Kitabı oxu: «Мертвые соседи»

Пролог

Вечерний двор освещался светом из окон многоэтажек. Три дома — два высотой в девять этажей и одна пятиэтажка. Когда Марина вошла в подъезд собственного дома, было около одиннадцати вечера. Всю жизнь она прожила в этом месте. Здесь прошли ее детство, школьные годы и молодость. Здесь она познала радость и горе и вышла замуж за Максима.

Старый подъезд пропах кошачьей мочой и старыми потертыми ковриками, лежащими возле каждой двери. Стены, наполовину выкрашенные в синий цвет, побелка, местами отвалившаяся, лифт с прожженной кнопкой вызова, деревянные перила, ведущие на верхние этажи. Возле подъезда стояли две лавочки, а за ними —цветущие палисадники. Много кустарников и молодых деревьев.

Такой ухоженный вид был заслугой их соседки с восьмого этажа, жившей под квартирой Марины. В благоустройстве двора ей помогали дети, которых она умела собрать вокруг себя и вдохновить. Поэтому у них было красивее, чем в других микрорайонах. Соседка была вдовой и жила одна. Иногда к ней приезжал сын вместе с невесткой и внуком.

Марина жила на девятом этаже и всегда помнила те дни, когда лифт работал только до десяти вечера. Если прийти позже, то придется подниматься по лестнице пешком. Её всегда это пугало. Не на всех площадках горели лампочки. Многие жильцы их специально выкручивали, чтобы молодежь не собиралась на площадке поиграть в карты или просто погреться, особенно в зимнее время года.

Марина нажала на кнопку вызова — никакой реакции. Она поняла, что лифт почему-то не работает. Летом, во время сильной жары, такое случалось. Его отключали, чтобы охладить мотор, который перегревался. Но на улице был вечер. Странно, что еще не включили. Раньше на крышу поднималась лифтерша, тетя Маша, жившая на первом этаже. Только у нее были ключи от замка на техэтаж. Она могла запустить туда рабочих, а иногда давала ключи ребятам, чтобы девчонки позагорали на солнышке. Но это было запрещено, поэтому она всегда просила, чтобы Марина с подружками никому об этом не рассказывали.

Делать было нечего, придется подниматься пешком. Девушка заглянула наверх, между лестничными перилами. На каких-то этажах, как всегда, не горел свет на площадке. Марина почувствовала, как мурашки пробежали по спине. Ей не хотелось подниматься пешком, но деваться было некуда, нужно попасть в свою квартиру.

Пройдя первый пролет и очутившись на втором этаже, девушка почувствовала, как сердце начинает биться быстрее. На третьем не горел свет. Здесь все было как всегда. Сколько она себя помнит, на этой площадке бабушка ее подруги Ольги никогда не включала лампочку, хотя ее неоднократно просили вкрутить и не выкручивать. Но старушка воспитывалась и жила еще во времена Советского Союза, в подростковом возрасте застала Великую Отечественную войну и привыкла на всем экономить.

Сделав глубокий вдох, Марина буквально пролетела третий этаж и, не сбавляя шаг, бежала, перескакивая через ступеньки, постепенно приближаясь к своей квартире. На шестом этаже ее прыть поубавилась, и она слегка притормозила, чтобы отдышаться. Здесь царил полумрак, потому что на седьмом и пятом горел свет и до шестого он хоть как-то, но доходил.

Девушка отдышалась и собралась идти дальше, но почувствовала, как легкий ветерок коснулся затылка, зашевелил волосы на голове. Марина резко обернулась, но сзади никого не было. Окна в подъезде были закрыты, вряд ли это сквозняк.

Марина буквально ощущала чье-то присутствие. Но все было тихо, только из трехкомнатной квартиры доносился тихий бубнеж включенного телевизора. Девушка слегка напряглась, пальцы рук заледенели, и в этой тишине она услышала шепот, который пронесся мимо нее, касаясь невидимой рукой. «Марина-а-а», прошелестело совсем рядом.

Девушка обернулась — никого. Марина посмотрела на лестничный пролет и побежала наверх, оставляя за собой шлейф дорогого парфюма.

Вот и ее этаж. Желтая тамбурная дверь была прикрыта, на площадке стоял сундук, накрытый цветной потертой тканью. В нем соседка, бабушка Галя, хранила картошку на зиму. Девушка подошла к своей двери и открыла ее ключом.

В квартире было темно и тихо. Так было всегда, когда она возвращалась домой поздно. В нос ударил запах перегара. Значит, отец опять напился. И в подтверждении этих мыслей тишину прорезал звук храпа из зала. Марина вздохнула и включила свет в коридоре.

Лампочка вспыхнула под потолком, и девушка вздрогнула. Она заметила краем глаза, что в кресле, в зале, кто-то сидит. Оно стояло рядом с дверным проемом, поэтому всегда можно было увидеть того, кто занимал это место. Марина посмотрела в ту сторону и увидела, что человек зашевелился, видимо, разбуженный светом. Девушка пыталась разглядеть, кто это. Но вот фигура наклонилась вперед, голова повернулась — и, сощурив глаза, Марина увидела, что в кресле сидит … мама.

Мама всю жизнь прожила с мужчиной, который мог пить неделями. Она терпела его, а когда он засыпал на диване, ей приходилось пристраиваться в кресле, потому что ей не хватало места. Диван-книжка был сдвинут, а это значит, что пока ее муж не проснется, женщине придется спать в кресле. Она никогда не приходила в комнату детей. У них в спальне стояла двуспальная кровать, потом они купили еще диван. Повзрослев, девочки спали отдельно. Даже когда отец пьяный храпел на диване, она не просила их лечь вместе, чтобы ей тоже было где прилечь, а просто садилась в кресло и дремала. Вот и сейчас было то же самое.

— Мама, — прошептала Марина, — ты что здесь делаешь?

Женщина, кряхтя, поднялась с кресла и улыбнулась. Небольшого роста, полная, со стрижкой каре, она стояла в своем коричневом халате и смотрела на старшую дочку.

После вопроса, который Марина задала, сама не зная почему, мама нахмурилась. Почему это сорвалось у нее с языка? Что может делать ее мама у себя в квартире?

Марина улыбнулась матери, расставила руки в стороны и пошла к матери, сама не понимая, зачем это делает.

— Мама, я так по тебе соскучилась, — девушка почувствовала, как слезы потекли из глаз, — почему ты нас так рано оставила?

Женщина подошла к ней и обняла, изо всех сил прижав к себе.

— Я тоже по вам соскучилась...

Марина не хотела отпускать мать, сжимая в объятиях. В голове крутилось какая-то мысль, но девушка была так рада видеть мать, что забыла обо всем. И все же что-то было не так.

— Мамочка, я так тебя люблю!

Девушка снова поймала себя на мысли, что ей что-то не нравится, но вот не могла понять, что именно. Она же у себя дома. С ней мама, отец пьяный спит в зале, сестра еще, наверное, не пришла с улицы, всё, как всегда. Тогда почему Марине что-то кажется странным?

— Марин, — прозвучал совсем рядом мужской голос.

Девушка попыталась обернуться и посмотреть, кто ее зовет, но мать крепко держала ее за талию.

— Мама, ты меня раздавишь, — Марина шмыгнула носом.

Но женщина и не пыталась отпустить дочь.

— Марина, посмотри на меня, — прозвучал снова мужской голос, который показался девушке до боли знакомым и родным.

Она перестала плакать и нахмурилась. Кто это? Ей кажется или она слышит голос мужа? И тут в голове что-то щелкнуло. Максим, мама, квартира….

Девушка попробовала отстраниться, чтобы посмотреть на женщину, которую обнимала, но та ее не отпускала. Марина попыталась вырваться. Когда ей это удалось, она вспомнила, что мать давно умерла, и оттолкнула от себя того, кто ее обнимал.

Лампочка в коридоре начала мигать, и девушка увидела перед собой что-то иное, ничуть не похожее на женщину, которая ее родила. Лампочка в коридоре начала мигать, и девушка увидела перед собой нечто, ничуть не похожее на женщину, которая ее родила. Это был истлевший труп. Тот же рост, тот же оттенок волос — но все остальное почти превратилось в прах. Из пустых глазниц и носовых отверстий выползали мерзкие черви. Высохшие руки напоминали кости со свисавшей темной кожей. Одного глаза не было, второй буквально вываливался из глазницы. Губы ссохлись и истлели, обнажив желтый оскал зубов. Сразу запахло землей и гнилью. Существо протянуло свои костлявые руки и прохрипело:

— Дочка, ты что, не узнаешь свою любимую мамочку?

Марина дернулась назад, чуть не упав, но удержалась на ногах. Девушку била мелкая дрожь, сердце было готово выпрыгнуть наружу. Как она здесь оказалась? Почему?

Ходячий мертвец тянул к ней свои руки и медленно шел вперед.

— Ну, обними же свою любимую мамочку, — тихо шептал монстр. — Неужели ты по мне не соскучилась?

Последние слова существо буквально выкрикнуло в лицо девушке и схватило ее за руку. Марина пыталась вырваться, но сущность держала ее стальной хваткой.

Тварь резко потянула ее к себе, и Марина вновь очутилась в объятиях трупа.

— Верни чужое!

Последние слова тварь прошипела в лицо девушке, а потом все закрутилось, и Марина открыла глаза. На нее смотрел перепуганный Максим.

Глава 1

Марина сидела у себя в кабинете и смотрела в окно. На дворе начало июня, школьники ушли на каникулы, некоторые из учителей — в отпуска, а у нее намечался отдых только в июле. Они с Максимом планировали отдохнуть в каком-нибудь пансионате или доме отдыха, но только после свадьбы подруги.

Сергей и Вика подали заявление в ЗАГС и уже назначили день свадьбы. Церемония была назначена на четырнадцатое июля, в субботу. А потом Вика и Сергей улетят в свадебное путешествие. Так как участковый в силу своей профессии не мог выехать за границу, они решили укрепить здоровье в Кисловодске. Купили путевки в санаторий — очень уж их манили целебные минеральные воды.

Подруга была в предвкушении предстоящей свадьбы. Они должны были с Мариной съездить в город в свадебный салон, чтобы выбрать платье для невесты, а вот у Максима была задача подобрать костюм жениху.

В целом май был насыщенный на события. Все праздники прошли в напряжении из-за нескольких смертей. Хорошо, что Степанида Витальевна осталась жива. Но ее две сестры и племянница умерли по загадочной причине, о которой знают только четверо молодых людей, живущих в этой деревне. Не считая, конечно, бабы Глаши и Дмитрия Филиппова, капитана полиции, друга и коллеги Максима.

Марина вспомнила, с каким трудом они справились с новой сущностью, из-за которой чуть не умерла ее подруга Вика. Девушка была на грани смерти, но Марина каким-то чудом смогла ей помочь, скорее по наитию, чем осознанно. Она нашла наверху, на чердаке, книгу, которую свекровь спрятала в большом зеркале. Для нее это было неожиданностью. Но, к сожалению, кто-то вырвал из этого темного фолианта несколько страниц. Марина подозревала кое-кого, точнее — бабку Матрену, хотя полной уверенности не было. Но напрямую спросить она не решалась, а баба Глаша и подавно не хотела портить дружбу с соседкой. Возможно, ждала, что та сама расскажет, зачем это сделала. Но, видимо, бабка Матрена не спешила. Женщины много лет дружили и поддерживали друг друга.

Димка, который провел две недели у бабы Глаши, почти пришел в себя. Ритуал очищения дался ему очень тяжело, особенно последние три дня. Они были самыми трудными.

Максим и Марина в эти дни не ходили к старухе, она не разрешила. Первую неделю Дима занимался физическим трудом, чтобы с потом вышло все нехорошее. Грязные мысли не посещали голову, забылось плохое, осталось только хорошее. Вечером он парился в бане, где смывал с себя всю грязь.

Следующие три дня Филиппов провел в молитвах, которые дала баба Глаша. Ему урезали питание. Никакого мяса, никаких газированных напитков, ничего жирного, жареного, сладкого. Димка ел только овощи и фрукты, иногда старуха разрешала хлеб. Но это было в последний, третий день очищения. Мужчина совсем исхудал. На следующие три дня старуха запретила ему выходить из дома и выглядывать из окон.

— Ты не должен этого делать, потому что мертвячки наблюдают за тобой. Если перестанут тебя видеть, подумают, что ты исчез, забыл о своих невестах и больше они тебе не нужны.

— Они мне и так не нужны, — буркнул Филиппов.

Баба Глаша треснула легонько его по затылку и продолжила.

— Три дня сидишь дома, буду проводить ритуал очищения.

— А я все эти дни что делал?

— Ты старших послушай и не перебивай, — ответила баба Глаша, нахмурив брови.

Она спустилась в погреб и достала оттуда свечи, несколько мешочков с сухой травой и какую-то баночку с чем-то вонючим.

— Днем будешь в доме сидеть, молча. Разговаривать нельзя. Проронишь хоть слово — все насмарку пойдет, не вылечу я тебя. У мертвячек острый слух, зоркий глаз. Они должны понять, что тебя здесь нет. Даже если что-то увидишь, даже если что-то услышишь — ни звука, ни писку, ни вздоха. Теперь, милый мой, все от тебя зависит. От твоего духа. Посмотрим, насколько ты крепок и вынослив. Это последние три дня. Если выдержишь, отстанут от тебя твои невесты, уйдут обратно, а коли нет — жить тебе всю жизнь с этим. Уж не знаю, сколько протянешь, если с ума не сойдешь.

Димка сидел белее мела. Он пытался убедить себя, что ему не страшно, но мысль о том, что придется постоянно сталкиваться с мертвыми девушками, пугала его до дрожи.

— Сегодня после двенадцати ночи ты должен три дня молчать и делать все, что скажу. Понял?

— Понял, — буркнул Филиппов.

Дальше все происходило как в аду. Димка потом рассказывал, что ему слышались голоса мертвых девушек. Они то плакали и звали его, то злились и угрожали. Баба Глаша на ночь мазала его тело вонючей мазью и накрывала тонкой простыней, чтобы Филиппов немного поспал, но ему это плохо удавалось. В дом девушки попасть не могли — старуха поставила защиту везде. Но ему казалось, что они здесь, смотрят на него, тянут к нему свои холодные мертвые руки. Он постоянно вскакивал. Несколько раз хотел закричать, но вспоминал слова старухи.

Последняя ночь была самой невыносимой. Ненароком вспомнился фильм «Вий». Но Димка и это испытание прошел. Утром, когда солнечные лучи только-только начали пробиваться в маленькое оконце, он выскочил на улицу и вдохнул свежего воздуха. Парень был счастлив. Посмотрев в сторону забора и не увидев никого, он заплакал.

— Молодец, — сказала ему баба Глаша, выходя на крыльцо, — справился. А теперь меня послушай, только внимательно, не перебивая.

Димка сидел на крылечке, закутанный в простыню, и смотрел на старуху усталыми измученными глазами.

— Мертвячек твоих мы отвадили. Нет их. По крайней мере, не вижу возле изгороди своей. Да только не знаю, как дальше будет двигаться твоя судьба.

Филиппов испуганно посмотрел на старуху.

— Что это значит?

Баба Глаша разлила чай на травах по кружкам и села рядом с парнем.

— Мы отвадили невест твоих мертвых, а вот какие еще последствия остались с той ночи, когда ты умер и возродился, не могу сказать. Не вижу. Может, опять кого видеть станешь, может, третий глаз вырастит. Не знаю.

Димка побледнел, а старуха усмехнулась.

— Ну, про третий глаз это я так, образно сказала. Может быть все, что угодно. Да ты не бойся, приходи, помогу, если смогу. А пока все, погостил — пора и честь знать. Хотя за огород и сарай спасибо. Помог старухе.

В этот же день Димка уехал домой, рассказав все Максиму и Марине. Он пытался дать старухе денег, но та не взяла. Тогда через пару дней он передал ей три огромных пакета с продуктами. Баба Глаша таким гостинцам была рада.

Марина смотрела в окно своего кабинета, вспоминая тот день, когда к ним в дом вошел Филиппов. Похудел, конечно, но это не страшно. Главное, что баба Глаша ему помогла в проблеме с мертвячками.

В школе стояла тишина. Детей не было — одни учителя и одиннадцатиклассники, приходившие готовиться к экзаменам. Иосиф Кондратьевич в последнее время редко заходил к Марине, хотя они часто встречались либо в коридоре, либо в столовой. Обедал он молча, не звал, как раньше, попить чайку, а вот Мария Степановна не отходила от него. Все Ося да Ося.

Марина заметила, что историк стал каким-то необщительным и задумчивым. Он никогда себя так не вел. В последний месяц, сразу после праздников, он вообще перестал заходить к девушке, не спрашивал, как дела. Хорошо это было или плохо, Марина еще не знала. Жизнь историка с Марией Степановной набирала обороты. Возможно, Иосифу Кондратьевичу перестало это нравиться, но девушка точно знала, что он ей никогда не пожалуется. Слишком деликатный в этих вопросах. Он сам согласился переехать жить к библиотекарше. А что там у них происходит, это уже семейное дело.

Недавно Марина вновь поднималась на чердак, чтобы все хорошо осмотреть. Ее нежелание подходить к зеркалу, в котором она нашла тайник, было понятно. Девушка побаивалась эту таинственную находку. Но книгу пришлось вернуть на место. Она сняла старую холщовую накидку, долго всматривалась в стеклянную поверхность, и когда темный водоворот закрутился, Марина медленно протянула руку и дотронулась до зеркала. Пальцы почувствовали холод стекла, но кисть с книгой легко, как будто бы это был тягучий кисель, вошла внутрь и оставила там темный фолиант. Закрыв зеркало тряпкой, девушка быстро спустилась вниз по старой лестнице. И как раз вовремя.

Максим как-то предложил ей разобрать старый хлам на чердаке, но девушка попросила его пока ничего не трогать.

После того как подруга чуть не умерла, а Марина спасла ее, она попросила Сергея ничего пока не рассказывать Максиму. Придет время, и она сама ему об этом поведает. Девушка еще сама толком не разобралась, что происходит.

Вика поправилась, и теперь будущий супруг еще больше о ней беспокоился. Они незамедлительно отвезли заявление в ЗАГС и с нетерпением ожидали дня свадьбы.

Сергей еще в прошлом году сообщил руководству, что у него бракосочетание, и взял на это время отпуск. Вике, как предпринимательнице, не нужен был официальный отпуск — она работала на себя и могла отдыхать в любое время.

В дверь постучали. Марина вздрогнула от неожиданности.

— Входите, — крикнула она.

Дверь приоткрылась и на пороге появилась Лидочка. Девушка, мать которой стала Марой, существом, убивающим не только своим дыханием, но и во сне. Так произошло с сестрами Степаниды Витальевны. Мара чуть не убила Вику, подругу Марины, и учительницу химии. Двоюродная сестра Лидии, Татьяна, не ведая того, что ее телом завладела сущность, убила во сне Зинаиду, племянницу Степаниды Витальевны и бывшую подругу секретарши.

Татьяна так хотела стать женой Арсения, мужа Зинаиды и бывшего Лидочки, что просто обезумела и попала в психиатрическую больницу. Девушка кричала, что это она убила Зину и чуть не убила Арсения. Но правду знали только Максим с Мариной, Дима Филиппов и Сергей с Викой. Ну и конечно, баба Глаша, которая пыталась вылечить Вику. Эта страшная история, тянувшаяся из деревни и переходящая в город, вновь заставила всю компанию задуматься о том, что происходит у них в поселке и что будет дальше.

— Мариночка, доброе утро. Не забудьте прийти на обед. Вы в последнее время в столовую не ходите. Случилось что-то? Не заболели?

Лидия в последнее время часто к ней заглядывала. Всё про маму рассказывала, не забывая благодарить.

— Хорошо, Лидочка. Обязательно спущусь. Вы обо мне так заботитесь! Не переживайте. Просто работы много, вот иногда и забываю.

Марина улыбнулась девушке.

— Вы как? Как на любовном фронте? Простите, если вмешиваюсь в ваше личное пространство.

Девушка натянуто улыбнулась.

— Все хорошо. Замужем я уже была, поэтому пока устраивает то, что имею.

О том, что Лидия когда-то давно была замужем, знают все, а вот о том, почему развелась, узнали совсем недавно. Марине рассказала об этом Ирина Григорьевна. А дальше, как глухой телефон. Первое время старухи шептались за спиной, но потом их что-то отвлекло, и они переключились на кого-то другого. Это и спасло Лидию от дальнейших обсуждений ее не сложившейся личной жизни.

Мать девушки чувствовала себя хорошо. Ожоги на груди зажили. Они были оставлены огненной силой Марины. Девушка переживала о случившимся. Она стала ближе к тьме и чувствовала, что сила иногда бушует внутри, когда происходит что-то нехорошее. Один раз кто-то из ребят пнул футбольный мяч и нечаянно попал в идущую Марину. Девушка почувствовала в своем теле взбунтовавшийся огонь. Ей стоило таких усилий сдержать его и не ответить мальчишке, что разум помутнел.

Это произошло в конце мая, когда прошел последний звонок и дети ушли на каникулы.

Марина тогда побежала к бабе Глаше, рассказала, что случилось, но старуха поцокала языком и дала какой-то травки, которая немного успокаивает силу, но не насовсем. Просила быть девушку осторожней, узнавала, не появилось ли что-то еще, но Марина отрицательно качала головой. Ей и этого вполне хватало. Когда от нее уехал Дима Филиппов, она пришла, чтобы забрать книгу о темных существах и различных ритуалах с ними. Марина решила убрать ее в потайное место. Девушка понимала: если разбить зеркало на чердаке, то книга потеряется навсегда. Но пока она этого не хотела. Ей нужно многое изучить, только она сама не знала зачем.

— Марина, подскажите, вы все лето будете в деревне или куда-то собираетесь? У вас отпуск вроде в июле?

Девушка удивленно посмотрела на Лидию, не понимая ее интереса, но ответила:

— Нет, после свадьбы Вики и Сергея планируем улететь отдыхать. А вы?

Марина смотрела на секретаршу, пытаясь разглядеть эмоции на ее лице, но Лидочка лишь улыбнулась.

— Пока не решили. Мы с Павлом Алексеевичем еще это не обсуждали.

Она мечтательно вздохнула, а потом вдруг резко вскочила и нахмурилась.

— Ой, что это я? Меня Ирина Григорьевна загрузила делами. Сама уехала в город, в министерство образования, а меня оставила делами заниматься. Хорошо, что хоть каникулы у детей. Извините меня, Мариночка, я к вам позже забегу.

Секретарша в своей манере упорхнула из кабинета, оставляя Марину в полной тишине.

Через пять минут в коридоре послышались голоса, женский и мужской. Наверное, Мария Степановна и Иосиф Кондратьевич шли в библиотеку, надо бы с ними поздороваться. Она встала со стула и подошла к двери, приоткрыв ее, и уже хотела выйти, как услышала голос библиотекарши:

— Ося, ну что ты такой неуклюжий? Говорила же тебе: ложись раньше! Ннет, ты все что-то выжидаешь, читаешь, изучаешь... Не стоит в твоем возрасте так долго сидеть над книгами. Как найдем то, что нужно, тогда я точно тебя отправлю….

Договорить старушка не успела, потому что Марина, стоявшая за приоткрытой дверью, нечаянно отпустила ручку, и та щелкнула, привлекая внимание парочки. Ничего не оставалось, как выйти в коридор и улыбнуться старикам. Что там хотела сказать Мария Степановна, девушка так и не узнала.

— Доброе утро! — прощебетала девушка.

Старушка как-то странно взглянула на нее, а потом растянула накрашенные губы в подобии улыбки.

— Здравствуйте, Мариночка. Как ваши дела? Мы вот с Иосифом Кондратьевичем идем чай пить.

Женщина вставила ключ в замочную скважину и начала открывать дверь. Историк снял очки и начал протирать их трясущимися руками.

— Доброе утро, Марина Константиновна. Не хотите к нам присоединиться?

Девушка видела, что мужчина как-то странно себя ведет, но в его возрасте, наверное, это нормально.

— Наверное, Мариночке некогда. Столько работы, столько работы... Правда?

Женщина посмотрела на девушку.

— Да нет. У меня есть минут двадцать свободного времени, и я могу уделить их беседе с вами и Иосифом Кондратьевичем. Тем более у вас такой вкусный чай...

Марина улыбнулась. Она лукавила: чай был обычный, в пакетиках. Просто девушке хотелось понять, что происходит с историком. Раньше он был более разговорчив, называл ее «деточка», а сейчас обращается только по имени-отчеству и не заходит уже с месяц.

Женщина недовольно посмотрела на девушку, но вновь улыбнулась и ласковым голосом сказала:

— Конечно, конечно, приходите минут через пять. Я пока чайник поставлю.

Марина обещала, что обязательно придет, но у нее зазвонил телефон, и девушке пришлось вернуться к себе в кабинет, чтобы ответить.

— Марина, привет!

В телефоне зазвучал возбужденный голос подруги.

— Мне срочно нужна твоя помощь.

— Привет, Викуля. Что случилось?

Марина насторожилась. После того как подруга чуть не умерла, она каждый раз при ее звонке чувствует какое-то странное волнение. Марина не могла объяснить почему, но ей казалось, что это еще не конец, и что-то может произойти. Даже с ее даром она не могла предвидеть будущее, но за Вику боялась больше, чем за себя. Подруга знала ее тайну, знала о ее даре. Когда они бежали по подземному тоннелю, в котором оказались, Марине пришлось применить силу. Вика тогда была шокирована, и девушка ей все рассказала. Марина взяла слово с подруги, что та никому не расскажет об этом, даже Сергею. Тот, кто хочет отобрать ее дар, может попробовать надавить на Марину через подругу. А девушка этого не хотела. Вика очень дорога ей, как и муж Максим, которого тоже чуть не убил демон Поончах.

Баба Глаша говорила, что просто так дар не может перейти к другому человеку, Марина должна захотеть его отдать. Есть специальный ритуал передачи дара, при условии, что владеющий даром не против. Но вот где его взять, никто не знает. Баба Глаша тогда не прочитала полностью книгу темных: Марина забрала ее и спрятала подальше. Негоже такому фолианту находиться у всех на виду. Вон Иосиф Кондратьевич, как только узнал, что у девушки есть старинные книги, так просто не отходил от нее — все спрашивал. Мужчина как будто с ума сошел: просил, спрашивал, даже хотел прийти в гости, чтобы самому посмотреть на раритеты, но Марина не разрешила.

Девушка тогда посмотрела все книги на чердаке, но они не представляли особой ценности. В основном это были сборники простых заговоров, при которых используют травы. Были рассказы о нечисти, но никаких призывов, колдовства и заклинаний не было. Девушка отдала историку почти все, что нашла, кроме, конечно, книги темных. Она даже не стала искать в тайнике, который находился в большом зеркале, что-то еще. Марина эту книгу со страхом вернула на место. Но она решила для себя, что однажды обязательно заглянет туда еще раз.

Пока на это не было времени.

— Марина, ты должна поехать со мной в город, чтобы выбрать свадебное платье.

Вика была возбуждена и, как всегда, в своей манере, почти кричала в трубку.

— Подожди, а тебя Сергей отпустит? Просто в последний месяц вас друг от друга не оторвать.

В трубке послышался тяжелый вздох.

— Я ему еще не говорила, но думаю, отпустит. Не могу же я с ним ехать выбирать себе наряд. Это, между прочим, плохая примета.

— Вика, давай так. Ты сначала поговори с будущим супругом и, если все нормально, я обязательно с тобой поеду. Не могу же я допустить, чтобы моя лучшая подруга выходила замуж в сарафане и галошах.

В трубке повисло молчание. Марина, не выдержав, засмеялась.

— Ты издеваешься сейчас?

— Нет, — со всей серьезностью в голосе ответила Марина. — Я просто шучу.

Вика засопела как паровоз.

— Вот ты совсем. В общем, вечером поговорю с Сергеем, и завтра собирайся. Или в субботу. Максим каждый день приезжает в деревню?

— Ну да. Редко когда остается в городе. А что?

— Хочу заехать в ту пекарню, которая возле вашего дома. Там такие пироги пекут — пальчики оближешь.

Вика замычала в трубку, а Марина вновь рассмеялась.

— Какие пироги? Ты хочешь в платье не влезть?

— Вот умеешь ты поддержать, подруга, — недовольно пробурчала Вика, — все, давай, я тебе позвоню.

Вика скинула вызов, а Марина вспомнила, что обещала зайти в библиотеку, выпить чаю с Марией Степановной и Иосифом Кондратьевичем. Она посмотрела на часы. Прошло минут десять. Девушка взяла свою кружку и вышла в коридор.

***

Лидия сидела у себя в кабинете за рабочим столом и смотрела в монитор. Мысли ее витали где-то далеко. Мать почти выздоровела, а вот у Лидии при воспоминании о том случае до сих пор бежали мурашки по телу. Она даже не думала, что ее мама узнает правду о разводе с Арсением. Бывшая подруга умерла, ее, оказывается, убила двоюродная сестра Татьяна, которая сейчас проходит лечение в психиатрической больнице.

Лидии не было жаль ни одну, ни вторую. Конечно, она не хотела смерти Зиночки, но та получила по заслугам. Есть бог на небесах. Он все видит и каждого карает за грехи.

Доказать, что ее мать причастна к смертям сестер Степаниды Витальевны, не смогли. Те умерли своей смертью: одна — во сне, вторая — в больнице от какого-то неизвестного вируса. Учительница химии пошла на поправку, но четверть закончилась без педагога. Между Лидочкой и Степанидой Витальевной никогда не было неприязни друг к другу, но после того, как женщина узнала, что мать секретарши таила злобу на всю их семью, они перестали даже здороваться.

Лидия не переживала из-за этого. Она не собиралась быть родственницей учительницы химии. Степанида Витальевна до конца мая пробыла в больнице, а потом ушла в отпуск, чтобы дома поправить свое здоровье. У нее, правда, был экзамен по химии, но ее заменил учитель из города, которого назначило Министерство образования.

В данный момент Лидочку больше всего волновали отношения с Павлом Алексеевичем. Парень делал вид, что они вместе, но в то же время сторонился девушки. Может потому, что она его старше на три года? Хотя разве возраст играет большую роль в отношениях? Лидочка никогда не была у него дома. Он всегда говорил, что снимает комнату у мужчины, в котором проживает еще какая-то женщина. Когда Лидия спрашивала, у кого именно, Павел уходил от ответа.

Девушка думала, что она нужна парню исключительно для постели. Но он каждый раз, видя, что Лидия начинает поднимать этот вопрос, говорил, как она ему нравится, что хочет провести с ней оставшуюся жизнь. Но это были только слова, никаких действий он не предпринимал. Замуж не звал, они никуда вместе не ходили, не ездили — например, в город, в кафе… Только иногда встречались у нее дома.

Когда мать Лидочки лежала три недели в больнице, Павел даже тогда посещал ее не чаще двух раз в неделю. Никогда не оставался ночевать, не приходил на ужин или обед и не помогал по хозяйству.

Когда Лидия его об этом просила, у него всегда находились какие-то дела.

Однажды девушка попросила Павла познакомить ее с его матерью. Парень сначала нахмурился, девушке даже показалось, что разозлился, но потом взял себя в руки и ответил:

— Лидия, ну зачем нам спешить? Успеешь еще, познакомишься. Думаю, она тебе понравится.

А однажды девушка, сама не зная почему, рассказала ему, что участковый Сергей и Вика, хозяйка магазина на Липовой улице, решили пожениться, и свадьба у них уже в июле.

— Вот бы и нам так, — мечтательно проговорила девушка, лежа в кровати и поглаживая парня по груди.

Реакция Павла показалась девушке странной.

Он сверкнул глазами, в которых отразились холод и злость. Потом парень вскочил с кровати и, быстро натянув одежду, сказал напоследок, выходя из комнаты:

— Ты еще не наигралась в замужество?

Девушка слышала, как хлопнула входная дверь и под окнами раздались быстрые удаляющиеся шаги.

На следующий день она подошла к нему с извинениями, но Павел улыбнулся и, притянув к себе, поцеловал. Лидия поняла, что он не обижается на ее слова, и зареклась упоминать о замужестве.

Девушка смотрела в окно кабинета, когда к ней вошла Мария Степановна.

— Здравствуйте, Лидия, — проговорила женщина, улыбаясь.

— Добрый день, Мария Степановна. Ирины Григорьевны нет, она уехала в город на совещание.

— Я знаю, деточка. Хотела вас спросить, можно ли мне уйти пораньше. Нужно на кладбище сегодня сходить. Ведь память у моего супруга завтра, а там уже травой все заросло. Прибраться хотела.

Девушка, которая все это время хмурилась, вдруг как-то собралась и затараторила в своей манере:

— Ой, конечно, Мария Степановна, идите, если надо. Ключики только не забудьте сдать тете Лиле. А то женщина пару раз жаловалась, что вы забываете это делать. Не хочется докладывать директору.

Библиотекарша заохала, закачала головой и обещала оставить ключи на вахте. Потом поблагодарила девушку и вышла из кабинета.

Лидочка знала, что у Марии Степановны давно умер муж, она как раз в городе училась. Но ей казалось, что это было осенью, а не летом. Хотя, она, может, что-то путает. Девушка открыла нужный ей файл на рабочем столе и принялась за работу. Скоро обед, а она еще не выполнила ни одного поручения Ирины Григорьевны.

Глава 2

Наступили долгожданные выходные. Марина встала раньше Максима и собиралась в город. Она обещала подруге съездить с ней, чтобы выбрать свадебное платье. Ресторан давно был оплачен, приглашения гостям разосланы, кольца куплены, а вот платья еще нет.

Максим с Сергеем поедут отдельно от девушек и точно не сегодня. В этом деле парни не особо торопятся, а вот для Вики это было сложно. Девушка чуть ли не рвала волосы на голове, не зная, что она хочет. Они с Мариной просмотрели все каталоги, залезли на разные сайты в интернет-ресурсах. Во все салоны, которые нашли на этих ресурсах. Подруге нравилось почти всё, но цены кусались.

— Не переживай, — как-то сказала Марина, — если что, я тебе добавлю. Потом отдашь.

В девять утра в дверь постучали. Марина только включила кофемашину и сделала себе бутерброд. Открыв дверь, она увидела на пороге возбужденную подругу.

— Ты почему еще не одета? — спросила Вика, уставившись на Марину большими голубыми глазами.

Пропуская подругу в дом, Марина прижала палец к губам и показала в сторону проходной. Прикрыв дверь, она махнула подруге, приглашая выпить кофе. Та с радостью согласилась.

— Мы точно не опоздаем? — спросила Вика, отпивая горячий кофе.

Марина улыбнулась.

— Поверь, салоны еще даже не открылись. Думаю, вряд ли будет стоять толпа народу, чтобы купить себе свадебное платье. Успокойся. Если что, закажем, и к твоему бракосочетанию тебе привезут его.

Подруга закатила глаза.

— Я так переживаю! Мне кажется, что не успею, платье не найду или еще что-нибудь забуду.

Потом она нахмурилась и посмотрела в окно.

Марина, заметив выражение ее лица, поставила кружку и спросила:

— Тебя что-то тревожит?

Подруга посидела молча. Через пару секунд, посмотрев на Марину, ответила:

— Мне кажется, что-то пойдет не так, или что-то обязательно случится.

Девушка нахмурилась, волнение Вики передалось и ей. Но она взяла себя в руки и, улыбнувшись, сказала:

— Ну, ты чего, подруга? Всё будет хорошо! Выйдешь ты замуж за своего Сережу и будешь жить долго и счастливо. Что за пессимизм?

— Хотелось бы в это верить, — вздохнула Вика, — но мне недавно приснился странный сон.

Марина, услышав это, слегка напряглась. В последний год ее сны — это предвестники чего-то нехорошего. Впоследствии они перерастают в монстров, которые охотятся на нее. Не став прерывать Вику, она решила выслушать подругу.

— Мне снилась моя умершая бабушка. Она здесь отдала богу душу и похоронена на местном кладбище. Мой дедушка молодым погиб на войне, поэтому бабушка поднимала свою дочь, мою маму, одна. У бабули были романы, но она так замуж и не вышла.

Вика замолчала и посмотрела в окно кухни.

— Бабушка пришла ко мне во сне такая, какой я ее запомнила. На ней было ситцевое платье и белый платочек на голове. Она улыбнулась мне и протянула руки, чтобы обнять.

Потом Вика повернулась и уже возбужденно начала говорить.

— Все было как будто по-настоящему. Она стояла на кухне и улыбалась. Я очень любила свою бабушку. Она все детство возилась со мной. Утром блинчики или каша. В школу собирала, забирала после уроков. Мои родители всегда были заняты на работе, а я единственный ребенок в семье, поэтому бабушка меня баловала. Она протянула руки и сказала: «Викуля, я так по тебе соскучилась!». У меня покатились слезы, и я ответила: «Бабулечка, я тоже по тебе соскучилась». Понимаешь, Марин, я тогда даже не думала, что это сон. Все было как будто по-настоящему.

Вика говорила быстро, как будто боялась, что забудет все, что снилось ей, на самом интересном месте.

— Я протянула руки и обняла бабушку. Она гладила меня по голове, а я вдыхала аромат, который помнила еще с детства. Аромат булочек и корицы. Мы простояли так пару минут, и я хотела отстраниться от нее, но она так сильно меня держала в объятиях, что я стала задыхаться. Я попросила бабушку отпустить меня, но та как будто не слышала — все держала и гладила. А потом резко отстранилась и схватила меня за плечи. В этот самый момент внешность ее начала меняться. Кожа стала слезать с лица, как будто оно было из воска, таяло на глазах, а голова превращалась в безобразный череп. Глаза вытекли, остались пустые глазницы. Руки превратились в сплошные кости потемневшие с годами, платье упало, и на меня теперь смотрел живой труп, сгнивший в земле. Бабушка улыбнулась беззубым ртом, из которого несло смрадом, и прошипела мне прямо в лицо: «Забери чужое, забери чужое». После этих слов я закричала от страха и проснулась. На меня безумными глазами смотрел Сергей.

Вика замолчала и уставилась большими глазами на Марину, но та не знала, что сказать. Ей самой снился странный сон несколько дней назад. Она думала, рассказывать об этом Вике или нет. Но решила, что все-таки не стоит. Девушка и так нервничает с предстоящей свадьбой. Если Марина расскажет собственный сон, в котором ей снилась умершая мать, то у подруги начнется паника. Марина улыбнулась, положила руку на ладонь Вики и ответила:

— Это всего лишь странный сон, ничего более. Все будет нормально. Ты выйдешь замуж за Сергея, нарожаешь ему детей и будешь счастлива. Поняла?

Подруга кивнула головой, а потом осторожно спросила:

— Я не поняла, о чем говорила моя бабушка-монстр. Что значит: «Забери чужое»? Что она имела в виду?

Марина отвернулась и пожала плечами.

— Да кто их знает, этих мертвецов. Вспомни Рябушкиных, они тоже все что-то просили отдать.

Разговор прервал шум открывающейся двери, и в кухню вошел Максим. Его лицо было слегка помято после сна.

— Вы еще не уехали?

Марина улыбнулась и обняла мужа.

— Нет, кофе пили. Но уже убегаем. Если не сложно, завтрак сделай себе сам.

Она чмокнула мужа, и они с Викой вышли на улицу. Жара надвигалась неумолимо быстро. Июнь выдался теплым, но на следующей неделе уже обещали дождик. Может, это и к лучшему. Хоть немного прибьет дорожную пыль и польет поля и леса, чтобы ничего не высохло.

Они сели в машину, и подруга сразу же включила кондиционер. Из радио доносилась песня группы «Руки вверх», и под эту музыку они тронулись с места, выезжая на основную дорогу. Было почти десять. В это время в городе открываются свадебные салоны, но Вика решила объехать все, чтобы найти себе то, что видела в журналах и на сайтах салонов. Главное, чтобы это было в наличии.

Они подъехали к салону под названием «Мисс Привлекательность». В витрине стояли манекены, одетые в свадебные платья. Глаза Вики тут же увеличились в размерах. Она запрыгала и захлопала в ладоши.

Девушки зашли в салон. Здесь пахло кофе. Несколько продавцов крутились возле клиентов, каковых в салоне было четверо. Видимо, пришли к самому открытию. Тоже хотели быть первыми.

— Вот видишь, — прошептала Вика на ухо Марине, — говорила тебе, надо раньше выезжать. А теперь останусь без свадебного платья...

Марина посмотрела на подругу и громко засмеялась, чем привлекла внимание присутствующих. Получив тычок в бок от Вики, девушка перестала улыбаться и сделала серьезный вид.

К ним подбежала молоденькая продавщица и попросила присесть на диванчик и немного подождать; как только она освободится, обязательно займется ими. Предложив кофе и пирожные, девушка убежала к клиентке, которая всем своим видом выражала недовольство. Это была дама под сорок, крупного телосложения. Она натянула на себя белое свадебное платье и теперь напоминала окорок, перетянутый бечевкой. Тонкая материя с трудом облегала каждую складку ее тела, грозя разорваться при первом же движении.

Вика смотрела на все это и еле сдерживала смех. Действительно, то, что происходило в салоне, вызывало улыбку. Продавщицы вели себя корректно и предлагали даме с большими объемами что-нибудь удобное. Но женщина была непреклонна. Она хотела атласное платье в пол, с открытыми руками и глубоким вырезом на груди. Помимо этого, под подолом должны быть специальные кольца-держатели для пышной юбки.

Когда будущая невеста натянула на себя все это великолепие, Вика не выдержала и засмеялась. Получилось очень громко, все присутствующие повернулись и посмотрели на них. Девушка тут же зажала рот рукой, продолжая хихикать.

Женщина, примеряющая платье, зло прищурилась и спросила:

— Я не поняла, что тут смешного?

Марина, чтобы сгладить обстановку, замахала руками и ответила:

— Извините нас, просто мы обсуждали кое-что смешное. Моя подруга не выдержала и засмеялась. Не обращайте на нас внимание.

Марина повернулась к Вике и недовольно стрельнула в нее глазами.

Женщина отвернулась обратно к зеркалу, и тут произошло то, что должно было случиться. Платье не выдержало такого напряжения и лопнуло по швам. Звук рвущейся материи эхом разнесся по салону. На мгновение наступила тишина.

Вика не выдержала и рассмеялась в голос. Продавщицы засуетились возле покупательницы, а та ругала их на чем свет стоит. Девушки с покрасневшими лицами извинялись и слушали, как будущая невеста их отчитывает.

Вика, вытирая выступившие слезы, не удержалась:

— Ну зачем вы мучаете платье? Вам же сразу сказали — нужен другой фасон.

В салоне повисла тишина. Марина увидела, как продавщицы замерли, а женщина начала наливаться краской. Схватив Вику за руку, Марина потащила ее к выходу, крикнув на ходу, что они зайдут позже.

Вылетев на улицу, она строго посмотрела на Вику.

— Что? — ответила та.

Но Марина сама начала смеяться, а потом и подруга вместе с ней.

— Поехали в другой салон, умная ты моя. В этот, если что, приедем потом, когда дамочка покинет этот магазин.

Девушки сели в машину и еще долго смеялись, пока не приехали в новый салон, в три раза больше предыдущего. В стеклянных витринах стояли манекены в разнообразных платьях: от белых свадебных до красных вечерних. Входная дверь была украшена лепниной в виде голубей с веточкой в клюве — классический, но симпатичный элемент.

Свадебный салон встретил девушек мягким светом и атмосферой уюта, где чувствовалась дороговизна изделий. Просторный зал был оформлен в пастельных легких тонах: стены украшали изящные зеркала в пол в резных рамах. По периметру располагались манекены в роскошных свадебных платьях и не только. В центре стоял небольшой круглый подиум, устланный светлым ковром, где невеста могла бы примерить наряд и почувствовать себя если не принцессой, то героиней какой-нибудь сказки.

В воздухе витал нежный, едва уловимый аромат свежих цветов, а из динамиков доносилась тихая легкая музыка, создавая хорошее настроение. На маленьких столиках были разложены каталоги с новинками сезона, кружевные белые перчатки и другие аксессуары.

Приветливые девушки-консультанты, в элегантной униформе с улыбкой предлагали клиенткам помощь в выборе наряда. Здесь же стояли небольшие диванчики, где можно было расположиться, в ожидании.

В больших примерочных кабинках царила интимная атмосфера: мягкий, слегка приглушенный свет, большие зеркала, мягкие пуфики и вешалки для платьев.

Вика была под впечатлением. Такого выбора свадебных нарядов не было ни в одном каталоге, который она смотрела на днях. Помимо этого, здесь можно было выбрать аксессуары различного происхождения. Многочисленные диадемы, ободки со стразами, жемчужное ожерелье, разнообразные браслеты, клатчи, перчатки, свадебные подвязки и многое другое, от чего сердце учащенно билось, а ладошки становились влажными. Каждая мечтает обо всех этих прекрасных вещах на свою свадьбу и, конечно же, каждая хочет быть самой красивой.

— Здравствуйте!

Из оцепенения их вывел голос подошедшей девушки.

— Доброе утро, — ответила Марина. Ее подруга все еще вздыхала, не отрывая взгляда от роскошных платьев.

— Могу я вам помочь? Что вас интересует? У нас есть широкий выбор свадебных платьев, вечерних туалетов и разнообразных аксессуаров к ним.

— Нам нужно все, — придя наконец в себя, выдохнула Вика.

Девушка в удивлении приподняла одну бровь и перевела взгляд на Марину.

— Нам необходимо подобрать свадебное платье вот на эту девушку, — Марина указала на Вику, — ну и соответственно все, что к нему полагается. Фата, диадема, если она захочет, ну и перчатки с ожерельем. Если у вас имеются белые туфли, то мы бы хотели их тоже примерить.

— Я вас поняла. Вам, может, тоже что-нибудь подобрать? Или у нас одна невеста?

— Да, — Марина смущенно улыбнулась, — невеста одна. Я уже замужем. Буду подружкой невесты.

Девушка указала в сторону, где висели разнообразные вечерние платья, и сказала:

— Вам мы тоже можем предложить что-нибудь оригинальное. У нас широкий выбор вечерних туалетов, а также разнообразные аксессуары к ним. Перчатки, клатчи, ожерелья...

— Спасибо, — ответила Марина, — я обязательно посмотрю, но пока займитесь этой девушкой. Она хотела что-то особенное. Видела в журнале и на сайте вашего салона. К сожалению, мы так и не поняли, есть ли платье в наличии.

Девушка удовлетворенно кивнула головой и предложила присесть на диванчик и посмотреть каталог. Возможно, в журнале они найдут то, что им нужно, а она пока приготовит кофе и чуть позже присоединится к ним.

Марина вздохнула. Видимо, этот день для нее будет долгим и мучительным. Но она действительно может себе подобрать что-то из вечернего туалета.

***

Вика просмотрела весь каталог и решила, что ей нравятся абсолютно все платья. Глаза разбегались, но нужно было определиться. Народ прибавлялся, и консультанты брали новых клиентов в оборот.

— Ну как, вы нашли то, что вам понравилось?

Девушка-продавец подходила к ним уже в третий раз за час, но Вика каждый раз говорила одно и то же: «дайте нам еще пару минут».

— Вы знаете, — наконец сказала Вика, — давайте просто начнем примерять, а там посмотрим. Правда, Марин?

Девушка кивнула в знак согласия, заметив, как консультант облегченно вздохнула. Заработная плата у них идет с процентов от продаж, и если она весь день проведет его с одним клиентом, то явно ничего не получит.

— Пройдемте со мной, я вам покажу наши новинки, и вы мне назовете свой размер. Потом начнем подбирать вам свадебное платье.

Вика поднялась с мягкого диванчика и проследовала за девушкой. Марина осталась на месте, листая журналы. Прошло минут пять, и она все же решила присмотреть себе вечернее платье. Она и так собиралась за ним ехать по магазинам, но раз тут тоже большой выбор, то почему бы и нет?

Девушка пошла в ту сторону, куда указала им продавец, где на манекенах и железных вешалках можно было найти разнообразные платья. С перьями, со стразами, бусинами, в пол и короткие, с огромным вырезом на спине и глубоким декольте. Цветовая гамма была настолько разнообразной, что у Марины на секунду зарябило в глазах.

Девушка медленно шла вдоль рядов с платьями, касаясь пальцами нежной ткани. Здесь были и нежный шелк, и мягкий бархат. В воздухе, щекоча нос, витал аромат свежих цветов и дорогого парфюма. Зеркала, висевшие вдоль стен, отражали стоявших вдалеке невест и ее саму. Остановившись возле очередной стойки с нарядами, она сняла с вешалки платье цвета шампанского, прикоснувшись к нежному шелку. Оно было чуть выше щиколотки, с небольшим вырезом на груди и глубоким до поясницы на спине. Платье было на широких бретельках, обтягивающим до талии и слегка расклешенным вниз.

Марине почему-то понравилось именно оно, а не другие роскошные платья, и девушка направилась с ним в примерочную. Если она будет нужна Вике, та ее позовет. Но, видимо, пока подруга справлялась сама.

Марина надела шелковое платье цвета шампанского и посмотрела на себя в зеркало. Ей казалось, что она похожа на принцессу из сказочной страны. Остались диадема и белый жемчуг на шею.

Неожиданно в зеркале за спиной Марина заметила странное отражение. Между манекенами в полумраке стояла девушка.

Её платье было белым, а лицо бледным, почти прозрачным. Глаза казались пустыми, а волосы мокрыми прядями рассыпались по плечам, как у утопленницы. Марина почувствовала, как пальцы рук заледенели, а по спине пробежали мурашки. Что это? Она вроде не спит. Девушка надеялась, что это игра света или усталость, но фигура никуда не исчезла. Она медленно подняла полупрозрачную бледную руку и указала на одно из свадебных платьев. Оно висело на манекене с длинным шлейфом и старинной вышивкой. Белые бусины украшали вырез и корсет платья.

Марина моргнула, надеясь, что фигура исчезнет, но этого не произошло. Она стояла все там же и указывала на платье с длинным шлейфом и старинной вышивкой. Девушка постояла несколько секунд с поднятой рукой, а потом резко повернулась и посмотрела на Марину. На ее страшном лице появилось подобие улыбки, показались гнилые острые зубы.

— Вам помочь? — голос консультанта вывел Марину из оцепенения.

Девушка резко обернулась — никого, только платья, манекены и тихая музыка. Сердце билось часто, и Марина снова посмотрела в зеркало. Отражение было пустым. Теперь она не могла отделаться от ощущения, что кто-то невидимый все еще стоит за ее спиной, ждет, когда она выберет то самое платье, на которое указывала мертвая девушка.

— С вами все в порядке? — снова раздался взволнованный голос консультанта.

Марина посмотрела на нее и натянуто улыбнулась.

— Да, да. Все в порядке. Где моя подруга? Не все платья еще перемерила?

Консультант улыбнулась в ответ.

— Она чуть дальше, стоит на подиуме и просит вас подойти посмотреть на нее.

Марина хотела переодеться, но решила, что стоит показать свой наряд Вике, чтобы та одобрила его.

Подруга стояла на круглом подиуме в белом свадебном платье с фатой и диадемой на голове. На руках были атласные перчатки, которые заканчивались чуть выше локтя. На шее сверкало ожерелье. Девушка выбрала шелковое платье без всяких блестящих атрибутов, страз и бусинок. Глубокое декольте красиво подчеркивало грудь Вики. Прямое платье в пол заканчивалось сзади небольшим шлейфом. Подруга выглядела изумительно. Она после болезни сильно похудела, и ее осиная талия подчеркивала стройную фигуру. Девушка смотрела на Марину и улыбалась.

— Ну как? Что скажешь?

— Вика, это просто вау. Других слов нет. Ты такая красивая, стройная! Шикарное платье для самой красивой невесты.

Подруга засмущалась.

— Ну ты сейчас наговоришь… ты тоже красивая, — Вика секунду подумала и добавила, — после меня, конечно.

Девушки засмеялись.

— А что это на тебе? Ты тоже выбрала себе наряд?

Марина отошла немного назад и покрутилась вокруг своей оси.

— Нравится?

— Оно идеально тебе подходит. Будешь самой лучшей подружкой невесты.

Их разговор прервал консультант.

— Будете брать это платье или другие примерим?

Вика посмотрела на Марину, и та кивнула головой в знак одобрения.

— Мы берем это и все, что к нему прилагается. Фата, перчатки, диадема и ожерелье. Еще хотела бы померить туфли на высокой шпильке.

— Хорошо. Пойдемте, переоденемся, и я отнесу товар на кассу. Пока его будут упаковывать, мы пройдем с вами в отдел обуви.

Вика сияла как начищенный самовар.

— Вы это платье тоже будете брать?

Теперь вопрос был адресован Марине, которая так и стояла в вечернем туалете.

— А, да. Я тоже, пожалуй, куплю себе платье. Больше ничего не нужно.

— Давайте я отнесу его на кассу.

— Спасибо, не нужно. Я сейчас переоденусь и сама с ним подойду.

Девушка-консультант не стала возражать и пошла за Викой в примерочную, а Марина вернулась обратно. Подходя ближе, она почувствовала, как сердце учащенно бьется. Мельком взглянув на свадебное платье, которое было на манекене, она передернула плечами. Оно действительно больше походило на старинное, но вряд ли это было так. Интересно, та девушка, которую Марина видела, действительно была здесь, или у нее опять разыгралось воображение? Может, сказываются усталость и нервозность, которая передается от подруги? Вика боится, что может что-то произойти перед свадьбой или во время нее. Марина тоже этого боялась. Но больше всего она переживала из-за своей силы, которую поглощает тьма.

Девушка стала замечать, что она перестает контролировать силу, и та пытается вырваться наружу. Баба Глаша обещала подумать, как утихомирить тьму и заглушить ее дар. Девушка очень страдала, имея столь огромную мощь. Она ей была не нужна.

Марина переоделась в примерочной и хотела уже было выйти, когда почувствовала, как холодный ветерок коснулся ее шеи, всколыхнул волосы и разлетелся по помещению. Девушка от неожиданности резко обернулась, но, кроме нее, никого рядом не было. Что происходит? Она дрожащими руками открыла дверцу и почувствовала легкий запах цветов, а также прохладу кондиционера. В салоне прибавилось народу, скорее всего, сотрудницы включили кондиционер на максимум. Марина улыбнулась и выдохнула. Так вот откуда этот ветерок! А она уже подумала невесть что.

Девушки встретились на кассе, оплатили товар, поблагодарили продавцов и вышли на улицу в июньскую жару. Вика купила себе туфли и была несказанно им рада. Еще бы! Они провели в этом салоне почти четыре часа. Хорошо, что подруга нашла все в одном месте, и им не пришлось посещать еще несколько свадебных салонов.

Вика нажала на брелок автомобиля и тот, моргнув фарами, говоря об отключении сигнализации, автоматически включил в салоне кондиционер.

Сложив покупки на заднее сиденье, девушки сели во внедорожник. Вика завела машину, и они медленно тронулись со стоянки возле салона.

Марина взглянула на витрину магазина и чуть не закричала. За стеклом, возле манекенов, стояла та самая девушка, которую она видела, когда примеряла платье. То же бледное лицо, провалы вместо глаз и злобная улыбка. Она смотрела на Марину, слегка наклонив голову набок. На ней было старинное свадебное платье, которое висело в салоне.