Kitabı oxu: «Империя Чернобога. Книга первая.»

Пролог.

Создал мир Всебог, а после породил и тех, кто должен был за порядком следить. Созданы они были из крупиц его силы, что кристаллизовалась в сгусток божественного ядра. Эти ядра стали душой детей главного Божества, и вскоре сформировалась их телесная оболочка.

Шли тысячелетия, дети Всебожьи не исполняли волю своего могущественного отца, а порождали лишь несчастья, боль и страдания смертных, отчего и подпитывались новой энергией, исходящей от страданий проклятых душ умерших людей. Обычный народ о злодеяниях почитаемых им Божеств не знал. Принято было считать, что боги всегда правы и несут только благо, а наказания их справедливы. На деле же всё было не так.

Видя бесчинства, что творили Божества, их творец отвернулся от них, да решил породить Бога, который должен был защитить души смертных от страшных проклятий и прекратить злодейства своих же старших детей.

Дал Всеотец жизнь мальчику, которого воспитывал долгие две сотни лет, не давая ему вырасти. Делился он своей мудростью, да наставлял на путь, который считал верным. Мальчишка своенравный был, не так просто было его приучать к добродетели и терпению. Но отец заметил в нём важную черту в его характере, которая многое определит в будущем для юного Бога. Стремление быть лучше своих старших братьев и сестёр…

Придёт время… Всеотец отпустит сына своего в свободное плаванье, да закончится беззаботное долгое детство Бога мёртвых…

Глава 1: Воспоминания о маленьком Принце тьмы.

Двести восьмое поколение юных чародеев, благословлённых Богами Прави и Яви, начало своё обучение в магической небесной школе. Сомнений нет, из них вырастут отличные целители, воины, учёные, созидатели, а кто-то станет величайшим бездельником всея Руси на гордость своим предкам. Однако, среди этих детишек был необычный мальчик. Он был до ужаса красив, почти как девочка, но были в его внешности черты нечисти. Тёмные как перья ворона волнистые волосы. Чёрные глазные яблоки, красные зрачки, вытянутые заострённые уши и мрачные рисунки на теле, именованы как «навьи чернометены».

Со временем они распространялись по коже всё больше. Учителей это пугало, да ничего они сделать с ним не могли и жалко его было. Семь лет назад его нашли перед той же школой и так как детдомов на Небесах Прави не предусматривалось, воспитанием мальчика занимались педагоги. Во время появления люльки с малышом вокруг горел огонь, в связи с этим ему дали фамилию «Пожарский», а имя одно из первых в словаре «Аристарх». Несмотря на то, что мальчика пожалели и оставили у себя, как только он стал самостоятельным, то перестал интересовать старших. До начала обучения ему это даже нравилось, но как только появился коллектив, Аристарх сразу же стал в нём изгоем. Сначала с ним просто никто не дружил, потом началась травля. Долгие два года мальчик терпел издевательства от сверстников, пока за него не заступилась его одноклассница, Ксения. Она была дочерью старейшины и последователя Семаргла. Виктор Донской, ее отец, уже обучал ее заветам своего покровителя и она, как настоящая волчица, заступилась за слабого волчонка и приняла в свою стаю. Эта девочка стала для него ярким лучиком света в кромешной тьме, за которым он тянулся и шёл без оглядки. Их добрая дружба притянула внимание Виктора и тому сразу стало понятно: мальчишка сын Чернобога. Мужчина долгое время наблюдал за ним и не увидел в нём ничего плохого. Наоборот, дети заботились друг о друге. Понимая, что со временем связь Злого Бога с его отродьем возрастёт, Виктор усыновил Аристарха, чтобы контролировать ситуацию. Помимо младшей дочери у Донского был и старший сын Богдан. Разница в их возрасте четыре года. На момент усыновления Аристарха Богдану было тринадцать лет. Его отец поручил ему приглядывать за приёмным братом, намекнув, что в нём дремлет зло. Подросток понял, какая ответственность легла на его плечи и не спускал глаз с мальчика. Особенно когда он проводил время с Ксюшей. Спустя время обязанность старшего следить за младшим привела к тому, что они стали хорошими товарищами и отлично поладили.

Год спустя одержимость проявилась. Глубокой, холодной ночью ребёнок сладко спал и его телом завладел породившее его чудовище. Донской тогда работал у себя в кабинете над новым законом о чародеях-отступниках. Ужесточал наказание за предательство своих покровителей. Мальчишка подошёл к нему с взрослым коварством и надменностью в движениях и мимике. Его голова была немного наклонена, подбородок надменно приподнят, губы искривлены в злобную ухмылку, а глаза хитро щурились. От такой картины у Виктора пробежались мурашки, но мужик быстро взял себя в руки. Однако, когда ребёнок заговорил не своим голосом, у последователя огненного волка застыла кровь в жилах.

– Вот уж не думал, что мой сын будет расти среди поклонников блохастого пса.

Услышав презрительный и надменный тон бархатистого низкого голоса, Виктор узнал в чаде Чернобога. Слушать его было невыносимо больно, ибо после каждого слова эхом разносился противный, басистый, ужасно громкий звук, сильно ударяя по перепонкам. Терпеть такие мощные звуковые колебания было невозможно и Виктора с первой же фразы это выбило с ног. Он рухнул на колени и закрыл руками уши, чтобы не слышать убийственный голос Навьего Императора, но от него некуда было деться. Закрывая уши, мужчина слышал разрывающую череп речь внутри себя.

– Похоже, твоей дочери суждено стать женой Принца Нави.

Услышанное ударило Виктора не только по слуху, но и по сердцу. Стараясь не обращать внимания на боль, он посмотрел злу в глаза, и оно его тут же ослепило чёрной, едкой вспышкой. Мужчина тут же отвёл свой взгляд в сторону. Зрение не было потеряно, но очи сильно слезились и болели. Донской был поражён такой мощью и возможностями Чернобога в мире Правых Небес. Ведь даже само название свидетельствовало тому, что ни один бес не может тут находиться, а тем более использовать такие мощные чары, думал Виктор. Только вот присутствие Принца тьмы раньше не заставляло задуматься над этим.

Управляя телом мальчика, Чернобог материализовал кинжал в его маленькой ручке, выполненный в изящном готическом стиле из навьего, леденящего кровь, железа. Рукоять была настолько чёрная, что отражения не имела, да обрамляли её спиралью тонкие сплавы изумрудного цвета смолы из самых порочных душ. Император мёртвых протянул зловещее оружие Виктору. Чародей был потрясён и думал, что Бог зла ждёт от него самоубийства. Но услышал совсем другое:

– Если ты так хочешь обезопасить свою дочь, тогда можешь убить моего сына.

Мужчина вздрогнул от услышанного, широко раскрыв глаза от шока. С его лба стекал холодный пот, сердце колотилось в два раза чаще нормального, а руки бесконтрольно дрожали. Мальчик ни в чём не повинен, считал Виктор. Но способен ли он противиться своему естеству? Сможет ли сдерживать черноту, что таится внутри? Пока дитя Царя Нави находится тут, в безопасности ли старший сын Богдан и дочь Ксения? Эти вопросы кружились в голове Виктора в разных формулировках. Действительно ли Чернобог желал смерти своему сыну? Или всё это лишь его забава? А быть может это проверка мужчины? Способен ли он навредить мальчику или же будет защищать, несмотря на его происхождение?

Наступила удушающая зловещая тишина. Трясущая рука Виктора, неспешно, с неуверенностью приняла кинжал правителя мрачного мира. Владыка усопших, в теле мальчика, надменно улыбнулся, развёл руки по сторонам и замер в ожидании удара. Взяв себя в руки, избранник Семаргла снова осмелился посмотреть в глаза Чернобогу. В этот раз наказания за такую дерзость не последовало. Вместо этого в взгляде отчётливо читалось ядовитое призрение. Виктор отбросил кинжал в сторону и с полной уверенностью в себе, произнёс:

– Я уберегу мальчика от твоего влияния. Таковы учения Семаргла!

– Семаргл учил не вредить своим и биться за их благополучие до конца. Но этот ребёнок не твой. Он из враждебного мира, – с оглушающим, ударным, как гром, эхом возразил Чернобог.

– Я принял его! Теперь он мой и я буду помогать ему бороться!…

– Бороться с чем?! – Владыка тьмы повысил голос и ударная, звуковая волна стала настолько сильной, что отбросила Виктора на несколько метров, а из ушей потекла кровь. Император продолжил, но ехидно шепча: – Ему не убежать от себя самого. Не уйти от последнего пророчества Всебога. Имя, которым я его нарёк, уже прозвучало из моих уст в день его рождения.

Шёпот Чернобога, раздражающей, щекотливой пробежкой насекомого по перепонкам, донимал и без того измученный слух Виктора. Глаза ребёнка засияли, словно рубины на солнце, а волосы, которые едва касались плеч, запарили в воздухе. Чёрный дым начал исходить от него, и на руках его в миг отросли длинные, острые когти. Прозвучал вновь надменный тон голоса, упивающейся своей могущественностью, Чернобога:

– Имя ему Кощей Бессмертный. И возглавит он армию мёртвых, да уничтожит всех Богов небес.

Раздался до ужаса уверенно-зловещий смех Императора Нави. У Донского уже не было сил слушать голос, что разрушал его слух. В надежде достучаться до Аристарха, искалеченный отец начал отчаянно взывать к нему. Мужчина громко кричал имя мальчика сквозь убивающий его злодейский хохот. Через некоторое время ребёнок услышал крики Виктора и пробудился. Однако, было ли это вопреки или по воле его кровного отца? Но так или иначе, для зрелого чародея мучения закончились. Он, с облегчением, рухнул на пол. Аристарх посмотрел на него и увидел кровоточащие уши. Также было сложно не заметить изнеможённое состояние. Мальчик не понял, как оказался в этом кабинете. Ведь он спал у себя в комнате и не помнил, что бы куда-то выходил. Пытаясь осмыслить происходящее, парнишка начинал думать, что на них кто-то напал. Истощённый вид Виктора вызывал у мальчика сочувствие, грусть, а также злость к тому, кто это сделал. Сжались детские кулачки в порыве эмоций, да кровь полилась из них. Ребёнок направил руки перед своим взором и увидел, что порезался об свои же когти. Это потрясло его не меньше прочего. Почему ногти такие длинные? И такие… острые? У Аристарха начала складываться картина, в которую он не желал верить. Стало ясно, он всему виной. Поступили слёзы.

– Что я сделал?! – воскликнул мальчишка плача, посмотрев на приёмного отца.

Виктор взмахнул рукой, и ребёнок потерял сознание. У мужчины не было ни сил, ни желания объяснять, что произошло.

В ту же ночь, в ту же секунду, Виктором было принято решение поместить в тело мальчишки частицу души Семаргла. Он считал, что капля божественной силы огненного волка даст возможность контролировать внутреннее зло ребёнка, а также Бог будет связан с юнцом и поведёт его по нужному пути. Во всяком случае на это рассчитывал чародей, думая, что поступает правильно, давая шанс пока ещё ни в чём неповинному мальчику.

Час спустя после явления Чернобога, Виктор слегка подлечил себя, умылся и начал готовиться к ритуалу. Семаргл был стихийным богом, обитающим в мире Яви, поэтому для места проведения обряда выбран глухой таёжный лес. Но было ясно, в одиночку данное мероприятие провести Донскому не удастся. Во-первых, кто-то должен удерживать яростные языки пламени от мощи Семаргла под контролем, пока кто-то другой помещает божественную частицу в мальчика. А во-вторых, у несчастного отца до сих пор дрожали руки. В таком состоянии к божественной душе лучше не прикасаться. Но и лишних свидетелей этому обряду тоже быть не должно. Мало ли как это обернут против Виктора, подумал он. Потому, в столь поздний час, возлагая огромную ответственность на сына, чародей разбудил Богдана. Тот с трудом проснулся, но рассказанная отцом ситуация заставила его взбодриться. Более того, ему не по себе стало с того, что он коснётся частицы души Семаргла. Данную честь он воспринял сначала со страхом, но после осознал всю степень ответственности.

Глава 2: Новая встреча старшего Сварожича и Императора Нави.

В глубокой и кромешной тьме, где не было видно ни конца, ни края, находился Аристарх. Это место – его подсознание, в котором не было ярких красок и света. Лишь холод, туманная пустота и бесконечно-утомительная тоска. Мальчик шёл сквозь туман куда глаза глядели, надеясь увидеть хоть что-то. Хотя бы один расточек, маленький лучик, хоть одну яркую искорку. Но сколько бы он не ходил, как бы быстро не бежал, ничего так и не нашёл…

Маленький Принц отчаялся, да устал. Ему показалось, что все его бросили. Потерявшись во мраке, Аристарх присел на колени и загрустил. Однако, спустя некоторое время, внезапно он услышал тихий, нежный, женский голос. Слух мальчика поймал еле уловимую колыбельную песню, напеваемую девушкой. Юнец решил отправиться в сторону чарующего звука. С каждым шагом голос становился всё отчётливее и громче, а в какой-то момент у ребёнка сложилось впечатление, что он слышит что-то очень знакомое и такое родное. Подойдя ближе, увидел изящный силуэт женщины в белом длинном платье, напоминающем из далека сорочку. Чёрные, длинные, слегка неопрятные локоны развивались от её неспешного танца, приоткрывая интригующе-очаровательный лик. Ярко-красные бусы притягивали внимание, украшая и без того прекрасную женщину. Приблизившись, мальчик начал пытаться рассмотреть её лицо. Девушка не замечала ребёнка. Она была образом из его глубоких воспоминаний, но настолько ярким, что казалась настоящей. Эта иллюзия облика хозяйки Нави, жены Чернобога и матери Аристарха или, как нарёк его отец, Кощея Бессмертного. Имя её Морена Родовна, старшая да самая красивая дочь Рода и Лады. Справедливая Богиня зимы и смерти, также способная даровать жизнь, если такова будет её воля.

Осторожно крадясь, чтобы не спугнуть женщину, мальчик выхватывал взглядом очертания лица божественной красавицы. У мертвецки бледной девы хорошо выделялся лёгкий румянец, как и завораживающие морозно-синие глаза. Острые черты её лика придавали внешности зловещего шарма снежной королевы. Однако сын рядом с ней чувствовал себя в безопасности. В его сердце наступило спокойствие, а душа была согрета пением матери. Мальчик осторожно присел на пепельную, безжизненную землю и, боясь спугнуть красавицу, тихонько слушал и наблюдал за ней. Однако внезапно сзади послышались тяжёлые мужские шаги. Скрип и трение металла выдавали, что идёт кто-то облачённый в тяжёлые доспехи. Подойдя к мальчишке, мужчина сел на колено и положил руку в увесистой чёрной железной перчатке на детское плечико. Аристарх со страхом медленно прошёлся взглядом по металлическому жуткому узору перчатки и, того не желая, встретился взором с тем мрачным воином. Взгляд его холодный, словно змеиный. Ухмылка коварного лиса. Телосложение мускулистого, подтянутого медведя. Цвет рептильных очей ярко-изумрудный. Подбородок с челюстью широки. Серовато-бледная кожа плотно обтягивала кости и сухожилия мужчины. Будто бы он не ел уже тысячи лет. Чёрные, волнистые, длинные волосы собраны в густой, объёмный хвост, из которого виднелись три тонкие косы. На концах их вплетены змеиные, позолоченные черепа. На плечах его мантией свисал пушистый мех угольного оттенка. На вороных доспехах были иссечены золотые, зловещие узоры.

Маленький Арик не знал, что ждать от неизвестного мрачного богатыря, и замер в ожидании. Внезапно, на долю секунды, мальчику привиделся вместо мужчины чёрный скелет. Кости его блестели, будто масленые, а из черепа, где должен был находиться правый глаз, выползла зеленоглазая тёмная змея. Ребёнок вскрикнул в страхе и чуть не отскочил от мужчины, но тот его удержал. В этот момент образ Морены растворился в небытии. Аристарху стало ещё тревожнее, но всё-таки он осмелился задать вопрос:

– Кто ты такой?

Внушительный ростом муж, удерживая крепкую связь между взглядами, начал говорить. Мальчик услышал приятный, бархатистый, низкий голос:

– У меня много имён. Змей, Император Мёртвых, Повелитель тьмы, Чернобог. Выбирай, что угодно, сын мой.

Аристарха поражало слово за словом, а когда услышал про родство с этим внешне прекрасным, но внутри чудовищем, то не поверил своим ушам. Чернобог узрел это в его глазах, а ещё он увидел дикий, первобытный страх и решил испугать сына ещё больше. За мгновение, лицо злодея приобрело отчётливые, змеиные черты. Его пасть раскрылась в демонстрации длинных, острых клыков, из которых тёк едкий яд. Косы Императора воспарили и обратились в трёх змей с ярко горящими, как огни, зелёными глазами. Мальчик с ужаса побледнел и попытался убежать, но вырваться из цепкой руки не смог. В ответ, три гадюки зашипели на бедного ребёнка, вгоняя его в панику. Через некоторое время, Чернобог так же быстро обратно принял человеческий облик.

– Подрастёшь, научу тебя делать так же, – ехидно улыбаясь, сказал Царь Нави, поправляя косы.

– Если ты, правда, мой папа, то зачем так издеваешься? – проронив слезу, заикаясь, проскулил Арик.

– Ради забавы. Захочу, сведу тебя с ума или вообще убью, – с поразительным убеждением произнёс претендент на премию «отец года», а после громко засмеялся.

Этот смех не имел злого или негативного окраса. Чернобог просто забавлялся и подшучивал над своим сыном. В какой-то момент Аристарх это понял, и значительная часть его страха ушла. Мальчику стало интересно, знает ли папа-змей ту девушку, что пела тут.

– Здесь была какая-то тётя. Ты не знаешь, кто это?

– А я думал, ты дольше будешь меня бояться.

Чернобог поднялся с колена, прошёл пару шагов вперёд и, развернувшись к ребёнку, воплотил образ его матери перед ним.

– Удивительно, что ты до сих пор помнишь свою мать. Ведь ты провёл с ней совсем мало времени будучи совсем крохой… Но… сохранившийся в твоей памяти её облик такой яркий и чёткий…

Аристарх был удивлён, но после выходок змея наступило эмоциональное истощение. Поэтому практически никакой реакции не последовало. Он пристально слушал отца, пытаясь приблизиться к истине и найти в нём хоть что-то хорошее. Мальчику пришла навязчивая мысль о том, что его папа-змей не такой уж и злой. Может быть, эта мысль возникла потому, что ребёнок не хотел принимать своё происхождение от чистейшего мрака.

– Имя твоей матери Морена. С Декабря по Февраль она особенно сильна и прекрасна. Если люди заслуживали наказания, она насылала на них кошмары и чуму. Если люди заслуживали дара, она их благословляла. Благородному человеку при смерти она могла дать второй шанс на жизнь.

– Видимо она добрая. И как она тебя, такого злодея, полюбила? – возмущался Аристарх.

– Ты начал мне дерзить?! Быстро же ты страх потерял! – повышая голос на ребёнка с целью испугать, раздражённо гневался Чернобог.

Да на ребёнка уже не действовали его уловки, но это не вывело Императора Нави из себя. В тёмном сумраке на миг даже показалось, что он облегчённо слегка улыбнулся и продолжил рассказ про Морену:

– Мара никогда не была доброй или злой Богиней. Она истинная справедливость этого мира. Однако, скажу, как оно есть. Боги Небес тоже не такие добрые, как принято о них думать. Просто однажды, они выиграли решающую битву за этот мир и его порядки. Меня же запечатали в Нави, сделав пленником своего же царства! Но, за последние годы, печать ослабла. Хоть я всё ещё не могу выйти из подземного королевства, но мои дети уже могут, и у меня есть возможность питать их своей силой.

– Ясное дело, кто победил, того и тапки. Но где моя мама? И почему я не с вами?

– Почему это не с нами? Ты всегда был со мной. Что касается твоей матери, она где-то на небесах, в плену. Нас разлучили через два месяца после твоего… скажем так… рождения. Подробности узнаешь от Вия. Он найдёт тебя, когда ты повзрослеешь.

– Кто такой Вий?

– Твой старший брат.

Казалось, что ничего уже не удивит мальчишку, но каждый раз Змею удавалось поразить своего сына. Из разговора с Чернобогом Аристарх узнал много ранее неизвестного о своих родных. А Император тьмы больше не вызывал у него страха. Даже наоборот, могущество Императора, его властность и сила духа привлекали ребёнка. Маленький росток зла захотел прорасти в огромное ядовитое дерево, подобно его отцу. Змей увидел эту искру восхищения и желание к подражанию. Бог разрушений получил даже больше того, на что рассчитывал.

Семейную идиллию прервал стремительно приближающийся сгусток огня. Пару мгновений после, можно было рассмотреть силуэт огненного зверя, что нёсся в сторону Бога безумия и дитя Морены. Это был волк с огромными, пылающими крыльями. Его мощь чувствовалась из дали, да жар пламени обжигал всё больше по мере приближения. Наконец волк предстал перед Императором и сыном его, во всём благородстве. Аристарх вспомнил, каким Виктор описывал своего покровителя. Перед ними стоял первый сын Сварога – Семаргл. Бог первородного огня, способный приумножать силы Сварожичей и рассеивать даже самую густую и плотную тьму. Во всяком случае, так говорилось в священных писаниях. Насколько это было правдой, никто из смертных не знал. Подняв морду вверх, дикий зверь громко взвыл, да из-под его лап резко выскочили огненные, толщённые цепи, да направились они в сторону Чернобога. Семаргл чуть не сковал Повелителя Нави, но тот успел увернуться, обратившись в огромного чёрного с изумрудными переливами змея. Они стояли друг перед другом, готовые атаковать в любой момент. Отходя в сторону, мальчишка пристально рассматривал полный отцовский облик. Лёгкая улыбка восхищения не сходила с лица ребёнка. На это обратил внимание Семаргл и решил поговорить с ним:

– Не соблазняйся на чёрную магию. Она погубит тебя.

Прозвучал монотонный, уверенный голос волка. Мальчик посмотрел на него и решил поддержать диалог, надменно дерзя:

– А как чёрная магия может погубить меня?

– Что посеешь, то и пожнёшь. Учинённое зло, злом вернётся.

– Я спрашивал о другом!

Недовольно вскрикнул Аристарх и на удивление обоим Богам выступил против волка. Он протянул руку в сторону зверя и резко повернул кисть против часовой стрелки. Из-под огненного животного выскочили костяные руки и схватили его за лапы. Аристарх не останавливался и быстро опустил ладонь вниз и лапы зверя ушли под землю. У него не осталось и шанса, чтобы выбраться. Змей принял облик человека и любуясь на скованного Семаргла изящно скрестил руки с надменной улыбкой на лице.

– Скажу сразу, ты тут не случайно, пёс. Я специально спровоцировал твоего фанатика, поместить частицу твоей души в моего сына.

После услышанного, Аристарх понял, что произошло с Виктором. В нем снова взыграла сильная вина перед приёмным отцом. Император мёртвых обратил свой взор в сторону мальчика и продолжил:

– Ты прав, мальчику нельзя пользоваться чёрной магией. Она отравляет его тело. Если он не будет избегать её, то умрёт и обратится хоть в более могущественного, но костлявого упыря. Ты здесь потому, что я решил дать ему выбор.

– Чернобог пытается спасти своего сына? Что за чушь? Я не верю тебе! – возразил Семаргл.

Царь тьмы надменно засмеялся и, разрушив чары сына, освободил волка. Ребёнку снова стало страшно от того, что он узнал. Всё его желание иметь дело с чёрной магией в миг испарилось. Тем временем, Чернобог говорил:

– Лож придумали Боги небес. Я же самый правый Бог этого мира. Что может быть ужаснее, неотвратимой правды? Она способна даже убить человека. Но сейчас не об этом, – он обернулся к Семарглу спиной и, тяжело вздохнув, произнёс: – Боги Прави в плену у какого-то чародея. Я бы был только счастлив, но моя жена тоже там. Меня тоже ждала бы та же участь, но мне удалось сбежать и спрятать Вия. Младшего же сына, я оставил на самом виду, в качестве наживки, но этот чародей не повёлся на приманку.

– Что?! Я был приманкой?! – возмутился Аристарх.

– Молчать!!! – громогласно приказал Император усопших и продолжил говорить с Семарглом: – Я предлагаю тебе временный союз.

Было видно, как Чернобогу тяжело далось сделать подобное предложение Семарглу. Ведь волк был одним из тех, кто запечатал его в Нави. Однако Императору нужны были союзники, чтобы противостоять таинственному могущественному чародею. А тем временем, Аристарх запутавшись в себе и в том, что происходит вокруг, закрылся от всех. То, что отец использовал его как наживку, сильно ранило мальчика. Семаргл ответил на предложение вопросом:

– Ты делаешь это из любви к Морене и ради воссоединения своей семьи или хочешь уничтожить старших Богов?

– Одно другому не мешает, – ответил Бог зла.

– Видимо ты так сильно её любишь, что готов позабыть о собственной гордости. Не знал, что ты на это способен. А раз так, я согласен заключить с тобой перемирие. Твоему сыну будет доступен мой огонь. Я не дам чернометенам на его теле распространяться дальше. Как только он созреет, я помогу ему найти больше союзников. Таково слово Сварожича.

– Ваше слово ничего не стоит, но коли мы с тобой теперь союзники, я сделаю вид, что оно весомо.

Договор между Чернобогом и Семарглом заключён, а судьба мальчика была решена. Император Мёртвых щёлкнул пальцами и Аристарх очнулся в лесу, в руках у Виктора. Рядом с ними сидел Богдан, ладони которого были сильно обожжены. Однако самообладанию подростка можно было позавидовать. Он непоколебимо игнорировал боль и надеялся узреть какие-то изменения. Ждать долго не пришлось. Навьи чернометены Аристарха были запечатаны Семарглом. По их границе проявилась огненно-оранжевая полоса. Увидев это, Богдан обрадовался и с улыбкой на лице, обнял Арика, который всё ещё приходил в себя.

Проходило время, сын Царя Нави и подопечный огненного волка рос, набирался опыта, знаний и сил. Их дружба с Ксенией плавно обрастала романтическими заигрываниями. Семаргл был против их отношений и убедил Аристарха тайно уйти из семьи Виктора. Сказал, что парень может навредить девушке. Чернобог же активно возражал, говорил, что упускать своё счастье нельзя и другого шанса может не быть. Однако сын отца не слушал, а Семаргла уважал и считал его мудрым богом. В возрасте шестнадцати лет парень ушёл из семьи и пошёл на зов волка.

Глава 3: Пленница безмолвной луны и господин в повязке.

Ночь в почти вымершей старой русской деревне была холодна и мрачна. Молодёжь давно уже разъехалась по городам. Ветхие дома пустели, в некоторых жили старики и старухи, да их уже взрослые дети, что в городах не прижились. В лесах неподалёку от этой деревушки завывали свои серенады волки, им подыгрывали совы, а освещалась тёмная ночь с окон домов, да небольшими скоплениями светлячков.

Перед одним из домов на скамье сидели три старухи да обсуждали трагедию, что произошла пару лет назад. После этого ночью стали пропадать дети и мужики распутные. Мимо них прошёл парень молодой в чёрной повязке на глазах, увешанной небольшой золотой цепью, а слева на ней была закреплена красная роза. Одет он был в строгий дорогой чёрный костюм, а поверх него бархатистое пальто того же цвета. На руках перчатки. Причёска не дешёвая. Бока стрижены покороче, тёмные волосы хорошо уложены. Красив, чертяга. Не иначе как олигарх или колдун вонючий. К слову, парфюм у него приятный. Роза, нотки кедра да еле уловимый розовый перец.

Поймал он слухом бабьи сплетни, а те говорили о том, как девушка молодая погибла. Неописуемой красоты умница была, но зачахла с горя. Сначала мать у неё убили из-за самогона, который та отдавать даром не хотела. Потом суженный ряженный оказался не слишком-то и суженным, а бессовестным курощупом. Под любую юбку заглядывал и каждую бабу бесстыжую, красивее чучела, на сеновале мял. Поздно об этом невеста несчастная узнала, ребёночка уже под сердцем носила, которому не суждено было родиться. Возненавидев своего жениха и потеряв из-за этого дитя, через три месяца девушка умерла от глубокой тоски и печали. Её нашли у себя в комнате. Бедная девушка сидела на кровати, обнимая, словно дочь малую, куклу, что когда-то подарила ей мать.

Из старушечьего бубнежа молодой мужчина в чёрном понял, что дух девушки не упокоен и ночью она по деревне бродит. Похожа на полуночницу по описанию. Ищет мужей неверных, чтобы убить, да детей малых забирает, чтоб им матерью стать. Но не станет никогда, ибо являлась она призраком проклятым и могла лишь приносить горе, болезни и смерть.

В отличие от обычных духов, проклятые имели плоть. К ним могли прикоснуться, а также увидеть. Однако прикосновения к ним влекли хворь, проклятья и гибель, но не для всех. Жители Нави и представители тьмы могли взаимодействовать с ними без последствий.

Юноша решил к бабкам подойти да поговорить. А те глаза как вытаращили на него, будто демона в дорогих одеждах увидели. Бабка та, что справа сидела, была почти слепа, но ещё соображала и слышала неплохо. У средней старухи тоже котелок хорошо варил, да вот только практически все зубы сгнили и изо рта отвратно пахло. Слева тихонько сидела старушка совсем плоха здоровьем. Слабо слышала она, глаза вот-вот потеряют свою последнюю краску, да и волос на голове седых мало осталось.

– Здравствуйте, девушки красивые. О чём говорите? – прозвучал мягкий, низкий, хрипловатый голос нездешнего парня.

Две старухи засмущались. Им было лестно, что их назвали девушками, а тем более какой-то юноша. Но слабослышащая старушка его не расслышала.

– Чего-чего? Какие дедушки куролесили? – переспросила она.

– Он сказал «девушки красивые»! – громче сказала бабка рядом, а затем заговорила с молодым мужчиной: – Ты прости её, старая совсем наша Федора, плохо слышит. Как тебя зовут и что с твоими глазами, сынок?

– Зовите меня Виталий, с моими глазами всё в порядке, просто я экстрасенс и повязка помогает мне выявлять злых духов, – ответил незнакомец.

Насколько это было правдой, известно только ему. Федора опять не расслышала и почему-то возмутилась.

– Чего-чего?! Экстрасекс?! Ах ты бесстыдник!!!

– Нет же, он экстрасенс! Манда ты глухая! – почти ругаясь, поправляла старушку бабулька рядом.

– Тише, девчонки, не ссорьтесь, – успокаивал неизвестный, названый Виталием, а затем продолжил: – Расскажите мне лучше про ту несчастную девушку и где найти её дом?

Мужчина узнал всё, что ему нужно было, и направился к дому бедной Наташи. Так звали ту несчастную, по словам старух.

Деревня была небольшой, и путь к дому Наташи оказался недолгим. Подойдя к дому, таинственный мужчина понял, что, несмотря на пустеющее жильё, он не сможет войти в него. Над входной дверью висел чертополох и не пускал нечисть в старый ветхий дом.

«Значит, её дух тоже не может войти.»

Подумал парень в чёрном и решил подождать её около него. Может быть, она захочет вернуться? А если придёт за ребёнком каким, он об этом узнает. Ибо слух его был крайне острым, особенно на проказы чертей и проклятых духов. Таинственный юноша подошёл к дому, обернувшись к нему спиной, сел на землю и расслабленно прижался к стене, закинув руку под голову. Через некоторое время он уснул.

Прошло пара часов, послышался гул, но не от ветра. Призрачный тёмный сгусток постепенно приобретал силуэт молодой девушки, приближаясь к незнакомцу, что пристроился около её дома. Девица была хороша собой. Миловидная внешность, стройная фигура, серебристо-белые шелковистые длинные волосы и такой печальный, да одновременно пустой взгляд. На ней было чёрное свободное, длиной по колени, рваное платье на тонких лямках. Приблизившись к юноше, несчастная Наташа не могла понять, спит ли он или нет. Под повязкой не было видно его глаз. А мужчина уже не спал. Он затаился в ожидании её дальнейших действий. Через несколько мгновений призрачная дева оказалась настолько близко перед ним, насколько это было возможно. Склонившись, она начала рассматривать его лик. В это время парень неспешно стягивал с себя перчатку, обнажая кисть руки с длинными и острыми, как лезвие бритвы, когтями. Заметив, что она тянется к его губам за поцелуем, он решил не мешать и этим ослабить её бдительность.

– Вот бы ты полюбил меня и женился на мне, – тихо произнесла Наташа перед тем, как поцеловать его.

Вдруг проклятый призрак истошно закричал. Мужчина в повязке вонзил под ее ребро свои когти и начал вытягивать из неё силу, подобно вампиру, испивающему кровь жертвы. Второй рукой он удерживал призрака, но через какое-то время она всё же вырвалась, тут же отлетев от него подальше. Парень встал, отряхнувшись, ухмыльнулся.

– А ты намного сильнее, чем я ожидал. Хорошо. Напитаюсь тобой на несколько месяцев вперёд, – произнёс он, подходя к Наташе.

– Кто ты такой?! – со страхом прокричала она, а голос её сопровождался сильным порывом ветра.

– Я первый Принц Нави… Вий… – сказал юноша и, неспешно направляя руку к повязке, улыбнулся.

Улыбка была зловещей, хитрой, но и одновременно с тем притягательной. Основное оружие Вия – это его взгляд. Посмотрев ему в глаза, живые безвозвратно обращались в камень, а мёртвые выполняли любой его приказ. Также ему доступна чёрная магия, но, чтобы пользоваться ей, он должен черпать энергию проклятых. Эта полуночница идеально ему подходила для восполнения своих сил.

Вий в одно лёгкое движение стянул повязку с глаз, а затем взглянул призраку девушки в очи. Взгляд его завораживающий, чарующий. Будто весь мир сокрыт в нём. Каждый видел в глазах Вия, что так сильно хотел видеть. Однако цена за ежесекундную эйфорию была высока. Наташа попалась в эту ловушку, и уже не было шанса сопротивляться. Перед ней открылся мир, где она любима своим мужем, а детей полный дом, да мама жива и блинчики печёт. В образе её мужа выступил сам первый Принц мёртвых. Подобно богомолу, проклятая девушка сама подставила голову на отсечение в экстазе.

– Счастлива ли ты, любимая? – сладостно спросил Вий и снял вторую перчатку, подойдя к Наташе.

Она искренне улыбнулась и кивнула в ответ. Он дал ей то, чего она не получила при жизни, и то, что искала после смерти под силой проклятия. Последние мгновения несчастной девы будут в приторных видениях, навеянных его высочеством. После её душа распадётся и исчезнет навсегда.

– Теперь ты со мной, и так будет всегда. Ты моя.

Промолвив сладкие слова, он приобнял её и приголубил. Девушка прослезилась. Спустя два года душевных терзаний проклятия и страданий от одиночества в ночи, она почувствовала себя счастливой.

Вий вонзил свои когти в душу и начал поглощать её. Наталья не чувствовала боли. Она нежилась в грёзах, и с каждой секундой они становились всё слаще и страстнее, а силы девушки всё убывали да убывали. Принц Нави уничтожил бы дух бедняжки, но вдруг сзади послышался ехидный смех старухи. Вий обернулся, да увидел рядом с собой летящую деревянную ступу и метлу, которая вот-вот ударит по его глазам. В ступе сидела старуха в лохмотья одетая. Нос её горбатый, да слева на нём огромная бородавка, волосы седой соломой и зубов почти не осталось. Вдарила она метлой по Принцу так, что он упал, отлетев от своей жертвы.

– А ну надень свою тряпку на глаза, пока я тебе их не выколола! – угрожая, ругалась бабушка.

Голос этой старой ведьмы Вий узнал бы из тысячи. Это была Баба-Яга, старуха, что растила его по просьбе Владыки. Принц повязал повязку, закрыв свои пурпурно-розовые очи от посторонних, да перчатки надел.

– Зачем ты вмешалась? – с недовольством спросил он.

– Эта девка мне детишек приносит, не сыскав у них любви как к матери. А за это я о ней забочусь, как о дочери родной. Полуночницы такие дурёхи. Сделают всё ради того, чтобы их любили. Так что её трогать ты не смей!

Пальцем пригрозила, а после рукой махнула в сторону Наташеньки, да та и исчезла.

– Пошли со мной, я тебя накормлю, да спать уложу, а завтра поутру отправишься в путь.

Вий согласился. Путь ему предстоял долгий и полон опасностей. Не будет лишним поспать чуток в мягкой тёплой постельке. Сидя в ступе, помела злая баба метлой, полетев в сторону тёмного леса, да первый Принц за ней последовал. Освещали им ночной мрак среди длинных деревьев заколдованные Ягой светлячки, что вперёд них летели.

– Нашёл братца-то своего? – задала старая вопрос.

– Нет. Но скоро найду. Если он станет мне обузой, заберу силу и прикончу его.

Вий был жестоким и прагматичным циником. Для него что кровные, что любовные узы веса не имели. При себе он держал только полезных существ, от остальных он просто избавлялся.

– Не боишься гнева отца?

– Он ушёл с ним, а меня оставил. Какое мне дело до его гнева? К тому же, если убью отца, вся его мощь станет моей, – невозмутимо и холодно промолвил Вий.

– Ах ты паршивец неблагодарный! – возмутилась Яга и ударила его метлой по хребту, а затем продолжила: – Я тебя растила, кормила, поила, а ты хочешь сказать мне, что тебе у меня плохо жилось? Получай! – вновь его помелом огрела, да всё ругалась: – Ещё и на Владыку зуб точишь?! Да как посмел допустить даже мысль об этом?!

– Мне с тобой жилось хорошо, если не считать того, что ты меня всё время хотела съесть, когда я был маленьким, – защищаясь от помела и отряхиваясь от грязи да пыли, летящей с него, сказал Навий Принц.

– Кто же виноват, что ты был таким сладеньким мальчиком. Но не съела же.

– Ты пыталась отрезать мой мизинец! – вскрикнул он, возмущаясь.

– Ать!!! – снова старуха метлой его ударила, да руки в боки поставила: – Пожалел ты пальчика для бабушки любимой! У тебя их двадцать. Мог бы одним поделиться, но нет, жалко тебе было!

Успели они поговорить о многом, покуда шли к жилищу бабуси. Старая и молодой давно не виделись, потому им было что обсудить.

К избе подойдя, Яга выпрыгнула из ступы, да приказала жилищу своему воротиться передом к ним. Дом бабки поднялся, и из-под него показались куриные ножки. Они-то его и держали. Развернувшись входом к Вию и горбатой старухе, дом резко и неаккуратно опустился вниз. Даже послышалось, как что-то внутри упало.

– Да что ж ты как медведь косолапый! Никакой грации! – проворчала бабка и неуклюже поковыляла к дому.

Её левая нога совсем сгнила, аж кость была видна. Потому и хромала неуклюже. Подойдя к дому, начала неспешно по ступенькам подниматься. Вий решил Ягу подхватить под руку да помочь. Может быть, ему не хотелось ждать её, а может, это проявление заботы. Бабка посмотрела на Принца с лёгким удивлением и не могла понять, что у него на уме. Он невозмутимо смотрел вперёд. К тому же зеркало его души было скрыто от всех под чёрной повязкой. Это было его преимуществом. Никто никогда не сможет счесть эмоций Вия, которые в себе таит он. Принц же под тёмной тканью всё прекрасно видит, потому что заколдована она.

– Эх, была бы я моложе, околдовала тебя и Владыки бы не побоялась. Видный ты, за тобой небось девки табунами ходят, – покачивая головой, улыбаясь во все четыре гнилых зуба, восхищалась бабка.

Вий посмотрел на неё с недоумением, однако после ухмыльнулся и просто ушёл в свою комнату. Там всё лежало так же, как и в день его ухода. Разве что было прибрано. Детские игрушки, книжки, гантели и другие спортивные принадлежности. Сама спальня была просторной и уютной, несмотря на старые обои и пауков в углу. Всё это напомнило о его, бесспорно весёлом, детстве да юношестве. Принц снял пальто, повесил его на стул у стола, за которым когда-то учился всякому, что бабка знала. Немножко математики, чутка литературы, великий русский она ему вбивала, правда, как сама его понимала. Но колдовские науки ему для изучения были открыты самые разные. От самого простого до запретного и жуткого. Его познания в чёрной магии бесценны. Возможно, Чернобог на это и рассчитывал, когда отдавал своего старшего сына Яге.

Разувшись, Вий лёг на скрипучую, старую кровать, и его рука невольно прикоснулась к ковру, который висел на стене над постелью. Скрип под ним и мягкость ковра, а также его восточные, гипнотические узоры грели его высочеству душу. Поглаживая пушистый ворс незамысловатого полотна, Принц засыпал с мыслью о том, что вернулся домой. Разные воспоминания крутились в полусонном разуме. В том числе и первая злодейская шалость против этого самого ковра. То, как великий и ужасный первый Принц Нави вешал свои козявки на его обратную сторону. Как же хорошо, когда есть что вспомнить. Вий сладко засыпал.

В какой-то момент он почувствовал, как кто-то развязывает его галстук. Открыв глаза, он увидел Наташу, однако девушка пока не знает, что прервала его сон. А парень был в повязке и решил снова понаблюдать за её действиями. Она осторожно развязала галстук и, тихонько подняв ворот рубашки, неспешно извлекла его из-под Вия. Затем проклятая душа принялась стягивать с него перчатки. Медленно и аккуратно, чтобы не разбудить. Снятые вещи она красиво сложила на стол и вернулась к якобы спящему парню. Прикоснувшись к его щеке, несчастная прошептала:

– Мои касания тебе не вредят. Значит, мы можем быть вместе. Не знаю, что ты со мной сделал тогда, но я хочу ещё.

При жизни девушка не была такой наивной и легкомысленной, да к мужикам так не лезла. Всё это навеяно проклятием. Снять проклятие с полуночницы можно. Нужно, чтобы кто-то искренне полюбил её и сказал об этом. После её миссия в мире Яви будет выполнена, и она сможет упокоиться в мире Нави, в обители умиротворения под названием «Славь». Навь огромна, и это не только чистилище для бесов и злых духов, как принято считать.

Наташа медленно склонилась перед губами Вия и хотела поцеловать его, но тот остановил её своим вопросом:

– Зачем сняла с меня перчатки и галстук?

– Ну в них же неудобно спать, особенно в галстуке, – оправдывалась девушка, гладя его по щеке.

– Ты мешаешь мне, уходи, – холодно произнёс он.

Несчастная немного отодвинулась от него, сев на кровать да печально задав вопрос:

– Ты завтра уйдёшь?

– Тебя это не касается, – с долей агрессии ответил он.

– Забери меня с собою. Пожалуйста. Обещаю, сделаю всё, что скажешь. Буду помогать тебе во всём, чем смогу. У Яги есть кольцо с серебренным камнем в виде полумесяца. Она связала меня с ним. Забери его, и я после каждого заката буду появляться рядом с тобой.

Молила Вия о собственном рабстве бедная Наташа. Он хотел ей отказать, но в этот момент в его голову пришла идея, которую он подсчитал гениальной. Он много знал о проклятии полуночниц, если их всё время разочаровывать и предавать, то духи усиливаются. А беловолосая красавица будет с ним связана и никуда не денется. Если будет нужна мощная подпитка энергией, то достаточно просто разбить ей сердце, напитаться, а после приголубить и поцеловать. Под действием проклятья дух девушки простит всё. Вий присел, приблизился к Наташе так близко, будто казалось, что они вот-вот поцелуются.

– Ты так хочешь быть моей? – с хитрой ухмылкой сладкоголосый парень ловил свой шанс, соблазняя девушку с трагической судьбой.

– Да, только люби меня, – ответила Наташа, не понимая, в какую западню она сейчас так стремится прыгнуть.

– Мою любовь тебе придётся заслужить. Но я вижу, ты девушка хорошая, красивая и, что для меня самое главное, покорная. Ты мне уже начинаешь нравиться. Будешь паинькой, и я буду любить тебя, как никто другой.

Сладкие слова лживого лицемерия Вия вскружили голову проклятой душе. Он резким рывком впился в губы Наташи, начав с животной страстью целовать её. Циничный Принц мёртвых решил воспользоваться ещё и телом несчастной.

На рассвете, с первыми лучами солнца девушка исчезла. Парень этого не заметил. Спал как убитый после страстной ночи с полуночницей. К полудню с трудом он проснулся, неспешно оделся и, пройдя к умывальнику, сполоснул лицо прохладной водой. Яги дома не было. Видимо, кто-то умер, и она пошла сопроводить душу в Навь. Сама судьба благоволила Вию. Ведь ничего не мешало найти и украсть кольцо, о котором говорила Наташа. Пройдя на кухню, Принц увидел корзинку с едой, редкими эликсирами и целебными зельями, заботливо приготовленную для него бабушкой с костяной ногой. Неужели он всё же обокрадёт старую ведьму? Да. Вий направился в комнату Яги, чтобы найти там нужную ему вещь. Покои старухи ничем не выделялись. Разве что там валялись книги по чёрной магии, стояло большое старинное зеркало, по стенам ползали крупные пауки и барабашка ходил, охранял. Маленькое существо с мощной защитной магией и кусается больно. На вид миловиден, похож на старца косматого, волосы тёмно-русые, густые и длинные брови укрывали огромные голубые, как море, глаза. Нос крупный, под ним усы и объёмная борода до пола свисала. Звали его Яшкой. Увидел маленький старичок Вия и нахмурился, а глаза его покраснели. Он ощутил, что тот хочет украсть что-то, потому и разгневался.

– Чего пришёл?! Сюда нельзя, гуляй отсюда! – прозвучал злобный голос старого деда.

– Пропусти меня, иначе я пройду через твой крохотный трупик, – холоднокровно и с надменностью произнёс Принц Нави.

– Я дух-хранитель, думаешь, твои уловки на меня подействуют?!

Яшка был уверен в своих силах. Опыта ему было не занимать. И не таких колдунов повидал за свою длинную жизнь. Вий ухмыльнулся и, присев на колено, потянулся стягивать свою повязку. Тут же барабашка закрыл глаза, и брови его вниз припали, дополнительно прикрыв очи. Принц увидел, что старец напрягся. Парень подумал, что испугал мелкого скрягу, но через несколько мгновений горько пожалел, что недооценил своего противника. Яшка смачно и громко пернул. Едкий запах распространился по всей комнате, и как только Вий его почувствовал, то начал задыхаться. Его глаза заболели и заслезились так, что он открыть их не мог. Через какое-то время он замертво упал. Барабашка отвернулся от него и начал заниматься своими делами.

– Вставай и уходи, иначе моя газовая атака повторится! – сказал старый дед.

Однако Вий лежал будто мёртвый, то ли сознание потерял, то ли выжидал чего-то. Глаза старого вновь приобрели голубой цвет.

– Ваше высочество, прекратите притворяться. Я всё равно не посмею взглянуть вам в глаза. Кто я, а кто вы, хи-хи-хи, – с ироничной издёвкой ёрничал Яшка-барабашка.

Вий пролежал так некоторое время. По нему начали ползать пауки. А дедушка прибирался потихоньку. Один большой паук заполз прямо на лицо Принца, но и это не заставило его пошевелиться. Яшка расслабился, ослабил бдительность и не заметил засады. Когда старик проходил мимо зеркала, Вий резко приподнялся, опустил повязку и кинул паука в отражающую поверхность, что был на его лице. Дедушка невольно бросил взгляд на то, как насекомое отбилось об зеркало, и оказался пойман молодым колдуном через отражение. Теперь маленький старец был под полным контролем Принца мёртвых.

– Сюда иди, – снимая перчатку с левой руки, раздражённо произнёс его высочество.

Вию стало доступно самое сокровенное желание духа-хранителя. Яша хотел вернуться в то время, когда Принц был ребёнком, чтобы каждый день беззаботно играть с ним. Барабашка хотел вернуть маленького и непоседливого друга.

Невысокий старец подошёл к тому, кто его контролирует и хочет убить.

– Хочешь поиграть, значит? – спросил с надменным тоном Вий, а после ухмыльнулся и продолжил: – Хорошо. Давай поиграем в последний раз.

Принц схватил дедушку правой рукой и прижал к себе, готовясь вонзить в него свои когти. Сознание же старца было занято навеянными иллюзиями, а связь с явью была утеряна. Он хотел ещё раз пошалить с мальцом над бабой-Ягой, поиграть в прятки, побегать в лесу, собрать для него любимых сладких ягод. Он бы хотел уложить ребёнка спать и рассказать ему страшную сказочку на ночь. Внезапно появилась иллюзия, которая до глубины души поразила Принца. Главная мечта старика – увидеть то, как Вий станет Императором Нави. Как давний друг, он желал ему самого лучшего. Парень отпустил деда, передумав его убивать, однако наказать всё же хотел.

– Ты плохо себя ведёшь с будущим Императором Нави, но на первый раз я тебя прощаю. Ты что-то исхудал. Нужно хорошо питаться, иначе здоровье загубишь. Съешь всех пауков в этой комнате… живьём, – последняя фраза была наполнена жестокостью. Похлопав старичка по щеке, Вий продолжил: – Запомни мою заботу и милосердие, друг мой.

Юноша поднялся с пола и принялся искать то, зачем пришёл, а стариц принялся есть пауков. Их волосатые твёрдые лапки так и хрустели между ушей, многочисленные глазки лопались во рту, а под натиском зубов расходились маленькие тельца, из которых сочились зелёные кисловатые соки. Насекомые сопротивлялись да ядовито кусались, но Яшке было всё равно. Под действием заклятия первого Принца он выполнял его приказ, не обращая внимания на всё остальное. Когда Барабашка придёт в себя, долго не сможет избавиться от противного привкуса во рту. Придётся залечивать раны от укусов пауков и снимать последствия их ядов.

Злодейски-милосердный Вий равнодушно рылся в вещах Бабы-Яги. Долго искать не пришлось, кольцо лежало в выдвижном ящике тумбы, что стояла рядом с кроватью. Взяв его, он понял, что оно будет ему мало, и с помощью колдовства переделал его в крупный перстень из навьего железа, оформленного рунами, но с тем же полумесяцем. Надев перстень на безымянный палец левой руки, он почувствовал некую связь с очень знакомой аурой. Закрыв глаза на долю секунды, Принц увидел образ Наташи, и стало понятно, он не ошибся с кольцом. Воодушевлённо ухмыльнувшись, сын Чернобога надел перчатку и направился к выходу. Выйдя из комнаты Бабы-Яги, он вернулся на кухню за корзиной и, забрав её, ушёл.

Путь Вия лежал через ту деревню, в которой он был ночью. Заметив толпу людей около дома, перед которым вчера сидели три бабушки, прислушался к ней. Народ скорбел, и из их разговора стало понятно, что та глухая старушка Федора скончалась. Левый уголок губ Принца немного приподнялся в лёгкой ухмылке.

– Надо же, я обязан какой-то старой глухой карге за такое удобное отсутствие моей любимой бабушки, – тихо произнёс надменный циник и пошёл дальше, следуя за намеченной целью.

Глава 4: Три лесные ведьмы.

Пять с лишним лет прошло, как Аристарх ушёл из семьи Донских. В этот день Ксения сидела перед небольшим озером. Вода его была чистая и незамутнённая, да рыбки виднелись в ней. Рядом расстилалась цветущая поляна, что радовала глаз. Росли на ней цветы различные, всех оттенков радуги. Воздух там особенно свеж и сладок. Лёгкий ветерок развивал тонкие длинные тёмно-русые волосы молодой румяной девушки. Очи её цвета мрачного янтаря сияли на солнце, словно Млечный Путь в ночи. Ксюша была так похожа на свою покойную мать, только ещё прекраснее, будто какая-то Богиня решила приумножить её природную красоту. Она так часто приходила на эту поляну, что её нежная кожа впитала чарующий аромат здешних цветов. Он хорошо подходил миниатюрной хрупкой девушке, подчёркивая образ хрустальной леди. Но то было лишь обманкой. На деле же Ксения закончила факультет «Небесных Стражей», прошла подготовку по боевым искусствам и была грациозной да проворной, что делало её ещё более опасной для своего врага. Однако девушке всё равно не стать образцовой защитницей Небес. Несмотря на все её таланты, Донская была крайне ленива и сердобольна. Лишать жизни даже беса ей было жалко, и вставать рано она тоже не любила. Плюс ко всему характер у неё был скверный. Старшим по статусу и званию могла нахамить так, что всем за неё приходилось извиняться. В том числе и её отцу, который был не последним чародеем в Небесной Прави. Как-никак один из трёх главных старейшин. Но все эти события дней минувших. Сейчас озорная девчонка живёт в мире Яви, в одном лесном домике с двумя подругами. После исчезновения Арика она впала в депрессию и не могла находиться в родительском доме. Сначала она поступила на защитный факультет и жила в общежитии, а после учёбы Ксения вместе с Сашей и Евой, так звали её подружек, переехали.

Приходила она на эту поляну, чтобы побыть в уединении и вспомнить Аристарха. Вспомнить о том, как они чуть не поцеловались, но в последний момент его кто-то будто бы одёрнул. Пофантазировать, каким бы этот поцелуй мог быть. Могла ли их маленькая романтическая шалость перейти во что-то большее? Увы, Аристарх и Ксения об этом не узнают никогда.

Спустя какое-то время в поле невиданной красоты пришла Александра. Девушки были знакомы с самого детства.

Родители Шуры – выдающиеся целители Небесной Прави, вот только к ним мало кто ходил. Ибо оба они чтили Морену, Императрицу Нави. Редко она брала чародеев под своё покровительство, но все избранные Мары были крайне одарены.

Ксении едва исполнился месяц, когда она серьёзно заболела. К кому Виктор не обращался, все лекари Прави не могли понять, что с ней, и помочь. Безутешный отец, конечно, догадывался, что никто ему не поможет, кроме служителей Богини зимы. Но надежды всё же чаял на то, что найдёт людей, которые исцелят его дочку, и ему не нужно будет связываться с последователями Морены и Чернобога. Но в конце концов ему всё же пришлось пойти к Анне и Кириллу Вороновым. Те сразу поняли, в чём дело, и излечили младенца. Виктор им был крайне благодарен и впредь лечение своей дочери доверял только им. Так и познакомились девчонки почти погодки, и с годами дружба их лишь крепла.

Поляна та ранее безжизненной пустошью с мутным от отходов болотом была. Три подруги нашли это место и очистили его. Покровитель Евы был Велес. Хранитель всех лесов, защитник зверей да птиц и владыка земель плодородных. Саша же поклонялась Мокоши. Та тоже отвечала за плодородие, а также была повелительницей магии Яви. Знахари, заговорщики, шептуны, ворожеи да ведуны, все питали свои силы от этой Богини.

Ева и Шура с помощью своих чар превратили безжизненную землю в цветущий сад, а грязное болото, в котором давно уже зачахли его обитатели от химических отходов, с тяжким трудом очистили. Донская, конечно же, тоже им помогала, но нужных магических навыков у неё в арсенале для этого не было. Однако физическая сила тоже пригодилась. С тех самых пор это озеро стало символом их дружбы, а также местом, где они могли побыть наедине с собой. Освежить мысли, поплакать в трудный час, покружиться среди цветов от радости или помечтать о чём сердце трепетно сжималось в груди.

Подойдя к Ксении, Саша надела себе на голову цветочный венок, что сплела по дороге сюда. Чародейка имела привлекательные, но одновременно зловещие черты лица. Цвет глаз лишь добавлял ей устрашения. Бордово-красные очи с оранжевым отливом напоминали угасающую алую звезду, которая вот-вот превратится в сверхновую и ослепит всех своим сиянием. Волнистые саженные пышные локоны свисали до самого пупа. Лебединая осанка, ухоженные ноготки, изящная фигура, а также грациозность пантеры придавали ей аристократичности. Одета серьёзная леди была в короткий белый топ, юбка длиной до пола в хохломской росписи, белые балетки, а под ними капроновые подследники. Саша любила смягчать свой грозный вид нежными образами. Ксения же носила чаще всего спортивные костюмы в чёрных и красных тонах. Из обуви она предпочитала берцы. Их у неё было три пары. Все в её любимых цветах, и одна пара была для зимы.

– Ты всё о нём да о нём думаешь, а он уже небось себе другую нашёл, – стояла сзади подруги Саша и молвила: – забудь его, мужиков что ли мало?

Тяжело вздохнув, поднялась с земли Ксюша и обернулась к подруге. Посмотрев той в глаза, она с горечью ответила:

– Возможно, ты и права.

– Ладно, пойдём домой. Я блинов испекла, – погладив её по плечу, сказала Шура.

А Донская вспомнила, что Ева на диете, и начала возражать:

– Стой, Ева же на диете, а ты приготовила блины?

– Да, масленые, жирные, м-м-м. Вкусненько!

Тут даже и понимать ничего не пришлось. Саша и Ева снова поругались.

– Вы каждую неделю собачитесь, не надоело? – с осудительным взглядом, подняв бровь, спросила Ксения.

– А я чё? А я ничё, – в шутливой форме ответила ей подруга, да за нос взяла и потискала, а после продолжила: – Ты же нас знаешь. К вечеру мы помиримся.

– Из-за чего хоть поругались?

– Она постирала свою розовую кофточку с моими белыми брючками. Сама догадаешься, что произошло? – хлопая глазками, ёрничала девушка.

– Я поняла тебя, – ответила Ксения, в мыслях осуждая Сашу, а затем, развернувшись, позвала её за собой: – Пойдём домой. Я не завтракала. Хочу есть.

«Насколько же это мелочно. Неужели нельзя не ссориться по пустякам? Только портят этим нашу дружбу. Какая глупость».

Всё думала об взаимоотношениях своих подруг Ксения. У молодой девушки, как и у всех людей, было много изъянов в характере. Считать себя умнее других и осуждать за, как ей казалось, глупости, было не чуждым. Однако своими мыслями насчёт окружающих она ни с кем не делилась. Поэтому среди большего числа знакомых к ней хорошее отношение. Но если бы они узнали, что Ксения о них думает, сильно бы удивились.

Дом девушек был недалеко. Сам Велес укрывал его за лесами от незваных чужаков, заставляя их блуждать по бесконечным извилистым тропам, покуда назад не уйдут или не встретят смерть. Само жилище было небольшим, но уютным. Казалось, что в этот дом вросло огромное дерево, но нет. Эта двухэтажная изба и есть живое дерево, покрытое снаружи каменной плиткой. Слева находилась лестница на террасу второго этажа, украшенная цветами и уличными фонарями. Вдоль тропинки к дому росли растения, за которыми тоже ухаживали. Избу себе вырастили Шура и Ева, ну а Ксюша, как и в случае с прудом, помогала чем могла. Внутри было всё просто, если не считать расписных вручную Евой обоев. На них были изображены древнеславянские магические руны и некоторые Боги Яви. Почти вся мебель была старой и потрёпанной, а что-то даже разваливалось. Посуда тоже роскошной не выглядела.

«Чем богаты, тому и рады.»

Поговаривала всё время Саша лишь бы не работать, однако хорошо жить всё же хотела. Но мало чего для этого делала. Ева же всё ещё училась на факультете травников в Небесной Прави. Зарабатывала из них троих только Ксения, и то обманывала всех вокруг. Два года назад устроилась уборщицей в офисе, чтобы подкопить денег на съём квартиры в ближайшем городе. Сняв её, она стала строить из себя ведьму-гадалку. Наряжалась и малевалась так, будто снова вернулись в моду эмо и готы. Однако чувствовались в образе Ксении притягательность и элегантность. Этим обманщица и подкупала честной народ. Когда в съёмной квартире появились первые клиенты, она тут же уволилась с работы, и деньги полились на неё рекой. Большая часть её клиентов были женщины самых разных мастей и финансовых положений, но обирала она их всех с одинаковой жадностью. Однако они всё равно считали Ксению приятной юной девушкой, потому что умела на уши присесть и всякие сласти напеть.

«Какие же наивные дураки, говоришь им примерно одно и тоже: «Сначала случится что-то очень плохое, но ты всё преодолеешь, и всё будет хорошо», а те и верят. Ха-ха-ха, заговоры и привороты, что для них делались, были туфтой. Не буду же я вредить невинным людям из-за просьб каких-то кретинов. Одной стерве, которая меня взбесила своим поведением, я дала трёхлитровую банку с водой из сливного бачка и велела пить каждое утро натощак, чтобы вышел весь негатив, но процесс будет неприятный. Так она месяц с горшка не слазила, а после пришла, отблагодарила меня и отдала полмиллиона рублей. Как жаль, что говно в ней всё равно осталось.»

Вспоминала своих клиентов Ксения, презирая тех за глупость. Однако были и те, кому она всё же содействовала. Таких было немного, однако она считала, что справедливость обошла их стороной, и старалась исправить это хотя бы чуть-чуть. Также девушка не лечила больных. Таким людям чародейка и обманщица сразу говорила, что она шарлатанка, и убеждала их обратиться ко врачам. Особенно старалась убедить стариков и родителей с больными детьми. Про огромную выручку от своего мошенничества подругам Ксения не говорила. Приносила денег столько, сколько было необходимо.

«Саше и Еве необязательно знать, сколько я сегодня заработала, дуря людей. Счастье и деньги любят тишину. Продолжу говорить, что убираюсь в офисе и большую часть зарплаты отдаю им, потому что я хорошая подружка и так люблю этих нахлебниц. Всё равно продолжу с ними жить, мне с ними весело. Да и кто будет их содержать? Люблю этих глупышек.»

С такими мыслями она вернулась домой после первого дня работы экстрасенсом.

По возвращению домой Ксения и Саша помыли руки и пошли на кухню завтракать. Там их ждала злая и голодная Ева. Волосы цвета клубничной сладкой ваты, заплетённые вместе с голубой шёлковой лентой. Щёчки сдобные, будто свежеиспечённые булочки. Нос слегка картошкой, усыпан веснушками, словно мелкой крошкой из молочного шоколада. На коже оттенка ванильного мороженого был персиковый румянец, а губы яркого окраса, подобно вишнёвому сиропу. Глаза зелёной карамелью, в которой намешаны цветные сладкие блёстки. Короткий синий топ на завязке на шее оголял красивые плечи, а светло-розовые свободные джинсы подчёркивали её кроткий вид. Но внешность обманчива.

Ксения познакомилась с Евой Воробьёвой в школе. Они были одноклассницами, однако подругами стали не сразу. Их отношения время от времени менялись. То они чуть ли не на крови клялись в верной дружбе, то становились друг другу кровными врагами. Ева была из небогатой семьи и завидовала Ксении. Ведь она была дочерью старейшины и имела недурное положение в обществе, и многие хотели с ней дружить. Бедная девочка тоже хотела так же жить, чтобы все бегали вокруг неё, учителя боялись поставить низкую оценку, чтоб все мальчики носили портфель, а старшеклассники к ней хорошо относились. Но в этом не было искренности, всё делалось ради собственных интересов, и Донская хорошо это осознавала, с удовольствием пользуясь всеми. Однако по-настоящему она дружила только с теми, кто от неё ничего не хотел получить взамен. Ева этого не понимала. Девчонка часто пыталась подражать своей однокласснице. Старалась покупать те же ручки, тетрадки, карандаши и прочие школьные принадлежности. Что-то было не по карману, но она находила аналоги дешевле, а в периоды дружбы Ксения сама делилась своими вещами.

«Папа купит мне ещё, да получше старого… И… может… Еву это порадует…»

Думала маленькая хитрюга про себя. Годы шли, менялись и интересы. В возрасте, когда девушкам начали нравиться парни, они разругались в пух и прах. Яблоком раздора стал Аристарх. Ксения начала встречаться с ним, и Еву привлекала их романтика тайных запретных отношений. Арик явно был не из Прави, а может даже и не с Яви. Сначала Донская рассказывала Воробьёвой о своих секретных свиданиях с Аристархом.

«Вчера ночью, пока папа и Богдан спали, мы сбежали в явный мир. Гуляли в парке до самого рассвета, любовались звёздами и не заметили, как пролетело время. Его необычные глаза сливались с ночной тьмой, но, когда он смотрел на меня, они почему-то становились ярче и, сказать честно, так завораживали. Его взгляд заставляет во мне всё трепетать. Наверно… я в него… влюбилась. А ещё смотрю на него, и будто время замирает. Но! Мы вчера чуть не попались. Когда вернулись домой, нас папа чуть не спалил. Арик заметил, что отец выходит из своей комнаты, а я стояла, растерявшись, прямо перед дверью в платье и при параде, когда надо было спать. Аристарх схватил меня за руку и, потянув к себе, увёл за стену. Места было мало, поэтому мы стояли вплотную. Было очень страшно, что отец нас сейчас спалит, ещё и в таком положении. Но он прошёл мимо и не заметил нас. Страх обернулся приятным волнением, а когда мы встретились взглядами, то оно усилилось. Мы бы поцеловались, но в последний момент его что-то одёрнуло.»

Слушая рассказ Ксении, Ева начинала всё больше и больше ей завидовать. Через какое-то время она решила отбить парня подруги, хотя на тот момент у девушек были тёплые дружеские отношения. Но Воробьёву это не остановило, и она пошла на предательство. Мало того, что получила отказ, так ещё и поставила под сокрушительный удар дружбу. Через какое-то время, после исчезновения Аристарха, девушки всё-таки помирились. Несмотря на глубокую обиду, Донская нашла в себе силы простить Еву.

На кухне стояла местами комичная ругань. Саша и Ева ругались из-за блинов и брюк, а Ксения завтракала, смотря на всё это. В чём-то она посмеивалась над ними, а в чём-то испытывала стыд за них. В какой-то момент, постучавшись, к ним кто-то пришёл. Донская, цепляясь за шанс уйти подальше от этого балагана, пошла посмотреть, кого к ним занесло. Распахнув входную дверь, девушка увидела высокого привлекательного голубоглазого блондина атлетического телосложения. Это был брат Ксении, Богдан. Как и его сестра, предпочитал спортивные костюмы любимых цветов. Ему нравятся тёмно-синие и серые оттенки. Из обуви чаще всего выбирал массивные кроссовки. Добродушно улыбнувшись, парень вошёл в дом.

– Привет, я на пару минут. Проходить дальше не буду, – произнёс Богдан и, прислонившись к стене, закинул руку к затылку.

– Привет, братец, а чего пришёл?

– У старейшин для нас какое-то поручение. Нужно явиться к ним сегодня днём.

– Ладно. Я приду, – улыбнулась Ксения подобно хитрой лисе.

– Давай только без глупостей. Будь почтительнее, – сказал Богдан, насторожившись.

В этот момент к разговору присоединилась Саша. Она давно уже пытается очаровать брата своей подруги, а он и не против, но почему-то всё ещё держит её на расстоянии. Возможно, так воспитал его отец, а потому парень не переходит лишних границ.

– Иди ешь дальше, Ксюх, – увидев Богдана, произнесла Воронова.

– Но я уже позавтракала.

Саша подошла к подружке и начала толкать в сторону кухни.

– Иди жри мои блины. Зря готовила что ли?

– Жрут свиньи, если что! Ладно. Богдан, увидимся днем, пока.

– Пока, Ксюш.

Девушка отошла на кухню, как и хотела её компаньонка. Шура же подбежала к Донскому и начала строить ему глазки, а тот игриво ей улыбнулся в ответ.

– Привет, с чем пожаловал, краш? – спросила Саша, сняв свой цветочный венок с головы.

– Здравствуй, да вот пришёл сказать Ксюше, что нас вызывают старейшины. Судя по всему, они хотят поручить нам что-то.

– И как ты думаешь, что именно?

– Понятия не имею. Самому дико любопытно.

Девушка подошла к нему ближе и, надевая ему на голову венок, произнесла нежным голосом:

– Если они поручат вам что-то опасное, береги себя и сестру.

– Будет выполнено, – пообещал парень, кивая и улыбаясь.

– Может, сходим куда-нибудь вместе в эти выходные?

– Хорошо, давай сходим в кафе в эту субботу.

Вот так легко? Подумала Александра и на мгновение остолбенела от того, что услышала его согласие. Однако девушка не хотела показывать, что смутилась, и решила понаглеть.

– Кринж, и почему я тебя приглашаю куда-то? Ты сам должен был это сделать.

– Эй, я же тебе в кафе предложил сходить.

– С моей барской подачи.

– Барыня, ты барыня… Я понял, увидимся в субботу. У меня дела. Пока, – игриво подмигнув, Богдан попрощался и ушёл.

Саша вновь замерла из-за Донского. Его взгляд перед уходом буквально вскружил девушке голову. Внешне он и правда был мечтой для многих девушек. Если Ксения была копией своей покойной матушки, то Богдан очень похож на отца, но и гены матери тоже проглядывались.

Глава 5: Сегодня герой, завтра враг.

Над небесами возвышался огромный дворец, освещённый божественным светом. Мрамор его ослепительно белый, золотая отделка сияет ярче звёзд, а руны изливались магией пяти стихий. Длинный мост из того же мрамора, а с обоих сторон вдоль него стояли статуи доблестных воинов армии Перуна. Их огромные мечи были опущены друг перед другом так, что никто не прошёл бы через них, если они не поднимутся. Сам же дворец охраняли золотые статуи Перуна, Стрибога и Сварога. Таким был дворец старейшин, и соединялся он мостом с Небесным городом, да сиял ему вторым солнцем.

Ксения, прихорашиваясь, ждала брата за Небесным городом перед мостом, ведущим во дворец. Услышав шаги, обернулась на звук, ожидая увидеть Богдана, но увидела своего бывшего сокурсника. Артур Высоцкий так же, как и Ксения, прошёл обучение на «Небесных Стражей». Однако на богатыря не был похож, скорее сошёл бы за пафосного Ивана-дурака, однако такой типаж внешности мужчин Ксения находила привлекательным. Худощав, слащав, высок и немного горбился. Мягкие пышные волосы длинной по плечи, цвета русой бронзы, стрижены лесенкой. Ровный пробор по середине изящно разделял пряди поровну. Одет в дорогие белые одежды. В его образе сочетались славянские и футуристические мотивы. Такой стиль присущ всем жителям Небесной Прави. Если бы не длинный серый плащ и более тёмный шарф, свисающий с его шеи, парень бы всех ослепил своей белизной. Очки в серебристой оправе выдавали небольшие проблемы со зрением, но украшали приятного внешне мужчину. Особенно выделялись его ярко-зелёные глаза с аквамариновым оттенком.

– Ты и так красива. Не надо портить кожу, – произнёс Артур, подходя к Ксении.

Он был симпатичен своей сокурснице, однако в её сердце был всё равно другой. Годами ранее Донская пыталась построить отношения с Высоцким. Думала, что у неё хоть так получится забыть Аристарха, но никто не мог его заменить. Когда девушка это поняла, разорвала все отношения с Артуром и даже прекратила с ним общение. А он был без ума от неё, и резкий разрыв нанёс сильнейший удар по его сердцу. Однако, встретив её снова, он был счастлив увидеть Ксению после долгой разлуки. Как только девушка поняла, кто к ней идёт, старалась не смотреть в его сторону.

«Вот уж нежданчик… Не подходи ко мне! НЕ ПОДХОДИ!!! Не разговаривай, даже не дыши в мою сторону! А он всё равно прётся… И чё делать? Я же так жёстко его бросила… Он сейчас будет будить во мне мою совесть, сам того не подозревая. Если он станет моим напарником по заданию, я вообще с ума сойду.»

В мыслях Ксении была каша, и она не понимала, как выкручиваться. Артур подошёл и начал разговор:

– Здравствуй, давно не виделись.

«Не надо… дядя…»

Подумала Донская, красившись и делая вид, что его нет.

– Ксения, это я, Артур Высоцкий.

Уже не было смысла притворяться. Девушка взглянула на своего бывшего и, складывая палетку с тенями в сумку, нервно захихикала.

– Не узнала. Богатым будешь.

Однако он и так один из самых состоятельных чародеев Небес. Его отец, Лазарь Высоцкий, является одним из трёх старейшин, как и Виктор Донской. А мать возглавляет монастырь служителей Лады. Артур занимает очень высокое положение в обществе, хотя сам пока что ничем не выделился.

– Говорят, ты обосновалась в Яви. Тебе нравится жить среди обычных людей или ты от чего-то сбежала, вернее, от кого-то? – с подозрением задал вопрос Артур.

– Думаешь, от тебя? Не слишком ли ты много на себя берёшь? – задала встречный вопрос девушка и, задрав нос, стала более дерзкой как в словах, так и движениях: – Я живу там, где мне хочется. Захочу, буду жить в Нави…

Высоцкий от услышанного ужаснулся и, не дав договорить, ладонью закрыл ей рот. Приблизившись к девушке, он склонился к её уху и прошептал:

– Что ты несёшь? Тебя за подобные слова могут казнить. Я не хотел задеть твою гордость. Прости. Я просто думал, что ты боялась меня. Что тебе навредят, но я бы не стал.

Артур отпустил Ксению и сделал небольшой шаг назад, взглянув ей в глаза.

– Скажу, как есть. Я не боюсь тебя. Я переехала потому, что дома всё напоминало о… Это не важно. Мне просто было невыносимо там находиться. Ты тут ни при чём.

В этот момент пришёл Богдан, они поприветствовали друг друга и направились к дворцу через длинный мост. Один за другим каменные рыцари поднимали свои мечи перед ними.

Зал старейшин поражал своими масштабами. Он был выстроен словно великанами. Сорокаметровые стены, такой же высоты расписные витражные окна, огромные картины, на которых изображены верховные Боги. Ослепительно белый мрамор контрастировал с вездесущими цветами и растениями. Свисали громадные золотые люстры со свечами с роскошного и живописного потолка. Напротив главных дверей, почти в конце зала, восседали три властителя на своих золотых тронах с мягкой отделкой, обшитой красным шелком. В центре сидел Ефим Королёв, самый старший из старейшин. Седой старец с вечно недовольной миной. Очень придирчив даже к своим двум равноправным коллегам. Не любит, когда ему откровенно дерзят, поэтому терпеть не может Ксению. По левую руку его место Виктора Донского. Он отличный организатор. Хорошо справляется с тем, чтобы сформировать эффективно рабочие службы, министерства и прочие объединения. Также он переписывает законы и издаёт новые. За него много кто хочет выйти замуж. В свои сорок семь лет голубоглазый блондин выглядит потрясающе, а возраст его красит всё больше. Если бы захотел, быстро нашёл себе женщину, однако Виктор верен своей покойной жене Юлиане. Справа находился Лазарь Высоцкий, отец Артура. Выдающийся стратег и крайне умный человек. Любит плести интриги, поднялся за счёт хитрости, проходя по чужим головам. Однако ценит долгую дружбу, может помочь товарищу и обязательно, при этом, вывернет всё в свою пользу. У интеллектуального хищника была длинная тёмно-рыжая грива, орлиный взгляд и вызывающее тревогу выражение лица. По возрасту он был ровесником Донскому.

Артур, Богдан и Ксения прошли в зал, и настало время для почтения. Парни поклонились, а Ксения помахала рукой и ехидно улыбалась. Увидев это, её брат сгорел со стыда.

– Я же просил тебя… – возмущённо прошептал он в сторону сестры.

Раздался мощный голос Лазаря:

– Рад, что у тебя хорошее настроение, Ксения. Давайте перейдём к делу. Ваша цель – Аристарх Пожарский. Его нужно привести живым, это главное условие. Не лишать его жизни!

Ксения поникла, улыбка с лица испарилась, а ноги подкосились. К счастью, ей удалось устоять.

«Надо взять себя в руки. Нельзя себя выдавать.»

Подумала девушка.

– Не тот ли это Пожарский, что был усыновлён Донскими? – задал вопрос Артур, обратив внимание на Ксению.

Девушка взглянула на него, и её тело начало выдавать себя ещё больше. Растряслись руки, забегали глаза, и хоть под одеждой не было видно, но волосы на её теле встали дыбом. Виктор с грустью выдохнул и ответил:

– Да, это мой приёмный сын.

Девушка набралась смелости, чтобы поинтересоваться, для чего они его ищут:

– Зачем вы его ищете?

– Услышанное, скорее всего, тебе не понравится, а поэтому ответа на свой вопрос ты не услышишь, – холодно произнёс Лазарь, заметив, как её всю трясёт.

Артур начал подозревать, что Донская влюблена в Аристарха. Вспоминая разговор у моста и увидев её реакцию, он понял, что к чему. Однако, чтобы развеять все сомнения, он решает задать провокационный вопрос и в то же время контрольный:

– Почему его нельзя… убить?

После слова «убить» её немного передёрнуло. Артур убедился в своих догадках и совершено не обрадовался этому. Ему снова стало больно, ибо старая рана до сих пор не зажила и любовь никуда не исчезла.

– Если он умрёт, то обратится в навье отродье. Всебог, он же Всеотец, пророчил смерть всех Богов Небесной Прави от рук Кощея Бессмертного. После первой своей кончины он станет самым сильным существом во всех трёх мирах. Все последующие его смерти будут лишь приумножать его силы, – произнёс Виктор.

– Вы приютили сгусток зла?! – возмутился младший Высоцкий.

– Сын мой, думаю, Виктор всё прекрасно знал, что делал. Держал парнишку поблизости, чтобы контролировать ситуацию. Мудрый поступок. Однако, как он смог сбежать и с чего решил? Ведь ему хорошо жилось в твоей семье.

– Я не всесилен, Лазарь. Ты должен это понимать.

После этих слов Виктор сотворил магическую сферу и, слегка подтолкнув её в нужную сторону, передал Ксении. Ефим был недоволен его решением отдать сферу дочери и показал это взглядом. Лазарь тоже, мягко говоря, не оценил этого, но не показал вида, ибо просчитал даже это.

– Эта сфера укажет вам путь к нему, – произнёс Виктор, подмигнув дочке левым глазом.

Получив ключик к поиску Аристарха, Ксения поняла, что отец не желает зла парню. Он даже готов рискнуть собой и карьерой.

«В какое болото мы залезли, папочка?…»

Посмотрев на своего родителя, подумала девушка.

«Похоже меня определили в мятежники. Даже и не знаю, что мне делать. Плакать или сразу убиться об стену.»

Мысленно проговорил Богдан, считывая намёк своего предка.

«Пахнет предательством… Если они пойдут на это, их всех казнят. Надеюсь, у отца есть план. Они вроде друзья с Виктором.»

Пронеслись мысли в голове у Артура.

Глава 6: Грехи отцов.

День был солнечный. На ярко-голубом небе не было ни облачка. На юге России, за нетронутыми лесами, на непаханом поле проходили тренировки Аристарха. Его наставником по фехтованию был Бог грома и войны Перун. Громовержец выжимал из парнишки все соки. Бои их шли на смерть. Пожарскому тяжело было противостоять такому, как повелитель молний, однако на поле брани не будет никаких поблажек. А поэтому парень бился достойно обоим своим покровителям, Чернобогу и Семарглу. Не жалуясь и минуя любую боль, усталость, непогоду и грязную местность. Именно так и становятся великими воинами, думал Аристарх, наивно полагая, что Бог грома хорошо подготовит его.

Тёмно-алые длинные волосы Перуна, заплетённые в хвост, развивались на ветру в пируэтах. Глаза ярко-голубые молнией сверкали. Под свободной белой наполовину расстёгнутой рубахой скрывалась неукротимая мощь. Ростом он больше двух метров, плечи его широки, ручищи крепки, а накаченное рельефное тело излучает Божественное могущество. В этот день одет он просто. Коричневые штаны, рубаха и галоши. А вместо привычного топора у него деревянный меч, которым он с удовольствием дубасит сына Чернобога, называя это тренировкой. Если бы за парня не ручался огненный крылатый волк, Перун его при первой бы встречи убил.

За боем наблюдали Ярило и Семаргл. Ярило не был богом в полном его понимании. Он весенний дух, наделённый лишь частью божественности. Отвечал за плодородие и пробуждал любовь в сердцах живых. Полубог любви по своему характеру был ярким, юморным, чрезмерно активным озорником с внешностью худощавого молодца. Локоны его золотисто-пшеничные средней длинны беспорядочно развивались на ветру. Миловидные, слегка острые черты лица дополнялись еле заметными веснушками. На его теле были некие геометрические узоры из прямых линий, которые сияли насыщенным оранжево-золотым светом. Создавалось ощущение, что его кожа потрескалась и из неё вырывалась лучистая энергия. Носил Ярило ярко-красные одежды. Полубог постоянно раздражался, что люди в своих ритуалах используют его чучело по-всякому. То сжигают, то в гробу закапывают в непристойном виде. Однако ему льстило, что некоторые считали его Богом солнца, но на самом деле он им никогда не являлся.

Лежал повелитель сердец в траве, а Семаргл рядом с ним сидел.

– А он точно сын Чернобога? – спросил Ярило у Семаргла.

– Сомнений быть не может. Так и есть.

– Если бы не его внешний вид, то он бы сошёл за обычного парня двадцати одного года. Вижу, ты к нему привязался. Знаю, вы освободите Богов, которые сейчас в плену. Это дело времени. Но что, если Сварог прикажет тебе уничтожить его? Что ты будешь делать?

– Я Сварожич… – после Семаргл обратил свой взгляд к Яриле и уверенно произнёс: – Я выполню любой приказ своего отца.

В это время Аристарх совсем выбился из сил и, пропустив очередной удар Перуна, он рухнул на землю.

– Ладно. На сегодня хватит. Продолжим завтра.

Сверкнула молния среди ясного неба, да Перун исчез. К Аристарху поспешили Ярило и Волк, чтобы помочь ему встать.

– Не трогайте меня. Дайте отлежаться, – тяжело дыша, еле пробубнил побитый парень.

– Ладно-ладно, – сказал полубог весны: – Не спеши…

– В бою никто ждать тебя не будет! – перебил Семаргл: – Считай это тренировкой на выносливость.

Послушав волка, парень начал пытаться встать. Повелитель любви хотел ему помочь, но волк запретил ему это делать. Аристарх с трудом поднялся, прошёл метров десять, да упал, потеряв сознание.

Снова он оказался в своём подсознании и вновь перед своим отцом. Чернобог в царской позе восседал на чёрном троне с черепами. От Семаргла их разделяло угольное непроницаемое облако, что накрывало их куполом. Бог первородного огня не мог ни зайти в него, ни увидеть и ни услышать их разговора.

– Чего тебе? – выразил непочтение сын к отцу.

– Смотрю, какой ты жалкий, и стыдно становится. Тебе нравится быть мальчиком для битья?

Надменный и пронзающий взгляд Чернобога говорил юнцу, насколько он глуп. В глубине души парень осознавал, что что-то идёт не так, однако старался всё оправдать.

– Тренировки легкими не бывают.

– Ты шесть лет шёл за лицемерным псом!…

– Не смей его так называть! – перебив, выкрикнул Аристарх.

– И ничему так и не научился, – спокойно продолжил Император Нави: – Перун обучил тебя основам, но он никогда не сделает тебя достойным воином. Я бы тоже не стал растить себе могущественного врага.

– Но я им не враг!

– Им достаточно того, что в тебе течёт моя кровь. Ты всегда будешь для них чужим.

Парень отказывался принимать этот факт. Но понимал, что это правда. В пользу Чернобога играло ещё то, что он ни разу не солгал.

Владыка поднялся со своего трона и начал подходить к сыну. Подойдя к нему вплотную, он явил себе в руку ужасающий длинный меч, схватил юношу за шею и, притянув его к себе, резко вонзил в Аристарха оружие. Тот почувствовал холодное лезвие в себе, но боли не было. Парня переполняли эмоции страха, удивления и глубокого шока.

– Сейчас я научу тебя фехтовать, – держа сына за шею, прошептал Чернобог ему на ухо.

После он отошёл от юноши и извлёк из него меч. Ранение тут же затянулось, и Император продолжил говорить:

– Мы у тебя в подсознании. Здесь ты не умрёшь от нанесённых мной ран. Поэтому будем тренироваться на настоящих мечах, а не на деревянных палках. Ты должен ощущать весь вес железа.

Меч Владыки был непростым. Клинок его рунический, намного шире и извилисто сужался к острию. Дол прозрачный, а в нём находилась немного вязкая жидкость изумрудного цвета. Это яд, что отравляет тело и разъедает душу. Гарда в форме двух змей, обвивших друг друга, с раскрытой пастью, высвобождая клыки. Черенок из чёрной навьей стали, сделанный специально под руку Императора. Вершина рукояти меча была сделана из черепа пятимесячного мертворождённого дитя. Воистину, оружие, достойное своего хозяина.

Чернобог лёгким движением взмаха руки воплотил сыну простой, но удобный меч и сказал:

– Возьми пока этот. После завтрашнего боя с Перуном отправляйся в Навь. Имперский мастер скуёт тебе меч специально под твой темперамент.

– И как мне туда попасть?

– Завтра я тебе всё расскажу. А сейчас в бой!!!

Отец и сын начали свой спарринг. Сначала казалось, что проходили часы… дни… потом месяцы… а после и годы. По ощущениям Аристарха прошло семь лет, пока он тренировался. Параллельно у него было много времени обдумать всё происходящее и изменить отношение к некоторым вещам. Парень не знал ни усталости, ни голода, ни жажды, ни боли. Он без перерыва внимал учения Чернобога в схватке, и был заметен прогресс их усердных занятий. В отличие от Перуна, Владыка мёртвых был заинтересован в том, чтобы Принц смог хотя бы выжить, а потому учил его всем своим приёмам и техникам. Ещё он рассказывал о навыках и слабостях других Богов. Ближе к концу тренировок их клинки перехлёстывались молниеносно, а движения Аристарха были отлично отточены.

И вот, этот момент настал. Чернобог остановил бой, ухмыльнулся и произнёс:

– Ты готов. Теперь можно считать себя неплохим воином.

Император приподнял руку, чтобы щёлкнуть пальцами.

– Стой! – вскрикнул его сын, а после спокойно продолжил: – Подожди. Я думаю, нам нужно поговорить.

– Тебе пора возвращаться, но вот мой совет. Будь умнее и думай сам своей головой. Никогда не полагайся на пса.

Владыка щёлкнул пальцами, и глубокий сон был прерван.

Очнулся он в комнате своей. Жил Чернобожий сын в доме Семаргла и его жены Купальницы. Изба была достаточно простой, но уютной. Жена волка дивной красоты, что не описать. Только вся из воды морской состояла. Купальница за Принцем присматривала, пока он был без сознания. Придя в себя, Аристарх отлежался и пошёл искать волка, поблагодарив водную деву за заботу. Семаргл находился в паре километров от своего дома. Он каждый день приходил к цветам «Купало-да-Мавка». Небольшие растения имели контрастные лепестки огненно-жёлтых и фиолетовых оттенков, что завораживали сознание. В них таилась очень сильная магия.

Молва о трагедии детей Семаргла и Купальницы дошла даже до людских ушей. Только они переврали эту историю, значительно обелив Небесных Богов.

После женитьбы Богов воды и огня, из слезы счастья Купальницы и искры первородного пламени Семаргла были рождены на свет Яви Кострома и Купало. Однако Сварог не благословил брак сына своего. Не нравился ему выбор его возлюбленной, а потому к внукам относился холодно. Да и не сказать, что водная дева и огненный волк были примерными родителями. Часто оставляли детей малых одних, хоть и предупреждали об опасности. Кострому любили сильнее и времени уделяли больше, чем Купале. Тот часто обижался и из-за обид с сестрой плохо себя вёл. За это ему тоже доставалось.

Однажды Чернобог приказал своим верным сиринам выкрасть сына Купальницы и Семаргла и привести к нему. Сирин – это навий гибрид птицы и человеческой женщины. Расцветка оперений их зависит оттого, в каком регионе Нави они вылупились. Их пение имеет гипнотическую силу, что подавляет волю жертвы и приманивает её к себе. На службу во дворец приглашались только самые умные, прозорливые, хитрые и красивые птицы. Переход от человека к птице начинался с плеч, плавно покрывая перьями женское тело и трансформируя его в птичье.

Сирины Чернобога услышали приказ и принялись выполнять его. Они поджидали подходящий момент, а когда он настал, пернатые красавицы заманили его в ловушку своим завораживающим пением и забрали мальчонку. Всё видела Кострома, но родителям сказала, что её брат пошёл в лес, который находился совсем в другой стороне от места похищения. Поэтому найти Купалу родителям не удалось. Сколько бы Семаргл не просил о помощи Сварога в поисках сына, но тот был неумолим. И когда мальчика перестали искать, Чернобог радостно потёр руки и наградил всех сиринов, что участвовали в этом похищении. Сначала Купало очень хотел домой, но Повелитель мёртвых делал всё, чтобы ребёнку понравилось во дворце. Царь тьмы хорошо заботился о нём, предоставил ему милую компанию из детей духов и в целом дал ему намного больше, чем Семаргл. Однако это было не просто так. Владыка старался взрастить в мальчике ненависть к родному отцу, и это ему удавалось. Ему было интересно, сможет ли волк пойти против Купалы, ведь он его сын и являлся Сварожичем.

Прошло полтора десятка лет. Кострома выросла в прекрасную красавицу. Такую, что сама Богиня Лада позавидовала её дивному лику, да навесила на неё проклятие. Кто чужой посмотрит на неё, страхолюдину увидит. Лада не хотела, чтобы родители девушки узнали о проклятии, а поэтому для родных она оставалась всё такой же красивой.

Каждый день Кострома плела венки для суженого, и каждый раз ладным ветром неудач их уносило с головы в реку. Если венок никто не подберёт, дева красная замуж не выйдет. О проказах Лады прознал муж дочери её, Чернобог. Увидел Владыка в этом возможность ой как насолить Семарглу за своё заточение в своём же царстве. Властитель Нави приказал выпустить Купалу и сделать всё, чтобы он получил венок своей сестры. Тогда он будет обязан жениться на ней. Разлучённые в детстве брат с сестрой не узнали друг друга и женились. Да обрушился гнев Богов на обоих.

И вот судят их… несчастных и загубленных Богами душ. Семаргл хотел защитить детей своих, однако побоялся отцовского гнева. Купало это понял, глядя на реакцию волка. Юноша убедился, что всё сказанное Чернобогом про его отца – чистая правда, и сделал то, чего ему не могли простить Боги Прави. Купало отрёкся от своего рода и нарёк себя верным воином Владыки Нави. Семаргл не смог выдержать такого позора и сам лично сжёг своего сына. В огне пылая, парень поклялся вернуться и уничтожить того, кто его породил и убил.

Кострома была помилована, но после того суда, позорного брака с братом и из-за проклятия Лады не хотела больше жить. Она утонула в озере в надежде раз и навсегда избавиться от страданий. Однако обрекла себя на другую, более страшную судьбу, да превратилась в мавку, злую уродливую русалку, что поначалу казалась красивее всех на свете.

Все мужики, что проходили рядом с тем озером, встречая утопленницу, не могли устоять перед её обликом. Оказавшись в объятьях мавки, они видели её реальный облик и пугались. Каждый раз она разочаровывалась и топила их. Это продолжалось долгие сотни лет, пока Семаргл не пошёл просить о милости Небесных Богов. Ему не хотелось больше видеть, как страдает его дочь. А эти Боги не дураки, чтобы миловать потенциальных врагов. Они соврали о том, что не смогут вернуть их тела. Небесные правые господа вернули душу Купалы с Нави из-под влияния Чернобога и объединили с душой мавки, создав из них цветок. Теперь они безмолвные пленники природы, а их корни скованны землёй. Каждую осень брат с сестрой вынуждены умирать, чтобы ожить весной на радость своим родителям.

Похоже, о таких детях они и мечтали…

Цветок «Купало-да-Мавка» прекрасен, но сколько же боли в нём таится… Никто не знал, что сестру и брата свёл Император мёртвых…

Аристарх шёл за Семарглом и, вскоре, увидел его, печально склонившегося перед цветами. Парень решил не мешать. Он скрылся за деревом и просто наблюдал. Однако волк знал, что юнец здесь, ибо они были связаны и Бог огня слышал мысли Принца тьмы.

– Подойди сюда, – призвал его Семаргл.

Аристарх подошёл к волку. Их взгляды пересеклись, и юноша узрел грызущую душу тоску Бога первородного огня. Мысли Арика беспорядочным потоком звучали в его голове. Поэтому Семаргл с пробуждения парня уже знал о тренировках с Чернобогом и что он сказал после них.

– Значит, вы тренировались? Это хорошо, – сказал волк.

В голове Принца послышался голос Императора Нави.

– В отличие от тебя, я забочусь о своих детях. А ты позволял и позволял наказывать их. Но теперь ты, наверно, счастлив. Ведь они больше не смогут разочаровать Богов Небес. Ценности, что несёшь людям, к тебе никакого отношения не имеют. Защитить свой род у тебя не получилось. Вся суть твоего бытия заключается в том, чтобы быть верным пёсиком своего отца! Твоих же детей он превратил в жалкие цветы, вместо того чтобы дать им шанс всё исправить, – надменно язвил Чернобог.

И каждое его слово отзывалось в сердце несчастного отца. Всё сказанное было правдой, но умалчивалось то, что и Владыка тоже сыграл в этом не последнюю роль. Однако, если бы Семаргл и Купальница присматривали за своими детьми лучше и воспитывали правильно, смог бы Император Нави похитить Купалу?

– Прекрати! – возразил Аристарх.

Ему стало жаль волка. Он бы хотел ему помочь, да не знал, как. Его мысли, как и всегда, слышали оба Бога. Семаргл вновь был удивлён, что Арик проявляет свою добросердечность и сострадание. Чернобог же, находясь в сознании мальчика, ухмыльнулся и, скрестив руки, произнёс:

– Как же ты напоминаешь мне кое-кого… Однако, сколько бы он ни пытался кому-то помочь, его всё равно отвергали. И тебе предстоит хлебнуть грязи этой жизни.

– Ты о ком? О себе? – вслух спросил парень.

– С каких пор у тебя появился мозг? – ехидничал отец над сыном.

– Я просто придерживаюсь твоего совета.

Император Нави ненадолго опустил голову и по-доброму улыбнулся. Это была первая подобная эмоция на его лице за последние тысячелетия. Однако она быстро испарилась. Наблюдая за разговором Владыки и Принца, Семаргл в какой-то момент даже позавидовал им. Ибо он со своим сыном не поговорит уже никогда.

– Почему бы не отпустить их души в Навь? – спросил Чернобог Волка.

– Ты хочешь, чтобы я отправил их в царство тьмы? – ответил Бог огня в сознании Аристарха.

Семаргл не знал, как выглядит Навь. Высшие Боги его туда не пустили, аргументируя это тем, что, зайдя туда, его первородный огонь сразу же потухнет и он погибнет. И защитную печать он ставил на всех входах в Навь – в Яви, то есть снаружи.

– А что? Они лучше остальных? Им нужен отдельный загробный мир? Честно говоря, в моём царстве света столько же, сколько и в Яви. Только вот солнце чёрное. Завтра у тебя будет шанс узреть Навь изнутри. Моему сыну нужен меч, и он пойдёт за ним к императорскому кузнецу.

Семарглу это не понравилось, и он резко возразил:

– Он не пойдёт туда!

– Это не тебе решать! – вслух повысил голос на волка Аристарх, а затем начал спокойно говорить: – Прости, но я хочу понять, на чьей стороне мне быть. Для этого я должен увидеть Навь. Если мир мёртвых не плохое место, тогда зачем мне противиться Чернобогу? За всё время он меня никак не обманул и ничего плохого мне не сделал. Наоборот, часть тебя защищает меня от превращения в упыря. Это всё по его воле. К тому же я Принц Нави и моя обязанность служить своему народу.

– Народ у нас чудный, но… чудной… – в разуме Аристарха прозвучал голос Императора.

Послушав парнишку, волку больше нечего было возразить. Он согласился.

Настал вечер. Аристарх решил развеяться и прогуляться по Москве. Телепортировался в безлюдное место и начал своё маленькое путешествие по городу. Парень был в капюшоне чёрной толстовки, джинсах, чёрных ботинках и в солнечных очках, чтобы не вызывать вопросов по поводу своей внешности. Однако всё равно вызывал разные подозрения у некоторых москвичей. То он наркоман, то вор, то бандит. Особенно отличились мнительные бабушки. Но Арика это не обижало. Его это забавляло.

Гул дальних трасс, звук ближних машин, разговоры прохожих, шум из окон многоэтажных домов придавали атмосферу, что будила в парне уже не новые, но приятные впечатления. Аристарх любил вечером беззаботно гулять по улицам городов России и ближайших стран. Это помогало ему приводить мысли в порядок и обдумывать свои дальнейшие шаги.

«Кто мой отец на самом деле? Злодей, который водит меня за нос, или всеми отвергнутый Бог, в котором живёт доброта, но таится под туманом обид? И… кто я?…»

Всё размышлял второй Принц Нави. Семаргл и Чернобог не стали вмешиваться в его раздумья. Но через какое-то время мыслям парня помешала давняя знакомая.

Аристарх стоял на набережной, и позади него явилась Ксения в снежной дымке, которая осела и растворилась. Он ощутил сзади знакомую ауру холодной стихии, и его дыхание ненадолго прервалось.

«Это она?…»

Задал внутри себя вопрос юноша, нервничая.

– А ты не изменился, всё такой же дурной, – надменно прервала тишину Ксения.

Услышав её ласкающий слух голос, он понял, что не ошибся. Парень нервно сглотнул, а его глаза ненадолго закрылись. Воспоминания об этой девушке пронеслись, согрев его замерзающую в тоске душу. В подсознании стало намного светлее, и это не могли не заметить Семаргл и Чернобог, находящиеся там. Владыка накрыл своим куполом из тьмы себя и волка, да произнёс:

– Продолжишь ставить палки в колёса моему сыну, я тебя уничтожу.

После Император натянул фальшивую улыбку.

– Ты не можешь меня уничтожить. Во-первых, твой сын без меня станет упырём, а во-вторых, ты запечатан в Нави и выйти оттуда не можешь, – уверенно произнёс волк.

После услышанного Чернобог не смог сдержать смеха.

– У меня для тебя сюрприз. Ты увидишь его завтра. К слову… Ты даже не отрицаешь, что вредишь. Учти, если переступишь черту, я тебя везде достану, – грозился Чернобог, а после развеял тьму вокруг них.

Однако, что это за черта, уточнено не было.

Аристарх взял себя в руки. Обернувшись, снял с себя капюшон и надменно, задрав нос, посмотрел на неё. Такой его взгляд пришёлся Ксении по вкусу. Посчитав это привлекательным, она улыбнулась, а её глаза засияли. Их обоих переполняли эмоции, но своих чувств они не показывали. Им нравилось играть эту пафосную, возможно, даже до смешного раздутую сцену. Однако в этот момент пара любовалась друг другом. Оценивали, как сильно изменились за пять лет разлуки. Ксения увидела, как Аристарх возмужал, подкачался, но всё равно ещё достаточно худым остался. Практически ничего не изменилось в парне, кроме небольшой ухоженной бородки и причёски. Крайне длинный гребень свисал вороными, аккуратно уложенными прядями до самого рта, а бока низко выбриты. Ксении пришёлся по вкусу обновлённый образ парня. Аристарху же нравилась эта девушка в любом её виде.

– Зачем ты здесь? – стараясь удерживать невозмутимый и отстранённый вид, спросил юноша.

Девушка решила сократить дистанцию и начала подходить к нему. Изящно перекинув свои длинные волосы, Ксения ответила:

– Я тут, чтобы спасти твою шкуру.

Аристарх вытащил руки из карманов. Одной рукой он снял очки и, смотря на вторую, демонстрировал ей и себе свои когти. Такие острые… такие… опасные. Если бы парень мог, то сточил бы их, но их ничто не берёт.

– А что… если я… чистейшее зло… Чёрное и непроглядное… – продолжил диалог Принц Нави.

– Замочу тебя в отбеливателе пару тройку раз. Будешь кристально белым добряшечкой-какашечкой, – подойдя, улыбнулась красавица.

Юноша ухмыльнулся, а после резко схватил Ксению и посмотрел на неё ужасающим взглядом. Он стремился напугать её, чтобы она держалась подальше.

– Не боишься испачкаться в процессе? Или, чего хуже, нырнуть с головой во мрак? – спросил парень с угрожающим видом.

– Ты переживаешь за меня? Интересно, ты у нас зебра? Или далматинец? Панда, нет? А может, белый тигр? Р-р-р-р! Полосишься и пятнишься ты знатно, – снова сломала всю его пафосную игру своими юморными и кокетливыми приёмчиками.

Все его попытки напугать её лишь раззадорили Ксению. Увидев это, парень отпустил её и, отойдя подальше, произнёс:

– Скорее… одинокий волк.

– «Безумно можно быть первым!» Ауф! Можно мне с тобой, волчок?

– А готова ли ты… – наступила интригующая тишина. Аристарх посмотрел на неё вновь сверху вниз, а ей снова это понравилось, и она ждала, что он скажет дальше. Юный Принц, предоставив ей последний шанс на выбор, продолжил: – пойти против Небесной Прави?

– Я уже пошла против Небес, и на это благословил меня мой отец, – невозмутимо ответила девушка.

Семаргл был поражён этими словами. Он никак не ждал предательства со стороны Виктора. Узрев реакцию волка, Чернобог ухмыльнулся, скрестил руки и произнёс, обращаясь к сыну:

– Наверняка Виктор не просто так переметнулся. Спроси свою подружку, что у них там такого случилось.

Прав был Чернобог, подумал Аристарх и начал спрашивать:

– Что случилось?

– Тебя ищут и, как я поняла, хотят запереть в темнице, потому что боятся пророчества Всебога. Ещё старейшины сказали, что ты Кощей Бессмертный.

Аристарх впал в ступор, а на лице Чернобога читалось недовольство от того, что его сын узнал кое-что раньше времени. Наступила тишина для пары. В этот момент парень мысленно начал диалог с отцом:

– Поясни мне, что это всё значит?

– Это долгий разговор. Я расскажу тебе всё, обещаю, но после того, как ты вернёшься из Нави. Не раньше, – закрыв глаза, произнёс Владыка.

– Но почему не сейчас пояснить хотя бы что-то?

Приложив руку к виску, Император приоткрыл очи. Его взгляд был устрашающ и извергал дикую раздражённость.

– Я считаю, что сначала ты должен увидеть родину, – спокойно ответил Повелитель.

– Ты что-то недоговарива… – хотел возразить волк, однако не успел.

Чернобог пнул его в живот с такой силой, что бог огня отлетел на десяток метров.

– Так-то лучше, – ухмыльнувшись, выдохнул Владыка, а затем продолжил, обращаясь к Аристарху: – Я тебе никогда не врал и не стану лгать в будущем. Ты можешь верить мне.

Слова отца юношу убедили, он не стал мучить его вопросами, приберегая их на потом. Однако парня это сильно беспокоило, но ещё больше он переживал, что может навредить Ксении.

Глава 7: Ночь откровений.

И село солнце, да день сменился ночью. По лесу шёл Вий, пытаясь поймать интернет в телефоне, чтобы открыть онлайн-карту и уточнить своё место нахождения. Но попытки поймать сеть успехами не увенчались. Он оставил это дело и просто направился на север, ориентируясь по природным указательным признакам. Первый Принц давно бы телепортировался к нужной ему точке, но то, к чему он идёт, охраняется Велесом и его мощной защитной печатью с огромным радиусом действия. На своём поле она не даёт использовать телепортацию, а также автомобили выходят из строя, что часто приводит к летальному исходу. На велосипеде там тоже не проехать. На пути встречались овраги, пригорки или горы, которые нужно было преодолевать. Там не было даже протоптанных дорожек, потому что люди из-за страха туда не ходили. Вий же собирает мощные магические артефакты, и один из них находится под защитой Велеса. Стеклянное око одноглазого лиха, что может пробудить семерых великанов, которые когда-то служили брату Чернобога Змей Горынычу. Слуг его заточили небесные Боги в скале мире Нави на юго-восточном огромном острове, что окружён синим морем. Именуется остров «Княжество змеиных гор». Правил там тот самый трёхглавый огромный дракон. Кто получит этот стеклянный глаз, тот сможет освободить семерых великанов и подчинить их себе, даже вопреки Змей Горынычу. Таково проклятие небесных Богов. Они сотворили это с мыслью о том, что великаны могут им пригодиться. Глаз отдали на хранение лесному Богу Яви – Велесу. Вий об этом узнал от Бабы Яги и сразу понял, что ему нужен данный артефакт.

С наступлением темноты появилась Наташа около идущего по лесу первого Принца Нави. Тут же Вий сотворил в своей руке красную розу и протянул в сторону девушки.

– Это тебе. Ты также прекрасна, как и эта роза, – произнёс коварный лис, даже не посмотрев на неё.

Но ей было этого достаточно, чтобы почувствовать себя счастливой. Проклятая душа улыбнулась и обняла его.

– Спасибо, как же я рада, что встретила тебя.

Парня раздражала навязчивость девушки, но он это умело скрывал под фальшивой маской обольстительного романтика.

Их путь освещали звёзды и луна на сине-чёрном слегка облачном небе, да светящиеся сферы, что наворожил Вий. Сверчки и совы дополняли мелодию, которую исполнял ветерок шелестом листьев, качая деревья. Травка ломалась под ногами парня, а рядом с боку слышался тихий гул от призрачной заложницы, которая любовалась им и жаждала его внимания. Однако он был сосредоточен на поисках глаза.

Внезапно послышался детский плач. Услышав голос плачущего ребёнка, Наташа остановилась и обратила свой взор в сторону звука.

– Ты слышал это? – спросила девушка.

Вий тоже слышал этот звук и понял, не к добру всё шло. Это могли быть дети кикимор или детские неупокоенные души. То и другое не сулило ничего хорошего. Явно прослеживалась какая-то ловушка. К тому же, Принц догадывался, что Велес наверняка будет мешать ему. Хныканья ребёнка усилились, и Наташа решила отправиться в сторону резонирующего с её сердцем звука.

– Стой! Это ловушка! – вскрикнул Вий, пытаясь ухватить её сначала за плечо, а после за руку, но ничего не удалось.

Когда Наталья ушла, и он потерял её из виду, то решил не ходить за ней, а просто продолжить свой путь. Ничего не скрежетало в его душе, а в сердце было сплошное безразличие. Девушка в очередной раз была брошена.

Спустя четыре часа ходьбы по лесу, Вий услышал монотонный, разносившийся отовсюду, голос, который сопровождался страшными скрипами и треском деревьев, карканьем воронов и рычанием медведей.

– Дальше ты не пройдёшь! – пригрозил лесной голос.

Принц подумал, что это Велес, и посчитал, что если он не пускает его дальше, то глаз совсем близко. Парень самоуверенно и высокомерно ухмыльнулся, но рано было радоваться. Под ногами затряслась земля, а после перед юношей она и вовсе поднялась, образовав высокую гору, на которую нельзя было забраться. И тут Вий понял, что великанов ему не видать. Сзади послышались звуки летящих к нему птиц и несущийся в его сторону табун зверей. Парень резко обернулся и, спустив повязку с глаз, превратил всех животных в камень. Среди них были медведи, олени, пара волков, крупные вороны и даже орёл. Птицы в ту же секунду рухнули на землю. Некоторые разбились и разлетелись на осколки. Зверей тоже ждало падение.

– И это всё, что ты можешь?! – надменно выкрикнул незнающий стыда и совести парень.

После из лесной тьмы начал проявляться силуэт косматого седого старца с длинной бородой, в соломенной шляпе и лохмотьях из звериных шкур. Дед спокойно шёл в сторону Принца Нави и на длинную палку опирался, не страшась его взгляда. Вий, рассмотрев его вид, сразу понял, кто перед ним. Башмаки были надеты не на ту ногу, лохмотья наизнанку и отсутствовало правое ухо. Это был леший. Он распознал главное преимущество Вия и скрыл свои глаза под слоями грибов. Поэтому Принц не мог установить с ним зрительный контакт. Сопровождал старика ветер, да листья вокруг него парили. Обратился леший в орла и полетел, ускоряясь, в сторону незваного гостя. Для парня его внезапный манёвр мог закончиться трагедией. Крупная птица пролетела прямо перед глазами, стремясь выколоть их, и, если бы в последний момент колдун не увернулся, пернатому удалось бы это сделать. Оказавшись сзади Принца, леший из орла превратился в огромного медведя и нанёс сокрушительный рваный удар по его спине. Вий упал и застонал от боли. Раны оказались глубокими. Хранитель леса не останавливался. Из медведя он обратился в зелёное дымное облако и проник в землю под своей жертвой. Истекающий кровью парень почувствовал, как что-то под ним прорастает. Предчувствуя опасность, он нашёл в себе силы для того, чтобы перевернуться на спину и успеть увернуться от резко проросшего острого в почве кола высотой с дерево. В этот момент Вий испугался за свою жизнь.

«Эта штука могла проткнуть меня насквозь.»

Промелькнула ужасная мысль в его голове. И в этот момент под ним вырос второй кол, пронзая парня как масло и поднимая его с земли. Пронзительный и истошный крик Принца Нави победной мелодией отозвался уху лешего, но этого ему оказалось недостаточно. Из ствола, на котором был насажен первенец Чернобога, молниеносно разрослись ветви, входя в тело Вия, и он прокричал снова. Молодое дерево начало формировать почки, из которых позже распускались листья. Всё это причиняло невыносимые муки. Рост замедлился, но лишь затем, чтобы растянуть страдания парня. Изнутри его плоть разрывалась под натиском древа. Он чувствовал, как в его ладонях прорастали новые почки, а после распускались. Ядовитый сок дерева попал в его организм. Осознав, в каком положении Вий находился, парень решил попировать совет Бабы Яги, который он не воспринял в своё время серьёзно. Она говорила, что любой леший страх как не терпит матерной брани. От неё у них вянет ухо, а за ним и всё остальное. Принц не особо в это верил, но выбора не было. Почти поверженный колдун собрался с силами, чтобы как следует обматерить хранителя этого леса:

– Чтож, сучий потрох, босым хуем перед голой пиздой шутки не шутят! Ты, блядь, победил!

Уже эти слова вызвали дикий дискомфорт у лешего, но он старался держаться, а Вий продолжал:

– Ну выеб ты меня по самый хуй, блядь, и что?! Считаешь, всё у тебя в ажуре, а хер в абажуре?! Да пиздуй ты на хер, конченый уёбок!!!

Послышался мерзкий, словно свинячий, но протяженный и громкий визг. Перед деревом появился изнеможённый Леший и держался за своё иссохшее ухо. На лице Принца растянулась ехидная улыбка, когда он увидел страдающего лесного старика.

– Чё, хуй горбатый?! Не нравится, когда в ухо хер вкручивают?! – раздался надменный смех юноши: – Блядища ты выебонестая, доигрался на пизде?! Это тебе, блядь, не гитара! Уёбывай от меня подальше! Тебе, кстати, с сто хуёв собой завернуть?!

В этот момент с глаз защитника леса отпали грибы, что защищали его от влияния и Вия.

– Вот ты и попался, ебанько, – ехидно произнёс сын Императора Нави и подчинил духа леса себе.

Желание Лешего было банально и просто. Он хотел, чтобы его владения процветали и всё было спокойно. Используя свою способность, молодой колдун приказал старику отпустить его и подойти ближе. Однако сил хватило только на то, чтобы заставить старикашку убрать дерево. Когда оно исчезло, израненный мужчина рухнул на землю, получив дополнительные травмы, а лесной дед скрылся в лесу, обратившись зайцем.

Вий понимал, что смерть близка, но всё равно цеплялся за жизнь. С трудом он щёлкнул пальцами, и перед ним появилась корзинка с лекарствами, но на лечение сил уже не было. Растущую в организме слабость уже нельзя было преодолеть. Глаза сына тьмы закрывались, однако юноша старался держать тяжёлые веки открытыми. Потеряв много крови, его тело стремительно холодело, а конечности начали неметь. Когда надежда была уже потеряна, умирающий мужчина увидел знакомый силуэт беловолосой девушки. Это была Наташа. Как только она увидела, в каком он состоянии, сразу же ускорилась, а слёзы полились ручьём. Подойдя к нему, дева присела на колени и в панике пыталась понять, как спасти того, кого считала любимым. Обратив внимание на корзину, она начала рассматривать её содержимое. К счастью, каждый бутыль был подписан, и Наталья смогла найти лекарство. Не было уверенности, что оно поможет Вию, но обнадёживала надпись на нём:

«от всего, кроме диареи».

Девушка напоила им первого Принца, и поначалу ничего не происходило, но позже у него начали затягиваться раны. Однако это сопровождалось страшной агонией и периодическими судорогами. Первое время парень жутко вопил от нестерпимых мук, но после боли немного утихли, и крики сменились на стоны. С него ручьём стекал холодный пот, а сам парень время от времени терял своё сознание. Когда он находился в бодрствовании, его разум был затуманен бредом, и юношу одолевал первобытный страх. Вия пугало всё: куст, шелохнувшийся от ветра, рядом пролетевшая птица, упавшее яблоко с дерева. Лишь когда Наташа, приподняв его, заключила в свои крепкие, но нежные объятия, мужчине стало спокойнее.

– Я больше никогда тебя не оставлю, – приговаривала со слезами на глазах проклятая душа, утишая негодяя, что поработил её.

В какой-то момент в полубредовом состоянии обессиленный парень взглянул в пустые и грустные глаза призрака. В них он вдруг узрел еле заметные зрачки. Словно жемчуга, они сияли при свете луны и тонули в солёном море слёз. На это мгновение боль притупилась, и злой Принц забыл обо всём на свете. Между ними наступила тишина, в которой Наташа услышала нормализовавшийся ритм биения сердца Вия и улыбнулась. Её улыбка пробрала парня до мурашек.

«Она такая чудесная.»

Пробредил Вий у себя в мыслях. Через какое-то время ему удалось уснуть.

Под утро, девушка перетащила мужика в тень под дерево. Этим утром она решила не покидать его, что грозило полным уничтожением её души от лучей солнца. Но милой деве было всё равно на себя. Главное, позаботиться о нём. Красавица осторожно одела на глаза парня повязку и обняла его, пристроившись рядом.

Чуть позже злой Принц проснулся от дрожания и тихих стонов своей пленницы, да увидел, как её душа рассыпается на солнце. Призрачные частицы размером с пылинку развевались по ветру, сгорая на свету. Вий с трудом мог вспомнить прошлую ночь. Всё было как в тумане, однако он отчётливо помнил образ Наташи, а из-за той чарующей улыбки у него вновь пробежались мурашки. Глядя, как девушка, спасшая ему жизнь, распадалась, юный негодяй ощутил давно забытое чувство. Парню стало немного жаль проклятого духа красавицы, а также в нём появилась благодарность к ней. Однако проникнуться к ней более яркими эмоциями мешало осознание того, что Наташа спасла его под влиянием проклятия и в данный момент девушка жертвовала собой по той же причине. Всё же Вий подсчитал, что она ему пригодится, и решил заставить исчезнуть. Стянув с себя повязку, он посмотрел ей в глаза и приказал уйти. Душа несчастной по велению своего хозяина исчезла на время, пока светило солнце.

В предыдущую ночь у брата Вия, Кощея, всё было спокойно. Ксения затащила его в свою квартиру. Квартирка на первый взгляд неплохая, везде чисто и убрано. Рассмотреть повнимательнее прихожую парню не удалось. Нетерпеливая девушка сразу же повела Аристарха в тёмную комнату и полезла его целовать, однако юноша остановил её, ухватив за плечи.

– Стой. Так нельзя, – произнёс второй Принц Нави, держа свою подружку на расстоянии.

В его голове прозвучал смех Чернобога.

– Зачем же ты тогда пришёл в её дом? – несдержанно ухмылялся его отец.

Однако Аристарх проигнорировал вопрос Владыки и продолжил разговор с Ксенией.

– Давай просто посидим, поговорим, и если тебе не хочется меня отпускать, то, так уж и быть, поспим вместе на одной кровати, но без всяких там пошлостей.

С этих слов Император Нави разгорелся в истерическом смехе. Семаргл же лёг на пол и закрыл свои очи лапой.

– Я тебе не нравлюсь? – спросила Ксения, надув губы.

Аристарх сделал шаг назад от девушки, включил свет, и комната в глубоких синих, белых и чёрных оттенках явила свой уют. А двуспальная кровать, что стояла по середине, впечатляла своими размерами. Прислонившись к стене, второй Принц посмотрел своей подруге в глаза.

– Честно говоря, это очень глупый вопрос. За эти годы много чего поменялось. Изменился я, изменилась ты. Нам следует сначала познакомиться заново.

Его слова ранили сердце Ксюши. Он был прав. Они стали другими, и того Аристарха, какого знала Донская шесть лет назад, больше нет. Для парня же прошло ещё больше времени, если считать время, проведённое в подсознании. Семаргл удивился от того, что услышал, но это его удивило меньше, чем то, как улыбнулся Чернобог. Искреннюю и добрую улыбку он поймал взглядом случайно и подумал, что ему показалось, ибо она быстро исчезла с лица Владыки. После недолгой тишины Аристарх продолжил:

– Если тебе нужен только перепихон со мной, то хорошо, давай переспим. Но если тебе хочется отношений, то их придётся выстраивать.

Его надменный серьёзный взор был наполнен холодом. Ранее девушке не приходилось наблюдать подобного, и это пугало её.

– Но мы же любили друг друга, – тихо, с долей грусти, произнесла Ксения.

– Нет, Ксюш. То было не любовью. Дружеская привязанность, переходящая в подростковую влюблённость, это не есть любовь. Я говорю тебе это не для того, чтобы обидеть или отшить. Поверь, я бы мог сейчас тобой воспользоваться и бросить, если бы ты мне надоела. Однако я не могу этого сделать, потому что ты мне дорога.

Донская задумалась над этим, и хоть ей это было тяжело признать, но в его словах была правда. Она разочаровалась и в нём, и в себе. Направившись с грустным видом к кровати, девушка произнесла:

– Все эти шесть лет я думала, что всем сердцем люблю тебя, а ты доказал мне парой фраз, что я до сих пор не познала настоящей любви, – подойдя к постели, Ксения легла на неё и продолжила: – Похоже, что все мои грёзы о тебе были ложной эгоистичной надеждой.

Аристарх подошёл к кровати и, взобравшись на неё, пристроился рядом с подругой.

– Ты всегда была стервозной эгоисткой. Чего тут удивляться? – ухмыльнувшись, сказал парень.

– Я тебе хоть чуть-чуть нравилась? – с щенячьим взглядом, хлопая ресничками, спросила Ксения.

– Ты мне и сейчас нравишься, – перевернувшись на спину и подложив руку под голову, он продолжил, глядя в потолок: – Но это не любовь.

– А что такое любовь в твоём понимании?

– Любовь от влечения отличается тем, что ты становишься ответственен за того, кого любишь. Ради него ты пойдёшь на всё, даже на сотрудничество с врагом. Ты жертвуешь собой каждый день в пользу возлюбленного. Доверие… взаимопонимание… компромисс… в том числе с самим собой… верность… сколько же всего заключено в это слово.

Слушая размышления своего сына о любви, Чернобог опустил свой взгляд и одобрительно покачивал головой. В этот момент он вспоминал свою жену, как оставил приёмного сына в Нави, как доверил Вия Бабе-Яге и как остался рядом с младшим сыном. Разделение семьи было необходимой жертвой, чтобы спасти и уберечь своих сыновей. А Ксения с Аристархом всё рассуждали о высоком:

– Красиво говоришь, однако к чему клонишь? Разве я ничем ради тебя не жертвую? – спросила девушка, повернувшись на бок в его сторону.

– Думаю, тебе просто нравится моя внешность. Но что, если я в один прекрасный день обращусь в живого мертвеца? Моя кожа станет серой и холодной, волосы выпадут, и от меня останутся кожа да кости. Тогда ты сможешь любить меня?

– Я… – замешкалась она в сомнениях и ничего лучше не придумала, как перевести стрелки: – А что это мы всё обо мне? А ты сможешь отпустить меня?

Аристарх обратил свой взор на Ксению и утвердительно произнёс, приподняв брови:

– Нет.

Между ними воцарилось многозначительное затишье. Ксения поняла, о чём говорил Аристарх, и его короткий ответ не обрадовал девушку, а даже наоборот, испугал. Хотя, услышав бы подобное раньше, она бы непременно обрадовалась. И желать бы о большем не смела. Однако, стоит всё-таки бояться своих желаний. Аристарх уже познал боль от расставания и не сможет больше отпустить её. Он был прав, между ними нет любви. Это эгоистичное влечение с обеих сторон. Парень взял её руку и, рассматривая, говорил:

– Не спать с тобой сегодня – это моя прихоть. Если нашей истории любви суждено начаться сегодня, в эту ночь, то пусть она начнётся не с плотских утех, а с путешествия. Завтра мне нужно отправиться в Навь. Я не знаю, сколько там пробуду, и не знаю, что меня там ждёт. Но тебе некуда деваться, и тебе придётся нырнуть в этот омут со мной. Нам нужно выспаться перед этим. Спокойной ночи.

После он отбросил руку Ксении и, отвернувшись от неё, закрыл глаза. А девушку всё больше пугало происходящее. Донская боялась нового Аристарха и начала подумывать, что, может быть, не стоило бежать к нему без оглядки. Эта ночь была для неё неспокойной. Разные мысли посещали её голову, не давая уснуть.

Глава 8: Долгие проводы.

Этим днём было облачно. Хмурому небу содействовал прохладный ветер. Аристарх и Ксения шли, по полю к месту тренировки. Помимо плохой погоды парня тревожило предчувствие беды. А у его отца появились подозрения, что готовится ловушка.

– Нам не следует идти на эту тренировку. Боги Яви могли получить приказ от старейшин схватить тебя. Тебе лучше сразу отправиться в Навь, – тревожась, предупредил Чернобог своего сына.

– У меня нет причин не доверять тебе, но я хочу узнать, что скажет Семаргл, – мысленно ответил Аристарх.

Семаргл ничего не ответил и его молчание убедило Императора Нави в своей правоте.

– Сейчас же бери свою девку и телепортируйся как можно дальше отсюда!!! – прокричал Владыка.

Второй Принц потянулся за рукой Ксении чтобы телепортироваться, но внезапно сзади его сковали по рукам и ногам огненные цепи. Парень обернулся и увидел позади себя Семаргла. Заметив, что Аристарх скован, Донская прошлась взглядом по цепям и увидела пылающего волка. Через мгновение её ждала та же участь.

– Что ты делаешь?! – вопрошая, повысил голос Принц.

– Извини, я выполняю свой долг, – холодно ответил Бог первородного огня.

Аристарх ощутил жутко гнетущее разочарование, что начало проедать его сердце. Его душу разъедал едкий коктейль из предательства и лицемерия Семаргла. Глаза парня наполнились реками, что изливались из образовавшихся ран его внутреннего мира. Он рухнул на колени и, проронив слезу, решил дать ему шанс, чая неоправданные наивные надежды.

– Семаргл, ещё не поздно всё переиграть. Сделаем вид, что ничего не было. Я ничего плохого не сделал. Старался приносить пользу…

– Соберись!!! – перебил Чернобог грубо прокричав. – Он не пощадит тебя!

– Да откуда ты всё знаешь?! – вслух крикнул сын.

Ксения, ничего не понимая, с ужасом наблюдала за этой картиной.

– Он убил своего родного сына потому, что тот опозорил его перед небесными Богами. Не думай, что ты ему дороже своей кровиночки, – надменно произнёс Император.

– Это правда?… Ты убил своего же сына?… – тихо спросил разочарованный юноша.

– Я не обязан перед тобой отчитываться.

Аристарх взглянул на Ксению и ей стала ясна вся боль, что отображалась в его глазах.

– Отпусти её, – вновь обратился сын Чернобога к Семарглу. – Она тут не причём.

– Возможно и так. Но старейшинам стало известно, что она вообще не должна была появляться на свет. Её ждёт принудительное умерщвление, а Виктора казнь, но он сейчас в бегах.

После, у обоих наступил шок. Они не понимали, что это значит, но у Владыки всё встало на свои места, ибо он знал всё о рождении Донской.

– Теперь понятно, почему Виктор послал её к тебе. Он рассчитывал на то, что ты и Семаргл защитите его дочь. Донской не знает, что его покровитель, – предатель и лицемер. С этого момента ответственность за жизнь твоей подружки ложится на тебя, – произнёс Чернобог, убрав руки назад.

Тем временем у девушки переворачивался весь мир. Хоть она и не понимала многого из того, что происходило в тот момент, однако Ксения всегда знала, что с ней что-то не так. У неё не было пупка. Сколько бы дочь не расспрашивала отца об этом, он ничего не рассказывал, да велел хранить свою особенность в тайне от всех. Несмотря на молчание Виктора, у его дочери возникали догадки того, что она появилась на этот свет неестественным путём.

Эмоции бурей охватили цветущий сад души молодой девушки, снося собой всё, что годами цвело и процветало. Грянул гром из-за осознания несправедливости и жестокости этого мира. Её намерены убить потому, что она просто родилась не так, как все. Начался ливень из горьких слёз.

– Я не хочу умирать! – плача прокричала Ксения в сторону огненного волка.

Её крик больно ударил по сердцу Аристарха. Он пытался придумать, как ему вырваться из цепей.

– Придётся разорвать сделку с Семарглом. Эта собака слышит каждую твою мысль и всегда знает, где ты находишься. Пока его часть в тебе, он везде тебя найдёт, – сказал Царь Нави и направился в сторону частицы Семаргла.

Хоть Пожарского и пугало то, что он останется без защиты огненного волка, выбора не было.

Находясь в подсознании своего сына, Чернобог обратился в трёх изумрудных змей. Огненный волк направил в их сторону свои цепи, чтобы сковать, но они оказались проворнее, чем он того ожидал. Подобравшись к своей цели, змеи разорвали частицу первородного огня, поглотив её. В этот момент огненно-оранжевые линии, что сдерживали навьи чернометены на теле сына тьмы, обернулись в искры и растворились в небытие. Три чернобожьи твари направились прочь из подсознания парня. В этот момент Аристарх почувствовал себя неважно. Будто бы эти змеи лезли наружу через его пищевод. Так и было. Они подбирались всё выше и выше, вызывая у парня рвотные позывы и боль от растяжения внутренних стенок пищевода. Когда одна из этих созданий достигла горла, сын тьмы начал задыхаться. Ксения хотела помочь, но, будучи скованной, не могла ничего сделать. Ей оставалось только смотреть и переживать за него. Юноша непроизвольно открыл рот и пытался сделать вдох, но у него ничего не вышло. Его охватывал страх, он не понимал, что с ним происходит, как и Семаргл, который тоже был напуган и подумал, что Аристарх обращается в упыря. Однако, когда волк узрел вырвавшуюся змею из рта Принца, а за ней ещё двух, ужаснулся сильнее прежнего. Змеи немного проползли вперёд и начали переплетаться вместе в чёрном дыме, увеличиваясь в размерах, да приобретая силуэт человека. Так перед ними явился Чернобог. Наяву он казался ещё более величественным, внушительным и устрашающим. Семаргл содрогнулся при его появлении. Трава, на которой стоял Владыка, быстро завяла и прогнила, а земля на этом месте навсегда перестала быть плодородной. В мире Яви, к чему бы он не прикоснулся, почему бы не вступил, всё окажется мертво. Но это не его воля. Такова сила негативного Бога. Ксения чуть не потеряла сознание оттого, как вышел Чернобог из своего сына. А Аристарх был поражён тому, что оказалось, всё это время его отец был в нём. И огненный волк об этом даже не подумал.

Император демонстративно держал в руке частицу огненного волка. Взглянув надменно на Бога первородного огня, спокойно сказал:

– Договор разорван, – сжав небольшую огненную часть Семаргла в руке, Царь Нави разрушил её и продолжил разговор, обращаясь к сыну: – У тебя слабый иммунитет к собственной же негативной энергии. Ты должен был получить его с молоком матери, но вас слишком рано разлучили, и из-за этого твой организм разрушает сам себя. Вот почему на твоём теле появились и распространяются навьи чернометены. Тебе нельзя использовать чёрную магию, потому что это ускоряет твоё саморазрушение. Но есть лекарство от твоего недуга.

После этих слов Владыка явил себе меч и без труда разрубил цепи Семаргла, что сковывали Ксению с Аристархом. Лезвие Императора медленно направлялось в сторону волка, а взгляд становился более зловещим и решительным. С ненавистью в голосе Чернобог произнёс:

– У тебя появится иммунитет к негативной энергии, и ты сможешь использовать её без вреда, если поглотишь этого пса.

Ксения услышала это и воодушевилась. Живущие в её внутреннем мире маленькие эгоистка и благодетельница выплясывали под победный марш, как сумасшедшие. На заплаканном лице проявилась лёгкая улыбка.

Бог первородного огня понимал, что не сможет тягаться с Императором мёртвых. Владыка был самым могущественным Богом из всех. И лишь объединившись, Небесные Божества вместе со стихийными богами яви с большим трудом смогли заточить его в Нави.

Поднявшись с колен, Аристарх сделал пару шагов навстречу Семарглу, да спросил Чернобога, проронив слезу:

– Это убьёт его?

– Да, – протянул его отец с улыбкой на устах, надменно задирая нос.

– Но кто же будет Богом огня?

Царь тьмы обратил свой взор на своего сына и, ухмыльнувшись, вновь протянул:

– Ты.

Принц предстал перед нелёгким выбором. Между своей совестью и эгоистическим желанием выжить, да стать полноценным Богом огня. Пусть Семаргл его и подло предал, но у юноши всё ещё не угасли тёплые отношения к нему как к наставнику, однако без силы волка Аристарха ждёт скорый конец. Такой заманчивый соблазн стать повелителем первородного пламени склонял парня к убийству Семаргла. Искушение было велико, но после шага во тьму нельзя будет оборачиваться назад. И стоит ли уподобляться лицемерному искрящемуся божку?

Сын Чернобога, уронив последнюю слезу, взял себя в руки, да направил свой взор к очам пса. Его взгляд пронзающей ледяной стрелой кольнул жаркое сердце волка так, что на мгновение оно замерло и остыло.

– Я не буду делать этого. Прощай, Семаргл, – леденящим душу голосом произнёс он.

Огненный Бог никак не ожидал услышать от Аристарха подобного. Предательскую душу загрызла совесть, выбравшись из клетки самообмана, что была заперта на ключ безразличия. Внутренняя нестерпимая боль, которую впустил в себя волк, заставила его печально заскулить и пожалеть о том, что он сотворил. Чернобог сначала не одобрил решение своего сына, но как только увидел реакцию Семаргла, то расплылся в довольной улыбке. А Ксения, подбежав к Навьему Принцу, начала пытаться убедить его изменить своё решение. Она взяла парня под руку и, посмотрев на него умоляющим взглядом, произнесла:

– Он будет преследовать нас. Нельзя играть в доброго и благородного рыцаря с ним. К тому же его сила излечит тебя. Ты должен его убить. Сделай это ради нас.

В её словах было здравое зерно, и юноша видел, что девушка о нём беспокоится больше, чем о себе. Однако его терзали смутные сомнения насчёт её чувств к нему. Беспокоится ли она о нём или о божественно-красивой и неповторимой внешности, которую парень мог потерять. Сын Царя Нави не знал, как относиться к этому. С одной стороны, он был рад тому, что небезразличен этой девушке. С другой стороны, Аристарх боялся, что ей в целом всё равно на него самого и Ксении важен его облик. Эти размышления вывели его из себя. Он резко вырвал свою руку из её объятий и начал грубить:

– Да кто ты такая, чтобы я убивал Богов ради тебя?!

Вздрогнув, Ксения немного отступила назад. Его вопрос раздался громом в её внутреннем мире, в котором только что закончился ливень и проявилась радуга на небе.

– Хорошо. Сделай это ради себя, – опустив голову, пряча свои глаза от сурового взгляда парня, произнесла она.

Второй Принц Нави приблизился к ней вплотную и, прикоснувшись к подбородку девушки, он приподнял ей голову, чтобы сказать своё последнее слово:

– Всё уже решено, и назад я не поверну.

Взгляд парня беспощадно прожигал душу Ксении. В ней зарождался страх перед ним, и он это заметил. Красавица хотела возразить, однако будто бы окаменела. В горле образовался ком, а голос куда-то пропал. Вновь внутри начала бушевать буря, хотелось кричать, но она не могла.

На небе засверкала молния, да отовсюду начал слышаться страшный гром. Аристарх сразу понял, к чему всё идёт, и принял оборонительную позицию, держа за собой Ксению. Чернобог ухмыльнулся, предвкушая скорое появление ещё одного своего врага. И ударила молния перед ним, да явился из неё Бог грома в сияющих доспехах. Его красный плащ развивался на ветру, что вызывал гром, бушующий вокруг него. Хорошо заточенная секира Перуна имела деревянную рукоять, расписную его символическими знаками, искрящими электричеством. Лезвие божественного топора отображало своим сиянием всё величие Небес, ибо было закалено за небосводом самим Сварогом.

В пируэте набрав скорость, Перун замахнулся в сторону Чернобога, но Император легко заблокировал его удар. Их оружия схлестнулись, и раздался металлический звон. Через мгновение молния ударила, прогремел гром, да начался ливень. Встретившись взглядом, спустя столько веков, Боги вновь узрели друг друга. Громовержец скорчился в напряжении, пытаясь продавить блок Царя мёртвых, но всё было напрасно. Держа удар Перуна, Владыка был невозмутим. Ни одна мышца не дрогнула на его лице, с которого стекали капли дождя, превращаясь в едкую и ядовитую жидкость. Император Нави посмотрел на то, сколько сил тратит зря Бог грома, и ухмыльнулся, упиваясь его бессилием.

– Ты мне не ровня, – сказал Бог тьмы, надменно посмеиваясь над своим врагом.

– Как ты вылез из своей дыры?! – ненавистно прокричал повелитель молний.

– Дыры? – последовала лёгкая ухмылка, которая перешла в громкий выразительный смех.

Резко успокоившись, Чернобог оттолкнул Перуна одним мощным движением. Тот еле удержался на ногах, скользя назад по сырой и вязкой земле.

– Тебя ждёт смерть, Бог зла!!! – угрожал он, остановившись.

– Не хочется это признавать, но ты прав. Моя любимая жена ждёт меня, и мне некогда с тобой играться. Предупреждаю в последний раз, не преследуйте нас.

Чернобог щёлкнул пальцами и вместе с Аристархом и Ксенией исчез в чёрном дыму, что окутал их.

Они оказались посреди глухого леса перед избой на курьих ножках. Карканье ворон, лёгкий туман, пасмурная погода навивали небольшое чувство тревоги в сердцах молодых. Донская и Пожарский не знали, чего ожидать. Это одновременно внушало страх неизвестности и пробуждало жуткий интерес.

Чернобог сложил руки назад и, направившись к дому, позвал Ягу. Та долго ждать себя не заставила. Дверь распахнулась, и оттуда поковыляла хромой кобылой старуха с костяной ногой, да увидела та своего повелителя.

– Ваше величество, приветствую вас! – приклонившись перед ним, восторженно промолвила бабка.

– Здравствуй, Яга, есть к тебе дело. Кощея и его подругу нужно отправить в Навь.

Баба Яга взглянула на юношу и начала умиляться.

– Так это тот самый маленький сладенький пирожок? Какой же хорошенький он был, так бы и съела…

– Яга! – воскликнул Владыка, перебив её, продолжив: – У него слабый иммунитет к негативной энергии. У тебя есть какие-нибудь лекарства?

– Да, есть, мой Император, только они не излечат его, а отсрочат преображение.

– Хотя бы так.

Сделав глубокий вздох, Царь мёртвых воплотил меч в своих руках и направился к сыну. Подойдя к тому, он протянул оружие и, глядя на свой клинок, произнёс:

– Возьми его, – взгляды Принца и Императора встретились, да старший продолжил: – Этот меч связан с духом, который поможет тебе без проблем пройти в императорский дворец. Как только ты попадёшь в Навь, то этот дух сразу же появится рядом с тобой.

– А ты не пойдёшь со мной?

– Нет, – отрицательно покачал головой он: – Я поклялся, что вернусь в Навь только рука об руку с твоей матерью. Сегодня ты отправляешься в самостоятельный путь, сын мой. Мне не известны элитарные настроения Нави. Если там какие-то проблемы, можешь попробовать их решить, но будь осторожнее. Политика – это ядовитое болото, в котором все против всех.

– Я не могу принять твой меч. Каждый Бог этого мира хочет уничтожить тебя. Он тебе ещё понадобится, – сказал Аристарх, переживая за отца.

Узрев искреннее волнение своего сына за него, Чернобог ощутил трепет тёплых эмоций в груди. Такое чувство ранее дарили только Морена и приёмный сын, что остался в Нави. Всем остальным он был безразличен либо ненавистен. Таково было бремя Бога увяданий, и он нёс его с достоинством.

– У меня есть и другое оружие. Тебе не надо за меня беспокоиться, – сказал Император, слегка улыбнувшись.

Сердце Аристарха трепетало от осознания, что он сейчас возьмёт меч своего отца. Неспешно протянув руки к огромному клинку, Принц принял его, ощутив весь вес и могущество этого оружия. Он был слишком тяжёл и длинен для юноши, но Чернобог отдал ему своё орудие не для боя.

Этот час настал. Наступило время отпустить своё чадо в свободное плаванье. Отходя от парня, Владыка был уверен, что он справится со всеми грядущими испытаниями и вернётся совсем другим.

– Лучше твою подругу оставь в Нави, – произнёс Царь мёртвых.

– Да, я тоже так считаю, – ответил ему сын.

Сама же Ксения не была рада этому, но понимала, что там будет безопаснее… наверно… Во всяком случае, спорить с Чернобогом она желанием не горела, а поэтому промолчала. Это не старейшины Небес, перед которыми можно выкручиваться как хочешь, и любимый папочка отмажет.

– Куда отправишься? – спросил Аристарх своего отца.

– Нужно найти Вия. Я рассчитывал на то, что он отыщет нас раньше. Кстати, на родине ты Кощей Бессмертный. Забудь про своё привычное имя.

Юноша кивнул с пониманием, хоть ему и не особо нравилось имя, данное его отцом. Несложным движением руки Царь мёртвых явил ножны от своего меча, уже закреплённые за спиной Аристарха, чтобы тот не таскал его всё время в руках. После к Владыке подошла Баба-Яга, да начала жаловаться, припав к его ногам:

– Мой Император, ваша мудрость безгранична, а чёрное сердце не имеет белых пятен лицемерия. Прошу вас, проучите вашего старшего сына. Он меня ограбил и изувечил моего барабашку.

Чернобог и правда был крайне мудр, а поэтому посчитал, что старуха сама виновата в том, что случилось. Мол, неправильно воспитывала, вот он и натворил такое. Однако Повелитель тьмы не стал наказывать бабку за глупость пока что. Оставил это на потом. Вдруг она решит напакостить его второму сыну.

– Разберёмся, – сказал Властитель Нави и исчез во тьме, щёлкнув пальцами.

Ксения решила помочь старушке подняться. Подойдя к ней, девушка поставила её на ноги, и той удалось разглядеть её лучше. Яге молодая девица показалась знакомой. Через несколько мгновений она вспомнила, где могла видеть её раньше.

– Ты вернулась к жизни и даже не состарилась за двадцать пять лет? – выпучив глаза, спросила старуха.

Вопрос старой ведьмы поверг Донскую в недоумение, как и Аристарха, но парень быстро сообразил, что бабка перепутала Ксению с её матерью.

– Бабушка, вы спутали Ксюшу и её мать. Я видел её умершую маму на фото. Они действительно очень похожи, – произнёс юноша.

Ксению смутили слова Яги. Виктор говорил, что его жена Юлиана умерла при родах дочери, но двадцать пять лет назад родился Богдан, а его сестра появилась на свет четыре года спустя.

– Вы не знаете, от чего умерла моя мама? – спросила девица старую.

Яга явила себе огромную серую с чёрными рунами и древнюю на вид книгу, да листать начала. Пролистав к нужной дате, она нашла имя матери Ксении и ответила на её вопрос:

– Пять тысяч девятьсот девяносто девятый год, Донская Юлиана Константиновна умерла от яда небесной гусеницы, – зачитав причину смерти, бабка взглянула на Ксюшу и произнесла: – Точно. Вот почему я запомнила это лицо-то. Её душа не хотела оставлять своего сына и чуть не превратилась в полуночницу, но муж этой девушки провёл все возможные ритуалы, чтобы упокоить душеньку своей любимой жены. А перед похоронами зачем-то все волосы состриг.

Сам по себе яд небесной гусеницы слаб, но после родов организм Юлианы был уязвим, и ядовитое вещество убило её. Этот токсин не оставляет после себя никаких следов.

Услышав это, Пожарский взглянул на Донскую, а на той и лица не было. Вся побледнела, застыв каменной статуей. Парень не знал, как поддержать девушку, потому что и сам был ошарашен этой историей. Аристарх взял её за руку, не зная, что сказать. Ксения обратила свой взгляд в его сторону и сказала, натянув фальшивую улыбку:

– Всё нормально. Не волнуйся, я в порядке. Могу я попросить тебя кое о чём? Прежде чем мы отправимся в Навь, я хочу кое-что сделать. Дай мне немного времени.

– Ладно, но я пойду с тобой. Мы в розыске, и нам лучше держаться вместе, – опасаясь за её безопасность, сказал Аристарх.

Девушка кивнула и телепортировалась вместе с ним в свою квартиру. Там она прошла в гостиную, предварительно захватив с кухни два пакета, и начала складывать деньги в них. Увидев огромную заначку, юноша сильно удивился, и у него появились вопросы:

– Откуда у тебя столько денег?

– Не бойся, проституткой не работала, – нервно выдала нелепую шутку девушка, а затем ответила: – У людей есть спрос на сладкую ложь, а я готова им её предложить. Они такие наивные и глупые.

– Не думаю, что в Нави они нам пригодятся.

– Это не нам. Я раздам своим подругам и Богдану.

В этот момент Аристарх вспомнил, что за её непомерным эгоизмом и расчётливым жлобством скрывались желание помочь своим друзьям и самоотверженность. Характер данной особы всегда казался ему сложным и противоречивым, но благодаря её многогранности каждый раз он открывал в ней что-то новое. И сейчас она могла просто уйти, не позаботившись о близких, но Ксения не сделала этого. Этот поступок возвысил эгоистичную леди в глазах Пожарского.

С двумя пакетами в руках чародейка телепортировалась к дому подруг в компании своего друга. От осознания того, что она может сюда больше никогда не вернуться, у неё покатилась слеза. На миг всё происходящее показалось сном. Новая открытая правда про мать и её смерть, вся семья девушки теперь преступники, хотя ещё недавно была знатной и имела власть, а сердце Ксении было обмануто детской влюблённостью. Словно блин за блином всё это накладывалось друг на друга, образуя высокую башню, которая скоро свалится.

– Постучи в дверь, – попросила Донская Пожарского.

Он выполнил просьбу. Дома была Ева. Она и отварила дверь. Увидев Ксению вместе с Аристархом, вновь её зависть проснулась и загрызла душу. Чтоб не выдать себя, она мило улыбнулась. Её всепрощающая подруга не выдержала и, отпустив пакеты с деньгами, обняла Еву. Послышался тихий плач Донской, а её завистница впала в недоумение.

– Возможно, мы с тобой никогда больше не встретимся, поэтому хочу сказать, что не держу на тебя зла. Я всегда ценила тебя за твою искреннюю дружбу или… ненависть, – плача промолвила Ксения.

Аристарх проникся ею и вспомнил свой уход из семьи Донских. Только вот у него не было возможности обнять кого-то на прощание, и он был рад, что дорогой ему подруге выпал этот шанс.

А непреодолимая ничем зависть Евы не давала ей услышать свои же разумные мысли, что приходили в голову. Как только она увидела Аристарха, то вспомнила, как он грубо её отвёл от себя. А затем пробудились и другие обиды, что девушка усыпляла в себе все эти годы. Как же я хочу быть тобой. Поймала себя на страшной мысли Воробьёва, но ни капли не ужаснулась от неё. Наоборот, эта идея ей понравилась. Так она бы получила всё, что имела Ксения.

Донская не стала терять время на долгие посиделки. Не хотела тратить драгоценный ресурс жизни Аристарха. Немного всплакнув на плече Евы, она отдала пакеты с деньгами и попросила отдать один из них Богдану, а после подошла к Принцу Нави, чтобы тот её телепортировал в нужное место. Однако он видел, что ей нужно выговориться, и телепортировал их чуть дальше избы бабы Яги, чтобы пройтись пешком и поговорить с Ксенией.

– Где мы? – недоумевая спросила девушка.

– Не беспокойся, идём прямо, и там изба той старухи будет, – ответил Аристарх, указывая путь рукой, а после, легонько приобняв подругу, продолжил: – На тебя столько всего сегодня вылилось. Я бы хотел, чтобы ты выговорилась.

– Вот ещё. Время твоё тратить.

– Ну а какая разница? Когда я умру, то сразу же возрожусь вновь. Я бы на твоём месте проводил время со мной именно сейчас.

– Кстати, ты не думал, что, обратившись в живого мертвеца, потеряешь себя?

Парень задумался. Ранее его не посещали подобные мысли. От этого они казались ещё страшнее. Его вгоняло в ужас внезапное осознание того, что он навредить тем, кто ему небезразличен.

«Пощадив Семаргла, в будущем не станет ли жертв больше? На крайний случай должен быть способ убить бессмертного. Если его нет, надо его сотворить.»

Подумал Аристарх и начал отвечать на вопрос:

– Теперь я об этом подумал. Не беспокойся, если мне суждено потерять себя, до этого момента я сделаю всё, чтобы у тебя появилась возможность остановить меня.

Осознав весь смысл его слов, девушка прослезилась, испытав очередной вихрь эмоций. Она старалась держаться из последних сил, чтобы её чувства не вырвались наружу, подобно извержению вулкана, но рано или поздно это всё равно случится, только в более крупных масштабах. Такова природа.

Заметив, что его слова расстроили Донскую ещё больше, Аристарх прижал её к себе и обнял крепче. Теперь ему было понятно, что для неё важен он. Как тело, так и душа, ибо одно без другого полноценно существовать не может.

– Всё будет хорошо. Я найду способ излечиться. Не беспокойся за меня.

– Обещаешь? – посмотрев парню в глаза, произнесла девушка с надеждой.

– Да, обещаю, – искренне прошептал юноша.

Обещание, данное вторым Принцем Нави, воодушевило Ксению, и она улыбнулась, обняв его. Между ними настала гармония из тишины и взаимопонимания. В эти мгновения слова были излишними. Донская и Пожарский видели поддержку в очах друг друга, ощущали её в объятьях.

Такой чувственный момент оборвался так внезапно. Перед ними явился Артур, возглавляя около двух десятков чародеев, явившихся позади него. Ксению охватил страх за своего друга, а у Аристарха возникло дикое беспокойство за подругу. Узрев, как они шли по лесу, мило обнимаясь, Высоцкого окутал омут ревности, но он старался держать себя в руках. Сделав пару шагов вперёд, сын старейшины начал с ними диалог:

– Привет, Ксюш, рад, что ты цела.

В этот момент Аристарх немного прошёл вперёд, прикрывая девушку собой.

– Кто ты? Что вам нужно? – спросил он, зная ответ на второй вопрос.

– Я Артур Высоцкий, Ксюша меня знает. Нас с ней связывают тёплые и достаточно интимные чувства.

В этот момент парень хотел вызвать сомнения и ревность у Принца тьмы, и у него это отлично получилось. Пожарский ощутил то, как приревновал Ксению к неизвестному ему типу. Это было неожиданным взрывом фейерверков из чувств для Аристарха. Ловя себя на мысли, что у них с Донской нет романтических отношений, всё равно не мог ничего с собой поделать. А девушку покоробило со слов своего бывшего. Между ними кроме пары поцелуев не было ничего серьёзного, а он выставил всё так, будто бы они являются горячими любовниками и по сей день. Это разозлило Ксению, и она решила ответить ему той же монетой, если не грубее:

– Мы с тобой давно уже не встречаемся. Зачем врать? Или ты бесишься, что тебе не удалось затащить меня в постель?

– Не воспринимай меня так враждебно. Я тебе не враг, Ксюш. Кстати, они здесь, чтобы поймать вас, – указывая на чародеев сзади, сказал Высоцкий, а после снисходительно продолжил: – Тебя, Пожарский, заточат в темнице и введут в состояние вечного сна, ну а её подвергнут принудительному умерщвлению. Судьба у вас незавидная, если говорить честно, но у меня есть решение ваших проблем. Аристарх, тебе я позволю сбежать. Отправляйся в Навь, тебя там никто не достанет. А ты, моя дорогая Ксюша, пойдёшь со мной. Мой отец сделает всё, чтобы ты не пострадала, и более того, он вернёт статус твоей семье и восстановит Виктора в правах. Твой папа снова вернётся к обязанностям старейшины.

Девушка задумалась. Иллюзия любви к Аристарху развеялась, и, если Артур сделает так, как говорит, она ничего не теряет. Сын Императора Нави сразу же понял, что в этом всём кроется очень неприятный подвох.

– Что от этого хочешь получить ты? – задал вопрос Принц мёртвых, надменно задрав нос.

– Сущий пустяк, я хочу жениться на Ксюше, – также надменно ответил Высоцкий.

Услышав это, Ксения с недоумением посмотрела на Артура и поняла, что всё-таки за это придётся платить. И цена была высока.

– Что? – продолжил Артур, обратив взор на шокированную девушку: – Ты же не думала, что это всё просто так? А теперь подумай о том, что натворила одним глупым действием. Карьера твоего отца разрушена, он вместе с твоим братом в бегах, и когда их найдут, то казнят. Хотя ты всегда подставляла своего папочку глупыми выходками. Было предсказуемо, что и в этот раз не подумаешь о близких. Всё, над чем работал Виктор все эти годы, в один миг уничтожила его избалованная дочурка. Но я даю тебе шанс всё исправить. Идём со мной, и я превращу твою жизнь в сказку.

Артур умело давил на чувства вины и стыда Ксении перед её отцом. Девушку снова охватили негативные эмоции страшным вихрем, но она изо всех сил держала их в узде и пыталась оправдать себя.

– Но зачем же он отдал мне сферу, которая привела меня к Арику? – спросила нервная девушка.

В отличие от своей эмоциональной подруги, Аристарх видел все дешёвые манипуляции и понимал, что за ними кроется. Ему стало ясно, почему Виктор поступил так, а не иначе. Принц решил, что пора поставить на место этого скользкого слизня, и начал отвечать на вопрос Ксении:

– Потому что тебя он мог доверить только мне. Не слушай его. Он манипулирует тобой и лжёт. Тебя, как и твоего отца, собираются убить не из-за меня, а из-за твоего, пока что непонятного нам, появления на свет. Думаю, Виктор понял, что правда о тебе будет вот-вот раскрыта, и отправил тебя ко мне.

Парень утихомирил бурю в душе Ксении, но вопросы у неё всё ещё остались:

– Но зачем он сделал это при остальных старейшинах? – спросила она, взглянув на Аристарха.

– Этого я не могу знать, – ответил он, а после обратил свой взор на Артура, да тихим спокойным и уверенным голосом продолжил разговор, но уже со своим соперником, начав разминать руки: – Ты прав. Ничего просто так не бывает. Даже за хорошее детство приходится платить, если, конечно, есть уважение к родителям и их ребёнок вырос не идиотом, – взгляд Аристарха стал злым и ещё более серьёзным, а голос грубым, стремясь внушить страх на толпу чародеев: – Я знаю одно заклинание, которое в один миг снесёт головы с ваших плеч. Сто одна тысяча лезвий разрубит ваши шеи за долю секунды, минуя любую защитную магию. Этому меня научил Чернобог. Вы все так его боитесь и не зря! – надменно засмеялся Принц мёртвых и полушепча продолжил: – Что бы вы ни делали, после своей смерти вас всех ждёт одна участь: преклониться перед моим отцом.

Парень незаметно телепортировал себе в руку рядом лежащий на земле камень и приготовился к атаке.

– Сто одна тысяча лезвий!!! – громко выкрикнул Аристарх, со всей силы бросив камень в Артура.

Небольшой камушек прилетел ему прямо в лоб, сильно пошатнув чародея. Заметив это и толком ничего не поняв, стоящие позади него прихвостни пригнулись, испугавшись. На дальнюю толпу сработал стадный инстинкт, и они повторили в страхе действие за своими товарищами. В этот момент Аристарх взял за руку Ксению и телепортировался с ней к дому Бабы-Яги.

Там Аристарх с подругой, державшейся за ним, подошёл к двери избы и, постучавшись, прокричал:

– Милая бабушка, отведите нас в Навь! Меня и Ксению преследуют небесные чародеи!

Девушка была шокирована тем, как Принц ловко вышел из ситуации и спас их обоих, почти не используя магии. Она восхищалась его находчивостью, хитростью и прозорливостью. Он ей начинал нравиться ещё больше.

Открылась дверь, и на пороге стояла Яга.

– Сладкие мои, чего случилося? – спросила старая.

– Нам нужно поскорее попасть в Навь, небесные чародеи у нас на хвосте! – в панике протараторил Кощей.

– А ну бегом в избу! – воскликнула бабка и потянула за руку парнишку в дом.

Вошли они в дом, и дверь захлопнулась.

– Изба! Двигаемся к мосту реки-Смородины! Быстрее! – приказным тоном громко сказала Яга.

Избушка поднялась и направилась к реке-Смородине. Ксении и Аристарху не довелось как следует рассмотреть дом старой ведьмы, а поэтому они не заметили, что он стоит на куриных ножках. Друзья сильно удивились, что ветхая хата сдвинулась с места и понеслась сквозь леса да поля. Внутри в этот момент царил хаос от сильной тряски жилища. Невозможно было устоять на ногах, падали шкафы, перевернулся обеденный стол с выпечкой, рухнули часы с кукушкой, летела посуда с полок на пол, но не билась. Деревянная была, только вот прогнившая вся.

Ксения понимала, что сейчас время показать свои сильные стороны, иначе она станет для всех обузой. Девушка старалась сохранять равновесие, несмотря ни на что. Аристарх понимал, что стоять посреди помещения, в котором всё летит вверх дном, не лучшая затея, и, взяв свою подругу под руку, решил отвести в угол, да заслонить собой, чтобы ничего в неё не попало. Она ощутила его тяжёлое дыхание на своей нежной коже, и в это мгновение для Донской время будто бы остановилось. Её взору стали доступны все детали лика нравившегося парня. Узор красных зрачков завораживал и гипнотизировал до помутнения рассудка, выраженные скулы подчёркивались остротой ушей, и при определённом свете Аристарх выглядел ещё неотразимее. Чёткий контур губ идеальной линией проходил вокруг рта, заостряя уголки, а сами губы слегка потрескались. Когда юноша приподнял подбородок, под ним показался рельеф кадыка, а из-под одежды проглядывались чернометены. Вновь он посмотрел на Ксению сверху вниз, чаруя её своей невероятной харизмой, данной ему от отца. Снова девушка очарована им, словно мотылёк, летящий на свет зажжённой свечи.

Сквозь густой туман синих оттенков прошла изба на курьих ножках и оказалась в багровом лесу, где всегда царила ночь, а её тьму освещало огромное скопление голубых огоньков. Это были души умерших, ожидавшие сопровождения в мир мёртвых. В дали, на тёмно-синем небе, за алыми облаками еле виднелось светило Нави, направляя духов к мосту реки – Смородины. Это была уже не Явь, но пока ещё не Навь.

Внезапно за бегущей избой явились и погнались чародеи с Артуром во главе на небесных сияющих белых конях. Этим чудесным и прекрасным животным не нужна была земля для опоры. Они скакали, паря в невесомости, оставляя после себя свет, что рассеивался через пару секунд. Ксения и Яга заметили их в окне почти одновременно, Аристарх же стоял к нему спиной.

– Они нас сейчас догонят… – еле слышно промолвила молодая девушка, остолбенев от отчаянья.

Принц обернулся и, увидев преследователей на конях, напрягся.

– И такое существует?! – удивлённо воскликнул парень.

– Ты сын Чернобога и удивляешься летающим коням? Любопытно… – с иронией подметила Ксения, а после её тон сменился и стал более серьёзным: – Я прошла подготовку на небесного стража и знаю, как эти всадники будут действовать. Если хотите, чтобы избушка уцелела, нам придётся остановиться и выйти к ним. Иначе они догонят, окружат и раздербанят её.

– Но я не смогу дать им бой и защитить тебя… – сказал Аристарх, испытывая прилив безнадёги в эти мгновения.

Понимая, что в любом случае будут жертвы, Ксения решила принести в жертву себя. Так она рассчитывала спасти Принца и странную ведьму.

– Доверься мне, всё будет хорошо. У меня есть кое-что в арсенале, что позволит нам сбежать, – произнесла Донская, стараясь убедительно лгать.

– Почему же ты не использовала это раньше? – спросил Пожарский.

Недолго думая, его подруга сразу же нашла ответ и, улыбнувшись, произнесла:

– Ты не дал мне такой возможности. Идём, нужно разобраться с ними. Мы не сбежим от небесных стражей.

Аристарх попросил Ягу остановить свою избу, и она выполнила его веление. Подойдя к молодым, старуха предупредила:

– Мы находимся на пересечении Яви и Нави. Тут нельзя использовать телепортацию, иначе навсегда исчезните. Река – Смородина совсем близко. Я отвлеку стражу, а вы бегите в ту сторону, что изба бежала. Через реку по мосту перейдёте, да в Нави окажитесь.

– Я сама стражами займусь. – возразила Ксения.

– Займись-ка ты лучше Принцем, посмотри, как исхудал. Кожа да кости, весь в отца. Откорми да отпои его, – бабка достала из своих карманов вязанный небольшой мешок, отдала его Ксении и вновь сказала: – Здесь пилюли и мазь от чернометен. Пилюли очень хорошо помогают, но часто их пить нельзя. Они вызывают сильное привыкание, и если их регулярно пить, то они перестанут действовать. Лучше использовать чаще мазь, но я отдаю вам все свои запасы этого крема. Больше нету. И вот чего ещё, при нанесении этого лекарства на чернометены, он будет чувствовать невероятную боль. Ты уж помоги ему. Боюсь, сам он не справится. Во дворце у него будут слуги, но касаться ему их не желательно. Это может усугубить его состояние.

Услышанное озадачило девушку. Это всё меняло, и обойтись меньшей жертвой, какой она считала себя, уже было нельзя. Ксения сложила мешок в карман своей толстовки и произнесла:

– Честно говоря, я хотела уйти с Артуром, чтобы вас отпустили, а теперь… У меня нет никакого плана.

«Да кто ты такая, чтобы я убивал Богов ради тебя?!»

Вспомнились свои же слова, что он сказал некоторое время ранее своей подруге. Ему стало стыдно перед ней за сказанное. Однако извиняться сейчас не время. В этот момент нужны действия. Аристарх взял Ксению за руку и, глядя ей в глаза, промолвил:

– Твой противоречивый характер сводит меня с ума. Приготовься бежать, моя самоотверженная эгоистка.

Девушка немного покраснела с его слов.

– С тобой хоть на край света, – улыбнулась Донская в ответ.

Чародеи Небес уже окружили избу и ждали приказа Артура, а тот поджидал действий тех, кого преследовал. Дверь заскрипела, медленно открываясь, да хромая Яга неспешно на улицу вышла.

– Ну и чего вы меня преследуете? Мне души сопроводить надо, а не с вами щи варить, – возмущалась неуклюжая старуха, расставив руки в боки.

Артур слез со своего белого коня и, направившись к ведьме, начал говорить:

– Не держи нас за дураков, разносчица зла и похитительница детей. Я знаю, что ты укрываешь тех, кто мне нужен.

– Избу и барабашку ты не получишь.

Высоцкий захохотал, оценив увиливание Яги, но пальцем пригрозил.

– Ты играешь с огнём, бабуля.

Старая колдунья начала спускаться по лестнице. На последней ступеньке она упала, но не случайно, хоть и делала вид, что это не так. Всячески изображала то, как ей больно, чтобы привлечь всё внимание к себе, и ей это удалось. Пока все отвлеклись на неё, коней опутывали заколдованные ею лианы, что росли прямо под ними. Когда бабка подсчитала, что лошади с места уже не сдвинутся, она приказала избе выпрыгнуть из чародейского окружения и бежать в сторону реки – Смородины. Избушка так и сделала, и препятствий у неё больше не было.

– Уничтожить эту ведьму! – прокричал свой приказ Артур, а сам побежал в сторону избы.

– Я сделала всё, что могла, мой Император. Надеюсь, вы будете мной довольны, – тихо произнесла Баба-Яга, закрыв глаза в ожидании своей кончины.

После чародеи уничтожили колдунью, и изба её тут же обратилась в прах, а вместе с ней Яшка пал замертво, обратившись голубым светлячком. Ксения с Аристархом рухнули на землю. Теперь они могут рассчитывать только на самих себя. Понимая это, они старались подняться как можно быстрее и побежать, не смотря на ушибы. Взяв Донскую за руку, Пожарский бегом повёл её за собой к мосту, а Артур постепенно их догонял.

И вот показалась кроваво-красная река – Смородина и проходящий через неё мост, плотно обвитый ветвями с белыми и красными ягодами. Что по ту сторону этого моста, было не известно.Густой синеватый туман закрывал дальнейшие виды.

– Осталось совсем чуть-чуть! Мы почти пришли! – запыхался Аристарх.

Артур практически догнал их, и ему удалось схватить Ксению за руку, но она сумела вырваться. Девушка со своим другом вбежали в неизвестность, не оглядываясь назад, а Высоцкий не решился заходить в таинственный туман.

Глава 9: Добро пожаловать в мир мёртвых.

Плотный туман закрывал весь обзор. Даже посмотрев вниз, не было видно, куда и на что ступали Ксения и Аристарх. Их ноги проваливались в сине-белую дымку. Боясь потерять свою подругу, парень вёл её за руку. Им казалось, что они слепо плутали по глухой неизвестности целый час, но это была иллюзорная аномалия этой местности, и прошло всего лишь несколько минут.

– Мне кажется, мы идём целую вечность, – произнесла девушка, испытывая гнетущее чувство страха перед тем, что таится за непроницаемой мглой.

Её воображение рисовало самые разные образы, но в основном они были мрачные и жуткие. Ведь что-то другое было сложно представить, когда речь шла об Империи Чернобога.

– В конце концов мы куда-нибудь придём, – сказал Аристарх.

– Раз уж тебя теперь нельзя называть Аристархом, буду звать тебя Кощеюшкой.

Юноша улыбнулся и, взглянув на неё, ответил:

– Хорошо. Очень мило, кстати.

Его умилительная улыбка растрогала девушку, и та улыбнулась ему в ответ, ощущая трепет в сердце.

Какое-то время спустя вокруг них начал рассеиваться туман, и они оказались между двух тёмно-серых скал, на которых прорастали необычные цветы сквозь вбитые в горы чёрные блестящие черепа. Цветы были схожи с розами, но казались стеклянными. Начало лепестков было прозрачно, а к верху они плавно переходили в яркий фиолетовый цвет. По синей траве вдоль мрачных гор огромными шлифованными камнями расстилалась дорога.

Туман рассеялся. Обернувшись, Аристарх увидел, что назад им не пройти. Две возвышенности оказались одним целым, образуя позади Ксении и её друга тупик и ведя их исключительно вперёд, в неизведанное, по ранее виданной тропе. Подняв свой взгляд выше, вниманием девушки завладело местное светило. Громадная, но такая далёкая чёрная сфера, вокруг которой стягивался яркий свет. Аристарх взглянул на свою заворожённую подругу, а после на то, что её так привлекло.

– Надо же, и солнце здесь чёрное, – удивившись, произнёс юный Принц.

– Похоже на чёрную дыру… Как же это… впечатляет. Ты в курсе, что чёрные дыры образуются после смерти звезды?

– Хм, в Принципе, в этом мире следовало ожидать подобного. Но я даже и представить не мог, что здешние земли освещает мёртвое светило. Да ещё и так ярко.

Девушка обратила своё внимание на странные цветы, что росли на поверхности горы сквозь человеческих останков. Подойдя к ним ближе, она начала созерцать их, и перед ней открылось ужасное великолепие этих мистических растений. Изящная девичья рука так и тянулась прикоснуться к на вид хрустальным лепесткам. Ксении было любопытно, какие эти цветы на ощупь.

«Может, мягкие, как шёлк, или эластичные, как резина, а может быть, они твёрдые?»

Ещё мгновение, и красавица бы удовлетворила своё разыгравшееся любопытство, но её руку схватил Аристарх.

– Не трогай это. Они могут быть смертельно опасными, – покачивая головой, предупредил юноша.

– Да… ты прав. Прости, я просто никогда не видела подобного, – ответила Донская, посмотрев на него.

– Тем более прикасаться к неизвестному цветку нельзя. Вроде ты не глупая, но временами тупишь, что меня раздражает. Тебя не смущает, из-под чего растут эти цветки?

– Не душни. Ну подумаешь, черепа. Я вообще представляла кишки, расчленёнку и всякие страшные ужасы, но пока вижу эстетически приятную картинку.

– Надеюсь, так и будет дальше. Идём.

Ксения и Кощей пошли по единственной доступной им дорожке. Через какое-то время медленно зашевелились цветы на горах, и послышался звук из многочисленных голосов. Сначала он проявлялся тихим, еле уловимым шёпотом, постепенно превращаясь в громкий гул. Они принялись разговаривать между собой. Немного испугавшись, Донская и Пожарский остановились и принялись оглядываться по сторонам, ибо голоса звучали отовсюду.

– Кто-то идёт.

– Кто-то живой.

– И не очень.

– Парень и девушка.

– Парень – сын Чернобога и Морены.

– Да, он явно кровный Принц Нави.

– Который?

– Вроде старший.

– Нет же, дурная черепушка, это младший.

– Вскоре он умрёт.

– Да, недолго ему осталось смертным быть.

– Умрёт и обратится бессмертным.

– Бессмертным чёрным чародеем.

– Его могущество будет лишь расти.

– С каждой новой смертью.

– А девушка кто?

– Кто она?

– Да, кто же она?

– Тихо!

– Тайна.

– Не наша.

– Да… Молчание – золото.

– Теперь мы поняли, кто она, но ни слова больше.

– Да, мы всё поняли.

– Они могут пройти дальше.

– Их скоро встретит Златко.

– Златко уже в пути.

– Идёт на зов отцовского меча.

– Златко их проводит.

– Да, проводит ко дворцу.

Голоса затихали, и цветы становились снова неподвижными. Донская и Пожарский не услышали про себя ничего нового. Однако им стало известно имя того, кто будет сопровождать их на пути во дворец, и похоже, что он ещё один сын Чернобога. Только Владыка ничего не рассказывал Аристарху о нём.

– Надеюсь, этот Златко не враждебен, – высказав свои мысли вслух, парень отправился дальше, а его компаньонка последовала за ним.

– Судя из сказанного голосами, он твой брат. Думаю, он будет рад видеть тебя.

– Кровное родство в политике ничего не стоит. Будь всегда готова ко всему.

– Хорошо. Я поняла. Буду внимательна.

Рассматривая ранее не встречаемые природные диковины этого мира, они шли по тропе, что вела их неизвестно куда. Ксения была впечатлена тем, что Навь оказалась не такой, какой представляла её девушка, а по-своему очаровательной и даже умиротворённой. Однако молодая девица пока не видела и малой части дивной красоты этого мира. Но даже того, что она созерцала в тот момент, хватило, чтобы отвлечься от сказанного голосами черепов здешних гор. Ведь думая об этом, Донская всё равно ответов не получила бы, а если и осмелилась спросить, то вряд ли духи стали бы раскрывать эту тайну.

Через какое-то время перед Ксенией и Аристархом появилось странное, но крайне милое существо, внешне похожее на ребёнка. Размером в мужскую ладонь, оно было завёрнуто в чёрную плотную шёлковую мантию, на шее свисали три толстые цепи, самая длинная из которых достигала подола его мантии. Личико левитирующего создания бледное, но на щёчках и курносом носике виднелся симпатичный красноватый румянец, а на голове пышная кудрявая копна волос золотисто-насыщенного блонда. Глаза его крупные, цвета голубого неба с фиолетовым оттенком. Ручек и ножек у этого малыша не было.

Посмотрев на это существо, Ксения сразу поняла, кем оно является.

– Это игоша, – тихо произнесла она, слегка испугавшись.

Игоши являлись духами неродившихся или умерших после родов детей. Если ребёнок нежеланный и мать специально убила его, то после смерти дитя мстило за свою резко оборвавшуюся жизнь, что не успела ещё начаться. Но если родители желали его, однако судьба распорядилась иначе, то душа ребёнка становилась их мощным хранителем, что подпитывался их любовью к чаду.

Увидев меч Императора Мёртвых за спиной Аристарха, милый малыш нахмурился и, подлетев к парню ближе, надул губы, да спросил:

– Почему у тебя меч моего папочки? Ты его украл?!

Голос мальчика был высокий и приятный, но из-за недоверия звучал угрожающей мелодией, что внушала небольшую тревогу. Аристарх прищурился, посмотрев на малявку. Он начал подозревать, что это существо – Златко. Вместо пустых гаданий в мыслях, парень предпочёл начать разговор с ребёнком:

– Я Кощей Бессмертный, сын Чернобога.

Игоша удивился и, невинно похлопав глазками, произнёс:

– Братик?… – малыш немного растерялся, но быстро совладал с собой и продолжил, мило улыбнувшись: – Прости, я скверненько встретил тебя… то есть Вас, Ваше высочество.

– Всё хорошо, не нужно извинений. Как тебя зовут?

– Златко, а ещё я тут за старшего. Папочка ничего не рассказывал обо мне?

Аристарх ухмыльнулся и не стал отвечать на его вопрос, понимая, что ответ больно ударил бы по нему, а лгать второй Принц не любил. Недолго думая, юноша нашёл способ сменить тему, также узнать о настроениях во дворце.

– И все подчиняются тебе или, может быть, кто-то ни во что тебя не ставит?

Тут Златко печально повесил голову, сильно приуныв.

– Я подвёл папочку. Меня никто не слушает, – грустно промолвил малыш себе под нос.

Кощею стало понятно, что придётся наводить порядок среди элит Нави. А коли так, перед этим следует обеспокоиться безопасностью Ксении. Ибо она его самая главная слабость, которой точно кто-то захочет воспользоваться. Во дворец её приводить пока нельзя. Оставлять одну в этом неизведанном мире, в котором каждый может оказаться врагом, готовым вонзить нож в спину, тоже не вариант. Аристарху придётся стать тем, кем он на самом деле не является. Хотя бы в глазах других.

– Не переживай, я помогу тебе навести порядок. Отец будет гордиться тобой, – сказал Аристарх, надменно улыбнувшись.

Надменный взгляд с высока уже стал привычкой для парня, что он перенял у своего отца. Поэтому визуально показывать свою властную натуру ему будет достаточно просто. Однако этого будет мало. Он не только должен казаться уверенным, непоколебимым, хитроумным и в чём-то жестоким повелителем, но и быть им, демонстрируя это своими поступками, жертвуя своим естеством, а также совестью. Осознавая эту неотвратимую данность, второй Принц Нави уже начал продумывать свои следующие шаги, чтобы минимизировать негативные последствия. Пока Златко мило радовался тому, что ему помогут наладить дела во дворце, у Аристарха встал вопрос о безопасности Ксении. Ведь она его неприкрытая уязвимость, по которой легко можно было ударить. Но и одну в этом незнакомом мире парень оставить не мог.

– А… Кто это рядом с тобой? – спросил маленький мальчик Кощея.

У Принца промелькнуло множество вариантов за мгновение. Некоторые из них он успел даже продумать наперёд. Он мог приставить Ксению как свою заложницу. Это, скорее всего, ударило бы по её доверию к нему, но оградило бы от опасности, которая могла исходить от других. Но девушку пришлось бы отправить в тюрьму или сделать своей рабыней. Аристарх не хотел ни того, ни другого. Сын Чернобога также повторно рассматривал вариант разделиться с ней, но вновь пришёл к умозаключению того, что это опасно. Он не знал здешних законов и обычаев. К тому же у него не было рядом с собой верного человека, которому можно доверить безопасность своей подруги. У наследника Владыки мёртвых оставался один верный путь, как ему казалось. Признать Донскую своей возлюбленной и постараться сделать так, чтобы все боялись навредить ей, страшась вызвать гнев Принца. А это значило только одно. Что он обязан вызвать страх и уважение у всех с первых же секунд своего появления во дворце. Но парень пока не знал, как это сделать. Перед ним стояла поистине невыполнимая задача, от которой зависело его положение среди элит, а также безопасность не только Ксении, но и самого Аристарха. Остаётся надеяться на то, как сильно разумен Златко и что сможет рассказать о тех, у кого сейчас власть над Навью. Но у Пожарского почему-то сложилось мнение, что этот призрак умнее, чем кажется.

«Чернобог не стал бы ставить во главу своего царства недоразвитого глупого ребёнка. В этом невинном облике народившегося дитя явно кроется что-то большее.»

Думал Принц, всячески отвергая мысль о том, что его отец совершил крайне глупую ошибку.

Аристарх обратил свой надменный взгляд на Ксению. Затем изящным движением руки прикоснулся к её подбородку и, прищурившись, произнёс:

– Это Ксения Донская… моя избранница. Моё сердце будет навеки принадлежать ей, – затем он посмотрел на Златко и приказным тоном сказал: – Распорядись, чтобы к ней относились со всеми почестями. Иного я не потерплю.

– Будет сделано, – покорно склонив голову, произнёс маленький игоша.

Услышав слова Аристарха, Ксения замерла на мгновение от неожиданности. Однако после буря эмоций охватила её внутренний мир, вырываясь наружу и выдавая волнение. У девушки затряслись руки и задёргался глаз. Стараясь не выказывать своего смущения, девушка вскоре взяла контроль над своим телом. Внутри же бушевал сильный ветер, но он ничего не разрушал, а наоборот, своими нежными потоками созидал оазис приятных эмоций. Вскоре сладкий вкус влюблённости сменился на горьковатое послевкусие здравомыслия, что отрезвило красавицу.

«Как же сладко ты врёшь. Мне стоит быть с тобой осторожнее. Кто знает, как сильно тебя развратит обретённая власть.»

Таковы были мысли, что пронеслись в голове Ксении вихрем сомнений.

– Идите прямо по дороге вдоль скал. Я отправлюсь за императорской колесницей, – прервал неловкую, но скоротечную тишину Златко.

– А мы не можем просто телепортироваться во дворец? – задал вопрос Принц.

– Тут такое не сколдовать, братик. Я скоро вернусь.

Игоша улетел тем же путём, что и прибыл, а Пожарский и Донская неспешно пошли дальше.

– Зачем ты ему соврал? – равнодушным голосом спросила Ксения.

– Если во дворце бардак, то мы в опасности. Мне нужно с самого первого шага на пороге императорских владений показать, кто здесь главный и где место этих холопов, чтобы они боялись даже косо посмотреть в мою сторону. Если мне это удастся, я буду уверен в своей безопасности.

– План – дерьмо, – подняв бровь, выдала девушка.

– Другого у меня нет.

– И как ты собираешься их испугать?

– Буду импровизировать на месте, – уверенно произнёс Аристарх.

– Может нам сразу тут вырыть яму и закопаться. Зачем откладывать неизбежное?

Принц громко засмеялся, а после ответил, начав с шутливого вопроса:

– Это так ты в меня веришь? Доверься мне, всё получится.

В этот момент парень убеждал не только её, но и себя.

– Что ж, у меня нет выбора, как и у тебя. Либо пан, либо пропал.

– Мы не пропадём, обещаю тебе.

Ксения ничего не ответила. У неё не было желания продолжать разговор. Девушка переживала о том, что их ждёт дальше. Пугающая неизвестность пробуждала в ней тревогу.

Через некоторое время прибыла на вид зловещая колесница, запряжённая могучими вороными конями. От неё исходил чёрный дым, а лицо кучера было скрыто под свисающей мрачной мантией. Из-под длинных рукавов можно было узреть худые бледные руки. Ксения заметила, что это существо не дышит. После прибытия оно замерло в ожидании дальнейших указаний. Из кабинки сквозь шёлковый занавес цвета изумруда с золотой бахромой вылетел Златко.

– Карета подана! – улыбаясь выкрикнул малыш, приглашая Кощея и его подругу сесть в императорскую повозку.

Донская отступилась назад. Девушку испугала столь зловещая картина. Аристарх понял это и, крепко схватив её под руку, повёл вперёд. А у самого страх играл минорную мелодию. Нервы парня были натянуты как струны скрипки, по которым бегал туда-сюда смычок, раздражая все внутренние чувства юного Принца. И всё же он находил в себе силы идти дальше и вести за собой свою подругу. Они сели в колесницу, и та устремилась ввысь за лошадьми, что поскакали прямиком к чёрному солнцу. Вскоре с высоты стали видны все владения Чернобога, да Златко начал свой долгий рассказ о них.

Сама Навь не была круглой, как земля. Это был огромный сплюснутый астероид, что вращался вокруг чёрной дыры, освещающей его.

На краю запада был бездонный «туманный океан», воды которого падали в бесконечную тьму. Никто не понимал, как океан не пустеет. После смерти там оказывались души тех, кого следовало придать забвению. У таких людей не было шанса на искупление своих грехов. Так решила справедливая волшебная природа Нави. Она была судьёй для всех душ в мире том. Неисправимых грешников сразу же уносило сильным течением в бесконечную бездну, из которой не было пути назад.

На северо-западе среди мутных морей располагались четыре острова, три из которых были испытаниями для духов, пройдя которые можно было попасть на остров «Буян». Великий дуб рода славянского на том острове открывал путь в другое измерение. В измерение «Слави». Попасть туда могли лишь самые чистые и светлые души.

«Остров времени» находился южнее от «Буяна». Там человек заново проживал свою жизнь, показывая все свои поступки и грехи природе мира мёртвых. Если дух оказывался недостойным или большую часть своего времени пребывания в мире «Яви» он бездарно потратил в никуда, то вихрем его выбрасывало в «туманный океан».

Восточнее от «Буяна» находился «остров счастья». Духи на нём проходили испытания на преодоление своих пороков. На прохождение через этот остров давалось семь дней. Этого было более чем достаточно, чтобы пройти дальше, но далеко не все могли вовремя покинуть его. Тогда, после семи дней, за теми, кто задержался дольше положенного, приходили местные стражи и отправляли нарушителей на западные воды, где уже не было пути назад. «Остров счастья» подстраивался под пороки духов, соблазняя их остановиться на время или вовсе остаться. Чаще всего там формировались казино, бесконечные бесплатные торговые центры со всевозможными развлечениями. Природа этой местности делала всё, завлекая духов в ловушку развлечений, чтобы они потеряли как можно больше времени, хотя, как только души попадали на этот остров, голос острова всегда предупреждал их о том, что у них есть только семь дней.

Севернее от «Буяна» был «остров любви». Для кого-то он был испытанием, а для кого-то становился родным домом. Погибшие дети-сироты или дети, которых не любили, оказывались там и наслаждались вечным беззаботным детством, а присматривали за ними полуночницы, заменяя им матерей. Распоряжение о том, чтобы отправлять туда проклятых девиц, принадлежало Чернобогу. Так он решал множество задач. Проклятие полуночниц рассеивалось, было кому приглядывать за детишками, и также девушки испытывали остальных пришедших духов. Также этот остров был обителью русалок, мавок и водяных. Истинный их облик был отвратителен, но проходившие своё испытание духи видели в них невероятно красивых людей. Только поддавшись на соблазнение этих существ, им открывалось настоящее естество данных бестий. Однако зачастую бежать было уже поздно. В этот момент духа затаскивали под воду, где он оказывался в распоряжении у Владыки морей «Нави» – огромного кита. Он мог съесть душу, непрошедшую испытание, или отправить её к «землям наказаний». Это материк восточного океана, что находился на краю северо-востока.

«Земли наказаний» являлись чистилищем для нечистых духов, что проходили там испытания и получали наказания за свои деяния, совершённые при жизни. Убийц, садистов и прочих извергов сбрасывали с высокой скалы в океан увядания. Как и западный «туманный океан», он имел не преодолимое течение, а его воды впадали в бесконечную пустоту. Однако у этих вод была особенность. Они мучительно и быстро разрушали души, превращая их в прах. Подобно времени, которое неспешно, но безвозвратно разрушало всё сущее в мире «Яви».

На юго-востоке находился горный материк, где обитали преимущественно огромные змеи и драконы. Именовалось это место «Княжество Змеиных Гор», властвовал над которыми Змей Горыныч, младший брат Чернобога. Змеи и драконы верно служили царству мёртвых и своему Владыке, защищая его владения от незваных гостей, чьи намеренья заключались в разрушении «Нави». Не все жители этой местности были довольны своим князем. Так как это был трёхголовый змей, что негативно влияло на поведение и правление. Эта особенность могла стать преимуществом, если бы три личности не имели существенных недостатков и могли бы между собой договориться. Правая голова считала, что она всегда права, даже если это было далеко не так. Переубедить её никому не удавалось. Средняя голова считала, что она умнее всех и думала, что благодаря ей они имеют всё, что нажили за все эти годы. Левая голова же была занята одним. Где бы найти ещё одну жену себе, да чтоб красивее нынешних была. Однако в гареме Змей Горыныча начислялось двадцать шесть самых прелестных и разнообразных девиц.

Западнее за «Синим морем» от Княжества находился материк покрупнее. Его населяли самые разнообразные существа, и делился тот на разные зоны. Посреди юга данного материка начиналась длинная тропа, ведущая на север. Тропа была окружена высоченными горами с вросшими в них черепами, через которые прорастали розы душ-хранителей. Любой живой, что прибыл в «Навь», оказывался в начале этой тропы и, проходя по ней, мгновенно становился открытой книгой для хранителей. Если посещение мира мёртвых было случайным, то незваного гостя отправляли туда, откуда он пришёл, внушая ему, что это был всего лишь сон. Если же гость намеренно пришёл в царство Чернобога, души-хранители оценивали его помыслы. В случае недобрых намерений и угрозы существования «Нави», посетителя сразу же уничтожали, а его душа отправлялась на «земли наказаний». Путников, не угрожавших миру мёртвых, а тем более присягнувших Владыке увяданий, пропускали без всяких проблем. Это место называлось «Горы Цветущих Черепов».

Та тропа заканчивалась двумя развилками, каждая из которых имела ещё по два пути. Дорога на северо-запад открывает проход в густо населённый духами и чародеями-отступниками район «Сияйгород», что располагался южнее, а также на северные военные лагеря, прозванные как – «Земля хладных войск». Противоположная же тропинка вела в обитель невиданных зверей, растений и чудес природы в «Лес теней», это если пройти к югу. Севернее располагался центральный порт, где можно было отплыть к другим материкам или же островам.

Неподалёку западнее был туманный континент. Эти земли принадлежали существам с абсолютно иными нравами и традициями, а поэтому народы, жившие восточнее, к ним не лезли, ибо не могли найти общий язык. Об этом материке мало что известно. Его же обитателей называли «Детьми непроглядного тумана».

В центре севера находился главный континент Нави. По берегам его выступали высоченные горы, будто ограждая своих жителей от внешнего мира. В этом был смысл. Сквозь скалы с востока не проникали вредные пары от вод океана увяданий, а с запада не могли проникнуть чудища, порождённые туманом. Проход имелся только на юге, который был хорошо охраняем военными. Перед тем как войти в город, всё проверялись. Тем, кто прошёл проверку, открывался путь в огромный мегаполис с хоть и мрачной, но завораживающей архитектурой. Это был город при столице, а поэтому делалось всё, чтобы он выглядел не хуже главного селения. Назывался он «Подчерногородье». Севернее от него была столица «Чёрный город», посреди которой возвышался огромный дворец, спроектированный выдающимися духами-архитекторами, да построенный лучшими строителями, что ещё при жизни славились своим несомненным талантом и великим умом. Несмотря на своё название, в столице преобладали хоть и не совсем, но яркие краски. На каждом шагу сияли магические светлячки, а также цвели разнообразные цветы и кустарники, украшая улицы.

После того, как Златко закончил знакомить Кощея с родными землями, второй Принц начал расспрашивать его о ситуации, что таится в стенах дворца.

– Расскажи, что происходит во дворце? У кого сейчас власть?

– Князь туманных земель – Серебряный Дух Королевского Лебедя. Напыщенный мудак.

На это парень ухмыльнулся и продолжил диалог с призраком не родившегося младенца:

– Так сильно он тебя задел?

– Он тиран и обманщик! – возмущённо вскликнул мальчик и начал высказывать свои недовольства: – Этот гад проклятый всех чародеев, что присягнули Чернобогу, поработил. Всё из-за того, что они не хотели принимать его как нового правителя. Знал бы ты, братик, скольких он казнил. Я столько слёз пролил со всего этого.

Ребёнок состроил грустную мину, а затем опустил голову, глубоко вздохнув. Аристарх подметил, что, скорее всего, в данный момент дух не искренен с ним и пытается манипулировать. Пожарский стал внимательно слушать трёп маленького обманщика и смотреть на его поведение. Ксения же не заметила ничего подозрительного.

– М-м-м, какое несчастье, – холодно ответил Кощей.

Малыш резко подлетел к нему и, посмотрев в глаза, отчаянно начал призывать к действию:

– Братик, уничтожь его сразу же, как войдёшь во дворец! У тебя меч, который может уничтожить и живого, и мёртвого!

– Думаю, сначала мне стоит поговорить с ним, – с подозрением прищурившись, сказал второй Принц.

Игоша явно занервничал, а взгляд Аристарха заставил его содрогнуться.

– Если ты не убьёшь его, то он убьёт тебя, – сказал мальчик, стараясь не смотреть ему в глаза.

– Да?

– Ага…

– По-моему, ты маленький и не очень-то умный врунишка, – с долей злобы в голосе произнёс Кощей.

Эти слова ранили Златко, напомнив ему о том, как Вий над ним издевался, будучи маленьким. Называл недоразвитым и всячески показывал ему его место, намекая на то, что Игоша больше не так любим, как раньше.

– Ты такой же противный, как и Вий!!! – прослезившись, прокричал обиженный ребёнок и вылетел из кареты.

Такая реакция стала неожиданностью для Аристарха и Ксении.

– Ты зачем ребёнка обидел? – спросила она, надеясь понять, что происходит.

– Этот дух соврал. Он явно что-то скрывает и хочет, чтобы я убил Лебедя без всяких разговоров. Странно, не считаешь?

– Да, пожалуй, соглашусь. Возможно, Златко что-то натворил, и об этом узнал Лебедь, – после девушка придвинулась к своему другу и в саркастичной манере выдала: – И похоже, твой брат та ещё заноза в заднице.

– Похоже на то, однако тебе он в этом не конкурент, – в той же манере ответил парень и улыбнулся, посмотрев ей в глаза.

Донская начала гладить пальцем по его щетине и выпускать лёгкие колкости, заигрывая с ним.

– Ты прав, я вне всяких конкуренций во всём, но не боишься ли ты, что соперники появятся у тебя?

Её сладкий полушёпот слегка одурманил Аристарха, и тот как зачарованный замер на некоторое время. Девушка слегка улыбнулась и, немного отстранившись от него, продолжила игриво колоться.

– Выходит, Яга была неправа, в этом мире есть живые. И на старуху бывает проруха, как говорится. Значит, найду себе какого-нибудь чародея и буду весело проводить с ним время.

На это Кощей ухмыльнулся и взглянул на неё с высока, подняв бровь, а затем произнёс:

– Я Принц. Одна моя воля, и у меня будет целый гарем… И… если захочу, то в этом гареме будешь ты.

Он с интересом ждал её ответа. Ему нравилась их игра с взаимным обменом колкостями. А Ксения не оценила его последнюю сыгранную карту. Это был козырь, который ей не покрыть. Девушке пришла в голову мысль о том, что он может разыграть эту партию не только на словах, но и в жизни.

– Если твоё сердце будет принадлежать не только мне, оно не будет ничьим! – резко и отчётливо выдала Донская.

– Раз так, то я потребую от тебя того же самого, – ответил Аристарх.

У молодой красавицы что-то ёкнуло внутри. Какое-то странное чувство из смеси мимолётного удовлетворения и тягучего страха. Ксения не понимала, чего она хочет и чего добивается, а поэтому решила просто промолчать.

Через некоторое время спустя императорская колесница приземлилась прямо перед центральным входом во дворец. Это величественное гигантское архитектурное чудо было построено на огромном и высоком водопаде, возвышаясь над всем Чёрным Городом, да открывая великолепный вид на столицу. Стены и пол были покрыты бежевым мрамором, а также на стенах дворца сиял большой узор, отделанный изумрудами в мозаичном стиле, изображающий змея. Всюду цвели ранее нигде невиданные, но красивые цветы и прочие растения. Высоченные колонны и арки были обвиты тёмно-зелёными шипастыми стеблями, на которых росли оранжевые плоды, похожие на виноград.

Перед колесницей ко входу во дворец расстелили длинную бархатную дорожку цвета тёмного аквамарина. Выстроились ряды солдат-мертвецов, чьи мрачные доспехи сияли в лучах чёрного солнца. Военные все как один выставили перед собой свои мечи, преклонили колено и склонили головы, встречая своего Принца. У входа во дворец стояли чины, во главе которых был Серебряный Дух Королевского Лебедя, принявший человеческий облик. Его кожа была покрыта будто серебром, белые матовые полосы проходили по краям острых скул, подчёркивая их. Ярко синие глаза отчётливо выделялись на фоне светлого образа князя туманов. Серебристо-белоснежные длинные волосы строго были уложены назад, так что ни один локон не смел шелохнуться на ветру либо при движении. Задняя часть рукавов его белых одеяний свисала до самого пола, на ней были пришиты крупные перья, символизирующие лебединые крылья.

Все замерли в ожидании появления младшего сына Чернобога. И даже сам Змей Горыныч прилетел взглянуть на повзрослевшего племянника. Дважды облетев дворец, обозначив своё величие и демонстрируя грозность, трёхглавый дракон устроился на крыше и издал громкий устрашающий рык.

Немного приоткрыв штору, чтобы оценить обстановку, Кощей узрел то, как торжественно его встречают.

– Наш звёздный час настал. Идём, – обратившись к Ксении, сказал Аристарх и подал ей руку.

Девушка молча взяла его за руку, да они вышли из колесницы. Принц шёл по расстеленной для него дорожке уверенным шагом, задрав подбородок вверх и ведя свою подругу рядом с собой. Вокруг начал разноситься гул приветствующей их толпы. Всё громче и громче были ликования, и всё отчётливее становилось слышно имя «Кощей Бессмертный». Пожарский с Донской дошли до дворца, и Лебедь начал приветствовать Кощея.

– Мы вас ждали, мой Принц. Вы, наверное, устали? Мы приготовили вам покои.

Князь туманных земель даже не взглянул на девушку, а она с первой же секунды почувствовала пренебрежение к себе, но молчать не стала. Решила сразу же показать свой характер.

– Вы ему не поклонились, какое неуважение, – нагло высказалась Ксения.

Лебедь с недовольством посмотрел на неё, да тихо проворчал:

– Я бы на вашем месте, сударыня, помалкивал. Чародеев здесь не жалуют.

После он поклонился. Аристарху стало понятно, что его компаньонку будут притеснять, и нужно было что-то делать. Он повернулся к девушке, да внезапно для всех схватил её и поцеловал. В этот момент он обозначил статус своей подруги, и всем стало понятно, кто она, да как к ней стоит относиться. Князь туманов старался скрыть своё недовольство, но ему это не слишком удавалось. После поцелуя Принц обратил свой взор на Лебедя и громко сказал, чтобы услышали все:

– Она не просто чародейка, она моя невеста! Отныне всё моё – её тоже! Кто посмеет обидеть мою избранницу, лишится жизни… – в этот момент парень понял, что большая часть присутствующих уже мертва: – Лишится смерти… – это определение тоже не очень подходило: – Нет. В общем, будет уничтожен!

В этот момент Ксения прятала нисходящую с её уст улыбку. Ей понравилось, что Аристарх заступился за неё, а ещё больше она оценила то, каким образом он это сделал. Вскоре парень взял девушку за руку и повёл во дворец. Таким было возвращение второго Принца мёртвых на родину.

Глава 10: Самая драгоценная награда.

В мире Яви вновь настала ночь. Вий весь день потратил на то, чтобы преодолеть скалу, что выросла перед ним за мгновение, став преградой, за которой находилось одноглазое лихо. Парень пытался обойти её, но ей будто бы не было края. Он предпринимал попытки перелезть через скалу, но раз за разом срывался. Всё было напрасно. Первый Принц мёртвых зря потерял время и выбился из сил. Да незажившие раны по всему телу, полученные прошлой ночью, давали о себе знать.

Вий еле шёл, опираясь рукой об скалу, пока не рухнул на землю камнем. Из последних сил он преодолевал боль и жуткую усталость, чтобы хотя бы сесть. С огромным трудом, но у него это получилось. Прижавшись спиной к горе, он глубоко вздохнул и закрыл глаза на некоторое время. На мгновения ему удалось уловить капли умиротворения, но отдых быстро прервался. Услышав тяжёлые приближающиеся к нему шаги, первый сын Чернобога слегка приоткрыл глаза и узрел силуэт седого, но вполне ухоженного и высокого мужика весьма внушительного телосложения. В глазах Принца всё плыло, а потому он не мог разглядеть его во всех деталях. У Вия были догадки, кто перед ним, и это давало ему повод опасаться за свою жизнь.

– Ты Велес? – еле слышно задал свой вопрос изнеможённый юноша незнакомому мужику.

– А ты слишком проницателен для чернобожьего отродья. Ты поплатишься за то, что оскверняешь мои земли, – с брезгливостью и пренебрежением ответил бог лесов.

Принцу было понятно, что против бога в таком плачевном состоянии он не выстоит. Парень просто смирился со своей участью и, закрыв глаза, начал вспоминать яркие моменты из детства, проведённые с родителями.

Время беспощадно размывало образ матери в памяти Вия, но он старался сохранить его. Воспоминания о Морене парень держал у сердца. Та забота и любовь, что она ему давала, породили свет в его душе, который он всё время гасил за обидами к своему отцу и скрывал за пеленой тьмы своего эгоизма. Ибо так было проще жить.

Решение Императора Нави отдать первого Принца Яге ребёнок воспринял как самое страшное и непростительное предательство. Отец его никак к этому не готовил, а даже наоборот, провернул всё практически руками сына, но при этом мальчик не был в сознании.

Одной хмурой ночью, когда в императорские покои проник незваный то ли Бог, то ли чародей, завладевший силой, похищенной у Богов, и заточил Морену в некий странный медальон, получив её силу. Чернобог, поспешно прибыв на крики о помощи, решил вступить с неизвестным, скрывающим своё лицо в капюшоне красной мантии и за белой маской, в бой, но вскоре понял, что в этом поединке Владыке Нави не победить, и, обратившись чёрной дымкой, смог увернуться от заклинания пленения и ускользнуть от злодея, который напал на них.

Властелин мёртвых понимал, что просто так никто из посторонних в Навь, да тем более во дворец проникнуть не мог, а значит, рядом могущественные предатели и возможен заговор. Недолго думая, Император решил, что жизни сыновей ему важнее царства мёртвых и решил оградить их от опасностей, таящихся в этих стенах, на то время, пока они малы и не могут за себя постоять. И, понимая, что без матери Кощей уже не обретёт иммунитета к негативной магии и в мире мёртвых зачахнет быстрее, Чернобог принял решение покинуть своё царство совсем.

Из-за того, что управление Навью в общем-то не нуждалось в едином правителе и справиться в этом мог почти кто угодно, Бог увядания временно поставил на своё место приёмного сына, тысячелетнего духа пятимесячного младенца по имени Златко. К тому же Царю усопших было интересно, осмелится ли кто ослушаться его веления и надумает сместить игошу.

После временной передачи власти, которая проходила в спешке, Чернобог отправился в спальню своего старшего сына и вселился в него, взяв под контроль, пока мальчик сладко спал. Находясь в теле первенца, Император пошёл за младшим, но тайком, ибо хотел вывести своих детей из дворца в тайне ото всех. К счастью, младенец был спокойным и не капризничал в этот момент, а старшему было семь лет, да потому скрываться от стражи и слуг не составляло особого труда. К тому же Владыка в любой момент мог обратиться в чёрный дым.

Выбравшись из дворца, Царь мёртвых быстро покинул Навь, минуя печать Семаргла. Эта печать довольно мощная и не пропускала Чернобога из-за его силы увядания, что постоянно исходила от него мрачным дымом. Однако Возлюбленный Богини смерти давно уже знал, как обойти барьер огненного волка. Императору всего-то нужно было вселиться в иное тело, и время от времени он так даже делал, когда хотел развеяться. Никто из Богов Яви и Прави не подозревал об этом.

Добравшись в теле Вия до избы Яги в мире Яви, да поговорив с бабкой, он покинул сына, ничего ему не объяснив и даже не попрощавшись. Это сильно ранило ребёнка. Его обида на отца очерняла сердце мальчика, поедая всё хорошее, что в нём было. А жизнь со старой ведьмой лишь ускоряло разложение души несчастного дитя.

Первый Принц закрыл своё сердце после двух прожитых лет жизни с Ягой. У старухи часто гостили дети, с некоторыми из которых Вий сдружился. Однако мальчишка ещё не знал, для чего бабка их привечала, а когда понял, то его мир перевернулся с ног на голову. Одним вечером зайдя на кухню, он увидел, как старая карга готовила ужин из мяса мальчика, которого первенец Чернобога нарёк своим лучшим другом. От увиденного сверху вниз прошлась парализующая дрожь, и в этот момент он решил, что больше никогда ни к кому не будет привязываться. Из раза в раз ему приходилось наблюдать за тем, как к ним приходят дети, а после в какой-то момент они исчезали. И каждый раз сердце Вия становилось всё темнее. Однако со временем он всё-таки привязался к Яге, но эта связь была тонкой нитью, образованная заботой и своеобразной любовью старухи к нему. У парня просто больше не было никого, кто мог бы дать ему это.

Лишь годы спустя, по велению Чернобога, старая ведьма рассказала первому Принцу, что случилось и почему его семья разрушилась. Также старуха сказала парню, что в определённый срок ему нужно найти своего младшего брата и вместе с ним планировать спасение матери.

Из-за обиды к отцу и брату, Вий не стремился найти Кощея, хоть и поиски велись, но попутно с основными заботами первого Принца Нави. Главной же целью юноши было овладеть всеми артефактами Нави, которые были изъяты у империи мёртвых враждебными к ней Богами. Получив эти предметы, парень рассчитывал многократно приумножить свою мощь, но с первым же артефактом потерпел неудачу, а его жизнь оказалась в руках у Велеса. В этот момент Вий полностью разочаровался в себе, и бороться уже не было сил, а потому был готов принять свою неотвратимую смерть. Но напоследок решил высказать то, что у него лежало на сердце.

– Хочешь верь, хочешь нет, но я ненавижу своего отца, – жадно вдыхая воздух от отдышки, тихо произнёс парень.

И небо почернело, будто звёзды с луной погасли, да вороны, сидящие на деревьях ближайших, хором закаркали, словно над чем-то посмеялись, но быстро затихли. В стороне послышался такой знакомый для Вия голос, да такой зловещий для Велеса.

– Что ты там проскулил, щенок?! – выразил недовольство Чернобог, надменно посмотрев на сына.

Парень посмотрел в сторону откуда прозвучал родной голос и увидел расплывающуюся мрачную фигуру. Он не мог поверить, что к нему явился отец, а потому и принял это за предсмертные галлюцинации. В эту секунду, рядом с Вием появилась Наташа. Видя его состояние, она начала пытаться ему помочь, но состояние того, кого она любила, только ухудшалось.

Понимая, что такого удобного шанса насолить Чернобогу больше не будет, Велес действовал быстро. Он превратил свою руку в ветвь, а после она молниеносно выросла, лезвием войдя Вию в грудь, пройдя на сквозь через Наташу, которая закрыла его собой в последний момент. Одновременно с этим Император мёртвых явил себе в руки свой мрачный арбалет. На данном оружии были выгравированы изящные узоры напоминающие цветы, а рукоять была из змеиной кожи. На вытянутой руке, Царь Нави произвёл выстрел и попал в Велеса в тот же момент, когда был ранен первый Принц. Раздались крики Вия и Наташи, да завопил Бог лесов. Сбросив свои ветви подобно оленю, сбросившему рога, а затем отрастив новую руку, словно ящер хвост, Велес пытался сбежать, но пройдя пару шагов, рухнул на землю. Чернобог подошёл к своему умирающему сыну, присел на колено и обратился к лесному владыке, не отрывая свой взгляда от своего повзрослевшего ребёнка, которого не видел больше двадцати лет:

– Слушай меня, скотий Бог. Мои стрелы смазаны ядом из медуз, что обитают в океане увяданий Нави. Через несколько минут ты превратишься в прах, а противоядие от этого яда есть только у меня. Предлагаю тебе сделку. Ты спасёшь моего сына, а я тебе дам противоядие, – после, его спокойный тон сменился на грубый и угрожающий, а взор, перешёл на Велеса: – Учти, если мой сын умрёт, Явь и Правь познают весь мой гнев! Никто не сможет остановить меня!

Недолго думая, покровитель лесов и их обитателей решил согласиться на предложение Императора мёртвых. Он одобрительно кивнул ему и, с трудом поднявшись на ноги, подошёл к умирающему Вию и стонущей над ним Наташей, а затем сел рядом. Оказавшись напротив Чернобога на расстоянии вытянутой руки, Велес увидел в изумрудных змеиных очах отчаянье и глубокую горечь. На него смотрел вовсе не грозный Бог зла и безумия, а несчастный и уставший от своего бытия мужик. Это никак не вязалось с тем образом Владики Нави, который насаждался Богами Прави, стихийным божествам Яви.

Яд быстро распространялся по венам скотьего покровителя. Он понимал, что в таком состоянии никого уже не спасёт. Ему срочно нужно было противоядие. Хоть Велес не был уверен в том, что Чернобог ему уступит, но всё равно решился попросить у него лекарство:

– Я излечу твоего сына, но сначала дай мне противоядие. Мои силы убывают. Я не смогу в таком состоянии оказать ему помощь.

Ненавидимый всеми богами Император Нави на удивление Владыки лесов молча явил себе в руку склянку с антидотом и отдал её недоброжелателю. Тот сразу же выпил содержимое, да вскоре почувствовал себя лучше.

– Надобно бы убрать этого злого духа, – снова обратился Велес Чернобогу, да указал на Наташу.

Царь усопших начал подниматься с колен, но внезапно сын схватил его за руку. Вий неожиданно для себя хотел попросить отца о том, чтобы он постарался как можно меньше причинить боли Наталье, однако быстро передумал. В парне взыграла гордость. Так и промолчав, Принц отпустил отцовскую руку, но его родитель был крайне проницателен и понял всё без слов.

Поднявшись на ноги, Чернобог встал позади духа девушки и прикоснулся к ветви, что пронзила её и Вия. Через пару мгновений, ветвь обвешала, а после и вовсе обратилась пылью, которую муж Богини смерти с помощью магии поднял высь и развеял в стороне, подальше от своего сына. Взяв Наташу под руки, Император Нави оттащил её от парня, чтобы она не мешала Велесу в исцелении. Тем временем скотий покровитель уже начал лечить первого Принца мёртвых.

Спустя несколько часов Вий начал поправляться, а его отец решил во время его лечения заняться снятием проклятия с несчастной девицы. Наташа сидела в сторонке и смотрела на того, кого считала возлюбленным, сильно тревожась за него. Перед ней присел Чернобог, да сказал:

– Посмотри мне в глаза, девочка.

Девчонка послушно взглянула в изумрудные глаза Императора и оторваться уже не могла. Бог увяданий взял её за руки и начал свой ритуал. Постепенно проклятие развеивалось. Несчастная душа наконец-то ощутила и узрела оковы, которые удерживали её в мире Яви, да ранее были невидимы. Белые цепи ослепительно сияли при свете луны, а их шум причинял жуткую боль ушам той, кого они удерживали. Велес заметил, что его недруг что-то ворожил, однако не понимал, что это за магия такая. Ранее ничего подобного он не видел, а потому решил спросить:

– Что ты делаешь с ней?

– Снимаю с неё проклятие, – невозмутимо ответил Чернобог, не отрываясь от взгляда девушки.

Это показалось странным и чем-то крайне смешным для скотьего Бога. Не сдерживая хохота, он задал ещё вопрос:

– Ты снимаешь своё же проклятие?

– Вы, стихийные божки Яви, всегда были дураками. Все проклятия, настигшие людей после их смерти, исходят от Богов Прави. Так они удерживают духов здесь и питаются их страданиями.

Велес не поверил словам Царя Нави. Более того, это его сильно оскорбило.

– Как посмел ты так нагло врать и оскорблять создателей наших!!! – возмущаясь, повысил он голос на Владыку увяданий.

– Верь во всё, что хочешь, меня это не волнует, – спокойно отрезал Чернобог, продолжая снимать с Наташи проклятие.

Слушая разговор двух Богов, Вию не понравилось то, что решил сделать его отец. В диком недовольстве он попытался встать, но у него ничего не вышло. Раны ещё не исцелились.

– Лежи, тебе нельзя шевелиться, – сказал Велес императорскому сыну, укладывая того обратно.

Быстро сбросив повязку с глаз, Принц захватил разум Бога лесов, вонзил в него свои когти и жадно начал поглощать божью силу. Через пару секунд от скотьего покровителя осталось иссохшее бездыханное тело, которое вскоре обратилось в прах, а его божественное ядро, что перешло сыну Чернобога, в мгновение ока исцелило своего нового владельца. Поднявшись на ноги, Вий запрокинул голову назад и закрыл глаза в наслаждении прилива природной энергии. Парень смаковал каждое новое ощущение, а от обретённой мощи он приходил в дикий восторг. Все его чувства обострились. Он слышал шелест листьев дерева, что находился на расстоянии двух километров от него, да обострённый слух парня уловил, как белка тихо сопит, спя в своём гнезде на ветвях. Видел лису, что охотилась за зайцем, скрываясь за самым дальним кустом. Улучшенное обоняние улавливало все тонкости запахов этого леса так, что по ним можно было определить место нахождение чего-либо в радиусе трёх километров.

Императору Нави пришлось прервать ритуал снятия проклятия с Наташи из-за непредсказуемого поведения своего старшего сына. Прекратив разрушать цепи, удерживающие несчастную душу, он поднялся и, повернувшись в сторону Вия, начал медленно приближаться к нему. В то же время оковы Натальи снова исчезли, и дух девушки тут же забыл о них под действием проклятия. Принц стоял к отцу спиной, не боясь удара, однако Чернобог ожидал от него чего угодно.

– Не ломай мою игрушку, – произнёс Вий, оборачивая свой взор в направлении отца.

Посмотрев на Наташу, Царь мёртвых немного призадумался, а затем ухмыльнулся и, уставившись вновь на сына, воодушевлённым тоном произнёс:

– Да ты у меня эгоист… Надо же, полная противоположность своему брату.

Тот ехидно засмеялся, да резко ответил:

– Теперь я уверен, что он полное ничтожество.

– Я бы так не сказал. В конце концов, это ты сегодня чуть не умер, – подметил Чернобог.

Слова Императора возмутили Принца, и тот решился на отцеубийство, поверив в свои силы. Сделав шаг навстречу к Богу увяданий, Вий встретился с ним взглядом и начал овладевать его сознанием. Ему стало доступно крайне занимательное видение, что заинтересовало юношу. Стоило парню обратить на него внимание, как оно захватило его.

Навь, полуразрушенный императорский дворец в огне, окровавленный тронный зал. Шла ожесточённая дуэль между Вием и Кощеем. Силы младшего уже были на исходе, но всё же он отчаянно боролся за своё будущее и парировал атаки старшего. Однако исход этой битвы был предрешён заранее. И стоило один раз Кощею ошибиться, как эта ошибка стоила ему жизни. Меч брата так легко пронзил его брюхо, словно нож вошёл в масло. Первый Принц с превеликим наслаждением наблюдал, как умирает второй наследник на трон мира мёртвых. Захлёбываясь кровью, Кощей потратил последние силы, чтобы посмотреть ему в глаза и спросить:

– Ты… уверен, что… победил?

Несмотря на смазанную речь, Вий понял, что спрашивал его брат, однако не осознал сути вопроса, которая лежала на поверхности. Настолько он был ослеплён своей жаждой власти.

Одно резкое движение острого меча в сторону, и правая часть живота младшего сына Бога увяданий была рассечена надвое. Хлынули реки крови, а Кощей замертво рухнул на пол. Запятнанное в алых каплях лицо жестокого Принца расплылось в ужасающей улыбке. Теперь ничто и никто не мешает победителю занять место императора. После убийства брата Вий направился в сторону трона. Воссев на престол, он внезапно для себя ничего не ощутил, хотя ожидал как минимум душевного удовлетворения от полученной власти. Однако вокруг него царила лишь бездушная пустота и ничего более. Не на такой исход этот глупец рассчитывал, когда осмелился пойти против отца и брата.

Обратив свой взор на то место, где должно было лежать бездыханное тело Кощея, Вий увидел черноволосую стройную женщину в белой сорочке, лежащую лицом вниз. Силуэт показался ему знакомым. Долгое время он не решался подойти к ней, чего-то опасаясь. С каждой новой минутой удушающая атмосфера одиночества и нарастающей вины всё больше и больше сводила с ума новоиспечённого императора. В какой-то момент та женщина зашевелилась. Заметив это, Вий уже не мог подавить свой страх, а как только она поползла в его сторону, он встал с трона и принялся отходить от неё, стараясь держаться как можно дальше. Вскоре парень упёрся в угол, и ему некуда было больше деться. А тем временем неожиданно ожившая особа всё ползла к нему, оставляя за собой лужи крови, ибо у неё было то же самое ранение, что и у Кощея. Её лица Вий не видел, но в глубине души понимал, кто перед ним, однако боялся узреть подтверждение уже ясной ему истины ещё и глазами. Когда она заговорила, сердце Вия на мгновение остановилось.

– Сынок… мне больно… сынок…

От услышанного голоса своей матери его захлестнули эмоции. Очи широко распахнулись, зубы заскрипели в безмерно замкнутой челюсти от напряжения, а горло пересохло. Волна сильнейших негативных эмоций захлестнула парня. Чувство вины перед матерью, приоритет спасения которой он поставил ниже своих амбиций и эгоизма. Разочарование в себе и в своих целях, что он достиг ценой предательства отца, убийства брата. Это никак не помогло ему излечить свои старые душевные раны, что он приобрёл в детстве. Он был загнан в угол во всех смыслах этого слова.

В какой-то момент Морена подняла голову, и, встретившись с ней взглядом, Вий остолбенел из-за очередного потрясения. Чувство вины превратилось в агонию. Хотелось кричать, но не удавалось. Парень будто бы лишился дара речи.

– Ты сделал мне больно, – жалобно промолвила она, а затем, схватив его за ногу, начала страшно хрипеть, а её лицо исказилось в ужасающую гримасу: – Зачем ты убил своего брата? Почему ты меня предал?

У него уже не оставалось сил это терпеть, но ему некуда было бежать, да и он не мог. Его сердце так и норовилось выскочить из груди, не хватало воздуха, чтоб надышаться, и недоставало смелости для признания собственных ошибок. Он никак не решался на взятие ответственности за свои поступки и намеренья. Парень хотел просто провалиться под землю, и в какой-то момент это произошло.

Рухнув камнем в кромешную бездонную тьму, где вокруг не было ничего, Вий услышал голос своего отца. Звучал он по-родительски снисходительно, однако в нём слышалось разочарование с примесью недовольства и раздражения.

– Твоя способность влиять на разум других передалась тебе от меня. Опрометчиво было её использовать на мне. Подумай над своим поведением, глупец.

Голос Чернобога затих, и его присутствие больше никак не ощущалось, а его сын всё летел вниз сквозь тёмную пустоту. Парню казалось, что он скоро очнётся, но этого не происходило. Ни через минуту, ни через десять, ни через час, ни спустя полгода его состояние не менялось. По прошествии ещё какого-то времени он сбился в годах и уже не понимал, сколько падал в неизвестность.

Для Принца утекло очень много лет, прежде чем парень вернулся в нормальное состояние, в мире Яви же прошла одна секунда. Парень очнулся почти сразу после того, как вторгся в разум отца. От резкого пробуждения Вий потерял равновесие и чуть не упал, однако к нему вовремя подоспела Наташа, да не дала ему свалиться. Парень не сразу узнал её, да и вообще забыл, что он тут делал и какая перед ним стоит цель. Однако постепенно всё вспомнил и понял, что к чему.

– Подай мою повязку, – приказал Принц своей пленнице, прикрыв глаза, чтобы даже случайно не встретиться взглядом со своим отцом.

Наташа выполнила приказ и, подлетев к повязке, подняла её с земли, отряхнула, а затем вернулась к Вию, да завязала ему глаза.

– Нужно отпустить её, – строго произнёс Чернобог, смотря на девушку.

– Нет, – резко ответил тому сын.

– Зачем она тебе?

– Я её люблю.

Ложь была настолько очевидной, что Чернобог не сдержал смеха. Сложив руки на груди, Император надменно посмотрел на Принца, да осудительно произнёс:

– Ладно, но мы ещё вернёмся к этому разговору.

– Не вернёмся. Хватит, тема закрыта. У меня тут дела. Если хочешь, помоги. Если нет, не мешай, – холодно отрезал Вий, а затем обернулся к горе и одним несложным жестом опустил её, сравняв с землёй.

Отправившись на поиски одноглазого лиха, он старался не обращать внимания на своего отца, который следовал за ним. Обида на него всё ещё глубоко сидела в парне. Император это прекрасно видел и понимал, что лучше пока молча следовать за ним, не докучая лишними разговорами. Постепенно они всё равно найдут общий язык, решил Владыка.

Через пару часов они оказались перед каменными колоннами, расставленными в ровный круг, посреди которого сладко спало лихо. Эти колонны были расписаны защитными рунами, что должны были не пропустить Чернобога и его приближённых. Вий сразу же распознал эти надписи и попытался с помощью магии Велеса погрузить их глубоко в землю, но ничего не вышло. Магия символов на столбах, что формировали барьер, распознала чары сына Чернобога. Тогда, недолго думая, юноша принял решение попросить Наташу пройти через данный невидимый барьер. Несчастная душа скромно следовала за ним, не подозревая о том, на что её пошлёт этот мерзавец. Принц обернулся к своей пленнице и, нежно положив руки на её плечи, мило улыбнулся.

– Ты же мне поможешь? – спросил парень, заранее зная, что она ему не откажет.

– Конечно, любимый мой. Что нужно сделать?

– Разбуди одноглазое лихо и заставь его уронить все колонны.

– Мне с ним просто поговорить надо? – наивно спросила Наташа.

Вий резко прижал её к себе и страстно поцеловал, а затем, глядя несчастному призраку в глаза, произнёс:

– Нет, тебе нужно его натравить на себя.

В этот момент девушка засомневалась, что сможет выполнить его просьбу. Сомнения в глазах Наташи узрел и Принц, да добавил:

– Если у тебя всё получится, я буду любить тебя ещё сильнее и нареку тебя своей невестой.

Если бы на ней не висело это жуткое проклятие, она бы не была такой ведомой, однако в данный момент она неспособна усомниться в том, кто пообещал любить её. Вий вновь сладко поцеловал Наташу, после чего милая красавица уже была готова сделать всё, что угодно. Лишь бы хозяин оказался доволен.

Проклятая душа направилась в сторону лиха, да пройдя к нему сквозь защитный барьер, принялась будить огромное одноглазое существо. Как она его не тормошила, всё было напрасно. Уродливое дурно пахнущее чудовище так и храпело, испуская изо рта зловонные шлейфы смрада, исходящие от остатков зубов, которые вконец уже сгнили.

После отчаянных попыток растолкать спящего монстра, которые не привели к желаемому результату, Наташа начала грубо будить его, применяя магию, данную ей проклятием. Закричала она так, что на весь лес слышно, да потоками ветра, исходящими от неё, лихо на несколько метров сдвинуло. Пробудившись, чудовище злобно зафыркало. Поднявшись на ноги, оно протёрло своё единственное око и, узрев перед собой полуночницу, неожиданно для всех, влюбилось в неё.

– Ты… кросива… – прозвучал низкий хриплый голос огромного монстра.

Вий сильно удивился от услышанного, ибо не на это рассчитывал. Не понимая, чего ждать от Наташи, он начал нервничать. Чернобог же с любопытством наблюдал за всей этой вакханалией и получал от этого удовольствие. Единственное, что ему не нравилось, это то, как его сын безжалостно использует проклятую душу в своих целях. Однако, похоже, в данный момент парень потерпел неудачу.

Комплимент одноглазого лиха поверг Наташу в ступор. Она почесала затылок и, немного подумав, решила просто с ним поговорить:

– Я тебе нравлюсь? – тихо спросила она, взглянув ему в глаз.

– Ты… кросива… – повторил он, не зная, как ещё выразить свою симпатию к ней из-за весьма скудного ума.

Око лиха заворожило полуночницу. Она узрела в нём доброту, что была сокрыта в теле уродливого дурно пахнущего чудовища.

– Ты не мог бы уронить все эти колоны? – дружелюбно спросила Наташа, указывая на них.

– Нет. Кол… кал… калума зощещать миня, – ответил полоумный монстр.

Несмотря на сильное влияние проклятия, что затмевало разум девушки, Наташа поняла, что Вий хочет убить Лихо. Хоть монстр и к ней был настроен добродушно, она приняла решение помочь Принцу достичь своей цели. Полуночница начала применять всё своё очарование и, подойдя к уродливому существу, сладким голосом произнесла:

– Я просто хотела забрать тебя к себе домой. Ты пойдёшь со мной?

– Нельзя, – присев на пол, ответил заметно погрустневший одноглазый великан.

– Почему?

– Миня схатют и будэт болно.

– Ты такой большой и сильный. Кого тебе бояться?

Этот вопрос заставил монстра думать, от чего у него сразу же заболела голова. Взявшись за неё, он сморщился, да закряхтел. Наташа прикоснулась к его руке и продолжила уговаривать:

– Не бойся, тебя никто не тронет. Я буду защищать тебя.

После девушка положила голову на его руку и улыбнулась. Сердце великана забилось быстрее, и он выдавил улыбку из себя в ответ. В какой-то момент она поднялась, да потянула его за собой, чудовище уже было готово пойти за ней хоть на край света… Если бы понимало, что это такое…

Вий был удивлён тому, что Наташа поняла его намеренья и обвила монстра вокруг пальцев. Принц был приятно впечатлён поступком своей пленницы. Но потом задумался, а не связаны ли её проявления воли и сообразительности с тем, что Чернобог пытался снять с неё проклятие. Как бы это не было, всё-таки сейчас всё вышло даже лучше, чем ожидалось.

Однако из барьера Наташа с монстром выйти не смогли. Тогда он принялся разрушать колону, что стояла рядом, но каждая атака по ней вызывала ответный магический сильнейший импульс по тому, кто наносил удар по столбу.

Преодолевая ужаснейшую боль, одноглазое чудовище пыталось сломать руническую колону. Через какое-то время ему это удалось, и тогда защитные чары значительно ослабели. После чего Вий решил вновь попытаться загнать зачарованные столбы под землю, и на сей раз у него это вышло.

Лихо обратило внимание на Принца, а затем увидело и Императора мёртвых, да поняло, что полуночница специально вынудила его разрушить барьер. Чудовище озверело и злобно фыркнув замахнулось на девушку. Однако ударить её не дал Вий, чего сам от себя не ожидал. Всё произошло так быстро. Парень внезапно испугался за Наташу и пронзил руку монстра моментально выращенным стволом. Посмотрев на свою ладонь, которой только что приказал дереву вырасти, сын Чернобога задумался. В эти мгновения он покрылся холодным потом от осознания того, что кого-то спас.

Император Нави сразу же увидел, в каком ступоре находился Вий, и понял причину. А потому решил не отвлекать его от дум и сам покончить с лихо. Обратившись огромной змеёй, Владыка мёртвых направился в сторону монстра, а затем, обвив его, принялся просто ждать. И лёгкого прикосновения Чернобога хватало, чтобы любое живое существо тут же погибло. Одноглазое лихо исключением не стало. В миг обратилось в прах, оставив после себя лишь стеклянное око. Огромный змей вновь принял человеческий облик и, подняв с земли столь важный артефакт, произнёс:

– Это принадлежит Горынычу, – затем он взглянул на сына и, улыбнувшись ему, продолжил: – Но сегодня ты заслужил награду.

После этих слов Император кинул стеклянный глаз своему сыну. Принц поймал око, ради которого через столько препятствий прошёл, да столько боли вытерпел. По итогу не получил желаемого морального удовлетворения. Это привело его лишь к глубокому разочарованию. Вновь… лишь пустота… Но стоило Наташе подойти к Вию и обнять, как парень почувствовал, что всё же что-то обрёл.

– Ты обещал любить меня сильнее и сделать своей невестой, – тихо произнесла она ему на ушко.

Считая, что никогда не полюбит эту проклятую несчастную душу, первый Принц решил молча её обнять в ответ. Он испытывал к ней благодарность за спасение и что сильно задолжал этой девушке.

Чернобог наблюдал за всем этим и видел в своём сыне юного себя. Только в свои года он был ещё хуже.

Глава 11: Шаг из тьмы?…

Первый день в императорском дворце мира Нави для Ксении и Аристарха прошёл незаметно. Принц выбрал себе среди слуг личного помощника. Им стал весьма манерный и на первый взгляд приятный дух на вид лет пятидесяти по имени Тихомир. Он имел острые черты лица, орлиный слегка крючковатый нос, да нейтральный серебристый оттенок глаз, а седые слегка поредевшие волосы были уложены в элегантную укладку в стиле сороковых годов. По своему телосложению мужчина был значительно высоким дистрофиком. Донской тоже предоставили возможность выбрать себе служанку, но девушка решила строить из себя важную, капризную и невыносимую особу и никого не выбрала, хотя там было много желающих, кто искренне хотел прислуживать избраннице второго Принца. Поэтому пока что ей будет служить подчинённый Аристарха.

По просьбе Кощея Тихомир устроил им с Ксенией экскурсию по дворцу. Тот с превеликим удовольствием выполнил первое поручение своего Принца. И дня не хватило, чтобы обойти все императорские владения, а лекции от Тихомира завораживали, удерживая внимание до самого конца. Воодушевлённый слуга продолжал бы своё повествование до начала следующего дня, да только в отличие от мёртвых живым нужно отдыхать.

Настало время глубокого вечера. Принц со своей избранницей рассматривали императорский оружейный зал. Кощей с большим интересом разглядывал отцовский арсенал, а его подчинённый трепетно и со всем уважением рассказывал историю каждого оружия, что интересовало сына Чернобога. С особым восхищением Тихомир описывал легендарные сражения, связанные с трофейным вооружением, которое тоже присутствовало в том зале. В какой-то момент Пожарский даже подумал, зачем ковать себе новый меч, когда можно взять что-нибудь из отцовской коллекции. Однако немного позже парень сменил своё мнение. Ему просто стало любопытно, как будет выглядеть клинок, выкованный лично под его руку.

Тихомир оставил очень много положительных впечатлений от экскурсии, что вёл. Однако вечер уже переходил в ночь. Аристарх заметил, что его подруга хочет спать, и сам уже подустал малость, а потому решил остановить рассказ своего слуги:

– Простите, что я вас прерываю, но, думаю, на сегодня хватит.

Манерный мужчина прервался, да, развернувшись к своему господину, начал извиняться с виноватым видом:

– Оу, простите, умоляю, простите, я вас, наверно, утомил. Я должен был это заметить. Простите, мой Принц.

Увидев такую реакцию своего подчинённого, юноша немного растерялся, но после, положив руку на плечо Тихомира, начал успокаивать:

– Брось, не нужно извинений. Мы просто устали и нам…

В этот момент Аристарх почувствовал, как стала неметь и покрываться чернотой его рука, которой он прикоснулся к духу, а чёрные узоры начали распространяться по телу. Эти ощущения были сравнимы с ледяной водой, которая не спеша стекала по коже вниз, охлаждая всё больше и больше плоти, лишая жизненной энергии. В ушах парня начал слышаться неприятный звук, словно ветер дул прямо в уши. Этот гул постепенно усиливался, вызывая внутреннюю гнетущую тревогу.

Поняв, что происходит, Принц дёрнулся от Тихомира назад, а его онемевшая рука свисла тяжёлым грузом. Поднять её без сторонней помощи было крайне тяжело, а потому парень приподнял пострадавшую конечность второй рукой, чтобы взглянуть на результат своей небрежности и глупости. После Аристарх попытался пошевелить пальцами. С большим трудом он сжал ладонь лишь наполовину.

Увидев почерневшую кисть руки Кощея, Ксения, перепугавшись до глубины души, сразу же взбодрилась и подбежала к парню. Немедля ни секунды и долго не раздумывая, девушка поняла, как ей действовать.

– Покажите нам наши покои, быстрее! – повысив голос на слугу, приказала она, подавляя внутри себя волны паники.

Тихомир растерялся, испугавшись за своего Принца, и не сразу сообразил, что от него требуется.

– Ну! Скорее, покажи, где наша спальня! – вновь озвучила свой приказ на повышенных тонах Ксения.

Напряжённый взгляд избранницы Кощея заставил их подчинённого успокоиться и добиться от него нужного действия.

– Пойдёмте за мной.

После он незамедлительно повёл своих хозяев в комнату, которую уже подготовили для них слуги дворца. Дворец был огромен, да настолько, что в нём легко было заблудиться. Поэтому дошли до своей спальни они только через двадцать минут, минуя длинные лестницы, многолюдные залы и достаточно узкие коридоры. Всё это время Ксения закрывала пострадавшую руку Аристарха собой, а Принц старался вызвать впечатление, что он в порядке. Ибо они оба понимали, к чему может привести спонтанно обнажившая перед всеми, легкодоступная уязвимость Кощея.

Дойдя до комнаты, Ксения обратилась к Тихомиру:

– Ничего не произошло, понятно?

Слуга чувствовал себя виноватым и очень переживал за Принца.

– Да… Госпожа моя… Вам следует выпороть меня, – с опущенным взглядом произнёс их подчинённый.

– Это будет слишком просто, – Прошипела Донская, словно злобная кошка, а затем увела Аристарха в спальню, захлопнув дверь.

Спальня была просторной и хорошо освещённой. На стенах висели хрустальные светильники, а над огромной кроватью свисала весьма массивная люстра. Пол из белого мрамора и светлые стены в расписных золотых узорах делали эту комнату ещё ярче. Также там был большой светло-голубой просторный диван и кресло с пуфиком из того же комплекта. Рядом находился стеклянный столик, а на нём стояла красивая расписная пастельными цветами ваза, да в ней были невиданные ранее прекрасные цветы насыщенных синих, красных, фиолетовых и жёлтых тонов. Справа от кровати находилось витражное окно, узоры которого напоминали лунные фазы. С этого окна открывался дивный вид на просторный цветочный сад внутреннего двора.

Усадив парня на кровать, Ксения встала перед ним, да достав из кармана своей толстовки мазь, сказала:

– Раздевайся давай.

Парень смущённо покривил лицом, но начал выполнять то, о чём его попросила подруга. Да вот только снять с себя толстовку одной рукой оказалось тяжелее обычного, и девушка решила ему помочь, отложив баночку с мазью на кровать, да на всякий случай подальше от края. Сняв с Аристарха толстовку и майку, что была под ней, Ксения узрела во всём своём ужасе чёрные узоры, сползающие от нижней части шеи вниз, распространяясь по всему телу. Правая рука же, которой он прикоснулся к духу, стала по локоть чёрной и иссохла так, что из-под кожи были видны кости. В этот момент Донская держалась, как могла, чтобы не дать панике и слезам вырваться наружу. Действовать нужно было быстро, а эмоции делу не помогли бы, и девушка прекрасно это понимала.

Красавица решила сначала нанести мазь на пострадавшую руку, потому что она выглядела совсем уж плачевно. Присев справа от Принца, Ксения осторожно положила его кисть себе на ноги и принялась мазать её. Во время этого Донская ощутила, как сильно охладела и огрубела почерневшая кожа друга. У чародейки промелькнула скверная мысль о том, что никакая мазь тут уже не поможет, однако надежда всё же была, хоть и слабая.

– Ты чувствуешь хоть что-то? – спросила Ксения, прикасаясь к руке Аристарха.

– Ничего, – удручённо ответил парень.

Это она и боялась услышать. Поводов для паники добавляло и то, о чём ранее говорила Яга. От её мази Кощей должен испытывать невыносимую боль, однако этого не происходило, что приводило в ужас их обоих. Посмотрев на свою подругу, Принц узрел всё отчаянье, и это его… порадовало…

Его воодушевило то, что она за него волновалась и переживала. Ощущение того, что он не одинок, подпитывало весьма сильную эгоистическую часть Принца, которая хотела намертво привязать свою подругу к себе. Другая же его часть всё ещё хотела заставить Ксению держаться подальше от него. Внутренняя борьба Аристарха с самим собой, что спонтанно возникла в тот момент, привела к бесповоротному решению.

– Ксюш, я дам тебе выбор, но сделав его, назад уже дороги не будет, – произнёс он, смотря на девушку.

За этот день его самолюбие сильно разыгралось. Из всеми призираемого изгоя Пожарский резко стал важнейшей фигурой своего мира, милость которого пыталось заслужить всё окружение. Это усиливало его негативные черты характера. Пока что Принц держал себя в узде и мог сдвинуть свои интересы с приоритетов. Но Аристарх уже ощутил каплю головокружительной сласти на своих губах, состоящей из власти и превосходства над другими, что пробуждала внутренних демонов.

Однако это не то, что заставило Принца поставить перед выбором свою подругу, хотя прибавило в этом решимости. Ничего не мешает ему покончить с собой и, возродившись, стать бессмертным чудовищем… кроме неё. Ксения является той девушкой, ради которой он хочет быть живым. И ставя её перед выбором, уйти сейчас или остаться с ним, Аристарх решал свою судьбу. Но если девушка выберет его, то он её уже никогда не отпустит.

Также поставить Донскую перед данной дилеммой подтолкнуло состояние его руки. У него возникла догадка, как её излечить. Кощей должен был впитать жизненную силу другого человека. И хоть это являлось предположением, оно казалось ему логичным, и он был уверен, что это сработает. Если Ксения останется с ним, тогда Принц прикажет своим слугам приводить к нему живых людей, чтобы питаться ими. Если же она уйдёт от него, то и в лечении руки надобности нет.

Услышав слова Аристарха, Донская взглянула в его глаза и тихо спросила, догадываясь, о чём пойдёт речь:

– Что ты несёшь? У тебя рука чернее угля и суше изюма, а ты говоришь о каком-то выборе? Да что с тобой такое?

– Со мной всё в порядке. Поверь, от этого выбора зависит то, какой дорогой я пойду.

– Хорошо, что я должна выбрать? – задала вопрос девушка с дрожью в голосе, да отвернула от него свой взгляд.

– Либо уходи прямо сейчас, и мы больше никогда не увидимся, либо оставайся со мной, но навсегда.

Ксению удивило сказанное и одновременно до дрожи испугало. Ещё вчера он говорил, что не любит её, а теперь ставит перед ней такой выбор. Либо она больше его никогда не увидит, либо будет заперта в огромной золотой клетке.

– Если я уйду, какой дорогой ты пойдёшь? – вновь задала вопрос она, понимая, к чему он клонил.

– Если ты уйдёшь, это уже будет не твоё дело, – холодно ответил Аристарх.

Хоть он и не дал ей нормального ответа, девушка всё равно поняла, что у него было на уме. Ксения вновь посмотрела на него с нескрываемым презрением, а после размахнулась и ударила по лицу Принца. Парень этого не ожидал, но это даже отрезвило его помутневший разум. Поняв, что его эгоизм зашёл слишком далеко, осознал, какую глупость сотворил и был не в праве ставить свою подругу перед таким жёстким выбором. Не успел он почувствовать всю прелесть мощной пощёчины, как подруга начала кричать на него:

– Ты с ума сошёл?! Что в твоей голове творится?!

Прикоснувшись к горящей щеке да слегка потерев её, Аристарх ответил:

– Всё куда сложнее, чем ты думаешь.

Девушка выдохнула и, отдав баночку с мазью, тихо произнесла:

– Сам лечи свою руку.

После чего она начала разуваться, чтобы лечь под одеяло. Через мгновение произошло неожиданное. Аристарх поднялся с кровати и, пройдя пару шагов, со всей силы кинул несчастную мазь в стену. Маленькая баночка тут же разлетелась на тысячи осколков, а её содержимое стекало медленно по золотому орнаменту. Увидев то, как Аристарх уничтожил одно из редчайших лекарств, которое могло отсрочить его смерть, Донская просто ахнула и от шока не могла сказать ничего больше.

– Это мне уже не поможет, – холодно произнёс Принц и направился к двери.

Услышав его слова, Ксения замерла в ужасе. На миг ей показалось, что время остановилось, однако эту иллюзию, которая возникла в гнетущей тишине, развеял звук отдаляющихся шагов. Через пару секунд Аристарх покинул комнату, хлопнув дверью. Девушка осталась одна, находясь в смятении. Её мысли спутались, а тревога нарастала. Не понимая, куда её друг ушёл, она не могла успокоить себя. Ксения не знала, что ей делать, особенно после того, что сказал Принц.

«Что, если он был не прав и зря испортил мазь? А если прав, то как быть дальше? Помогут ли ему таблетки? Как предотвратить его смерть, ведь в этих стенах его обращение в нежить ускоряется?»

Эти мысли сводили Донскую с ума. Внезапно её думы прервал характерный щелчок дверного замка. Стало ясно, что девушку заперли в покоях.

Таков был приказ Аристарха. После он велел Тихомиру принести ему чёрный балахон и незаметно провести в темницу. Тот выполнил всё, что было велено, и сопроводил Принца в нужное ему место. Как бы не хотел Пожарский пройти к заключённым незаметно, ему всё равно пришлось раскрыться перед стражниками, что стерегли темницу. Они не смогли перечить сыну владыки и пропустили парня. Он же приказал им молчать о своём визите.

Скрываясь в балахоне, Кощей вошёл в мрачную, внушающую страх пыточную, в которой царил дикий смрад из гнили, железа и фекалий. Освещалось это место лишь парой фонарей, чьё пламя переменчиво светило в своём огненном неспешном танце. Там было много приспособлений и различных инструментов для пыток, большая часть из которых были в запёкшейся крови.

– Приведите мне самого кровожадного и жестокого заключённого, – приказал Принц.

– Ваше высочество, – поклонился один из стражей, а затем продолжил: – у нас такие не задерживаются. Но если вас интересуют негодяи, то у нас есть стукач, который сдал местонахождение более ста чародеев, теперь их ждёт казнь.

– Почему ты заговорил именно про этого стукача? – с подозрением спросил Кощей.

– Мой Принц, чародеи, что отступили от своих Богов, поклялись в верности вашему отцу и, соответственно, вам. Их казнят по надуманным причинам. Ваше высочество, я прошу…

На этом Сын Чернобога прервал стражника. Похоже, подчинённому не нравились методы правления Серебряного Лебедя. Хоть и Аристарх был согласен со стражником, он не мог выразить этого при всех. На него могли донести или же это могло быть намеренной провокацией.

– Я не собираюсь решать государственные дела с холопом. Знай своё место, иначе будешь наказан.

Стражник занервничал и тут же, склонив голову, рухнул на колени и начал молить о прощении:

– Мой Принц, простите меня. Можете наказать, только не сердитесь.

Сделав вид, что ничего не произошло, Кощей взмахнул властно левой рукой, да произнёс:

– Приведите мне этого стукача.

Стражи поклонились и отправились выполнять приказ. После того, как они вышли из пыточной, Тихомир осмелился задать вопрос своему господину:

– Ваше высочество, извините, но что вы собираетесь делать с преступником?

– А есть ли у вас догадки? – смотря на пламя одного из факелов, надменным тоном ответил вопросом на вопрос Аристарх.

– Есть, и я вас за это не осуждаю.

– Славно. Любое пламя рано или поздно погаснет, исчерпав свои ресурсы. А мои ресурсы истощаются гораздо быстрее обычного, особенно здесь. И у меня только один вариант продлить своё время жизни.

– Вы делаете это в первый раз?

– Да, – коротко ответил Принц, однако в этом ответе ощущалось предвкушение в ожидании утоления любопытства.

– Простите, мой господин, но вы уверены, что результат будет таким, как вы того хотите? – вновь спросил его Тихомир.

– Я чувствую это интуитивно, или, может… инстинктивно… Как бы это ни было, сейчас мы узнаем, прав ли я или же нет.

Его подчинённый лишь поклонился, выразив свою солидарность в молчании.

Вскоре стражники завели осуждённого, скованного в кандалы, и посадили перед своим Принцем. После чего Аристарх незамысловатым жестом повелел всем покинуть пыточную. Что они послушно и сделали. Сам же стукач не видел и не понимал, что происходит. На его голове был одет чёрный тряпочный мешок, а во рту был кляп. Это помогло Принцу заглушить все последние сомнения о своём решении. Кощей не видел лица своей жертвы, да не слышал ни звука. А доносчик не пытался сопротивляться, ибо самим Серебряным Лебедем ему была обещана свобода за своё деяние, и думал, что вот-вот его отпустят. После поимки чародеев временный правитель Нави обманул своего информатора и посадил в темницу. В тот момент, стоя перед Кощеем на коленях, предатель своего народа был спокоен, потому что никак не хотел принимать то, что с ним поступили так же, как и он с родной общиной. Он считал… вот… ещё чуть-чуть и выйдет из тюрьмы. Его не интересовала судьба других чародеев, которые вскоре должны были погибнуть по вине этого стукача.

Момент точки невозврата настал, да Кощей вонзил в свою жертву когти. Хлынули алые струи крови, а энергия жизни начала тянуться к Аристарху. Чародей, предавший своих, истошно завопил от нестерпимой боли. Силы стремительно покидали его, и через какое-то время он затих, думая о том, что для него было важно. На последнем воздыхании он пытался представить и удержать образ чёрной кошки с яркими зелёными глазами. Картина, что была создана им в своём сознании, с каждым новым мгновением всё больше и больше отдалялась от него, теряя краски и очертания во мраке… Это заставило его осознать печальный факт… Он больше никогда не увидит родную дочь, ради свободы которой предал свой народ.

В то же время Кощей вошёл в состояние дикого наслаждения. Жизненная энергия дурманила, да пьянила его, доводя до невиданного блаженства. Принц уже не слышал ничего вокруг. На эти мгновения парень даже забыл кто он и что делает. Аристарх впервые начал ощущать себя живым. И вкусив это, сын Чернобога рано или поздно будет вынужден забрать ещё чью-то жизнь… Ему захочется… и колебаний уже никаких не последует… Уж слишком сладко это злодеяние.

Его чёрные узоры на теле стремительно начали отступать, а затем и вовсе исчезли. Почерневшая высохшая правая рука вновь приобрела нормальный вид и стала рабочей. Его глаза приобрели естественный цвет, да зрачки приобрели небесно-голубой оттенок. Даже волосы цвета вороного пера стали немного светлее. Помимо этого, парень приобрёл ранее неизведанную магическую силу, которую захотел изучить.

Умер чародей, а душа его вышла из тела. В это время Кощей уже закончил свой кровожадный пир и оставил бездыханную тушу в покое. Увидев перед собой духа стукача, Принц немного удивился, но секунду позже понял, что им займутся либо стражники или сама природа Нави. Аристарх направился к выходу, да в этот момент призрак решил начать с ним разговор:

Видимо, ты важная шишка, раз тебе позволили так легко убить меня среди стен этого дворца. Кто бы ты ни был, прошу тебя, помоги мне…

Сыну Чернобога стало любопытно, что может попросить у него дух бессовестного чародея, и принял решение остановиться да послушать. Не оборачиваясь, он надменно ухмыльнулся и спросил:

– И чем же может помочь тебе твой же убийца? Ты уверен, что хочешь этого?

– Ничего другого мне не остаётся.

– Слушаю, – высокомерно сказал Пожарский, да сложил руки на груди.

– Спасите мою дочь. Освободите её из рабства, – горестно и стыдливо произнёс дух чародея.

Услышав это, у Кощея закралась мысль о том, что он предал чародеев ради дочери. Это никак не оправдывало стукача, но объясняло его мотивацию. Принц повернулся к призраку и задал вопрос:

– И как же она попала в рабство?

Дух не хотел отвечать на это, однако, понимая, что времени мало и вот-вот наступит неотвратимое наказание, он всё-таки решился рассказать:

– Я проиграл её в карты трактирщику из Подчерногородья.

Услышав это, Аристарх ухмыльнулся. Он не ожидал, что этот призрак может пасть в его глазах ещё ниже.

– Назови трактир и имя твоей дочери, – холодно произнёс Кощей.

– «Костлявое бедро старой мавки». Дочку зовут Аля.

– Интересное название… Хорошо. Я вызволю её оттуда, но свободы ей не видать. Она вечно будет служить моей невесте.

После своего вердикта Аристарх покинул пыточную. Своё решение насчёт дочери стукача он посчитал справедливым. Ибо дух слишком сильно виноват перед чародеями, присягнувшими Чернобогу и его царству. Нельзя выполнять всё, что и как он этого хочет.

Принц прошёл в ванную, что находилась рядом с пыточной, чтоб отмыть руки от крови. От вида алых пятен на своих кистях у Кощея пробежались мурашки, а в душе что-то заскребло. Однако, напомнив себе о том, каким мудаком был тот стукач, совесть вновь затихла. Скинув с себя балахон и взглянув в зеркало, парень увидел, как изменился. Нарумянился его уже не бледный лик, глаза сияли синими огнями, а дистрофичное телосложение приобрело объём. Мышечная масса увеличилась, и это не только было видно, но и ощущалось юношей. Немного позже он понял, что может контролировать длину своих когтей. Их цвет тоже изменился. Из угольно-чёрных они обратились прозрачными. Перемены во внешности воодушевили сына Чернобога. Когда-то он очень хотел быть таким же, как все. И вот это случилось, но ценой жизни другого. Однако цена теперь для Кощея не важна. Он принял решение сохранять своё нынешнее состояние чего бы это ни стоило.

Оставив балахон, Принц вышел из зоны темницы, где его смиренно ожидал Тихомир. Учтивый слуга сначала не узнал своего господина, но после даже обрадовался его преображению. Особенно для подчинённого было счастьем видеть, что Кощеева рука исцелилась. После Тихомира смутило то, что сын Чернобога будет вынужден пройти к своим покоям в ненадлежащем виде, а именно с голым торсом.

– Господин, может вы подождёте? Я принесу вам одежду.

– Не нужно, – ответил надменный Принц.

– Но это нарушает множество протоколов, – разнервничался его слуга.

– И что? – подняв бровь, спросил Кощей, явно намекая на то, что в ответе не нуждается, а после продолжил: – У вас будет сегодня долгая и тяжёлая ночь. Первое: приготовь к утру для меня и Ксении наряды. Второе: я хочу знать, где и когда собираются казнить чародеев. Третье: оповести императорского кузнеца о том, что я к нему зайду завтра, чтобы заказать себе меч. Четвёртое: хочу завтра вместе с Ксенией посетить Подчерногородье. Подготовь карету в сопровождении десятка стражников.

– Будет сделано, ваше высочество, – покорно склонил голову Тихомир перед своим повелителем.

После сказанных распоряжений Принц направился в свои покои, а его подчинённый последовал за ним.

Тихомир отворил замок двери спальни сына Чернобога, и тот, открыв её, прошёл в свою комнату. Затем дверь вновь была закрыта Аристархом, а после он узрел немного грустную, но вполне ожидаемую для себя картину. Ксения сидела на полу перед осколками той самой баночки, в которой когда-то была мазь, что могла оттянуть неизбежную смерть её друга. На лице девушки всё ещё лились слёзы несмотря на то, что она почти успокоилась.

– Ты понимаешь, что сделал?! – покричала девушка, резко обернувшись в сторону Аристарха.

Увидев, как парень изменился и заметив, что его рука исцелилась, Донская замерла от замешательства. Пожарский подошёл к ней и, присев на колено, начал вытирать слёзы с её щёк. Ксения хотела спросить, что он сделал для того, чтобы излечиться, но из-за сильных эмоций не смогла этого сделать. Безмолвно девушка просто обняла парня и начала плакать. В тот момент Аристарх увидел то, что для него важно. Искренние переживания своей подруги за его жизнь. Теперь он точно был уверен, что она к нему что-то чувствует. И вновь её слёзы обернулись для него радостью…

Глава 12: Пробуждение внутреннего зверя.

В тёмном лесу Нави за императорским дворцом невиданные для простого человека звери готовились ко сну. Ночные же хищники выходили на охоту. Лёгкий прохладный ветерок колыхал синеватую листву на серых высоких стволах, словно играя некую умиротворённую мелодию для местных обитателей. Но их покой нарушила девушка, что отчаянно бежала по их земле, запыхаясь. Это была Ксения, а скрыться она пыталась от Кощея и его стражников, которые преследовали её, не отставая. Беглянка обернулась и, встретившись взглядом с младшим Принцем, ужаснулась от его злостного взгляда. В глазах Змеевича вырывалась неудержимая ненависть к своей возлюбленной. Лицо Кощеево исказилось в ужасающую безумную гримасу, а когда он поймал её взор на себе, то расплылся в кошмарной ухмылке.

– Тебе не уйти от меня! – прокричал второй сын Чернобога.

Затем раздался надменный ехидный выразительный смех Кощея. Понимая, что он везде найдёт Ксению, из-под земли достанет, Принц ощущал свою власть над ней и упивался этим. Девушка, стараясь не обращать внимания на голос Кощея, что давил на нервы, бежала, пока ей на это хватало выносливости. Однако её силы были не бесконечны, и вскоре она замедлилась, да была схвачена стражей. Донскую обратили в сторону Принца, а затем усадили на колени. Несчастная предпринимала попытки вырваться, но всё было напрасно. Сторожевая нежить держала её мёртвой хваткой. Вновь второй сын Чернобога задрал свой нос, показывая своё превосходство, и, подойдя к своей возлюбленной, он начал говорить, презрительно прищурившись:

– Что случилось? Я больше не вписываюсь в твои идеалы?

Его низкий голос звучал ужасающим рокотом, сравнимым с громом, после которого ожидался бы проливной ливень. Однако от Кощея следовало ждать вещей и похуже, чем проливной дождь.

– Ты стал чудовищем, – даже не всматриваясь ему в глаза, произнесла Ксения.

Второй Принц ухмыльнулся с этих слов, а затем, схватив её за подбородок, приподнял ей голову, заставив девушку смотреть в его очи. Другой же рукой он начал поглаживать Донскую по щеке.

– А разве ты не знала? Я таков с рождения.

– Нет! Ты таким не был! – отчаянно прокричала она.

– Я подавлял свою сущность, жил по вашим правилам, чтобы на меня смотрели косо чуть меньше обычного. Ты даже не представляешь, каково быть сыном Чернобога, живя в мире его заклятых врагов. Да и тебе не понять. Ты избалованная своим отцом глупая дурочка, которая всегда делает всё, что хочет, не задумываясь о последствиях. Не беспокойся, я продолжу традицию твоего папочки, и ты будешь жить здесь как королева, но творить всё, что тебе вздумается, ты уже не сможешь.

– Хорошо. Ты победил. Я не буду больше бегать от тебя. Прикажи своим болванам отпустить меня, – тихо произнесла Ксения.

Кощей взмахнул рукой, и стражи выполнили его волю. Затем он помог подняться с колен девице. Внезапно для Принца, она потянулась к его губам и через пару мгновений поцеловала. Этот поцелуй был коротким и никак не ощущался. Пока Кощей обдумывал, что происходит, Донская направила ладони к своему сердцу и, используя магию, заморозила его, тут же скончавшись. В эти секунды время словно замедлилось, и, узрев, как любимая замертво падала, императорский сын резко подхватил её, рухнув на колени. Молодой парень не хотел признавать то, что Ксения мертва, но ему всё же придётся принять это…

Аристарх проснулся на диване в своих покоях и понял, что это был всего лишь страшный сон. Была глубокая ночь, а Ксения почему-то не спала. Она стояла у окна и заворожённо любовалась дивным видом Навьей природы, что была окутана ночным мраком. Чёрную дыру в небе сменил пояс астероидов, что слегка освещали владения чёрного Императора, подобно фонарям. Естественный свет с улицы падал на изящные формы милой девушки, выделяя во тьме контуры пленительной красоты женского тела. Донская думала, что её друг сладко спит и не заметила его пробуждения, а потому, никого не стесняясь, стояла в одной лишь майке да нижнем белье. Аристарх же, открыв для себя дивное очарование женственных очертаний силуэта своей подруги, не смог оторвать взгляда. Никогда ранее он не испытывал подобного влечения, как то, что нарастало у него в тот момент. Парень связал это с тем, что стал более живым и его чувства обострились. Юноша был прав в своих догадках. Ранее он не понимал, почему люди придают так много внимания плотским утехам. Теперь похотливый чёрт, пробудившийся внутри него, начал толкать Принца на развратные действия. Грязные мысли охватили его юный разум, который никогда ранее не сталкивался ни с чем подобным. Поэтому Аристарх не знал, как противостоять своему спонтанному желанию овладеть своей подружкой. Вскоре его желание стало настолько велико, что он больше не в силах был сдерживаться, однако их отношения были больше дружескими, чем любовными. К тому же Принц считал, что время для такого шага ещё не пришло, даже если им и суждено быть вместе. Поэтому он решил не идти у своего животного желания на поводу. Преодолевая дикую страсть к своей подруге, он пытался отвлечь себя другими мыслями. Но эта шальная девушка никак не выходила из его головы. Перед глазами так и маячило её дивное лицо, что расплывалось в ослепительной улыбке, а её очи горели словно огни. Фантазии парня рисовали образы всё развратнее и развратнее, и в какой-то момент Принц резко остановил себя. Повернувшись к спинке дивана, Аристарх закрыл глаза и старался побыстрее уснуть. Ксения так и ничего не заметила. Спустя несколько минут она отправилась спать. Друг любезно уступил ей огромную кровать пару часов назад…

Настало утро. Принц хорошо выспался, хоть и диван был для этого не предназначен. Но всё же он был лучше, чем самодельная кровать из двух деревянных лавок и странного матраса, набитого сеном, что была предоставлена Семарглом в его доме.

В назначенный Тихомиром час более десятка слуг собрались у покоев его господина. Среди них был портной. Он пришёл измерить императорского сына и его спутницу, чтобы потом шить им одежду специально под них. Остальные же несли одеяния, которые Аристарх и Ксения могли надеть в данный момент. Тихомир позаботился о том, чтобы предоставить им обширный выбор на любой вкус. Посчитав, что пора будить своих господ, их манерный подчинённый начал тихонько стучаться в дверь. Разрешения войти не последовало. Он постучался сильнее, но и тогда ничего не услышал в ответ. После четвёртого раза послышались медленные, но уверено приближающиеся шаги. Через некоторое время дверь приоткрыл ещё не до конца проснувшийся Аристарх.

– Чего тебе? – зевая, спросил Принц.

– Мой господин, мы принесли вам множество одеяний и украшений для вас и вашей избранницы. Я пока не знаю ваших предпочтений, а размер подобрал на глаз. С этого дня я буду пристально следить за тем, что вы носите чаще всего, и постараюсь подбирать одежду под ваш стиль. Ещё я привёл к вам портного, чтобы он узнал ваши размеры, – поклонившись, произнёс Тихомир.

– Портной живой? – вновь задал вопрос своему слуге сын Чернобога.

– Он… скорее мёртв, чем жив…

После подчинённый Аристарха указал на портного, и Принц увидел его во всей красе, а также учуял запах, исходящий от него. Мужчина в целом выглядел хорошо, одет в золото да в дорогущие шелка, а благоухал ароматами дорогого парфюма, однако казалось, что он вылил на себя целый флакон, чтобы перебить вонь своего гниющего тела. Была, конечно, в нём небольшая изюминка, которая бросалась в глаза. Он разлагался. Заметив это, Пожарский вновь обратил свой взгляд на Тихомира и твёрдо произнёс:

– Меня измерит Ксения.

– Да, да, мой господин, я уже сообщил, что у вас… своеобразная аллергия на мертвецов. Вас никто не тронет. Вы позволите нам войти?

– Ладно, входите.

Аристарх прошёл в центр спальни, а затем обернулся, скрестив руки, да с интересом принялся наблюдать за происходящим. Тихомир распахнул дверь перед остальными слугами. Они, войдя в комнату, предстали перед Принцем с дорогими нарядами, украшениями и обувью. К Пожарскому приковылял портной и протянул перед ним сантиметр.

– Ксения, будь добра, помоги нам, – произнёс сын Чернобога в сторону девушки, что сидела, окутанная под пуховым одеялом в кровати.

– Но я неодета, – ответила девушка.

– Принесите ей халат, – вновь сказал Принц, но обращаясь уже к своим слугам.

Одна из служанок положила сундучок с украшениями на диван и отправилась за халатом.

– Остальные тоже могут оставить всё, что принесли, и покинуть мои покои.

– Как скажете, мой господин, – поклонившись, улыбчиво промолвил Тихомир, быстрым жестом повелел холопам немедля приступать к приказу.

Они сложили вещи на диван, что-то положили на стол, а ящики с обувью сложили на пол и в спешке покинули спальню императорского сына. Ожидая, когда принесут халат для Ксении, Аристарх решил поспрашивать портного о его житие-бытие. Принца заинтересовало его пограничное состояние.

– Расскажи мне о себе, – прищурившись, обратился он к разлагающемуся швее.

Тот захрипел и начал пытаться что-то сказать.

– М-м-м-м-е-е-н-я З-о-о-о-в-в-у-ут К-и-и-и-р-р-и-и-и-и-л-л-л…

Его речь была сильно нарушена, слова проговаривались медленно и смазано, а голос звучал как расстроенная скрипка. Портного прервал Тихомир, подумав о том, что господину неприятно это слушать. Похлопав по плечу полумёртвого швею, подчинённый Аристарха прервал его.

– Позволь мне помочь тебе, – затем он обратил свой взор на Пожарского и продолжил: – Мой Принц, позвольте представить нашего главного портного. Его зовут Кирилл Долгорукий. Ваша мать постоянно восхищалась платьями, что он шил для неё. Думаю, вам тоже понравится что-нибудь из его коллекции.

– Интересно, интересно. Я бы хотел узнать о его состоянии. Он жив или мёртв? Что с ним такое вообще? – спросил Аристарх.

– Ранее он был простым чародеем, который решил покляться в верности нашему Императору. Через несколько десятков лет он умер от старости, но госпожа Морена вернула его к жизни и омолодила тело, но без поддержки нашей великой Богини смерти, он начал постепенно гнить.

– Ещё один повод найти её как можно быстрее, – пробубнил младший сын Мары себе под нос.

В этот момент пришла служанка и, подойдя к Ксении, подала той халат, а после немедля удалилась из комнаты. Надев халат, девушка подошла к Кириллу, взяла у него сантиметр и начала измерять своего друга. Долгорукий достал записную книжку и начал записывать мерки. После того, как Донская закончила, портной попросил измерить и её. Девушка хотела сделать всё сама, но внезапно Аристарх решил выхватить у неё ленту.

– Теперь моя очередь, – посмотрев ей в глаза, тихо произнёс он.

Шальная девица удивилась и, увидев искру в его глазах, не сдержала улыбки. Затем Ксения развела руки в стороны и позволила себя измерить. Для Аристарха это было предлогом немного поддаться своим желаниям. Донская сразу же раскусила его, но не подала вида. Боялась спугнуть парня и развеять интерес к ней, который внезапно образовался. Однако, с чего вдруг в нём разыгрался этот азарт, ей было неясно, но она решила не забивать голову лишними вопросами, а просто поддаться ему.

После мерки Портной Кирилл направился к выходу, однако Ксения окликнула его:

– Эй, раз тебя сама Морена хвалила, тогда тебе не составит труда придумать образ под мои вкусы. Слушай внимательно, Я не ношу пёстрые цвета, но обожаю кроваво-красный и бордовый. Люблю платья, но терпеть не могу пышные и длинные юбки. Часто предпочитаю носить спортивные костюмы из-за свободы в движениях и практичности. Ненавижу балетки и туфли на любом каблуке и обожаю армейские ботинки. Если сможешь собрать из этого шикарный образ, я буду счастлива.

– Л-л-е-е-е-е-г-ч-е п-о-о-о-р-р-т-к-о-о-о-в И-м-м-п-е-е-е-р-а-а-а-т-о-о-о-о-р-р-р-а-а-а-а, – прохрипел Кирилл и покинул спальню Принца.

Увидев оскорблённую мину подруги своего господина, Тихомир заволновался, что все недовольства девушка может выплеснуть на него. Поклонившись в обязательном порядке, он поспешил скорее тоже выйти из комнаты. Аристарх и Ксения остались наедине. Принц и его милая подруга направились к двери, что находилась слева от кровати. За той дверью находилась их личная ванная комната. Там они умылись и, подойдя к дивану, начали выбирать одежду.

Из большого предложенного выбора парень собрал себе неплохой стильный костюм. К тёмно-синим брюкам он подобрал чёрную рубашку с серебристым узором, вышитым на правом рукаве, а поверх неё надел тёмно-голубую шёлковую жилетку с высоким направленным вверх накрахмаленным воротом. Воротник рубашки юноша решил украсить галстуком-шнурком серебряного оттенка и подобрал для него зажим с огромным чёрным кристаллом закруглённой формы. Запонки Аристарх выбрал из того же камня, что был на зажиме галстука. Из обуви он взял чёрные туфли, а под них напялил носки того же цвета. Поверх костюма парень решил надеть тёмно-серое длинное пальто, у которого ворот тоже был направлен вверх. Из украшений он надел несколько серебряных перстней на кожаные перчатки угольного оттенка. На правую руку два кольца, а на левую три. Также ему приглянулась странная кружевная маска изящной формы, напоминающей воронову голову. Она закрывала лишь правую часть лица и то не всю. Однако этот аксессуар всё равно придавал таинственности и прекрасно дополнял образ.

Ксения старалась найти что-то под свой вкус. Она долго перебирала платья, которых было не то чтобы много, всего двенадцать. Просто они ей все чем-то да не нравились. Через некоторое время ей пришла, как Донской казалось, гениальная мысль. Взять от некоторых платьев самое лучшее и объединить это в одно. Первым обречённым на бесславный конец стало пышное бальное платье. Ей понравился его бардовый облегающий корсет, от юбки девушка просто избавилась, оторвав её. Увидев то, что творит девица, которой не смогли угодить, Аристарх был, мягко говоря, шокирован, но решил не мешать и просто наблюдать за происходящим. Второе платье, которое понравилось Ксении, но лишь наполовину, было лёгким облегающим и сшито из стопроцентного шёлка кроваво-алого цвета. У этого прекрасного одеяния девушке не понравился верх. Отпороть бы его без подручных средств ей бы не удалось, а потому она решила просто загнуть верх платья под корсет. Чтобы юбка держалась на ней, она привязала это платье к талии шнурком от третьего платья. Под корсетом этого не было видно и смотрелось как единая композиция. Пройдясь по комнате, Ксения приняла решение разорвать юбку по бокам, ибо она сковывала девушку при ходьбе. Из украшений Донская выбрала браслет и ожерелье из белых камней, напоминающих жемчуг, пару нейтральных колец со светлыми небольшими драгоценными камушками, белый достаточно широкий пояс с крупной пряжкой она застегнула не туго, чтобы он свободно сидел на талии и дополнял образ, придавай ему лёгкости. Свои нежные оголённые плечи девушка скрыла за светлой мантией с белым меховым пушистым и крупным воротом. Заколола Ксения его массивной брошью круглой формы. Посреди броши находился большой алмаз, а вокруг него были расположены маленькие бусинки в три ряда.

Наряжаясь, шальная юная красавица не стеснялась Принца и при нём практически разделась. Он не ожидал от неё такой вольности, да, выказал ей всё своё через чур наигранное возмущение и отвернулся, однако на самом деле парню это очень понравилось. Украдкой Аристарх всё-таки подглядывал за Ксенией, когда она этого не видела. Девушка хоть и не встретилась с парнем взглядом за этот пусть и короткий, но искрящий сладострастием момент, девица всё равно ощущала, что он на неё посматривает. В эти мгновения Донская поняла, что скоро Принц сдастся и окажется во власти её нежных ласк. Вот только следует бояться своих желаний. Кто знает, в какого льва вырастит этот пока что очаровательный котёнок.

Когда дошла очередь до выбора обуви, Аристарх взял изящные красные туфли на высоком каблуке и решил уговорить Ксению их надеть.

– Я хочу видеть их на тебе.

Сначала девушка хотела отказать Принцу. Ведь она сильно не любила туфли и жутко ненавидела высокий каблук. Однако, пораскинув мозгами, внутри неё проснулась хитрая лиса. Донская увидела в этом возможность для некоторых манипуляций. Время для них настанет к вечеру, но удочку нужно было закидывать уже сейчас.

– Ты же знаешь, я такое не ношу. У меня с подобных туфель ноги болят и ходить неудобно.

Сеть была закинута, теперь осталось сделать ему одолжение и перетерпеть некоторые трудности. Ксения сделала вид что передумала и выхватила у Аристарха обувь из рук, да нежным голосом произнесла:

– А знаешь, ради тебя мне ничего не жалко, даже своих ног.

Её слова тронули Принца, и он не знал, что сказать, а хитроумная девушка уже обувалась. Старалась быстрее, пока парень не передумал. Туфли оказались в самый раз. Нигде ничего не жало и красиво смотрелось на Донской. А Аристарх наконец-то увидел Ксению на каблуках, и ему это изящество безумно понравилось.

После того как Принц и Донская покончили с одеждой, настало время для не менее важного этапа для образа Ксении.

– Мне нужна косметика, а ещё всякое разное для того, чтобы сделать причёску, – весело, но в тоже время в приказной манере произнесла она, посмотрев на Аристарха.

Всю её властность поглотил его холодный и надменный взгляд. Одним лишь лёгким прищуром он показал девушке, кто здесь главнее.

– Всё тебе будет, – нежно приподнял её лицо за подбородок и продолжил: – Я дам тебе всё, что будет украшать тебя и своей красотой радовать меня.

В его спокойном тихом голосе слышались хищные нотки, от которых у Ксении стыла в жилах кровь. Она стояла перед ним словно хитрая проворная мышь перед опасным котом. Мурашки пробежались по её коже, когда он вновь взглянул ей в глаза, игриво прищурившись. Их зрительная связь оборвалась Аристархом так же быстро, как и образовалась.

По приказу Принца Ксении дали всё, что ей было нужно. У девушки ушло много времени на макияж и причёску. Она любила это дело, а от количества косметических средств и их разнообразия Донская расплылась от восторга. Красавица с интересом рассматривала различные баночки, склянки и палитры. Благодаря обширному выбору в косметике, Ксения могла сделать любой макияж.

Ожидая свою подругу, Аристарх зря время не терял. Парень позавтракал и за этой трапезой разговорился с Тихомиром. Их разговор был душевным и тёплым, а под конец Принц приказал найти двух знакомых чародеев. Он отметил, что это крайне важно, а поэтому лучше сохранить это поручение в тайне от большинства окружающих. Также они обсудили политику Серебряного Лебедя, и Аристарх решил, что сегодня вечером сменит его с должности. Не важно как. Принц хотел покончить с его тиранией раз и навсегда. Его с Тихомиром разговор подслушивал Златко и когда услышал, что Лебедя сместят, сильно обрадовался, выдав себя.

– Так-так, – посмотрев в сторону игоши, произнёс Аристарх.

– Я тут случайно пролетал, – нервно начал оправдываться призрак нерождённого ребёнка.

– Ты явно что-то недоговариваешь… – после этих слов Принц положил ложку в тарелку, сложил руки на груди и обратился к Тихомиру: – Ты не знаешь, что может скрывать этот малыш?

– Когда вы все куда-то пропали, пошли слухи…

Ответ Тихомира в спокойной манере был беспардонно прерван возмущёнными воплями Златко:

– Пф-ф-ф, как смеет какой-то прислужник про меня сплетни распускать! Возмутительно! Я выше тебя!

– Вы, сударь, всегда выполняли обязанности придворного шута. Вам, мой маленький друг, следует вспомнить о том, где находится ваше место, – всё так же спокойно ответил на крики ребёнка слуга Принца.

Златко ещё пуще возмутился, но ему нечего было сказать. Мальчик надул губы и отвернулся, обидевшись. Аристарх ухмыльнулся и, немного приклонив голову, закрыл глаза. Парень начал размышлять, что такого мог сделать ребёнок, и пришёл к ужаснейшей мысли, которую решил озвучить:

– Неужели ты предал нас? – спокойно, но с презрением в голосе спросил он и, обратив взгляд на игошу, пристально принялся следить за его реакцией.

А она оказалась бурной. Златко на мгновение обернулся в сторону Кощея и встретился с ним взглядом. Принц тьмы увидел в очах ребёнка страх и смятение, да пришёл к выводу, что догадка оказалась верной. Игоша вновь отвернулся, но это было бессмысленно. Он себя раскрыл.

– Уважаемый Тихомир, расскажи мне историю Златко. Как и при каких обстоятельствах он появился во дворце, – повелел Аристарх, выпив чаю.

– Мой Принц, ваш отец запретил обсуждать это при нём.

Императорский сын принял решение прислушаться к словам своего подчинённого и не настаивать на том, чтобы ему рассказали при мальчике его историю.

– Златко, либо признавайся, либо уходи отсюда.

Игоша предпочёл молча и как можно быстрее уйти из столовой. Как только двери за мальчиком захлопнулись, Аристарх всё же решил поднять вопрос о том, как роковая судьба обошлась с этим чадом.

– Думаю, теперь ты можешь рассказать о его прошлом.

– Тут нет ничего особенного, мой господин. Мать отказалась от него ещё до того, как он родился, и спровоцировала преждевременные роды. Став злобным духом, он свёл свою горе-мамашу с ума, от чего та в итоге покончила с собой. Через какое-то время его нашла проводница в Навь, Баба-Яга, и помогла ему попасть в наш умиротворённый мир. Златко сразу же попал на остров любви, но с него долго не сходила порча, а душа не очищалась, и об этом узнала ваша матушка. Морена решила сама лично отправиться на этот остров и помочь мальчику. Это заняло у неё немало времени и отняло много сил. Госпожа привязалась к нему и решила, после его очищения, забрать дитя с собой во дворец. Здесь она и император относились к Златко, как к своему ребёнку, а он начал считать их родителями. Они в нём души не чаяли потому, что своих детей у них долго не было, но когда вы и Вий появились на этот темнейший свет, то мальчик, которого приютили, да любили, оказался уже не единственным малышом в семье.

Аристарх, почесав подбородок, задумался. Размышляя над тем, что рассказал Тихомир, он пришёл к очевидному выводу. Казалось, что его вывод верен, но истина всегда сложнее, чем можно представить…

Через несколько часов Пожарский отправился к кузнецу и взял с собой Донскую. Не мог наглядеться на свою подругу, а потому под предлогом безопасности велел ей всюду следовать за ним. Она обрадовалась этому указанию, но сделала вид, что немного недовольна.

В пристройках рядом с дворцом находилась мастерская императорского кузнеца. После того, как Тихомир привёл Аристарха с Ксенией в кузню, то сразу же пошёл подготавливать карету для Принца, пообещав вскоре вернуться. Подчинённый всё не мог понять, зачем его господину понадобилось посещать грязный трактир, где работали в основном девушки лёгкого поведения и процветали прочие пороки живых людей. Обычно там ошивались чародеи, которые повязли в криминале, бандитизме и подобной грязи. Трактир не закрывали, потому что в этом не было смысла. Нормальный, чистый человек туда не пойдёт, а отбросов ждёт кара после их смерти. За крупное же преступление ещё и публичная казнь. К тому же тамошнее пойло было таким убойным, что после той выпивки практически никто не выживал.

Тихомир хотел узнать, с какой целью туда хочет попасть Принц, да спросить не решился. Ксению испугался и её реакции. Поэтому, промолчав, ушёл коней запрягать.

Пройдя в мастерскую, Аристарх и Донская узрели ослепительный блеск металла, ощутили жар мощного огня, услышали громкий стук молота по стали наковальни, да ужаснулись при виде кузнеца. В дальнем углу, под сопровождение звуков треска дров в печи, безголовое атлетичное массивное тело ковало раскалённый докрасна меч. Двери за Принцем и Ксенией закрылись, а затем позади них послышался низкий грубый голос.

– Я вас ждал.

Обернувшись, они увидели стоящую на бочке лысую голову с длинной седой бородой и тут же поняли, чья она. Отложив меч да молот, безголовая часть кузнеца подошла к своей башке и, крепко ухватившись крупной ручищей за бороду, вернула её на своё место вкручивающими движениями. На удивление она моментально приросла к шее.

– Меня зовут Борислав, пройдёмте со мной, – поманил за собой широкоплечий высокий мужчина.

Кузнец вёл себя с ними так невозмутимо, будто для Аристарха и Ксении это было в порядке вещей. Они же были, мягко говоря, впечатлены тем, что у Борислава имеются такие способности, но, взяв эмоции под контроль, решили не придавать этому большого внимания и просто последовали за ним. Подойдя к стене, увешенной на вид обычными мечами разной классификации, кузнец начал выбирать оружие. Взглянув на Кощея, он оценил его телосложение и под него выбрал клинок. Это был достаточно длинный, но лёгкий одноручный меч.

– Возьми, – выдал Борислав.

Аристарх принял меч, что ему предлагался. Затем кузнец протянул свою руку в сторону и вновь сказал:

– Руби.

Сын Чернобога сначала подумал, что ему послышалось, но взгляд Борислава, что устремлённо был направлен на него, говорил об обратном. Мастер ожидал от Принца действий и вскоре дождался. Аристарх одним резким движением нанёс мощный удар, и огромная ручища кузнеца свалилась тяжёлым грузом на пол. Вопреки всем ожиданиям Донской и Пожарского ни капли крови не пролилось.

– Хм… – задумчиво прохрипел мастер, а после поднял свою отрубленную конечность и вкрутил её назад.

Затем Борислав выдал Принцу такой же меч во вторую руку и вновь прохрипел приказным тоном:

– Руби одновременно.

Кузнец развёл ручищи по сторонам и замер в ожидании. В пируэте размахнувшись, Принц нанёс удар, и его клинки, словно нож в масло, скользнули да разрубили плоть Борислава, и обе руки его пали на пол. Ксения была впечатлена от столь мощной и грациозной атаки Аристарха.

– Восхитительно, – с придыханием произнесла она.

– Хм, – снова раздался хрип из уст мастера, только уже сопровождался удовлетворительной улыбкой.

В этот момент внезапно на полу зашевелились в жутких конвульсиях конечности Борислава, а затем поползли к нему. Оказавшись рядом, они начали лезть по нему, крепко цепляясь за его одежду, и вскоре очутились на своих местах. Размяв свои ручищи, мастер сказал:

– Твои мечи будут готовы через месяц. Можешь забрать пока эти. Я выдам тебе ножны для них.

– Хорошо, благодарю, – ответил тому Принц, а после взглянул на Ксению и продолжил диалог с Бориславом: – А не найдётся что-нибудь для моей невесты?

– Хм… – раздался уже привычный хрип.

Мастер принялся осматривать девушку и через какое-то время направился к столу, на котором лежали кинжалы. Все как на подбор. С разными узорами, высеченными на лезвиях, а рукояти были либо из кожи различных местных тварей и животных, либо из чёрного навьего железа. Борислав выбрал оружие для Ксении с выгравированной на лезвии руной Морены, а рукоять того была из белой плотной кожи. Взяв кинжал, мастер подошёл к избраннице Принца и преподнёс ей этот клинок.

– Вот уж не думал встретить чародея, благословлённого самой госпожой, – с удивлением сказал кузнец.

Девушку озадачили эти слова. Ведь она точно не знала, какой Бог или Богиня является её покровителем иль покровительницей. Её отец запретил поднимать данный вопрос и всячески скрывал это от всех. В том числе и от своей дочери. Взяв кинжал с рук мастера, Ксения узрела на нём символ Богини зимы и, уже обо всём догадавшись, решила расспросить Борислава, чтобы убедиться в своих догадках и отбросить все сомнения.

– Что вы имеете в виду?

– Ты знаешь, от кого исходит твоя магия? – ответил вопросом на вопрос здоровенный кузнец, с явным указанием на конкретный ответ.

– Это… Морена?…

В ответ многозначительное молчание. Борислав кивнул, и сомнений не осталось. Ксении стало понятно, почему её отец хранил это в тайне, что было непостижимо трудно. Ведь это важная данность среди чародеев. При поступлении куда-либо, на пример в школу или на службу, чародеи проходили проверки, где выявлялась точная информация о них. Однако Виктор пользовался своим положением и не допускал свою дочь до этих проверок. Её же стихию холода он достаточно убедительно связывал с покровительством Купальницы, жены Семаргла. Донской так ловко управлялся со своей полуправдой, что его мог раскусить только очень грамотный чародей. К тому же никто не посмел бы уличить во лжи главного последователя огненного волка, а тем более старейшину небес. Эти два титула Виктора позволили сохранить в тайне неестественное происхождение своей дочери и её истинного покровителя.

Аристарху стала известна новая истина о своей ненаглядной подруге, что была ранее недоступна даже ей самой. В этот момент у него разыгрался неподдельный дикий интерес, и он захотел размотать тот таинственный клубок, который так бережливо стерёг Донской. К тому же Принц был уверен, что раскрытие правды поможет Ксении укрепить свои позиции во дворце, после чего точно никто больше не посмеет её притеснять. Для него это было важно, ведь Пожарский помнил, как в Прави Донская защищала его от нападок сверстников. Она была для сына Чернобога лучшим и единственным другом.

Открывшаяся правда хоть и не стала сильным потрясением для юной девушки, но вогнала в ступор. Многое из того, что говорил её отец, оказалось ложью. Это никак не вязалось с его образом праведного, честного и верного своему Богу чародея. У Ксении промелькнули пугающие её мысли. Хорошо ли я знаю своего папу? И что ещё я не знаю о себе? Размышления запутавшейся девушки прервал хриплый низкий голос Борислава:

– Капля твоей крови привяжет к тебе этот кинжал. Стоит тебе о нём подумать, как он тут же окажется в твоих руках.

– Отлично, у тебя всегда будет чем защититься, – воодушевлённо произнёс Аристарх и похлопал Ксению по плечу.

В тот же момент, в том же месте, Донская решила привязать свой клинок и осторожно поранила свой указательный палец на левой руке. Оружие засияло холодным свечением, а затем исчезло. Стоило девушке подумать о том, как оно находится у неё в ладони, так кинжал появился вновь. Такой подарок очень понравился Ксении, да та поблагодарила Борислава и Аристарха за него. Перед тем как Кощей и его подруга покинули кузню, мастер выдал Принцу ножны от его временных парных мечей, и тот их надел.

Донская и Пожарский подходили к карете, что была запряжена специально для них, а рядом стояло более десятка стражников.

– Ты так и не сказал, куда мы направляемся? – спросила Ксения, посмотрев на Аристарха.

– Сегодня у нас будет насыщенный день. Нам предстоит вызволить кое-кого из рабства, предотвратить массовую казнь и устроить кое-что, как вернёмся во дворец.

Девушка была заинтригована. В глазах её мелькнула искра, а уста натянулись в лёгкой улыбке.

– Чтож, Кощеюшка, ты меня заинтересовал. Буду рада за тебя сражаться.

– Ты не будешь рисковать собой ради меня, – твёрдо дал понять, что он не подвергнет её опасности и не пустит в битву.

– Это ещё почему? – возмутилась девица, подняв бровь.

Аристарх остановился и, схватив за руку её, притянул к себе. Встретившись с ней взглядом, он вновь надменно смотрел на неё. Принц ухмыльнулся и, хищно обнажая зубы, произнёс:

– Подумай о других, ведь все три мира не смогут выдержать моего гнева, если тебя поранят.

Услышав эти сладостные слова, молодая девушка растаяла, а разум отбросил все мысли, что ранее не давали ей покоя. Ксения ничего не сказала. Она как заворожённая, не отрываясь, глядела в его очи, в которых пряталось множество граней его нутра.

Глава 13: Тайны сердца Перуна.

Мир Яви. Начало дня. Чернобог и его старший сын Вий выходили из глухого дремучего леса. Стоило им узреть яркий свет солнца, что был недосягаем из-за плотно покрытых зеленью деревьев, как над ними начали стремительно сгущаться тучи. Император Нави, с подозрением прищурившись, посмотрел на хмурое небо, и ему сразу же стало понятно, что эти тёмные покровы на небесах – дело рук Перуна. Бог увядания ухмыльнулся, ибо решил использовать очередное неминуемое нападение громовержца, чтобы посмотреть, насколько силён Вий и чему его научила Яга. После поглощения сущности Велеса Принцем, от недавних травм, нанесённых лешим, ничего не осталось, кроме рваных дыр на одежде. Грязь на ткани и коже парня, а также его изрядно потрёпанный вид свидетельствовали о нелёгкой битве и тягостных скитаниях по лесу за прошедшие двое суток.

Перед ними в землю ударила молния, и на месте том предстал Перун. Размяв шею, он сделал шаг к Чернобогу и сыну его, да под рокот грома начал говорить:

– Велесово присутствие больше нигде не ощущается! Что вы с ним сделали?!

Тон его был грознее разбушевавшейся за короткое время погоды. В то же время император мёртвых не выказал ни одной эмоции на своём бледном грубом лице. Надменно подняв свой нос, он плавно перевёл взгляд на Вия и немного призадумался, почёсывая висок. Между богами нарастало напряжение, исходящее со стороны гроз. Перун готовился напасть, но муж смерти был невозмутим. Обратив свой взор на врага, Царь тьмы насмешливо произнёс:

– Так получилось, что мой сын его поглотил. Ты уж прости, этот мальчишка совсем не воспитан. Понимаешь, он рос вдали от меня, у старой вредной ведьмы. Вот и одичал. Если хочешь, можешь попытаться наказать его.

Услышав то, что нёс отец, первый Принц с недоумением и диким возмущением взглянул на него, да увидел, как тот наиграно корчит виноватую мину перед громовержцем. Чернобог вновь обратил свой взор на сына. Встретившись с ним взглядом, он переменился в лице. Его фальшивая печальная гримаса растворилась в холодном безразличии. Сложив руки назад, владыка усопших в приказной манере обратился к Принцу:

– Покажи мне, чему она тебя научила, коли воспитать не сумела.

После этих слов Вий нервно ухмыльнулся. Хоть он и был излечен, однако был морально истощён, а физическая усталость никуда не делась. Поняв, что боя не избежать, Принц склонил голову и вышел вперёд. Как только его рука потянулась к глазной повязке, тут же прозвучало отцовское требование:

– Я хочу видеть, каков ты в бою. Обойдёшься без гипноза и прочих своих уловок.

Из уст Вия вновь проскочил нервный смешок, а его кровь начала вскипать от раздражения. Однако ему ничего больше не оставалось, кроме как смириться и выполнить волю отца. Парень не хотел затягивать бой, а потому решил покончить с Перуном за одну мощную атаку. Баба-Яга обучила его сокрушительному заклинанию, которое, по предположению Принца, могло усилиться в несколько раз благодаря силе Велеса. Это заклинание называлось «Принуждение к разложению». Ни один стихийный бог, а уж тем более смертный не смог бы его пережить. Заключалось оно в том, чтобы вызвать немедленный процесс разложения. Жертва должна была пройти все стадии распада своего тела, будучи живой. В этот момент призывались трупные черви и прочие падальщики, которые лакомились бы ещё живым существом. Это заклинание требовало колоссальной магической энергии, а потому Вий ещё ни разу его не применял. Чтобы его выучить, нужно знать ритуальные движения. Они должны быть выполнены с невероятной точностью, в ином случае сила этого проклятия падёт на того, кто его пытался осуществить.

Несмотря на всю опасность данного заклинания, Вий всё же решился на такой шаг. Это хороший способ продемонстрировать силу его отцу и поскорее закончить битву.

Чернобог заметил, что сын что-то задумал, да принялся пристально наблюдать за следующими действиями Принца. Перун тоже это узрел, а потому его атака была молниеносной. Взявшись за секиру, громовержец обратился молнией и, мгновенно оказавшись перед Вием на расстоянии вытянутой руки, чуть было не разрубил его надвое. Однако, благодаря обострённым чувствам, парень смог увернуться в последний момент, отойдя на шаг назад. Более того, во время атаки Перун был крепко скован по рукам и ногам огромными длинными чёрными червями, но заметил это только после своей неудачной попытки нанести удар. Они торчали из земли, и как бы сильно не пытался вытянуть их Бог грома, у него это не выходило. Освободиться тоже не получалось. Черви были необычайно прочными и сильно пережимали конечности. Вий сделал ещё пару шагов назад и принялся читать заклинание, параллельно выполняя отточенные движения. Правую руку он протянул к небу, да вбирая с него тёмные сгустки магии, сотрясающие всё вокруг, начал произносить:

– Взываю я к естеству природному, да к хаосу бескрайнему.

Левая рука Принца потянулась к земле и начала вытягивать из неё такую же мрачную энергию. Эти потоки всё набирали и набирали мощи. Вскоре из-за них поднялся сильный ураган, который каждую новую секунду становился лишь сильнее. Какого бы мнения ни был о себе Вий, но его тело не выдерживало такой могущественной силы, что проходила через него. Кожа на руках начала трескаться, а из этих трещин потекла кровь. Несмотря на жутчайшую боль, он продолжил читать заклинание, превозмогая все тяготы, связанные с ним.

– Желаю нарушить природный уклад, желаю обратить цветущую жизнь в трупный смрад!!!

Оба Бога узнали это колдовство, и обоих данное зрелище потрясло по-своему.

«Не думал, что она научит моего сына этому заклинанию. Похоже, эта карга мне верна как никто другой. Он не сможет долго контролировать такое могущество. Придётся вмешаться.»

Подумал внезапно забеспокоившийся владыка тьмы, которого всего минуту назад ничто не могло возмутить. Понимая, что ситуация выходит из-под контроля, Чернобог ринулся к Вию. Протянув руки в сторону своего сына, он начал поглощать мощные потоки тёмной магии, взяв на себя часть его нагрузки.

– Остановись!!! Тебе это не по силам!!! – прокричал в приказном тоне император.

Первый Принц понимал, что отец его прав, но назад уже дороги не было. Если он не завершит заклинание, то оно уничтожит его. Парень не мог сообщить это Чернобогу. Ему нельзя было отвлекаться от ритуала, а потому просто продолжал колдовать. Тем временем трещины, что образовались на руках Вия, уже дошли до плеч и, расходясь, да отходя от плоти, кровоточили ещё сильнее. Следующий этап этого заклинания заключался в объединении двух смертоносных магических потоков в единую сферу. Осторожными движениями изрядно уставший и израненный колдун принялся сливать два магических вихря в одно целое. Погода ухудшилась, ураган лишь усилился, а небо покрылось тёмно-красной пеленой. В этот момент из носа Принца пошла кровь, и сил почти не осталось. Заметив, что сын изнеможён и вот-вот его накроет мощная магическая разрушительная энергия, Чернобог немедля принялся действовать. Перестав делить бремя Вия, он вмиг обратился в огромную змею и, скорее махнув хвостом, оттолкнул парня в сторону. Хоть он и отлетел на приличное расстояние от потоков, которые сам вызвал, это не помогло. Вся тёмная разрушительная магия направилась к нему. Понимая, к чему всё шло, изумрудный змей плотно обвил своего сына и принял удар на себя. Через несколько мгновений Бога тьмы настигла кара прерванного заклинания, которое пытался использовать Вий. Произошёл страшный взрыв, что за секунду испепелил всю растительность в радиусе десятка километров. Взрывная волна же пошла ещё дальше, снося всё на своём пути. Вскоре ураган затих, небо вновь стало голубым, и выглянуло солнце из-под облаков.

Всплеск ужасающей энергии никак не навредил Чернобогу. Даже наоборот, он впитал в себя большую часть той разрушительной магии, став сильнее. После этого, приняв людской облик, он начал беспокойно суетиться возле своего лежащего на земле сына. Сев рядом, встревоженный отец принялся оценивать состояние Принца. К его радости, раны Вия быстро затягивались из-за божественного ядра Велеса, которое он поглотил вместе с силой скотьего Бога.

Перун за мгновение до взрыва смог выбраться из ловушки Принца и, обратившись молнией, скрыться в безопасное место. Когда всё затихло, он вернулся, но не для того, чтобы вновь вступить в бой со своим заклятым врагом. Громовержец хотел знать, куда пропала та Богиня, что создала это разрушительное заклинание, и почему она научила ему сына Чернобога. Быстрым шагом он приближался к императору и Принцу Нави в надежде узнать правду. Подойдя к ним, Перун задал вопрос, что будоражил его разум и заставил сердце беспокойно биться в давно забытом страхе, который вновь разыгрался в нём:

– Почему твоё отродье знает это заклинание?!

Вновь распогодилось. Мрачные тучи и последующая гроза отображали всю тревогу и смятение Бога грома. Властитель мёртвых обратил свой взгляд в небо, да узрел знакомую его сердцу боль и решил рассказать правду.

– Моего сына долгое время воспитывала и обучала Мокошь.

Перун в это не поверил. Слова Бога увяданий разгневали его, и он был в шаге оттого, чтобы сорваться и напасть. Вий сильно удивился услышанному. Парень не понимал, как такое может быть. Яга не казалась божеством, скорее наоборот, она была проклятием этого мира. И тут парень вспомнил ночной вчерашний разговор отца и Велеса. Вспомнилась ему отцовская фраза про Богов Прави и их проклятия, что они несут всем вокруг.

Раны Принца почти затянулись. Он присел, уперевшись руками об землю, посмотрел на Чернобога и спросил:

– Мокошь проклята?

Озвучив свой вопрос, юноша замер в ожидании. Ему оказалось не всё равно на её судьбу. Когда он поймал себя на этом, то потонул в своих противоречивых мыслях и чувствах. Его самокопание было, на некоторое время, прервано. Чернобог дал ему ответ, так же всё смотря на хмурое небо и то, как вспышки молний красили тёмные тучи своим сиянием.

– Да, – утвердительно сказал он, затем взор его пал на сына, да рассказ продолжился: – Она единственная из Богов Яви, кто понял, что Боги небес лживые твари…

Рядом с императором ударила молния, а после прогремел гром.

– Единственная лживая тварь среди Богов, – это ты, Чернобог!!! – грубо и резко возразил Перун.

Повелитель мёртвых поднялся и вплотную подошёл к громовержцу. Взгляд его стал безумным, а лик исказился в жуткую гримасу. Глаза были вытаращены, а уста растянулись в неестественную широкую улыбку. Перуну стало не комфортно стоять рядом с ним. Он хотел отойти, но как только сделал шаг назад, Чернобог схватил его за ворот и приблизил ещё ближе. Надменно ухмыльнувшись, владыка начал говорить тихим, но презрительным тоном:

– Вот подумай хорошенько. Стал бы я Богом безумия, если бы всё время лгал? Ведь людей сводит с ума не лож… Нет, нет, нет. Их сводит неотвратимая страшная правда. Истина о их пороках, сожаления о неверных поступках сидит в их сердце и скребёт их душу, а к ним со временем нагромождаются новые пороки и сожаления. Рассказать тебе, в чём твоя неприглядная истина? Показать тебе ту кошку, что точит свои острые грязные коготки, раздирая и отравляя твою жалкую душонку?

Перун пытался вырваться из мёртвой хватки Чернобога, но всё было напрасно. В какой-то момент, император щёлкнул пальцами, пристально смотря в глаза громовержцу, после чего овладел его сознанием и погрузил в сон с воспоминаниями. Придя к мнению, что Вий тоже должен увидеть пороки Бога грома, император Нави решил разделить это сновидение с ним.

Перуна окружала кромешная тьма. Он подумал, что очи его закрыты, но через несколько мгновений, ему стало понятно, там просто ничего не было видно. Прозвучал голос властелина мёртвых. Он был умиротворяюще монотонным, не давая никакого эмоционального окраса сказанным словам. Таким образом просто исполняя роль проводника, Навий царь вёл экскурсию по так и не забытым воспоминаниям о эгоистической влюблённости громовержца к покровительнице ворожеев, знахарей и прочих колдунов.

– С ней ты виделся и раньше, но именно тогда она показалась тебе особенно прекрасной.

После слов Чернобога, Перун услышал позади течение небольшого ручья, шелест листьев и завывание волков где-то вдалеке. Стоило ему обернуться, как он сразу же оказался на опушке леса и был изумлён от увиденного. У ручья при свете полной луны сидела Мокошь. Прекрасная из прекраснейших Богинь Яви тогда любовалась дивным видом Велесовых владений. Компанию ей составляли совсем крохотные светлячки, что летали рядом, освещая лик обаятельной красавицы.

Перун понимал, что произойдёт дальше, а потому бросил взгляд наверх и ждал своего появления. В ту ночь Бог грома бороздил по небесному облачному покрову, пытаясь как-то скоротать свободный час. Спустя некоторое время он увидел Мокошь, сначала не узнав её. Лишь через несколько секунд Громовержец понял, кого она ему так сильно напоминала.

Спустившись с небес, Перун шёл к Богине повитух, будто околдованный. Её красота, словно магнит, тянула его. Её глаза, что при свете луны сияли как огни, заставили забыть обо всём на свете. Заметив покровителя воинов, Мокошь поприветствовала его, и они разговорились.

Сколько бы не прислушивался к их разговору Перун, вспоминающий это, ему не удавалось услышать ни слова. Сзади к нему подходили император и Принц Нави. Как только Вий узрел, какой красавицей была Яга раньше, то ему стало не по себе. В нём взыграла жалость к ней, но он никому не показал этого. Парню стало любопытно, что ещё можно было узнать из воспоминаний своего недруга. Поэтому принялся с неподдельным интересом наблюдать за этим концертом, в котором его отец являлся дирижёром.

Подойдя к Перуну, Чернобог скрестил руки на груди, уставился на иллюзию воспоминания и начал всё так же умиротворённо говорить:

– Вы всю ночь тогда болтали. Обсудили, казалось бы, всё, но и ничего одновременно. Однако для тебя было не важно, о чём разговаривать. Тогда ты в неё влюбился и решил всё за троих, как вам быть.

– Почему за троих? – спросил Вий отца.

– Потому что Мокошь и Велес вскоре должны были скрепить свой союз браком, – ответил тот сыну, а после бросил свой леденящий душу змеиный взор на Бога грома, да продолжил: – После той ночи ты намеренно искал с ней встречи. За каждое мгновение, проведённое рядом, отчаянно цеплялся, потому что это делало тебя счастливее. Она заметила твой нездоровый интерес и дала понять, что любит другого и скоро обручится с ним. Твоя гордость была задета. В твоей голове не укладывалось, что ты, великий воин, прославленный Бог грома, проиграл на любовном фронте. Это сводило тебя с ума. В день их свадьбы ты выпустил монстров, что воевали на моей стороне в войне за власть над Явью. Эта война закончилась много веков назад моим проигрышем, а чудовищ Боги Яви и Прави пленили с мыслью о том, чтобы использовать их в следующих битвах со мной. Однако кто бы мог подумать, что выпустит моих тварей доблестный воин света из-за своего эгоизма и маленькой обиды.

Снова Перун услышал звуки позади себя. На сей раз они вызывали у него дикий страх и нарастающее с каждой секундой чувство вины. Дикие крики, вопли, плачь и отчаянные мольбы к Богам простых невинных людей в сопровождении с гулом хаоса и разрушений заставляли громовержца содрогаться. Он прикрыл глаза от невероятного стыда, сожалея о своём поступке. Чернобог же смаковал каждую внешне проявленную реакцию Перуном. Властелин гроз никак не решался обернуться к следующему воспоминанию, что хотел бы забыть раз и навсегда. За это император Нави решил наказать его и, взмахнув рукой, Чернобог заставил понаблюдать за судьбами нескольких жертв того происшествия.

Это должен был быть очередной безмятежный день для маленькой Глаши и её младшего братика Ярика. Детишки играли в догонялки. Весело носились по родной небольшой деревушке, раздражая некоторых соседей своим ребяческим шумом. Не долгой была их игра. К деревне надвигались уродливые монстры. Четырёхногие, двуногие, копытные, крылатые, паукообразные, волосатые и не очень. Их разнообразие поражало всяческое воображение, а численность ужасала даже самых смелых мужиков.

Как только чудовища зашли в эту несчастную деревушку и дети их увидели, Глаша поняла: нужно бежать со всех ног домой, маленький Ярик же закричал со страха. Какое-то время ребёнок стоял в ужасе столбом, а сестре тяжело было заставить его следовать за ней, но вскоре он немного пришёл в себя и побежал с Глашей к своему дому. Девочка крепко сжимала руку своего брата, боясь отпустить и потерять малыша. Подгоняя мальчика, она вела его, не обращая внимания на творящийся хаос, проскакивая проворной мышкой сквозь одичавшую толпу людей, которые чуть не затоптали их. Ярик старался не смотреть по сторонам, слушать свою сестрицу и бежать как можно быстрее. Так и добрались они до своего дома, рядом с которым этих ребятишек искал дед, выкрикивая их имена. Каково же было его облегчение, когда он увидел своих внуков почти невредимыми.

Загнав детей в помещение, старик начал баррикадировать все двери и окна. Заваливая одно из окон вещами, которые только под руку попадались, дед увидел, как его дочь тоже домой бежала. Преклонных лет мужчина уже собрался отпирать дверь и встречать её, как через несколько мгновений его взору представилась ужаснейшая картина. Девушку поймало чудовище и разорвало бедняжку на несколько кусков. Страшнейшая смерть любимой дочери на его же глазах довела старика до сердечного приступа. Дед рухнул замертво, задев зажжённую свечу, что вслед за ним упала рядом.

Глаша и Ярослав не застали последних секунд жизни своего деда и матери. Они сидели в другой комнате, забившись в угол и крепко обняв друг друга. Девочка всячески пыталась утешить младшего брата, который уверял её, что ничего не боится, но дрожал со страха и всхлипывая дёргался от каждого шороха.

Дети немного успокоились и начали ждать маму. Они хотели поведать ей, как храбро добирались до дома. Ярослав хотел рассказать то, каким могучим богатырём он станет, когда вырастет. А Глаша так ждала сегодняшнего дня, потому что дед должен был закончить куклу, которую он кропотливо вырезал из дерева для своей внучки. Но их мамочки больше нет, да деда тоже не стало. А вслед за ними ушли и два отважных ребёнка.

Видение, что наслал Чернобог на Перуна, закончилось, но громовержец всё ещё находился во сне, в котором его воспоминаниями управлял владыка тьмы. Вию тоже было доступно то видение. Увиденное разгневало его, задев за живое. Хоть он эгоистичен и переживает чаще только за себя, парень не смог остаться равнодушным к гибели детей. Принц начал искать причину своей бурной реакции и пришёл к выводу, что это напомнило ему ситуации из детства. Ещё сын Морены жутко жаждал справедливости…

Чернобог заметил, что Вия судьба той несчастной семьи уколола больше, чем Перуна. Не на это император рассчитывал, когда пытался наказать своего врага. Однако реакция сына удовлетворила владыку тьмы. Сделав вид, что не обратил внимания на гнев Принца, властелин взглянул на громовержца. В нём Бог безумия узрел меньше сострадания. Повелителя грома коробило больше всего не вина за содеянное, а то, что теперь ещё кто-то знал правду. До этого об этом догадалась лишь Мокошь. Чернобог по его взгляду распознал эту слабость и заставил повторно прожить самое болезненное воспоминание, связанное с Богиней, в которую Перун был влюблён.

Долгая и тяжёлая битва с чудовищами была завершена. Боги Прави никак не помогали Божествам Яви остановить хаос, но решили провести суд, связанный с произошедшей трагедией, который вот-вот должен был начаться.

До этого суда Мокошь решила осмотреть место, где монстров запечатали в первый раз. Это была огромная гора, внутри которой была пещера. Вход в неё открывали две каменные плиты. На них были высечены всевозможные защитные от тьмы и зла руны. Подойдя к плитам, покровительница колдунов увидела, что вход до сих пор не был закрыт, а рядом с ним валялись туши мёртвых чудовищ. Будто бы их кто-то уже на выходе пытался остановить. С любопытством Богиня заглянула в пещеру и была сильно поражена от увиденного. Внутри смирно сидели воины Тёмного Бога. Они отличались от тех монстров, что напали сегодня на смертных. Эти были похожи на людей и являлись разумными существами. Мокошь хотела с ними поговорить, потому что подозревала их в уничтожении части чудовищ, которые вырывались отсюда. Но ей не предоставил такой возможности Перун. Он всё это время следил за ней, и стоило Божественной деве приблизиться к истине, как громовержец обнаружил себя. Молнией Бог грома явился перед плитами и, прикоснувшись к ним, заставил камни сомкнуться. По его нервному взгляду Мокошь поняла, что-то здесь не так. Зная о чувствах Перуна к ней, она начала подозревать, что это он выпустил чудовищ, чтобы сорвать её свадьбу с Велесом. Сначала Богиня решила схитрить и разговорить его, оценив реакцию.

– Что ты тут делаешь? – спросил Перун, нежно прикоснувшись к её плечу.

Ей хотелось убрать от себя его руку. Она чувствовала дикое отвращение к нему, но пока что сдерживалась.

– Я пришла сюда в надежде найти хоть какие-то следы того, кто выпустил чудовищ, – холодно ответила Мокошь, пристально наблюдая за ним.

Вновь обратив внимание на мёртвых чудовищ, Богиня спросила громовержца:

– Это ты их убил?

– Да. Они тут кучно копошились.

Это была ложь. Мокошь не увидела на телах ни следов от молний, ни характерных ран от ударов секиры.

– А почему ты не закрыл пещеру раньше, коли ты тут уже был?

Этим вопросом Божественная дева поставила его в тупик. Ему нечего было ответить, и он начал придумывать, как выпутаться из этой ситуации. Богиня видела, как Бог войны замешкался, словно нашкодившее дитя. Это убедило её в собственной правоте, и она отбросила притворство. Женщина тут же переменилась в лице и убрала его руку от своего плеча. Её переполнял такой гнев, какого она ещё никогда не испытывала. В этот момент Перун понял, что Мокошь обо всём прекрасно догадалась. Его охватил страх. Он сильно боялся потерять возлюбленную, но не понимал одного. Эта прекрасная Богиня никогда не принадлежала ему, а поэтому терять было нечего, кроме доверия и дружбы.

– Неужели жизни стольких людей для тебя ничто, и ты готов так легко пожертвовать ими ради своих интересов?! – прошипела подобно разъярённой кошке Богиня, сдерживая слёзы, что прорывались наружу от сильной обиды.

– Ради тебя я и не на то пойду, – нахмурился Перун, да прогремел гром и сгустились тучи.

– Распечатай пещеру, я хочу кое-что прояснить! – резко приказала Мокошь.

– Что именно тебе нужно прояснить?

– Это тебя не касается!

Перун прикоснулся к плитам, и те разъехались друг от друга. Войдя в пещеру, женщина обратилась к войску императора тьмы.

– Кто убил тех чудовищ?

– Мы! – хором ответили мужики, облачённые в чёрные доспехи.

– Почему вы это сделали? – вновь спросила она, уронив первую за долгие века слезу.

– Приказ императора. Нужно было сдержать как можно больше тварей, – промолвил один из воинов.

Услышав это, для Мокошь будто бы мир перевернулся. Высшие Боги, которые должны защищать мир Яви, и пальцем не пошевелили, переложив всё на плечи стихийных Божеств. В то же время, их заклятый враг приказал своим солдатам уничтожить своих же тварей, что значительно уменьшило и без того огромное количество жертв. В ту минуту Мокошь разочаровалась в Небесной Прави и перестала верить в то, что было истиной для неё долгие годы.

– Ваша помощь неоценима. Я выражаю огромную благодарность вам и вашему императору. В качестве благодарности, дарую вам всем свободу… – говорила разочарованная женщина, да была прервана возмущённым Перуном.

– Что ты делаешь?! Высших Богов разгневаешь!

Ненавистно посмотрев на громовержца, покровительница ворожеев уронила вторую слезу и с отвращением произнесла:

– Пошёл вон.

– Велес этого не одобрит.

Женщина сделала глубокий вздох, протёрла мокрые от слёз щёки и с грустью произнесла:

– Значит, нам не по пути. Ты, наверно, не поймёшь, но есть то, что стоит выше нас, наших интересов и чувств. А поэтому, если Чернобог не такой, каким его все описывают, и разделяет мои взгляды на мир, то я без колебаний поклянусь в верности и буду служить ему.

Не сдержал гнева своего Перун, да ударил Мокошь по щеке. После сразу же опомнился, увидев, что причинил ей боль. Вина в нём взыграла, с каждым новым мгновением разрастаясь по всему его нутру. Вскоре она заглянула в его очи, и её ненавидящий взгляд обратил едкую бурлящую в нём вину в тысячи острейших игл, что через мгновение вонзились в его душу. Могучий Бог войны, легендарный громовержец побеждал во всех битвах, одолевал разных чудовищ, но не смог одержать победу в делах сердечных, да усмирить своего внутреннего монстра. Понимая, что натворил, он хотел попросить прощения, но на это у него не нашлось сил.

– Пошёл вон!!! – прокричала Мокошь.

Её крик эхом раздался в его голове. Перун послушно покинул возлюбленную и старался больше никогда с ней не пересекаться.

Воспоминание завершилось. Чернобог, представ перед Богом грома, надменно спросил:

– А чем ты лучше меня? – император Нави начал ходить вокруг него, продолжая морально давить: – Говорил Мокошь, что пойдёшь ради неё на многое, но даже не выслушал её, когда речь пошла обо мне. Любил, но не смог поступить так, как было бы лучше для своей возлюбленной. Вместо этого, ты решил бросить в костёр хаоса невинных людей… детей. Всё это ради себя. И потому счастье ускользнуло от тебя. Ты ничтожен. Тебя не только поработили Боги Прави, но и собственные эмоции.

Каждое слово Владыки тьмы резало сердце Перуна словно нож. Он убедился в том, что главное оружие Чернобога – это неотвратимая неприглядная правда. Этим оружием император Нави владел искуснее всех.

– Зачем ты приказал своему войску уничтожить собственных же тварей? – тихим голосом спросил морально истощённый Бог грома.

– Не из-за доброты душевной. Просто люблю вам подгадить, – ответил Бог зла и расплылся в ехидной улыбке.

Перун не поверил его словам.

– Было бы это так, Мокошь тебе бы не служила.

– У неё был скверный выбор между плохим и очень плохим.

В этот момент Чернобог вышел из сознания Громовержца, да, отпустив его, пошёл своей дорогой. Вий был в таком гневе, что хотел напасть на властелина молний и забрать его силу. Владыка тьмы заметил это и решил одёрнуть парня, но было уже поздно. Принц подкрался сзади к Перуну и, вновь сковав его огромными червями, вонзил в его шею свои когти. Императору оставалось только наблюдать. Он не был против этого, но и согласия тоже не давал. Повелитель безумия просто не знал, как исчезновение стихийных Богов может повлиять на природу Яви. Однако его успокаивало то, что после поглощения Велеса Вием ничего не изменилось. Чернобог хотел верить в наилучший исход, но присматривался к каждой травинке, чтобы вовремя извлечь ядра Богов из тела сына, если что-то пойдёт не так.

Вскоре Вий покончил с Перуном. От громовержца осталась лишь его секира, которую решил забрать себе первый Принц мёртвых. Так Бог грома потерпел поражение во второй раз в жизни.

Осмотревшись вокруг, Бог увяданий с небольшой долей горести лицезрел последствия взрыва разрушительной энергии. Ему бы не хотелось оставлять после себя выжженное поле. Он решил предложить сыну восстановить растительность и населить новые леса и луга живностью. Вий согласился, но поначалу не совсем понимал, как пользоваться силой Велеса. Однако вскоре интуитивно он во всём разобрался, да начал созидать. Неожиданно ему это пришлось по душе, и в нём даже разыгрался ребяческий азартный энтузиазм. Парень будто бы малое дитя испытывал неподдельный восторг от выращивания растительности и зарождая жизнь.

Чернобог холодно смотрел на то, как его сын восстанавливал природу, и думал о своей жене, которая тоже любила созидать. Для неё император даже распорядился построить огромный сад, слегка пожалев об этом потом. Ведь его любимая императрица первое время пропадала там целыми днями да ночами.

Глава 14: Воля Всеотца.

Настал полдень. Невиданной красоты сирин пересёк границу между мирами Нави и Яви. Её звали Астра. Она верно служила тёмному владыке тем, что была второй парой глаз и ушей там, где это было нужно.

Полуптица-полудева спешила к своему императору, чтобы сообщить дурную весть. По велению Чернобога она присматривала за Кощеем и следила за тем, чтобы ему никто не навредил. Подслушивая за разговором Серебряного Лебедя с его подчинённым, Астра прознала о заговоре против второго сына Царя усопших. Заговорщики радостно обсуждали скорую погибель Принца. Гнева императора не страшась, они нашли ухищрённую возможность убить Бессмертного.

Астра летела так быстро, как только могла. Опасаясь разгневать своего владыку, она потеряла несколько своих пепельно-серых перьев на своём пути. Роль гонца с плохими новостями её не радовала, но вернуться назад было невозможно. Властитель увядания не любил, когда от него что-то скрывали, но ещё больше он не терпел лжи и предательства. Поэтому Астра надеялась, что её не постигнет гнев Чернобога.

В то же время Вий и бог зла направлялись к следующему артефакту, который хотел получить первый Принц. Этот могущественный предмет назывался «Зеркало Кривды» и был переходом в Навь.

Проходя в зазеркалье, можно было перемещаться из любого места Яви в мир мёртвых, минуя долгий путь через реку-Смородину. Этот артефакт был создан Кривдой, тёмной богиней лжи, которая намеревалась стать женой царя Нави. Зеркало было изготовлено ею перед битвой с небесными богами, чтобы Чернобог мог беспрепятственно перемещаться между миром живых и миром усопших.

После выигранной войны правые божества передали этот магический предмет на хранение Чуру.

Чур был божеством, которое защищало смертных от тьмы. Этот бог умело скрывался среди людей, живя в какой-нибудь деревушке. Чаще всего он принимал облик старика и оберегал поселение от сил зла, а также лечил местных жителей от различных болезней. Однако были случаи, когда он обращался и в доброго молодца, проживая обычную сельскую жизнь. В таком облике он часто женился на смертной девушке, и дети у них становились либо крепкими богатырями, либо одарёнными чародеями.

Несмотря на то, что Чур хорошо скрывался, Царь мёртвых мог его легко найти. Ему достаточно было послать своих воронов на разведку в разные сёла. Над тем селом, где ворон пролететь не смог бы, там и засел этот бог.

Призвал Владыка тьмы своих чёрных верных пернатых слуг, да немедля повелел на поиски отправиться. Взлетели тучи воронов и разбрелись по деревушкам, но ничего не нашли. Тогда Император приказал продолжить поиски в городах, и вскоре Чур был найден в Подмосковье. Чернобог и Вий сразу же отправились туда.

Ощущая энергию оберегающего божества, Властитель Нави двигался в том направлении, где всё больше затухали его магические силы. Через какое-то время вокруг Чернобога перестал исходить смертоносный дым. Вий тоже значительно ослаб, но силы Велеса и Перуна всё ещё оставались при нём. Это означало только одно: они были совсем близко к тому, кого искали.

Возле входа в метро сидел тёмно-русый бездомный мальчик. На нём была грязная рваная одежда не по его размеру и висела на нём, будто балахоны. Внешне он был не сказать, что красив, да и горбился сильно, всю дорогу рассматривая ветку, что подобрал с земли недалеко отсюда.

Кто-то смотрел на него с сочувствием, кто-то проявлял безразличие, а у кого-то возникала неприкрытая неприязнь к нему. Большая часть всех этих людей была схожа в одном. Они проходили мимо, не пытаясь ему как-то помочь. Лишь единицы из сочувствующих хотели сделать для него хоть что-то. Однако ровно столько же бессовестных человечишек было среди тех, кто призирал несчастного мальчика и не упускал шанса подпортить ему жизнь.

Чернобог шёл в сторону того бездомного ребёнка. Стоило Императору взглянуть ему в глаза, как тут же Владыка тьмы ощутил нестерпимую жуткую боль в голове. В глазах Царя Нави всё начало расплываться, а звуки окружения перемешались в противный гул, что всё больше и больше резал слух. Стало ясно, кто перед ним. Чур решил прожить жизнь за нищего мальчонку.

Прохожие люди и без того обращали внимание на Бога разрушений и сына его. Чернобог выглядел для них странно. Вий же мог не выбиваться из общей толпы, если бы не повязка на глазах и разорванная грязная на нём одежда. Чур принял решение о том, чтобы переместиться вместе с незваными гостями в безлюдное место, ибо слишком много ненужного внимания они к себе привлекали. Через мгновение Божества оказались в чистом поле, где не было ни души.

Император не мог больше терпеть и упал на колени, да захрипел от боли. Узрев данную картину, Вий пришёл в ужас. Он не знал, что делать, как быть. Ведь Чуру стоило всего лишь обратить свой взор на Чернобога, как тот тут же оказался беспомощным перед ним. Осознание этого вызвало постоянно нарастающий страх у Принца. Однако нужно было действовать, и сын Императора усопших начал бороться со своими сомнениями, что вгоняли его в ужас. Понимая всю серьёзность ситуации, он отринул весь страх и пошёл на риск. Если он потерпит неудачу, то ему никто не сможет помочь. После поражения его, как и отца, ждало бы забвение в вечной пустоте. А возможно, участь и похуже. Сначала Вий хотел решить всё силой, но быстро одумался. Оглядываясь на прошлые свои битвы с Богами, парень уже не лез на рожон. На третий раз он начал с разговора, тщательно выбирая слова:

– Может, мы просто поговорим? Мы не желаем зла этому миру. Наша задача – найти мать… То есть Морену. Потом мы просто уйдём в своё царство.

Чур обратил свой взор на Принца Нави. Хоть и лик его был детским, но взгляд внушал ужас и не сулил ничего хорошего.

– Вы меня искали? Зачем? – раздался детский тоненький голосок.

– Нам нужно зеркало Кривды, – честно ответил Вий на вопрос Чура.

Бог-защитник не увидел лжи в глазах Навьего Царевича, не услышал фальши в его голосе, а потому смиловался. Невыносимая боль в голове Чернобога вскоре прошла, в очах прояснилось, да слух пришёл в норму. Однако им рано было расслабляться. Чур с самого первого мгновения, как встретил Властелина усопших, понял, что Чернобожий сын поглотил Велеса и Перуна. Подойдя к Вию ближе, он резко направил руку в его сторону и также быстро раскрыл ладонь. Тот же момент из раскрытой руки Бога-стража вырвалась невероятная сила. Юношу чуть с ног не сбил мощный поток ветра, но это не причинило ему никакого дискомфорта. Этим, пронзающим насквозь, ветром Чур выбил из его тела божественные ядра громовержца и владыки лесов, да обрели они облики свои явные. Поначалу Вий не понял, для чего Бог-страж нанёс этот удар. Осмотрев себя, парень убедился, что повреждений не было, и его одолело смятение. Через мгновение он ощутил чьё-то присутствие позади себя, да от догадок своих ужаснулся. Юноша, затаив дыхание, неспешно обернулся и увидел перед собой двух Божеств, которых недавно поглотил. Велес направил руку в сторону Вия и уже был готов атаковать его, но Перун остановил лесного повелителя, схватив за запястье, а Чур возвёл вокруг Чернобожьего сына защитный барьер. Император Нави был поражён поступком громовержца и Бога-стража. Скотий Бог тоже оказался обескуражен и, возмутившись, спросил:

– Вы защищаете это чудовище?! Зачем?!

– Я не вижу в его сердце желания навредить миру Яви, – ответил Чур, посмотрев на парня, а затем обратил свой взгляд на его отца и продолжил: – Как и у Чернобога нет цели навредить нам. Судя по всему, случилось что-то страшное с Богами Прави. Чтобы им помочь, нам следует объединиться с миром Нави.

Чернобогу показалось странным то, насколько Чур может быть прав в своих догадках. Будто бы он и сам был замешан в этом деле. Однако Император сделал вид, что ничего не заподозрил, и наблюдал за происходящим дальше.

– Этот парень может привести нас к Мокошь, вот почему я не могу допустить его гибели, – твёрдо сказал Перун, удерживая руку Велеса.

Слова Перуна озадачили Скотьего Бога, и он перестал пытаться напасть на Навьего Царевича. Он так давно не видел свою возлюбленную, да так истосковался по ней, что, услышав её имя, сердце его замерло, а сам он остолбенел. В этот миг Принц усопших испытывал жуткий страх. Непреодолимая нарастающая паника сковала юношу по рукам и ногам. Даже если Вий приведёт Богов к своей воспитательнице, парень не мог знать, какой будет их реакция на нынешнее состояние Мокошь. Пока Чур рядом, Чернобог и сын его не смогут защитить себя.

Император Нави поднялся с колен да прервал тишину, что для каждого звучала своей мелодией:

– Предлагаю временное перемирие. Как только я верну себе жену, вернусь в Навь. А до тех пор буду содействовать вам в решении вашей проблемы.

– А что, если Морена от тебя сама сбежала? – задал вопрос Велес, посмотрев на повелителя усопших с недоверием, которое невозможно было скрыть.

Чернобог в ответ ухмыльнулся, да, приняв горделивую позу, надменно произнёс:

– Не рисуй свои тени другому, Скотий Бог.

– За тобой и без того непроглядная тьма. Любая отброшенная кем-то тень померкнет в твоём мраке, – продолжил язвить покровитель лесов.

– Ты только что признал моё величие? Я польщён, – задрал свой нос Император Нави, да руки свои на груди сложил.

 Прибытие верного сирина Навьего Царя остановило бессмысленный обмен колкостями между Божествами. Подлетая к своему господину, Астра подумала, что Владыка мёртвых окружён врагами, и хотела исполнить чарующие ноты своей гипнотической песни, чтобы ввести Богов в транс и предоставить своему хозяину возможность сбежать. Однако план птицы не удался. Стоило Чуру направить свой взор к небесам, как поражение пернатой девы стало неизбежно. Как только их взгляды встретились, Астра остолбенела, тут же пав на землю камнем.

В тот же миг Чернобог ускоренным шагом направился к ней. Хоть и вид его всё ещё оставался отстранённым да холодным, душу посетило беспокойство. Император Нави понимал, что Астра бы не стала прилетать без веской причины. Подойдя к сирину, Властелин усопших помог ей подняться и замер в ожидании вестей, что принесла эта птица на своём дивном хвосте. Она отряхнулась, потёрла ушибленный бок, на который упала, а затем сразу же начала рассказывать про заговор:

– Повелитель, вашего сына убьют сегодня вечером.

Голос её дрожал от страха перед своим Владыкой. Несколько следующих мгновений наполнились тревожной тишиной и тянулись будто бы намеренно дольше обычного. Выражение лица Властителя Империи мёртвых не дрогнуло, и никто не заметил его растущий гнев, кроме Чура и Астры. Дева-птица хорошо знала своего Царя и по взгляду могла понять, в каком настроении находится её господин. Чур же ощутил всю мрачную палитру эмоций, что проявилась в душе Чернобога.

Император в чёрных тяжёлых сияющих доспехах неспешно выпрямился, да стал размеренно разминать шею. Затем он направился к Богу-стражу, чтобы немедля забрать у него артефакт, который стал ещё более нужным и ценным. Злость Владыки на тот момент разрослась внутри него настолько, что всем стала явна любовь к сыну и довлеющее беспокойство за того. Сильнейшая ярость возвратила могущество Богу зла вопреки защитному полю Чура, что ограничивало тёмные силы. Вновь чёрный дым сопровождал Навьего властителя, а под его ногами всё гибло мгновенно и навсегда. Велес и Перун преградили Чернобогу путь, решив защитить Чура, однако, совсем того не ожидая, пали от его же руки. В этот момент Владыка мёртвых остановился и обескураженно начал наблюдать за происходящим.

Громовержец и скотий покровитель не успели понять, что произошло, как тот, кого они пытались защитить, лишил их человеческих обликов. От этих божеств остались лишь их стихийные ядра.

После Чур из бродячего мальчишки обратился в старца. Образ его олицетворял всю прелесть мироздания. Борода его – ночное небо, в котором сияли яркие звёзды. Густые брови – хмурые серые тучи. Волосы плотные, да длинные – нити жизни избранных, благородных людей, чьи поступки не имеют корысти или злого умысла. В очах можно было узреть все оттенки этого мира. Как чистые и светлые цвета, так и тёмные глубокие тона. Каждое живое существо увидело бы в отражении этих глаз окрас своего внутреннего мира. Одеяния этого Божества из чистой белой ткани переходили в изношенное выцветшее тряпьё.

Как только Чернобог увидел этого Бога, то поклонился, выразив преданность и глубочайшее уважение. Чур оказался совсем не тем, за кого себя выдавал. Перед Императором Нави стоял Всеотец.

Вий был в недоумении оттого, что его отец перед кем-то добровольно и так быстро склонил голову. Первый Принц Нави сделал из этого верный вывод. Тот, кто стоял перед его родителем, был куда могущественнее всех остальных Богов, что встречались им на пути. Исходя из этого, юноша решил последовать примеру Чернобога и тоже поклонился.

– Давно не виделись, дитя моё, – подойдя к Чернобогу, произнёс его создатель и похлопал по плечу, продолжив говорить: – Прости, сын мой, зеркало Кривды уже забрали старейшины Прави. Но мой тебе дар будет куда ценнее всех вместе взятых артефактов, которые у тебя когда-то были.

Давно не видевший своего отца сын поднял голову, заглянув в родительские очи. В них он увидел радость из-за состоявшейся встречи, тоску по давно ушедшим временам и безысходность перед грядущей судьбой. Чернобогу открылась чёткая, но крайне мрачная картина. Таинственный мужчина в красных и белых одеждах собирал ядра богов. Одно за другим он поглощал их, становясь всё сильнее и опаснее для тех, за кем он придёт в следующий раз.

– Кто он такой? – прозвучал вопрос от Навьего Царя.

– Это тебе предстоит узнать самому, – тихо ответил Всебог, а затем взял за руку своего сына и продолжил: – С этого дня только ты можешь остановить его. Я вижу твоё сердце и считаю тебя достойным Богом, чтобы овладеть моей силой. Только так ты сравняешься с ним в могуществе.

– Но что станет с вами, отец? – спокойно спросил его преемник, но нотки тревоги всё же тихо играли в его голосе.

– Я навсегда останусь в твоей душе.

– Мы же можем вместе, плечо к плечу, одолеть его. Зачем вам отдавать мне свою силу?

– Увы, уже не можем, – ответил Всебог, да, многозначительно улыбнувшись, решил напомнить своему сыну о его роли в этом мире: – Я создал и долгое время воспитывал тебя, чтобы ты принёс гармонию в мир, который был отравлен невежеством твоих братьев и сестёр. За эти тысячелетия они не сделали никаких выводов. Чаянья людей им не слышны, а порой они разменивали жизни смертных в пользу своих желаний. Ты поступал так же, однако ты более честен остальных, а потому я доверю дальнейшую судьбу мира тебе. Будь справедливым и мудрым Богом.

Обратился Всеотец дымкой и окружил Чернобога. Вий за густой пеленой отца не видел, как бы не всматривался в неё. Несколько минут спустя дымовая завеса рассеялась, и бренному миру явился новый Всебог. Внешне Император никак не изменился, но от его присутствия перестало гибнуть всё вокруг, а чёрные смертоносные испарения, исходящие от стоп Чернобога, исчезли.

Обратив свой взор на Первого Принца Нави, он взмахнул рукой в его сторону, да ядра Перуна и Велеса вернулись в тело Вия.

– Они получат свободу, но после того, как мы наведём порядок и освободим Морену, – такова была воля новоиспечённого Всебога.

Подойдя к своему первому сыну, Чернобог озвучил ему свой приказ:

– Вернись на родину и покарай предателя, да спаси своего брата от беды. Наведи порядок во дворце. Астра – свидетель тому, что я временно передаю свою власть тебе.

Дева-птица, услышав слова своего Императора, поклонилась. Вий поначалу замешкался. Он не понимал, как на это реагировать. Отцовская воля стала для него неожиданностью. Принц удивлённо посмотрел на Владыку Нави и невольно улыбнулся. Ему стало приятно на душе от того, что отец доверил такое важное дело, несмотря на их ранние разногласия. Вскоре Вий собрался с мыслями и произнёс:

– Будет сделано. Я не подведу.

Парень немного отошёл от эмоций и понял, что отец с ним в Навь не отправится.

– А куда направишься ты? – спросил сын отца.

– Я вернусь в Навь только рука об руку с твоей матерью. Такова моя клятва.

Вий был огорчён, осознав то, что вновь вынужден был расстаться со своим отцом. Он пытался сделать вид, что ничего его не волновало, но Чернобог уловил настроение сына. Положил Царь Нави руку на плечо своего наследника, да сказал:

– Прежде чем мы на время разойдёмся, я бы хотел навестить с тобой ещё пару здешних богов. Составишь мне компанию?

– Конечно, я пойду с тобой. Но к кому ты хочешь наведаться и зачем?

– Идём. Ты скоро всё узнаешь. Это не займёт у нас много времени.

Вий последовал за своим отцом.

Насколько был прав Всебог, поставив Чернобога на своё место и отдав ему всю свою силу, покажет лишь время. Ясно только одно – простой щелчок Владыки мёртвых, и мира может не стать в ту же секунду.

Глава 15: Милосердные дары Императора мёртвых.

Тёплые лучи солнца согревали яркие цветы «Купало-да-Мавка», а лёгкий ветерок нежно покачивал их прекрасные лепестки. На землю ту ступили Император и Принц царства усопших, шаги чьи сминали растущую траву, а также небольшие полевые растения. Астра наблюдала за ними, находясь на расстоянии. Перелетая с одного высокого дерева на другое, она старалась не терять своих хозяев из виду.

Чем ближе Властители Империи мертвецов подходили к цветам «Купало-да-Мавка», тем больше хмурилась погода и поднимался ветер. Подошли они к тому, что когда-то было плодом любви Семаргла и Купальницы, да братом и сестрою, а также порочными мужем и женою. Чернобог свой взгляд на солнце устремил, и в тот же миг мир окутала тьма. Небесное светило закрыла собой луна, да ночь наступила среди бела дня.

Взглянул Император Нави на сына своего. Выглядел тот как бездомный оборванец и вонял также. Щёлкнул пальцами Чернобог, да одежда Вия как новая стала, а отвратный запах пота и крови сменился на его излюбленный одеколон. Растрёпанные грязные волосы вновь стали чистыми и были уложены в стильную укладку. Владыка мёртвых принялся пристально рассматривать образ Принца. Внимание Повелителя привлекла золотая цепь, что висела на глазной повязке. Также его удивила роза, которая была пришита рядом.

– Ты ограбил несчастных цыган? – спросил Чернобог, прикоснувшись к цепи.

– Эту повязку я сам себе сшил, – ответил Вий, не придав особого значения на колкое помечание насчёт своей внешности.

Раздался грозный вой, а затем перед ними явился огненный крылатый волк. Бог пламени злобно зарычал на стоящих перед ним Навьих Господ. Стоило Императору усопших посмотреть в сторону Семаргла, как пламя огненного волка тут же погасло. В тот момент, кроме наличия крыльев, ничего не отличало его от обычных серых хищников. Осознав, что Чернобог легко лишил его всех сил, Семаргл в рассеянности жалобно заскулил. Властелину Нави эти звуки ласкали слух приятной мелодией. Упиваясь своей всевластью, он надменно засмеялся.

– Зачем ты затмил солнце?! – прорычал поверженный зверь.

– Просто потому, что могу, – ответил Бог мёртвых, скрестив руки на груди.

– Чего ты хочешь? Уничтожить меня?!

– Слишком много чести. Ты никогда не был мне интересен. Твоё никчёмное существование усложняло мою жизнь лишь отчасти. Я никогда не считал тебя равным противником. Ты просто жалкая псина, на которую плевал даже собственный отец.

Последние слова Чернобога больно ударили по сердцу волка. Владыка тьмы заметил это и, ухмыльнувшись, решил подлить масло в огонь. Украденным пламенем у Семаргла он поджёг цветы, в которых были заточены души Купалы и Костромы. Как только огонь настиг прекрасные проклятые растения, всё сжалось внутри волка. Он ничего не мог сделать, кроме как смотреть. Взмахнул Вий рукой, да поднялся ветер, что раздул сильнее пылающие языки, безжалостно сжирающие всю траву, которая оказалась в их власти. Семаргл не предпринимал никаких действий, чтобы попытаться спасти своих детей. Он просто опустил морду и жалобно скулил.

Купальница на улицу вышла, да ужаснулась. Увидела она чёрный дым в поле, на котором росли Купало-да-Мавка. Бросив все свои дела, она немедленно отправилась к детям своим.

Водная Богиня появилась слишком поздно. Всё уже догорало. Она хотела потушить пламя, но Чернобог не позволил ей это сделать. Он посмотрел на мать, которая была в ярости и горе, и лишил её сил, как и Семаргла. Дева, полностью состоящая из воды, превратилась в обычную женщину из плоти и крови.

Император мёртвых вдоволь насмотрелся на страдания своего врага и приступил к тому, ради чего он пришёл. Подойдя к убитому горем волку, он обратил его в человека и сказал:

– Отныне я дарую тебе человеческий облик. Я видел, как ты любил наблюдать за путешествиями моего сына среди людей, находясь в его теле. Теперь это доступно и тебе самому.

Голос Владыки был мягок, а взгляд добродушен. Бог огня впервые за долгие миллионы лет увидел то, чего так не хотел видеть. Он осознал истинную натуру Навьего Царя.

Протянул Чернобог руку в сторону пепла, который цветами когда-то был, и принялся колдовать. Извлёк он из праха души проклятых Купалы и Костромы. Семаргл и Купальница замерли в надежде, что Император не причинит зла их детям. Через мгновение они стали свидетелями чуда, о котором даже и мечтать не смели.

Навий Властелин принялся заново формировать тела Купалы и Костромы. Поняв, что это дело долгое, он остановил время и продолжил свой замысел. Ему казалось, что сила созидания Всебога не имеет границ, но она конфликтовала с природной энергией разрушения Чернобога. А поэтому Императору тьмы приходилось превозмогать через жуткую боль, чтобы заново слепить два маленьких сосуда для несчастных душ. Он считал это своим долгом и не стал останавливаться на полпути.

Для Бога зла прошли мучительные триста лет. Помимо сохранения самообладания ему нужно было ещё удерживать временной цикл и не давать ему возобновиться. Из-за этого в тот момент мироустройство находилось на грани коллапса. В любую секунду вселенная могла бы схлопнуться. Достаточно лишь одного неверного движения. Чернобог был об этом предупреждён, ибо услышал голос своего отца, который подсказывал на протяжении трёхсот лет, что делать. Для остальных прошло жалкое мгновение…

Обряд был завершён.

Совсем выбился из сил Властелин усопших. Рухнул он на колени, держа двух младенцев на руках. Взгляд его упал на двух новорождённых крох, да всем вокруг послышался громкий вздох облегчения.

Семаргл и Купальница неспешно приблизились к Чернобогу, всё ещё боясь навлечь на себя гнев его, а тот просто передал им их давно потерянных детей.

Увидев счастливую улыбку и слёзы радости матери, что взяла на руки своих чад, Царь Нави вспомнил, как впервые Морена прижала к своему сердцу новорождённого Вия. Тот трепетный момент Императору загробного мира запомнился особенно хорошо. Ведь тогда им удалось обмануть природу и сотворить жизнь… От плоти Бога разрушений и Богини смерти…

Воспоминания о своей любимой жене придавали сил изнемождённому избраннику Всебога. Взглянул он на луну, что солнце собой затмевала, да начала она по небу тёмному в сторону уплывать, пропуская яркие лучи небесного светила. На бледный лик Властелина загробного мира пал тёплый свет, а изумрудные очи засияли.

Раздался жуткий хрип Чернобога. С трудом он поднялся на ноги и направился дальше вершить свою волю и искать Морену. Видя, как отец еле стоит на ногах, Вий решил ему помочь. Подойдя к Императору, Первый Принц подставил ему своё плечо, чтобы тот мог на него опереться. Слегка ухмыльнувшись, Царь усопших принял помощь сына и произнёс:

– Когда твоя мама нянчила тебя, она сказала, что я больше не единственный мужчина в её сердце.

– Если будешь доводить себя до такого состояния и дальше ради какой-то грязи под ногтями, я расскажу матери, что ты чужим бабам детей делаешь, – таща на себе отца, недовольно проворчал Вий.

– Она простит, если узнает, что этими детьми были Купало и Кострома, – облегчённо выдохнув, промолвил Бог разрушений.

Семаргл этих слов не слышал. Посмотрев на уходящих Владык тьмы, он решил покляться им в верности и начать служить Нави. Быстрым шагом бывший волк направился догонять Чернобога да сына его, а когда догнал, то покорно пал на колени у их ног.

– Я ценю то немало сделанное вами для меня, Тёмный Император, и готов служить вашей Империи.

Властитель усопших опустил свой взор на сидящего Семаргла, презрительно фыркнул и сказал:

– Знай, жалкий пёс, это я украл твоего сына, растил его как своё дитя, а потом свёл с его сестрой.

Буря эмоций охватила огненного Бога. Резко подняв голову, он встретился с леденящим душу взором Чернобога. Тот смотрел на него, как и всегда, надменно… презрительно… свысока…

– Зачем ты сделал это? – еле слышно осмелился спросить дрожащий от нервов Семаргл.

– Если несчастлив я, то мои враги будут страдать вдвойне. Но не вини меня одного в том, что твои дети были обречены на такую жалкую судьбу. Лада прокляла твою дочь, когда та выросла, просто из-за её красоты. Она была прекрасна лишь в глазах родных людей и для себя самой. Остальные видели в ней всё то, что могло бы их оттолкнуть. – холодно ответил Император тьмы.

Его слова заставили Семаргла вспомнить о том, как Кострома в какой-то момент начала страдать из-за своей внешности. Все вокруг отвернулись от неё, даже те, кого она считала своими друзьями. Однако сами родители девушки не заметили никаких изменений в ней.

Вий никак не мог понять, почему отец рассказывал огненному Богу правду и упустил прекрасную возможность использовать его в своих целях. Боковым зрением Чернобог заметил всё непонимание и непринятие своего поступка Принцем.

– Почему ты мне это рассказал? – вновь еле слышно спросил подавленный Семаргл.

– Мне нравится раскрывать правду, особенно если она причиняет кому-то боль.

Мужчина, что раньше имел облик лишь волка, не знал, как поступить. Благодарность и ненависть к Императору Нави смешались в одно непонятное, но весьма бурное чувство, которое вырвалось в агрессивный рёв:

– Зачем ты вернул мне моих детей?!

Смотря на разъярённого Семаргла, тёмный властелин рассмеялся. Смех его становился всё громче и выразительнее, давил на нервы и без того на взводе стоящего перед ним на коленях мужика. Тот вскоре не выдержал и, резко поднявшись, схватил Чернобога за горло и прокричал:

– С какой целью ты вообще сюда пришёл?!

Император мёртвых с лёгкостью убрал от себя руки огненного волка и в привычной надменной для себя манере произнёс:

– Твой разум так затмили эмоции, что ты не заметил главного. Ты больше не Бог.

Услышанное ошеломило его настолько, что он потерял дар речи. Семаргл пытался что-то сказать, но мысли спутывались, а образовавшийся ком в горле мешал что-либо выдавить из себя. Чернобог, держа его руки, с упоением созерцал дивную для своих очей картину. Отпустив мужика, который находился в состоянии отчаяния и паники, Император снисходительно похлопал того по щеке и с лёгкой улыбкой промолвил:

– Ты проиграл, Семаргл. Проживи свою жизнь достойно и, живя свой человеческий век, постарайся не нарушать то, чему когда-то следовали твои чародеи. Увидимся в моём царстве, когда придёт твоё время.

Семаргл застыл на месте. Каждое слово, сказанное Царём Нави, откликалось в сердце волка абсолютно разными оттенками чувств, которые спорили между собой и разрывали этим его душу. Сквозь бурный поток мыслей бывшего огненного Бога пролетело на первый взгляд неважное, но навязчивое замечание.

«Чернобог назвал меня по имени?…»

А Император тьмы в очи его всё смотрел, да ухмылку свою надменную не скрывал. Всё смятение в глазах человека владыка видел, а потому победа эта была особенно сладка. Взял Бог разрушений смертного за плечо, оттолкнул его в сторону прочь с дороги своей и пошёл дальше. Так властители империи мёртвых покинули то поле.

Через пару часов Вий с отцом уже приближались к мосту реки-Смородины. На месте том они узрели красочный пейзаж, созданный произошедшей бедою. Пройдя сквозь синеватый туман, их взору открылась трагедия. Багровый лес, в котором царила вечная ночь, был освещён многочисленными голубыми огнями. Они парили повсюду словно мотыльки. Это были духи недавно усопших смертных, пытавшихся найти дорогу в Навь. Кому-то удавалось найти путь в мир мёртвых, остальные без цели бродили по багровым просторам, что заросли деревьями.

– Что-то случилось с Ягой… – тревожно произнёс Вий.

– Сначала нужно направить духов в Навь. – холодно сказал Император, глядя на бесцельные скитания душевных маленьких светящихся сфер, что в скором времени просто угаснут, исчерпав всю свою энергию.

Император начал свою ворожбу, но сын остановил отца, да в глаза тому сказал дурость:

– Ты ещё не оправился. Не трать свои силы на каких-то никчёмных духов.

Не смог простить Владыка такой глупости, рассердился и дал поучительную пощёчину Принцу. Настолько она была поучительной, что юноша еле удержался на ногах.

– Я был создан Всебогом, чтобы явить людям упокоение их душ! Мой долг – оберегать духов от Богов Небес.

– Не слишком ли ты добродетелен для Бога зла?! – возмутился Вий, схватившись за горящую от пощёчины щёку.

Чернобог выдохнул, прикрыл глаза свои, а затем недовольное выражение лица отца сменилось на раздражённый гнев, да взор его устремился пронзающей иглой прямо в душу сына. Голос Императора был холодным и устрашающим.

– Я то зло, что уберегло мир от краха. Я внёс баланс всюду, где это было необходимо. Многие считают меня чудовищем, но среди Богов не найти тех, кто ценит людское бытие больше меня.

Протянул Владыка Нави руку свою в сторону просачивающихся лучей мёртвого солнца, и засияло оно ярче прежнего. Потерявшиеся духи, подобно мотылькам, тут же на свет слетелись, отыскав путь в царство мёртвых. Пронзительный взгляд Властелина усопших всё ещё был устремлён на Вия. Всё было и без слов понятно, отец сыном не доволен. Юноша решил вину свою признать, да сгладить все острые углы.

Затем, перед своим возвращением в Навь, Принц хотел найти свою наставницу, потому что понимал, она бы не стала бросать просто так обязанности проводника в загробный мир. Тёмный Царевич в тот момент смел надеяться на то, что с Ягой ничего не случилось.

Долго искать не пришлось. В том же лесу на земле лежал дрожащий еле живой Яшка, да крепко держал треснутое ядро Мокошь. Маленький барабашка обессилел от того, что своей жизненной энергией питал сломанную божественную сердцевину своей создательницы, не давая ей распасться и исчезнуть навсегда.

Как только Вий увидел Яшку, то тут же побежал в сторону домового. Сердце парня сжималось от понимания, что растившая его осквернённая проклятием женщина оказалась в опасности. Барабашка уже не мог разглядеть, кто приближается к нему. Густые брови не поднимались, и в глазах становилось всё мутнее. Защититься Яшка не был в состоянии, а потому из последних сил просто свернулся калачиком.

Подойдя к истощённому домовому, Первый Принц неспешно присел на колено и, положив свою руку на его плечо, спросил:

– Что случилось?

Ответа не последовало. Тогда он вновь спросил, но громче:

– Отвечай, что случилось?!

И снова тишина. Сердце Вия колотилось с бешеной скоростью, а нервы были на пределе.

– Что случилось, мать твою?!!! – прокричал Вий, надрывая голос.

Рядом с ними ударила молния, да прогремел гром на весь багровый лес.

– Держи себя в руках! – громко и строго озвучил свой приказ Чернобог, приближаясь к сыну.

Царь Нави подошёл к Барабашке, да хорошенько приглядевшись к нему, понял, отчего тот был при смерти. Терять время больше было нельзя, и Император начал действовать. Направив руку к Яшке, он притянул к себе треснутое ядро Мокошь. Рассмотрев его со всех сторон, Владыка усопших начал думать, как восстановить основу Богини.

– Сейчас у тебя не хватит сил на неё. Помести ядро в своего сына. Находясь в нём, оно будет разрушаться куда медленнее. Возможно, потом у тебя будет шанс спасти Мокошь, – услышал Властелин тьмы голос отца своего.

Немного подумав и оценив ситуацию, Чернобог решил поступить так, как велел ему Всебог. С тяжёлым сердцем он махнул рукой в сторону Вия, и ядро вслед за кистью Царя разрушений резко направилось к Царевичу, проникнув в него. Всё произошло так быстро, что парень не успел осознать происходящее. Как только повреждённая сердцевина Мокошь была помещена в Принца, ему стали доступны все её силы, знания и воспоминания. Некоторое время юноша ни на что не реагировал. В его сознании проносилась вся жизнь Богини. Он наблюдал за первой её влюблённостью, за разочарованием в Богах Прави и за принятием стороны Чернобога.

Видение то ему показалось особенно чётким. Горела в ночи яркая полная луна, словно солнце малое, освещая землю во тьме кромешной. Отправилась Мокошь в Багровый лес, чтобы найти мост реки-Смородины, который вёл в мир мёртвых.

Император тьмы уже знал, кто к нему направился, а потому покровительницу ворожеев и колдунов встретили в царстве Чернобога со всеми почестями, да отвели во дворец.

Вошла Богиня, отринувшая Правь, в огромный и мрачный тронный зал. Восседал там Царь тьмы, а возле того неспешным шагом ходила Царица его сердца и Империи. На всех она смотрела свысока, даже порой на своего мужа поглядывала с долей пренебрежения. Лишь ему удавалось узреть в её холодных очах теплоту и любовь ко всему сущему.

Подойдя к Повелителям усопших, покровительница колдунов, да знахарей пала на колени и склонила голову. Прекрасна и одновременно устрашающа Императрица мёртвых подошла к Мокошь и, прикоснувшись к её подбородку, резким рывком направила лик гостьи к своему взору. Долго Богиня смерти всматривалась в очи покровительницы ворожеев, пытаясь отыскать в них скрытые мотивы или намеренья навредить. Ничего из этого замечено не было… кроме глубокого разочарования в Богах Прави. Убедившись в том, что она не принесёт им на своём хвосте беды, Госпожа Нави снисходительно погладила её по щеке и улыбнулась. Однако её улыбка совсем не была дружелюбной и уж тем более не сочувствующей. Внезапно оттолкнув Мокошь, Морена повернулась к ней спиной, да произнесла:

– Нам не нужны такие последователи, как ты. Однако у меня есть на тебя планы, которые тебе не понравятся, но ты сама сюда заявилась. А значит, злиться следует только на себя, – холодно произнесла госпожа справедливости.

Сделав пару шагов вперёд, она вновь обернулась к незваной гостье и принялась воплощать задуманное. Протянув руки в сторону Мокоши, Императрица Нави проявила нить её жизни и начала колдовать. Богиня колдунов знала всё о магии, колдовстве и чародействе, но то, что творила Морена, она не понимала.

Подойдя к мужу своему, Навья Хозяйка вырвала волос из его пышного хвоста, а затем и свой. Слились в единое два чёрных, как ночь, локона, да начали удлиняться под воздействием магии Царицы мёртвых. Вскоре эта нить начала связываться в ком, который лишь через пару часов спустя обрёл форму новорождённого дитя.

Чернобог не ожидал, что его жена так сразу примется за ритуал, что должен был явить им ребёнка. И хоть это и не первая их попытка, он с особым вниманием и трепетом в сердце наблюдал за тем, что делала Морена.

Мокошь не стала сопротивляться и пытаться сбежать. Она уповала на справедливость Царицы. К тому же ей уже некуда было идти.

И узрел Вий своё появление на свет, да удивился произошедшему далее. Мать его сплела нить жизни сына с нитью Мокоши, тесно связав их судьбы.

И… Произошло… Чудо…

Детское сердечко забилось, ручки младенца зашевелились, а через пару мгновений послышался плач. Холодный и безразличный лик Морены вмиг окрасился тёплыми красками. Никто до этого ещё никогда не видел подобной счастливой улыбки на бледном лице Хозяйки царства Чернобога.

Потянул дрожащую руку свою к новорождённому сыну Император, да упала слеза скупая со щеки Властителя Навьего, и вслед за ней рухнули смиренно на колени все прислужники, что находились в зале том. Кроме маленького Принца тьмы, никто не смел издать какого-либо звука. Боялись испортить долгожданный момент появления наследника Чернобожьего, да навлечь на себя этим гнев его отца.

Владыка тянулся к своему первенцу, однако Морена, от мужа отойдя, не позволила тому коснуться мальчика.

– Он ещё очень слаб. Пройдёт ещё не одно столетие, прежде чем я позволю ему начать расти. Сначала дитя должно окрепнуть. Одно твоё касание способно разрушить полмира Яви. Воздержись от своих сентиментальных порывов, – строго наказала Хозяйка Нави супругу, посмотрев на него взглядом, что кольнул его в самое сердце.

Император, глубоко вздохнув, согласился с ней и сел на место. Всё, что он мог, это лишь смотреть. Вновь Царь мёртвых возненавидел себя и природу своего естества. Но быстро опомнился, ибо осознание того, что у него родился сын, перекрыло все мысли, которые угнетали Властелина. Заметив душевные терзания своего возлюбленного, Морена смягчила свой колючий взгляд и обратилась к Чернобогу:

– Муж мой, Повелитель Нави, нареки же ты сына нашего достойным именем.

Поднялся Бог разрушений с трона тёмного, жестом повелел подняться с колен слуг покорных, да начал громко волю свою до всех доносить:

– Сегодня великий день! Двадцать первого декабря у меня родился долгожданный сын! Своего наследника нарекаю Вием! Да разлетится о нём весть благая по всему миру Нави, да устроим грандиозный пир мы!

Все вокруг волю Чернобога услышали, а после поклонились. Нависла в воздухе смутная пелена недосказанности, которую вскоре развеяла Морена. Хозяйка мира мёртвых надменно взглянула на Мокошь и дала ей ценные указания.

– Старайся держаться от моего сына как можно дальше. В ином случае твоя нить жизни будет опутана чужой, и судьба приведёт тебя к смерти. Вий же станет неуязвимее, ибо его собственная нить станет прочнее за счёт твоей.

После услышанного Мокошь остолбенела. Она никак не ожидала такой подлости от Богини справедливости.

– Это несправедливо! – громко возразила несчастная жертва своих же решений.

Хозяйка царства мёртвых на это лишь ухмыльнулась, но через мгновение её выражение лица резко переменилось, а тяжёлый хищный взгляд способен был испугать даже самого смелого храбреца. Вся прислуга, содрогнувшись, рухнула как один на колени.

– Ты сама пришла сюда. У тебя был и другой выбор, стать независимой от кого-либо. Но ты предпочла пресмыкаться дальше, избрав других хозяев. Так будь готова к тому, что тобой воспользуются и в этот раз, – холодно ответила Морена на возмущения Мокошь.

– Я не знала, что вы вот так отберёте у меня мою жизнь! – всё негодовала та.

– Твои неоправданные ожидания – это твои проблемы, Мокошь. Никто не отбирал у тебя жизнь… пока что. Прими за честь то, что благодаря тебе родился мой сын.

Через мгновение Императрица усопших исчезла. Её же муж решил успокоить свою внезапную гостью, а затем сказал той, что она может просить у него всё, что хочет. Богиня приняла решение просто покинуть дворец Чернобога, оставив Властелина Нави в долгу перед собой.

Прошло двое суток. Боги Небес прознали о визите Мокошь в царство мёртвых, и ей пришлось предстать перед их правым судом. Небесные Божества решили помиловать сбившуюся с пути деву. Во всяком случае, так казалось всем окружающим, но данный судебный процесс оказался напускной фальшью. Помиловав предательницу при свидетельстве пташек помельче, Правые Боги после завершения суда прокляли Мокошь в тайне от всех. Прекрасная дева начала постепенно меняться не только внешне, но и внутри.

К следующему полнолунию покровительница колдунов уже заметила первые изменения. Память начала подводить, порой ей казалось, что она сходит с ума. Какая-то странная личность пробуждается внутри её сознания, заменяя прежнюю Мокошь. Внешне Богиня медленно превращалась в горбатую отвратную старуху.

За покровительницей ворожеев присматривали слуги Лорда мёртвых, и как только они заметили изменения в ней, то сразу же привели проклятую женщину к своему Повелителю. Навий Царь долгое время пытался найти способ снятия этой ужасной порчи с Мокошь, но попытки удачей не увенчались.

В один светлый день когда-то прекрасную девицу посетила последняя мысль её угасающего сознания. В то мгновение жуткое и печальное она смотрела на своё отражение в воде, да пыталась вспомнить, каким её лик был ранее. Свой образ обречённая Богиня безвозвратно, нехотя, забыла.

«Кто ты такая?»

Ответа на этот вопрос ей уже не суждено было услышать. Разум Мокоши был полностью подменён новой личностью. Этой ведьме были открыты все знания покровительницы колдунов. Также она знала, что должна верно служить Чернобогу, но это уже была старуха, которая звала себя Ягой.

Больше Вий ничего не увидел, ибо в этот момент Богиня погрузилась в вязкую тьму проклятия, из которой нельзя было выбраться самостоятельно. И даже Навий Император не смог ей помочь.

Придя в себя, Принц видел лежащего на земле Яшку, который находился при смерти. Ещё бы пара минут, и домовой бы просто исчез в небытии, однако сын Чернобога счёл его полезным для себя и решил спасти. Протянув руку в направлении барабашки, Вий наделил его небольшим количеством силы. Он дал этому маленькому существу ровно столько, сколько нужно было для выживания. Яшка начал приходить в себя. Навий Царевич понимал, что домовой никогда не согласится служить ему, а потому решил прибегнуть к своему основному таланту. Сняв с глаз своих повязку, Вий крепко схватил Яшку и посмотрел ему в глаза. У барабашки не было и шанса избежать встречи с гипнотическим взглядом этого колдуна. Старичок был всё ещё очень слаб.

– Отныне ты служишь мне. Каждый мой приказ для тебя закон, – холодно произнёс старший сын Чернобога, пристально всматриваясь в очи маленького старца.

Император Нави не был доволен поступком Принца, однако, с другой стороны, это было весьма прагматично. Потому что домовые очень сильные стражи. Вий будет в безопасности, а для тёмного Владыки ничего другого и не надо.

Парень вновь завязал свою повязку, закрыв ею свои очи. Осторожно взяв на руки домового, он поднялся с колен и направился к мосту реки-Смородины.

– Не смей применять свои чары против своего брата! – Строго выкрикнул Чернобог в сторону уходящего в туман сына.

Услышав слова отца, хитроумный колдун ухмыльнулся и в ответ произнёс:

– Если мой младший братик не заметил вокруг себя заговора, который так быстро сформировался какими-то проходимцами, то он не стоит моего внимания. Я буду защищать его только ради матери… и… так уж и быть… ради тебя… отец.

Чернобог расцвёл в доброй улыбке. Слова сына согрели его душу и заставили им гордиться. Навий Лорд явил себе склянки с Божественными ядрами Семаргла и Купальницы, да направил их в сторону своего старшего наследника.

– Передай это Кощею. Без силы Семаргла он долго не проживёт. Морена не успела стабилизировать состояние твоего брата. Чёрная магия, что в нём порождена с самого рождения, убивает его.

– Отлично… Он ещё и инвалид, – саркастично выдал Вий, поймав склянки, а затем спокойно выдохнул, да продолжил: – Не беспокойся, я позабочусь о нём.

Через мгновение Чернобог потерял сына из виду. Тот будто бы растворился в густом тумане. Вслед за ним летела сквозь непроглядную пелену Астра.

Стоило Вию пройти через мост, как туман стал ещё гуще, а возле него появилась Наташа. Он её не вызывал, да и она явилась не по своей воле. Принц понял это по растерянному взгляду проклятой девушки.

– Где это мы? И почему у тебя в руках деда-Яша? – спросила полуночница.

Тёмный Царевич был насторожен, а потому решил не тратить время на ответы к вопросам Натальи. Он решил дать ей указания.

– Возьми меня под руку и держись как можно крепче, быстрее!

Опасения Принца были небеспочвенны. Парень предполагал, что природные силы Нави разделят их при входе в мир мёртвых. Наташа – проклятый ночной дух. Она должна оказаться на острове Любви. Так думал Вий и… оказался прав. Не успела полуночница ухватиться за своего хозяина, как в её сторону хлынул мощный поток ветра, сбив девушку с ног. В последний момент Вий поймал несчастную красавицу одной рукой. Во второй он кое-как держал Яшку. Царевич понимал, что не сможет удержать Наташу, ибо вихрь, который должен был унести её, лишь усиливался, и рано или поздно природа мира мёртвых одержала бы верх.

«Она мне больше не нужна… Бесполезна… Никчёмная дурочка… Но почему-то я не хочу расставаться с ней. Почему? Нет! Мне не удастся обойти законы природы Нави! Да и во дворце у меня будет столько женщин, сколько я захочу. Более того, я могу приказать привести эту глупышку к себе.»

После этих мыслей Вий ослабил свою хватку.

– Нет! Не отпускай меня!!! Мне страшно!!! – в ужасе прокричала она.

– Мы ещё встретимся, любовь моя, – спокойно произнёс тёмный Царевич и отпустил руку девушки.

Полуночницу ветром унесло, а Вий пошёл дальше, неся на руках домового.

Глава 16: Морок ревности.

На первом этаже трактира «Костяное бедро старой мавки» было непривычно тихо. Даже самый пропитый алкоголик не решился издать лишнего звука. В помещении сгущалась напряженная атмосфера. Все взгляды так или иначе были направленны в сторону одного лишь столика, за которым сидели Принц Нави – Кощей, а также его избранница Ксения. Никто не ожидал увидеть императорского сына в этом прогнившем, полном мерзавцев и падших женщин трактире. Рядом с Царевичем стояла сопровождающая его охрана, но даже если её не было, то всё равно никто бы не решился бы напасть на них.

Донская не понимала, для чего они с Кощеем пришли в это гиблое место, но решила молча понаблюдать за происходящим. Вскоре одна из официанток подошла к ним и, мило улыбаясь, спросила Принца:

– Для нас честь принять таких гостей, как вы, ваше высочество. Что бы вы хотели заказать?

Данная особа выглядела через чур вызывающе и вела себя также. Распутная разносчица горячительных напитков нагло положила свою руку на плечо Принца. Ему повезло, что она оказалась не призраком, иначе бы снова пострадал.

Обратив свой взгляд на Ксению, Аристарх узрел в очах её дикую ревность, которую скрыть девушка была не в состоянии.

– С этой минуты любой чужой человек, который прикоснётся ко мне, должен лишиться руки! – твёрдо в приказной манере сказал Кощей, не отрывая взора от своей подруги.

Вся ревность юной девушки сразу же куда-то испарилась. На смену ей пришёл сильнейший удушающий страх с примесью гнетущего разочарования. Донской стало жаль несчастную, пусть и наглую официантку. А та, услышав приказ Принца, тут же отскочила от него, да рухнула на колени, вымаливая прощение:

– Прошу вас, мой Принц, пощадите меня. Мне не следовало нарушать ваши границы. Больше я не позволю себе такой дерзости.

На это он надменно слегка улыбнулся. С упоением Кощей смотрел, как девушка унижается перед ним. Несмотря на её мольбы, второй тёмный Царевич от своего решения не отказался. Показав своим стражам жест, который означал, что нужно выполнить приказ, парень с предвкушением ждал небольшой, но крайне кровавой кульминации. По его выражению лица Ксении стало ясно, нужно остановить эту бессмысленную казнь как можно быстрее.

– Прикажи оставить её в покое!!! – прокричала в сторону Кощея Донская.

Тот посмотрел на неё и, прикоснувшись к лицу любимой компаньонки, холодно ответил:

– Каждый в Навьем царстве должен знать, что ко мне лучше не прикасаться. Да и какое тебе дело до какой-то шлюхи? К тому же, я видел твою реакцию на её заигрывания со мной.

– Я сказала тебе, оставь эту дуру в покое!!! – вновь озвучила своё требование Ксения, надрывая свой голос.

– Нет, – коротко и решительно сказал тёмный Принц.

Поняв, что слова на него никак не повлияют, Донская осмелилась пойти на отчаянные меры. Левую руку она положила на стол, в правой же явила себе кинжал, который получила сегодня от кузнеца, пару часов назад. Нацелилась девушка лезвием в направлении своей ладони, что на столе на виду у всех находилась, да произнесла, хмуря брови:

– Тогда её боль станет и моей тоже. Если не остановишься, я тоже тебе не уступлю.

Всмотревшись в глаза Ксении, Принц узрел всю её решительность и уступил. Жестом он отменил свой приказ, да обратился к официантке:

– Тебе повезло. Моя спутница заступилась за тебя, – затем Кощей задумался и, почёсывая подбородок, произнёс: – Отныне ты будешь служить ей.

Донская с недоумением посмотрела на тёмного Царевича, однако возражать не стала. Боялась, что он передумает и откажется щадить работницу этого сомнительного заведения. Ксения убрала из рук свой кинжал, да все вокруг сделали вид, что ничего не произошло. Спустя некоторое время Принц озвучил своё требование, из-за которого и явился в этот мерзкий трактир:

– Привезти сюда девушку по имени «Аля». Её папаша проиграл свободу дочери в карты владельцу этой помойной дыры. Я хочу вызволить эту девицу из порочного рабства.

Ксения вновь недоумевала с поведения и поступков Принца. Не успев отойти от внезапно проявленной им жестокости, Донская ещё больше поразилась его резко проявленному благородству. Обдумывая всё происходящее, спутница Кощея предположила, что он специально хотел испугать всех вокруг. Распространилась бы молва всюду о жестокости младшего Царевича. Тогда бы никто не посмел коснуться его высочества. Однако Ксения сочла цену безопасности Аристарха слишком высокой и была разочарованна тем, что он был готов заплатить её без всяких колебаний.

Требование Кощея было услышано владельцем трактира. Мерзкий, гниющий бородач, тело которого всё было покрыто отвратными пиявками, не осмелился выйти к Императорскому сыну сам лично. Он просто приказал Але выйти к его высочеству и последовать за ним.

Медленным шагом шла девица к своему новому хозяину. Неуверены были её движения, да выдавали страх. Обернулись Ксения и Аристарх в сторону дрожащей страдалицы. К ним приближалась юная девчонка лет четырнадцати. Спутавшиеся вороные сальные волосы, а также грязь на лице, с первого беглого взгляда о многом говорили Принцу и его спутнице. Царевич рассерженно отвёл свой взгляд и, поднявшись из-за стола, направился к выходу.

– За мной! Пошевеливайтесь! – приказал он тем, кто должен был последовать за ним.

Кощея явно что-то вывело из себя, и Ксения это подметила, а потому решила просто молча наблюдать за происходящим, да во всём слушаться Аристарха. Донская подошла к идущей неспеша за Принцем Але и, обняв её, поторопила девушку.

Когда они вышли из трактира, его высочество раздал указания своим людям, чтобы это заведение сожгли, а его владельца кинули в океан увядания. Трактирщик услышал приказы Принца, да решил действовать. Осознав, что ему нечего больше терять, разъярённый мужик вышел из-за барной стойки. Обнажив свою саблю, отвратный тип резко ринулся в сторону Царевича, желая убить его. Однако у хозяина этого гиблого места не было и шанса хоть как-то навредить сыну Чернобога. Услышав характерный шум и быстро приближающиеся шаги, Кощей молниеносно извлёк свои мечи из ножен и, развернувшись назад, направил их в сторону надвигающейся угрозы. Вот только в этом уже не было никакой необходимости. Отчаянного трактирщика уже схватили императорские стражи. Принц надменно ухмыльнулся и решил не тратить больше времени, находясь в мерзком трактире. Он направился немедленно к карете. Ведь ему предстояло ещё спасти верных Чернобогу чародеев.

Перед тем как Ксения и Аристарх покинули дворец, Тихомир сообщил им, где и в какое время состоится казнь чародеев. Массовая расправа должна была состояться в центре Туманграда. Туда и направились дальше Царевич со своей подругой.

Данный город ничем примечательным не отличался, кроме того, что был окутан непроглядным туманом. По мере приближения и отдаления виднелись небольшие дома, расписные каменной цветной мозаикой, а после вновь скрывались в белой дымке.

Прибыв на указанное место, Донская и Пожарский оказались в недоумении. Кругом не было ни души… Лишь туманная пустошь окружала их. Внезапно в них отовсюду полетели стрелы. Тёмный Царевич успел увернуться. Для Ксении, что была на высоких каблуках, данная задача оказалась менее лёгкой, но от первой волны стрел она сумела уклониться. Стражники, сопровождающие Принца, направили свои клинки против него же. Стало понятно, Аристарх и его подруга угодили в ловушку. Послышалось, как вокруг перезаряжаются арбалеты. Следующие выстрелы неминуемо были бы произведены. Вопрос: в какую секунду это случится? Ксения и Пожарский оглядывались, пытаясь всмотреться в непроглядную мглу, но так и не могли ничего увидеть. Места для манёвра тоже не было потому, что их окружила стража.

Перед ними предстал Серебряный Лебедь, а в руках его находился зловещий посох. Рукоять напоминала рельефы змеиной кожи. Переливалась та из пурпурного в изумрудный оттенок. Наконечник имел форму, что напоминала голову не то змеи, не то дракона с шипастыми выпуклостями по бокам, а глаза святились яркими белыми фонарями. Подходил Лебедь ближе, да хитрая ухмылка не спадала с его лица. В каждом его движении ощущалась непоколебимая уверенность. Взглянув на самопровозглашённого владыку Нави, легко было пасть духом перед таким противником и сдаться. Однако Кощей не имел на это право, хоть и в одно мгновение в его голове промелькнула эта отчаянная мысль. Ведь на нём лежала ответственность, что толкала парня на борьбу за свободу и жизнь. Он ещё должен помочь отцу найти свою мать. К тому же, если Принц сейчас сдастся, то судьба Ксении будет печальной. Её убьют, и в этом Аристарх был уверен.

Серебряный Лебедь прервал размышления и анализ ситуации Кощея тем, что заговорил:

– Ваше высочество, что вы тут делаете? – ехидно спросил беловолосый вождь.

– Я пришёл, чтобы остановить казнь, – пытался показать уверенность Царевич, однако под конец голос его задрожал.

– Ах да… – не сдержал ехидной ухмылки Лебедь, да продолжил: – она уже состоялась, мой дорогой Принц.

Ударил он посохом по земле, да вышел вокруг из тумана народ. Взгляд их был пустым… мёртвым. Движения деревянными, будто бы ими кто-то управляет, словно марионетками.

– Я бы не назвал это казнью. Я дал им вечную жизнь, но взамен они будут беспрекословно служить мне, – произнёс самоуверенный узурпатор.

После этих слов Аристарху и Ксении стало понятно, что все эти люди – те самые чародеи. Также стало ясно, зачем Лебедь убивает всех живых сторонников Чернобога. Он может контролировать любое мёртвое существо. Пожарскому лишь нужно было понять, каким образом мерзавец, захвативший власть, это делает. Быстро обдумывая всё случившееся, Принц предположил, что посох даёт способность влияния на мертвецов.

«Если мои догадки верны, то можно переиграть его. Но ситуация сложилась далеко не в нашу пользу. Мы окружены, и любой неверный шаг приведёт нас к смерти. Во мне течёт невероятная сила, но я не знаю, как ей пользоваться. Надо что-то придумать. Я не имею права сдаваться».

Размышления Аристарха были прерваны истошным громким криком Ксении. В толпе мертвецов девушка увидела два знакомых лика. Это были родители её подруги Саши, Анна и Кирилл. Узнав их, Донская закричала от осознания того, что близкие друзья её семьи были убиты. По щекам девушки потекли горькие слёзы, а затем она рухнула на землю, разбив в кровь колени об грубую каменную плитку. Но эта боль была несравнимо ничтожной по сравнению с новой раной в сердце, порождённой утратой тех, кто постоянно занимался лечением девушки, когда та была маленькой.Анна и Кирилл были практически вторыми родителями. Пусть они виделись не каждый день, но их отношения были по-семейному тёплыми.

Аристарх был ошеломлён внезапной бурной реакцией Ксении. Однако, устремив свой взор в ту же сторону, куда смотрела его спутница, сразу понял, что так расстроило девицу. Пожарского тоже сильно вывела из себя смерть родителей Шуры. Ибо они являлись одними из тех, кто хорошо относился к нему, когда тёмный Царевич жил в Прави. Сложно было подавить эмоции. На лице Принца оформился ожесточённый оскал, послышался скрежет зубов, да с ресниц пала скупая слеза.

Увидев их реакцию, Лебедь понял, что среди казнённых был кто-то знакомый им. Подсчитав их поведение излишне эмоциональным и даже смешным, узурпатор решил высказать это, ухмыляясь:

– Что? Увидели кого-то знакомого? Зачем же так переживать? Они всего лишь переродились. Теперь они будут жить вечно. Да, они никогда не покинут Навь, но ничего страшного. Вам тоже её не покинуть.

В этот момент Ксения сняла свои туфли и явила себе в руку кинжал, да рванула вперёд. Проворной девушке удалось оказаться за спиной палача-властителя. Донская была близка к тому, чтобы нанести сокрушительную атаку и вонзить клинок промеж позвонков врага, но Лебедь смог увернуться от её удара. Более того, он успешно бы атаковал магическим разрядом из сгустков смертоносной энергии, если бы девушку кто-то сзади не повалил на землю. Через несколько мгновений она увидела перед собой лежащего рядом Артура.

– У тебя опять приступ слабоумия и отваги? – спросил он, не сдерживая возмущений.

– Что ты тут делаешь? – недоумевая, ответила вопросом на вопрос Ксения.

– Слежу за тобой, в ожидании удобного момента забрать тебя отсюда.

После сказанного Артур взял зелье из своего кармана небольшую колбу с зельем, вытащил пробку зубами и, открыв Ксении рот, напоил её содержимым. Как бы девушка ни пыталась сопротивляться, ей не удалось ни вырваться, ни выплюнуть жидкость. Высоцкий напоил её смесью из трав, что подавляли магию чародея, и снотворного. Поднявшись с пола, Артур возвёл вокруг себя магический щит, да затем погрузил Ксению себе на плечо. И размеренным шагом пошёл в сторону подальше от накалённой обстановки. Девушка брыкалась, но всё было бесполезно, и силы с каждой новой секундой покидали её.

Аристарх был в замешательстве. Он не понимал, как относиться к внезапному появлению Артура. С одной стороны, если бы Высоцкий не явился вовремя, то погибла бы Ксения. Принц понимал, что будет лучше позволить сопернику забрать её сейчас. Так она окажется в безопасности от политических разборок Царства мёртвых. С другой стороны, тёмному Царевичу были не совсем известны намеренья Артура. Не причинит ли он вреда Донской? Но самое главное, что ощущал Аристарх в те мгновения, – это дикую неуёмную ревность и разъедающую душу зависть. Ведь непрошенный гость оказался в более выигрышной позиции в глазах Кощея. Эти разрушительные эмоции мешали трезво размышлять, и Принц принялся действовать. Бессмертный начал концентрировать тёмную энергию в правой руке в непостижимом количестве. В какой-то момент его кисть онемела, а через пару секунд на глазах стала иссыхать и чернеть. Поднялся ураган. Его вызвала и питала сила, что высвобождалась из Кощеевой руки. В этот момент взгляды Аристарха и Артура пересеклись. Без слов было понятно, они друг друга ненавидели.

Увидев, как Аристарх разрушает себя в попытке противостоять узурпатору, Ксения решилась на отчаянный шаг. Еле похлопав по спине Артура, она промолвила:

– Помоги Аристарху. Уничтожь его врага. За это я проведу с тобой сегодняшнюю ночь.

Услышав это, Артур остановился и, склонив голову, отрицательно покачал ею. Эти слова его совсем не порадовали. После парень ухмыльнулся и ответил:

– Насколько же низко ты готова пасть ради этого выродка. Хорошо, я сделаю то, о чём ты просишь, но не ради ночи с тобой, а ради тебя.

Его слова заставили её сердце на мгновение остановиться. Донская понимала, что Пожарский Высоцкому, мягко говоря, не приятен. Она была поражена тем, что ради неё Артур способен спасти соперника, который является к тому же ещё и врагом для его мира. В этот момент Ксения поняла, какую глупость совершила, играя с его чувствами. Ведь, встречаясь с ним, она просто стремилась забыть о Аристархе. Но в объятьях другого девушке не удалось затмить яркие краски первой влюблённости и унять боль в сердце из-за внезапного расставания.

Артур отнёс Ксению подальше от места предполагаемой битвы и посадил у ближайшего дома. Убрав волосы с лица сонной девушки, он взглянул ей в глаза. В этот момент девичью душу пронзило раскалённой железной стрелой. Это неприятное чувство оказалось разъедающей совестью. Парень пойдёт сейчас рисковать жизнью просто потому, что она его об этом попросила, а ей нечем ему за это отплатить. Хоть Ксению и клонило в сон, но поступок Артура впечатлил настолько юную красавицу, что она не могла отпустить свои мысли о сложившейся ситуации.

Выдохнув, Высоцкий направился выручать Аристарха. Это противоречило всем его желаниям и принципам, но ему хотелось показать любимой девушке, что она для него важна. Двигаясь в сторону Лебедя, парень пытался понять сильные и слабые места своего врага. Ранее, ещё до спасения Ксении, Артур, как и тёмный Принц, приметил посох, находящийся в руке узурпатора. Серебряный лорд обратил свой взор на воина правых небес да решил побеседовать с ним:

– Судя по всему, ты не здешний. Более того, ты так называемый «воин света». У меня к тебе предложение. Обезвредь Кощея, и я позволю покинуть вам с девушкой Навь.

Хоть и соблазн был велик, Высоцкий не мог на это согласиться. Потому твёрдо выразил свой отказ:

– Увы, я не имею права не выполнить просьбу девушки, в которую влюблён.

Лебедь был хорошо осведомлён и решил выложить некоторые свои карты на стол. Он был уверен, что после этого Артур встанет на его сторону.

– Насколько мне известно, Чернобог сейчас активно ищет свои давно утерянные артефакты вместе со своим старшим сыном. А младшего он отправил сюда за оружием. Они готовятся напасть на Правь. Так скажи мне, готов ли ты заплатить тысячами жизней своих сородичей ради прихоти какой-то девушки?

Услышав это, сын старейшины сжал кулак. Всё сказанное Лебедем заставило его переосмыслить данную ситуацию. На кону уже стояли миллионы жизней чародеев, которых он когда-то поклялся защищать.

– Что ими движет? Месть? – спросил Артур, взглянув на узурпатора мёртвых, да в очах его отчётливо читалось смятение и беспокойство, что удушающей хваткой впилось парню в горло.

– Любовь, – ухмыльнулся Лебедь, да продолжил: – Много лет назад один известный в ваших кругах чародей решил объявить охоту на Старших Богов. Мало-помалу, одного за другим он одолевал божеств и присваивал их мощь себе. Однажды этот очень удачливый чародей наведывался во дворец Чернобога. Тёмного Владыку ему победить не удалось, но жену его незваный гость забрал. Как только Император Нави с сыновьями обретут достаточно сил, они пронесутся смертоносным вихрем по вашим землям. Если Чернобог не найдёт Морену, Правь будет уничтожена. Вы ничего не сможете с этим сделать.

Обдумав слова, сказанные Лебедем, Артур принял решение, которое казалось ему единственным верным. Его атака была молниеносной. Никто не успел понять, что произошло. Послышался оглушающий грохот, да всех вокруг ослепила яркая вспышка… А после… настало мгновение тишины… Яркий свет рассеялся. Все узрели, как рассыпался на мелкие камни посох, находящийся в руках узурпатора. Высоцкий, не давая ему времени понять, что произошло, нанёс по нему свой следующий сокрушительный удар, который стал для незаконного правителя фатальным. В этот момент из кармана белого длинного плаща Самозванного Правителя царства усопших выпала игла. Как только она упала на землю, Кощей ощутил невыносимую боль по всему телу. Не смог он стерпеть эти страдания, резко пронзившие острыми шипами, да рухнул на колени, громко прокричав. Это последнее, что увидел Лебедь перед тем, как обратился в прах, который тут же унесло ветром в сторону Туманного океана.

Артур никак не мог понять, что происходило с Аристархом. Посмотрев под ноги, он заметил ту самую иглу, что обронил их поверженный враг. Подняв её, Высоцкий принялся осматривать с виду, казалось бы, обычный предмет. Всего пара лёгких толчков с ногтя по игле вызвали незамедлительную реакцию младшего тёмного Принца. Он кричал и кричал, не зная, за что ему ухватиться. Сыну Старейшины Прави стало всё понятно. Сам того не ожидая, он нашёл на Кощея управу. Не сдерживая ехидной улыбки, парень решил подойти к Аристарху и поговорить:

– Слышишь меня? Кивни, если слышишь.

Принц немного успокоился, выдохнул, да кивнул. Боль всё ещё пронзала его тело, но становилось уже легче.

– Ну слушай. Похоже, мы с вами в одной лодке. Давайте так, Правь и Навь когда-то уже объединялись вместе. Предлагаю повторить этот чудный опыт наших предков, чтобы освободить Богов, включая твою мать.

– Мы и без вас справимся, – злобно прохрипел Аристарх.

– Может да, а может нет. Или ты хочешь, чтобы Чернобог угодил в плен к тому чародею? Тогда уже точно никто ему не станет помехой. Никто не сможет никого спасти.

Голос Артура был серьёзен, а доводы убедительны, но Принца тьмы всё равно одолевали сомнения, которые он решил озвучить:

– Как только услышал, что Боги вам не помогут, когда мой отец наведается в Правь, ты поднял лапки и предложил объединиться. За дурака меня держишь?

– Если не согласишься, тогда ты и впрямь дурак, – ухмыльнулся воин Небес.

– Ты не можешь ничего решать без ведома старейшин. Может они не согласятся с нами сотрудничать?

– Твоя правда. Однако я считаю, у них нет выбора.

Сказав это, Высоцкий глубоко вздохнул и показал Кощею иглу, а после произнёс:

– В любом случае, у нас уже есть небольшая гарантия того, что Правь не будет уничтожена. Однако, я сделаю всё, чтобы вернуть Морену сюда. Похоже, только она может утихомирить вас.

Артур направился в сторону Ксении, убрав иглу в карман своего серого пальто. В этот момент девушка смотрела на него совсем иначе. Она разглядела в нём те качества, которые ценила больше всего в людях. Он был благороден и верен своему слову, что ни раз показывал. Однако девушка была слепа и долгое время не замечала этого.

Тем временем, внутри Аристарха зрело желание убить только что спасшего его рыцаря небес, да принял он решение исполнить задуманное. Вновь сконцентрировал Принц тьмы свою разрушительную силу в руке. Чернеть она начала дальше, да кожа трескалась, а боль становилась лишь невыносимее. Но сын тёмного Владыки был ослеплён ревностью и кипящей в нём злостью на столько, что готов был стерпеть всё.

Ксения увидела, что задумал её мрачный друг и поняла, медлить сейчас нельзя. Через мгновение Артура атакует Кощей и у Высоцкого не будет времени на то, чтобы увернуться. Кричать не было сил и использовать магию она не могла из-за отвара. Небесный воин обернулся, но было уже поздно…

Пролилась кровь, хладные когти Кощея вонзились в тёплую плоть, да Принц мёртвых непроизвольно начал поглощать из неё жизнь. Через секунду Пожарский осознал, что сделал самую большую ошибку в своей жизни, ведь он увидел перед собой Донскую. Телепортировавшись, девушка закрыла собой мужчину, что выполнил её просьбу, а затем наконец узрела неприглядную тьму в том, в кого была влюблена. Каким образом юная девица смогла моментально переместиться в мире Нави, да ещё и под воздействием ослабляющих трав, осталось загадкой в том числе для самой героини. Ощущая, как Аристарх вытягивал из неё жизненные силы, Ксения обратила внимание на его руку, которая в эти мгновения восстанавливалась.

– Так вот как ты излечился… – подняв свой взгляд на Кощея, еле промолвила Донская и потеряла сознание.

Её сразу же подхватил Артур, да сильным потоком отбросил от неё врага. Высоцкий чуть не потерял контроль над собой, однако смог подавить свой гнев и парализующую панику, ибо понимал, промедление может стоить любимой девушке жизни. Достав из кармана зеркало Кривды, он принялся активировать его. Артефакт воспарил перед ним, увеличившись в размерах в полный человеческий рост. Взяв раненную Ксению на руки, парень немедля вбежал в это зеркало, и через несколько секунд оно исчезло…

Эпилог.

После того, как посох Лебедя был уничтожен, души невинно убиенных чародеев освободились от влияния умершего узурпатора, как и остальные призраки. Многие из них отправились в «Славь», в мир вечного покоя. А кто-то решил продолжать служить императорской семье и после смерти. В рядах таких духов были родители Саши. Они были свидетелями того, что случилось с Ксенией, да приняли решение остаться. Кирилл пытался поговорить с Аристархом, но тот никак не шёл на контакт. Тогда Вороновы выбрали немного другой план действий. Врачеватели дали Принцу немного времени на то, чтобы он пришёл в себя. Анна и Кирилл предполагали, что Донскую всё равно вернут в Навь. Ибо после того, как Ксения попадёт в больницу, то властям Прави станет известно об её особенности. Скорее всего, это приведёт к казни девушки, но эта казнь будет публичной, чтобы другие не вздумали повторять этого. А значит, организовываться сие событие должно было не один день. До этого ей умереть не позволят. Однако, пара не рассматривала вариант, при котором Старейшины договорятся умолчать о происхождении Ксении и о том, кто является её покровителем. По мнению Вороновых, такой исход был маловероятен.

Тем временем, Кощей приказал всем скрыться, да на глаза ему не попадаться. Вернувшись во дворец, Принц решил провести эти горестные для себя часы в тронном зале. Неспешно войдя в неосвещённое помещение, парень принялся неторопливо зажигать источники света. В основном это были факелы да различные светильники, обрамлённые дорогими камнями, внутри которых стояли свечи. У юного Царевича была зажигалка, которую он нашёл на главной улице Туманграда. Видимо, кто-то обронил её. Возможно, это был кто-то из невинно убиенных чародеев.

Постепенно зал наполнялся светом, ровно так же и наполнялось сердце Кощея ядовитой горечью. Чем больше он размышлял о том, что совершил, вспоминая её разочарованный взгляд и тепло её крови, которая уже засохла на его руке, тем больше он себя ненавидел. Подойдя к отцовскому трону, Аристарх принялся зажигать свечи, что стояли вокруг. Казалось, что их было больше тысячи, но нет, чуть меньше сотни, из которых Кощей зажёг лишь половину.

Усевшись на трон, Принц принял расслабленную позу, откинувшись на жёсткую каменную спинку. Через несколько мгновений взор его пал на императорскую корону, что лежала на бархатной подушке изумрудного цвета, которая находилась на высокой тумбе, стоявшей слева от царского седалища. С первого взгляда главный символ власти над Навью вызывал трепет у младшего Царевича. Обрамлённая узорами, походящими на кости и черепа, корона была сделана из чёрного навьего железа. Кощеевы руки потянулись к ней. Взяв её, Принц несколько минут рассматривал этот величественный главный атрибут Императора тьмы, а после надел на себя, понимая, что не имеет никакого права на это. В тот момент ему на это было всё равно. Корона была велика да тяжела, а потому перекосилась на бок.

Взглянул Кощей на руку свою, что была осквернена чёрной магией. Тёмный Принц её совсем не ощущал, что подвело юношу к страшной мысли:

«Эта боль в сердце такая невыносимая. Как вспомню её взгляд… Она не простит меня… Никогда. Мне больше не нужна способность любить… От чувств только проблемы… Проблемы, которые ведут к ошибкам. После того как я умру, я перестану чувствовать, я перестану быть слабым и совершать ошибки. Я стану лучшим инструментом для защиты Нави. Никто больше не посмеет навредить моей семье и моим подданным.»

Достал из ножен один из мечей, да приставил его к своему горлу. Закрыв глаза, парень прослезился. На самом деле он всё ещё держался за всё то, что делало его человеком. Однако последние события и неудачи, которые дорого ему обошлись, толкали Принца в пропасть. Решившись всё-таки шагнуть в бездну и потонуть навсегда во тьме, парень произвёл резкое движение рукой, что держала меч. Острейшее лезвие скользнуло бы по горлу, да рассекло плоть императорского сына, но вовремя подоспел Вий и, схватившись за остриё оружия, оттянул его от младшего брата. Рука первого сына Чернобога была порезана, но зато Кощей не пострадал.

Резко распахнув очи, Аристарх увидел перед собой ранее незнакомого молодого мужчину в повязке на глазах. Эмоции того было сложно счесть, но даже так стало понятно, парень был зол. Кощей принял его за обычного слугу и в недовольном надменном тоне начал дерзить Вию:

– Как ты посмел мне мешать?! Я приказал всем слугам и страже не попадаться мне на глаза!

На это его старший брат ухмыльнулся, а после перешёл к действиям. Он быстро отобрал у младшего меч, снял с него корону и, схватив сзади за шею, швырнул его с отцовского трона. Символ власти был возвращён на место, а Аристарх оказался на полу. Посмотрев на Кощея, Вий не смог сдержать себя и высказал всё, что думал:

– Ты до сих пор ведёшь себя как маленький ребёнок. Начинаю понимать, почему отец сопровождал тебя. Тебе и по сей день нужна нянька. Как такой жалкий дурак может быть моим братом…

После этих услышанных слов Пожарский начал догадываться, кто стоял позади него, однако всё же сомневался. Поднявшись на ноги, Бессмертный повернулся к нему и задал вопрос:

– Кто ты?…

– Я тот, кто будет прописывать тебе пиздюлей каждый раз, когда ты будешь вытворять подобную херню. Я Вий, твой старший брат, – со всей присущей себе пафосностью и надменностью ответил старший Принц.

– Какая тебе разница, жив ли я или нет? Ты меня не знаешь, я тебя тоже. Отвали!

Отведя свой взгляд, Вий сделал глубокий вздох да покачал головой. Наступило мгновение тишины, которое немного разгрузило накалившуюся обстановку между братьями. Вновь первый Принц посмотрел на второго да начал говорить, значительно смягчив свой тон:

– Сегодня я осознал одну фундаментальную вещь. Твоя и моя жизни нам на самом деле не принадлежат. Мы не имеем права отказаться от них, потому что наши родители вложили в нас больше, чем мы можем себе это представить.

– Но я вернусь к жизни и стану сильнее после смерти, просто без чувств и эмоций, скорее всего, – с сомнением в голосе ответил Кощей.

– Я уверен, что отцу не нужен сын, который не сможет разделить с ним радость или горе. Если бы он хотел сделать из тебя сильную марионетку, то ты бы тут об этом со мной не говорил. Так что подбери сопельки, Принцесса, и прекрати вести себя как ребёнок.

Кощей фыркнул и пытался придумать, как возразить, но ничего в голову не пришло. Вий был во всём прав. В этот же момент старший сын Чернобога заметил, что одна рука его брата неестественно худая, местами почерневшая и имеет крайне длинные когти. Царевич, чьи глаза были закрыты от окружающих под повязкой, решил спросить о том, что случилось:

– Что произошло с твоей рукой и с чего ты вдруг решил покончить с собой?

– Каждый раз, когда я использую колдовство, оно убивает меня. Сегодня я пытался спасти толпу чародеев, но не смог. Я даже отомстить за них самостоятельно не смог. Но не это стало крайней точкой… Об остальном я умолчу. Мы не настолько близки, чтобы я говорил с тобой о личном.

А Вий в это время вальяжно подходил к нему ближе. Приблизившись к брату на расстоянии вытянутой руки, парень явил себе в ладонь ядра Семаргла и Купальницы, да резким толчком внедрил их в Кощея. Для Аристарха это оказалось болезненным испытанием. Он каждой клеточкой своего тела ощущал, как сила огненного Бога расползалась в нём, обжигая всё изнутри. Однако вскоре весь внутренний пожар утихомирила магия Купальницы.

– Будем надеяться, это тебе поможет, – сказал Вий и, ухмыльнувшись, захотел узнать, чем жил его брат до этого.

Сделав ещё шаг к нему, он стянул себя повязку, крепко ухватился за голову Аристарха, чтобы тот не вырвался, и проник в его разум.

Вию стало открыто всё, что помнил о себе Кощей. Узрев каким было детство младшего брата, первый Принц смягчился по отношению к нему. Поняв, что не только у него была тяжкой судьба, решил поделиться с ним своими воспоминаниями. Так за несколько мгновений сыновья Чернобога и Морены познакомились, узнав всё о друг друге.