в последний день Помпей. Пирамида ее власти, простите за мой французский, сложена из оплывающего дерьма.

Чего хорошего удалось добиться? Дописывая «Битву за небеса» 31 декабря 1999 года, Максим Калашников заклинал следующего правителя РФ: сохрани единство страны и не дай погибнуть ракетно-ядерному потенциалу!

Будем честными и справедливыми: и то и другое власти удалось. Но себя крысиная «илитка» не забыла – она вознаградила себя баснословными откатами и распилами, умопомрачительными окладами в своих госкорпорациях, квартирами по полгектара, роскошными виллами и яхтами с эсминец величиною. Орава алчных дебилов учинила себе пиры-оргии потребления, напрочь остановив развитие страны. Хотя пропаганда и надсаживается, трубя о великих победах и небывалых достижениях, мы видим, что экономика топчется на месте уже второй десяток лет. И экономика РФ – всего лишь на уровне Испании, размазанная на гигантскую территорию.

Они кричат о том, будто промышленность развивается, что три четверти перерабатывающей индустрии создано после 2000 года. Да, но молчат о том, что наблюдается это потому, что погибло с тех пор в разы больше наукоемких предприятий и перерабатывающих заводов!

Пропаганда вопит о росте «несырьевого экспорта», но скрывает, что за него выдают вывоз из страны сырья – зерна, пиломатериалов, электричества. Или едва переработанного сырья. Вывоз же оружия, разного рода машин, готовых изделий, электроники колеблется в пределах 6–7 %. В 1979 году, отнюдь не самом лучшем для СССР, эта цифра составляла 17,5 %, и экспорт оружия тут не учитывался! И если турки, покупая российское зерно, пре вращают его в муку и макароны, продавая их по всему миру, то расейские крысы даже этого сделать не в силах.

Дорог сейчас в год строится почти вдвое меньше, чем при Ельцине. Или в семь раз меньше, чем в РСФСР при Хрущеве. Сейчас – около 1 000 километров в год. А при Никите Кукурузном и по 11,6 тысячи в строй ежегодно вводили. Это при той архаичной технике и без нефтяных триллионов…

Куда ни ткни – видны прорехи на заду. В 2019-м вице-премьер Борисов заявил, что в РФ нет серийного производства современной микроэлектроники. Интересно, а из чего вы тогда свое чудо-оружие делаете? Безбожно завалены программы по гражданскому авиастроению и судостроению, в космосе пошло отставание даже от Китая. На новые самолеты, заменяющие прежние Ан-2, приходится ставить американские моторы «Лайкоминг» – свое моторостроение убито. А роботизация промышленности? По разным данным, на 10 тысяч работников в РФ приходится то ли два, то ли три робота. В Китае – 49. В Сербии – 110, в Швейцарии – 119. Итальянцы имеют 160 роботов на каждые 10 тысяч рабочих, Соединенные Штаты – 176, Тайвань – 190, Германия – 301, Япония – 305, Сингапур – 398, Южная Корея – 531.

И так – что ни возьми! Если СССР был великой станкостроительной державой, если его станки шли на экспорт в Италию, если мы делали первые в мире лазерные обрабатывающие центры, то теперь в РФ производство станков от советского уровня – статистическая погрешность на самом дне. Даже по энерговооруженности сельского хозяйства РФ – в далекой… хвосте. Всего 2,5 лошадиной силы на гектар. В ЕС и Белоруссии – четыре. С 2000 года парк агромашин в РФ сокращался!

И ведь это при том, что на страну с 2000 года лились золотые дожди нефтедолларов. Три с лишним триллиона. Куда они делись? А вот проели, расточили, пустили на чушь всякую. Превратили в никому не нужные олимпийские и футбольные стадионы, в роскошь начальства, украли, вложили в иностранные ценные бумаги, «засолили» в резервах, больше теперь смахивающих на гробовые. И те шансы, что ваш покорный слуга описывал в своих книгах начиная с 2003 года, оказались бездарно промотаны.

Зато русский город Донецк – в осаде и под обстрелами. Чего раньше и в самом черном кошмаре присниться не могло. И на Украине разрушают памятники героям Великой Отечественной, пока Москва их исправно газом и горючим снабжает…

Чтобы встретить мировой шторм, нужна отличная государственная организация. Система управления. Но и тут, если поглядеть на РФ, полный завал. То, что бюрократия здесь грузна и тупа, полбеды. Она еще и пронизана безответственностью и воровством. Все, что можно, она проваливает. Она – плод многолетнего отбора подлейших из подлых, циничнейших из циничных, умеющих лишь угождать начальству. При этом она страдает невыносимыми спесью и самодурством.

Государственная система РФ давно превратилась в пугало для окружающих. Никаких честных выборов. Подавленное местное самоуправление. Нет важнейшего элемента – независимого состязательного суда, отчего страна превратилась в клоаку беззакония. Зато есть самая отвратительная полицейщина. Огромная орда дармоедов в погонах, занятых не заботой о нашей безопасности, а вымогательством и грабежом, рейдерством и заказными уголовными делами. Эти твари с легкостью ломают человеческие судьбы, швыряя людей на тюремные нары и разрушая то, что они создавали долгими годами напряженного труда. Расейские «суды» не знают оправдательных приговоров, послушно повторяя то, что написало «следствие». Выражение «Басманное правосудие» стало таким же горьким и крылатым, как и старинное – «Шемякин суд». Безмерно расплодившись, стаи силовиков буквально уничтожают все, что еще дышит и работает, захватывая созданные другими предприятия. Причем работают в паре с так называемыми госбанками. Одно лишь это обрекает РФ на низкую живучесть в мировом шторме. Уж о том, что творят с нами правительство и Центральный банк, просто умолчу. Тут никаких американских санкций не нужно. Сами все уморят и по ветру пустят.

Да, в отнюдь не лучшем положении РФ встречает новую глобальную смуту. Можно сказать, в препоганом, как ни лакируй все это пропагандой…

* * *

Думаю, что конец нынешней воровской и сырьевой «илитки» предрешен. Так или иначе, но он случится. Допустим, мы с вами смогли не допустить распада РФ и взяли ее судьбу в свои руки. Продули дымящийся ствол маузера. Что дальше? Что делать?

Сейчас вы видим, как одна волна глобального кризиса в XXI столетии сменяет другую. Причем каждый новый пенящийся вал становится все тяжелее по геополитическим последствиям.

Кризис лопания пузыря доткомов, спаливший три триллиона долларов в 2000–2001 годах, вылился в кошмар Манхэттена 11 сентября 2001 года и локальные войны в Афганистане и Ираке. Уж тогда было ясно, что тараны башен-небоскребов в Нью-Йорке – дело рук отнюдь не мусульман, а неких сил внутри Соединенных Штатов. Ведь дальше последовали вторжение американцев и их союзников по НАТО в Афганистан, в 2003-м – американо-иракская война. Зародилась слабая надежда на возрождение имперской мощи США, на «Новый американский век». Последствием той волны кризиса стал и первый Майдан на Украине. Равно как и выход Заатлантической республики из договора об ограничении противоракетной обороны. В этот период на Западе начинаются первые крупные уличные протесты антиглобалистов.

Вторая волна 2008–2010 годов уже потрясла устои, потребовав от американских властей гигантских денежных вливаний в банки своей страны, запуска на полную мощь печатного станка (эмиссии), который и сейчас не остановлен. Геополитическими последствиями сей волны стали смуты и гражданские войны в арабском мире: полыхнули Тунис и Египет, скорчились в пламени гражданских войн Сирия и Ливия, фактически прекратив свое существование как единые государства. На грани смут оказались Иран, Египет и Алжир, едва удержавшиеся на краю пропасти. Опасно забурлила Турция.

Российская Федерация претерпела огромный спад экономики и в итоге десяток лет топталась на месте, а едва восстановив докризисный уровень, опять впала в застой. В 2012 году в ней случились массовые уличные протесты против правящего режима. В ответ на это начался курс на мертворожденное «великодержавие»: усиленное перевооружение, громкая имперская риторика – но при сохранении неолиберально-монетаристского курса, обрекающего РФ на статус вымирающего сырьевого придатка Запада, Китая, Турции.

А цепочки последствий второй волны тянулись все дальше. Украина, испытав страшный спад экономики в 2009–2010 годах, взорвалась вторым Майданом в конце 2013 года. Дальше последовал Крымско-Донбасский кризис, война на востоке бывшей УССР. Кремль потерял Украину, не создав полноценной Новороссии. Он бросил в ад русских Донбасса, полез воевать в Сирию. РФ оказалась в состоянии Второй Холодной войны с Западом, все глубже просаживая свою сырьевую экономику благодаря не столько санкциям Запада, сколько «мудрости» собственных правительства и Центробанка. Страна начала тонуть в нищете и бедности. Цены на нефть упали в полтора раза по сравнению с началом 2014 года. В стране стала расти массовая ненависть к власти. И вот уже президент Путин 15 января 2020 года дал старт второй (с 1985 года) перестройке в уменьшенной с тех пор стране. Затеял перекройку власти в условиях опасного экономического кризиса. Попомните мои слова – болтанку страна получит знатную и надолго, перестройка сама станет фактором нарастания кризиса. Экономический-то курс, что обеспечивает русскую деградацию, оставлен прежним. И вы еще, читатель, узрите все последствия сего шага.

А последствия удара глобального кризиса 2008–2010 годов тянутся все дальше. Теперь уже не только Украина и страны периферии впали в опасное состояния постоянной внутренней смуты. Чудовищное социальное расслоение, наплыв мигрантов и бегство рабочей силы в дешевые страны в результате глобализации вызвали первые бунты белых низов в странах старого Запада, в ядре капиталистической системы. Полыхнул бунт «желтых жилетов» во Франции. Британцы проголосовали за выход из Евросоюза. Американцы в 2016 году выбрали националиста и протекциониста Трампа, который не скрывал планов покончить с либеральной глобализацией и возвращать промышленность в страну. Крах старого мира с неизбежным шоком стал неминуемым. Либеральные жрецы со страхом заговорили о том, что раздел планеты на протекционистские миры-экономики вызовет страшный и всеобщий спад, самую болезненную ломку. В ядре капиталистической системы внутренний кризис принимает самые разнообразные формы. И сепаратизма в том числе. Угроза откола Каталонии от Испании («отделимся – и будем жить богаче!») совершенно реальна. Причем упования сепаратистов до боли напоминают бредни украинских сепаратистов, откалывавших Украину от Советского Союза. Мол, сейчас поднимем прапоры-флаги – и станем кататься, як сыр в масле. Напомнить, чем это кончилось? Но Западу все это еще предстоит пройти. Хотят отделиться Шотландия (от Соединенного Королевства), фламандцы – от Бельгии. И в Италии силен сепаратизм Севера. Там уж и Венеция (область Венето) все сильнее разглагольствует о самостийности. Но любой раскол одной из стран старой Европы может запустить цепную реакцию финансового кризиса.

Везде «элиты» терпят крах, неважно – левые или правые. В нарыв, готовый лопнуть, в зону постоянного социально-экономического бедствия превратилась «социалистическая» Венесуэла. Но бунтуют и жители Чили, «осчастливленной» либерально-монетаристскими реформами со времен Пиночета. Крах потерпели левые режимы в Эквадоре и Боливии. Дрожит от «подземных толчков» Аргентина, мотает Бразилию. Даже Китай оказался под угрозой спада и острейшего внутреннего кризиса, все более утопая в проблемах. Везде «элиты» выказали хамство и спесь, оторвавшись от своих народов и презирая их. Везде вызревают «гроздья гнева» – смуты и бунты. Невиданное дело: в Америке, оплоте традиционной ненависти к социализму и коммунизму, значительной силой становятся политики-леваки. Правда, они тоже способны вызвать крах, но это вопрос уже второй.

И снова катит в глаза опасность следующей волны глобального социально-экономического и политического кризиса. Теперь все усложняется не только зримой угрозой низовых бунтов в самом сердце капитализма, в странах бывшего «золотого миллиарда». Нет, еще подпирает и усиливающееся глобальное потепление, и новый виток технического развития, что делает ненужными десятки миллионов старых рабочих мест. Экономисты с замиранием сердца ожидают, когда лопнет гигантский пузырь на американском рынке акций, дав старт всемирной депрессии. С гибельным для сырьевых стран падением котировок на нефть, газ и металлы, причем на долгие годы вперед. Все усложняется перспективой ожесточенных торговых войн, огораживаний национальных рынков, нарастающим глобальным потеплением. В начале 2020 года, когда пишутся эти строки, глава Международного валютного фонда (МВФ) Кристалина Георгиева заголосила об угрозе кошмарной, второй Великой депрессии, как в 1929 году, указав на чудовищное имущественное расслоение даже в богатых странах. Словно все откатилось на век назад. Да, страшно заканчивается эра реванша богатых, начатая в 1979–1981 годах Тэтчер в Британии, а Рейганом – в США. За 40 лет так называемые неолибералы с их «свободным рынком» поставили человечество на край преисподней.

Третья волна мирового кризиса еще придет. Быть может, друг мой, вы читаете эту книгу многие годы спустя после ее выхода. Наверное, вы уже оцените, насколько тяжелыми и затяжными стали геополитические последствия оной волны. Они-то явно будут покруче, чем каузальные цепи 2008–2010 годов. И вы сами удивитесь тому, какой перетряске подверглось человечество какой-нибудь десяток лет с момента выхода в свет нашей книги.

Но и все эти штормовые валы – всего лишь цветочки. На фоне «ягод» Мегакризиса середины XXI века, чьи черные тучи поднимаются на дальнем горизонте.

Что делать русским в этом мире, что рушится, раскалывается и вопит от адской боли?

Ответ один: придется превращать Российскую Федерацию в страну-ковчег. Вести индустриализацию в условиях бурь и потрясений. Как? Об этом и повествует наша книга.

Часть первая. От массового потребления – к массовому вымиранию

Глава 1. Война за землю и воду

Почему русским потребуется страна-ковчег? Потому что длинный XXI век еще покажет свой жестокий лик. Как там назвал наш будущий мир Томас Фридман, рисуя проблемы перенаселенной планеты, страдающей от потепления климата? «Жаркий, плоский, многолюдный». Но и без него мы знаем, какая страшная и кровавая перестройка ожидает человечество. Год 2050-й, когда на Земшаре окажется 9,1 миллиарда душ, уже недалек. Для сравнения: в 1940 году насчитывалось 2,3 миллиарда землян. И уже тогда кто-то говорил о нехватке жизненного пространства.

Неотвратимые муки

Мир и так ждет мучительная ломка из-за краха Второй глобализации и разделения человечества на новые экономические и военно-политические блоки-империи. Это – попомните мои слова – приведет к первоначальному экономическому спаду у всех без исключения. Добавьте к сему болезненную ломку, вызванную переходом на роботизацию производства многих сфер человеческой деятельности, образование армий «лишних ртов», невероятный рост населения стран нищего Юга, которые и вовсе никому не нужны. Но теперь наложите на сие уродливое разрастание мегалополисов, нарастание нехватки плодородных земель и пресной воды. Добавьте в сие ведьмино варево беснование самого дикого религиозного и этнического фанатизма, падение цены человеческой жизни, массовые психопандемии – и перепад в населенности стран богатого Запада (нового Рима) с нищей цветной периферией. Наложите на это климатическую ломку, засухи и ураганы, введите в уравнение явное расползание ядерного и ракетного оружия по планете. Это ведь в 1945 году ракета Фау-2 и атомная бомба слыли невероятными и немыслимыми для большинства стран чудесами. А теперь даже межконтинентальные реактивные снаряды и ядерные заряды все более превращаются в «оружие бедных». О прогрессе средств уничтожения из разряда биологических и химических мы просто молчим.

Господа и товарищи! Если мир в 1914–1945 годах умылся кровью, познав невиданные дотоле ужасы, то неужели нынешний век фазовых переходов окажется мирным? Да нет, мы узрим и новое Великое переселение народов, и локальные ядерные конфликты, и очаги иррегулярных и регулярных войн, ведущихся уже не столько за нефть, но уже за пресную воду и пригодные для жизни земли. Мы опять станем свидетелями вырезания целых племен и народов. И боевые корабли станут разрезать волны замусоренных океанов, и остатки пластикового мусора будут стучать в их борта. Уже ясно, что отказ ведущих стран мира от космической гонки в конце 1960-х никак не позволяет нам переселяться в новые миры или даже просто создавать «эфирные» поселения в космосе и на Луне. Точно так же человечество, отравленное духом финансового капитализма, не смогло основать и плавучих городов в теплом поясе океанов. Зато, вынеся производства в Азию, оно превратило ее в огромный источник отбросов, покрывающих планету и грозящих уничтожить планктон в океане – основу пищевой пирамиды морской фауны и легкие Земли.

Коса смерти: новые эпидемии

Но – чу! – в зловещую ткань Кризиса кризисов вплетается и угроза моровых поветрий, огромных пандемий. Ударом колокола, пускай и больше паникой, нежели поистине повальным мором, стала вспышка китайского коронавируса в 2020 году. Именно она показала, насколько страшны могут быть действительно смертельные эпидемии для тонкого налета цивилизации. Даже пришедшая из троеградья Ухань вирусная пневмония нанесла страшный удар по мировой экономике, пошатнув принципы свободной торговли и свободы передвижений, общественные институты, саму мораль. Безумие локдаунов-карантинов поставило на грань краха экономики самых богатых стран мира, расстроило их финансы, невиданно увеличила государственный долг Соединенных Штатов и подтолкнула эту страну к порогу буквально гражданской войны. И если она грянет, то коллапс второй экономики планеты весь мир свалит в тяжелейший экономический спад, череду локальных войн, революций и усобиц, катастрофические кризисы стран, чье существование зависит от добычи и продажи сырья. Ибо спрос на него сожмется. Свой ад ожидает и РФ, и Украину с их сырьевыми экономиками.

Мы увидели, как сотни миллионов двуногих буквально сходили с ума от страха и ужаса, как многие были готовы закидывать камнями и жечь автобусы с теми, кого везли на карантин. Мы увидели, как по миру поползли самые дикие и бредовые слухи, как пандемия вируса переросла в пандемию психическую, в массовое умопомешательство, подобные тем, что настигали людей в Средние века. Как в темные, воняющие немытыми телами столетия, люди лишились рационального мышления. Тогда они ничего не знали и не понимали, что бури дуют в силу законов атмосферной циркуляции. Они считали, что бури, равно как и засухи, и эпидемии (о микробах они не ведали), – непременно дело рук колдунов или ведьм, а не действие объективных законов природы. Сегодня невежественные суеверия вернулись в новом обличье. Место ведьм заняли масоны, тайные службы Запада и Китая, «мировое правительство», «комитет трехсот» и проч… А где ведьмы – там непременно жди и охоты на них. Научно-критическое мышление гибнет в паникующем стаде двуногих, не видящих РЕАЛЬНУЮ угрозу.

Сей вирус ведь недаром пошел с рынка, где в Ухане торгуют экзотическими животными. Он – плод рекомбинации вирусов змей и летучих мышей. Китай вообще давно превратился в гигантский природный реактор по рекомбинациям и мутациям вирусов. Огромное скученное расселение, много водоемов, перелетных птиц, свиней и свинарников. (Организм свиньи – вообще отличная ходячая лаборатория, где вирусы, подцепленные от животных, мутируют и приобретают способность перепрыгивать на человека.) Ведь, попадая в тот или иной организм, вирус «разбирается», чтобы потом собраться при воспроизведении. А поскольку в тела заболевших людей и животных попадают и другие вирусы, происходит мозаичная рекомбинация – и получаются новые вирусы, объединяющие особенности и свойства «родителей».

Юго-Восточная Азия и без всяких «секретных биолабораторий» представляет из себя гигантскую фабрику по производству все новых и новых вирусных болезней.

Прочитайте «Пандемию» Сони Шах (издание 2017 года). Это история пандемий, начиная с холеры, которая явилась в мир из прибрежной зоны Бенгалии по мере ее колонизации британцами. В начале XIX века (раньше люди холеры не знали) холерный вибрион перепрыгнул на человека с веслоногих рачков, живших в болотистых лесах Сундабарана, в бассейне Бенгальского залива. Когда колонизаторы начали вырубки мангровых зарослей здесь и попробовали сажать рис, все и началось. Шах описывает то, как сегодня китайцы, едящие экзотических диких животных (по своим идиотским поверьям) сами превратили рынки в лаборатории про рекомбинации вирусов. На этих рынках, где китайцы покупают себе на стол всякую дичину, встречаются животные, которые в реальной жизни никогда не встретились бы. Рождаются новые вирусы, которые могут перескакивать на человека – а затем разноситься по глобализованному миру с помощью потоков грузов и пассажиров, кораблями и самолетами. В 2011-м коронавирус на рынке Гуанчжоу перекинулся с подковоносых летучих мышей на енотовидных собак, китайских барсуков, змей и пальмовых циветт (диких кошек). Все это китайцы поедают, с тем чтобы обрести здоровье диких зверей и еще какой-то фэньшуй. Получившийся в результате рекомбинированный коронавирус стал поражать слизистую оболочку человека: родилась атипичная пневмония. Теперь нечто подобное произошло и на рынке в Ухани в конце 2019-го. Китайские рынки, где экзотические животные с разных концов света дышат, мочатся, испражняются и питаются бок о бок, – клоаки и рассадники новых пандемий.

Но китайские рынки и привычки китаез жрать всякую гадость (согласно их «медицине») – лишь полбеды…

На все это наложите такую веселенькую «приправу», как ускоренные мутации не только прионов и вирусов, но и бактерий, что приобретают стойкость к лекарствам-антибиотикам. Люди, применяя антибиотики на птицефабриках, в животноводстве и, если можно так выразиться, в быту, вызвали мощное перерождение микромира. Микроорганизмы, плодясь с огромными скоростями, обмениваются генетической информацией. Поэтому коли один микроорганизм приобрел устойчивость к антибиотикам, то передает ее остальным видам микрожизни. И теперь мир стоит на пороге новых эпидемий, перед коими привычные лекарства малодейственны. Особый кошмар вирусологов – рекомбинация особо убийственных вирусов, когда они обмениваются генетической информацией. К чему это может привести в знойном перенаселенном мире с растущей антисанитарией?

Не так давно попала в руки прелюбопытнейшая книга американца Натана Вульфа «Вирусная буря» (The Viral Storm). У нас ее перевели как «Смертельный шторм: эпоха новых эпидемий». Вульф – один из создателей центра Глобального прогнозирования вирусных инфекций в Сан-Франциско (Global Viral Forecasting, GVF). GVF заявлен как центр раннего выявления пандемий по всему земному шару. Однако от этого до управления эпидемиями – даже не полшажка. Америка и здесь рвется вперед, овладевая невидимым миром вирусов.

Сам Вульф – фигура незаурядная. Типичный представитель энтузиастов междисциплинарных исследований. Сначала он был приматологом-обезьяноведом, но затем приобрел еще одну специализацию – микробиолога, вирусоведа. Он работал в экспедициях, нашедших природные очаги СПИДа и вируса Эбола, которые первоначально терзали шимпанзе. А поскольку местные негры охотятся на высших обезьян, то и заразились этими вирусами при освежевании и разделке добычи. Сказки о том, что СПИД и Эбола выведены в секретных лабораториях, – именно что сказки. В лабораториях мог ли «доделать» эти вирусы, но их природное происхождение доказано железно. Книгу Вульфа читаешь как продолжение «Охотников за микробами», научного бестселлера Поля де Крюи 1930-х годов.

Вульф показывает, что в современном мире опасность эпидемий растет с каждым годом. Почему? Многие болезнетворные вирусы перешли к человеку от диких и особенно – домашних животных. Попав в наш организм, вирусы изменились. Мы, жители Старого Света (Евразии и Африки) уже принесли свои жертвы и выработали сопротивляемость оным вирусам. Зато мы, белые, превратились в настоящее оружие массового поражения, когда с начала XVI века вошли в контакт с жителями Америки, Океании и Австралии. Принесенные нами болезни выкашивали целые первобытные племена: у них-то иммунитета к «привычным» нам вирусам не имелось. Это отлично описано в труде Джареда Даймонда «Ружья, микробы и сталь».

Но теперь произошел еще один скачок: из-за глобализации, всепроникающего мирового рынка, развития туризма и доступной реактивной авиации в мир скученных больших городов попали новые вирусы, раньше обитавшие в глухих уголках той же Африки. Те, к коим человечество непривычно. Они и создают угрозу новых пандемий с самыми трагическими последствиями.

Вульф приводит пример: птичий грипп, разразившийся в 2003 году, приводил к смертности 60 % заболевших: они умирали от того, что их легкие заполнялись жидкостью. Страшный вирус гриппа-испанки, уничтоживший десятки миллионов людей в 1918–1919 годах, кончался смертью лишь в 20 % случаев. Хорошо, что птичий грипп плохо распространяется от человека к человеку. Это спасло человечество в 2004 году от большой трагедии. Однако в 2009 году появился свиной грипп. Он отличается превосходной распространяемостью, хотя от него гибнет не более 1 % захворавших.

Но вирусы – штука, склонная к стремительным мутациям. Встречаясь в организме носителя, вирусы обмениваются генами. Вполне может быть, как пишет Вульф, птичий грипп станет очень вирулентным, а свиной – гораздо более убийственным. Можно предположить, что оба вируса, встретившись в организме человека или животного, создадут еще один вид смертельно опасного «мозаичного» вируса. Того, что будет и распространяться, как огонь в прерии, и убивать 60 % зараженных.

Жаркая, влажная, перенаселенная Юго-Восточная Азия стала просто огромным биореактором. Тут есть большие и малые свинофермы, где животные пьют воду из теплых грязных водоемов. И массы перелетных птиц – носителей опасных вирусов. Их помет попадает в воду, а из нее – в организмы свиней, каковые представляют из себя ходячие лаборатории по рекомбинации вирусов. Именно в организме свиней возникают мутанты, способные передаваться человеку.

Впрочем, только ли в Азии происходит подобное? Сегодня большинство продовольствия производится в сверхкрупных капиталистических индустриальных хозяйствах. Интересный факт: если в 1967-м в Соединенных Штатах насчитывалось около миллиона свиноферм, то к 2005 году их было немногим более 100 тысяч. Укрупнение и монополизация налицо. В той же Америке всего четыре компании производят более половины говядины, свинины и куриного мяса. В сущности, те же тенденции господства сверхкрупных хозяйств на рынке и в РФ. Они становятся поставщиками торговых сетей-монополистов.

Но именно тут и начинается беда. Огромные фермы Запада – это те же самые огромные «лаборатории», где животных пичкают антибиотиками и гормонами роста. Здесь животные и птица становятся «реакторами», внутри коих рождаются микроорганизмы, устойчивые к антибиотикам, которые затем (через обеденный стол) попадают и в организм людей. Однако пичканье антибиотиками и стимуляторами роста понятно: капитализм требует быстрой прибыли, снижения издержек производства и сжатия времени. В комбикорм тоже добавляются разные химические добавки (вроде китайского антиоксиданта сантохина), которые ядовиты и попадают в мясо. Ну а коль все монополизировано, то монополии не шибко пекутся о качестве продукта. Куда ты денешься, потребитель? Не свинья – все съешь. Ибо дешево предлагаем.

Там же, на огромных фермах-комплексах, в организмы животных попадают вирусы людей (и наоборот), а иногда и вирусы, заносимые птицами. Внутри животных вирусы обмениваются генетической информацией и тоже приобретают новые, «мозаичные» формы. А если животным в комплексах-гигантах дают корм с костной мукой от погибших животных (как было в Англии, где коров покормили такой мукой от овец, погибших из-за овечьей почесухи), то в мясо попадают и вовсе грозные микроорганизмы – прионы. Например, прионы коровьего бешенства (уничтожающего мозг больного), как это было в Британии конца 90-х.

Такими же «фабриками новых пандемий» становятся и современные больницы. «В последнее время медицина столкнулась с целой волной так называемых больничных супермикробов, устойчивых почти ко всем возможным антибиотикам, которые рождаются в условиях медицинских стационаров и заражают без того ослабленных больных…»1

Но вот что меня лично занимает: а ведь такую работу по созданию оружия пандемий можно сделать и искусственно, в лаборатории. Хотя это крайне опасно. В конце книги Н. Вульфа узнаю: оказывается, в знаменитой Лос-Аламосской национальной лаборатории США, в этой колыбели ядерного проекта 1941–1945 годов, существует «Банк генов». Электронная база данных фрагментов ДНК, пополняющаяся ежегодно миллионами новых генетических последовательностей. По состоянию на 2011 год сей банк насчитывал более 100 миллиардов фрагментов ДНК. С ним можно сличить любую последовательность генов, выявленных в биологических пробах. Банк позволяет обнаружить: а от чего умер вот этот человек? От известного вируса, уже имеющегося в лос-аламосском банке, – или же от неизвестного, каковой будет «расшифрован» и тоже помещен в хранилище данных.

При этом DARPA, Агентство передовых разработок Пентагона, разрабатывает программу «Предсказание». Ее цель – эффективно прогнозировать естественную эволюцию любого вируса. Как вы понимаете, отсюда до управления эволюцией – всего пара шагов.

Наконец, сам Вульф создал в США центр глобального обнаружения пандемий и их отслеживания – GVF. Причем он описывает, как в Америке можно следить за ситуацией в режиме реального времени, анализируя медицинские запросы в «Гугле» с «Твиттером» и интенсивность медицинских вызовов по мобильным телефонам. Это – четкие критерии вспышек заболеваний.

А теперь сложите кусочки мозаики. Видите, американцы начали осваивать громадный, невидимый мир вирусов. Рывок в информационно-вычислительных технологиях сделал это возможным. Отсюда идет прямой путь к созданию нового оружия тайных мировых войн. Ведь можно будет и создавать новые смертоносные вирусы, и опустошать ими целые страны. Ведь в отличие от прямого военного нападения, от открытого применения ракетно-ядерного оружия доказать факт применения вирусного оружия практически невозможно. При этом того, кого надо, агрессор вовремя вакцинирует, защитив от поражения. Например, у себя дома.

Вульф пишет, что западная наука вплотную подошла к познанию вирусной природы рака. Теперь она понимает, что состав микрофауны в организме человека способен влиять даже на ускорение или замедление его старения.

К чему я это? Да к тому, что мы стоим на переломе эпох. К тому, что враг наш обрел неимоверную силу.

Так что пустыни и руины городов с белеющими человеческими костями нам уже обеспечены. Как и пятна радиоактивных заражений на месте ударов примитивных ядерных боезарядов. Каждые встречи Джи-20, удручающе пустые, ведут дело к такой новой реальности.

Бешеные матки мира сего

Давайте поглядим, где будет расти население и что мы получим к 2050 году. Эфиопия увеличит популяцию с 83 до 174 миллионов душ. Что ж, ждите и нового всплеска пиратства у Африканского рога и в Красном море, и столкновений за воду Нила с египтянами. Ведь Египет распухнет до 133 миллионов жителей. А ему уже недостает воды для орошаемого земледелия.

Вьетнам нарастит свое население с 92 до 112 миллионов человек. Филиппины – с 92 до 140 миллионов. Нищая Мексика пускай не столь впечатляюще, но тоже увеличит население – до 129 миллионов с теперешних 110. Зато население Нигерии возрастет до 289 миллионов человек в 2050 году (155 миллионов на 2009 год). Неописуемо бедная Бенгалия-Бангладеш – это 222 миллиона человек с нынешних 170 миллионов. Пакистан по числу насельников далеко превзойдет СССР 1989 года и даже нынешние США – 335 миллионов (рост со 181 миллиона в 2009-м). Да, это при том, что Синд-Пакистан и теперь терзает нехватка воды и земли. Страна контрастов, Бразилия (привет генералам песчаных карьеров) нарастит популяцию со 194 до 219 миллионов.

Население Индонезии даст рост с 230 (2009 год) до 288 миллионов человек. Индия с ее чудовищным расслоением на разные миры обгонит Китай и достигнет численности в 1,6 миллиарда – с теперешних 1,2. Сама КНР должна вырасти в популяции умеренно – до 1,4 миллиарда с нынешних расчетных 1,3.

Зато японцев к 2050-му окажется изрядно меньше, ибо население Ниппона съежится со 127 до 102 миллионов. Да, невеселое грядущее у бывших потрясателей всей Азии.

РФ при нынешних тенденциях лишится 25 миллионов душ и снизит свое население до 116 миллионов. Зато Соединенные Штаты достигнут планки в 404 миллиона человек (сейчас – 315)2.

Как видите, именно самые нищие, раздираемые противоречиями, страдающие от жажды и малоземелья страны и станут кипящими демографическими котлами. К чему это приведет? Максим Калашников напомнит, что в 1850-е, когда тогдашняя Япония капитулировала перед слабенькими пароходо-фрегатами янки, никто и представить себе не мог будущих самураев на ревущих истребителях «Зеро» или на торпедоносцах «Накадзима», стартующих с японских авианосцев. Причем такое будущее наступило тогда достаточно скоро…

Первое и самое страшное, с чем столкнется палимый зноем, перенаселенный мир, – с жаждой. С нехваткой пресной воды. С войнами за нее и за плодородные земли. И с голодом в нищем Южном поясе…

Планетарная жажда

Нынешнее недалекое человечество, состоящее наполовину из горожан, не слишком хорошо представляет, насколько мы зависим от пресной воды. И что не иссякание нефти, а именно нехватка чистой несоленой водицы может столкнуть нас в сущий ад. Из 1,4 миллиарда кубических километров воды на планете лишь 1 % – пригодная для нас пресная вода. Если исключить из него малодоступные ледники и подземную воду, то останутся реки и озера – главный источник живительной влаги для питья, бытовых нужд, промышленности и сельского хозяйства. Не будет воды – ждите голода и спада индустрии. Агрохозяйство – самый большой потребитель пресной воды (70 %). Промышленность – 20 %. Бытовые нужды – 10 %.

Мало кто задумывается над тем, сколько пресной воды требуется для поддержания нынешней цивилизации. Скажем, тонна пшеницы обходится в 1 000 тонн воды. Кило мяса обходится в 1,5–1,8 тонны влаги. Производство одного автомобиля – это до 300 тонн воды. Свой «водяной эквивалент» имеют текстиль и пластик, металл и топливо. Даже для добычи нефти тоже требуется вода. А уж для добычи углеводородов из сланцев и подавно!

Первыми забили тревогу американцы. Осенью 2008 года Пентагон в лице Командования объединенных сил США (USJFCOM) выдал в свет любопытный документ. Некую военную доктрину, названную «Среда для действий Объединенных сил» (The Joint Operating Environment – JOE). Это – попытка заглянуть в будущее на четверть века вперед и понять: в какой среде придется воевать и вести операции в мире 2030-х?

Американские военные провидцы не рисуют картины будущего мира в мальтузианском стиле, обезумевшим от голода. Успехи в генной модификации растений и домашнего скота позволяют надеяться, по их разумению, на новую «зеленую революцию». Однако продовольственная проблема обострится в странах, где не хватает плодородных земель, а население быстро растет. Главная проблема четверть века спустя будет состоять в распределении продовольствия. Сможет ли человечество быстро перебрасывать провиант в проблемные регионы? Объединенным силам наверняка придется участвовать в таких операциях, обеспечивая не только переброску продовольствия, но и обеспечение порядка в его распределении.

Другая проблема – это болезни, поражающие сельхозкультуры. Военные аналитики напоминают, что в 1954 году 40 % урожая пшеницы в США было уничтожено болезнью почернения стеблей (black-stem disease). Новая версия этой болезни (Ug99) теперь распространяется в Африке и, возможно, может достичь Пакистана. И это крайне опасно (особенно из-за распространения по миру одних и тех же культур, подверженных одним и тем же болезням). Недуги, поражающие зерновые и картофель, в прошлом неоднократно вызывали голод, внешние и внутренние конфликты, приводили к коллапсам государственной власти. То же самое может быть и в 2030-е. Как показывает опыт, в зонах голода бывает полно вооруженных людей. И это усложняет задачи Объединенных сил на продовольственном поприще.

Прогнозируются и конфликты из-за морских (рыбных) ресурсов. Причем с применением боевых кораблей.

Гораздо более остра проблема пресной воды. Сельское хозяйство занимает долю в 70 % в ежегодном потреблении пресной воды (промышленность – 20 %, домохозяйства – 10 %). Развитые страны намного рациональнее и эффективнее используют воду в агросфере (примерно на 30 % эффективнее), нежели страны бедные. И это в перспективе ведет к тому, что на Ближнем Востоке и в Северной Африке наступит водяной голод. Уже в 2030-е годы ирригация потребует больше воды, чем есть в распоряжении 30 развивающихся стран.

Американцы в 2008 году рассчитали: через четверть века проблема пресной воды станет терзать 3 миллиарда людей. Скудость дождей в засушливых регионах заставляет крестьян использовать подземные воды для орошения полей. Но это ведет к понижению горизонта подземных вод на 1–3 метра в год. Чтобы восстановить эти уровни, нужны столетия. Вот еще одна громадная угроза: истощение подземных вод во многих бедных странах.

Нехватка воды может стать причиной ожесточенных войн и конфликтов. Как пишут авторы JOE, не в последнюю очередь израильско-арабская Семидневная война 1967 года началась из-за попыток Иордании и Сирии перегородить реку Иордан. А сегодня Турция строит плотины на Тигре и Евфрате, отбирая часть их стока и создавая проблемы для Ирака и Сирии. Конфликты из-за пресной воды в ближайшем будущем грозят дестабилизировать целые регионы. Дарфур в Судане, залитый кровью, – это возможное будущее для многих страдающих от жажды земель планеты. С коллапсом государственных систем управления, со вспышками межплеменной и межрелигиозной резни. Вооруженные группы станут драться за источники влаги, на фоне эпидемий, распространяющихся от антисанитарии. Кстати, в третьем мире все это усугубится еще и массами неочищенных сточных вод, извергаемых в природу разросшимися городами с примитивным коммунальным хозяйством и трущобами.

Как решать эти проблемы, аналитики Объединенных сил не пишут. Просто советуют американским командирам действовать в районах жажды, эпидемий и загрязнения максимально осторожно. Чтобы не терять личный состав из-за инфекций.

В январе 2008 года авторитетная американская некоммерческая организация World Future Society («Общество будущего мира») выступила с 10 прогнозами относительно будущего, подчас – до рубежа 2050-х и даже 2080 года. WFS – неправительственная некоммерческая организация, объединяющая 25 тысяч членов в 80 странах мира. Имеет свой журнал The Futurist.

Пресная вода в XXI веке станет тем, чем была нефть в ХХ веке. Дефицит воды, по мнению WFS, будет терзать как развитые, так и развивающиеся страны. Ожидается совершенствование опреснительных технологий. Так, уже сегодня в Калифорнии стоит 13 заводов по опреснению морской воды – чтобы обеспечить 10–20 % питьевых потребностей штата в следующие 20 лет. Опреснительные технологии – вот что станет мировым «мейнстримом». Трудно поспорить с таким пророчеством. Жажда (в дополнение к голоду и дефициту доступной нефти) – вот что ждет человечество на перенаселенной Земле. Русским нужно приготовиться к тому, чтобы отстаивать свои пространства, где сосредоточены 25 % глобальных запасов пресной воды.

Сегодня образовался настоящий пояс регионов, бурлящих молодым и злым населением. Вернее, полумесяц «молодых регионов» – от Андских гор через земли южнее Сахары и далее на Средний Восток, Кавказ и северную часть Южной Азии. Однако рождаемость кое-где идет на спад. Например, в Иране. Причем драматически. Если в 1985 году одна иранка рожала в среднем шестерых детей, то теперь – только двоих. Судя по всему, Кавказ тоже остановит быстрое саморазмножение.

Старый закон истории гласит: чем больше в народе молодых и буйных – тем нация агрессивнее и неспокойнее. Тем более она склонна к войнам и бунтам. К 2025 году высокая доля молодежи сохранится лишь в Африке южнее Сахары, отчасти на Среднем Востоке и на больших островах Тихого океана. Уже сейчас нехватка земли и воды терзает 21 страну с населением в 600 миллионов человек. К 2025 году таких стран будет уже 36, а число душ, попавших в зону голода, дорастет до 1,4 миллиарда. Здесь окажутся Бурунди и Колумбия, Эфиопия и отколовшаяся от нее Эритрея, Малави, Пакистан и остатки Сирии. Особенно страшна нехватка вод в развивающихся странах – до 70 % ее потребляет именно сельское хозяйство. В то же время обеспеченные люди в незападном мире норовят питаться на западный манер, богатой протеином пищей. А ее производство требует еще больше воды и горючего. Да и зерна для откорма скота и птицы тоже. Количество же стран – основных экспортеров зерна на Земле небольшое: США, Канада, Аргентина и Австралия. И если тамошние правительства часть земель отведут на производство сырья для биотоплива, проблема голода резко обострится.

Все усугубится нездоровой урбанизацией, бегством бедных в разрастающиеся грязные супермегаполисы. К 2025 году 57 % населения планеты будут обитать в «каменных джунглях», полностью завися от подвоза продовольствия. К 19 нынешним «мегагородам» в 2025 году добавятся еще восемь. Все они, за исключением одного, будут в Азии и Африке южнее Сахары. Впрочем, рост ждет и здешние небольшие города: они станут расползаться по дорогам (и их перекресткам), а также по береговой линии. И все они – потребители, а не производители еды. Им нужна и вода. К 2050 году уже 70 % землян станут горожанами. А поскольку города третьего мира – экологические монстры, они станут интенсивно загрязнять пресную воду. Опреснение морской воды тоже проблемы не решает: и дорого, и образуется в результате крайне сгущенный рассол, который сбрасывают в моря. Водный голод усугубит азиатская экологическая катастрофа. Ганг в Индии – уже сточная вонючая канава. Притчей во языцех стала река Читарум на Яве (Индонезия), где воды не видно из-за слоя мусора на поверхности – пластиковых бутылок и бытового мусора. Массовый вывод производства с Запада в эту дешевую страну уничтожил реку: ее берега заняли полтысячи текстильных фабрик. Однако близки к состоянию сточных канав река Ямуна в Индии (и тот же Ганг), Буриганга в Бангладеш, китайские Сонгхуа и Желтая река, филиппинская Марилао. Очень неблагополучны Миссисипи в США и река Сарно на юге Италии. Все больше проблем у великой китайской Янцзы, что поит треть населения Поднебесной. И на нее берегах – свыше 10 тысяч заводов. Вообще экологические бедствия и проблема пресной чистой воды весьма связаны.

Впрочем, жажда и проблема пресной воды – сами по себе источник грядущих конфликтов. Разным государствам будет трудно договариваться об использовании общих источников воды. Например, потенциальное яблоко раздора – Гималайский регион, ледниками которого питаются главные реки Китая, Пакистана и Индии. Или, скажем, палестинские территории, где находятся главные водные ресурсы Израиля. Уже очевиден грядущий конфликт между Египтом с одной стороны и Суданом с другой из-за нильского стока. В Египте уже не хватает воды для орошаемого земледелия. Специалисты пророчат борьбу за воду между Китаем и Индией.

Пресная вода


Или вот Ферганская долина в Средней Азии, где уже не хватает воды. После гибели СССР Таджикистан и Киргизия, владея горными реками, теперь не торопятся делиться водой с Узбекистаном. Они хотят вырабатывать электричество на ГЭС, а узбекам вода нужна для выращивания хлеба и хлопка. Амударья и Сырдарья давно исчерпали свои возможности. Да и планы Туркмении строить новый канал, питаемый Амударьей, встречают резкую реакцию Ташкента. Того и гляди, появится новый Тамерлан в Узбекистане – воитель за воду. А там и Китай подоспеет…

Да чего уж об Азии? Пока еще в начальной стадии – конфликт между Соединенными Штатами и Канадой за мелеющие Великие Озера…

Американцы в начале 2000-х прогнозировали не полномасштабные войны за воду, но – конфликты низкой интенсивности. То есть все-таки войны, хотя и партизанско-иррегулярные. Но, как мы знаем, они тоже могут быть крайне истребительными. Этнические чистки и геноцид людям давно и хорошо знакомы.

В 2006 году Дэвид Уосделл (Wasdell) напомнил: недавно (на тот момент) на Иберийском полуострове и юге Франции случилась хоть и не засуха, но маловодье из-за сильной жары. Однако французы совершенно не желали делиться водой с испанцами, отговариваясь тем, что, мол, самим не хватает. Засухи еще не было, но уже замаячил призрак серьезного конфликта за природный ресурс – воду. Сегодня, на исходе 2010-х, мы знаем, что пресная вода становится яблоком раздора в Италии и причиной сепаратизма Падании – севера страны. Он уже не сильно стремится делиться своей водой с центром и особенно югом Италии. Вышла на свет божий еще одна проблема: ускоренного исчерпания подземных горизонтов пресной воды. В той же Италии лишь в окрестностях Рима – более 40 тысяч артезианских скважин. Высасывая воду из недр, итальянцы вызвали обмеление Тибра – его вода уходит под землю. Проблема опустошения подземных вод приняла европейский размах. Не так уж много великих рек в этой части Старого Света, вот и приходится бурить скважины (и не только в Европе нарастает эта беда).

«Нехватка чистой пресной поверхностной воды заставляет многие страны активнее использовать подземные воды. В Евросоюзе уже 70 % всей воды, используемой водопотребителями, берется из подземных водоносных слоев. В Дании, Литве и Австрии грунтовые воды – единственный источник пресной воды для народного потребления.

В засушливых странах вода практически полностью берется из подземных источников (Марокко – 75 %, Тунис – 95 %, Саудовская Аравия и Мальта – 100 %). Подземные водоносные слои залегают повсюду, но не везде они возобновляемы. Так, в Северной Африке и на Аравийском полуострове они заполнились водой около 10 000 лет назад, когда климат здесь был более влажным. В Экваториальной и Южной Африке дела с подземными водами обстоят значительно лучше. Проливные тропические дожди способствуют быстрому восстановлению запасов подземных вод…»3

Воображая немыслимое: взгляд из Пентагона

В 2004 году Пентагон предал гласности доклад Питера Шварца и Дага Рэндалла «Вообразим немыслимое», посвященный последствиям климатической «ломки» в ближайшие 20 лет. Конечно, его можно считать очередным «возбудителем общественного мнения», «страшилкой» – такой же, как и «достоверные сведения» об оружии массового поражения у Саддама Хусейна годом ранее. И все же давайте познакомимся с положениями этого доклада повнимательнее. Ибо климат Земли меняется на наших с вами глазах. И уж к середине столетия все эти тенденции наберут ход.

Итак, в силу пока неизвестных доподлинно причин началось «глобальное потепление»: Арктика очищается ото льдов, ледники отступают. Масса пресной воды изливается в океан. Зимы становятся слякотными и малоснежными. Однако это оборачивается не потеплением, а похолоданием. Нарушается течение Гольфстрима, несущее тепло востоку США, Англии, Европе, Скандинавии. На Британских островах, в Голландии и Скандинавии (они ведь рядышком расположены) каждую зиму стоят буквально сибирские морозы. Некогда незамерзающие порты сковываются льдом. Замерзает и некогда теплое Северное море. Расход нефти резко возрастает. Неприспособленные к суровым зимам европейские города начинают вымерзать.

Нарушение привычной циркуляции воды в океане вызывает сильные ветры, приводит к уменьшению выпадения осадков в главных регионах – поставщиках продовольствия. В бедных тропических странах начинается голод, миллионы беженцев уходят туда, где жизнь кажется лучше. Они устремляются в Европу и США. Ураганы сносят дамбы в США и Голландии, вызывая огромные затопления. Уровень моря из-за таяния льдов поднимается.

Европе придется туго: внутри нее образуются потоки беженцев – европейцы из Скандинавии и с севера континента потянутся в более южные районы. А с юга ЕС придется сдерживать орды беженцев из Африки. Впрочем, испытания ждут и Соединенные Штаты. Их климат станет более сухим и ветреным, летом они станут страдать от засух. Производство зерна в США сократится, а это спровоцирует мировой голод. Америка замкнется в себе, используя ресурсы прежде всего для прокорма своего населения, укрепления собственных границ и удержания под контролем американского социума.

Крайне скверно придется Китаю. Зимы в нем станут более долгими и суровыми, лето – более жарким. Голод повлечет за собой хаос и бунты, китайцы обратят взор на энергетические ресурсы РФ. Впрочем, китайцам тоже придется иметь дело с наплывом беженцев из Южной Азии. Такие страны, как Бангладеш, потерпят полный крах. Индия начнет корчиться в муках. Опасная ситуация: три обладателя ядерного оружия (КНР, Индия и Пакистан) окажутся на грани краха и хаоса. Добавим ко всему прочему кризис в тамошней промышленности, что работала на рынки Запада и давала заработки сотням миллионов «дешевых рабочих». Лишившись средств к существованию, эти тьмы китайцев, индусов и пакистанцев обезумеют.

В таком мире неминуемо начнутся войны. Слишком у многих возникнет желание поправить свои дела за счет соседей. Китаю срочно понадобятся южно-сибирские и приморские территории РФ. Восточная и Центральная Европа позарится на Украину, Белоруссию и РФ: ведь там и нефть, и газ, и черноземы, и пресная вода. Японцы сами (или в союзе с американцами) возжелают оторвать Сахалин, заполучив его запасы нефти и газа. Начнутся яростные схватки за бассейны рек, за воду для орошения полей и питья.

Стремясь обеспечить себя энергией, все, кто только сможет, начнут строить атомную энергетику. Но ей всегда сопутствует и ядерное оружие: АЭС – фабрики для наработки плутониевой взрывчатки. Ядерные технологии станут бурно распространяться. Ядерным оружием помимо нынешних его обладателей (США, РФ, Великобритания, Франция, КНР, Пакистан, Индия, Израиль) обзаведутся Германия, Япония, Иран, Египет, Северная Корея. Вполне возможно, появится оно и в Латинской Америке. В неизбежных конфликтах кто-нибудь да и пустит его в ход.

В сошедшем с ума, терзаемом бедствиями мире начинают создаваться неожиданные союзы. Возможно, США и Канада ради выживания сольются в одно супергосударство. Обе Кореи соединятся, создав страну промышленно развитую, высокотехнологичную – и при этом с сильной армией и ядерным оружием.

А это, читатель, уже не «посиделки» в негосударственном фонде. Это – документ Министерства обороны США…

В 2006 году о тяжелых последствиях «зеленой революции» в глобальном сельском хозяйстве (1960–1970-е годы) говорил индийский исследователь П.К. Кесаван (P.C. Kesavan), профессор Фонда исследований М.С. Сваминатана (M.S. Swamina than Research Foundation). Перевод агро сферы на полную механизацию, интенсивное возделывание полей, применение только высокопроизводительных сортов растений и пород животных, широкое использование минеральных удобрений вкупе с ядохимикатами – все это ведет к интенсивному загрязнению окружающей среды, засолению и деградации почв, отравлению рек и озер, уничтожению биоэкосистем. Горький факт: на фоне роста населения планеты площади земель аграрного назначения только уменьшаются, тогда как резервы роста продуктивности сельского хозяйства индустриального типа уже исчерпаны. Его рост сопровождается увеличением сжигания углеводородного топлива, что усугубляет климатические бедствия планеты. По сути дела, ради спасения Земли придется создавать совсем другое сельское хозяйство – биотехноэкологическое…

Редактор «Сайентифик Америкен» Джордж Массер (Musser) в том же 2006-м был встревожен массой выброса углекислого газа в воздушный океан. Хотя богатство человечества растет быстрее, чем эти выбросы (что внушает надеж ду на лучшее), однако в абсолютном выражении объемы выбросов все равно увеличиваются. Конечно, Запад стал использовать более экономичные моторы внутреннего сгорания с увеличенной по сравнению с началом 1970-х годов степенью сжатия топливно-воздушной смеси в цилиндрах. Однако автомобильное загрязнение атмосферы углекислым и угарным газами с тех пор выросло на 23 %! Оказывается, сами автомобили за минувшие 35 лет стали значительно тяжелее, а жители Запада стали ездить на них гораздо больше, чем в начале 70-х. Скажем, в США – на 16 % больше, чем во времена исхода Вьетнамской войны. Оно и понятно: автомобиль – символ и божество общества потребления. Поэтому нужна новая мировая политика: не только наращивать эффективность использования энергии, но и сокращать потребление углеводородного топлива. Массер считает, что во второй половине нового века человечеству, если оно хочет уцелеть, придется построить сугубо устойчивую, ресурсосберегающую экономику вкупе с политикой жесткого ограничения численности человечества. Естественно, с сокращением безудержного потребления…

Тот же 2006-й. Об опасном разрушении почвенного слоя под действием плугов говорил геолог и почвовед Дэвид Р. Монтгомери (профессор Университета Вашингтона в Сиэтле). Особую опасность представляет современное интенсивное земледелие. Даже в высокоразвитых Соединенных Штатах почва губится ударными темпами. Еще в 1930-е годы президент Франклин Рузвельт заявил: «Нация, которая разрушает свои почвы, разрушает саму себя». Красивые слова так и остались словами. Монтгомери привел пример исследований местности в 200 милях к востоку от Сиэтла, в так называемом Пэлоузе (Palouse area). За 60 последних лет плуги уничтожили 5–6-футовый слой почвы (1,5–1,8 м) – со скоростью 1 дюйм (2,5 см) в год. А всего уже разрушена половина плодородного слоя. В Теннесси в некоторых местах утрачено по 4–5 футов почвы за последние 230 лет. Все это – последствия ведения интенсивного, механизированного сельского хозяйства с плужной вспашкой. То есть, несмотря на то что в Америке в 30-е годы было создано специальное агентство по сохранению почв (Soil Conservation System), все равно потеря почвы идет быстрее, чем ее восстановление.

И это – в богатых и культурных США. Что же говорить о более бедных странах, где местному населению приходится выжимать из аграрных угодий максимум урожая и прибыли? Между тем разрушение плодородного слоя – это не только уменьшение возможностей человечества прокормить себя, это еще и превращение огромных районов в пустыни. Пример? Северная Африка, где еще во времена первых римских императоров цвели оливковые рощи и колосились хлеба на полях. Однако уже в III веке н. э. из-за разрушения почвенного слоя сюда пришли пески Сахары. А теперь Северная Африка – это территория с полностью уничтоженной почвой. Нечто подобное грозит теперь и Америке, пока еще основной житнице планеты. Недаром Оклахому уже окрестили Пыльной чашей (Dust Bowl).

Что делать? Необходимо изобретать новое, по терминологии Монтгомери, «устойчивое» земледелие. Среди трех критически важных проблем в обозримом будущем он называет именно такую агрикультуру вкупе с эрозией почв и уничтожением биоразнообразия. Но что это за sustainable agriculture? Монтгомери называет так возделывание многих культур (немонокультурное земледелие) в одном хозяйстве, более широкое использование «древесных культур» вроде оливковых деревьев, которые служат еще и защитниками плодородного слоя, а также использование не однолетних, а многолетних полевых культур. Плюс к тому – еще и непахотное земледелие.

Но такое устойчивое земледелие, отметим уже мы, по урожайности в несколько крат уступает индустриальному, «нефтепрожорливо»-тракторному агрохозяйству. И переход на устойчивую модель села, увы, потребует радикального сокращения не только крупного рогатого скота (он требует зерновых кормов), но числа людей-едоков на планете.

Да, неплохое добавление к перспективе глобальной жажды! Куда двинутся массы населения Ирана, Ирака, Пакистана, Северной Индии, Бангладеш, Афганистана, Узбекистана, Таджикистана, Туркмении и Киргизии, спасаясь от голода и жажды? На север. Под каким знаменем? Под стягом воинствующего ислама. Понятное дело, что голод и жажда большинство уничтожит на месте. Но кто-то и сможет сорваться в новое Великое переселение народов.

Часть переселенцев из Азии попытается прорваться в Европу как нелегальные иммигранты, и поток таковых из Центральной Азии смешается с потоком беженцев из Африки. А остальные (пускай и в лице отчаянных боевиков) двинут вперед, сметая для начала светские режимы в Ашхабаде, Ташкенте, Душанбе, Бишкеке. Но в Средней Азии не хватает воды, мало орошенной земли. Значит, нужно идти дальше, в Казахстан. Но и там с водой плохо. Значит, новые варвары попробуют пойти дальше – в низовья Волги и на Урал, в южную Сибирь! Там, где есть земли, леса и большие реки. И впереди будут идти закаленные почти в семидесятилетних боях афганские боевики: пуштуны, белуджи и узбеки.

Вне всякого сомнения, они используют все возможности для нелегальной миграции в Европу и на наши земли, пустеющие из-за вымирания коренного населения. Что такое наплыв мигрантов (беженцев и выгонцев) из Африки и с Ближнего Востока, ЕС знает уже сегодня. Когда массы народа погонят еще и жажда с голодом в середине сего века, все это покажется сущим баловством на фоне настоящего бедствия. Эксперты прогнозируют, что мигрантами в середине текущего столетия могут стать от 300 до 700 миллионов душ. А это грозит крушением цивилизации.

Кстати, гораздо более серьезной опасностью для нас может стать организованный исход китайцев. В те же Приморье и Забайкалье. Тут не кибитки – тут мотоколонны возможны. Помимо обычных миграции и просачивания…

Все взаимосвязано. Нарастание жажды и нехватки земель на бедном плодящемся Юге – это и голод, и эпидемии с дикой антисанитарией, и слом общественных институтов. А дальше – и кровопролитные «неправильные» войны, фанатизм и садистская жестокость, эпидемии телесные и психические, новое Великое переселение, применение оружия массового поражения, причем уже не только государствами, но и негосударственными игроками. Сие уже никакими силами не отвратить – время упущено.

Строить Россию-ковчег по-хорошему надо уже сейчас. Слишком мало времени осталось до середины Жестокого века…

Глава 2. Великие испытания – но и великие возможности!

Завтра принадлежит только сильным и умным!

Меня совершенно не волнует судьба обывателей. Каждому – свое. Глубоко презираю нынешних люмпенов с их растянутыми футболками, пивными брюхами и кроссовками. Туповатые и ограниченные, они ползают на дне. Банальные заботы, убогие мыслишки. Где-то что-то урвать, получить подачку, что-то купить на распродаже или со скидкой, «по акции». Банальные мечты о сладкой жизни, о тачке и смарт фоне, завистливое перелистывание бульварных журнальчиков с иллюстрациями роскоши звезд – «Живут же люди, нам бы так!» Таковы же и их жены, бесформенные расплывшиеся бабы…

Тьфу! Вот дети ваши нам нужны. Мы из них Людей сделаем…

Также мне наплевать на тех странных особей, что целиком уходят в виртуальный мир Сети. Хотите – и погружайтесь вовсе в ваши игры, плавая в ваннах с введенным в желудок зондом, и пусть вас кормят дешевыми смесями. Презираю глупых. Немилосердное будущее и Россия-ковчег приемлют лишь сильных духом и готовых на долгие усилия. На труд и подвиг, как бы высокопарно сие ни звучало.

Возможные образы великого потепления

Давайте представим себе мир воплощенного глобального потепления. Северный Ледовитый океан теперь свободен ото льда, он – аналог холодного, но незамерзающего Северного моря между Норвегией и Англией. В самой Англии дуют муссоны, ураганы приносят красноватую пыль из африканской пустыни. На волнах морских качаются «острова» пластикового мусора. Полоса пустынь разрослась-расширилась. Пески Каракумов и Кызылкумов захватили Калмыкию, вышли к Волге. Степи стали опустыниваться. Пустыни наступают на несчастный Пакистан, захватывают Афганистан с Ираном. Пески Аравии словно движутся навстречу Каракумам, хотя их все равно разделяют горы Ирана и хребет Копет-Даг. И только русла Тигра и Евфрата отделяют их от разрастающихся в Иране пустынь Дешт-э-Лут и Дешт-э-Кевир.

Пустыня Гоби стремится на север, приближаясь к Байкалу, с востока как бы обходя его и вклиниваясь глубоко на север, в русское Забайкалье. Даже в Индии Великая пустыня на северо-западе разрастается. Даже в сердце Турции возникает небольшая пустыня. Аравийская пустыня выходит на берега Индийского океана, окончательно покрывая густонаселенный Йемен. К юго-западу от нее, через Красное море и Оманский залив, опустынивается Африканский рог – с Эфиопией, Эритреей и Сомали. Новая засушливая зона Африканского рога словно движется навстречу наступающей с севера Сахаре. Да, на фоне нарастающего дефицита пресной воды, при угрозе конфликтов Судана и Египта за сток вод великого Нила…

Наступление пустынь


Пески Сахары, точно воины победоносной армии, выходят на южные берега Средиземного моря. Они словно пересекают его и получают первые плацдармы в Европе – новую жаркую и безводную местность на востоке Пиренейского полуострова, а возможно и на Сицилии. Пески Сахары ползут и на юг Африки – опять-таки встречь расширяющимся голодным и засушливым землям и Африканского рога, и Калахари на самом юге Черного материка. Калахари наступает на территории Намибии, Ботсваны и ЮАР. Она вторгается даже в часть Анголы.


Впору говорить о формировании некоей Великой Афро-Евразийской пустыни. Огромное песчаное море Сахары соединяется через Египет и Синай с пустынями Аравии и Ирана, а они – с пустынями Средней Азии и Гоби. Первые – пускай и небольшие – пустыни возникают на северном побережье Черного моря, в Новороссии, на самом юге бывшей Украинской ССР. Пустыня зарождается даже в Китае, к западу от Бохайского залива и к юго-востоку от Пекина.


И это – в мире, где свирепствует водный голод, где миллионы нищих беженцев и выгонцев из Африки и Ближнего Востока рвутся в относительно благополучную Европу. А опустынивание Средней Азии и Казахстана так же гонит людей на Север, в пределы Российской Федерации. Пустыни поставят на грань выживания регионы с самым бурным ростом населения, друзья мои. Считается, что зона голодных земель (а это не только песчаные моря!) не распространяется выше 30-го градуса северной широты и южнее 30 градусов южной. Однако оные пределы будут преодолены.


Если планетарная климатическая ломка продолжится и будет становиться жарче, то нас ждет и замедление движения воздушных масс. Нас ждут стойкие антициклоны, что будут делать зимы – студенее, а летний зной – злее. Помните, какая адская и застойная жара накрыла Москву и центр РФ летом 2010-го, когда воздух еще и наполнял дым от торфяных пожаров? Да и лесные гари в знойном климате станут куда чаще – в дополнение к хищнической вырубке «зеленых легких» планеты. Потепление суши и мирового океана сделает ураганы более сильными и частыми.


Линия снегов в горах станет отступать все выше, ледники примутся таять, уменьшая речные стоки и усугубляя глобальную нехватку пресной воды. Достаточно сказать, что в китайском Тянь-Шане сток вод с ледников с 1964 года уменьшился более чем на 20 процентов, создавая серьезные проблемы для севера КНР. Впрочем, и Альпы в старушке Европе с середины го столетия утратили 54 % площади ледников.


Потепление атмосферы и насыщение ее углекислым газом приведет к тому, что воды Мирового океана станут поглощать двуокись углерода. Да, они просветлеют от этого – но зато начнется вымирание планктона и коралловых рифов. Дело в том, что микроорганизмы с кальциевым скелетом (фораминиферы) – начало пищевой цепочки. Их вымирание усугубится при повышении аппетита куда более крупных обитателей океана: ластоногих, усатых китов, пелагических (живущих в верхних слоях океана) рыб. Все это приведет к сокращению популяции и их тоже. Упадет добыча рыболовецких флотов – но зато освободившуюся нишу займут склизкие медузы. Например, огромные медузы Номура, каковые уже сейчас стали бичом японских рыбаков и распространяются в северной части Тихого океана. Медузы неприхотливы, загрязненный и бедный кислородом океан станет для них раем. А вот у человечества добавится продовольственных проблем.


На наших родных просторах пойдет таяние вечной мерзлоты. Тундра начнет превращаться в топкие плавни. Таяние вечной мерзлоты выбросит в воздушный океан планеты огромные объемы метана и углекислого газа, усиливая мировое потепление.

Переворачивание мировой «шахматной доски»

Напрашивается твердый вывод: обстановка странным образом напоминает начало ХХ века. Но если тогда шла кровавая борьба за передел мировых рынков, за «распечатывание» рынков колоний, причем с помощью долгих и «правильных» мировых войн, то теперь… Теперь прежний миропорядок полетит к черту лишь в силу климатическо-экологической ломки, не считая остальных факторов. Она сметет прежние границы и повлечет за собою массовые переселения сотен миллионов людей. И войны здесь будут иррегулярными, максимум – локальными, с применением маломощных ядерных боеприпасов. Споры о конце капитализма можно прекращать: виден явный и очень страшный его предел. К нему и должна готовиться РФ – чтобы стать тем самым Ноевым ковчегом. Встречать новую эпоху нужно не только с карабином в руках – но во всеоружии Нового курса. Используя и смелые социальные преобразования, и новую урбанизацию, и плоды научно-технической революции. Умные тракторы и комбайны тут не менее важны, чем танки и боевые беспилотники.


Мне понятно, что к середине сего века вся мировая политика изменится до неузнаваемости, повинуясь страшным вызовам и самым драматическим переменам. Считаю, например, что нынешние противоречия с Украиной отойдут далеко на задний план – придется выживать и строить новую цивилизацию вместе. Потому что от потоков беженцев и выгонцев из черных и мусульманских стран рискуют пострадать и великороссы, и малороссы-украинцы. Никакая Европа тут не поможет – она сама скрючится от своей боли и проблем.

Наступать, а не отсиживаться!

В подступающем инферно Российская Федерация имеет неплохие возможности выстоять и даже расшириться. Во всяком случае, теоретически. 40 миллионов заброшенных с 1991 года гектаров пахотных земель. Пояс плодородных черноземов. Причем на долю РФ приходится половина (48 %) их глобальных запасов – 153 миллиона гектаров (1,53 миллиона квадратных километров). Если добавить Украину с ее 9 % мировых черноземов (27,8 миллиона гектаров, 0,278 миллиона квадратных километров), то у нас – большинство таких ценных почв.


У нас есть обширные площади лесов и тайги. На территории одной лишь РФ текут могучие и полноводные реки. У нас – около 60 значительных речных систем. Мы не только о Волге. Тут вам и Обь, и Лена, и Амур, и Енисей с Иртышом, и Днепр с Доном, и Двина, и Ангара… А если считать и Украину-Малороссию (вместе с Новороссией)? Общий с РФ Днепр, Днестр, Южный Буг и Буг Западный, часть Дуная, Северский Донец, Горынь, Десна…


У нас в распоряжении – бескрайние просторы Сибири, пригодные для жизни даже в условиях глобального потепления. С их природными кладовыми. У нас и Русская-то равнина толком не заселена! Доступ к северным морям, Черному морю на юге и Тихому океану на востоке – огромное русское преимущество. Вижу огромные комплексы марикультуры: мы сами (не только в море, но и в прибрежной полосе суши!) можем выращивать ценнейшие биоресурсы – моллюсков, крабов, водоросли. Источник не только обогащенной пищи, но и лекарств, и биологически активных добавок. Мы совершим переход от примитивного вычерпывания моря рыболовецкими «эскадрами» к возделыванию акваторий. К разведению рыб и морской флоры. Возрожденный русский флот обеспечит надежную охрану наших морских владений, прикроет Арктику. Если она освободится ото льдов, то станет возможным маневр ВМС между Кольским полуостровом и Владивостоком. Севморпуть, будучи кратчайшей трассой между Юго-Восточной Азией и Европой (на 20–40 % короче Суэцкого и Панамского маршрутов), заработает в полную силу. Откроются трансполярные пути.


А на суше мы совершим не только футурополисную и транспортную революции. Наше сельское хозяйство превратится в агробиоиндустрию. Это – не только чистые съестные продукты, но обогащенная, здраворазвивающая пища новой эпохи. Это производство естественных лекарств и биологически активных средств из трав и кореньев. Технология холодной углекислотной эскстракции, сохраненная нами со времен Советского Союза, позволяет извлекать из растений их уникальные химические соединения. Вот вам ворота в пленительную, захватывающую, полную смысла жизнь!

Не хватает нам лишь людей и волевого, умного государства, не пораженного проказой цинизма, коррупции и казнокрадства. Не хватает нам своего государства, что, объединяя разделенные с 1991-го русские земли, делает ставку на местное самоуправление, на народосбережение и хозяйственность, на «сосредоточение» и всемерное развитие. Государства, что занимается Делом, а не расплескиванием ресурсов на всякие там Сирию, олимпиады и футбольные чемпионаты. Времени-то до середины жестокого века – каких-то 30 лет! К этому времени тем, кто родился в 2000-м, будет всего 50, эпоху суровых испытаний увижу и я, рожденный в 1966-м. Мне отмерен срок на сем свете до 2051-го…


И понятна стратегия выживания: надо не только обустраивать собственную страну, но и тянуть в нее всех тех европейцев, кому тесно, гнусно и невыносимо в выжившей из ума, потерявшей волю Европе. Нам нужны те, кто готов ехать в великую страну огромных возможностей, в Сверхновую Россию. В страну-ковчег. Нам нужны германцы и скандинавы, южные и западные славяне, кельты и представители романских народов. Даже и англосаксы – тоже нужны. Всех сможем сделать русскими. Здесь можно развернуться, стать аграрием или промышленником, найти интересную работу, строить, обзавестись домом и детьми. Без удушающей «толерастии» и тьмы глупейших предрассудков. Европейцы нам намного желательнее, нежели пришельцы из «засахарской» Африки или с Ближнего Востока. С Востока нам нужны культурные и трудолюбивые персы прежде всего.


Есть Казахстан – возможное убежище для множества людей с Востока. С плодородными почвами, которые можно оживить с помощью высокотехнологичного орошения по израильскому образцу. У русских имеется в распоряжении могучее геополитическое оружие – сток сибирских рек. Всегда можно вернуться к тому, чтобы перебросить часть его в степи и полупустыни Казахстана. На русских условиях, естественно. Здесь можно создать огромную новую житницу, заняв работой миллионы людей. Причем давление на Казахстан с юга и со стороны Китая сделает его лояльным к русским. Мы вам – воду и защиту со стороны русских военно-научных сил. Вы нам – часть хлеба. Китай не сможет с нами здесь соперничать – воды ему самому не хватает. В ходе климатической ломки и нарастания водного голода нам открывается возможность для возвращения контроля над большей частью Каспия. Во всяком случае, не только Астрахань, но и Мангышлак, и Красноводск могут стать нашими оплотами. Возможная экспансия Китая отлично сдерживается с помощью ракетно-ядерного щита, перспективных космических вооружений и воздушно-космического флота. Да и сами русские военно-научные силы.


«…Мир принадлежит тем, кто сильней. Кто хочет жить, должен властвовать. Мы – владыки мира! Владыки над морями и землями! Владыки над звездами! Владыки Вселенной!…»


Эти слова Карел Чапек в 1920-е вложил в уста вождя роботов, Радия. Они верны и нынче.


Нас ждут не только большие испытания, но и великие возможности. Но не для глупых обывателей и не для тех, кто бежал в виртуальные бесплодные миры…

Империя-ковчег и степи…

Обозревая возможное суровое будущее в жарком, страдающем от жажды, голода, смут и войн мире, рисуя чертеж нашей империи-ковчега, обратим наш взор на просторы к югу от Уральских гор и к востоку от Волги. На, как бы сказали раньше, киргиз-кайсацкия степи…

Что такое – бывшие степные, целинные земли Казахстана? Читаем прелюбопытнейшие воспоминания из 1985 года, опубликованные Валерием Ярхо в журнале «Загадки истории», № 30 за 2019 год. Итак, окрестности станции Тогузак, Кустанайская область. Фактически – Южный Урал, примыкающий с юга к Челябинской области.

Как пишет В. Ярхо, их, водителей грузовиков и армейских резервистов, бросили на уборку хлебов на давно уж распаханной к тому времени целине.


«Ближайшим очагом городской культуры был поселок Комсомолец, который находился на расстоянии пятидесяти километров. Где-то неподалеку находилось село Шадыксаевка… Что находилось в других секторах пространства, местные жители точно не знали и на всякий случай говорили, что там «ничего нет до самого Байконура». Мнение это базировалось на том, что спустя сутки после запусков космических кораблей с той стороны неизменно приходил ураган, сметавший и уносивший в степь все, что не было надежно закреплено. Дороги туда не было, а попытки доехать степью до чего-нибудь, отправляясь в эту сторону, ни к чему хорошему не приводили.

В дикой степи сгинуть так же просто, как в горной тайге или полярной тундре. Наши командиры… советовали новичкам не покидать асфальтированных дорог. Проселок легко было потерять, заблудившись в том краю, где нет воды, где днем жара, а ночью – заморозки.

Мы уже видели кубанские степи, полные спелой пшеницы, но казахские степи – совсем иные. Малообжитые, огромные – сколь взору хватит до горизонта – пространства, не имеющие конца-края. Сравнить степь можно только с морем. Колосья под ветром и волнуются-то как волны. И это море надо было скосить, обмолотить и вывезти на элеваторы…»


Ярхо вспоминает, что в 1985 году поселок совхоза был правильно спланирован и застроен двухэтажными домами из шлакоблоков и одноэтажными – из белого силикатного кирпича. Здесь были (хвала цивилизации Советского Союза) большой клуб с колоннами, двухэтажная каменная школа, почта, три магазина. Большой яблоневый сад на краю населенного пункта. Именно сюда, на ток близ поселка, поступал поток зерна, который колонны грузовиков везли на железнодорожную станцию с огромным элеватором. «Столько много зерна не видел я ни до, ни после того! Огромные бурты высотой в два человеческих роста растягивались метров на 30–40 в длину…» «Кроме хлеба и картошки, степная земля ничего не родила. Зато там привольно было держать бычков и овец. Дирекция совхоза на прокорм «партизан» каждый день давала бычка и особого расхода в этом не видела. Многие хозяева также держали скотину. Осенью, после расчета по уборке, сдачи бычков и продажи картошки денег у поселковых скапливалось много, но тратить их им было совершенно не на что. В поселковых магазинах продавались водка, рыбные консервы, крупы с макаронами и всякая мелочевка. За всем остальным ездили в Кустанай или Челябинск…»

Увы, уже тогда жизнь здесь была далека от идеала. Обиталось в поселке серо и скучно, кино и танцев было мало, чтобы развеять скуку. Поэтому люди стремились уехать в большие города – в Челябинск или Златоуст. Оставались здесь по большей части высланные по суду из больших городов да женщины трудной судьбы – вернувшиеся из больших городов «разведенки» с детьми. Они вовсю спали с проезжими дальнобойщиками. Здесь многие курили анашу из дикой конопли. Процветали пьянство и половая распущенность среди детей…

А теперь представим иную картину. То же самое – но с нашими дополнениями. Итак, на полях в степи – роботизированные комбайны «Ростсельмаша». Один оператор управляет десятком машин. Ориентация по спутникам «ГЛОНАС» позволяет убирать урожай с изумительной точностью – комбайн не захватывает уже убранную полосу. Система электронного картографирования хозяйства дает повышенную урожайность за счет точного внесения удобрений.


Посмотрите на технику сегодняшнего «Ростсельмаша»: это уже цифровая экономика! Автоматизированные комбайны движутся по картографированным с помощью спутниковой навигации полям. Это – земледелие высокой точности. Уже сейчас комбайны ростовского производства подключены к системе «Агротроник». Все данные о работе машин стекаются в одну базу данных завода. Собственник комбайна может войти туда и спланировать оптимальную работу техники, затраты на нее, минимизировать производственные потери, оптимизировать логистику. Можно наиболее рационально управлять парком своих машин и поднимать эффективность всего хозяйства. Видно все: сколько техника работала, сколько – простаивала, сколько горючего сожгла. Ты замечаешь любой неконтролируемый слив топлива, видишь объемы намолота. Система позволяет вычертить трассы движения комбайнов по полям, причем они планируются так рационально, что расход горючего снижается до необходимого минимума (комбайн ходит буквально на автопилоте). Это же позволяет добиваться самого большого урожая. После того как урожай собран, «Агротроник» позволяет построить карту урожайности, покажет «гиблые пятна», позволит спланировать внесение удобрений и высев на следующий год. На тех «пятнах», где урожай низок, можно провести анализ почвы и внести потом нужные вещества. Так сказать, точечно применить удобрения, без их перерасхода на других участках. (Мы рассказали об умных комбайнах, но на Кировском заводе в СПб делают и смарт-тракторы.)


Экономия топлива – максимальная. Урожай снимается в самые сжатые сроки, зерно не осыпается. Тут создано отличное многопрофильное хозяйство. Лишь часть скота пасется вольно. А рядом действует современное, высокотехнологичное, энергонасыщенное сельское хозяйство, применяющее и «высокоточный» сев по спутниковой навигации, и высокоавтоматизированные животноводческие комплексы. Навоз и отходы попадают на полную переработку в биореакторы, где микроорганизмы превращают все в биогаз для местной энергетики и удобрения на поля. Трудятся модули с калифорнийскими червями.


Люди в поселке работы не теряют: лишь часть зерна уходит необработанной на элеватор и далее – по железной дороге. На месте сверкает на солнце нержавеющей сталью своих биохимических реакторов завод по полной переработке зерна. Он дает не только спирт, но и ценные кормовые добавки. Глюкозу, лизин и глютен. Особенно ценным продуктом выступает лизин: эту полученную из зерна пшеницы аминокислоту вовсю применяют как добавку в корм для крупного рогатого скота, в фармацевтике и производстве косметики.


Тут же работает белобашенная мельница – зерно превращается в первостатейную муку. Здесь делают и отличные макароны. В то же время при животноводческих комплексах производится полная переработка мяса, внутренностей и костей. Здесь делают не только мясо в вакуумной упаковке, колбасы и сосиски. Тут выпускают даже лекарства и биологически активные добавки. Энергию обеспечивают не только отходы, ветровые панели Отарашвили и мини-ядерная установка. Нет, тут есть и природные выходы водорода из недр – с помощью скважины его собирают и подают на газопоршневую электростанцию.


Люди больше не чувствуют себя в изоляции. И дело не только в том, что у них есть Интернет в их купольных домах. Нет, они – владельцы малой авиации. У каждой семьи есть винтолет-гироплан Устинова, позволяющий за час-другой долететь до крупного города. А кое-кто владеет русскими четырехместными самолетами МП-1 – корпус из сверхпрочного и легкого базальтового волокна, толкающий винт в кольце, экономичный дизельный мотор Вуля, широкая, немного сплющенная сверху кабина, точки подвески баков и груза под крыльями – как у старого доброго По-2 сталинских времен. Короткий разбег при взлете и пробег – при посадке.


Впрочем, сама центральная усадьба хозяйства превращается в культурное и производственное ядро «звездного» агробиотехнологического города. Он – один из узлов новой транспортной сети, русского Транснета. В дополнение к прежней железной дороге и автотрассам появляются грузоподъемные гибридные воздушные корабли, скрещение самолета и дирижабля. Обладая грузоподъемностью поезда и скоростью транспортного самолета 1930-х годов, они не требуют аэродромов и дают возможность возить груз в любую точку нашей империи-ковчега. А есть и легкие и дешевые трассы-эстакады, по которым носятся экранопланы Бартини. Что намного доступнее и проще, чем вакуумные трубы Масковой «Гиперпетли». Есть и классические аэропорты, из которых летают не только реактивные лайнеры, но и русские турбовинтовые самолеты, наследники Ил-18. Да, они шумнее будут и помедленнее турбореактивных кораблей (650–700 км/час), то зато изумительны по топливной экономичности.


В этом мире люди перемещаются со скоростями в разы большими, чем на поездах или в автомобилях. Они не привязаны к дорогам, асфальтовым или рельсовым. Они совмещают жизнь вне мегаполисов, на природе с городскими удобствами. И пусть с юга, дыша мертвящим зноем, пытаются наступать пустыни – часть стока сибирских рек предоставляет им пресную воду. Капельные системы орошения обеспечивают самый рациональный расход живительной влаги. Безотвальная обработка почвы предотвращает пыльные бури. Мы создаем свою землю обетованную, порождая нацию творцов и летчиков. Беспилотники-дроны обеспечивают и биологическую защиту наших полей, высаживая пожирателей всяческих вредителей в посевы, и защиту военную. Сюда не прорвутся на джипах с пулеметами никакие бородатые игиловцы или аль-каидовцы.


Кстати, применение беспилотных аппаратов пробовали еще в СССР.

Зачем аграриям дроны-беспилотники?

…Над волнующимся полем кукурузы, задорно стрекоча, летит крохотный радиоуправляемый вертолет. Буквально касаясь початков, он выбрасывает из игрушечного фюзеляжа маленькие белые капсулы. Они падают среди колосьев. Из маленьких отверстий картонных шариков выходят «десантники» – мушки-трихограммы. Они – гроза насекомых-вредителей. Словно звездная пехота из романа Хайнлайна, они бросаются на врага – всяких совок, плодожорок, кукурузного мотылька. Трихограммы – всего полграмма «бойцов» на гектар – позволяют не отравлять поля убийственной химией…

Это – будущее? Нет, такое уже было. В Соединенных Штатах? В ЕС? В Израиле? Не угадали – в Советском Союзе. В 1976–1982 годах. В Молдавии. Такое высокотехнологичное, экологически чистое сельское хозяйство создавалось ВНИИ биологической защиты растений совместно со студенческим КБ Московского авиационного института. Этого никак не могла понять советская бюрократия. Ну а потом все попало под обвал страны и нашествие орды «реформаторов». И вы мне скажете после этого, что СССР был отсталой страной? Ведь дроны для села в те времена делались на чисто отечественной электронике.


Вспомнили мы об этом, когда в ноябре 2016 года российский премьер Д. Медведев при скандальных обстоятельствах получил в Израиле подарок: беспилотный вертолетик «Снайпер». Испанский. Для аграриев. А скандал поднялся из-за того, что в подаренном дроне есть электроника, запрещенная к поставке в РФ. Да, низко же мы пали, если то, что делалось в Советском Союзе, теперь нам дарят израильтяне. А в собственной стране на покупку футболистов тратят денег в разы больше, чем на разработку гражданских беспилотников.

А теперь представьте, что все изменилось, и теперь в Русской империи-ковчеге русские гении производят беспилотные летательные аппараты для села. Способные работать стаями, обмениваясь информацией друг с другом. Так, что одному оператору с телематического пульта остается лишь немного подправлять действия всего роя. Это и есть настоящая цифровая экономика. В действии…

На возможных обломках Казахстана…

Рисуем эту картину, накладывая ее на образ Северного Казахстана (Южного Урала). Однако то же самое можно строить в южной, степной полосе Российской Федерации, от Донского края до Новосибирской области и Забайкалья. В причерноморской степи, которая пока еще «под бандеровцами».

Впрочем, Казахстан – тоже ведь пример, как говорится, в лузу. Ведь эта страна как нечто единое возникла именно благодаря русским, которые включили киргиз-кайсацкие степи в Российскую империю, защитив местные тюркские племена от истребления джунгарами и китайской экспансии. А в СССР казахи получили свою национальную государственность. А вот в самостоятельном плавании с 1991 года они вошли в полосу крайних опасностей. После смерти Назарбаева, бессменного елбасы и последнего руководителя из СССР, Казахстан попадет в свою смуту. Единой нации у казахов нет – опять начнется деление на жузы, племена и роды. С одной стороны напирает могучий научно-промышленный Китай. Он вытягивает к себе самых умных и образованных казахов, коим в Казахстане применить свои таланты трудно. Слишком много коррупции и родо-племенных дрязг, да и экономика местная – сырьевая, отсталая. С другой стороны в нашем варианте поднимается национально-футуристическая Россия, империя-ковчег, тянущая к себе самых умелых и образованных. С третьей стороны, с юга начнут наступать не только пустыни, но и озлобленные исламские боевики, которые, однако, несут проповедь уничтожения старых коррумпированных верхов и отказа от родо-племенного деления в пользу равенства и общности всех в мусульманской умме. К середине XXI века оная тенденция раскалится добела…

Уже сейчас реальное положение дел в Казахстане резко отличается от рекламных образов «степного экономического тигра».


Нурсултан Назарбаев, бессменный глава Казахстана, елбасы:

«Казахов заставляли глотать пыль, потому что мы были колонией России…

Во времена царской России все богатства из земли вывозились, а нам просто оставляли перекопанную землю и заставляли глотать пыль. У нас даже дорог внутри страны не было. А сейчас видели, какую железную дорогу запустили? А раньше такого не было, потому что мы были колонией, – обратился в преддверии дня независимости Казахстана его президент Нурсултан Назарбаев в ходе награждения лауреатов президентской премии «Алтын сапа» («Золотое качество»)4.

Еще от елбасы:

«Политического союза между Россией и Казахстаном не будет»5.

«За 150 лет, пока мы были колонией России, казахи едва не лишились традиций, обычаев, языка, религии»6.

А вот письмо, присланное Максиму Калашникову от читателя из Казахстана в 2016-м.

«Пробыв в разных странах много лет, поразился по возвращении – какая случилась КАТАСТРОФИЧЕСКАЯ убыль русского и русскоязычного населения в Казахстане (тут к русским относят всех не туркестанцев, не мусульман. Чуваши, немцы, осетины, мордва, поляки – все давно сильно обрусели и никак уже от русских не отличаются). Признаки исламизации же повсюду. Куча женщин в хиджабах, паранджах (их тут называют «куколки») и масса бородатых мужчин (не по моде, а по религиозным, разумеется, обоснованиям).

В самой Алма-Ате коренных алматинцев не найти. Даже городские обрусевшие казахи пачками разъехались (в Астану, Москву, большая община в Канаде, куда всяк светский казах хочет перебраться). Алма-Ата наводнена южанами нещадно.

В ряд регионов (Кызылординская, Джамбульская, Южно-Казахстанская, Мангистауская, Актюбинская области) и при советской власти не везде донесли свет просвещения и гуманизма, а после распада СССР именно оттуда хлынул поток переселенцев в города, построенные русскими в КазССР (хоть ныне тут об этом нельзя упомянуть… де они все сами).

Аульные переселенцы с конца 80-х и поныне, активно въезжая в города и выдавливая неказахское население (а зачастую и обрусевших казахов), всеми способами (в первую очередь экономически и административно) привносили с собой бандитизм, чуждые социальные формы взаимодействия, жуткие стандарты поведения (тут даже какие-то брошюры писали о традиции плеваться) и все прочее из мохнатого прошлого.

Разумеется, качество обслуживания, медицина, образование – все вошло в стадию жуткого регресса. Отчасти на госуровне пытаются это решить финансовыми вливаниями, есть много программ (для казахов) учебного обмена, но не помогает. Что говорить… если врач, принимая меня, сказал: «Вы учиться в Санкт-Петербург… а это где?» К слову… Южная Корея через богатую, влиятельную корейскую диаспору распространила существенное влияние на определенные сектора (медтуризм весь на Корею заточен, авторынок тоже схвачен и др.) Хоть корейцев в Казахстане примерно 110 тысяч, но и среди них сильны чемоданные настроения (США, Россия – в первую очередь).

Так вот, именно эти южные казахи, не отличающиеся образованием и культурными нравами, но знаменитые сплоченностью и агрессией, были изначально признаны цветом нации, носителями чистой традиции, хранителями уклада. Как известно, казахи (будучи, честно говоря, довольно рыхлым этнообразованием) делятся на три жуза. Средний жуз в целом (наиболее обрусевший, адекватный и образованный) почти не вписан в процесс государственного строительства и привнесения смыслов в проект национального строительства. Все по лекалам южан (как на Украине по лекалам галичан).

Еще в Мангистауской области выделяются адаевцы. То они себя объявляют самыми «чистыми» казахами, а то и совсем не казахами. Там очевиден сепаратизм (в том числе экономический). Да и кровь там уже была (подавление нормальных требований в Жанаозене). Адаевцы очень агрессивны и часто учиняют драки, поножовщину. Кстати, агрессивные нацэлементы часто заезжают в «оккупированные города» (где много русских) и ночами убивают неказахов. Это абсолютный факт, так убили моего старшего брата вечером на улице. Только в окружении я знаю четыре подобных случая: двое – русские, один – кореец, один – кавказец. На суде мать убийцы нам орала: «Мой сын герой, оккупанта убил!» Ей ничего не было, а нас, возмущавшихся, вывели из зала суда. То бишь сказания про мир\труд\май с казахами на самом деле невероятно далеки от реальности.

Сами южане и северных казахов-то за «чистое племя» не держат.

Приведу пример: в Казахстане – как в любом государстве с уродливой системой – живет более-менее лишь три города: Астана, Алматы, Атырау (нефть). Все остальные – как-то, чем-то. Разумеется, народ массами съезжается в Алма-Ату, много тут и северных казахов из Павлодара и Кокчетава, Кустаная. Почти все северные казахи только по-русски говорят, хоть и стараются учить госязык. Южане их постоянно одергивают: «Эй, манкурт, по-казахски говори!» Из-за этого часто все перерастает в матерщину, где уже обе стороны говорят только на русском. Причем нацагрессия исходит явно именно от взрослых\старых казахов, которые были взлелеяны советской властью (их и учили, и в аулы на вертолетах все возили, но благодарности – ноль).

Самое удивительное, что Назарбаев и его узкое окружение, которые эту этнократию плавно-плавно заложили и выпестовали, именно казахами-южанами крайне нелюбимы. То они твердят, что он борщам (русским) продался, то китайцам, то он у них вор, то – узурпатор. Конечно, все это отчасти верно, но масса мыслит исходя из простых радикальных установок. Назарбаев, конечно, очень хитер, нос держит по ветру, кого надо – деньгами подкормит (коих поубавилось). Но его слабости очевидны: коррупция страшная, старость притупляет, нет в окружении ни преемника, ни готовых удержать штурвал. Да и нельзя замкнуть государство на кучку зажравшихся родственников и друганов. Власть совершенно оторвана от народа.

…Часть казахской молодежи жутко «опылена» исламскими эмиссарами (мечети как грибы растут), они с радостью пойдут на любую резню во благо исламского проекта (кстати, по своему укладу абсолютно чуждому жизни кочевника) и на радость арабским монархиям (и тем, кто западнее). Даже речь некоторых ОЧЕНЬ сдобрена арабскими выражениями!

Другая часть казахской молодежи жутко проамериканская: тусовки, инглиш вместо каз\рус, каникулы в Америке и все такое. Им вообще не нужен ни Казахстан, ни казахский язык (который они на дух не переносят), ни все местное (скучно, говорят, культура якобы неконкурентоспособна). Эти требуют либеральных реформ и все в этом русле. Такой молодежи прилично числом, к тому же дети чинуш и ворья – все из этой категории. А исходя из традиции «папа – сыну», именно они присядут в нужные кресла через какое-то время (если будет куда садиться). Поэтому эти две тенденции, обе чуждые современному положению дел, разорвут страну. Уж молчу про радетелей извне.

Вообще, любые моменты, где прорисовывается потеря территорий, любой разговор с переходом на древнюю историю Казахстана воспринимаются национально озабоченными, как красная тряпка. Возможно, только на Украине заходятся в более жутких истериках на эту тему. В новостях ситуацию припудривают, все намного хуже. Схроны, оружие, литература у экстремистов тут повсюду. То там склады с оружием опустошили, то там что-то пропало или ввезли. Мобилизация исламистских элементов высока, и ненависть к власти нарастает (кризис\цены в помощь), поэтому очевидно «бомбанет».

Конечно, надеяться на современную горе-власть в России нет никакой возможности, но план по Казахстану (пока он – еще не горящая степь) должен быть. Разумно в случае переворота введение войск и размежевание по южной границе Карагандинской области и Восточно-Казахстанской.

Тут и сама география на службе: пустыни как барьер. К тому же Казахстан заселен КРАЙНЕ неравномерно и почти все города и население – у границ.

Южный Казахстан, который культурно всегда был Туркестаном, находится в сфере узбекских, исламских влияний, его стоит отпустить пока как культурно чуждую территорию (РАЗУМЕЕТСЯ, ВЫВЕСТИ ОСТАТКИ РУССКОГО НАСЕЛЕНИЯ, коего много еще в Семиречье, чудном крае).

Северный Казахстан, где, несмотря на убыль русского населения, его процент еще очень существен, стоит оформить как зависимое светское государство (псевдосредний жуз, Русско-казахская конфедерация, Южно-Сибирская\Уральская республика – типа того). А из Западного Казахстана есть смысл кроить ресурсные территории, потому что там населения мало, крайне сильна исламизация. А часть тамошних приграничных с Россией городов можно включить в состав последней (Уральск, Ганюшкино и пр.).

Особливо идет уйгурская ирредента в Алма-Атинской области; уйгуры четко отделяют себя от казахов (браки смешанные не поощряются вовсе). Ирредента политически бессильная, но сплоченная и довольно богатая.

Разделение вызовет массу проблем, но раз оно неизбежно, то лучше проводить его по своим чертежам. Иначе при приходе к власти южно-исламистской группировки тут просто будет широкомасштабный коридор для любых бандформирований, наркотиков и прочего (что и ныне уже так). Также присовокупится резня русских и нерусских, дипломатические выпады, да и КНР, думается, что-то может на границе передвинуть под шумок. Поэтому есть смысл столбить важные территории и плавно их русифицировать, чтобы не было волны еще одного распада\отступления. Но это – в идеале. По-моему сугубо личному мнению…»

Так или иначе, но нынешний Казахстан еще ждут свои трудные времена. Огромная масса Китайской империи потянет часть «республики» к себе, как гравитация Юпитера – несчастную комету Шумейкера-Леви. К себе потянет и мир воинственного магометантства. И уж все прелести опустынивания да глобальной жажды Казахстан познает сполна.

Строя империю-ковчег, мы обязаны подумать о северной части Казахстана. Остальные же земли могут стать зависимой от нас территорией. Занятой сельским хозяйством и питаемой нашей водой. Здесь же может образоваться и убежище для азиатских беженцев, уходящих от жажды, голода и смерти на север. Наш санитарный кордон. Наша зона имперского влияния. Здесь мы удержим поток экологических и военных беженцев с выгонцами, превратив их в источник продовольственного снабжения. Китай тут с русскими тягаться не сумеет – воду он предложить не может. А мы – можем, опираясь на нашу Сибирь. Сибирь уже развитую, русскую…

Глава 3. Русский ковчег на «Парниковой планете»

Факт остается фактом: климат Земли меняется, идет потепление и содержание углекислого газа в Пятом океане (атмосфере) перевалило за 400 ррм (частей на миллион). В 1850-е – 250 ррм. Не беремся судить твердо о причинах, но чем больше в воздухе углекислого газа и метана – тем больше тепла сохраняется в атмосфере. Наступает «парниковый эффект», как на Венере.

Возможно, это несет нам новую эру жары и засух. Ураганов, наводнений и непривычных «скачков» погоды. Отвлечемся сейчас от установления точной причины: повинны ли в том насыщение воздушного океана парниковыми газами или же солнечная активность. Зададим главный вопрос: что это принесет русским, если они примутся строить свою империю-ковчег?

«Парник» уже не остановить

Давайте посмотрим на новомодную идею борьбы с «парниковым эффектом» и ростом содержания углекислого газа в воздушном океане Земли – на попытки улавливать техногенные выбросы двуокиси углерода, переводить их в жидкую форму и закачивать в недра планеты. Возьмем проект в Исландии, где работает геотермальная электростанция, использующая пар от вулкана Хейнгидль. Установка CarbFix сжижает углекислый газ, смешивает его с водой и подает смесь на место захоронения. Там мощные насосы закачивают жидкость на километровую глубину, в слой базальтовых пород («Популярная механика», август 2019 года).

Но вот беда: чтобы таким образом связать тонну углекислого газа, потребны 25 тонн пресной или опресненной воды. Что в итоге обходится в 25 долларов затрат на тонну злосчастного «парникового» газа. Берем в руки карандаш и считаем в столбик. Итак, ежегодный объем двуокиси углерода, выбрасываемого в атмосферу благодаря деятельности человека, – чуть более 40 миллиардов тонн (2018 год). То есть, даже если всю планету уставить подобными комплексами, каждый год на это придется тратить триллион долларов и триллион тонн пресной волы! Или, для наглядности, – 1 000 кубических километров ПРЕСНОЙ воды. Годовой сток Амазонки знаете? 6937,92 км3. Годовой сток Волги составляет 254 км3.

Да, очень неплохая идея – тратить столько воды и денег в мире, терзаемом дичайшей нехваткой пресной воды.

Понятно, что для снижения выбросов углекислого газа нужно не просто отказываться от сжигания угля – надобно отказываться от производства эверестов и монбланов одноразовых вещей. Ведь на их производство и приходится транжирить и топливо, и ту же пресную воду, потом еще тратя драгоценные ресурсы на свалки отбросов и их переработку. Требуется снижать «поголовье» самого расточительного и неэффективного вида транспорта – легковых автомобилей. Если в 1986-м по планете бегало полмиллиарда автомобилей, то в 2018-м – 1,2 миллиарда. К 2030-му их будет уже два миллиарда. Страшно подумать о поголовье автомобилей к середине столетия…

Как пишет профессор Лестер Туроу в своем «Будущем капитализма», американец, родившийся в 1990 году, произведет за время своей жизни 1 миллион килограммов атмосферных отходов, 10 миллионов килограммов жидких отходов и еще миллион кило отходов твердых. Чтобы иметь средний американский уровень жизни, он потребит за свою жизнь 700 тонн полезных ископаемых, 24 миллиарда британских единиц тепловой энергии (что равносильно 4 тысячам баррелей нефти), съест 25 тонн растительной пищи и 28 тонн мяса, что равносильно забою двух тысяч животных.

Но попробуйте-ка убедить жителей не только Запада, но и пробужденного Востока добровольно отказаться от возможности жить так же, как и западный средний класс! Начав в 1980-х Великое переселение промышленности из Соединенных Штатов и Европы в бедные теплые страны Азии, хозяева Запада запустили необратимый процесс. Подъем промышленности в Азии породил перемещение туда и финансов мира, и бурный рост нового обывательского, потребительского класса в возникающих мегалополисах и агломерациях. Сотни миллионов жаждущих хорошей жизни пополняют несметную рать пожирателей ресурсов, благодаря коим сонмища фабричных и выхлопных труб превращают Землю в подобие жаркой Венеры. А потом таких новых потребителей станет миллиард, в дополнение к миллиарду Запада. Попробуйте заставить индийцев или китайцев, попавших в разряд зажиточных, не покупать автомобилей. И получите не только «парниковый эффект», но и покрытые слоем пластикового мусора реки и моря. Уже сегодня богатеющие китайцы, уповая на бредовые рецепты своей медицины, создают богатейший спрос на услуги браконьеров, истребляющих ради покупателей из Поднебесной тысячи слонов и носорогов (ради их рогов и бивней), множество исчезающих видов диких животных.

Китай вообще пожирает все, как саранча. Иногда стоит обратиться к истории начала ХХ века, когда Китай был еще слаб. Но и в ту пору китайцы слыли истребителями природы. Ознакомимся с уникальным явлением в мировой литературе: книгами Владимира Арсеньева «Дерсу Узала» (основа – путешествие 1902-го) и «По Уссурийскому краю» (записи за 1902–1906 годы). Произведения военного востоковеда и путешественника Арсеньева есть сплав художественной литературы и точнейших дневников его полевых исследований. И там – полно о китайцах, которые тогда буквально заполоняли Приморье и вовсю его эксплуатировали. Причем именно самостоятельно – ибо сам Китай в те годы был единым весьма условно, его самого нещадно когтили западные державы и Япония. Но китайской народной экспансии это вовсе не мешало, как и варварскому истреблению китайцами природы (только СССР на 70 лет выставит китайцев отсюда, и только после 1991-го они вновь явятся в те же земли). Полистаем издание – В.К. Арсеньев. «По Уссурийскому краю. Дерсу Узала» – Москва, «Правда», 1983 год. Отмечу, что эта книга в РФ к экстремистским не причислена.

Арсеньев рисует одну и ту же жуткую картину в Приморье. Китайцы являются, создают организованные общины, в них выдвигаются лидеры. Китайцы, наплевав на формально русскую юрисдикцию, устанавливают свои законы. Местное население (тазов-удегейцев) они порабощают. То есть загоняют их в долги, зачастую подсаживая на опиум. Потом отбирают за долги жен и детей себе в рабство. Должник тоже пашет на кредиторов. Любое возмущение – и тазов убивают. Китайцы очень любили хоронить туземцев заживо (потом с ними самими это будут делать японские оккупанты в 1930-е). Арсеньев сам видел могилы живьем погребенных, убивших китайца-займодавца. К ногтю прижимают и корейцев. Сами китайцы выжимают из территории все – истребляют уникальную фауну, ищут коренья женьшеня, добывают водоросли и моллюсков. А умирать уезжают в родной Китай.

Вот Арсеньев рисует картинку: его отряд встречает корейцев, которые ловят карликовых оленей – кабаргу. Корейцы, поймав четырех кабарожек, оттаскивают в сторону трех, на съедение воронам. Почему? Да потому, что китайцы платят только за мускусные железы кабарги, а они – лишь у самцов. Китайские скупщики дают по рублю за железу. По словам корейского браконьера, они за сезон взяли 125 кабарожек, и 75 % из них – самки.

«…Куда ни взглянешь, всюду наталкиваешься на хищничество. В недалеком будущем богатый зверем и лесами Уссурийский край должен превратиться в пустыню…» – выводит перо Владимира Клавдиевича.

«У себя на родине китайцы уничтожили все живое. У них в стране остались только вороны, собаки и крысы. Даже в море, вблизи берегов, они уничтожили всех трепангов, крабов, моллюсков и всю морскую капусту. Богатый зверем и лесами Приамурский край ждет та же участь, если своевременно не будут приняты меры к борьбе с хищничеством китайцев…»

Эти строки Арсеньев написал, когда увидел у фанзы китайца сарай, целиком набитый оленьими жилами, связанными в пачки. Килограммов на 700 одних сухожилий. Ибо их охотно покупают в Китае. В том же сарае Арсеньев увидел и сотню шкурок молодых тюленей-сивучей.

«Большего хищничества, чем здесь, я не видел!» – пишет Арсеньев.

Неужели вы думаете, что КНР вот так просто откажется не наращивать потребление своего обывателя?

Мясоеды и глобальное потепление

Новые богачи и просто обеспеченные обыватели тех же Китая да Индии хотят хорошо питаться, они желают кушать мясо. Причем не только птичье, но и свиное, и коровье. Между тем растущее птице- и животноводство тоже выступает как источник выбросов в воздух парниковых газов – метана и углекислого. Приведем любопытную статистику по состоянию на 2018-й.

Уже к этому моменту пастбища и поля кормовых культур занимали четверть площади суши. На питье птице и скоту шло 23 % годового расхода пресной воды, при этом мясное хозяйство дает на сегодня 40 % процентов ежегодных выбросов метана. На 7,5-миллиардное население планеты поголовье крупного рогатого скота составило 1 миллиард особей, свиней – 769 миллионов, кур – не менее 50 миллиардов. В 2018-м эксперты оценили выбросы птице- и животноводства в 8,1 миллиарда тонн в углекислом эквиваленте. То есть в 20 % всей искусственной эмиссии (Роман Фишман. «Новая пища» – «Популярная механика», август 2019 года). Согласно другой статистике в 2014 году человечество съело 62 миллиарда кур, 1,5 миллиарда свиней, 649 миллионов индеек, 545 миллионов овец, 444 миллиона коз и 300 миллионов коров. Всемирное производство мяса всех видов выросло с 275 миллионов тонн в 2007 году до 297 миллионов тонн в 2011-м. Динамика очевидна, к 2030 году объемы производства дорастут до 376 миллионов тонн в 2030-м и 465 миллионов тонн в 2050-м.

Каждый, кто видел огромные зловонные пруды-отстойники современных автоматизированных свинокомплексов, переполненные жидким навозом, понимает, о чем идет речь. Есть проблема и с горами помета от фабрик кур-бройлеров. По сути дела, нужна еще и дорогостоящая индустрия по полной переработке экскрементов птицы и домашних животных. Свиной навоз и птичий помет просто по полям не разольешь, не раскидаешь. Потребна микробиологическая обработка, те же калифорнийские черви для переработки. Все это еще надо потом вывезти на поля для удобрения. Пока никто не решает проблемы комплексно.

Можно забыть о планах всемирного отказа от производства мяса и перехода на кратно менее ресурсозатратное растениеводство (ибо не зря люди традиционно ели крайне мало мяса в доиндустриальную эпоху, вспомните традиционную русскую деревню, где мясо ели лишь по большим праздникам). Богатые и обеспеченные горожане вегетарианцами не станут, а спрос рождает предложение. Отнесем к области фантастики и массовый переход на питание белком, полученным из насекомых. Скорее, так питаться будут вынуждены в нищих странах к югу от Сахары и отчасти – в Азии. Ибо мир не представляет из себя одного социалистического государства с суровой распределительной системой. В богатых и богатеющих странах (Запада и нового «золотого миллиарда» в Азии) и далее станут развиваться комплексы мясного производства, усугубляя не только глобальную жажду, но и повышение содержания в атмосфере парниковых газов. Китай уже сегодня с охотой покупает свинину с титанических свиноферм, что строятся в русском Приморье, вызывающих ненависть местных жителей.

Переход на искусственное мясо из растительных белков? Сейчас много говорят об успехах калифорнийской компании «Невозможные съестные продукты» (Impossible Foods), сумевшей производить дешевую имитацию мяса из растительных белков. Для этого Impossible Foods использует природное соединение – легоглобин, изначально содержащийся в клубеньках бобовых (аналог миоглобина в мышцах). Только американцы получают легоглобин в огромных масштабах с помощью генетически модифицированных дрожжей. Смешивая легоглобин с растительными белками и жирами, компания получает довольно приличную имитацию мяса. Используются при этом белки и пшеницы, и сои. Есть и другие технологии. Например, выращивание мяса из стволовых клеток. Но они все-таки слишком дорого обходятся. К тому же даже самые дешевые технологии производства «растительного мяса» не остановят роста настоящих мясных и птицеводческих ферм. Рынком потребления «мяса из биореакторов» станут опять-таки очень бедные страны и слои населения да идейные «веганы». Что общей картины не изменит. Растущее поголовье домашних птиц и животных продолжит влиять на потепление климата и усугублять проблемы с питьевой водой, обострять нехватку земель для агрохозяйства.

Новый пермский период?

Потому насыщение атмосферы углекислым газом никто в обозримом будущем не остановит. Никакие протоколы – ни Киотский, ни Парижский. Потому самое разумное со стороны русских – приготовиться к новому «углекислому» миру. В конце концов, в потеплевшем климате, да еще и при обилии углекислого газа увеличится плодовитость растений. Сельскохозяйственных тоже. Планете уже доводилось существовать при высоком содержании двуокиси углерода в воздушной оболочке. Причем задолго до появления человека. Например, в пермский период…

«Анализ событий, имевших место в ту далекую эпоху, может пригодиться при прогнозировании ситуации в будущем: если человечество сожжет все имеющиеся запасы ископаемого топлива, содержание СО2 в атмосфере поднимется с нынешних 0,036 % до 0,2 % – то есть примерно до уровня конца палеозойской эры.

Наблюдающийся сейчас рост концентрации в атмосфере парниковых газов, прежде всего диоксида углерода (СО2), нередко называют беспрецедентным и объясняют исключительно хозяйственной деятельностью человека – сжиганием ископаемого топлива. На самом деле это не совсем так. Анализ пузырьков воздуха, запечатанных во льду Антарктиды (такие данные по материалам станции «Восток» имеются за последние 420 тысяч лет), показывает, что содержание СО2 в атмосфере демонстрировало циклические колебания, из которых наиболее значительные, с периодом в 110 тысяч лет (так называемые циклы Миланковича), определяются регулярными изменениями параметров земной орбиты. Современное содержание СО2 – 360 ppm (parts per million – частей на миллион, иначе говоря – 0,036 %) – действительно самое высокое, по крайней мере, за последние полмиллиона лет, хотя надо заметить, что и в случае отсутствия человека на Земле сейчас было бы довольно тепло, а концентрация СО2 в воздухе составляла бы по крайней мере 280 ppm, как до начала широкомасштабного сжигания ископаемого топлива.

Однако в более далеком прошлом наша планета переживала и более серьезные повышения содержания углекислого газа в атмосфере. При этом жизнь на Земле продолжала существовать и развиваться. Так, в конце палеозойской эры, в самом начале пермского периода (примерно 300 миллионов лет назад) на смену очень долго (почти полмиллиарда лет) длившихся холодов пришло глобальное потепление, сопряженное с резким возрастанием содержания в атмосфере СО2 – от уровня, примерно равного современному (250 ppm), до 1 000 ppm, а затем и до 3 000 ppm (то есть почти в 12 раз)…»7 «Изучение ископаемых остатков растений, произраставших в это время в тропических областях Лавразии, показало смену доминирующих форм, причем по мере потепления все больше распространялись растения с ксероморфными (засухоустойчивыми) признаками, указывающими на их произрастание в засушливых местах обитания…»8

Пермский период палеозоя (древней жизни) длился с 298–252 миллионов лет до наших дней. Насыщение воздуха углекислым газом не убило флору и фауну планеты. В этом периоде моря населяют странные и страшные моллюски – с витыми раковинами и осминожьими щупальцами (обилие углекислого газа в атмосфере привело к расцвету всяческих носителей раковин и панцирей). Они буквально выгоняют земноводных на жаркую сушу. Земноводные эволюционируют в пресмыкающихся. Рептилии приобретают гигантские размеры. Но это именно рептилии, а не динозавры. Появляются удивительные существа: зверообразные. Они были теплокровными, покрытыми шерстью (цинодонт) – но не млекопитающими. Они вылуплялись из яиц. Обитали тут и огромные тараканы, и стрекозы внушительных размеров.

Леса на засушливых просторах состояли не только из папоротников (голосеменных), но из хвойных деревьев, гинкго и саговников, похожих на пальмы. Здесь – царство буйных трав и цветковых. Обилие растительности и раковинно-панцирных живых существ насыщало воздух кислородом…

Поэтому человечество выживет в жарком мире, где воздушная оболочка насыщена парниковыми газами. Изменение внешних условий будет не слишком быстрым, но оно подтолкнет эволюцию и вида «человек разумный», и животных, и растений. Конечно, есть изрядная вероятность того, что всяческие бедствия сократят численность человечества. И хотя это – трагедия для «сокращаемых», для планеты в целом это не станет драмой. Ну поглотят пески растущих пустынь некоторые города и высушенные беспощадным солнцем кости погибших – мир от того не погибнет. Вопрос в другом: как великому русскому племени воспользоваться реалиями «парникового мира»? Ведь это и возможно, и необходимо.

Наше жизненное пространство под жарким солнцем

В самом деле, территория Российской Федерации (не говоря уж о возможной объединенной империи из РФ, Белой Руси, Новороссии и Украины) содержит огромный потенциал для выживания и развития. Летать на своих авиетках-аэромобилях и на винтолетах-гиропланах мы сможем и в уплотнившейся атмосфере, да и наши гибридные летательные аппараты (новые дирижабли) станут грузоподъемнее. Везде мы сможем раскидывать наши футурополисы-поселения и находить Ларинские аномалии с выходом струй водорода из недр земных. А сдвижение рубежей теплого и умеренного климата на север открывает новые земли для ведения хозяйства. Итак, юг мы спасаем за счет орошения водами сибирских рек, а Север открывается для нового агрохозяйства.

Напомним, что если брать территорию Советского Союза, то площадь тундры – 300 миллионов гектаров. Пески – 68 миллионов гектаров. Мы еще не можем предсказать всех последствий возможного таяния вечной мерзлоты, тут образование болот и топей неизбежно. Однако болота осушаются с незапамятных времен. И образование новых «островов» для жизни и ведения агрохозяйства тут неминуемо. Ведь на нашем Севере полно света. Полярный день летом! И влаги тут вдосталь. Не хватает лишь тепла, а оно грядет.

Обычно мы говорили о русском поясе черноземов, идущем по территории нынешних РФ и Украины. Именно русскому ученому Василию Докучаеву (1846–1903) выпала судьба стать основоположником почвоведения, именно он первым изучил русский черноземный пояс. То есть чернозем горовой (самый черный и жирный), черноземы склонов, коричневатый чернозем долин, белгородские песчанистые черноземы, солонцеватые на Полтавщине и Харьковщине, скелетные и грубые на Южном Урале, эоловые черноземы рыхлых холмиков и почвенных «дюн» под Бердянском. Докучаев первым открыл, что чернозем рождается прежде всего из перегноя степной растительности, из лесса, мела, глины и выветренных гранитов. Позже академик Василий Вильямс (1863–1939 годы) докажет, что чернозем возникает там, где был дерн, обильный травяной покров. А лес с его массой гниющей растительности, наоборот, не только не создает черноземов, но и останавливает их возникновение там, где вторгается в степи9.

Со времен Докучаева мы знаем о поясах русских почв. Итак, есть область северных боров и лугов с кислыми травами. Здесь – бугры, котловины, ледниковые гряды. То есть моренный ландшафт, след древнего отступившего ледника, ледниковой эпохи.

Южнее лежит полоса лесостепи. Мягкие холмы, извивающиеся небыстрые речки в зеленых долинах, березовые перелески. Здесь в основном – серые лесные земли.

Дальше начинается область степного чернозема. Во времена Докучаева это – каштановые почвы знойных типчаковых степей.

Еще южнее – пояс бурых солонцеватых почв.

А вообще чернозем попадается от Якутска до Индии. Академик Вильямс дополнил Докучаева: на востоке и юго-востоке – тучные глинистые черноземы лугов с раскиданными по ним березовыми «колками» – знаменитая «березовая степь». Например, знаменитая Барабинская степь на юго-западе Сибири, на водоразделе между Обью и Иртышом.

Это – наше огромное национальное богатство. «В черноземах – идеальная комковатая структура. Между комочками глубоко проникает в почву вода; сколько ее ни выпадает, всю поглотит чернозем. Комочки впитывают ее капиллярным, волосным путем, когда она просачивается мимо них по свободным промежуткам. И где-то в глубине она питает грунтовые воды – никогда не упадет сильно уровень и в реках. Все, что нужно растению, все дает черноземная почва; нет плодороднее ее…»10

В жарком климате «парниковой Земли» мы в силах сохранить свои черноземы, правильно оросив их с помощью воды из сибирских рек и новейших технологий ирригации. Как в Израиле. Крым снова напоит вода из Днепра. Мы избежим засоления почв. Созданное Вильямсом учение о травопольном обороте (перелоге под парами и травами) предотвратит истощение и деградацию черноземов. Лесозащитные полосы для полей, насаждение сплошного леса на бугристых песках и вообще везде, где нет пашни, борьба с оврагами, не распашка крутых склонов, а насаждение там кустарников, лесков и садов – вот что начинали делать при Сталине. На реках – устранить мели и перекаты, построить систему дамб и водохранилищ, что предотвращают наводнения. Пески покрыть зелеными насаждениями. Создавать правильное соотношение между площадями пашни, лугов, леса и воды. В степях создать систему прудов, которые заодно станут и рыбными хозяйствами. И, конечно, правильно обрабатывать почву. Тогда мы и в условиях глобального потепления сохраним наши главные родящие земли, избежим голода.

А что же севернее? В ходе глобального потепления и там откроются новые возможности. И здесь нам стоит вспомнить труды советского агронома и биолога-селекционера Иоганна Эйхфельда (1893–1989) Именно он с 1920 года осуществил смелый опыт – создания сельского хозяйства на Кольском полуострове, близ Хибин. Благо именно там обнаружились запасы превосходных удобрений – апатитов.

Эйхфельд стал создавать почвы на Русском Севере. Он доказывал: солнца летом, при полярном дне, достаточно, надо лишь породить плодородный слой. Он стал делать это с помощью навоза там, где вечная мерзлота начиналась на глубине уже метра, а то и 80 сантиметров. И почва стала возникать из липко-черной «пасты». В подзолистые, песчаные и супесчаные земли добавлялись органические удобрения, в бедные железисто-песчаные – компосты. В 1932 году в СССР цепь опытных станций арктического земледелия протянулась от Мурманска до Камчатки. Именно Йоганн Гансович впервые стал выращивать в Заполярье картофель, овсы и ячмени, даже пшеницу. Потом – горох, салат, укроп и петрушку. Потом – брюкву, репу, редьку, свеклу, лук, кольраби. Ему удавалось собирать тогда по 300 центнеров картофеля и капусты с гектара.

Именно тут Эйхфельд наткнулся на удивительные эффекты, сделавшие его сторонником академика Трофима Лысенко. Например, брюква и редька, обычно цветущие на втором году, в Хибинах зацвели в первое же лето. Ячмень «взрывался», как писал сам Эйхфельд. Чем более южные культуры он тут сажал или сеял – тем они лучше давали урожаи. А лучше всего чувствовали себя тут культуры из горных районов. В СССР стало развиваться приполярное сельское хозяйство: уже в 1939 году на душу населения Крайнего Севера произвели 74 килограммов картошки, 23 килограмма овощей, 59 килограммов зерна.

Если это удавалось тогда, на простых технологиях той поры, то какие возможности откроются нам на Русском Севере в эпоху глобального потепления? Особенно если скрестить традиции русских селекционеров и современной генной инженерии? Болота уже Эйхфельд научился превращать в плодородные угодья. А основоположник русской селекции и гибридизации Иван Мичурин (1855–1935) добивался продвижения на север теплолюбивых культур, когда молекулярной генетики еще и в помине-то не было.

Напомним достижения Мичурина. Скрещивая дикие и жизнеспособные породы с южными сортами, он смог выращивать абрикосы в 700 километрах севернее Ростова-на-Дону. Потом – в 1100 километрах… Мичурин успешно гибридизировал южный миндаль с уссурийским (за свою жизнь Мичурин вывел почти 350 сортов разных растений). Он смог «осеверить» груши и виноград. Вы представляете, чего можно добиться русским в мире глобального потепления на нашем Севере, совмещая мичуринство и генную инженерию? Пояс заселенности продвинется и к Полярному кругу, и за него зайдет. Мы знаем, что в далеком прошлом и Антарктида была покрыта лесами. Пускай и в крайне облегченном варианте – но нечто подобное возможно и на нашем Севере. Люди и здесь смогут осушить образовавшиеся болота, вести хозяйство и жить, перемещаясь между футурополисами в основном по воздуху. И воздушными же судами (гибридными ЛА) возя грузы. В условиях полярного дня мы получим отличные урожаи. А в пору полярных ночей обитатели сих мест могут и на юг отправляться. Хоть на Мальдивы. Был бы у нас хороший воздушный флот! Может, мы еще освоим строительство плавучих городов – чтобы проводить время в теплых морях. Но это отдельная тема…

Призрачно все в этом мире бушующем…

По разумению Максима Калашникова, легкой жизни не будет. Но испытания – все-таки не смерть. Предки оставили нам неплохие земли. Будто что-то знали, о чем-то догадывались, когда при царях московских шли через Сибирь, а при Сталине – одержимо штурмовали Арктику.

Глобальная ломка климата, голод, войны, жажда, экономические кризисы и этнические чистки, моровые поветрия и психопандемии сметут прежние границы государств. Сметут мусор «национальных государств» – и приведут к новой эре империй. Выстроить свою империю-ковчег, осуществив русские преимущества – вот наша задача…

Пояса безопасности для империи-ковчега

Стоит ли бояться того, что сотни миллионов обитателей юга Евразии устремятся на Русь, в ее Сибирь, уходя от жажды и голода? Ведь на их пути – расширяющийся пустынный пояс…

По глубокому убеждению Максима Калашникова, песчаное море, переходящее в растрескавшиеся «плитки» такыров и засушливые полупустыни, хранит русских от массового нашествия гостей с Юга. Песчаный «океан», что, соединяясь с Сахарой, покрывает и Синай, и большую часть Ближнего Востока, переходя через пустыню Ирана в барханы Черных и Красных песков (Каракумы и Кызылкумы), в пустыни Афганистана, а от них – к бескрайним просторам Великой Гоби, волей-неволей отсекает наши земли от перенаселенного азиатского ада…

Допустим, что сотням миллионов жителей Бангладеш и Индии, Афпака и Ирана, да и той же Средней Азии, по мере усиливающегося глобального потепления придется спасаться от жажды (нехватки пресной воды) и голода, от засоления почв и их эрозии. В принципе, им надо двигаться на Север.

В южноуральские и сибирские земли. Там можно будет жить и в жарком мире с насыщенным углекислым газом воздухом. Более того, при потеплении в Сибири разрастется лес, ее плодородные житницы станут чертовски привлекательными. И местные большие реки не иссякнут. Как и сокровища сибирских недр.

«…Когда государь прочел поданную ему генералом Кисовым телеграмму, лицо его стало еще мрачнее.

– Итак, – проговорил он, – со вчерашнего дня нет никакого сообщения с великим князем, моим братом?

– Никакого, ваше императорское величество, и я даже опасаюсь, что скоро телеграммы будут доходить только до азиатской границы.

– Послано ли предписание войскам Иркутского, Якутского и Забайкальского округов двинуться к Иркутску?

– Этот приказ был отдан им в последней телеграмме, которую удалось переправить за Байкал.

– Есть ли еще сообщение с Енисейской, Омской, Тобольской губерниями и Семипалатинской областью?

– Точно так, ваше императорское величество, и в настоящее время известно, что бухарцы еще не перешли за Иртыш и за Обь.

– Есть ли известия об изменнике Огареве?

– Никаких, – отвечал генерал Кисов. – Неизвестно, перешел ли он границу или нет.

– Пошлите немедленно секретное предписание искать его в Пермь, Екатеринбург, Касимов, Тюмень, Ишим, Омск, Колывань, Томск и во все телеграфные пункты, сообщение с которыми еще не прервано.

– Приказание вашего императорского величества будет исполнено, – отвечал Кисов…»

Улыбаясь, читаем этот отрывок из романа Жюля Верна «Михаил Строгов» 1876 года. В коем «татары» (узбеки, таджики и киргизы среднеазиатских Хивинского ханства и Бухарского эмирата, надо понимать – с частью туркмен) вторгаются в нашу Сибирь. Уже тогда это было даже не фантастикой, а фэнтези чистой воды. Отряд русских в тысячу штыков мог гонять десятитысячную рать бухарцев.

Ну а теперь представим, что неровный по краям пояс пустынь расширился. И как жителям бедствующей южной Азии достичь спасительных пределов Сибири?

Им потребуется пересечь пески и такыры, где царят зной, ветер и жажда летом. А зимой – лютый холод. При жажде…

А что такое – путь сквозь Каракумы?

Песчаные стражи

Путь через пески крайне опасен. Даже южные степняки, туркмены, крайне уважали кумли – людей песков. Тех, кто умел странствовать по пустыне. Таким искусством обладали (и обладают!) отнюдь не все туркмены. Не сбиться с пути, найти колодцы – дабы не умереть от жажды… Да и вода в таких пустынных криницах подчас смертельно опасна, надо уметь ее очистить. Вспоминаются строки из дневников одного из участников Каракумской экспедиции 1927 года, Абрама Бродского («В центральных Каракумах» – сборник «На суше и на море», 1987 г.). Биологи и почвоведы ушли в песчаное море, в самые гиблые его места.

«Надо было рассчитать все расстояние в километрах, согласовать их со временем караванного хода (примерно 3 км в час) и все это увязать с временем, потребным для перехода от колодца к колодцу. Последнее было труднее всего: приходилось больше гадать, где расположены эти колодцы, ибо хороших карт не было, а если на имевшихся источники воды и были обозначены, это вовсе не означало, что мы их действительно там найдем. Они могли быть засыпаны или, что еще хуже, испорчены басмачами (в Туркмении их называли колтоманами). Но все же удалось наметить план будущего пути.

Активность колтоманов нам пришлось учитывать серьезно. Они могли напасть на караван, поскольку с территории Афганистана и Ирана часто переходили нашу государственную границу и совершали набеги на местных жителей и советские учреждения.

…Особенно меня привлекли чарыки – местная обувь, веками приспособленная для ходьбы по сыпучему песку. Сделаны они из целого куска мягкой кожи, со вздержкой из ремешка по верхнему краю и очень похожи на мокасины североамериканских индейцев. Чарыки не вязнут в песке и, затянутые сверху, не пропускают песок внутрь. Я решил купить их, и потом они мне очень пригодились, особенно когда пришлось много идти пешком по сыпучему песку барханов. Приобрел я и толстые шерстяные носки-джурабы, что предохранило мне ноги от потертостей их стременами…

…Последний арык с водой, последняя свежая зелень люцерны, последний взгляд на тающий в дымке белоснежный хребет Копет-Даг. Берем направление на север, и вот уже начинаются пески, так называемые незакрепленные барханные. Они безжизненны, и только во впадинах между барханами встречаются редкие злаки и осока. Они вовсю зеленые, но жизненный цикл у них короткий. Они эфемеры. Их рост и развитие скоро закончатся, образуются семена, а стебли и листья засохнут. До следующей весны, когда обилие влаги снова вернет их к жизни…

…Пройдя пояс барханов, мы оказались среди пухлых солончаков. Соль выступала белым налетом на почве, местами он был такой толщины, что походил на снег. В этих солончаках лошади проваливались почти до щеток на ногах, верблюды же со своими «подушками» шли спокойно…

…Вчера мы прошли пояс барханов и пухлые солончаки, а сегодня попали в бугристые пески. Бугры сложены почти все из незакрепленного песка, только у основания встречаются редкие кусты селина и верблюжьей колючки, а во впадинах – эфедры и гармалы…

…Медленно идет караван, и мы не подозреваем о том, какие сюрпризы готовит нам погода. Это выяснилось лишь к двум часам дня, когда вдруг поднялся сильный ветер, очень скоро превратившийся в настоящий ураган. Верхушки барханов начали «дымиться», песок тучами летел по ветру. Было видно, как мгновенно создавались и быстро исчезали целые гряды песка. Яркое солнце, ненадолго выглянувшее из-за облаков, померкло и превратилось в мутный, еле заметный светлый кружок; стало темно. Защитные очки-консервы мало помогали – песок летел в глаза, рот, уши.

Ветер не прекращался весь день и всю ночь. Попытка поставить палатки ни к чему не привела – их моментально сорвало ветром. Только выждав, когда ветер временно немного стих, мы укрепили наветренные края палатки мешками с ячменем. Верблюды лежали, вытянув шеи, плотно закрыв ноздри и глаза. Только к полудню следующего дня ветер успокоился, переместившийся во время урагана песок совершенно изменил окружавший нас рельеф – где были барханы, теперь появились впадины, а в бывших впадинах возникли новые барханы.

Пришлось заняться ликвидацией последствий урагана – удалять песок, проникший всюду – в одежду, в фотоаппараты, в ящики с приборами, в записные книжки. Долго чистили оружие – у винтовок из-за песка не вынимался затвор, у наганов не проворачивался барабан…

…Между барханами все чаще и чаще стали попадаться глинистые площадки-такыры с одинокими кустиками верблюжьей колючки. Почва на их поверхности растрескалась, и образовались многоугольники. Обычно она очень твердая, но тогда еще не совсем просохла от весенних дождей, и наши лошади оставляли на ней следы. Поверхность такыра казалась безжизненной, но я нередко видел на ней гнезда крупных рыжих муравьев-фаэтонов. Их гнезда торчали как большие кучи земли, вынесенной из-под глинистой корки такыра.

На одном из такыров мы обнаружили временный водоем – «кхак», обнесенный полуразрушенной глиняной стеной – дувалом. В этот водоем туркмены собирали весеннюю дождевую воду.

Позже мы встретили и другие типы временных водоемов, в частности «куйму». Это мелкий водоем, скорее лужа, где вода сохраняется почти до конца мая. Пресной водой из «куйм» и «кхаков» наполняются колодцы. Если в нем уже есть соленая вода, то пресная, как более легкая, плавает поверх соленой. Такие колодцы засыпают песком и отрывают тогда, когда истощится вода в «куймах» и «кхаках».

Сейчас в Каракумах пробурено много артезианских скважин, дающих хорошую пресную воду, но древние способы собирания и хранения воды кое-где сохранились и местами используются до сих пор.

К концу мая, а зачастую и гораздо раньше, вся вода в «куймах» и «кхаках» высыхает, и дно их превращается в твердую, раскаленную под лучами горячего солнца глиняную корку. Казалось, что в таких условиях никакая жизнь невозможна. Однако, фильтруя воду через планктонную сеть, мы нашли там большое видовое разнообразие коловраток, ракообразных – циклопов, дафиний и жаброногов-хироцефал. Встретились и личинки комаров.

…Обилие жизни в водоемах и колодцах важно и интересно для ученых, но весьма неприятно для потребителей воды. Иной раз, наклонившись над бочонком, чтобы набрать воды во фляжку, я отшатывался при виде сплошной массы кишащих там жаброногов величиной с половину спички.

В одном из встреченных нами аулов, в Кара-Мурате, мы застали картину тогдашнего быта туркмен в пустыне. Даже первые впечатления говорили о том, что в ауле сохранился еще феодальный строй и сословные различия: кто побогаче, жил в хороших юртах, победнее – в примитивных шалашах. У первых было много скота, особенно курдючных овец. Мы поинтересовались, надолго ли хватает аулу весенней воды в «кхаке». Оказалось, что запас этот не так мал – воды для 1 000 овец хватало на 20–30 дней. Потом аул снимается с места и откочевывает к своему родовому колодцу, до поры до времени засыпанному песком…»

«…Солнце продолжало раскалять песок, доставалось и нам. Температура воздуха в тени достигала уже 37°. Целый день, сидя в седле, мы находились под горячим солнцем, и от него некуда было деться. В седельной сумке – куржуме всегда была фляжка с водой, но она предназначалась только на вечер. В начале нашего путешествия мы после долгого перехода по неопытности садились отдыхать прямо на песок, но тут же вскакивали: он был раскален. Скоро мы догадались снимать верхний слой сантиметров на 15–20, под ним оказывался прохладный и даже сырой песок.

Наше монотонное движение с «верблюжьей скоростью» по барханам, такырам и бугристым пескам иногда прерывалось сильным и внезапным ветром, поднимавшим тучи песка. Сразу темнело, и трудно было сказать: что было хуже: жгучее солнце или ветер с песком вперемежку. Кроме того, наше оружие приходило в негодность и его надо было каждый раз тщательно чистить…

Девятый день в песках. Запасы воды в бочонках почти кончились, а остатки испортились, и в ней развилась всякая живность. Хуже всего было с лошадьми, без воды они могли погибнуть, в то время как верблюды могли еще терпеть. Но шли верблюды все тяжелее. Уже не раз некоторые ложились в пути, а поднимать их стоило больших трудов. Решили, так и не дойдя до колодцев, сделать остановку. После короткого отдыха, дав не более четверти ведра воды лошадям, мы снова пустились в путь, пытаясь скорее дойти до колодцев Мамет-Яр…

…На пути к колодцам Мамет-Яр встретили дождевую яму, где сохранилось немного воды, но она была буро-желтого цвета, непрозрачная и с сильным аммиачным запахом. Пить ее нельзя было, нельзя было и поить лошадей. Так ни с чем мы двинулись дальше. Постепенно такыры стали встречаться реже, а пески стали менее закрепленными. Непрерывно дул сильный ветер, хотя даже слабому достаточно пяти минут, чтобы совершенно сгладить следы каравана на поверхности барханов. Очевидно, опытный караван-баши ориентировался в пути не столько по местным знакам или следам, сколько по положению солнца, а ночью – звезд.

С трудом, но мы все же дошли до колодцев Мамет-Яр. Напоили животных и наполнили свои бочонки.

Всего мы насчитали в Мамет-Яре 19 колодцев, но только в восьми из них вода была пригодна для питья. Она стояла на большой глубине – не менее 20–25 м ничтожным слоем в 10–15 см и имела резкий запах сероводорода. По словам местных жителей, запаса воды было достаточно только для того, чтобы напоить один раз 100 верблюдов и 1 200 овец. Остальные колодцы были либо без воды, либо прикрыты колючей травой – знак того, что колодец не действует.

Мы оказались свидетелями того, как местные жители достают здесь воду из колодцев. Туркмен на длинном аркане опускал в колодец мешок из шкуры барана емкостью 3–4 ведра, растянутый на крестовине, а назад его вытаскивал верблюд, которого мальчик вел прочь от колодца; в другой раз мы видели, как ту же операцию проделывали четыре туркмена. Вокруг колодца толпились верблюды, их поили из небольших деревянных колод. Как нам сказали, верблюдов и овец поят не чаще чем один раз в 2–3 дня….»

Как представить себе движение масс переселенцев из Ирана, Индии, Пакистана, Бангладеш, Афганистана, Средней Азии сквозь пояс пустынь Средней Азии и Казахстана? В виде живых «змей». В головах колонн должны идти боевики, дальше – кибитки с женщинами, детьми и стариками. Да-да, на автомобилях двигаться не получится – топлива взять неоткуда. И тут же – первая трудность: где взять столько лошадей и верблюдов. Просто негде.

Вторая трудность – переселенцы, принадлежа к разным верам и языкам, просто примутся нападать друг на друга. Ведь надо бороться за источники воды, еды и горючего. Да и идти сквозь те районы, где есть местные жители, не очень гостеприимно настроенные к пришельцам-переселенцам.

Третья трудность: по пустыне теоретически можно двигаться по линии автотрасс и железных дорог, построенных в основном русскими (и отчасти – уже после 1991 года). Но воды-то там мало! На движение многотысячных масс местные артезианские скважины не рассчитаны. Придется вступать в бои с местным населением, защищающим живоносные скважины и колодцы. При этом при переходе через пустыни большинство таких «людских змей» попросту погибнет.

Даже если представить такое Великое переселение (чисто гипотетически!), то скорее опасность грозит обитателям среднеазиатских оазисов. Например, Ахалтекинского, жмущегося к горному хребту Копет-Даг в Туркмении, Мервского, Ферганской долины. Или жителям относительно богатых пресной водой Таджикистана и Киргизии. Или обитателям речных долин Аму-Дарьи и Сыр-Дарьи. Сюда из опустынивающегося Афганистана начнут рваться воинственные ираноязычные племена, привычные к кочевому образу жизни (взгляните еще и на Зону племен или линию Дюрана в Пакистане). Под знаменем радикального ислама они могут угрожать светским коррумпированным режимам некогда русской Средней Азии, а в перспективе – и Казахстана. Однако оазисы сии не так уж и велики.

Такую гипотетическую угрозу Великого переселения русские всегда могут парировать, применив разгром движущихся «живых змей» с воздуха, силами и привычных истребителей-бомбардировщиков, и беспилотных ударных систем, и боевых вертолетов. Главное – создать сильный заслон на пути китайской экспансии, что гораздо более реальна.

Куда пойдут потоки экологических беженцев?

Поэтому в реальности великий исход из голодных, терзаемых нехваткой пресной воды, теснимых пустынями земель юга Евразии примет формы просачивания, нелегальной миграции. Подобно наплыву беженцев из Сирии в Евросоюз в наши дни. Поток мигрантов – экологических выгонцев направится по более удобному пути: в турецкую Малую Азию. А оттуда всеми правдами и неправдами – в Европу, причем по Средиземному морю тоже. В грядущем мире страданий от зноя, голода и жажды именно моря становятся «мостами» из бедственных регионов в относительно благополучные. Наша Великая Русь в сем мире окажется защищена полосами пустынь и сухопутных неудобий.

В этом – наш великий исторический шанс на превращение в империю-ковчег. Важно его не упустить и не утратить контроль над своей территорией…

Глава 4. Почему мировой ядерной войны не будет еще очень долго?

– А вы не опасаетесь того, что до того, как наступит рисуемый вами Мегакризис человечества, мир погибнет в Третьей мировой, ядерной войне? – спросит меня дотошный читатель.

Нет, не боюсь я этого. И Третья мировая уже отгрохотала, только многие сего и по сию пору не поняли. Всегда иронически улыбаюсь, когда медиа поднимают суматошные истерики по поводу того, что вот-вот начнется Третья мировая ядерная война. Или что Америка изнывает от желания начать Большую войну. Которая, кстати, тоже перерастет в атомную бойню, что бы нам там ни говорили. Или что Запад нападет на Российскую Федерацию. Простите, это трескотня для наивных.

Нет, друзья, в ближайшие 30 лет нас ожидают совершенно иные войны и вызовы.

Самый реальный сценарий уничтожения РФ и третий кризис военного искусства

По моему глубокому убеждению, единственный реалистический сценарий уничтожения Западом Российской Федерации – это вызвать в ней разрушительную революцию и гражданскую войну. Как в пору 1918–1922 годов. И войти сюда как интервенты. Как это было в ту Гражданскую, когда силы Запада и Японии высаживались в Мурманске, Архангельске, Одессе, в Крыму и Приморье. Только теперь в гораздо более жестком варианте. Но никакого массированного ядерного нападения США или НАТО на нас не ожидаю вовсе. Почему? Потому что до сих пор не преодолен ракетно-ядерный тупик, в который мир забрел более полувека назад…

Сегодня мы живем в эпоху уже третьего кризиса современного военного искусства. Он до сих пор не преодолен – и потому лично я не опасаюсь страшной всеохватной ядерной войны между сверхдержавами. Ни между РФ и США, ни между США и Китаем, ни Российской Федерации с КНР.

Первый кризис современного искусства наступил в середине XIX столетия. Когда появились винтовки – нарезные ружья, штуцеры. Бившие намного дальше тогдашних гладкоствольных пушек. Они-то нарезными стать еще не успели! Веками артиллерия служила главной силой на поле боя, Наполеон громил колонны вражеских войск залпами стопушечных батарей. Картечь, визжа, сметала наступающие колонны пехоты и рассеивала конницу. Но ко времени Крымской войны 1853–1856 годов оказалось, что штуцеры-винтовки бьют вдвое дальше полета картечи и намного дальше, чем пушки стреляют ядрами, гранатами и бомбами. Стрелки издали выбивали орудийные расчеты, парализуя артиллерию. Да и старые боевые построения, плотные колонны и шеренги, просто расстреливались с большой дистанции.

Однако сей первый кризис удалось довольно быстро преодолеть. Пушки тоже стали нарезными и дальнобойными, появились шрапнель и осколочно-фугасные снаряды, а войска перешли к действиям в рассыпном строю и редких стрелковых цепях. Благо и винтовки стали казно- и многозарядными.

Второй кризис разразился в 1914 году. Пулеметы и скорострельные пушки, колючая проволока и окопы загнали боевые действия в тупик позиционной войны. Попытки сухопутных сил наступать превращались в кровавые массовые бойни, оборона стала сильнее натиска. Выходом из тупика стало появление в 1916 году танков и штурмовых групп, а потом – и пикирующих бомбардировщиков. 1939–1940 годы и успехи немецкого блицкрига, равно как и разгром русскими японцев на Халхин-Голе, показали, что кризис позиционного тупика стал достоянием истории.

Но очень быстро наступил третий кризис современного военного искусства. Ракетно-ядерный. «Правильная», полномасштабная, классически-горячая война между крупнейшими силами мировой политики стала бессмысленной и невозможной. После обмена ударами даже не несколькими тысячами, а даже несколькими сотнями ядерных (а тем паче термоядерных) боеголовок человеческая цивилизация прекратит свое существование. Даже если из-за огромных пожаров не наступит глобального многолетнего похолодания (ядерной зимы), то высотные ветры и струйные атмосферные течения разнесут радиоактивные облака буквально повсеместно. А от хаоса и дезорганизации, что неизбежно наступят, погибнут миллиарды людей. И от лучевой болезни получатся гекатомбы. А дальше – голод, резня, эпидемии, непредсказуемые мутации. В такой войне победителя, получающего выгодный себе миропорядок, не выходило ну никак! И до сих пор не выходит.

Неудавшиеся попытки найти выход

Оказалось, что с развитием средств раннего предупреждения, систем управления ракетно-ядерными войсками и подвижных средств запуска баллистических ракет, появлением метких разделяющихся боеголовок и крылатых ракет невозможно обезоружить противника внезапным упреждающим ракетно-ядерным ударом. Все равно противник засечет массовый пуск ракет и успеет ответить – встречным ударом. Да и если грохнуть тысячью боезарядов по позициям стратегических сил другой державы – все равно радиационное заражение планеты окажется роковым. Поэтому уже к 1970 году стало ясно, что надежды на упреждающий удар нет никакой. Даже у китайцев что-то уцелеет в скальных убежищах и горных туннелях – и их ракеты потом прилетят в цель. Да так, что мало не покажется.

В реальности-то последней возможностью провести ограниченную ядерную войну между нами и США было окно 1959–1962 годов. Тогда американские СЯС еще не прятались в шахтах и бункерах, не имелось спутниковых систем раннего обнаружения ракетной атаки, а СССР обладал всего несколькими ракетами Р-7, способными достичь Америки. И стояли они на открытых площадках в Плесецке и на Байконуре, и готовить их к старту приходилось сутками. Большинство бомбардировщиков Ту-95 с ядерными бомбами было бы уничтожено еще над Канадой и Аляской. То же самое ждало и советские подлодки, которые несли ничтожное число ракет средней дальности. Ведь для их запуска тогда приходилось всплывать, что резко повышало уязвимость субмарин.

Тогда можно было быстрым ударом снести неприятельские СЯС, однако на такое не пошли ни Вашингтон, ни Москва. Теперь же эти времена ушли безвозвратно. В нынешней реальности США не решаются начать полноценной войны ни с Ираном, пока не имеющим ядерного оружия, ни с КНДР, чей ракетно-ядерный потенциал – всего один процент от российского. В реальности Индия с Пакистаном боятся развязать ядерную войну друг с другом, прекрасно понимая, что они и друг друга как организованные страны разнесут на клочки, и потом принудительному разоружению подвергнутся. В этом мире любое крупное неядерное столкновение между США, КНР и РФ неминуемо выльется в обмен ударами оружием массового поражения.

Рухнула надежда уничтожить РФ как ядерное великое государство после гибели СССР в 1991-м. Хотя расчет на то, что унаследованные от Советского Союза стратегические арсеналы подвергнутся деградации; на то, что Российская Федерация превратится в нищего «ядерного карлика» с ничтожным стратегическим потенциалом, у Запада явно имелся. И тут даже ярые противники нынешней власти вынуждены признать: команде Путина удалось сохранить ядерную мощь самого большого обломка СССР и начать серийное производство новых МБР. Сам же Запад с 1991 года так и не сумел создать средства молниеносного уничтожения русских ракет на земле и на взлете, равно как и полномасштабной, «непробиваемой» противоракетной обороны Североамериканского континента и Европы.

Даже хваленые крылатые ракеты не смогли стать гарантированным средством для обезоруживающего и обезглавливающего удара. Почему?

Сломанный «ключ» крылатых ракет

Низколетящие крылатые ракеты слишком медленны, чтобы стать оружием первого обезоруживающего удара: на их массовый запуск по целям хоть на нашей, хоть на западной территориях противники успевают среагировать и ответить, пока идущие на бреющем «крылатки» будут часами плестись к целям со скоростью коммерческого авиалайнера. А если применять гиперзвуковые КР, то им-то придется лететь с околокосмической скоростью в верхних слоях атмосферы. Да еще и медленнее, чем баллистические ракеты.

Неужели мы настолько наивны, чтобы думать, что в РФ (или в США) не заметят массового запуска и полета гиперзвуковиков и не успеют ответить атакой старых добрых баллистических межконтинентальных снарядов? И спутниковые, и наземно-радарные системы предупреждения о ракетно-ядерном нападении засекут сотни высотных гиперзвуковых целей – и нападающий получит смертельный контрудар! Ведь, напомню, гиперзвуковые крылатые ракеты не могут лететь низко – они попросту расплавятся в нижних слоях атмосферы (в тропосфере) из-за перегрева. Сопротивления воздуха еще никто не отменял, чай, не на Луне и даже не на Марсе живем. Да и не так скоры новомодные гиперзвуковики, как старые баллистические ракеты.

Итак, скорость гиперзвуковой ракеты «Циркон» (РФ) – 9 тысяч километров в час. Или 2,5 километров в секунду.

Старая американская ракета «Минитмэн» идет к цели со скоростью в 6,7 километров в секунду.

«Тополь-М» – 7,9 километров в секунду.

Старая советская «Сатана» («Воевода») разгоняет свои боеголовки до 7,3 километров в секунду.

То бишь баллистические ракеты быстрее гиперзвуковиков почти троекратно. Так что и здесь – никакого выхода из Третьего кризиса военного дела в наши дни. Не выходит чудо-оружия из «крылаток», даже гиперзвуковых…

Страх смерти растет

На все это наложилось «снижение болевого порога» на Западе. Он панически боится любых больших людских потерь. Против большой атомной войны играет нарастающий страх смерти. Угроза потерять от ядерных ударов даже два-три мегаполиса в США повергает янки в шок. Мы знаем это по истории Карибского кризиса 1962 года. Тогда американцы не решились начать войны, хотя превосходили СССР по средствам ядерного нападения в десятки раз. С тех пор боязнь перед массовыми жертвами в Соединенных Штатах стала еще больше, не говоря уж о Европе. Катастрофическое, жестокое уничтожение даже нескольких крупнейших городов Америки способно привести к развалу их государственной системы и неописуемому экономическому кризису. Смешны бредовые рассуждения тех «профессоров кислых щей» о том, что тайные хозяева Соединенных Штатов, все эти мастера великих лож и крупные финансисты якобы настолько одержимы стремлением к власти над миром, что, мол, готовы принести в жертву часть населения Заатлантической республики.

Правда? Хочется спросить у этих горе-аналитиков и шарлатанов: а вы всерьез считаете, будто ротшильды-рокфеллеры так хотят потом десятилетиями сидеть в подземных убежищах? Ведь превентивный ядерный удар по РФ все равно не предотвращает ответно-встречного массового контрудара русских СЯС. Даже если допустить, что американская ПРО способна сбить при отражении массированной ракетной атаки 200 боеголовок (допущение фантастическое), то и в таком случае на долю американцев придутся сотни пропущенных русских ударов в сотни килотонн каждый. После чего и США прекратят существование как организованная сила, в них воцарятся радиационный кошмар и ад социально-экономического хаоса. Да, если всесильные ротшильды-рокфеллеры, которые в нашей шизофренической конспироложской пропаганде все более приобретают черты средневековых дьяволов, и решатся на ядерное нападение на РФ, то придется им одновременно бить и по Китаю. Ведь в послеапокалиптическом мире, после обмена ударами оружием массового уничтожения между США и РФ, Китай, сохранив нетронутым свой промышленный потенциал, вооруженные силы и изрядную долю населения, просто превратится во властелина мира. Коему никакие американские финансисты, никакие ротшильды с рокфеллерами, не нужны совершенно. Ни в каком качестве. А если бить упреждающе и по КНР, и по нам, то хозяева США, рвущиеся к мировому господству, получат радиоактивный, сошедший с ума мир.

В этом апокалипсисе по Иерониму Босху, в сем кошмаре наяву исчезнут все те рычаги, коими сегодня западная финансовая закулиса хоть как-то управляет событиями на планете. Исчезнут Федеральная резервная система, доллары превратятся в ничто (как и евро, впрочем). Фондовые биржи в Нью-Йорке, Лондоне, в Германии, Японии и Китае умрут. Никому не нужными станут и Голливуд, и глобальные телевизионно-информационные сети. Исчезнут прежние туземно-периферийные «элиты», на корню скупленные Западом. Как вы думаете, а нужно ли ротшильдам, рокфеллерам и прочим финансовым тузам Запада очутиться в послевоенном кошмаре, где они – никто, где появились совсем другие сильные мира сего? Где прежних столпов общества ненавидят за учиненную ядерную преисподнюю и готовы жечь заживо, если поймают? Ведь поднимутся новые «послеядерные» жестокие религии. И при этом еще придется долгие-долгие годы чахнуть в подземельях, убегая от мира, полного смрада разлагающихся трупов людей и животных, засыпаемого радиоактивным пеплом, который будет «фонить» десятилетиями! Кому нужны волны безжизненных морей, где исчез планктон – основа всего живого в мировом океане? А представить себе представителей каких-нибудь мультимиллиардеров рокфеллеров в кабине трактора, засевающих поля семенами из генетического хранилища в Свальбарде, простите, не могу. От смеха под стол падаю.

Существует неразрешимая проблема ядерного оружия как такового: оно крайне грязно и способно убивать все живое даже долгие годы спустя после своего применения. Радиационное заражение обширных земель и огромных акваторий Земли – штука кошмарная. Альтернативой могло бы стать иное, «чистое» оружие массового уничтожения, например, с гипотетическим антивеществом в роли разрывных зарядов. Но пока что это – дело крайне далекого будущего и вопрос непомерных расходов на эпохальный прорыв в физике.

В общем, посылаем всяких конспироведов-шарлатанов куда подальше и мыслим логически-рационально. Нет, друзья, не нужно бояться сегодня мифической тотальной ядерной войны. Самая серьезная угроза безопасности РФ сейчас – именно внутренний экономический и социально-политический взрыв из-за вырождения власти. После чего сюда, на территорию без власти и порядка, могут войти иностранные войска. Третий кризис современного военного искусства дарит нам достаточно долгую отсрочку.

Пробиваемая ПРО…

Покуда главные игроки мировой политики могут уничтожить друг друга ответно-встречными ударами оружия массового уничтожения, а обезоруживающие удары невозможны, нам не угрожает тотальный апокалипсис. И большие войны между ведущими державами перешли в разряд фантастики. Таковы последствия Третьего кризиса современного военного дела, ракетно-ядерного тупика. Он длится более полувека и как его преодолеть – пока не знает никто. Сие касается и ПРО – противоракетной обороны.

Попытку преодолеть ядерно-ракетный кризис военного искусства в 1983 году предпринял американский президент Рональд Рейган, объявивший программу создания наземно-космической ПРО, так называемую Стратегическую оборонную инициативу. Или «Звездные войны». Дескать, сможем прикрыть невидимым «куполом» Америку – и сможем угрожать русским (и всем прочим) безнаказанными ядерными ударами. Ибо все ваши попытки стрелять по Соединенным Штатам окажутся отраженными: боеголовки ваши собьют либо в космосе, либо на подлете.

С тех пор скоро минет 40 лет, а Рейганова противоракетная мечта так же далека от воплощения, как и в 1983-м. Оказалось, что создание СОИ даже сегодня, несмотря на огромный прогресс в микроэлектронике, технологиях и искусственном интеллекте, требует таких архизатрат, что разорят даже богатейшие США. Необходимо развернуть несколько боевых платформ на геостационарных орбитах, настоящих космических боевых крепостей, способных наносить удары по наземным, воздушным и космическим целям пучками направленной энергии. Прикрыть эти геостационарные крепости спутниками-защитниками. Но и этого мало – нужно буквально насытить средние орбиты стаями спутников заатмосферного перехвата ракет и их боеголовок, держать в воздухе сотни боевых беспилотников-дронов, развертывая в США множество наземных комплексов ПРО типа «Иджис». Ведь пока такие системы перехватывают боеголовки на подлете к защищаемой цели, а не ракеты на взлете. А к этому нужны тысячи боевых лазеров (летающих на тяжелых самолетах и стационарных) и установок направленного СВЧ-излучения. Неплохо еще держать на орбитах целые эскадрильи многоразовых космических штурмовиков с самолетной посадкой, оснастив их системами выцеливания подвижных и стационарных пусковых платформ баллистических и гиперзвуковых крылатых ракет, которые нужно уничтожать ударами из космоса, не дав им выпустить своих «птичек». А еще неплохо создать сверхмощный гамма-лазер (святой Грааль физиков), чтобы разить цели на Земле с орбиты.

Вы представляете себе, каких колоссальных экономических усилий потребует создание подобной мегасистемы? Сколько на это потребуется десятилетий, напряженнейшей работы ученых, конструкторов и самой высокотехнологичной промышленности? К мегакризису середины века сего такого не успеют сделать ни Америка, ни Китай, ни кто-либо еще, создай они для этого совместные программы с Японией, Южной Кореей и европейцами. Да и то – средства подвижности и маскировки баллистических ракет, набор их ложных целей и постановщиков помех, вывод в космос относительно дешевых спутников – истребителей аппаратов ПРО – способны обесценить все эти титанические труды. Даже просто высотные ядерные взрывы с их мощнейшими электромагнитными импульсами в силах нарушить работу орбитального эшелона ПРО.

По нашему разумению, создаваемые крупнейшими мировыми державами системы противоракетной обороны рассчитаны на отражение атак всякой ракетно-ядерной шпаны, новых ракетно-атомных стран, способных наносить удары десятком-другим баллистических ракет. Эта ПРО рассчитана на противников уровня КНДР, Ирана, Индии и Пакистана, Израиля. Или нацелена против гипотетических ракетных группировок Японии, Германии, Бразилии, Саудовской Аравии, Турции – если они возникнут. Но это, как вы понимаете, отнюдь не выход из главного кризиса классического военного искусства. Все равно война между ядерными гигантами (США, РФ и КНР) остается бессмысленным самоубийством и концом нынешней цивилизации. Потому (и мы видим это уже сейчас) и США, и РФ, и КНР всячески уклоняются от возникновения конфликтов, способных развязать большую ядерную войну. Пропаганда может трубить обо всем, что угодно, но в Сирии Трамп провел очень дозированную атаку «томагавками», всячески избегая ударов по базам РФ и ударяя лишь по сирийскому старью. Да и масштабы ударов американскими крылатыми ракетами в Сирии просто смехотворны перед действительно массированными налетами КР на Ирак в 1991, 1998 и 2003 годах, на Югославию в 1999-м. Такое впечатление, что американцы просто делали вид, обеспечивая плотность атакующих волн настолько низкую, чтобы с ней могла бы справляться ПВО Сирии. Можно побиться об заклад, что и в случае возможных ударов по Венесуэле янки тщательно обогнут российские объекты.

Точно так же и в случае с Америкой и Китаем. Они могут громыхать пропагандистскими барабанами, оглашать мир воинственными кличами и плясать боевые танцы – но в жизни они всячески избегают положений, где могут столкнуться их военно-морские силы. Американцы даже в противостоянии с микроядерной КНДР не решаются на удары по ней. Ибо потерять всего один мегаполис американцам очень страшно.

Страх малых ядерных держав

Да и малые ядерные страны пока что опасаются применять оружие массового поражения первыми. Они-то прекрасно сознают, что если они это сделают, причем первыми с 1945 (!) года, то их после примется растирать в порошок весь мир. При этом усилия объединят и янки, и русские, и китайцы, не говоря уж о других. Представить себе, что Ким Чен Ир (или его аналоги) первыми, без прямой агрессии великих держав запустят ракеты с ядерной начинкой по этим державам, – это что-то из разряда ненаучной фантастики, фэнтези. Это надо, чтобы США, к примеру, начали бы полномасштабные неядерные боевые действия против КНДР или, например, Индии, Пакистана… Однако ни американцы сами, ни блок НАТО на такое не идут. Они нападают лишь на малые неядерные страны. Уже с Ираном они на войну не идут, хотя тот – пока лишь ракетное, но не ядерное государство. Если и возможно применение ядерного оружия в надвигающемся глобальном шторме, то это будет один атомный карлик – против другого. Ну, Пакистан и Индия могут обменяться несколькими ядерными ударами. Сие неприятно, но гибели мира не вызовет. Равно как и мирового атомного апокалипсиса. Наоборот, все мировые игроки начнут принуждать обоих драчунов к миру.

Лишь распад мировых держав, коим опасен комбинированный системный кризис середины века (ведьмина смесь экономического, технологического, психологического, демографического, экологического, земельного и водного), может снять узду с «ядерной мелочи». Тогда, в пору всеобщего помешательства ограниченные ядерные удары могут стать страшной реальностью. Например, на Индостанском полуострове или Ближнем Востоке. Но до критического рубежа есть еще время…

Смешная пропаганда

Таким образом, покамест выхода из Третьего кризиса современного военного искусства не найдено. Поэтому классические, «горячие» мировые войны сегодня практически невозможны.

Однако современная наша пропаганда с остервенением бомбардирует нас «утками» (фейками) о скорой ядерной войне. Не замечая того, что частое паникование по сему поводу уже приелось. Восприятие таких «сенсаций»-страшилок давно притупилось и никак не сплачивает электорат вокруг власти и не отвлекает его от насущных проблем. Думаю, что «военно-ядерные» страшилки теперь просто пропускают мимо глаз и ушей. Отмечу только явную деградацию нынешней пропаганды по сравнению с советской. В моей юности СССР не уставал повторять, что никакой «ограниченной ядерной войны» быть не может, что ядерно-ракетная война неминуемо станет концом человечества. Теперешняя пропаганда тут скатилась на уровень американского агитпропа начала 1950-х. Закономерно потерпев крах.

Когда читаешь «высокоумные» рассуждения о том, какой из флотов – китайский или американский? – выйдет победителем в возможном столкновении в Тихом океане, просто смеешься. Да первое, к чему потянется проигрывающий, будет «ядерная кнопка»! Из того же разряда и лясы о том, что российские фрегаты способны драться с крейсерами типа «Тикондерога». В реальности этих боев не случится – по описанной выше причине.

Чтобы вступить в прямое военное столкновение с силами Соединенных Штатов, необходимо обладать решительностью и отвагой на порядок больше тех, что требовались для введения войск в Донбасс и Причерноморье ранней весной 2014 года. Тогда, когда можно было в зародыше пресечь многолетнюю войну и навсегда решить «украинский вопрос». Читатель потому сам может сделать вывод о том, чего стоят все эти статьи об угрозе нашествия армии РФ на Европу, высадок наших войск в Швеции или морского (воздушного, сухопутного) столкновения с американцами.

Но трубадуры агитпропа упорно вещают о грозящей Третьей мировой и некоей Большой войне, что, дескать, где-то рядом. Однако она уже давно закончилась – в 1991-м. Ибо была Холодной. Они небрежно глаголят о том, что США вот-вот начнут новую глобальную войну, как будто не знают о ракетно-ядерном вооружении и о том, что такая война станет самоубийством самой Америки. Такое впечатление, что сейчас на дворе – 1939-й и ничего мощнее, чем «летающая крепость» (или «Юнкерс») с тротиловыми бомбами (варианты: танк, дредноут) в мире нет. Крики о «мировой войне завтра» рассчитаны на совсем уж непритязательные умы пенсионерок, которые сообщений в Интернете не читают. Все это рассчитано на тех, кто понятия не имеет о поражающих факторах ядерных взрывов, радиационном заражении и «ядерной зиме» в случае быстрого обмена сотнями ядерных ударов между США и РФ (США и КНР). Как и понятия о том, что ни у кого на свете нет национальных систем ПРО – противоракетной обороны, способной прикрыть территории своих стран от налета нескольких десятков (даже не сотен!) МБР.

Тупик-то военного дела – вот он, выхода из него еще не создали.

Истинная «невоенная» война

Значит ли все сказанное, что нужно отказаться от ракетно-ядерного арсенала и высокотехнологичных вооруженных сил? Нет, конечно. Просто надо понимать, что они – именно сдерживающий фактор и положение на новом этапе повторяет историю Первой Холодной войны. Есть облаченные в латы гиганты, держащие друг друга на прицеле своих штурмовых винтовок. Тогда – США и СССР, сейчас – Америка, КНР и РФ. Каждый знает – стрелять первым бессмысленно и самоубийственно, мишень успеет застрелить и тебя самого. Поэтому войны становятся периферийными, локальными. Именно на пограничьях и окраинных ставленники тех или иных держав (прокси) ведут бои друг с другом. Причем отнюдь не самым современным оружием. И в этих сумеречных зонах орудуют частные военные компании – наемники – из великих держав.

А вот войны на настоящее сокрушение великодержавных противников перешли в другую сферу: работу на взрыв страны-мишени изнутри. Истощить неприятеля, вызвать обострение внутренних общественных болезней. Вызвать в атакуемой стране социально-экономический крах, многовластие, смуту и гражданскую войну. А потом – войти на территорию расколотого противника как интервенты. По приглашению одного из «правительств». А то и без оного. Вот просто пользуясь хаосом и безвластием у того, кто еще вчера угрожал тебе остриями грозных ракет. В этом нет ничего нового: именно так уничтожали Российскую империю в Первую мировую и СССР в 1991 году. Или почти так: все-таки после взрыва Советского Союза сюда контингенты НАТО так и не вошли. Хотя в 90-е и строили подобные планы. Мировые войны стали холодными, «невоенными», но слишком многие упорно отказываются это понимать. Зря: наш противник действительно нашел способ стратегического уничтожения соперников, причем без риска схлопотать ядерно-ракетный ответ и получить радиационное заражение Земли.

Осознание этой новой реальности потребует от РФ больших изменений и во внешней, и во внутренней политике, и в экономическом курсе. Иначе ей просто не выжить в новой Холодной войне и надвигающемся глобальном кризисе. В такой вот «негорячей» (и внешне совсем «невоенной»), но поистине тотальной Войне важны не только военные арсеналы. Не только твои ракеты-пушки-танки. Тут все зависит от того, насколько развито твое народное хозяйство. Насколько у тебя современная и наукоемкая промышленность, умное и высокоточное сельское хозяйство. В такой тотальной «негорячей» войне важнейшими факторами победы становится то, насколько зажиточен и доволен жизнью твой народ? Строится ли у тебя много новых дорог? Есть ли у тебя нормальные суды, справедливые и состязательные? Какого качества твоя элита – и является ли она элитой, а не просто богатой шпаной при власти? Насколько хороша твоя государственная организация, не проедена ли она самодурством и коррупцией? И есть ли у тебя самого образ будущего, к коему должна идти страна? Готов ли ты и к «горячим» войнам сей эпохи, но не выдуманным пропагандой, а реальным?

Думаю, что каждый в сем свете может оценить шансы нынешней Российской Федерации и в нынешней Второй Холодной, и в идущем мировом шторме.

Мир как перегретый паровой котел. Данайский «ядерный дар» – колокол разделения

Но прежде чем закрыть тему, нанесем на картину завершающие мазки. Ведь впервые за тысячи лет человеческой истории мы оказались в мире, где воевать – смертельно опасно. И где уже невозможно, как встарь, сбросить внутренние напряжения во внешнюю войну. Превратить, так сказать, возможную революцию и гражданскую войну в войну завоевательную и «патриотическую».

Еще недавно верхи, столкнувшись с ростом недовольства низов и завалив управление своими странами, могли разрядить все это в «маленькую победоносную войну», послав пролетариев и крестьян на фронт. В определенный момент, в начале ХХ века, война превратилась в мировую. И с 1914 по 1945 год – пускай и с перерывом – десятки миллионов простых людей устилали своими телами поля сражений в Европе, России и Азии. Тонули в кораблях и подводных лодках от Северного Ледовитого океана до Антарктики. Вели грандиозные воздушно-морские битвы на Тихом океане. В пламени, пыли и грохоте сходились танковые лавины. Воздушные флоты налетали грозными потоками, обращая целые города в пылающие руины…

Но в 1945–1957 годах в руках владык мира оказалось сперва атомное, а затем и дальнобойное ракетное оружие. Мировые войны в их привычно-горячем виде стали невозможными. Даже просто большие локальные войны типа Семилетней. Оружие массового поражения оказалось коварным даром для правящих верхушек. Теперь невозможно разрядить накопившееся в обществах напряжение в многолетние организованные бойни с фронтами от моря до моря, невозможно сжечь потенциальных смутьянов в самоубийственных атаках. Уже нельзя переводить экономики в военно-мобилизационный режим, закрывая тем самым свои грехи и преступления – и пожинать на этом огромные барыши.

Кроме того, Станислав Лем еще в 1968 году высказал мудрую мысль: атомное оружие возникло на Земле преждевременно и закрепило разделение человечества. То есть в ходе мировой борьбы сперва должен был возникнуть единственный мировой гегемон. Это было не так уж и несбыточно в середине ХХ века. В самом деле, расправься Германия с нами в 1941-м, она получала под контроль всю Европу. Англия становилась на колени. Большинство территорий в Африке и Азии были бы колониями тех стран, что завоевал Гитлер (или же сделал бы своими младшими союзниками, как британцев после сокрушения СССР). Оставалось додавить потом Соединенные Штаты, что тоже было делом вполне реальным, особенно в союзе с Японией. Ну а дальше вполне можно было разобраться и с Японией: Германия тоже шла прямиком к созданию и А-бомбы, и тяжеловодного ядерного реактора. Вот тогда получался мировой гегемон, и ядерное оружие не разделяло бы мир на разные блоки и империи.

Но вышло иначе. И мир подвергся разделению, и останется таковым к рубежу всемирного кризиса середины века сего. Причем в сочетании с тем, что правящие «элиты» везде вызывают ненависть низов. Везде они погрязли в коррупции и цинизме, везде ведут себя по-хамски и презирают народ, везде так или иначе довели свои страны до опасных кризисов. Везде их мечтают… того. При этом возможность разрядить все это в большую войну исчезла. Благодаря ядерному оружию. Поэтому мир вступил в некий аналог кануна мирового цунами революций, бунтов и смут. Причем почти повсеместно. Планета превращается в совокупность перегретых паровых котлов, готовых взрываться. На все это накладывается грядущий Суперкризис, когда все сольется в один разрушительный поток… Тут уж новыми темными веками в воздухе запахло.

Вот тут для Российской Федерации кроются не только великие опасности, но и великие возможности. Но об этом – позже.

Рубеж непредсказуемости

– Но ведь если начнется разрушение и нынешних больших ядерных держав, то и их ядерные запасы оружия могут попасть в руки черт знает кого! – скажет иной читатель. И в самом деле, даже сейчас видно: если, скажем, Великобритания развалится на Шотландию и огрызок Объединенного королевства, то все 200 ядерных боезарядов могут оказаться в руках торжествующих скоттов. База атомарин в Фаслейне и арсенал боеголовок в Кулпорте – это окрестности Глазго. Не факт, что шотландцы отдадут сие оружие, если станут независимыми.

Однако это – все-таки мягкий вариант, Шотландия – страна европейская и цивилизованная. Но все может быть гораздо хуже, если Мегакризис, грянув в середине века, сломает Китай, склонный к разрушительным восстаниям (крестьянским войнам) и периодическим развалам. Или если РФ повторит судьбу первого Советского Союза. Впрочем, и распад США весьма неприятен, если брать судьбу запасов оружия массового поражения. Скажу так: развитие Мегакризиса может привести к самым неожиданным и трагическим последствиям. Вполне возможно, более прочным странам в мировом шторме придется строить планы быстрого изъятия ядерных боезарядов у тех государств, что примутся трещать по всем швам.

Мир разбушевавшегося Мегакризиса может быть совершенно фантасмагорическим. В малоудачном романе Кристофера Приста «Сближение» (2013) изображен мир глобального потепления и всеобщих распадов. В кошмарной реальности на английских островах возникла ИРВБ – Исламская республика Великобритания. Из-за потепления Мирового океана зона тайфунов сдвинулась далеко на север, отчего ураганные ветры избивают ИРВБ, выкорчевывая с корнем целые леса, вынуждая передвигаться по стране в тяжелых броневиках-«мешберах».

Изможденные жаркими суховеями просторы турецкой Анатолии. Бесплодные склоны гор и холмов, пересохшие озера и реки. Почерневшие поля и сгоревшие леса в южной Франции. Следы разрушительных бурь, приводивших к ливневым паводкам и грязевым оползням. Половина Европы превратилась в необитаемую зону, люди жмутся к сузившимся и извилистым полоскам пригодной для жизни суши в Северном и Южном полушариях. Путешествия почти прекратились – все силы уходят на борьбу за выживание.

Фантастика? Но в начале 2020-го, когда пишутся эти строки, Москва испытывает рекордно теплую и бесснежную зиму. А на юго-востоке Австралии, в Новом Уэльсе, бушуют страшные лесные пожары. Пропитанные эфирными маслами, вспыхивают, словно бенгальские свечи, стройные эвкалипты. Число погибших животных идет на полмиллиарда. Удушливые шлейфы дыма тянутся к Тасмании и Новой Зеландии. Ледники последней из белоснежных стали карамельными от частиц дыма. А до этого горели леса Амазонии…

Однако в этой главе мы ведем речь о времени ДО того, как разразится Кризис Кризисов. До этого опасности всемирной ядерно-ракетной схватки не вижу. Более того, военная истерия становится частью стратегии сокрушения хлипкой РФ…

Какое «невоенное» оружие умеет применять наш враг и в Первой, и во Второй Холодных войнах? Сбивание противника на путь «аутоиммунной катастрофы».

Гибель советского Кинг-Конга: трезвый взгляд

Что это такое? При аутоиммунных заболеваниях защитная система организма ошибочно решает, будто тело атакует какая-то болезнь. Иммунитет включается на всю мощь – и принимается разрушать собственный организм. Нечто подобное любят устраивать нам и американцы. Что нужно сделать? Вынудить русских (или кого-то другого) жить так, будто завтра – война. Держать их в таком напряжении долгие годы, вынуждая как можно больше средств бросать на армию и вооружения. А горячей схватки все нет и нет. В итоге страна-жертва десятилетиями тратит ресурсы на оборону, а не на свое развитие. В случае с Советским Союзом мы слишком хорошо помним, как это происходило.

СССР тратил на оборону все самое лучшее. Иногда создавалось впечатление, будто он готовится сразу к двум войнам в параллельных реальностях. С одной стороны, это скоротечная ракетно-ядерная война с Америкой и блоком НАТО. С другой, предполагалась еще одна война, вроде бы тоже с Западом. Но больше похожая на 1941–1945 годы. Когда почти вся экономика переводится на военные рельсы, когда мирные заводы принимаются в три смены гнать военную продукцию, а где-то на фронтах идут ожесточенные бои с огромным расходом боеприпасов, техники, горючего. И как бы нет при этом атомных ударов, которые к черту покончат и с энергетикой, и с транспортной системой. Советский Союз держал на предприятиях изрядные мобилизационные мощности, накапливал материальные резервы и держал тысячи паровозов. Мое поколение видело их на запасных путях еще в 1980-е. Сколько я себя помнил – и до конца 1980-х СССР готовился сразу к обеим войнам, при этом тратя изрядно на противостояние с Китаем и войну в Афганистане.

И все это происходило параллельно с тем, что в стране становилось все больше разбитых шоссейных дорог. Нарастал дефицит товаров. Наши города становились все более серыми и запущенными, подъезды домов наших загаживались. Помните сожженные кнопки лифтов? Недавно посмотрел оперативную съемку КГБ в Ленинграде – слежку за американцем. Меня поразила запущенность города и жуткие выбоины на щербатом асфальте. Люди буквально сходили с ума от дефицита, что начал все более яриться с 1974 года. Народ откровенно спивался, первые талоны на продовольствие появились не при Горбачеве, а при Брежневе, хотя лишь местами. В 1978 году – это Мурманск и Свердловск. В глубинке РСФСР (будущей РФ) в магазинах лежали килька в томате, серые макароны да молочные продукты. И то не все. За вареной колбасой очереди стояли в 1970-х еще. В СССР, если вы жили не в Москве, Ленинграде-Питере и не в закрытых городах, вы годами могли не видеть на прилавках твердых сыров, наборов шоколадных конфет, мяса и мясных консервов. Описывать все это можно до бесконечности. Да, в магазинах были своя бытовая техника и море домашней электроники своего производства, часов и оптики – до горбачевского развала потребительского рынка. Но зато нам все время говорили, что надо крепить оборону.

Символом времени стал советский морской офицер, который в Польше в 1981-м закупал охапками лифчики для жены. Потому что в СССР они были дефицитом. То было так унизительно: сойти на берег с могучего крейсера, насыщенного русской электроникой и самой сложной техникой, – и кинуться в польские магазины. За самым элементарным. Достаточно полистать подшивки сатирического журнала «Крокодил» 1970–1980-х годов, чтобы увидеть, как дефицит вел натиск буквально по всем фронтам. То автопокрышки не купишь, то батареек нет, то гречки…

В итоге граждане СССР просто рехнулись, обезумели от дефицита, что терзал их десятилетиями. И пошли за теми силами, что разрушили и их страну, да и жизни десятков миллионов людей. Еще в начале 1980-х американская пресса называла Вооруженные силы Советского Союза трехсоткилограммовой гориллой, на которую напасть отважится лишь полный безумец. Американцы даже писали, что боятся нас, ибо, мол, в СССР пришли к власти (дело было в 1985-м) люди, которые не воевали в 1941–1945 годах, крови не видели и потому, дескать, могут развязать горячую войну с Западом.

Но этого не случилось! Просто тыл русско-советского военного Кинг-Конга обрушился. Накопив громадные арсеналы самого современного оружия, СССР сперва согнулся от страшных болевых схваток, а потом и разрушился. Люди проклинали и военных, и оборонную промышленность, чему автор сих строк – самовидец. Именно так и сработала «аутоиммунная катастрофа». Годами советским людям твердили о том, что Большая война вот-вот может грянуть и надо думать не о своем чреве, а об обороне. Но война все не начиналась, хотя одно поколение сменяло другое. Власть говорила, что надо жить отложенным будущим, что дальше наступит процветание. Но с середины 70-х становилось не лучше, а все хуже. Нет, никто не голодал, и все вокруг работало, и социальная защита была ого-го… Только люди сатанели от того, что невозможно было купить то того, то этого. В итоге – взрыв страны изнутри…

Вариант истощения РФ

Сегодня враг применяет тот же самый механизм против РФ во Второй Холодной войне, что разразилась с 2014 года. Снова нам говорят об опасности Большой войны, опять страна вкладывает огромные ресурсы в вооружения. Да, дефицита и очередей за самыми элементарными товарами нет, но зато есть зеркальный вариант: народ нищает. Вокруг – полные прилавки, но денег нет на все это. Пошло обнищание масс. Если в СССР верхушка мечтала договориться с Западом и приватизировать общенародную собственность, то теперь все уж приватизировано и надежд на доброжелательность Края Заходящего Солнца не осталось. Но зато есть другие факторы: дети и богатства «элиты» – на Западе. Страшно лишиться награбленного/вывезенного за кордон и возвращать отпрысков в неуютную РФ. Да и богатства сюда переводить невыгодно: деньги-то при нынешнем экономическом курсе вкладывать в РФ нерентабельно. А то, что вернешь, могут отобрать силовики-рейдеры. Многим в верхушке неуютно, многим хочется договориться с Западом даже ценой разоружения РФ и ее конфедерализации. Так что положение-то опасное сложилось.

Есть еще неприятная разница. Дело в том, что в Советском Союзе все оборонные предприятия задолго до Горбачева имели и гражданскую часть производства. Они делали не одно лишь оружие, а без устали гнали тракторы, мотоциклы, велосипеды, стиральные машины и бытовую электронику, телевизоры, автомашины, медицинское оборудование и так далее. ВПК СССР был «двуногим». Он получал доходы с потребительского рынка. И, как бы ни честили конверсию при Горби, она к началу 90-х была готова дать стране массу архисовременных изделий. Это были и аппараты «искусственная почка», и бытовая техника, и отличное оборудование для пищевой промышленности, и даже суперавтомобиль «Истра», который конструировали инженеры атомной и авиастроительной отраслей. Всего и не перечислишь. Увы, все это попало под обвал СССР и так и не вышло на рынок…

В том подъеме военно-промышленного комплекса, что начался в РФ примерно с 2007 года, кроется смертельный порок: у «оборонки» ныне нет гражданской части. Второй «ноги». А экономика Российской Федерации остается сырьевой. Есть деньги на новое оружие у бюджета – ВПК работает. Упадут цены на углеводороды, казна оскудеет – и «оборонка» встанет. Сотни тысяч людей придется выкидывать за ворота. Причем при нынешнем экономическом курсе правительства и Центробанка ВПК РФ НИКОГДА не сможет производить гражданскую продукцию. Поток импорта забивает все. Вы думаете, в Вашингтоне этого не знают?

Они умело затягивают Российскую Федерацию в режим «автоиммунной катастрофы». Уверен, что именно в этом – главная цель западных санкций. Не истощить валютные резервы страны, а сделать так, чтобы проеденное коррупцией, непотизмом и некомпетентностью государство перешло в военный режим работы. Но при этом – не начинать войны реально. Пусть годами в РФ вся жизнь подчиняется пирамидальной безответственной бюрократии и произволу силовиков. Пускай здесь не будет нормальных судов, а судьи лишь проштамповывают материалы следствия, пусть адвокатов никто не слушает. Пускай народ давят все новыми и новыми налогами и поборами, пусть от них издыхают частные предприятия. Погибает малый и средний бизнес. Пусть как можно больше средств уходит на вооружения, а затраты на образование и науку, здравоохранение и демографию, поддержку отечественных промышленности и аграриев – уменьшаются. Главное – продержать РФ в таком положении как можно дольше, а дальше она повторит участь СССР с его огромными арсеналами, так и не пущенными в ход. Государственная бюрократия Российской Федерации и ее силовой аппарат все более приобретают черты их аналогов из «банановых республик» Латинской Америки 1930–1960-х годов. Дай им полноту власти с полномочиями военного времени – и вороватая безответственная орава сама проворует страну, разграбит ее, покончит с остатками сложного производства в стране. Пересажает и уничтожит самых энергичных, умных и предприимчивых. Всю РФ затянет грязной паутиной кумовства, коррупции и вымогательства. А дальше вытягивается цепочка: «разорение экономики – раскол в «элите» – надлом власти – торжество сторонников замирения с Западом любой ценой – опора прозападной части «элиты» на недовольство нищих низов – капитуляция». И если РФ не разделится, как Советский Союз, то уж придет к началу мирового мегакризиса середины века в опустошенном состоянии, со все той же сырьевой экономикой и демографическим вырождением. Уже с жалкими остатками былой науки и с сильно оглупевшим, неквалифицированным населением.

1.https://www.medikforum.ru/medicine/11742-bolnichnye-infekcii-samye-zaraznye.html
2.https://www.mirprognozov.ru/prognosis/society/oon-prognoz-nase-leniya-zemli-k-2050-godu/
3.http://www.vigorconsult.ru/resources/mirovoy-ryinok-presnoy-vodyi/
4.http://www.apn-spb.ru/opinions/article24974.htm
5.http://www.apn-spb.ru/opinions/article12075.htm
6.http://www.apn-spb.ru/opinions/article11397.htm
7.https://scisne.net/a-2120
8.Там же.
9.Сафонов В., «Первооткрыватели», М., «Молодая гвардия», 1952 г., с. 161.
10.Сафонов В., Указ. соч., с. 181.

Pulsuz fraqment bitdi.