Kitabı oxu: «Три его личности»

Глава 1

Три его личности

Глава 1

Я не знакомлюсь

Мила зашла в магазин косметики и сразу начала искать взглядом свой любимый парфюм. Флакон дома почти закончился, а оставаться без привычного аромата ей совершенно не хотелось. Она узнала бы его среди десятка других: стоило нанести на кожу, и уже не приходилось прислушиваться к запаху, решать, нравится он ей или всё-таки мешает.В магазине пахло сразу всем. Ароматы смешивались в тёплом воздухе, и после улицы эта густая смесь на несколько секунд перебила даже мысли. Мила прошла вдоль стеллажей, отыскала знакомый флакон, но брать коробку сразу не стала.Раз уж пришла, почему бы не посмотреть что-нибудь ещё?Она неспешно двинулась дальше. Подсветка отражалась в стекле, взгляд цеплялся то за один красивый флакон, то за другой. Несколько ароматов Мила попробовала на бумажных полосках: подносила их к лицу, терпеливо ждала, пока выветрится первая резкость, принюхивалась ещё раз. Потом всё равно покачала головой.Нет. Всё не то. Как обычно.Вернувшись к своему парфюму, она взяла коробку и направилась к кассе.Перед ней расплачивался мужчина. Мила машинально ждала своей очереди, почти не обращая на него внимания. Он закончил оплату и неожиданно развернулся прямо на неё.Тяжёлая мужская туфля опустилась ей на ногу.— Осторожно! — вскрикнула Мила.Мужчина тут же отступил.— Извините.Она поморщилась, отвела пострадавшую ногу и посмотрела сначала вниз, потом на виновника. Чтобы увидеть его лицо, пришлось поднять подбородок.Высокий. Очень высокий. И весил, судя по тому, насколько ощутимо наступил, тоже немало.Деловой костюм хорошо сидел на широких плечах. Лёгкая небритость, правильные черты лица. Довольно симпатичный мужчина — Мила отметила это автоматически, примерно так же, как минуту назад красивый флакон на соседнем стеллаже.Симпатичный — и что?— Ничего, — бросила она и шагнула к освободившейся кассе.Через минуту нелепый эпизод уже вылетел у неё из головы.Мужчины Милу в последнее время интересовали примерно никак. Знакомств и отношений ей хватило настолько, что можно было выдавать сертификат о досрочном выполнении жизненного плана.Два брака. Два развода. Два раза она почему-то решила, что вот теперь-то точно выбрала нормального мужчину. Оба раза жизнь довольно быстро объяснила ей, что с выводами она поторопилась.Своих бывших мужей Мила без особых угрызений совести считала полными идиотами. И дело было даже не в обиде после разводов. Её мучило другое: интеллектуально они совершенно ей не соответствовали. Сколько можно объяснять взрослому человеку, что несогласие с ним ещё не означает попытку его унизить?С Милой можно было спорить. Более того, хороший спор её увлекал настолько, что она забывала о времени. Ей нравились аргументы, неожиданные мысли, люди, способные заставить посмотреть на привычную вещь с другой стороны. В таком разговоре было удовольствие — слушать, возражать, вдруг замолчать, потому что собеседник заметил то, чего ты сама не учла.Но оба её брака показали одну и ту же печальную закономерность. Пока у мужчины оставались аргументы, разговор ещё каким-то образом существовал. Когда аргументы заканчивались, начинались оскорбления. А когда иссякал и запас оскорблений, некоторые почему-то считали вполне допустимым распускать руки.После такого уже не хотелось ничего доказывать. Хотелось, чтобы тебя оставили в покое.Двух подобных жизненных экспериментов Миле было достаточно. Третий проводить совершенно необязательно.Она вышла из магазина и почти сразу снова увидела того самого мужчину. Он стоял неподалёку и теперь уже совершенно откровенно её рассматривал.Мила на секунду задержала на нём взгляд.«Опять этот».Спокойно оглядела его с головы до ног.Она отвернулась и пошла по тротуару, разглядывая витрины. Спешить пока не хотелось. После магазина приятно было вдохнуть обычный уличный воздух, в котором не смешивались десятки чужих духов. В одном из окон её внимание привлекли туфли. Мила остановилась, чуть приблизилась к стеклу, рассматривая форму каблука.Через несколько секунд рядом кто-то встал.Она повернула голову.Ну конечно. Он.Мужчина смотрел на неё без всяких попыток сделать вид, будто оказался возле этой витрины случайно. Даже на туфли не взглянул.— Как вас зовут?Мила медленно повернулась к нему всем корпусом.Вот так просто? Ни «здравствуйте», ни «простите за ногу», ни хотя бы банального «можно с вами познакомиться?». Сразу имя. Он задал вопрос и ждал, словно затруднений с ответом возникнуть не могло.— Я не знакомлюсь на улице.Мужчина слегка приподнял бровь.— Тогда где? Скажите.Мила на секунду задумалась, словно действительно собиралась сообщить ему адрес учреждения, где принимают заявления от потенциальных кавалеров.— Нигде.На его лице мелькнуло удивление. Она успела заметить, как на мгновение застыло выражение глаз. Кажется, такой вариант в список ожидаемых ответов не входил.— Хорошего вам дня.Развернулась и пошла дальше. Оглядываться не стала, хотя внутри уже посмеивалась над ситуацией.Сначала наступил ей на ногу. Потом подкараулил возле магазина. Теперь потребовал имя. Оригинальный способ знакомства. Главное — не останавливаться на достигнутом. В следующий раз можно сразу попросить паспорт и справку о составе семьи.Мила достала телефон и взглянула на часы.— Чёрт.Вот теперь стало не до незнакомца. Она опаздывала на работу.Мила работала официанткой в ресторане. Смена начиналась во второй половине дня и заканчивалась в восемь вечера. Такой график её вполне устраивал. Зарплата тоже. А главное, оставалось достаточно свободного времени — её собственного, которым она могла распоряжаться без объяснений и согласований.Основной поток гостей начинался ближе к ужину, поэтому дневные часы считались относительно спокойными. Именно такой график менеджер когда-то специально предложил Миле. Правда, спокойствие было условным: днём на ней оставалась большая часть зала, и замечать приходилось всё сразу.Кто уже выбрал блюдо, а кто ещё изучает меню. Кому пора принести заказ. За каким столиком подняли глаза в поисках официантки.В работе был понятный ритм, и Мила давно к нему привыкла. Среди негромких разговоров, звона приборов и шагов по залу она чувствовала себя уверенно. Подходила к столикам, принимала заказы, рассказывала о блюдах, советовала, какое вино лучше выбрать к мясу, рыбе или морепродуктам.Меню знала практически наизусть и могла рассказать о половине блюд даже спросонья.Она как раз возвращалась от одного из столиков, когда менеджер окликнул её:— Мила, там гость сел. Возьми, пожалуйста.Он указал в дальнюю часть зала.— Хорошо.Мила взяла блокнот и направилась к столику. По дороге привычно окинула взглядом зал, проверяя, не ищет ли её кто-нибудь ещё.— Добрый день. Вы уже ознакомились с меню? Что желаете заказать?И только тогда подняла глаза на гостя.На несколько секунд замолчала.За столиком сидел он.«Да вы издеваетесь».Ручка осталась неподвижной над страницей блокнота. Мила смотрела на него, пытаясь понять, что раздражает сильнее: само его появление или довольное выражение лица.Мужчина скользнул взглядом по её рабочей одежде, остановился на бейджике. Уголок губ медленно приподнялся.— Значит, Мила.Она посмотрела на него без всякого выражения.— Поздравляю. Расследование успешно завершено.Он тихо рассмеялся. Уверенно, без тени смущения.— А вы говорили, что нигде не знакомитесь.— Я и сейчас не знакомлюсь. Я работаю. Это несколько разные процессы.— Жаль.— Переживёте. Вы определились с заказом?Мила чуть приподняла блокнот, возвращая разговор к тому единственному поводу, по которому подошла к его столику. Мужчина опустил взгляд в меню.— Паста с морепродуктами.— Хорошо.— И вино.— Белое?Он поднял глаза.— А что вы посоветуете?Мила ещё раз посмотрела на выбранное им блюдо.— Я бы предложила Puligny-Montrachet Premier Cru «Les Folatières». К морепродуктам подойдёт прекрасно.Она уже собиралась записать заказ, когда мужчина неожиданно произнёс:— Не согласен.Ручка Милы остановилась. Она медленно подняла голову.— Простите?— Я бы выбрал Chablis Grand Cru «Les Clos».Вот теперь она посмотрела на него внимательнее. Ни заминки, ни попытки вспомнить название. Он произнёс его легко и снова встретил её взгляд.— Тогда зачем вы спрашивали моего совета?— Хотел узнать, что предложите вы.— Узнали?— Узнал.— Прекрасно. Тогда берём Chablis.— Я не сказал, что ваш вариант плохой.— А я не собираюсь защищать бутылку вина так, будто она мой близкий родственник.Он снова улыбнулся.— Но вы считаете, что ваш вариант подходит лучше.Мила закрыла блокнот.А вот это уже было интереснее. Она ещё чувствовала раздражение от его настойчивости, но теперь ей захотелось услышать, что последует за уверенным «не согласен». Название дорогого вина само по себе ничего не доказывало.— Хорошо. Хотите аргументы?— Именно их я и жду.Она чуть склонила голову.— Puligny-Montrachet даст вам достаточно свежести для морепродуктов, но при этом будет более округлым и сложным. У пасты есть соус, поэтому одна минеральность Chablis здесь совершенно не обязательна.Мужчина внимательно слушал. Не перебивал и не улыбался той снисходительной улыбкой, от которой Миле обычно хотелось закончить разговор. Дождался, пока она договорит, и спокойно ответил:— А я как раз считаю, что более выраженная минеральность здесь выиграет. Особенно с моллюсками. Мне не нужна дополнительная сливочность от вина, если она уже есть в блюде.Мила замолчала.Вот теперь он её удивил. Она мысленно вернулась к собственному объяснению, сопоставила его с услышанным.До этого ей казалось, что перед ней очередной мужчина, решивший поспорить с официанткой исключительно потому, что она женщина, а ему хочется показать, какой он умный. Сейчас пришлось признать: впечатление оказалось поспешным.И, чёрт возьми, аргумент у него был вполне нормальный.Мила передала заказ на кухню и вернулась в зал. Работа быстро затянула её в привычный ритм. Она переходила от одного столика к другому, разговаривала с гостями, принимала новые заказы, приносила блюда и убирала освободившуюся посуду.Останавливаться и размышлять о незнакомце было некогда. Спор вышел занятным, но в зале сидел не он один.Через некоторое время его заказ был готов. Мила забрала поднос и направилась к столику.— Ваш заказ.Аккуратно поставила перед ним блюдо. Мужчина снова посмотрел на неё.— Я всё-таки могу с вами познакомиться?Мила выпрямилась. Вот, значит, к чему вернулись. Стоило поддержать разговор о вине — и её отказ уже снова требовал уточнения.— Во-первых, я на работе. А во-вторых, моё имя вы уже знаете. Думаю, этого вполне достаточно.Она вежливо улыбнулась.— Приятного аппетита и хорошего вам дня.Не дожидаясь ответа, развернулась и пошла к другим гостям.Мужчина больше её не задерживал. Спокойно поел, расплатился и ушёл.Освободившийся столик вскоре снова оказался в поле зрения Милы. Она убрала посуду, привела всё в порядок и продолжила работать. За привычными движениями окончательно исчезло раздражение от настойчивого гостя.Закончив смену, Мила переоделась, попрощалась с коллегами и вышла из ресторана. После нескольких часов на ногах хотелось домой. Шум зала ещё будто оставался в ушах, но с каждым шагом слабел, уступая звукам улицы.Она прошла немного вперёд и свернула в более узкий переулок. Здесь было значительно тише. Собственные шаги слышались отчётливее, и Мила шла, уже не думая о том, кому ещё нужно что-то принести.Рядом неожиданно притормозила машина.Она повернула голову. Стекло передней пассажирской двери опустилось, и сидевший внутри мужчина что-то спросил. До Милы донёсся негромкий голос, но слов она не разобрала.— Простите? — Мила не расслышала.Он повторил — снова настолько тихо, что до неё долетело только окончание:— …где находится библиотека?Мила подошла ближе к машине, наклонила голову, стараясь расслышать вопрос целиком.— Что вы сказали?В ту же секунду задняя дверь резко распахнулась.Мила даже не успела понять, что происходит. Мужчина с переднего пассажирского сиденья выскочил наружу. Почти одновременно её схватили и силой втолкнули назад, в открытый салон.Всё произошло за несколько секунд. Она потеряла равновесие, попыталась упереться ногами, но её уже заталкивали на заднее сиденье. Открытая дверь оказалась сбоку, слишком далеко для того, чтобы просто шагнуть обратно.Ещё мгновение назад Мила спокойно шла домой после работы. Теперь чужие руки не давали ей выпрямиться, и она никак не могла совместить одно с другим.Отбиваться начала ещё до того, как дверь успела захлопнуться.— Помогите! Что вы делаете?! Отпустите меня!Собственный голос прозвучал резко и слишком громко в тесном салоне. Мила дёрнулась к двери, попыталась вырваться, но мужчина рядом не позволил. Она продолжала кричать и сопротивляться, чувствуя только его силу и то, как мало у неё места для движения.Потом повернула голову в другую сторону.И замерла.Рядом с ней сидел тот самый незнакомец.Мила смотрела на знакомое лицо, не в силах отвести взгляд. На секунду ей захотелось, чтобы он тоже удивился. Возмутился. Как-нибудь показал, что она ошиблась и его появление здесь ничего не значит.Но он не выглядел удивлённым.С другой стороны находился тот, кто только что затолкал её в машину. Мила оказалась зажата между двумя мужчинами. Чтобы добраться до любой из дверей, нужно было сначала миновать одного из них.Происходящее настолько не укладывалось в голове, что страх на мгновение отступил перед изумлением.Оцепенение прошло.— Какого хрена?! — выкрикнула она. — Что это вообще такое? Что вы собираетесь со мной делать?Незнакомец спокойно посмотрел на неё.— Я не люблю отказов, Мила.Она уставилась на него. Её имя в его устах сейчас звучало особенно неприятно. Он прочитал его на бейджике. Вот и всё, что она сама позволила ему о себе узнать.Он продолжил всё тем же ровным голосом:— А вы обошлись со мной так, будто я какая-то надоевшая шавка. Я такого не прощаю.У Милы глаза полезли на лоб. Она даже подалась чуть вперёд, стараясь рассмотреть выражение его лица. Он говорил серьёзно. Ни неловкости, ни попытки оправдаться — только спокойное объяснение того, чем она, оказывается, перед ним провинилась.— Что вы сказали? — переспросила она, не веря собственным ушам. — Я вам чётко дала понять, что не знакомлюсь.Мужчина спокойно выдержал её взгляд.— А я вам так же чётко дал понять, что хочу познакомиться. Но вы, видимо, из тех женщин, которые не понимают, когда с ними пытаются по-хорошему.Мила уставилась на него.По-хорошему?Интересное у него представление о «по-хорошему», учитывая, что сейчас она сидела в чужой машине между двумя мужчинами, которые несколько минут назад силой затолкали её внутрь.Обычно на такое у неё немедленно нашлось бы что ответить. Сейчас слова путались. Возмущение никуда не исчезло, но за ним всё явственнее проступал страх.Мила пыталась понять по его лицу, чего ждать дальше.Машина продолжала ехать. Мила посмотрела в окно: город постепенно оставался позади, домов становилось всё меньше. Она всматривалась в то, что успевала увидеть, стараясь сообразить, куда они направляются. Но одно здание сменялось другим, просветы между ними увеличивались, а знакомого места, за которое можно было бы зацепиться взглядом, не находилось.Насколько она понимала, они уже выехали за город.Она резко повернулась к мужчине:— Куда вы меня везёте?На его лице появилась хищная улыбка.— Трахать.Мила замерла. Воздух словно застрял в груди. Она слышала слово совершенно ясно, но на мгновение всё равно попыталась убедить себя, что поняла неправильно.— Что вы сказали?Он посмотрел ей прямо в глаза.— Трахать. Ты что, не слышала?

Глава 2

Мила решила пока помолчать и просто посмотреть, что будет дальше. Она сидела между двумя мужчинами, чувствуя, как от напряжения затекает спина. Прежнее возмущение никуда не делось, но сейчас ей нужно было хоть немного собраться с мыслями.Она старалась смотреть в окно. Хотя бы понять, куда её привезут. Удержать в голове дорогу, а не только голос человека, который сидел рядом.Через некоторое время машина остановилась перед высокими воротами. Мила выпрямилась. Створки медленно распахнулись, и она увидела двух мужчин с оружием.«Охрана, наверное».Это ей совсем не понравилось. Она посмотрела на одного, потом на другого, пытаясь разглядеть лица.Машина проехала через ворота и двинулась по узкой дороге. Мила следила за тем, что проплывало за окном, стараясь прикинуть расстояние. Метров через сто пятьдесят впереди показался дом.Когда автомобиль остановился, мужчина справа — тот самый, который затолкал её в машину, — первым вышел и открыл дверь с её стороны. Почти одновременно открылась и другая дверь.— Господин Мариус, в доме всё готово к вашему приезду.Мила удивлённо посмотрела на незнакомца.Мариус. Странное имя.От обыденности приветствия стало не по себе. Для Милы происходящее всё ещё было кошмарной нелепостью. Для людей у машины, похоже, заканчивалась обычная поездка.С места она не сдвинулась. Сидела, глядя через открытую дверь наружу. Выходить не хотелось, хотя и оставаться в машине было бессмысленно.Мариус посмотрел на неё.— Выходи. Или сейчас мои ребята тебя вытащат.Вот теперь перспектива выбора выглядела особенно богатой.Мила молча подвинулась к двери и вышла сама. После тесного салона воздух снаружи показался свежим, но облегчения не принёс. Она подняла голову — и на несколько секунд забыла даже о собственном положении.Перед ней возвышался особняк совершенно нереальных размеров.Мила насчитала четыре этажа. Медленно прошлась взглядом по рядам окон, пытаясь охватить здание целиком.«Это что вообще такое?»Дом меньше всего напоминал обычное современное жильё. Скорее когда-то здесь находилось чьё-то огромное поместье. А может, вообще старое шато. Мила смотрела на фасад, потом снова поднимала глаза выше.Ей хотелось понять, что это за место, кто в нём живёт и почему всё вокруг выглядит так, будто её привезли за сотни километров от собственной жизни. Хотя сколько они на самом деле проехали, она не знала.Мила повернулась к Мариусу.— Для чего вы меня сюда привезли? И чего всё-таки хотите от меня, если серьёзно?Он ответил настолько просто и буднично, будто речь шла о чём-то совершенно обыкновенном:— Я уже сказал, для чего тебя сюда привёз. Вполне понятно, по-моему. Или ты думаешь, что я шучу?Мила несколько секунд смотрела на него, а потом истерически рассмеялась. Смех вырвался сам собой, резкий и совершенно неуместный возле этого огромного дома. Остановить его сразу не получилось.— Серьёзно? Я для ваших дел уже стара. Могли бы найти себе кого-нибудь помоложе.Мариус молчал. Она всматривалась в его лицо, надеясь заметить хоть что-нибудь, за что можно зацепиться в разговоре. Раздражение, колебание — любую реакцию на её слова.— Или у вас какая-то извращённая фантазия? — продолжила она. — Денег у вас, по-моему, как у дурака фантиков. Зачем было тащить сюда именно меня? С вами любая пойдёт добровольно.Мариус внимательно посмотрел на неё.— Но ты почему-то мне отказала.Мила пожала плечами.— Я отказала не потому, что вы недостаточно красивый или недостаточно богатый. Мне просто не нужен мужчина. Ни для жизни, ни для секса. С последним я и самостоятельно прекрасно справляюсь, без мужской помощи.Глаза Мариуса потемнели. В них мгновенно вспыхнул тот самый хищный интерес.Он взял Милу за локоть и повёл к дому. Она хотела было выдернуть руку, но пока решила не устраивать очередную сцену. Мила шла, стараясь смотреть по сторонам.Они вошли внутрь, и она невольно замедлила шаг.За дверями открывался огромный холл. Всё вокруг выглядело так, будто время здесь остановилось несколько столетий назад. Интерьер был выдержан в стиле Людовика XV: изящная резная мебель, плавные линии, позолоченные детали, декоративные панели на стенах, тяжёлые дорогие ткани.Настоящее французское рококо. И, судя по всему, не дешёвая современная имитация.Взгляд задерживался на резьбе, скользил по позолоте, возвращался к дверям. В другое время Мила, наверное, с удовольствием всё рассмотрела бы. Сейчас красота только мешала сосредоточиться. Она замечала то узор на панели, то изгиб ножки кресла и тут же злилась на себя: нужно было запоминать, куда её ведут.Мариус провёл её через холл и открыл одну из дверей. Мила переступила порог вслед за ним.Следующая комната оказалась кабинетом. Здесь атмосфера была совсем другой. Вдоль стен тянулись полки с книгами и папками. В центре стоял массивный деревянный стол, напротив него — глубокие кресла. После нарядного холла взгляд сразу останавливался на этих знакомых, понятных вещах.Мила оглядела полки. Книги. Документы. Рабочее место человека, который наверняка умеет читать, думать и разговаривать. В ресторане он вполне убедительно это продемонстрировал.Тем труднее было понять, почему сейчас с ним не удаётся договориться о самом очевидном: она хочет домой.Мариус продолжал молча рассматривать её, а потом совершенно спокойно произнёс:— Разденься. Я хочу на тебя посмотреть.Мила вытаращила на него глаза.— Что?— Разденься, я сказал.— И что именно вы хотите посмотреть?— Твоё тело.Мила недоверчиво усмехнулась.— Я вам не породистая кобыла, которую вы купили, а теперь решили зубы рассмотреть.Мариус ничего не ответил. Он лишь немного отодвинулся, открыл внутренний ящик массивного стола и что-то достал. Мила увидела плеть. Улыбка исчезла с её лица мгновенно. Она даже не сразу поняла, что перестала дышать.До сих пор какая-то часть её сознания продолжала цепляться за мысль, что происходящее настолько абсурдно, что вот-вот закончится. Сейчас этот ненормальный объяснит, чего на самом деле хочет, её отвезут обратно, а завтра она будет рассказывать кому-нибудь эту историю и сама не поверит, что всё произошло именно так. Но плеть в его руке выглядела слишком настоящей. Мила сглотнула.«Так. Прекрасно. Просто прекрасно».Она почувствовала, как сердце застучало быстрее. Язвительный ответ опять не появился мгновенно. Мила смотрела на плеть и пыталась по лицу Мариуса понять, насколько далеко он действительно способен зайти. Ни улыбки. Ни намёка на шутку. Абсолютно спокойное лицо человека, который достал плеть из письменного стола так буднично, словно это была обычная ручка. Мила медленно перевела взгляд с его руки на лицо. Мариус встретил её взгляд совершенно спокойно.— Раздевайся, кобыла, — произнёс он. — Или тебя нужно немного простимулировать?— Давайте вы мне расскажете, чего вы от меня хотите, а потом я разденусь. Честно, обещаю вам.— Я привёз тебя трахнуть, — ответил он. — Но сейчас я хочу рассмотреть твоё тело. У тебя осталось меньше минуты. Если ты сейчас не разденешься, тебя выведут на улицу, привяжут к столбу и будут пороть по-настоящему.Мила не на шутку испугалась. Она стянула с себя штаны и кофту, оставшись в трусиках и лифчике. Её знобило. Она стояла перед ним, не понимая, что происходит и что её ждёт. Как она вообще умудрилась так случайно попасть к пришибленному психу?— Всё снимай, я сказал.Она расстегнула лифчик и сняла трусики. Он встал из-за стола, обошёл её, потрогал грудь.— Уже не как у девочки, — сказал он и хлопнул её по груди.Мила не сдержалась:— Мне, блядь, не двадцать лет. И уже давно. Не нравится? Ну и прекрасно. Значит, я могу ехать домой.Он посмотрел на неё.— А я разве сказал, что мне нравится грудь как у девочки? Мне нравится натуральная. А у тебя она как раз такая. Мало того что ты красивая, так ещё и сиськи хорошие.Он взял её за подбородок и заглянул в глаза. По коже Милы побежали мурашки.— А теперь обопрись о стол, встань раком и прогнись.Сам он уселся в кресло.— И смотри прямо.Мила облокотилась на стол и прогнулась. Судя по звуку, он расстегнул штаны. Она смотрела перед собой, думая только об одном: сейчас он точно что-нибудь с ней сделает. Но ничего не происходило. До неё доносились звуки его движений и тяжёлое дыхание.«Он что… мастурбирует?»До неё наконец дошло: этот придурок сидел в кресле и дрочил. Потом раздались сдавленный хрип и стон. Через мгновение она услышала, как он застегнул штаны. Он поднялся с кресла и сказал:— Одевайся.«Вот тебе и террорист женских тел, — подумала Мила. — Онанист обыкновенный».Она оделась и посмотрела на него.— Итак, вот что тебя ждёт, — сказал он. — Ты будешь здесь, пока мне не надоешь. В доме живут ещё две женщины. Они тут по своей воле, в отличие от тебя. Спать я буду с вами тремя одновременно. Если я сказал лизать мне ноги — ты лижешь. Ты меня поняла?Мила окинула его взглядом.— Слушай, лизать я тебе ничего не собираюсь. Ты, наверное, ещё не понял: если те две делают это по своей воле, то я на такое точно не согласна.Он подошёл ближе и прошептал ей на ухо:— Ты будешь делать всё, что я тебе прикажу, Мила. И лизать будешь не только мои ноги. Если понадобится вылизать в доме весь плинтус — ты это сделаешь. И не заставляй меня показывать, какими способами я могу тебя к этому принудить.— Псих ненормальный, — ответила она.Он взял Милу за локоть и потащил вверх по лестнице, на второй этаж. Открыл дверь в огромную комнату, где стояла большая кровать. На ней сидели две красивые женщины в нижнем белье и чулках. Обе улыбнулись ему.— Здравствуй, господин, — сказала одна, не двигаясь с места.Он усадил Милу в кресло, а сам подошёл к женщинам. Долго поцеловал одну, затем вторую и обернулся к Миле.— Это Эля.Эле на вид было лет тридцать восемь. Длинноволосая брюнетка с пышными бёдрами и полной грудью — худой её назвать было нельзя.— А это Надя.У Нади тоже были пышные бёдра, полная грудь и чёрные волосы. Мила внимательно посмотрела на них. Все трое были очень похожи: ни одной худой, у всех пышные формы и длинные чёрные волосы.«Ну точно псих».— Это мои девочки, — сказал он Миле, а затем обратился к женщинам: — Знакомьтесь, это Мила. Она будет жить с нами.Они приветливо улыбнулись ей, и на этом знакомство закончилось. Он повернулся к Миле:— Ты сейчас будешь смотреть. Руки положи на подлокотники. И чтобы с места не сдвигались. Если увижу, что ты себя трогаешь, — получишь по рукам. Ты наблюдаешь.«Ещё чего, — подумала Мила. — Не мастурбировала я ещё, глядя на то, как кто-то занимается сексом… Разве что когда смотрела фильмы для взрослых».То, что началось потом, действительно повергло Милу в шок. Обе женщины опустились перед Мариусом. Они облизывали его ноги, поочерёдно брали в рот пальцы, и делали это с такой естественностью, словно ничего необычного в происходящем не было. Мила смотрела, почти не моргая. Но дальше оказалось ещё хуже. Или лучше — она сама уже не понимала.Мариус совершенно не собирался оставаться исключительно принимающей стороной. Теперь уже он ласкал женщин языком, медленно исследуя их тела. Миле казалось, что он действительно не пропускает ни одного сантиметра. И всё происходило без суеты. Вот это почему-то действовало на неё сильнее всего.Мариус не выглядел мужчиной, который дорвался до двух женщин и теперь не знает, за какую хвататься первой. Наоборот. Он был пугающе уверен в себе, словно подобные ночи являлись для него совершенно обычным делом. Да и смотреть на него самого было отдельным испытанием. Высокий. Крупный. Широкоплечий. Мышцы двигались под кожей при каждом движении, тело выглядело так, будто он проводил в спортзале половину жизни. А размер… Мила невольно задержала взгляд.Внушительный — это ещё очень скромное определение. Она отчётливо видела, что Мариус даже не входил в женщин полностью. Его член был длинным и толстым, и одного взгляда оказалось достаточно, чтобы воображение Милы тут же решило подкинуть ей совершенно ненужный вопрос: а каково вообще чувствовать такого мужчину внутри?«Так. Стоп. Вот об этом я точно думать не собиралась».Она отвела глаза. Через несколько секунд посмотрела снова. Время шло, а Мариус, похоже, вообще не собирался уставать. Мила начала всерьёз размышлять, сколько ему лет. На вид примерно её ровесник. Может, немного младше. Ей самой было сорок.«Он что, стимуляторов каких-то напился? Скачет возле этих двух, как жеребец».От собственной мысли хотелось рассмеяться. Вот только смеяться почему-то не получалось. Потому что тело предательски реагировало совсем не так, как хотелось бы Миле. Она снова переложила ногу на ногу. Потом ещё раз. Попыталась устроиться удобнее и почти сразу поняла, зачем на самом деле постоянно меняет положение. Между ног становилось влажно. Мила раздражённо сжала бёдра.«Прекрасно. Просто замечательно».Мариус наконец отстранился от женщин и направился к Миле. Она настороженно проследила за ним взглядом. Он остановился перед ней, расстегнул её брюки и скользнул рукой внутрь. Мила резко вдохнула. Мариус посмотрел на неё с хищной усмешкой.— Тоже хочешь. Вся потекла.— Не хочу, — упрямо ответила она. — Но, оказывается, мне нравится смотреть.Его пальцы начали двигаться по клитору. Медленно, словно он намеренно проверял её реакцию и одновременно не сводил глаз с лица Милы. Она ещё несколько секунд выдерживала его взгляд, потом закрыла глаза. Как бы ей ни хотелось отрицать очевидное, прикосновения были приятными. Ритм стал быстрее. Один палец проник внутрь и начал двигаться размеренно, а остальные продолжали ласкать её. Мила почувствовала, как напряжение стремительно нарастает. Дыхание стало тяжёлым. Ещё несколько секунд.Совсем немного — и наступит разрядка. И именно тогда Мариус резко убрал руку. Мила распахнула глаза.— Какого…— Всё остальное получишь только тогда, когда сама придёшь к нам в кровать, — спокойно произнёс он. — Не хочешь — сиди в кресле. Руки на подлокотниках. И только смотри.Мила посмотрела на него так, словно мысленно уже перебрала несколько вариантов убийства. Но спорить не стала. Снова устроилась в кресле и демонстративно положила обе руки на подлокотники.И вдруг ей безумно захотелось домой. В свою квартиру. В собственную кровать. К своей кошке.Мила замерла.Кошка.— Блядь…Сердце словно провалилось куда-то вниз. Она совсем о ней забыла. За всем происходящим, за попытками понять Мариуса и хотя бы угадать, что будет через минуту, из головы выпало самое простое: дома осталось живое существо, которое само себе ни воды не нальёт, ни корм не достанет.Мысли понеслись одна за другой, уже без всякого порядка. Когда она последний раз насыпала ей корм? Утром. В миске что-то оставалось. Вода тоже была. Мила пыталась представить обе миски, вспомнить, сколько именно оставила, но привычное утреннее действие никак не удавалось восстановить во всех подробностях.На сколько этого хватит? До завтра? А если её не отпустят завтра?А если вообще не собираются отпускать?От этой мысли внутри всё похолодело. Мариус ведь уже сказал, что она останется здесь. Мила слышала его слова, возражала, злилась, но всё равно продолжала думать о возвращении так, словно нужно было лишь дождаться конца этого вечера.«Господи…»Ей нужно было выбраться отсюда, а она пока не представляла даже, кому могла бы сообщить, где искать этот дом.А телефон? Где её телефон?Она попыталась вспомнить, когда последний раз его видела. В ресторане? Когда смотрела время? Был ли он у неё в кармане, когда её затолкали в машину?Мысли путались. Она помнила, как смотрела на часы перед работой, но дальше в памяти оставались отдельные куски дня, и нужную мелочь никак не удавалось среди них отыскать.«Так. Не паниковать. Только не паниковать».Получалось плохо.Перед глазами возникла совершенно обычная картина: кошка сидит возле пустой миски и ждёт, когда откроется входная дверь. Она не знает ни о Мариусе, ни об охране, ни о том, почему хозяйка не вернулась. Просто ждёт.От этого стало страшнее, чем от всего происходившего вокруг.Если завтра она не появится на работе, её, конечно, начнут искать. Наверное. Мила мысленно ухватилась за это. У неё есть смена, обязанности, люди, которые заметят отсутствие. Она не может просто исчезнуть, чтобы этого никто не обнаружил.Но заметить отсутствие ещё не значит понять, где её искать.А если Мариус знает это? Если люди, способные среди улицы затолкать женщину в машину, уже подумали и об этом?Она заставила себя медленно вдохнуть. В груди было тесно, плечи затекли.Нужно смотреть. Слушать. Запоминать лица, двери, коридоры, охрану, дорогу — всё.И искать возможность выбраться.Как можно быстрее.