Kitabı oxu: «Любовь зла, полюбишь и… БОССА!»

Пролог

Начало марта. Офис «Альфа-Тур»

Корпоратив по случаю Международного Женского дня

 В офисе полно народу. Шеф где-то прячется со своей секретаршей, но об этом догадываюсь только я, он ведь у нас примерный семьянин. Все знают, что Яковлев получил место генерального только потому, что его женушка похлопотала за него перед мамой. Впрочем, мне все равно.

Не это меня раздражает сегодня. Весь вечер я получаю поздравления и отвечаю на один и тот же вопрос:

– Кристина Руслановна, а где же ваш жених?

Вот и меня этот вопрос очень волнует. Мы с Владом заранее договорились, что сегодня он придет в мой офис и я представлю его своим коллегам в статусе жениха. Но вот уже второй час, как началась вечеринка, а его нет и нет.

– Тимофеева, – позвала меня Люба из бухгалтерии, – пошли покурим.

– Ты же знаешь, я не курю, – ответила ей, но уже подумывала воспользоваться хотя бы этим поводом, чтобы улизнуть от всех.

– Так и я тоже редко это делаю, – кивнула Люба, заправляя рыжие прядки за ухо, – но мне кажется, если кто-то еще раз спросит у тебя про жениха, ты сорвешься и загрызешь этого несчастного. Так что пошли, воздухом подышишь.

– Люб, ты из меня прямо монстра делаешь, не загрызу я Влада.

– Так я и не про твоего благоверного, а про того, кто спросит о нем, – подмигнула мне Люба и показала бутылку шампанского, – пошли, подышим воздухом и освежимся!

– Я не пью. Мне шампанское по шарам сразу дает, и потом тушите свет, – почти пошутила я.

Хотя «почти пошутила» тут лишнее, мне реально газики из шампанского сносят крышу, про это я узнала еще в институте и посему очень аккуратна с ним.

– Ну так и устрой себе праздник. Хорош париться! Сейчас ты не замгенерального, а девушка, с которой, между прочим, не сводит глаз один высокий блондин в черном.

Люба скосила взгляд в сторону, и я посмотрела туда.

Он стоял у окна и смотрел на меня. Высокий блондин в черном костюме, даже рубашка была черного цвета, это все, что я смогла разглядеть в полумраке. Кажется, у него была борода. А я люблю гладковыбритых мужчин. Поэтому дальше мой интерес к этому экземпляру пропал. К тому же у меня вроде как есть жених. Да, мы расставались с ним, но неделю назад он сам предложил попробовать снова, и теперь мы вроде как официально помолвлены.

– Пошли и вправду освежимся, – предложила, – Люб, только в курилку не хочу.

– Ясен пень! Там сейчас куча народу, и все они снова начнут спрашивать о твоем женишке. Пошли, у меня ключ от конференц-зала, а там выход на общий балкон с кабинетом генерального.

Не подумав, я согласилась.

И вот мы уже на месте. Начало марта, и на открытом балконе свежо. Но это и к лучшему, прохладный воздух остудил мой пыл. И я на какое-то время забыла про проблемы с женихом.

Да и шампанское пошло на ура. Пили прямо из горла, так как о фужерах или хотя бы о пластиковых стаканчиках Люба как-то не подумала.

– Вкусное! – высказала она мнение о напитке.

– Знаю, сама выбирала, – мимоходом ответила я, делая еще один глоток.

– Ты же не любишь? – удивилась она. – И потом, это я его со стола свистнула.

– Ну так я его выбирала, когда смету на корпоратив составляла. И потом, если не пью, это не значит, что не разбираюсь.

– Ага, это как с мужиками: не нужно спать со всеми, чтобы знать кто лучше! – засмеялась Люба.

Ее сравнение меня развеселило.

– Ну типа того! Хотя, конечно, это очень утрированно.

– Да чего тут говорить. Вот ты шампанское редко пьешь, потому что башку сносит, а ведь самой нравится. Небось и женишка себе выбрала по тому же правилу, что полегче, чтобы голова трезвая оставалась.

– Люба, что за глупость? – поразилась я ее словам. – Мы с Владом любим друг друга! И то, что я не веду себя как влюбленная дурочка, еще ничего не значит.

Слова коллеги задели меня за живое. Именно потому, что в них было больше правды, чем предположений. Но признаться в этом было сложно не то что кому-то, а даже себе.

– Ага, любите, то-то он оставил тебя одну в этот вечер.

– Тебя это не касается! – отрезала я и развернулась чтобы уйти.

– Тимофеева, подожди! – остановила меня Люба. – Ну, прости. Ты права, лезу со своими умными мыслями, а сама по бывшему страдаю. Ладно, не парься. Оставайся тут. Я за следующей бутылкой схожу.

– А эту мы что, допили? – не поверила я и перевернула бутылку.

– В хорошей компании и не замечаешь, – подмигнула мне Люба и пошла прочь.

Она немного спутала направление и направилась не к тем стеклянным дверям. Пришлось скорректировать вектор ее движения.

– Люба, бери правее, а то в кабинет к генеральному попадешь.

– Спасибо. – Она сделала неуклюжий реверанс, уже в дверях конференц-зала посмотрела на пустую бутылку в своих руках и спросила: – Слушай, я вот тут подумала: ты всегда такая, ну не холодная, но строгая. Я думала, ты если и будешь пить шампанское, то брют. А это полусладкое. Ты точно его выбирала?

– Да, – улыбнулась, – я люблю полусладкое. Говорю же, крышу от него сносит. Иди уже, а то я решу закончить на этом вечеринку и поеду домой. Пока не натворила того, за что утром будет стыдно.

– Э нет, погоди. Мы с тобой знакомы уже пять лет, а пьем первый раз. Это нужно отметить. Я сейчас! Одна нога тут и вторая скоро будет тут.

Ее не было пары минут, но мне хватило этого времени, чтобы позвонить Владу и поссориться с ним.

– Что значит ты уехал? Тебя нет в городе?

– Кристин, прости, – голос Влада был спокоен, и как-то скорби я в нем не услышала, – просто утром выяснилось, что горят поставки и кому-то нужно было ехать решать вопросы в дочке.

– Ваша дочерняя компания? Так ты уехал за полстраны и сейчас только говоришь мне? Влад, ты еще утром знал, что уедешь, и ничего мне не сказал.

– Кристин, я знал, как ты отреагируешь, поэтому и не сказал.

Ответ Влада меня поразил. Но я попыталась найти ему оправдание.

– Ты мог мне все объяснить. И я бы поняла, ведь и правда кроме тебя никто не мог поехать. Не эту же твою отправлять.

Специально не стала называть бывшую Влада по имени, но он меня понял, и его следующие слова стали роковыми.

– Все верно! Ника одна бы не разрулила эту ситуацию, и я поехал с ней.

– Так, стоп! Ты уехал вместе с дочкой босса? Со своей бывшей? Влад, ты…

– Кристина, не начинай, – перебил он меня, – мы же договорились забыть, что у меня были отношения с Вероникой! Сам дурак, рассказал тебе все. Но мое прошлое тебя не касается.

– Ты прав! Я не буду начинать! Сейчас все закончу. Ты волен делать все, что хочешь, а с этого дня меня не касается и твое будущее! Бывай, Влад! Пламенный привет Веронике, будьте счастливы!

Завершив разговор, я выпустила пар, разбив телефон.

Вот как раз в этот момент и появилась Люба со второй бутылкой шампанского.

– О, как раз вовремя, – увидев ее, сказала я и забрала пузатую бутылку, – у меня тост! За свободу! К черту серьезные отношения!

– О, чудный тост! Присоединяюсь! – подхватила Люба.

Вот так мы уговорили вторую бутылку.

– Слушай, Тимофеева, я пойду поищу, с кем замутить что-то несерьезное. А ты тут не замерзни. Может, и тебе пойти присмотреться к кому-нибудь? Там же не только из нашего офиса мужики.

Идея Любы мне понравилась.

– А почему бы и нет! Где там тот блондин?

Вроде бы подумал я про себя, а Люба ответила:

– А вот и он, легок на помине. Ну удачи! Не дрейфь!

После этих слов она испарилась. Зато нарисовался блондин.

Высокий голубоглазый, с бородой, но не старый.

А еще у него была в руках знакомая бутылка.

– Рыжуля попросила принести шампанского, – объяснил он свое появление на балконе, – сказала, у вас тут мини-вечеринка для избранных.

Смешок сдержать не смогла.

– Угу, и ты сегодня избран!

Сказанный мной каламбур показался мне до чертиков смешным.

Я сделала несколько шагов навстречу блондину, поскользнулась на собственном телефоне, то есть на его осколках и чуть не шмякнулась. Но меня поймали.

Блондин был горяч и силен. И ,в отличие от меня, в нем не было столько шампанского, поэтому он уверенно стоял на ногах и с легкостью поднял меня на руки.

Обняв его за плечи, я не удержалась и убедилась в наличии мускулов практическим путем. Банально прошлась пальчиками и ладошками по рельефу грудной клетки, плечам и завершила проверку на шее.

Мысли в этот момент в голову лезли всякие-разные:

И зачем ему борода, тут и так мужественности хоть отбавляй? Влад по сравнению с ним слабак. Интересно, а борода мешает целоваться?

Кажется, последний вопрос я произнесла вслух, потому что блондин ответил мне:

– А ты проверь.

В его глазах светился азарт. Он кидал мне вызов, будучи уверен, что я не приму его.

И если бы не шампанское и не ссора с Владом, все так бы и случилось. Я бы струсила или, точнее, повела себя как приличная девушка и попросила поставить меня на ноги и ушла. Но в тот момент я вспомнила, что мой жених (точнее, уже бывший жених) сейчас где-то там со своей бывшей и вообще мне уже нравится этот блондин.

Его глаза так и манили узнать его поближе. А почему бы и нет? Борода?

Да нет, у него оказывается не борода, а мягкие волоски, которые так прикольно щекочут кожу. И вообще, я как-то и не обратила внимание на нее. Его губы были горячими и имели вкус кофе. А я так люблю кофе, что просто растворилась в этом вкусе. А потом его язык скользнул между моих приоткрытых губ, и вкус кофе смешался со вкусом полусладкого, и все! Понеслась душа в рай! А крыша моя помахала рукой.

Мои же руки в этот момент были заняты исследованием широких плеч, сильных рук и дурацкими пуговицами на его черной рубашке. Когда мы успели переместиться в кабинет генерального? Я не обратила внимания. Но, кажется, сама указала блондину дорогу в нужном направлении. Не помню! В тот момент я упивалась нашим поцелуем со вкусом кофе и шампанского и вообще не соображала, что творю.

– Крис, если ты не остановишься, то я… – Голос блондина был тих, но бил по нервным окончаниям.

Только я уже настолько вошла в раж, что останавливаться не хотелось. Мы с Владом так и не съехались, а мой загруженный рабочий график почти лишал нас времени на встречи. И сейчас я просто не могла отказаться от желаемого. Незнакомец будил во мне все, что я так тщательно прятала, боясь, что жених посчитает меня распутной и развратной.

Черт, с сегодняшнего дня я свободна и делаю что хочу!

– Ты хочешь, чтобы я остановилась? – уже я кидала ему вызов.

– Я? Нет! – ответил он и уложил меня на кожаный диван.

***

– Крис, не заставляй меня ждать. Или ты хочешь, чтобы я снова носил тебя на руках?

Голос блондина вырвал меня из тех уже далеких воспоминаний.

Прошло несколько месяцев, я постаралась забыть тот день, и вот сегодня мы встретились снова.

Случайность это или злой рок? Не знаю.

Но, походу, за все грехи нужно платить, и вот оно, мое наказание.

Новый босс!

А ведь сегодняшнее утро так хорошо началось.

Глава 1

Конец мая. Офис фирмы «Альфа-Тур»

Кабинет зам. генерального директора

– Тимофеева, тебя босс вызывает, – заглянула в мой кабинет Настя Сергеева.

В прямом смысле ее голова мелькнула в дверном проеме и исчезла. Она оторвала меня от отчета, конец месяца. Сегодня у меня промежуточный аудит продаж, и с самого утра я закопалась в цифрах. Хотя нет, я их планомерно расставляла по своим местам, соединяя в один общий документ отчеты нескольких отделов. Для меня это привычное дело, и я даже получала от этого удовольствие – цифры показывали, насколько хорошо я руковожу работой нашего турагентства.

А тут эта Сергеева отвлекает.

Странно, босс вызывает?

Подумала я и посмотрела на рабочий телефон.

На табло аппарата не было пропущенных вызовов. Достала сотовый – и там тишина. Последнее сообщение от мамы Влада, моего жениха, и звонок от самого Влада. Он сейчас в командировке, и, как всегда, позвонил мне утром пожелать хорошего дня. И все. Пропущенных звонков от босса не было.

Это было странно, обычно Яковлев сам звонил мне, а это вдруг с чего бы стал отправлять свою секретаршу. Проверила рабочий телефон, сняла трубку и послушала – гудки идут.

Хотела уже набрать номер кабинета генерального, но что-то заставило передумать. Встала. Поправила юбку, взяла ежедневник, телефон и пошла к боссу. По пути мне встречались знакомые лица. Но никто не походил, чтобы что-то спросить или посоветоваться. Все лишь кивали в знак приветствия.

Это также удивило. Обычно наш офисный планктон вел себя по-другому.

Не то чтобы я была душой компании, но обычно до кабинета босса доходила, попутно решив кучу чужих проблем. И это объяснялось тем, что ко мне в кабинет сослуживцы не спешили прийти, боялись слухов и не желали впасть в немилость к боссу, ведь кто-то пустил слушок, что я любовница генерального. Но вот так, на халяву, получить дельный совет и потом выдать идею как свою – это уже привычное дело.

Но я по этому поводу не парилась. Кто что думает мне все равно. В итоге все их идеи и проекты попадают на мой стол, и уже я решаю, что попадет к генеральному. Так что какая разница, чье имя будет на проекте или презентации. Главное, чтобы это приносило прибыль нашей фирме. А в остальном меня не волнует, кто и что думает обо мне и боссе. Яковлев скоро уйдет на заслуженный отдых, и его кресло по праву станет моим.

Я долго шла к этому, и вот уже скоро это случится.

Этот бизнес я знаю от и до, и никто лучше меня не справится с этой работой. Несколько лет назад я пришла в этот офис на подработку, еще будучи студенткой. Туристический бизнес был моей стихией, и вот я уже заместитель генерального.

Еще один шаг – и я босс!

И в личной жизни все наладилось. Мы с Владом уже планируем свадьбу, он самый лучший и, главное, любит меня. Так что жизнь прекрасна!

В приподнятом настроении я вошла в приемную босса.

Сергеева что-то строчила на компе, но, увидев меня в дверях, резко остановилась и подскочила со своего места.

– Ты уже здесь? Хорошо выглядишь. Проходи.

Комплимент из уст Насти Сергеевой? Это был первый комплимент в мой адрес за все время работы тут, полученный мною от нее. Ярая нелюбовь ко мне Насти объяснялось тем, что вот как раз-таки она и была настоящей любовницей босса. Что, впрочем, и неудивительно с ее-то модельной внешностью, Сергеевой нужно было идти покорять подиум, а не нашего престарелого шефа. У Яковлева просто не было шансов, вот он и не устоял. А все считают его любовницей меня, вот ирония судьбы.

В который раз подумав об этом, я кивнула Насте и вошла в кабинет генерального.

Седой, но еще бодрый Яковлев сидел за своим столом и нервничал. Его настроение было легко считать по тому, как он постукивал пальцами по столешнице. И было отчего волноваться. Напротив него в кресле посетителя сидела его теща. Ружевская Анна Павловна. Она же наш главный акционер и соучредитель фирмы.

С Анной Павловной я была лично знакома и вообще уважала эту тетку. Вот кто стал моим кумиром, и на кого я равнялась. Она смогла не только сохранить бизнес, доставшийся ей в наследство от мужа (когда-то считавшегося криминальным авторитетом), но и приумножить свое состояние. Причем исключительно законным путем.

– Тимофеева, – подскочил босс со своего кресла, – почему так долго?

То, что Яковлев ходил перед Ружевской на цыпочках, меня немного раздражало, но это их семейные дела, и я в это не лезла. Поэтому и сейчас не стала заострять внимание на том, что пришла сразу, как только меня позвали.

– Простите, – улыбнулась и поприветствовала настоящего босса, – Анна Павловна, рада вас видеть, очень жаль, если заставила вас ждать.

– Ничего, я все понимаю, ты всегда вся в работе, в отличие от некоторых, – ответила мне Ружевская.

В чей огород она бросила камень, уточнять не требовалось. Яковлев вернулся за свой стол.

– Раз все собрались, думаю, можем приступать, – дала отмашку Анна Павловна.

Но Яковлев замялся и посмотрел на стеклянную дверь, что вела на балкон.

– Его нужно позвать, наверное? – боязливо спросил седой мужчина.

Господи, как же меня бесило это его пресмыкание перед Ружевской. Но я села на предложенное мне второе кресло для гостя напротив стола генерального и молча ждала. А в голове уже появилась мысль: Ружевская редко приезжает в этот офис, а значит, у нее для сегодняшнего визита есть важный повод.

Неужели сегодня все случится?! Яковлева отправят на покой и я займу этот кабинет?

Сдерживать эмоции получалось с трудом, но я старалась. Как всегда, помогала привычка мысленно перечислять что-то. В этот раз вспомнила текст из какой-то брошюрки, которую читала еще в институте, готовя доклад по психологии:

Пункт 2. Эмоциональная устойчивость – одно из важнейших качеств хорошего руководителя!

Дальше второго пункта я не ушла, так как Ружевская дала отмашку, и Яковлев побежал на балкон. Оттуда он вернулся не один.

Вместе с седым боссом в кабинет вошел, тот, кого я так старательно пыталась забыть уже несколько месяцев.

Вот тут понадобились вся моя выдержка и стрессоустойчивость.

В кабинет вошел и сел в кресло босса высокий блондин с голубыми глазами. Он сидел сейчас напротив меня, а мой взгляд все норовил скользнуть по кабинету в сторону от стола босса и проверить, на месте ли тот кожаный диван, на котором…

Мужчина прожигал меня взглядом. А я думала о том, что так и не узнала тогда его имя. Но это было только плюсом: не нужно было его забывать. И вот, он тут, собственной персоной.

 Молчание затянулось. Тишину нарушил голос Ружевской.

– Кристина, познакомься, это твой новый босс! Уверена, вы отлично сработаетесь! Тимофей – мой племянник, и он займет пост генерального, а ты, я уверена, поможешь ему освоиться. Вместе вы будете отличной командой!

– Тимофей, – эхом отозвалась я.

– Ну конечно, вы же знакомы, он был тут несколько месяцев назад. Как раз в марте. Он, конечно, не афишировал, кем является. Но уверена, ты его запомнила, такого красавчика нельзя не заметить. Весь в отца пошел! Неудивительно, что моя сестра влюбилась в Бессонова при первой же встрече. О, эта такая романтическая история, – вздохнула Ружевская, – потом я как-нибудь тебе ее расскажу. А сейчас не буду отвлекать вас от работы. Зятек, пошли, проводишь меня, а потом вернешься за вещами.

Последнюю фразу Анна Павловна адресовала Яковлеву. И тон ее был повелительным, то есть об отказе со стороны генерального, то есть уже бывшего генерального не могло быть и речи. А он и не собирался перечить теще, поэтому уже через несколько секунд мы остались в кабинете одни.

Я и он!

На улице был день. Ярко светила солнце. Конец мая, а на улице уже тепло как летом. И мне что-то стало жарко.

Новый босс молчал, пока не закрылась дверь за Ружевской и Яковлевым. Потом он встал, прошелся по кабинету и сел на кожаный диван, который стоял у одной из стен. Я же из принципа не смотрела в ту сторону.

Мужской голос нарушил тишину.

– Крис, иди сюда.

Мурашки побежали по позвоночнику. Он, в отличие от меня, в тот вечер узнал мое имя и сократил официальное Кристина Руслановна до короткого и до безумия интимно звучащего в его устах Крис.

Напомнив себе, где нахожусь и что сейчас этот блондин не просто незнакомец, а мой новый босс, я посмотрела в его сторону. Это было моей ошибкой. Сердце пропустило удар. Он поймал мой взгляд и повторил:

– Крис, иди сюда. Мы расстались именно тут. Так продолжим знакомство. Ты же не забыла тот мартовский вечер?

Конечно же, я помнила! Такое разве можно забыть?

Воспоминания, тщательно закопанные глубоко в моей голове и почти забытые, пронеслись перед глазами и заставили раскаяться в содеянном тогда. Но что случилось, того уже не исправить.

И вот он, мой незнакомец с вечеринки, уже не незнакомец! Сидит на том же диване в том же кабинете генерального и манит меня к себе рукой.

– Крис, иди сюда.

Но я не двинулась с места.

– Что? – переспросила, сопоставляя картинку из прошлого и настоящего.

Сейчас мужчина был одет более просто: голубая рубашка и джинсы. Но вот во взгляде не было уже того, что я увидела в тот памятный мартовский вечер. Помимо желания, в этих голубых глазах сейчас свозил холод, и в его словах я слышала неприкрытый сарказм.

– Крис, ну согласись, ты только в выигрыше от смены генерального, – с усмешкой сказал он.

– И в чем же мой выигрыш? – решила уточнить.

– Кристина Руслановна, ты ведь уж стала любовницей босса, чтобы стать замом.

– Не собираюсь обсуждать сплетни, – отчеканила и уже хотела покинуть кабинет.

Только до дверей я так и не дошла. Мне нужно было пройти мимо этого чертова дивана. На половине пути блондин меня и поймал. Прижал к себе, и в голубых глазах отразился гнев.

– Что такое, правда глаза режет? – зло усмехнулся он, еще теснее прижимая меня к себе. – Так ваш романчик ни для кого не секрет. Перед Анной стоял выбор, кого из вас двоих уволить. Но она деловая женщина и отправила зятя на заслуженный отдых досрочно.

Новость, что я стала причиной увольнения Яковлева, была шокирующей.

– Ты что-то попутал! О том, что генерального сменят, говорили давно. И Яковлев – муж дочери Ружевской. Если бы вопрос встал так, как ты сказал, она уволила бы меня.

– Нет, она решила, ты будешь большей потерей для фирмы. – Эти слова он почти выплюнул, столько было презрения. Снова усмешка, и он добавил: – А женишок-то знает, что ты спишь с боссом?

Оправдываться перед этим блондином я точно не собиралась.

Да пошел он к черту, это из-за него пошел слух по офису!

Но он уже решил, что все знает, и переубеждать его я не собиралась.

Вот пусть так все и будет!

– А вас, Тимофей, простите, отчества не знаю, это не касается! И даже если я была любовницей Яковлева, то есть ныне уже бывшего босса, и вас это так задело, то могу вас уверить: с новым боссом у меня будут чисто профессиональные отношения.

Глаза блондина загорелись, он принял вызов. Этот гад наклонился ко мне. А я резко отвернулась. Его губы скользнули по щеке. Он как будто ожидал этого и, лаская губами кожу за ушком, тихо произнес:

– Крис, я на твоем месте не давал бы таких обещаний.

Точно гад, ведь запомнил, как я реагирую на такие ласки. Мурашки побежали по позвоночнику, и ноги начали подгибаться.

– Крис, и ты думаешь, получатся, – он сделал паузу, чтобы снова поцеловать то местечко за ушком, а потом выдохнул: – Как ты там сказала, чисто профессиональные?

Почувствовав мою реакцию, он уже праздновал победу.

Это я поняла, когда он поднял голову и посмотрел мне в глаза.

Что ж, он не оставил мне выбора, я тоже приняла вызов!

– В противном случае сама подам заявление на увольнение! – ответила.

С этого дня и начались мои проблемы под названием «новый босс»!

И влюбляться в него я точно не собиралась!

Глава 2

Начало июня. Офис «Альфа-Тур»

Кабинет (все еще пока) зам. генерального директора

– Тимофеева, ты мне скажешь, что у тебя с Бесом? – допытывалась Люба.

С того мартовского корпоратива мы с ней стали подругами, и во всем офисе только она за спиной не называла меня любовницей Яковлева. Люба жутко злилась из-за того, что я не опровергаю эти слухи. И вот пока не поползли новые, она решила разобраться.

Сейчас мы сидели в моем кабинете и обедали. Увы, время обеденного перерыва у меня было ограничено, сегодня предстояло сдать отчет за предыдущий месяц. Сроки поджимали, а новый босс лютовал. Отчет я должна была сдать еще вчера. Но рекламный отдел затянул со статистикой, вот и пришлось мне за них отдуваться.

Зато цифры радовали, и я не сильно парилась.

Ну подумаешь, получит Бессонов отчет сегодня после обеда, это же не повод нарушать нашу с подругой традицию?

По средам я любила баловать себя и подругу китайской кухней. Сама я просто обожала рисовую лапшу и острые крылышки. Обычно мы с Любой ходили в ресторанчик прямо через дорогу от нашего офисного здания. А сегодня пришлось заказать доставку, что, впрочем, не испортило вкус еды, и я получала истинное наслаждение.

– Ты про кого? – попыталась прикинуться дурочкой и сделать вид, что меня сейчас больше интересует содержимое картонной коробочки – крылышки просто пальчики оближешь!

Уже две недели новый босс знакомился с работой офиса, и я самолично вводила его во все нюансы управления фирмы и в тонкости туристического бизнеса. Но только слепой бы не увидел, что у нас взаимная неприязнь: он меня провоцировал постоянно, а я игнорила его выпады. Такой вежливой, как с ним, я не была никогда и ни с кем.

– Ой, подруга, не темни! – засмеялась Любочка. – Это же с твоей легкой руки новый босс Бессонов Тимофей Александрович стал Бесом.

– Люба, не начинай. Я случайно оговорилась, а кто-то услышал, и вот у нового генерального появилось подпольное имечко. По сути, я ни при чем. Людская молва, – пожала я плечиками, считая это незначительным фактом.

На самом деле я знала, почему Люба завела разговор о новом боссе. Она просто заговаривала мне зубы, чтобы я не начала расспрашивать, как прошла ее встреча с новым кандидатом. Но я-то помнила, что вчера был вторник, и значит, она отводила сына на тренировку, а вот там…

– Так, рыжая, колись, как успехи по охмурению нашего тренера?

– Вашего тренера?

Вопрос задала не Люба, а тот самый Бес, которого (как я теперь поняла) нельзя упоминать во время обеденного перерыва (то есть всуе), а то весь обед коту под хвост. А точнее, мне на блузку и юбку.

В общем, испорчен! Обед. Как и юбка.

– Тимофей Александрович, – расплылась в улыбке Люба.

– Добрый день, Любовь Николаевна, – поздоровался с ней вошедший в мой кабинет без стука генеральный директор.

И вот вроде бы ей он даже улыбнулся, меня же окинул холодным взглядом. И что он увидел? Лапша была везде: на груди, блузке и юбке. Ну, конечно же, я еще и встала, чтобы отряхнуть блузу и собрать салфеткой остатки моего обеда с подола.

Да, видок у меня был сейчас непрезентабельный: жирные пятна соуса мгновенно расползлись по шелковой ткани блузки. Если не поторопиться, то и кружевной бюстгальтер будет испачкан. А вот запасного нижнего белья у меня в офисе не было, в отличие от только вчера забранного из химчистки льняного костюма. Да и жалко было портить новый комплект, только на прошлой неделе купленный.

Не задумываясь, я расстегнула верхние пуговки на блузке и убедилась, что нежно-розовый лиф чистый. Облегченно вздохнула и на автомате начала расстегивать остальные пуговицы.

– Упс!

Голос Любы заставил меня вспомнить, что мы тут не одни.

Подняла голову и встретилась со взглядом недовольного блондина. И ведь даже не попытался отвернуться, стоял и пялился на мою грудь. Только вот взгляд его не теплел, а становился все холоднее и холоднее.

Не впечатлила, стало быть! У Сергеевой грудь побольше моей?

Да, грудастую секретаршу Яковлева Бессонов оставил. И теперь она была его секретаршей и все так же люто ненавидела меня с молчаливого согласия нового босса. Того, что сейчас стоял тут и нервировал меня.

В отместку также оценив его взглядом, я подумала:

Блондинам не идет быть такими хмурыми и мрачными! У-у-у, Бес!

Но вслух ничего не сказала, лишь запахнула блузку.

Зато Бессонов озвучил причину своего прихода в мой кабинет.

– Тимофеева, как только приведешь себя в порядок, жду тебя в моем кабинете. Отчет за май ты еще вчера должны была сдать, – сказал и, не прощаясь со мной, но кивнув Любе, вышел.

Она так и сидела в кресле и еле сдерживала смех.

– Бес! Белобрысый! Чтоб тебя! – высказалась я после того, как подошла к двери и провернула замок. – Его стучаться никто не учил?

Вопрос, конечно же, был риторическим, но Люба решила ответить мне:

– Наверное, он считает, что раз он босс, для него все двери тут открыты, – улыбнулась Люба и добавила: – Тимофеева, слушай, а бельишко то самое, новое? Ты же вроде как его собиралась надеть для Влада. Ну отпраздновать возвращение из командировки.

– Вот все-то ты помнишь, Любаша, – съязвила я, сделав ударение на ее имени.

– Бр-р-р, не называй меня этим жутким именем. Так меня бывший любил называть. Теперь у меня антипатия к этому варианту, – отозвалась она, – а еще Лисичка, ненавижу это сравнение.

– Ты уверена, что не простишь его? – решилась затронуть не любимую подругой тему.

Разговоры о бывшем муже выводили Любу из себя. Она подала на развод, после того как узнала, что он ей изменил. В тот же день уехала от мужа к матери. Сына она, конечно же, забрала с собой. Это случилось полгода назад. И тема эта была закрыта для обсуждения. Но иногда мне казалось, что она все так же любит бывшего мужа, чувства остались. Да и сын был копией отца, поэтому забыть мужа у Любы не было вариантов.

– Тимофеева, я же не спрашиваю у тебя, – начала она и осеклась, увидев мою улыбку, – ну хорошо! Я не буду спрашивать больше, что у тебя с Бесом. Договорились! Туше.

– Рыжая, и почему мы с тобой раньше не подружились, ведь понимаем друг друга с полуслова, – рассмеялась я, – ладно ешь, а я пока переоденусь.

Люба не обижалась, когда я называла ее Рыжей, воспринимала это как комплимент. Ведь она очень гордилась тем, что это ее натуральный цвет.

– Хочешь, я с тобой поделюсь! – предложила она, открывая вторую коробочку с крылышками в кисло-сладком соусе. – Мне, в отличие от тебя, не помешает сбросить парочку кило. А то и десяточек.

– Нет, наелась уже. Да и аппетит пропал, – честно ответила я, выкидывая остатки своего обеда в мусорную корзину и усаживаясь за рабочее место.

– Ну хорошо, раз про Беса нельзя говорить, расскажи, что там с Владом? – все никак не могла угомониться Люба.

– А что с Владом? Вот вернется из командировки, и я предложу ему переехать ко мне. Мы уже месяц как определились с датой свадьбы, а я его маму вижу чаще, чем его самого.

Тут Люба отложила в сторону коробочку с крылышками и пристально посмотрела на меня.

– А секс? Когда вы этим занимались последний раз?

– Люба!

Я аж выронила бумаги, которые только что взяла. Веер листов со статистикой рассыпался по моему столу, и несколько штук упало на пол.

– Что «Люба»?! Я уже почти тридцать лет Люба, но это ничего не меняет! О какой свадьбе можно говорить, если вы не спите вместе! Подруга, ты чего?

– Люба, эта тема не обсуждается. Это слишком интимно, – попыталась все же закрыть тему.

– Ну прости меня, конечно. Но если у вас длительное время нет секса, то ты сама укладываешь своего женишка в кровать к бывшей. И твоя вечная занятость – это лишь отговорка. Слушай, Тимофеева, признайся, у тебя на него не стоит после того раза с Бесом? Поэтому ты посадила своего Влада на строгую диету?

– Ну все! Сивах, ты перешла все границы, – встала я и пошла к двери, – забирай свой обед и иди строй мегафантастические теории где-нибудь в другом месте. Мне работать нужно. У меня отчет!

Рыжая повела себя, как всегда, нестандартно. Вот другая бы на ее месте либо обиделась, либо начала извиняться. Но Люба не сделала ни того ни другого. Она встала, взяла остатки своего обеда и пошла к открытой мною двери. Прямо на пороге остановилась и сказала:

– Тимофеева, а знаешь ты и вправду Тимофеева, и это я сейчас не про фамилию, – улыбнулась она, – и в моем случае я фамилию скоро сменю, а вот ты, похоже, попала по полной. Если хочешь, можем обсудить это сегодня вечером.

– У тебя вечером по расписанию школа искусств, – на автомате ответила я, вспоминая график кружков и секций Любиного сына.

– Я сегодня свободная, как птица. Мама пообещала отвести и забрать Славика. Так что если хочешь узнать про тренера, не убегай с работы раньше меня. Сходим куда-нибудь, поболтаем, – предложила мне Люба, а потом стукнула себя ладонью по лбу и добавила: – О чем это я, чтобы ты да раньше времени слиняла с работы? Ладно, сама за тобой зайду и вытащу из этого болота воздухом подышать! Договорились?

Она стояла и ждала моего ответа. А я понимала, что отрицательный ответ Люба проигнорирует и стоять может тут хоть до окончания рабочего дня, а я не могу, меня босс ждет с отчетом. Поэтому кивнула, соглашаясь, но тут же выставила условие:

– Я пойду, но если только мы не будем обсуждать мои отношения с Владом.

Рыжая расплылась в улыбке и подмигнула мне.

– Да бог с тобой, твои отношения с женихом меня уже не волнуют, но согласна рассказать тебе все про нашего тренера, после того как ты честно признаешься, для кого надела это новое бельишко. Женишка-то нет в городе. А, Тимофеева?

И снова она в слово «Тимофеева» вкладывала двойной смысл, намекая на принадлежность, а не фамилию.

– Иди уже! – выставила я Любу из кабинета, сделав вид, что снова не поняла ее намека.

Но тут сработал закон подлости!

Как вы думаете, на кого Люба налетела, договаривая свою фразу?

Конечно же, на босса.

Какую часть нашего разговора он слышал и слышал ли вообще? Не знаю. Но его взгляд подтверждал мои худшие подозрения. Потому что, снова окидывая меня оценивающим взглядом, он задержался на груди и только потом посмотрел в лицо.

– Кристина Руслановна, обсуждать своих любовников с подругой будете после работы, а сейчас я жду отчет, – рявкнул этот бес белобрысый и, уже не скрывая сарказма, добавил: – Отчет, который вы должны были сдать еще вчера! Если бы не тратили время на мужиков, то и на работе бы все успевали!

Люба тут же испарилась, зато помимо нее у нас было еще несколько зрителей, которые тут же начали шушукаться. Это стало последней каплей.

Две недели постоянного стресса дали результат. Я разозлилась и повела себя как девчонка, демонстративно посмотрела на наручные часы и выдала:

– А вас, Тимофей Александрович, совершенно не должно волновать, чем я занимаюсь в свой обеденный перерыв: кого обсуждаю и на каких мужиков трачу свое время. Главное, что вас нет ни в одном из этих двух списков!

Высказалась и, гордо задрав подбородок, развернулась и скрылась за дверью своего кабинета. Аккуратно закрыла дверь и пошла к окну, хотела его открыть, чтобы проветрить. Жарко мне что-то стало.

И вот нормальный человек не стал бы врываться следом за мной в мой кабинет и хлопать дверью так, что меня чуть не припечатало оконной рамой прямо в лоб.

Но этот Бес! Бессонов, черт его подери!

Не успела я облегченно вздохнуть и потрогать свой чудом уцелевший лоб, как оказалась прижата к сильному мужскому телу. Блондинистый бес остался все таким же большим и сильным, каким я его запомнила. А его глаза были такими же голубыми, и в них можно было утонуть. Только вот губы портила кривая ухмылка. И несмотря на это, в голове всплывали воспоминания о том, какими нежными были эти губы тогда, когда он был просто незнакомцем и целовал меня.

Вот если бы он не заговорил сейчас, я бы снова захотела попробовать вкус его поцелуя. Так хотелось узнать, почувствую ли вновь вкус кофе на его губах?

Но вот его взгляд заволокло холодом, и он заговорил:

– Крис, а Сонин знает о твоих мужиках?

Это отрезвило меня. Я даже рассмеялась.

– О, какая осведомленность?! Да я смотрю, вы прямо навели справки, Тимофей Александрович. – Меня поразило, что Бессонов знал фамилию Влада.

А вот он в моих словах услышал совсем другое и сделал свои выводы.

– Крис, ты даже не отрицаешь, – не просил он, а констатировал факт, – тогда и мне можно!

– Что? – не поняла я логики его рассуждений.

Только Бессонов не собирался дальше вести беседу.

В следующую секунду он притянул меня к себе и наклонился. Мы были так близко друг другу, что я чувствовала бешеный ритм его сердца под своей ладонью, и могла разглядеть меленькие серые крапинки в голубой радужке его глаз. Казалось, что секунды превратились в минуты или часы, так долго мы смотрели в глаза друг друга.

А потом время остановилось, и я снова почувствовала вкус кофе на губах.

Глава 3

– Так, подруга, выбери из меню, что мы будем пить и есть, а я сейчас дам маме ЦУ и вернусь.

Мы с Любой сидели на веранде одного из известных столичных ресторанчиков. Открытая терраса на набережной пользовалась большой популярностью, но Люба как-то умудрилась заказать столик. На это у нее было несколько часов. И да, место для нашего мини-девичника выбрала она, а мне пришлось лишь согласиться. После случившегося сегодня днем в офисе я была у нее в неоплатном долгу. Вот она и пользовалась случаем потратить мои денежки на пафосное место.

– Люб, ты чего, – попыталась я ее остановить, – ты можешь с мамой и при мне поговорить. Вроде как уже не в первый раз. Считай, я с твоей мамой уже заочно знакома.

– Да там бывший нарисовался, думал, я сына поведу на ИЗО, а встретился с любимой тещей. А мамочка моя все мечтает нас помирить. Вот и нужно ей мозги прочистить.

– Ну и чисть, – улыбнулась я.

Люба вообще была спецом по прочистке мозгов. Это по профессии она экономист, а по призванию и велению души – психолог. Любит поковыряться в чужих головах и найти причинно-следственные связи. Люба очень наблюдательная и все подмечает. Хотя обычно она со своими советами не лезла, но для близких делала исключение. А так как я с того памятного мартовского корпоратива вошла в число близких, то была морально готова к тому, что и меня сегодня это ждет – чистка мозгов и разбор полетов. Вообще, поражаюсь, как она не занялась этим еще в офисе. Видать, сильно хотела в ресторанчик этот сходить. Что-то задумала Люба-лиса!

– Ну у меня по плану немножко пошуметь, а тут место цивильное, боюсь, выставят, и я не дождусь десерта.

Я удивилась и открыла меню на странице десертов.

– А что, тут что-то эксклюзивное подают?

– Ага, – кивнула рыжая на сцену, – потерпи немного и увидишь.

Ответ подруги меня заинтриговал. Решила последовать совету, а пока углубилась в меню, выбирая горячее. Винную карту отложила в сторону. Сегодня я трезвенник.

Люба ушла, но с полпути вернулась.

– Разговор может быть долгим, не скучай тут.

И если я думала, что она именно за этим и пришла, чтобы предупредить, то ошибалась. Подмигнув мне, Люба сняла темно-синий пиджачок, повесила его на спинку плетеного кресла и сказала:

– Что-то жарко сегодня. О, вот и мама перезванивает, – глянула она на экран зажужжавшего в руке мобильника, – я пошла, а ты пока подумай о том, что же у тебя с Бесом? Тимофеева ты уже или все еще Владова?

Ответить на ее каламбур я не успела. Эта стервочка развернулась на каблуках и снова поплыла к выходу, уже отвечая на повторный звонок мамы.

– Да, мам. А, это ты, Сивах?

В голосе Любы удивления я не услышала. Наверное, она была готова, что будет разговаривать не с мамой. Бывшего своего Рыжая всегда называла только по фамилии, ведь имена у сына и мужа были одинаковые – Вячеслав, то есть Слава, Славик. А теперь в ее жизни, как говорила она сама, остался только один Славик – это сын!

– Сивах, я же уже много раз говорила, что нам не о чем разговаривать. Хочешь общаться с сыном? Пожалуйста.

Дальше я не слышала, Люба была уже на выходе с террасы. Глядя ей вслед, смогла увидеть, как мужики оценивающе задерживали взгляды на ней. В отличие от меня, она после работы успела сменить обычный офисный прикид на весьма фривольный наряд.

– Купила по случаю! – сказал мне подруга, демонстрируя это жутко сексуальное платье.

Тонкие лямочки еле держали пышную грудь, и пусть длина подола была приличной, но при ходьбе синий шелк плавно колыхался в такт движения бедер. И это только вид со спины.

Бедные мужики, представляю, какая там картинка спереди.

Пусть до размера Сергеевой Любе далеко, но это платье подчеркивало все ее достоинства: пышную грудь и округлые бедра. По мне, так Любе не нужна никакая диета, и лишня пара кило у нее именно там, где нужно. И вообще, они не лишние, если судить по эффекту, произведенному ею сейчас на некоторых посетителей ресторана, особенно мужского пола.

Мой взгляд скользнул на спинку кресла напротив.

И ведь специально сняла длинный пиджак, чтобы усилить эффект.

– Что будете заказывать? – вырвал меня из раздумий о подруге голос официанта.

– Пока принесите сок, – я призадумалась и выбрала, – яблочный.

– Есть апельсиновый фреш, – предложил официант.

– Нет, спасибо, не люблю апельсины.

И это было почти правдой. Вкус апельсинового сока всегда ассоциировался у меня с работой, а сейчас еще и почему-то с новым боссом.

Глупо, конечно, но факт! Раньше я сама часто летала. Побывала во многих странах и отелях. И практически везде на завтрак заказывала из напитков апельсиновый сок и кофе. Вот как раз вкус кофе мне и напоминал о новом боссе. А теперь еще вспомнились и какие-то цитрусовые нотки его одеколона. Убийственное сочетание с его личным запахом!

Точно шиза!

Права Люба, пора прочистить мозги.

Особенно после того, что случилось сегодня в моем кабинете!

Как бы я его ни ненавидела, а дурацкое сердечко замирало каждый раз, когда он появлялся рядом. Две недели уверяла себя, что это не из-за того, что Бессонов так хорош, что я не могу забыть его.

Я говорила сама себе:

– Это просто из-за того, что в последний месяц мы редко видимся с Владом. У меня много работы, у него вечные проблемы на работе и командировки. Сейчас он опять в отъезде и опять с этой своей бывшей! Но у нас все будет хорошо. Вот сейчас разгребусь с работой, Влад вернется, и заживем мы долго и счастливо!

Самовнушение работало, но до поры до времени. Я ненавидела босса на расстоянии, но когда оказалась в его объятиях, то крышу снесло полностью. И оправдываться не имело смысла. Случилось то, чего я так безумно хотела!

 …и шампанское в этот раз было ни при чем!

Дивана в моем кабинете нет. И слава богу!

Зато нашелся подоконник, возле которого меня и поймал в объятия Бессонов, когда ворвался в мой кабинет. И снова, между прочим, вошел без стука, а соответственно, без моего разрешения и согласия.

Хотя это уже ничего не меняло.

Кто кого поцеловал первым, сложно сказать, но в тот момент не это было важно. Мы оба хотели этого. Поцелуй со вкусом кофе был горячим. Мы целовались, и я кайфовала, балансируя на контрасте нежности и страсти. Принимала ласки и получала удовольствие, даря их. Бес пытался наказать меня и, кажется, в какой-то момент решил остановиться.

Прервав поцелуй, посмотрел мне глаза. Мой затуманенный взгляд вряд ли мог прояснить ситуацию. В этот момент я почти ничего не соображала, смотрела на него и неосознанно кусала нижнюю губу, стараясь не выдать своего желания и не попросить его, чтобы он снова меня поцеловал.

Что уж он увидел в моих глазах, не знаю, но в итоге мне не пришлось просить. Он сам не мог сдержаться, чтобы не продолжить это безумство.

А потом уже остановиться сил не было ни у него, ни у меня.

Мы целовались, и в тот момент это было важнее, чем дышать. Он почти до боли прикусывал мою нижнюю губу и тут же ласкал мое тело. Прижимал меня к себе теснее, давая понять и ощутить силу своего желания. И это желание было обоюдным.

Так мы оказались на подоконнике. Босс не задумываясь посадил меня на ближайшую поверхность. Ему требовалось освободить руки. И вот, не прерывая наш поцелуй, не останавливая этот безумно страстный бой губ и языков, он умудрился расстегнуть мой льняной пиджачок и убедиться, что под ним ничего нет, кроме кружевного лифа, того самого, что он недавно успел увидеть в этом же кабинете.

Когда его ладонь накрыла мою аккуратненькую левую грудь и большой палец обвел кружок по ореоле, а потом сдавил сосок, я не смогла сдержать стон.

Поцелуй был прерван на долю секунды. Мне не хватило кислорода. Я откинула голову и рвано глотала воздух. Именно в тот момент в памяти отпечатался запах этого мужчины: смесь кофе, цитрусовых и чего-то еще напоминающего соленое море и …

…и

В голове все смешалось, прошлое и настоящее. Тело прогнулось, вспоминая удовольствие, полученное тогда…

…мои стоны, его резкие движения и это тихое на выдохе «Крис-с-с».

А потом горькое послевкусие осознания неправильности произошедшего и совершенной ошибки.

Все это пронеслось в голове за мгновение, пока я наполняла легкие кислородом.

Это было сигналом. Не «колокольчик напоминания», а звон колокола из прошлого, говорящий, кричащий, что нужно остановиться и прекратить это безумие.

Во взгляде Бессонова тоже что-то проскользнуло, как будто он так же, как и я, вспомнил тот день и понял, что это ошибка.

Но мы оба проигнорировали этот звон колокола!

Ведь уже в следующую секунду блондин, ставший за последние два месяца моей порочной мечтой, окончательно принял решение за нас двоих. Свободной рукой притянул мое лицо к себе, и властные губы снова накрыли мои.

Поцелуй стал прелюдией к тому, что (теперь мы оба знали) уже неизбежно случиться тут на этом подоконнике.

Бессонов помнил, как я реагирую на его ласки.

И он продолжал, лаская грудь, срывать стоны с моих губ, глуша их поцелуями. Но на этом не останавливался, сжимая нежную плоть своей ладонью, играя с соском, усиливая эффект тем, что он не стянул белье, а терзал нежную кожу прямо через него. Трение кружева по возбужденному соску сводило с ума. Хотелось почувствовать его кожа к коже и раствориться в нем, в его запахе.

И я не стала себя останавливать. Его рубашка в этот раз расстегнулась легко. Мои руки помнили его тело. Ладони и пальцы уже ощущали жар его кожи.

– Черт, Крис, – выругался Бес, поняв, что на мне брюки и избавиться от них будет посложнее, чем от юбки.

В прошлый раз я была в платье, и подол его был задран, как только меня уложили на диван, а в этот раз моему блондину пришлось потрудиться. И если кого-то другого остановило бы препятствие в виде пояса, пуговки и молнии, то мой блондин лишь высказал свое недовольство словами:

– Крис, никаких больше брюк, только юбки!

И, прежде чем я осознала смысла этой фразы и наконец-то остановила это безумство, он поменял руки и уже ласкал вторую грудь и властно целовал. Скользя языком по моим губам и вторгаясь глубже, он начинал новый поцелуй-бой, снова заставляя забыть обо всем.

В какой-то момент в голове проскользнула мысль:

Почему Влад не умеет так целоваться?

Но уже в следующий момент я забыла об этом глупом вопросе и о женихе, потому что Бессонов прервал поцелуй. Но он не собрался останавливаться, просто перешел на новый уровень. Его губы уже ласкали мою грудь, и уже не мужские пальцы, а язык дразнил мой сосок. А вот его рука опустилась ниже и нашла еще одну мою эрогенную зону, скрытую таким же кружевом нежно-розового цвета.

Первые нежные прикосновения сменились на более смелые, и я почти срывалась на крик. Но по инерции закрыла рот рукой. И нет, в тот момент я не вспомнила, где мы находимся, это был рефлекс. Влад считал, что я слишком чувствительная там. Поэтому я научилась скрывать, глушить свою реакцию на такие ласки, иначе просто не получала их.

Вот и сейчас кусала тыльную сторону ладони и молилась, чтобы мой блондинистый бес не останавливался, ведь я уже была так близка к тому, чтобы переступить черту невозврата. Сейчас я могла не играть роль приличной девочки, а быть самой собой и не стесняться этого. Я прижимала белокурую голову к своей груди одной рукой и сама шире разводила ноги, давая его руке полный доступ. Не снятые полностью, а лишь расстегнутые льняные брюки мешали, но мой Бес четко шел к цели, лаская меня и готовя к тому, чего мы оба хотели.

Его возбужденный член упирался мне в бедро, и два слоя ткани, джинсовая и льняная, не могли скрыть его твердость. Это возбуждало еще больше. Мой развратный мозг уже рисовал картинку того, что будет дальше.

Хотелось перехватить инициативу и довести его до такого же безумия, которое ощущала я сама. Уже забывая сдерживаться и закрывать рот ладонью, я стонала и шептала сухими губами его имя: «Бес-с-с».

Это было так созвучно с его тихим: «Крис-с-с».

Все это было в унисон, и когда, следуя картинкам в своей голове, я решилась и моя рука скользнула вниз, чтобы заняться ремнем мужских джинсов и перейти на следующий уровень…

Именно в этот момент мы оказались в кабинете не одни.

Открылась дверь, и в мой кабинет практически влетела Люба. Ее появление заставило нас остановиться. А она вошла и тут же закрыла дверь, щелкнув замком. И сделала это, чтобы та, которая шла следом за ней, осталась в коридоре, стопудово, получив закрывающейся дверью по фэйсу.

– Тимофей Александрович, вас, кажется, потеряли, – не стесняясь, пялилась на нас Люба и улыбалась, обращаясь к боссу.

Тут же ее слова получили подтверждение. Голос Сергеевой было слышно даже из-за двери.

– Рыжая, ты совсем сдурела? Ты мне нос сломала! Открой дверь немедленно! Сивах! Мне нужен Тимофей Александрович!