Kitabı oxu: «Все черти здесь»

Глава 1

За окном промчалась машина, залаяла соседская собака, послышался чей-то громкий окрик и все стихло. В комнате сидели двое. Некая девушка и сам хозяин дома.

Хоть на дворе было лето, и даже ночью ощущалась духота, юноша зябко ежился и кутался в шерстяной плед.

К чашкам чая на столе никто не притрагивался, а большой пирог, пахнущий малиной, бессмысленно остывал.

Юноша слабо вздохнул и зажмурился. Сглотнув, произнес дрожащим голосом:

— Я хочу все исправить. Ты же можешь, Маю.

Девушка, которую звали Маю, поправила медные косы, подтянула узел на темной косынке и спросила. Ее голос был подобен звону серебряных колокольчиков, а манера речи — старомодная:

— Уверен, Алексей? Сие необратимо, и ты никогда не сможешь вернуться. Останешься бесплотным духом.

Леша зажмурил глаза на мгновение. Страх липкими щупальцами охватил сердце, в груди стало холодно.

Но…

— Я согласен.

Он произнес это без колебаний, без страха в голосе, твердо и четко. Только пальцы стиснули плед. В конце концов, он не смог спасти его в прошлом, опять из-за него пострадал дорогой ему человек, а значит…

— Я готов искупить вину. Сделай это.

И мир поглотил белый свет.

***

Жизнь Дэна была похожа на день сурка. Днем он отчаянно искал подработку или чинил технику соседям. Потом перся в алкомаркет дяди Игната, где разгружал ящики водки и пива по вечерам, а далее…

Далее было разным. Постоянную работу найти никак не удавалось, из универа выперли, дома отец с сестрой и братом пилят.

Порой Дэну хотелось взвыть и начистить всем рожу. И в такой ситуации он дожидался ночи, надевал все черное, неслышно выскальзывал из квартиры и ходил по району в поисках вусмерть пьяных компаний, с которыми можно было без риска смахнуться и выпустить пар.

Его костяшки вечно сбиты, а на лице — улыбка, даже когда больно. На тебя легла ответственность за семью, ты должен быть сильным, должен держаться, не смей ломаться — он повторял это как мантру, каждый раз, когда в груди рос холодный ком, а кулаки чесались. Всякий раз напоминал себе, когда хотелось взвыть.

Но иногда день шел не по плану.

***

— Фамилия, имя, отчество.

Участковый Валерьич скучающе посмотрел на него, не отрываясь от рисунка. Дэн исподтишка взглянул на лист бумаги: котик, домик, из трубы дымок идет, солнышко… Как в детском саду.

Впрочем, Валерьич все клялся-божился, что подкопит денег и на пенсию. Вот, видимо, готовится, ему на все плевать. Чисто формально заполнить протокол, выдать предупреждение и с богом отпустить. А потом снова чилить в родной ментовке и считать дни до пенсии.

— Денис Васильевич Турецкий. Дядь Гриш, ну ты ж помнишь?

Дэн постарался улыбнуться как можно естественнее, хотя кулаки все еще чесались. Как же не вовремя. Кто ж знал, что мимо будет проезжать наряд, и всю дерущуюся братию, включая Дэна, повяжут?

В груди рос ледяной ком. Дэн взглянул в зеркало у двери, и на мгновение ему показалось, что его глаза вспыхнули алым.

«Дожил…»

— Вот домик нарисовал. Дымок из трубы, котик рядом сидит…

Григорий Иванович задумчиво черкал ручкой. Дэн повторил вопрос.

— А? Да, помню, помню… Значит, так, — он отложил ручку и сложил руки на своем пухлом животике, — если еще раз поймаю на драке, то позвоню твоему отцу, понял?

Дэн кивнул и мысленно добавил:

«И обязательно забуду в следующий раз позвонить и снова по новой вынесу предупреждение, ибо мне насрать на все, только бы до пенсии дотянуть».

И еле сдержал улыбку.

— Григорий Иванович, у нас это… соревнования спортивные были. Просто развлекались.

Шлеп!

Бывалый мент со стоном рухнул на стол.

— Денис, ты задрал со своими спортивными соревнованиями, знаешь?

Он хлопнул рукой по столешнице.

— Ладно, распишись тут и тут. У нас скоро обеденный перерыв, не хочу его пропустить. И свободен!

***

Осенний Пяновск встретил месивом из опавших желтых листьев, хлюпающих под ногами, мерзкой изморосью и ревом машин на улице.

Дэн накинул капюшон куртки, сунул руки в карманы и рванул к остановке, в очередной раз кляня, что завалил экзамены на права три раза подряд.

Девятнадцатая маршрутка подошла почти сразу, и Денис ввинтился в толпу пассажиров. Держась за поручень, он со скукой смотрел в окно на серый и по-осеннему унылый Пяновск. По стеклу стекали капли дождя, смазывая виды. Отражались смутные силуэты пассажиров, а Денису опять показалось, что у его отражения глаза отсвечивают красным. Впрочем, плевать. Просто переутомился.

Ноздри улавливали резкий аромат копченостей из сумки стоящей рядом бабы, какой-то мужик, развалившись на сиденье спереди, хлестал пиво… Водила выматерился и нажал на гудок, когда какой-то лихач подрезал. Резкое торможение, и Дэн крепче вцепился в металлический поручень, чтобы не упасть, а в адрес водилы несутся проклятия от пассажиров…

«Заебало!»

Дэн стиснул крепче поручень, так, что побелели костяшки пальцев. А на лице, как всегда, улыбка. Нельзя показывать, что ты в раздрае, нельзя…

***

Василий Петрович Турецкий, прапорщик местной воинской части, разложил на столе нехитрый закусь из аккуратно порезанного сала, налил в рюмочку водки, тяпнул и закусил.

Пашка, зараза мелкая, как всегда, рубился в компьютер и, судя по победным выкрикам, его команда опять победила. Вася хотел было прикрикнуть, что ему надо уроки учить, но махнул рукой. В седьмом классе ребенок, сам разберется, не маленький. Танька душ принимает, наверняка опять счета за воду будут ого-го…

Мысли постепенно перешли на прошедшие стрельбы, на грядущую финансовую проверку в части, на дебила-сына, которого опять где-то носит…

В замке лязгнули ключи, Дэн тихонько вошел в квартиру, снял промокшую куртку, стянул кроссовки и…

— Ну где тебя носило-то?

— Гулял.

«Ой!»

Самый плохой ответ на данный вопрос. Сейчас батя начнет выносить мозг, что он единственный кормилец, что сына-корзина мог бы и поискать нормальную работу, а лучше всего сразу закончить институт, а не завалить сессию на первом же курсе…

— Вот я один семью тяну, понимаешь ты или нет?!

Все, как всегда. Хороша песня, начинай все сначала. Судя по всему, батек не в духе.

Дэн со входом пригладил рыжие волосы и приготовился к сеансу воспитания.

— Да, пап.

— Что пап?

— У меня вечером смена в алкомаркете. Обещали премию, если выйду и все разгружу.

— Во, это другой разговор!

Василий Петрович довольно потер руки. Наверняка строил планы на зарплату сына. И это логично, ведь Дэн почти все заработанное отдавал семье.

Из комнаты Пашки вновь раздался победный возглас.

«Козлина, даже не поздоровался…»

А на лице по-прежнему улыбка. Поскольку нельзя иначе.

***

Разгрузка ящиков с водкой заняла долгие четыре часа, и когда Дэн вышел из алкомаркета, на небе уже сияли звезды, автобусы вот-вот перестали бы ходить, а изо рта при каждом вдохе-выдохе вырывалось облачко пара.

Дэн поплотнее застегнул куртку, натянул на рыжие пряди шапку и зашагал к остановке.

— Эм, извините!

Он обернулся. В свете фонаря стояла девушка. Длинные светлые волосы убраны в две толстые косы, бежевое пальто без единого пятнышка, шарфик яркий…

«Симпатичная…»

Дэн отметил это на автомате. Девушка действительно была хороша собой.

— Я…

Она сделала шаг вперед, другой, подошла вплотную к Дэну, сложила руки на груди. Росточком она была ниже Дениса на голову и такая хрупенькая, что кажется обнимаешь ее и переломится как тростинка.

— Денис, я давно за тобой наблюдаю…

— Угу…

«Прям сталкер…»

По позвоночнику прошелся холодок. На мгновение показалось, что тень девушки колеблется. Мигнул фонарь, где-то с ревом продался мотоцикл.

— Я хотела сказать…

Она взяла его за руку, минуя ладонь, за запястье. Ладошка у нее теплая, пальчики тоненькие, прям как у пианистки.

— Меня зовут Тамара. Давай встречаться?

И на мгновение показалось, что жизнь перестала идти под откос, и на горизонте появился лучик света. Правда, до окончания их первого и, как оказалось, последнего свидания, которое полностью переломило жизнь парня.

Глава 2

У станции было шумно. Сновали туда-сюда люди, уличные музыканты пели какую-то попсовую песню. Из ближайшей чебуречной тянуло запахом жирного мяса, таджики втюхивали прохожим овощи и фрукты, какие-то бабульки торговали остатками летнего урожая.

Неподалеку в палатке, где дородная баба приторговывала шмотками, разгорался скандал между хозяйкой и каким-то мужиком.

«Опаздывает…»

Дэн переступил с ноги на ногу и запахнул старую куртку.

«Наверное, макияж там, всякие красоты…»

Но в груди нарастала паника.

«Может, это все тупой развод?»

Он уже был готов плюнуть на договоренность и позвонить ей, спросить, куда пропала, как сзади раздался тонкий голосок:

— Прости, заждался?

Дэн обернулся. Позади стояла запыхавшаяся Тамара.

— Н-нет, вовсе нет!

Дэн замахал руками.

— Как я тебе? Нормально выгляжу?

Тамара смущенно потупилась и сжала тонкими пальчиками краешек плиссированной юбки. Сердце Дэна пропустило удар.

«Милашка!»

Тамара выглядела невероятно мило, хотелось ее обнять, кричать всем, что у него самая прекрасная девушка…

Но Дэн просто взял ее за руку и улыбнулся. Не хотелось еще больше смущать.

Идя по улице, он украдкой рассматривал ее.

Светлые волосы забраны в толстую косу, завязанную алым бантом. Того же цвета курточка, юбочка чуть выше колен, обнажающая стройные и такие сексуальные ножки…

Дэн сиял.

Сначала они пошли в кафе, где Тамара очень мило ела тирамису с кофе, а после прогуливались по торговому центру.

Девушка очень внимательно его слушала, вставляла короткие комментарии и с удовольствием рассказывала о себе, если Дэн спрашивал.

Так, Дэн узнал, что она работает в библиотеке, родителей нет, выросла в детском доме и сейчас живет в съемной однушке.

— Я обязательно познакомлю тебя со своей семьей.

Дэн крепче сжал ее ладошку.

— Правда? Думаешь, я им понравлюсь?

Тамара убрала прядь волос за ухо и потупилась.

— Конечно! Ты замечательная!

И Дэн не заметил, как сверкнули ее глаза, а уголки губ дрогнули в презрительной улыбке.

***

— Ты так далеко живешь?

Они шли какими-то дворами. Дэн вызвался проводить свою девушку, и та согласилась.

Вот только что-то было не так. Слишком тихо, слишком безлюдно, слишком глухие переулки…

Дэн почувствовал, как в груди наливался ледяной ком. Во рту пересохло, и нехорошее предчувствие буквально сковало его тело.

«Бред…»

Он быстро отогнал эти мысли.

«Я уже параноик…»

— Прости, ничего удобнее снять не удалось.

Тамара аккуратно взяла его под локоток и потупилась.

— Да не за что извиняться!

Дэн замахал руками.

«Чего это я? Мало ли какая ситуация у нее?»

Они свернули в очередной переулок. У Дэна невольно мелькнула мысль, что обратно он дорогу будет искать с картой и надо было делать на стенах метки мелом.

— Тупик?

Дэн недоуменно посмотрел сначала на Тамару, а после — на кирпичную стену перед ним. Раздался странный треск. В груди разлился холод, во рту пересохло, а руки непроизвольно сжались в кулаки.

«Что происходит?»

— Тамара?

Он обернулся и похолодел. За спиной Тамары выросли два черных крыла, а в руке возник клинок.

— Ч… чего?

Дэн почувствовал липкий ужас, холодным комом разрастающийся в груди. Ноги парализовало, а руки озябли. Пришло осознание: она все спланировала. Или?

«Я ебнулся…»

Хотелось истерично засмеяться и врезать самому себе по роже. Тело ватное.

Он попытался уклониться, но не успел. Грудь пронзило болью, изо рта полилась кровь.

Мир поглотила чернота. Дэн рухнул сначала на колени, а после — на грязный асфальт.

«Батек же просил в пятницу в гаражах ему помочь… Блядство!»

Даже перед смертью его мысли занимала опостылевшая, но такая любимая семья.

Контрольный удар в шею — и его такая жалкая и пустая жизнь оборвалась.

Тамара молча потрогала ногой мертвое тело парня, облизнулась и коснулась его рукой. Поднялся сладковатый дымок, который она впитывала, жмурясь от удовольствия.

— Вкусно?

— Тц.

Она обернулась на голос. Позади стоял мужчина в черном пальто. В его руке поблескивал скальпель.

«Это чувство…»

— Проклятье!

Взмах крыльев — и Тамара улетела. Нутром чуяла, что конкретно с этим типом лучше не связываться.

Мужчина задумчиво посмотрел на черное небо в серебряных блестках, перевел взгляд на труп и присвистнул.

— Надо же…

И почему-то улыбнулся. Кажется, это о нем говорил Леонид.

— Ну-с, товарищ труп.

Он присел на корточки и достал мобильный.

— Приступим к твоему возвращению?

Глава 3

Сколько себя помнил, Леонид любил снимать. Фото, видео, на заказ, для себя, для души, чтобы снять стресс…

Кажется, когда его родители погибли, а приемная семья бросила после совершеннолетия, укатив за границу и оставив старую однушку и небольшой счет в банке на первое время, фотокамера стала единственным, что не давало ему выйти в окно.

Он снимал. Прохожих, природу, достопримечательности, и продавал фото разным журналам, брал съемки под заказ.

А после встретил ее.

Кришна.

Маленькая бестия ростом сто сорок сантиметров, с русыми волосами до бедер и острым языком. Хранительница города наняла его на работу из-за дара, который он пробудил этими бесконечными съемками.

Терять было нечего, идти некуда, его никто не ждал, друзей нет, семьи нет, никого нет.

И Леонид продал себя в вечное рабство этой девице.

Будь что будет, так считал он.

А после случилось это.

Однажды Леонид фотографировал новую клумбу у их дома. Название цветов от точно не помнил, но их алый, насыщенный цвет, подсвеченный закатным солнцем в окружении сочной зелени, был невероятно красив.

И мимо как раз в этот момент проходил пацан, живущий этажом ниже. Кажется, его звали Дэн, но Леня не был точно уверен.

И тогда камера, ставшая в его руках особой вещью, зафиксировала, что у Дэна есть способность, альтер-эго, которое дремало.

Кажется, именно тогда Кришна и заинтересовалась этим парнем и велела собрать о нем информацию и наблюдать.

***

В переулке стояли двое. Высокий мужчина в черном плаще, неспешно закуривающий сигарету, и хрупкий парень в белой курточке.

— Так значит, маленькая принцесса все же решила сделать его своим питомцем?

Тим невозмутимо выпустил струйку дыма. Пахнуло табаком. Голос мужчины сочился сарказмом, а выражение лица оставалось каменным.

Леонид убрал льняную прядь волос с глаз, затеребил белый рукав и кивнул:

— Да.

А после обнял колени, еле сдерживая тошноту. В переулке остро пахло кровью, у стены лежал свежий труп Дэна и с каждой минутой хотелось убежать. Но Леня мысленно залепил себе по лицу и остался на месте. Надо дождаться Кришну.

Для уверенности он стиснул свою камеру дрожащими пальцами.

— Хозяйка вернет его и…

— И он будет ей вечно служить, как ты. Сколько тебе еще отрабатывать-то?

—... Сорок лет.

Тим хмыкнул.

— До смерти, понятно.

Некоторое время они молчали. Лишь Тимофей делал затяжку за затяжкой.

Раздались едва слышные шаги, и в переулок шагнула хрупкая девушка в шерстяном платье. Точнее, ее можно было принять за девочку, если бы не слишком серьезное и взрослое выражение лица.

— Хозяйка!

Леня моментально вскочил.

— Не мог найти другого места умереть?

Леонид еле сдержал порыв огрызнуться. Промолчал. Знал, что спорить бесполезно, лишь неприятности схлопочет.

— Ладно.

Кришна подошла к мертвому телу и пнула его ножкой. Ее кукольное личико скривилось.

— Мерзость.

Леонид умоляюще сложил руки.

— Пожалуйста, не надо. Он ведь человек…

Леня произнес это робко, еле слышно. Кришна проигнорировала, коснулась руками мертвого лица парня и прикрыла глаза. Ее тело засветилось, а в следующее мгновение Дэн открыл глаза и сел, ошалело оглядываясь по сторонам.