Kitabı oxu: «Секреты Таро Уэйта-Смит. Все, что надо знать о самой популярной колоде Таро»

Secrets of the Waite-Smith Tarot

The True Story of the World’s Most Popular Tarot

Copyright © 2015 by Marcus Katz and Tali Goodwin

Published by Llewellyn Publications

Woodbury, MN 55125 USA

www.llewellyn.com

Все права зарезервированы, включая право на полное или частичное воспроизведение в какой бы то ни было форме.

© ООО Книжное издательство «София», 2016

* * *

Благодарности

Мы хотели бы выразить благодарность Сюзанне Мэр, смотрительнице музея Смоллхит-Плейс, и Британскому национальному фонду за разрешение пользоваться их архивами при написании этой книги. Мы также признательны Сюзанне за упоминание об Уинчелси при обсуждении сделанного Памелой наброска Тауэр-Коттеджа. Результатом этого стало путешествие, в котором были обнаружены удивительные реальные прототипы того, что мы видим на картах самой популярной в мире колоды Таро.

Мы также благодарим смотрителей театральных архивов Музея Виктории и Альберта за их помощь и немалое терпение, проявленное, когда мы просматривали сотни папок и тысячи изображений ради всего лишь двух важных фотографий. Помощь в создании этой книги также оказали сотрудники Библиотеки редких книг и рукописей Бейнеке в Йельском университете.

Сотрудники Библиотеки и музея масонства в Лондоне любезно предоставили нам доступ к своим архивам, откуда мы почерпнули значительную часть материала по Ордену Золотой Зари, используемого в этой книге.

Мы также благодарны Уильяму Маттиоли, смотрителю замка Джиллета, за предоставленную фотографию малоизвестной картины Памелы Колман Смит, которую, вместе с несколькими другими, можно увидеть в этом замке, находящемся в Ист-Хэддаме (штат Коннектикут, США)

Мы хотели бы выразить особенную благодарность двум японским коллекционерам, предоставившим материалы из своих личных коллекций. Один из них, Кэндзи Исимацу, также предоставил сканы оригиналов самых ранних изданий колоды Уэйта – Смит, принадлежащих коллекционерам из разных уголков мира. Эти изображения используются в настоящей книге с разрешения, за что мы очень признательны. Корэтака Эгути предоставил высококачественные сканы из своей внушительной коллекции материалов, связанных с Колман Смит, к которым, в частности, относятся журналы «Зеленый сноп».

Джордано Берти предоставил изображения колоды «Сола-Буска», изданной Вольфгангом Майером в 1998 году, и разрешил нам их использовать.

Стюарт Каплан, Бобби Бенсаид и Линн Арауджо из компании «U. S. Games Systems, Inc.», любезно предоставили скан приобретенного ими портрета Памелы и разрешили нам его использовать, за что мы очень признательны.

Королевское общество искусств подтвердило, что Памела была его членом, основываясь на предоставленном Коррин Кеннер экслибрисе с подписью Памелы и буквами FRSA (Fellow of the Royal Society of Arts – член Королевского общества искусств).

Работа Роберта Гилберта по А. Э. Уэйту и Мэри Грир по Памеле Колман Смит, наряду с любительскими веб-сайтами, стала фундаментом, на котором была построена настоящая книга. Надеемся, что нам удалось расширить эти исследования в новых и интересных направлениях, особенно в отношении вклада Памелы в создание колоды.

Наконец, мы хотим выразить признательность и благодарность Барбаре Мур за ее поддержку и дружбу и за возможность представить эти новые открытия широкой публике благодаря издательству «Llewellyn Worldwide».

Посвящение

C. C., B. C. и мистеру B. E. (Охраняющим Ось).

Моим братьям Майклу Гудвину и Джеффри Гудвину

Памяти кота Смаджа, Бет, Снаффлза и всех кошек, которые живут с нами.

И как всегда и прежде всего, эта работа посвящается

Anistita Argenteum Astrum, Жрице Серебряной Звезды, чей свет указывает путь к Arcanum Arcanorum,

Тайне Тайн.

Vos Vos Vos Vos.

V.V.V.V.

Разрешения

Иллюстрации из колоды Таро Райдера – Уэйта, также известной как Таро Райдера и Таро Уэйта, приводятся с разрешения U. S. Games Systems, Inc., Stamford, CT 06902, USA. Авторские права ©1971 U. S. Games Systems, Inc. Дальнейшее воспроизведение запрещено. Таро Райдера – Уэйта (Rider – Waite Tarot®) является зарегистрированным торговым знаком компании «U. S. Games Systems, Inc.».

Изображения списка членов Ордена Золотой Зари используются с разрешения Библиотеки масонства (Лондон). Все права защищены. Дальнейшее воспроизведение запрещено. Изображения из Смоллхит-Плейс используются по лицензии Британского национального фонда. Все права защищены. Дальнейшее воспроизведение запрещено. Фотографии коттеджа Эллен Терри используются по лицензии Музея Виктории и Альберта. Все права защищены. Дальнейшее воспроизведение запрещено.

Иллюстрации 101–105 и 113 созданы художественным отделом издательства «Llewellyn».

Некоторые другие изображения взяты из личной коллекции авторов.

Мы сделали все возможное, чтобы найти информацию о владельцах авторских прав. В случае обнаружения претензий на авторские права используемых изображений, о которых нам не известно, пожалуйста, свяжитесь с нашими издателями.

Предисловие
Тайна порождает тайну

В этой книге вы встретите новый, революционный взгляд на самую популярную колоду Таро в мире, Таро Уэйта – Смит, которая стала прототипом для большинства доступных ныне колод. С помощью этого нового взгляда мы постараемся предоставить вам – даже если вы новичок – новый подход к чтению этой и всех других колод Таро. При этом мы будем максимально близко придерживаться намерений авторов колоды – Артура Эдварда Уэйта и Памелы Колман Смит.

Вы узнаете, как так получилось, что всего за пять месяцев летом 1909 года художница, никогда не занимавшаяся чтением Таро, по просьбе католического мистика, которого мало интересовало использование карт для гадания, создала колоду, ставшую стандартным прототипом колод Таро следующего столетия. Вы также впервые познакомитесь с реальными людьми, сценами, историями и событиями, которые послужили вдохновением для изображений и были увековечены в этой колоде – и, как следствие, во всех колодах, использующих аналогичный дизайн.

Хотя невозможно ничего утверждать с полной уверенностью, мы использовали самые простые объяснения и по возможности опирались в своих исследованиях на оригинальные источники в попытке разрешить столетние спекуляции. Мы убеждены, что вы, как минимум, попытаетесь увидеть улитку на Девятке Пентаклей, украшения на костюме Дурака и многие другие символы Таро в новом свете. Вы узнаете имена Королевы Мечей, собаки Дурака и даже кошки Королевы Жезлов. Вы также впервые за сто лет узнаете, почему у одного из персонажей колоды разные башмаки и почему на Тузе Чаш изображена перевернутая буква «М».

Каждый раз, когда мы говорим «X – это Y» (например, «Отшельник – это карта одиночества»), мы имеем в виду: «Помня о том, что все символы многозначны и момент прорицания священен, для нас в настоящее время – и возможно, такое толкование будет полезным и для вас – Отшельник представляет собой карту Таро, связываемую с одиночеством». Мы упоминаем об этом здесь по понятным причинам, чтобы не повторять это пространное объяснение на протяжении всей книги!

Мы также использовали наши исследования и личный опыт для описания практических способов чтения карт, чтобы эта книга позволила вам максимально приблизиться к подразумевавшемуся символизму оригинальной колоды Таро Уэйта – Смит. Там, где это возможно, мы ссылаемся на слова А. Э. Уэйта и объясняем некоторые из тех эзотерических значений, которые он хранил в тайне.

Последние три года мы жили в 1909 году, изучали жизнь Памелы Колман Смит и ходили по ее следам, чтобы увидеть колоду ее глазами – которые оказались глазами любительницы театра и поклонницы Шекспира, но уж никак не оккультистки.

Ради простоты в книге мы называем Памелу Колман Смит просто Памелой, однако мы не смогли позволить себе называть А. Э. Уэйта просто Артуром, поэтому решили для краткости использовать нейтральное «Уэйт».

1. «Однажды мне приснилась величественная церковь…» Памела Колман Смит, 1903

Две работы Уэйта, на которые мы чаще всего ссылаемся, – это «Иллюстрированный ключ к Таро», сокращенно ИКТ (существуют разные версии, но мы используем второе издание «Rider & Company», выпущенное в июне 1974 года¹) и оригинальный «Ключ к Таро» (сокращенно просто «Ключ»), изданный Райдером в 1910 году и имеющийся в нашей коллекции. Мы также используем аббревиатуру ТСМ в часто встречающихся ссылках на биографию Уэйта «Тени света и мысли» (впервые опубликованную в 1938 году).

Открывая настоящую книгу, мы вспоминаем о том, что «тайна порождает тайну», так что будет вполне естественным, если наша работа не только даст ответы на существующие загадки, но и задаст новые. Например, нам до сих пор очень мало известно о жизни Памелы после ее обращения в католицизм. Но мы постарались раскрыть тайну Верховной Жрицы – и нам пришлось отказаться кое от чего, в чем мы были совершенно уверены, и изменить свое мнение перед лицом вновь открытых фактов.

Надеемся, что вы получите от этого нового путешествия в мир Таро не меньшее удовольствие, чем мы. Мы уверены, что оно представит вам некоторые стороны работы Уэйта и Памелы в новом свете.

Маркус и Тали,

Кесуик (Лейк-Дистрикт, Англия), 2014 г.

Пролог

Маркус: Ученый муж и Пикси

До открытия первого съезда тарологов «TarotCon» в 2009 году оставалось два дня. Наш дом оживляли разговоры о Таро; приехала писательница Рэйчел Поллак, и начался непрерывный танец дискуссий, рассуждений и озарений, связанных с этой темой. Рэйчел подсказала мне название для рассказа, который, по ее мнению, я мог бы когда-нибудь написать: «“Ученый муж и Пикси”, – сказала она, – художественное повествование о создании Таро Уэйта – Смит». Идея показалась мне настолько замечательной, а заголовок – настолько идеально подходящим, что я той ночью так и заснул, не переставая об этом думать.

И на следующее утро я рассказал всем следующий сон.

Я вошел в гостиную, где из старого граммофона звучала классическая музыка. Увидел там несколько мольбертов, на двух из них были небольшие полотна, а на одном начата зарисовка к картине. В комнате находилась невысокая женщина, в которой я сразу узнал Памелу Колман Смит. Она растерянно перемещалась по комнате, беря различные предметы и возвращая их на место.

Я повернул голову и увидел, что в комнате также присутствует мужчина, который выглядел растерянным. Казалось, он предпочел бы находиться не здесь. Это был Артур Эдвард Уэйт. Я посмотрел на его ноги и увидел, что он был без обуви (пол покрывали ковры). Мне показалось, что именно из-за этого он и смущался. Я сразу же почувствовал, что озорная Пикси настояла на этом, чтобы поставить Артура в неловкое положение.

Она повернулась к нему и сказала: «Ну, начнем?»

Несколько позже я понял, что нахожусь теперь в другом месте. Я сидел в солнечном, но прохладном дворе на каменной лестнице, примыкавшей к стене фермерского дома или сарая. Рядом со мной сидела Памела. Я немного удивился, увидев, что она держит сигарету, словно только что вышла на перекур. Когда я посмотрел на нее, она улыбнулась, и я очень ясно осознал, что это сон.

Я сказал ей, что несколько рассеян, потому что «моя голова забита Каббалой» из-за проекта, над которым я работаю. Она наклонила голову, как птица, и проворковала: «Бедненький», – как будто я был душевнобольным.

Я совершенно трезво и отчетливо подумал: «Это редкая возможность спросить Памелу лично о чем угодно, и это действительно важно». Я постарался упорядочить свои мысли и придумать вопрос. Наконец спросил: «Наверное, работа художника похожа на работу писателя. Ты можешь создать что угодно. Но как понять, что это именно то, что нужно? Как решить, что та или иная карта нарисована верно?»

Она посмотрела на меня с легким недоумением, как будто не поняла вопроса.

«Глупенький, – сказала она. – Я понимаю это, когда они выглядят в точности как настоящие».

В этот момент я проснулся. Меня все еще окутывал тот прохладный летний вечер 1909 года, переполняя сильным чувством ностальгии. Я по-прежнему дышал тем воздухом, чувствовал резкий запах сигаретного дыма и слышал доносящийся откуда-то из английских сумерек звон церковных колоколов. В моей памяти всплыла улыбка Памелы, но тут же начала быстро исчезать. Я сразу же записал сон в дневник.

Лишь спустя четыре года я на самом деле посетил то место, которое видел во сне. В тот день сон стал явью, а явь приняла форму сна: сна настоящего Таро – Таро Памелы. Создание этой книги началось со сновидения, которое приняло вид реальности благодаря музыке и искусству, а поэтому – как и любые карты Таро – она срисована с чего-то настоящего.

Тали: День в вечном саду

В 2011 году мы с Маркусом издали книгу «Пребывая в святилище», содержащую рисунки и историю «второго Таро» А. Э. Уэйта, «Великого символа путей», реализованного художником Джоном Триником в 1917–1923 годах². Я обнаружила эти рисунки практически случайно. Маркус попросил меня найти фотографию Уилфреда Пиппета, церковного художника и иллюстратора, чье творчество, как он предчувствовал, могло быть как-то связано с Уэйтом.

Мне тогда казалось, что это неблагодарное занятие: о Пиппете не было известно практически ничего. Он был очень талантливым художником и иллюстратором, однако о нем все давно забыли. И вот, разыскивая информацию о Пиппете, в каталоге Британского музея я случайно наткнулась на запись о каком-то «Великом символе путей» Уэйта и Триника. Я нашла и фотографию Пиппета – чудесным образом, благодаря старой монахине, живущей в монастыре, который ассоциируется с его жизнью и семьей. Жизнь исследователя – это алхимическое сочетание рутинной работы и важных открытий, и всегда хочется, чтобы последних было как можно больше.

Обнаружение этих рисунков после того, как они более трех десятилетий пылились на полках Британского музея, стало возможным благодаря комбинации двух факторов: упрямой решимости (и даже навязчивой идеи) продолжать часами и днями напролет искать единственную фотографию и ощущения установления связи с прошлым и с самой душой этих людей. Я вообще убеждена, что все наши действия и навязчивые идеи всегда ведут к некой высшей цели.

Точно так же я ощущаю связь с историей Памелы Колман Смит и Артура Эдварда Уэйта. Эта история взывает к нам из прошлого, желая быть рассказанной здесь и сейчас.

Последние три года я всецело жила летом 1909 года, отбросив любые ожидания и знание о будущем. Это очень сложная задача – делать вид, что не знаешь о двух грядущих мировых войнах и особенно о том, как через каких-то шестьдесят лет Таро начнет приобретать всемирную популярность, – но именно она позволила собрать материал для этой книги.

Больше всего меня поразило то, как конспирологические спекуляции о масонских тайнах и прочей эзотерике в жизни и творчестве Памелы сумели затмить простые факты: она не мыслила жизни без театра, была прирожденной рассказчицей историй и обратилась в католичество. Уэйт тоже был католиком – хоть и не совсем обычным, – о чем ясно свидетельствуют рисунки его второго Таро.

Это и есть подлинный секрет Таро Уэйта – Смит. Символы, созданные богемной католической художницей и католическим мистиком и представленные в духе театральной традиции, предоставляют доступ к сокрытому святилищу мистического опыта.

Итак, мои исследования охватили друзей и коллег Памелы, а также живопись, поэзию и театр, которыми она тогда жила. Я начала с простых вопросов: как эти пять месяцев, которые длилось рисование, она оплачивала счета? Где она стояла, когда рисовала? Как далеко от нее жил Уэйт в то время и как они общались? Поскольку сохранилось очень мало письменных свидетельств, нам пришлось воссоздать ситуацию и самим прожить ее.

На самом деле Памела оставила достаточно свидетельств – своих рисунков. Вышеупомянутая «охота на Пиппета» оправдала себя благодаря одному обнаруженному наброску, который, как мы выяснили, был сделан с реального места, и это место стало ключом ко всей колоде.

В Англии есть уголок, сохранивший очарование прошлого, – местность Ромни-Марш в Восточном Суссексе. Я прибыла сюда по следам Памелы, чтобы постоять на том самом месте, где должна была стоять она, чтобы сделать набросок, который был у меня в руках. Я вдыхала старый воздух рядом с тем самым коттеджем, где она провела не одну неделю, рисуя, отдыхая, смеясь и рассказывая истории в своем неподражаемом стиле. Этот коттедж, Смоллхит-Плейс, принадлежал хорошей подруге Памелы, известной актрисе театра Эллен Терри, чью историю мы еще затронем в этой книге.

Смоллхит-Плейс находится на попечении Британского национального фонда, который любяще оберегает его от влияния времени. Дом был сохранен с такой любовью и заботой, что можно приехать сюда и представить себе, что Эллен и Памела просто выбрались со своими друзьями и детьми на пикник и вот-вот должны вернуться.

Именно благодаря Национальному фонду и его преданным и гостеприимным сотрудникам в Смоллхите – особенно очаровательной Сюзанне Мейор – нам удалось увидеть нигде раньше не публиковавшиеся фотографии Памелы и ее друзей и получить разрешение на их использование. Мы теперь можем взглянуть на жизнь и дух Памелы Колман Смит и тех, кого она любила, а также признать театральную составляющую созданной ею колоды.

Просматривая один фотоальбом за другим, я увидела фотографию, на которой Памела и Эди Крэг смотрели в то самое окно, возле которого я сидела, и почувствовала, будто проваливаюсь сквозь время и вижу Памелу такой, какой она была при жизни. Я оказалась в ее мире. Смерть и пыль времени в один миг перестали отделять меня от оставленного ею наследия. Памела на той фотографии излучала невероятную любовь и радость – саму сущность Десятки Чаш, – радужный свет и удовольствие от домашнего уюта и хорошей компании. Она находилась в своем идеальном саду, том самом саду, который оставила нам в своем Таро.

Но очаровывает и будоражит не только сам особняк в Смоллхите с его ближайшими окрестностями. Такие же чувства вызывает вся окружающая его сказочная местность. Старый средневековый городок Уинчелси и незаселенные земли вокруг него (большая часть из них курируется Национальным фондом) сохранились настолько хорошо, что Памела даже сейчас чувствовала бы себя здесь как дома. Здесь можно увидеть Тауэр-Коттедж, где жила Эллен Терри до приобретения Смоллхит-Плейс, ставшего ее домом на долгое время. Можно увидеть милые сердцу Памелы пейзажи практически такими же, какими видела их она.

2. Календарь «Героини Шекспира». Памела Колман Смит, 1899. Из коллекции Марка Сэмюэлса Ласнера

Заканчивая писать о «занимательном эксперименте» с Таро, предпринятом Памелой и Уэйтом, и представляя эту книгу читателям, я чувствую себя получившей некое благословение. Сад, в котором жила Памела, до сих пор существует. Он существует как в реальном мире, так и в каждой колоде Таро. История, которую она рассказывала, по-прежнему звучит в каждом театре, в каждой жизни и на каждом сеансе чтения Таро. Этот сад божествен, бесконечен и вечен, а история пересказывается снова и снова. С помощью Таро мы можем на любом этапе жизненного путешествия начать возвращение в Эдем.

Итак, приглашаем вас пройти с нами за кулисы и посетить вечный сад, который Памела нарисовала для нас.

Глава первая
Как читать Таро

ЕгоОсвальда Вирта внимание направлено исключительно на Мажорные Козыри³, и он мало что может сказать о прорицательной стороне предмета, той так называемой практической стороне, которая занимает большинство тех, кто называет себя учениками Таро. Это не мое дело, однако мое знакомство с литературой позволяет утверждать, что под этим аспектом скрыто пространство для нового подхода.

А. Э. Уэйт, введение в «Руководство по Таро» А. Теренса (A. Thierens, «The General Book of Tarot»⁴, 1930)

В этой книге мы рассказываем о многих источниках, вдохновивших рисунки колоды Таро Уэйта – Смит и всех последующих вариаций, основывающихся на том же дизайне. Но сначала мы хотим убедить вас в том, что, даже если вы новичок, вы уже способны читать карты Таро, используя колоду Уэйта – Смит или любую другую – даже одну из тех, в которых на иллюстрациях минорных арканов нет сюжетных картин (как в Марсельском Таро).

Для этого мы раскроем тайну структуры Таро через каббалистические соответствия. Это сложная тема, которую мы подробнее обсудим позже, – однако ее можно свести к всего лишь четырнадцати словам, которые позволят за каких-нибудь десять минут научиться читать Таро. А дальше дело за практикой и расширением этих базовых знаний.

А. Э. Уэйт много писал о Каббале – иудейской мистической системе – и использовал ее в качестве своего рода карты своей магической жизни и своей личной формы христианского мистицизма. При этом он разработал инициатическую систему духовного развития на основе системы Герметического Ордена Золотой Зари, в котором он состоял до 1914 года. Уэйт основал собственный мистический орден, Братство Розового Креста, в рамках которого создал свою вторую колоду Таро совместно с художником-витражистом Дж. Б. Триником.

Таро можно соотнести с Древом Жизни, фундаментальной диаграммой Каббалы, посредством системы соответствий, в которой элементам одной системы соответствуют похожие элементы другой. Находя соответствия между разными системами, маг стремится привести всю их Вселенную к взаимосвязанной целостности, чтобы в итоге увидеть фундаментальные паттерны и процессы, лежащие в основе всей повседневной жизни.

Используя соответствия, как это делали Уэйт и другие маги, можно очень быстро выучить Таро, запомнив всего четырнадцать ключевых слов. Эти ключевые слова связаны с сорока минорными арканами и шестнадцатью картами двора, которые имеют свои соответствия на схеме Древа Жизни.

Десять чисел четырех мастей (от 1 до 10) соответствуют десяти Сефирот⁵ на Древе Жизни. Ниже мы приводим ключевые слова, олицетворяющие природу каждой Сефиры. Хотя существует намного больше потенциальных ключевых слов, эти нам кажутся наиболее полезными при чтении карт.

1. Семя

2. Энергия

3. Структура

4. Рост

5. Упорядочение

6. Уравновешивание

7. Результаты

8. Изменение

9. Окончание

10. Фиксирование

Итак, эти числа символизируют десять стадий любого творческого процесса, от семени идеи до ее окончательного фиксирования в мире действия. Любой вопрос, задаваемый при чтении Таро, попадает в этот спектр – от «как будут развиваться мои новые отношения?» (Семя и Энергия) до «надежна ли моя работа и что мне следует делать?» (Изменение и Окончание).

Тем не менее для создания исчерпывающей и гибкой предсказательной схемы недостаточно разделить Вселенную на десять стадий. Нам необходимо знать, какой аспект жизни находится на той или иной стадии. Поэтому четыре масти соотносят с четырьмя мирами:

• Пентакли: Ресурсы (Земля)

• Мечи: Мысли (Воздух)

• Чаши: Эмоции (Вода)

• Жезлы: Амбиции (Огонь)

Это, опять-таки, грубое приближение; втиснуть все во Вселенной во всего лишь четыре категории не так уж просто! Например, карандаш можно соотнести с Мечами, поскольку он связан с записыванием Мыслей. Художник будет связан с Чашами, потому что создаваемое им искусство взывает к нашим Эмоциям. Карьера – это Пентакли, поскольку она связана с миром Ресурсов. Масти, в свою очередь, соответствуют четырем стихиям – Земле, Воздуху, Воде и Огню – и четырем сторонам света.

Как бы то ни было, этих четырнадцати ключевых слов достаточно, чтобы получить сорок комбинаций из десяти чисел и четырех мастей.

Давайте рассмотрим эту формулу, шаг за шагом, на практике:

Туз (1) Мечей. Согласно нашим ключевым словам, это Семя Мысли.

Что же это может означать в повседневном мире? Семя Мысли – это начало идеи, возникновение идеи; на ум даже приходит «внедрение идеи» из фильма «Начало».⁶

С помощью этого же метода можно работать и с перевернутыми картами. В данном случае перевернутое Семя Мысли будет иметь противоположное значение – не дающее покоя сомнение.

Возьмем другую карту:

7 Жезлов. Это Успех Амбиции. Если посмотреть на эту карту в исполнении Памелы, то можно ясно увидеть, как она представляла себе Успех Амбиции: ты этого добился, но тебе необходимо соревноваться с другими, чтобы удержать свое место! В перевернутом виде Успех Амбиции будет означать неудачу и отсутствие амбиций; а Уэйт в ИКТ пишет, что в перевернутом виде эта карта означает «растерянность, смущение, тревогу. Это предостережение против нерешительности», – что, на наш взгляд, достаточно близко к тому, что происходит в случае неудачи, вызванной отсутствием амбиций.

Возьмем еще одну карту:

4 Чаш. Это Рост Эмоции, поэтому в вопросах об отношениях или новой работе это обычно положительная карта. Вам достаточно или же вы хотите большего? Эта карта показывает, что эмоции есть еще куда развиваться – от 4 до 10, от Роста до Фиксирования.

Для лучшего понимания любой ситуации нам необходимо также знать, какой уровень энергии активен на стадии (от 1 до 10) или в мире (масти) события. С этой целью используются карты двора. Мы уже знаем половину того, что нужно о них запомнить (четыре масти), и теперь мы просто описываем четыре уровня энергии, которые соответствуют четырем стадиям жизни: ребенку, подростку и взрослой женщине или взрослому мужчине. Вот четыре карты двора и ключевые слова, описывающие их уровни:

• Паж: Несформировавшийся…

• Рыцарь: Направленный…

• Королева: Опытная…

• Король: Упрочившийся…

Таким образом, Паж Пентаклей – это Несформировавшиеся Ресурсы. Он – самая юная энергия стихии Земли. Поэтому он хочет преуспеть, обрести опыт и получить вознаграждение, но пока он только начинает. Это хорошая карта в вопросах, связанных, например, с новым бизнесом, однако она означает, что успех не придет сразу, вам придется потрудиться.

Королева Жезлов – это Опытные Амбиции. Она знает, чего хочет и как это получить. Она достигла своего настоящего положения благодаря знанию себя и своих способностей. Если эта карта выпала в ответ на вопрос о совете, то она может советовать кверенту уподобиться Королеве или обратиться за советом к кому-то, кто добился успеха в сфере, о которой идет речь.

Теперь, зная четырнадцать слов, мы можем читать Таро

Теперь с помощью наших четырнадцати слов мы можем выполнить простое чтение карт. По мере углубления нашего знания колоды Уэйта – Смит мы сможем добавлять к этим базовым значениям множество уровней. Мы пока не рассматриваем мажорные арканы, потому что начинающим следует читать их буквально: Сила означает «силу», а Отшельник означает «самостоятельность».

Итак, вот пример чтения трех карт (без мажорных арканов), выпавших в ответ на вопрос: «Что мне следует делать, чтобы извлечь максимальную пользу из перемен на работе?»

6 Чаш + 3 Пентаклей + 9 Мечей

Вспомнив наши четырнадцать слов или перечитав их еще раз, получим:

Уравновешивание Эмоций + Структура Ресурсов + Окончание Мысли

Если расширить эти базовые значения, то можно увидеть, как они сочетаются. Совет заключается в том, чтобы успокоиться и двигаться дальше (уравновесить свои эмоции), собраться и показать, на что вы способны (структурировать ресурсы), и перестать беспокоиться, потому что принятое решение является окончательным (Окончание Мысли). Если взглянуть на рисунки карт, то они соответствуют такому прочтению. По сути, когда вы увидите, как Памела изобразила эти концепции, вы сможете добавить к толкованию больше уровней.

Позже мы покажем, как, по нашему мнению, Памела при рисовании карт опиралась на похожие ключевые слова и концепции из «Книги Т» Ордена Золотой Зари.

В нашем примере мы можем дополнительно вытянуть карту двора, чтобы посмотреть, как именно нам стоит собраться, и если выпадет, скажем, Королева Мечей, то это будет означать Опытную Мысль. То есть нам следует показать своему начальству, что мы уже обдумали проблемы, с которыми встретилась компания; можно, например, составить «список решений» и повесить его над своим рабочим столом.

Можно добавить к нашему чтению мажорные карты, но пока будем интерпретировать их буквально. Мажорные арканы представляют собой изображения важных концепций, и при их чтении можно исходить из их общего вида: Звезда – мечтательная и обнадеживающая («загадывать желание при виде падающей звезды»); Башня – это внезапное крушение (просто посмотрите на сам рисунок!).

С помощью метода базовых ключевых слов, опираясь на структуру Таро, можно читать любую колоду, даже если в ней на минорных картах вместо полноценных сцен изображены лишь символы масти (как, например, на Девятке Бубен в игральных картах). Четырнадцать слов позволяют читать как Марсельское Таро, так и колоду игральных карт, если запомнить следующие четыре соответствия:

• Черви = Чаши

• Пики = Пентакли

• Трефы = Мечи

• Бубны = Жезлы

Как и всегда, существуют различные вариации данных соответствий⁷, и мы советуем вам в самом начале выучить то, что вам кажется наиболее разумным, набраться опыта, а затем попробовать другие вариации. Для этого может понадобиться время, но зато это избавит вас от замешательства. Многие студенты годами ни на шаг не продвигаются, потому что не могут найти «верный метод» и предпочитают не выбирать ничего, пока им не попадется правильное решение. Но «правильного» решения не существует; есть лишь то, что работает для вас в настоящее время.

Если бы нам пришлось перечислить двадцать два ключевых слова для мажорных арканов, то они были бы близки к представлениям Уэйта на момент создания его более продуманной колоды совместно с Дж. Б. Триником примерно десятью годами позже. Эти ключевые слова были бы следующими:

0. Дурак: Спасение

1. Маг: Разум

2. Верховная Жрица: Преданность

3. Императрица: Душа Природы

4. Император: Самобытность

5. Иерофант: Религия

6. Влюбленные: Брак

7. Колесница: Откровение

8. Сила: Существование

9. Отшельник: Традиция

10. Колесо Фортуны: Завершение

11. Справедливость: Закон

12. Повешенный: Тайная Традиция

13. Смерть: Жертва

14. Умеренность: Причащение

15. Дьявол: Искушение

16. Башня: Перемена

17. Звезда: Устремление

18. Луна: Размышление

19. Солнце: Преображение

20. Судный День: Зов

21. Мир: Внешняя Природа

Хотя эти ключевые слова кажутся очень абстрактными, они выражают глубинный смысл каждой мажорной карты, каким его втайне видел Уэйт, как мы покажем далее в этой книге. Возможно, это не те слова, которые у большинства современных интерпретаторов ассоциируются с этими картами, однако для Уэйта они передавали бы природу каждой карты, какой он ее видел.

Чтение одной карты из мажорных арканов

В качестве примера того, насколько быстро можно научиться читать Таро, опишем упражнение, развивающее навык чтения всего лишь одной карты из двадцати двух мажорных арканов для получения ответа на любой вопрос. В наших курсах Тарософии мы всегда разделяем навыки и методы – сначала учим навыку, а затем применяем его к методу. Иногда при обучении навыку Таро вообще не требуется! В данном случае мы применяем мажорные карты к любым аспектам жизни.

Мажорные арканы содержат изображения «архетипов», фундаментальных паттернов нашего опыта. Таким образом, их можно применить к чему угодно. Если взять карту Башня, то это, как уже было указано, архетипичный образ изменения. Это можно применить к любым вопросам: Башня + Обучение = «полное изменение сознания»; Башня + Любовь = «шокирующее признание, которое все меняет»; Башня + Жилье = «внезапный переезд». Итак, возьмите любую мажорную карту и запишите слово, выражающее ее энергию, например, для Отшельника это может быть «традиция», как в нашем списке, или же вам может прийти мысль о «самостоятельности». После этого примените это слово к любому из следующих аспектов жизни:

• Любовь

• Отношения

• Семья

• Дети

• Карьера

• Деньги

• Жилье

• Закон

• Образование

Это основные области, о которых будут возникать вопросы в сеансах чтения Таро, о чем свидетельствует статистика 80 тысяч вопросов, с которыми нам приходилось сталкиваться. Фактически три из каждых пяти вопросов касаются отношений!

Если применить карту Отшельник к закону, то мы получим «одинокий закон», что можно интерпретировать как «единичный закон» или «уникальное судебное решение», нечто, что стоит на собственном основании (вершина горы на иллюстрации карты) или отличается от предыдущих решений. Если применить Отшельника к образованию, то наши ключевые слова дадут «традиционное образование».

Если вы посвятите этому упражнению некоторое время, то увидите, насколько сильно эти архетипы выражены в нашей жизни; они воплощают опыт, универсальный для всех людей. И если кто-то задаст вам, например, такой вопрос: «Мне кажется, что я погряз в своей работе, но она надежна и хорошо оплачиваема. Что мне делать?» – и вы из двадцати двух мажорных арканов вытянете карту Звезда, то вам может автоматически прийти ответ: «Самое время перейти к тому, к чему вы всегда стремились».

Уэйтовский расклад «Розовый Крест»

Мы хотим поделиться с вами нигде раньше не публиковавшимся методом закрытой эзотерической группы Орден Вечного Дня. Это сугубо духовный метод чтения карт для самого себя с использованием мажорных арканов, который называется «метод Розового Креста Уэйта», поскольку в нем используется язык Уэйта (методы, которые использовал сам Уэйт, вы найдете ближе к концу этой книги). В этом методе с помощью мажорных арканов определяется состояние собственной связи со Вселенной.

А. Возьмите из вашей колоды двадцать две мажорные карты.

Б. Перемешайте их, созерцая символ Розового Креста.

В. Возьмите первую карту и положите ее в позицию 1, говоря: «Роза – первая, красивейшая и совершеннейшая из всех цветов. Такова моя душа».

Г. Разложите следующие шесть карт так, как указано на диаграмме, говоря:

2. «Ее охраняют вечные шипы, оберегая ее чистоту».

3. «Истинная роза цветет в центре сада философии».

4. «Солнце и луна суть красный и белый цвет роз, и в этом вся мистерия».

5. «Зеленый лев питается солнцем и вскармливает розу».

6. «Роза – благоухание для мудрецов и бальзам для блаженных».

7. «Она приуготовляется в крови и обращается к свету, к своему собственному совершенству в этом искусстве».

Скажите: «In hoc signo vinces» («Под этим знаком победишь»).

3. Ламен Розового Креста

Теперь можно прочитать эти семь мажорных карт в следующем контексте – и позже мы увидим, как каждое из этих ключевых слов можно дополнить для практических и духовных вопросов или вопросов о саморазвитии.

1. Роза. Эта карта показывает, как в настоящее время ваша душа желает раскрыться. Если, например, выпал Повешенный, то вам в ближайшее время стоит исследовать тайные традиции, эзотерику и магию, а не экзотерическую религию, на которую указывал бы Иерофант.

2. Шипы. Эта карта означает то, что вас защищает, но также препятствует вам, – это вызов вашему духовному прогрессу в настоящий момент. Если, например, выпала карта Звезда, то это означает, что ваши устремления достойны, но, возможно, вы пока не в состоянии с ними совладать. Вам следует стремиться более реалистично оценивать свой прогресс.

3. Сад. Эта карта показывает ваше окружение и вашу ситуацию в духовной перспективе. Сюда входят все аспекты вашей повседневной жизни, которые рассматриваются как примеры уроков, которые вам необходимо усвоить. Башня здесь будет показывать, что события вашей жизни преподают вам урок об изменениях. Только когда вы полностью усвоите этот урок, текущие события останутся в прошлом.

4. Солнце и Луна. Эта карта показывает, что в вашей жизни в настоящее время разделено или отделено и должно быть интегрировано. Если выпала карта Суд, значит, разделение касается вашего призвания, вы словно разрываетесь между двумя аспектами своей жизни, каждый из которых имеет свою ценность. Ваша задача – объединить эти два призвания.

5. Зеленый Лев. Лев показывает нам, как воплотить в жизнь уроки данного расклада. Это карта действия – если выпала Башня, то Лев просит нас что-нибудь изменить в своей жизни; если это Умеренность, то существует необходимость в приобщении, – например, стоит с кем-то встретиться, или пообщаться, или объединиться с единомышленниками; а вот Отшельник советует искать утешения в себе самом.

6. Исцеление. Символизируя бальзам и благоухание души, эта карта связана с «духовными ресурсами» и указывает наилучшее направление, в котором следует искать помощи для работы Льва. Выпадение здесь карты Мир будет означать, что помощи следует искать в обычной повседневной деятельности – в хобби, работе, волонтерской деятельности, путешествиях и всех возможностях внешнего мира. Если это Верховная Жрица, то помощь и награду можно обрести в нашей преданности какой-то задаче, проекту или идее.

7. Кровь. Эта карта указывает на свет, к которому прежде всего должна быть обращена наша духовная жизнь. Отшельник здесь будет означать, что нам стоит обратиться к постижению традиции и преподаванию. Справедливость будет говорить о том, что нам следует различать все вещи в свете закона и стремиться понять принципы Вселенной, науки и эзотерических наук и моделей.

4. Расклад Уэйта «Розовый Крест»

Данный расклад требует надлежащих размышлений, медитаций и ведения записей, и вы можете возвращаться к нему в процессе изучения материалов этой книги. По мере того как вы будете узнавать больше о жизни и философии Уэйта и Смит и о том, какие возможные значения они вложили в свою колоду, этот расклад будет все больше раскрываться вам, ибо сказано, что мы развиваемся «через розу к кресту и через крест к розе».⁸

Глава вторая
Пикси – Памела Колман Смит

Мы – тираны для будущих поколений: им придется ходить по проторенным нами дорогам; если мы учредим порочные традиции, нашим детям будет трудно им противостоять; если из-за недостаточной бдительности мы позволим осквернить красивые места, их восстановление станет для них непосильной задачей.

Форд Мэдокс Форд, «Будущее Лондона» (1909)

Лондон, 1909

В Лондоне этот год выдался холодным, тусклым и переменчивым в плане погоды. Хотя в ноябре было солнечно, обитателям здания Йорк-Мэншнс, окна которого выходят на парк Баттерси, приходилось носить шарфы и шляпы, чтобы не замерзнуть. Но для Англии было относительно сухо. Одному из обитателей этого здания, как нам кажется, это должно было нравиться: некая Памела Колман Смит (1878–1951), художница и театральный декоратор, в пятницу, 19-го числа того месяца, отправилась на почту, чтобы отправить письмо.

Выйдя из небольшой квартирки, освещаемой газовой лампой (электричество провели лишь примерно через год), Памела полюбовалась удивительным видом на сбросившие листву деревья парка Баттерси и набережную пруда Ледис-Пул и озера Боутинг-Лейк, а сразу за парком змеилась река Темза. Письмо адресовалось ее нью-йоркскому агенту Альфреду Стиглицу. В нем содержалась одна важная для нашей истории строчка:

«Я только что закончила большую работу за очень маленькие деньги!»

Эта работа заключалась в создании «восьмидесяти рисунков для колоды Таро», которая била рекорды продаж в течение следующего столетия и заложила основание для большинства последующих колод. В настоящей книге мы поделимся секретами этой колоды и раскроем магию, которую Памела Колман Смит и Артур Эдвард Уэйт вложили в карты.

5. Письмо Памелы Стиглицу, 1909

Прежде чем перейти к рассмотрению каждой из карт колоды и раскрытию их секретов, мы попытаемся по-новому взглянуть на жизнь Памелы Колман Смит и Артура Эдварда Уэйта, которые вместе создали этот артефакт в 1909 году.

Мы увидим, как визиты Памелы к подругам, известной актрисе Эллен Терри и ее дочери Эдит Крэг, заложили основание для рисунков карт и их тайных значений.

Пикси

1909 был годом окончаний и новых начинаний. Эдвардианской эпохе предстояло официально завершиться в следующем году со смертью короля Эдуарда VII. Постепенно происходили перемены в обществе, изменялось отношение к вопросам равенства классов, и жизнь в некоторых отношениях становилась почти космополитической. Мир ожидали две большие войны, но уже происходило постепенное преодоление некоторых географических и социальных барьеров. Мир преображался. В самом разгаре была борьба женщин за свои права; зарождалось движение суфражисток, которому в следующие годы суждено было стать весьма популярным.

6. Памела Колман Смит в журнале «Критик», 1899

В 1909 году Луи Блерио вошел в историю авиации, осуществив первый перелет через Ла-Манш из Франции в Англию. Позже Блерио представит свой моноплан в лондонском универмаге «Селфриджес», только что открытом на Оксфорд-стрит американским предпринимателем Гарри Гордоном Селфриджем. Увидеть эту диковинку пришло более двенадцати тысяч человек.

Памела, или Пикси (такое прозвище ей дала известная актриса театра Эллен Терри в 1899 году), проживала по адресу № 84, Йорк-Мэншнс, рядом с парком Баттерси. Она крайне нуждалась в деньгах – такая ситуация преследовала ее всю жизнь. Эта обворожительная и миниатюрная «богемная» художница – как она сама себя называла – провела значительную часть 1909 года за работой над колодой карт Таро. Однако в письме, которое она отправила в тот ноябрьский день своему агенту, она на самом деле хотела сообщить не это – она главным образом просила выплатить ей деньги за картину «Луна», нарисованную для некой миссис Бушес. Близилась зима; она написала: «Мне бы хотелось получить хоть какие-то деньги на Рождество».

7. Памела Колман Смит в журнале «Крафтсмен», 1912

Памела всегда с трудом сводила концы с концами. В ее ранних письмах упоминается работа над такими заказами, как расписанные вручную шкатулки (как минимум один образец сохранился в Смоллхит-Плейс, особняке Эллен Терри⁹) и ламповые абажуры. Хотя биографы не считают ее особенно активной в финансовом плане, она одно время держала свой магазин «гравюр и рисунков» в Лондоне. Скорее всего, это дело не увенчалось успехом. Известно, что благодаря своей связи с Эллен Терри и Генри Ирвингом Памела периодически подрабатывала в театральных массовках.

С дочерью Терри, которую звали Эдит (Эди) Крэг, у Памелы завязались очень теплые отношения. Она рисовала очень игривые наброски себя с нею. В Смоллхите есть фотография, на которой Памела запечатлена в компании женщин, одетых в мужское платье и курящих сигареты, и именно к Эди обращена ее улыбка.

На искусство Памелы оказали влияние различные известные художники и иллюстраторы, однако, когда ей пришлось за короткое время выполнить так много иллюстраций для Таро, она рисовала собственную жизнь. Сегодня колоды Таро часто создают иллюстраторы комиксов, поскольку они владеют навыками, необходимыми для создания множества рисунков в разумные сроки. Классическому же художнику, пишущему маслом, на создание семидесяти восьми больших рисунков понадобится очень много времени!

8. «Сэр Пеллеас, благородный рыцарь». Говард Пайл, 1903

Одним из самых ранних источников вдохновения Памелы был Говард Пайл (1853–1911), плодовитый иллюстратор, открывший в 1894 году собственный курс в Институте имени Дрекселя в Филадельфии. В 1898, когда ей было двадцать лет, Памела подала прошение о зачислении на этот курс и познакомилась с Пайлом, который описывал ее как «очень остроумную и интересную», однако для нее не нашлось места. В Таро Уэйта – Смит мы замечаем влияние иллюстраций Пайла к легендам о Короле Артуре и Робине Гуде, к сказкам и пиратским историям.

Жизнь Памелы

Коринн Памела Колман Смит – или Памела Колман Смит, как она больше известна, – родилась в семье американцев Чарльза Эдварда Смита и Коринн Колман Смит в Лондоне, по адресу № 27, Белгрейв-роуд, Пимлико, 16 февраля 1878 года. На троне находилась королева Виктория, а премьер-министром был Бенджамин Дизраэли. Первые десять лет своей жизни Памела провела в Англии. В 1881, когда ей было три года, родители переехали на север. Согласно переписи населения, она жила в Дидсбери, пригороде Манчестера.

Этот быстрорастущий промышленный город был центром движения за эмансипацию женщин. Премьер-министр Дизраэли как-то заметил: «Манчестер задает направление всему миру». Учитывая масштабы влиятельности созданного Памелой Таро, кажется вполне уместным, что годы ее становления прошли именно в этом регионе. Можно даже предположить, что амплуа «ланкаширской девчонки» удачно смотрелось бы среди других ее масок и ролей.

Многие спорят о том, как мог звучать голос Памелы и как она выговаривала слова. Скорее всего, ее учили говорить правильно, ведь она жила во времена «королевского английского». Однако годы становления, проведенные в Северной Англии, где местные жители разговаривали на ланкаширском диалекте, должны были повлиять на ее выговор, независимо от того, как разговаривали ее родители. Ее естественная способность к подражанию могла сослужить ей в детстве добрую службу, и вполне вероятно, что она умела менять акцент в зависимости от ситуации и окружения.

К сожалению, в настоящее время нам мало известно об образовании Памелы. Мы не знаем, был ли у нее частный учитель или же она посещала местную школу либо пансион. Семье Смитов, должно быть, было сложно жить в Англии в тот период. Это все еще была консервативная викторианская эпоха с ее различными видами общественной дискриминации. На иностранцев, в том числе американцев, в Англии, а тем более в Ланкашире, в 1880-е годы смотрели свысока.

Такое отношение очевидно в письме Дж. Б. Йейтса (отца Уильяма Батлера Йейтса и его брата Джека), где он – уже несколько позже, когда Памела выросла, – пишет о ней и ее отце:

Памела Смит и ее отец – забавнейшие люди, самые примитивные американцы, однако они мне очень по душе.

А вот как свою первую встречу с Памелой описал Артур Рэнсом:

Дверь распахнулась, и мы увидели на пороге маленькую полноватую женщину или, скорее, еще девушку. Казалось, что она всю жизнь выглядела одинаково и навсегда останется такой же. На ней были зеленая юбка и небрежно наброшенный оранжевый плащ, обшитый черными кисточками, наподобие тех, что можно увидеть на штанах индейцев. Она поприветствовала нас каким-то повизгиванием. Это было самое странное и причудливое повизгивание, нечто среднее между смешком и вскриком. Я даже застеснялся. Это явно было наигранно, но тем не менее казалось, именно такого приветствия следует ожидать от произнесшего его странного маленького создания, «крестной дочери ведьмы и сестры фей». Она была очень смуглой и, как я уже сказал, полноватой, и когда она улыбалась своей особенно заразительной улыбкой, ее моргающие цыганские глаза как будто вообще исчезали. Сейчас, у двери, это были глаза веселого, возбужденного ребенка, встречающего гостей, которые пришли на его день рождения.

Вероятно, Памела не понаслышке знала, что значит быть изгоем-одиночкой. Единственный ребенок в семье, она сама так и не вышла замуж и не имела собственных детей. Ее отношения с отцом, похоже, были сдержанными и не очень эмоциональными, основанными не на близости, а на приличиях, – хотя для того времени это не было чем-то необычным. На это указывают письма Йейтса, в которых он упоминает, как отец разговаривал с Памелой:

Отец всегда называл ее «мисс Смит», даже если обращался к ней самой.

В биографиях Памелы и ее партнера по созданию колоды, Артура Эдварда Уэйта, были некоторые сходства – от семейных несчастий до обращения в католицизм. Уэйт и Смит достаточно рано потеряли родителей. Мать Памелы умерла на Ямайке в 1896 году, когда девушке было всего 18 лет. Спустя три года, 1 декабря 1899, в Нью-Йорке внезапно скончался ее отец. Но это еще не все. И у Уэйта, и у Смит были американские корни. Уэйт родился в Америке в семье американца и англичанки, но вырос и прожил до самой смерти в Англии. Он всегда держался настоящим английским джентльменом.

Однако на этом сходства двух биографий, пожалуй, и заканчиваются. Родители Памелы вернулись в Америку и в дальнейшем чередовали американскую жизнь с длительными проживаниями в Кингстоне, что на острове Ямайка. В 1888, когда Памеле было десять лет, она с родителями отплыла из Ливерпуля в Нью-Йорк. Они прибыли 17 декабря, как раз вовремя, чтобы провести рождественские праздники со своими американскими родственниками. Путешествия и знакомства с разными культурами повлияли на Памелу. Ее богемная сущность делала ее похожей на бабочку, которую невозможно приковать к обыденному миру. Она как будто более уютно чувствовала себя в своем воображении, чем в какой-либо земной стране.

После этого жизнь Памелы в связи с работой ее отца проходила между Нью-Йорком и Кингстоном.

Существует множество спекуляций насчет весьма экзотической внешности Памелы, какой мы ее видим на фотографиях. Джон Йейтс в уже упомянутом письме заметил, что она, по его мнению, «выглядит совсем как японка». Об этом спорят по сей день, и этим невозможно пренебречь, если посмотреть на фотографии Памелы. В Интернете есть множество суждений о том, что ее мать могла быть ямайкой или же что она вообще не была родной дочерью Смитов.

Тем не менее факты есть факты, и, погружаясь в жизнь Памелы, мы должны решительно их придерживаться. Свидетельство о рождении Памелы однозначно подтверждает, что она является биологическим ребенком Смитов – и ничто, кроме теста ДНК, не может доказать обратного. Все остальное – не более чем спекуляции.

Впервые прибыв в Вест-Индию, юная Колман Смит должна была ощутить резкий контраст с той средой, к которой она привыкла в Англии. Как бы увлекательно это ни было, ей пришлось приспосабливаться, особенно к местному климату!

9. «Наши приключения». Памела Колман Смит, 1902

4 октября 1893 года Памела прибыла из Кингстона в Нью-Йорк на борту парохода «Ален». Ей тогда было пятнадцать лет, и она путешествовала в сопровождении матери, Коринн Смит, которой было сорок пять. Из первоисточников, таких как данные переписей населения и списки пассажиров, ясно, что миссис Смит часто преуменьшала свой возраст, причем не на год-два, а иногда на целых двенадцать лет. Такая же привычка была, например, у Нелли Тернан (1839–1914), любовницы Чарльза Диккенса. Когда Тернан впервые выходила замуж в возрасте 37 лет, она стерла из своей биографии четырнадцать лет. Она говорила своему мужу, что ей всего лишь двадцать три! Поэтому становится любопытно, не могла ли Коринн Смит, помимо возраста, скрывать еще что-то.

10. «Наши приключения». Памела Колман Смит, 1902

Обосновавшись в Нью-Йорке, 23 октября 1893 года Памела поступила в Институт Пратта в Бруклине, девиз которого – «Оставайся верным своей работе, и работа будет верна тебе». Здесь она обучалась техникам, заложившим фундамент ее уникального стиля, благодаря которому через 17 лет появилось Таро Уэйта – Смит. Одним из преподавателей, оказавших влияние на Памелу, был Артур Уэсли Доу. Она оставила Институт Пратта в 1897 году.

С Эллен Терри и Эди Крэг она познакомилась, вероятно, в 1900 году. У Памелы установились особые отношения с Эди: обе любили веселиться и проказничать. В этой компании Памела рисовала групповые карикатуры и портреты их с Эди в образе «бесенят» Пикси и Пака¹⁰. Эти карикатуры Памелы и Эди на самих себя также можно увидеть в созданной ими «Книге веселостей Эллен Пег, или Пеггиной книжке в картинках» (1900).

В 1902 году Памела жила с семьей Дэвисов в лондонском районе Кенсингтон. Дэвисы были родственниками Эллен Терри по мужу и тоже принадлежали к театральному сообществу.

28 января 1909 года Памела одна отправилась в путешествие в Нью-Йорк на борту корабля «Миннетонка», чтобы присутствовать на собственной выставке. Она вернется в Англию 24 мая 1909 года.

Эту дату можно считать началом работы над Таро (нам кажется маловероятным, что она могла приступить раньше), которая продолжалась до ноября. Если предположить, что ей понадобилось несколько дней, чтобы распаковать чемоданы, то получится, что на создание колоды ушло не больше пяти с половиной месяцев.

24 марта 1916 года она подала документы на американский паспорт. В графе «род занятий» было указано «художник и иллюстратор», а датой последнего выезда из США значился апрель 1912. Адресом постоянного проживания был указан дом Карлайл-Плейс в Лондоне. Памеле было тридцать восемь лет, ее рост, согласно прилагавшемуся описанию, составлял 5 футов 4 дюйма¹¹, у нее были «темно-каштановые волосы, карие глаза, широкий нос, округлое лицо, среднего размера лоб и среднее телосложение». Ее гражданство подтверждалось письмами от троих человек, одной из которых была Эллен Терри, проживавшая в то время по адресу № 2, Кингс-роуд, Лондон. Последний факт интересен, поскольку он свидетельствует о том, что Памела, изменившая свой круг друзей к 1913 году из-за обращения в католицизм, спустя три года все еще поддерживала отношения с Терри, причем отношения достаточно близкие, чтобы попросить о подобной услуге.

Памела и «опаловое безмолвие»

Мы знаем о том, какой в тот период у Памелы был любимый напиток, из оставленного Рэнсомом описания устроенной ею вечеринки. Она угощала гостей «опаловым безмолвием», а рецепт этого простого коктейля был примерно такой: в треть стакана красного кларета влить из сифона лимонад. Целью было получить на поверхности напитка красивую розоватую «аметистовую» пенку. Можно добавить лед и кусочек лайма для украшения и пить через соломинку.

Благодаря такой изобретательности дешевого кларета хватало на дольше. Название коктейля, вероятно, придумал У. Б. Йейтс или «AE», то есть Джордж Уильям Расселл (1867–1935)¹². Последний собирался использовать псевдоним «AEON» («Эон»), однако издатель упустил две последние буквы, поэтому он стал AE.

Имя Памелы

«Пикси» и «Пак» – прозвища Памелы и Эди Крэг, которые им, скорее всего, дала Эллен Терри. В 1907 году она подписала свою телеграмму к Мэри Фентон Робертс (1864–1956) просто «Памела Смит». Робертс была ведущим светилом в театральных кругах Нью-Йорка и редактором журнала «Крафтсмен», и Памела договорилась встретиться с ней в январе 1907 года.

Магический девиз Памелы

Девизом Памелы в «Золотой Заре» было Quod Tibi Id Allium (Q.T.I.A.), то есть «Как хочешь, чтобы поступали с тобой», хотя Гилберт полагает, что на самом деле должно быть Quod Tibi Id Aliis. Этот девиз является вариацией фразы из Евангелий от Матфея (7:12) и от Луки (6:31) – так называемого Золотого Правила, согласно которому с другими следует поступать так, как хочешь, чтобы поступали с тобой.

Достижения Памелы в искусстве

Памела была первой женщиной-художницей, удостоившейся выставки в галерее Альфреда Стиглица, и позже Кэтлин Пайн, профессор истории искусства из Университета Нотр-Дам, опишет ее работы как искусство «андрогинной волшебницы, прорицательницы, которая ищет в природе космический, героический голос и находит его». Пайн сравнивает один автопортрет, «Одиннадцатая соната Бетховена – Автопортрет» (1907), с искусством Таро, в котором «медиум ищет и находит видения будущего» и в конечном счете, как видно в «Эскизе для витража» (1908), «перерождается в состоянии духовного просветления».

Пайн также отмечает, что Памела представила себя Стиглицу как визионера, утверждая – как мы увидим в другом месте, – что ее искусство рождается из «подсознательных энергий» ее ума, высвобождаемых музыкой. Пайн называет среди источников вдохновения Памелы Кейт Гринуэй, Уолтера Крейна, Уильяма Блейка и японских граверов, таких как Хокусай. Пайн также предполагает, что ребяческая манера, с которой Памела преподносила себя, создавалась специально, поскольку она привлекала тех, кто искал художника, проникающего в глубины души.

Памела умела быстро, всего несколькими мазками кистью, создавать персонажей, которые действительно напоминали некоторые стили японского искусства. У нее получалось нечто почти дзэнское в своей простоте.

Она вообще рисовала быстро. Подтверждением продуктивности Памелы служит письмо, которое она написала Стиглицу в конце 1907 года. Памела сообщает, что лишь за последнюю неделю она сделала девяносто четыре рисунка, и «почти все из них вполне приемлемы». Спустя два года Уэйт сможет воспользоваться ее навыками скоростного рисования для быстрого создания колоды Таро.

11. «Портрет девочки». Памела Колман Смит, коллекция авторов

12. «Портрет У. Б. Йейтса». Памела Колман Смит, 1901

То, что Памела не придерживалась классических стандартов, ясно из ее работ, ее советов другим художникам и рецензий на ее творчество. В 1903 году в рецензии на новое начинание Памелы, журнал «Зеленый сноп»¹³, говорилось, что ее стиль только выиграл от переезда в Лондон. Ее работа характеризовалась как обладающая «свежестью, спонтанностью, наивным шармом, который всем был обязан природе и практически ничем не был обязан школам».

13. «Листовка». Памела Колман Смит

В этой среде, способствующей «лучшему сохранению ее врожденных наклонностей», она начала совместно с Джеком Б. Йейтсом выпускать газету «Листовка»¹⁴, а в 1903 году издала первый номер своего «Зеленого снопа». Об этом периодическом издании она писала следующее:

Мой «Сноп» невелик… зато он зеленый. Я соберу в своем «Снопе» все молодое и свежее, что только смогу, – рисунки, стихи, баллады о любви и о войне, сказки о пиратах и о море.

В моем «Снопе» вы найдете баллады старого мира. Разве они не вечнозеленые?

Спелые колосья хороши для хлеба, зеленые же колосья – для удовольствия.

Надеюсь, мой «Сноп» посетит ваш дом и понравится вам.

И тогда он будет оставаться свежим и зеленым.

Отмечая, что хотя авторы «Снопа» – люди, «связанные с новым ирландским литературным движением», а также с театром (как, например, Кристофер Сент-Джон), рецензент указывает на то, что «главным автором является сама мисс Смит».

Когда в 1903 году Памела перестала работать над «Листовкой», Джек Йейтс с некоторым сожалением отмечал, что «у нее всегда так много хлопот, что ей никогда не удается сделать раскраску такой, какая бы устраивала ее саму».

13 октября 1941 года Комитет Королевского общества искусств утвердил кандидатуру Памелы на членство в обществе. По роду занятий ее определили как художника, иллюстратора и, что интересно, «рассказчицу ямайских народных сказок». Этот час признания наступил всего за десять лет до ее смерти в 1951 году.

Тайна «Цветочной книги»

В Роттингдине, небольшой деревне на морском побережье, расположенной не так далеко от Уинчелси, в 1882–1898 годах художник Эдвард Берн-Джонс (1833–1898) в периоды отдыха от своей основной работы нарисовал серию из тридцати восьми круглых картинок. Большинство из созданных в Роттингдине рисунков были вдохновлены теми же пейзажами Восточного Суссекса, что и Таро Уэйта – Смит.

В эту серию вошли рисунки, вдохновленные названиями цветов, поэтому жена Берн-Джонса издала их в 1905 году под названием «Цветочная книга» (тиражом всего в 300 экземпляров). В 1909 году, когда создавалось Таро Уэйта – Смит, один экземпляр был приобретен Британским музеем, где его могли видеть Уэйт и Памела, если не видели раньше. Памела не могла не знать об этой книге, поскольку Берн-Джонс оказал заметное влияние на ее творчество.

Как мы увидим при рассмотрении отдельных карт, некоторые картинки из «Цветочной книги», вполне вероятно, вдохновили искусство Памелы. Намерением Берн-Джонса было не нарисовать цветы, а «выжать из них их секрет». Названиями цветов он подписывал мифические, библейские и артурианские рисунки, многие из которых поразительно сильно резонируют с работой Памелы в Таро.

Найти в мире искусства картину, которая была бы «похожа» на работу Памелы, несложно, ведь в искусстве повторяются одни и те же темы. Но когда мы обнаруживаем целый ряд рисунков, выполненных известным Памеле художником и опубликованных до появления ее работ, трудно не увидеть, что они вдохновили ее проект.

14. «Ложный Меркурий». Эдвард Берн-Джонс

В частности, в этом свете мы рассмотрим Двойку Пентаклей и Двойку и Тройку Жезлов, однако здесь мы предлагаем список других возможных соответствий для тех читателей, которые, возможно, захотят провести параллели между картами и названиями растений, проиллюстрированных Берн-Джонсом:

Мажорные карты

• Влюбленные. «Язык гадюки» (Adder’s Tongue, ужовник обыкновенный, Ophioglossum vulgatum)¹⁵

• Отшельник. «Ведьмино дерево» (Witch’s Tree, рябина обыкновенная, Sorbus aucuparia)

• Умеренность. «Божий цветок» (Flower of God, нивяник великолепный, Leucanthemum x superbum); также «Лестница в небо» (Ladder of Heaven, лилия длинноцветковая, Lilium longiflorum)

• Дьявол. «Черный архангел» (Black Archangel, яснотка пурпурная, Lamium purpureum)

• Звезда. «Вифлеемская звезда» (Star of Bethlehem, птицемлечник зонтичный, Ornithogalum umbellatum)

• Башня. «Arbor Tristis»¹⁶ (омела белая, Viscum album)

• Судный День. «Утреннее сияние» (Morning Glories, ипомея фиолетовая, Ipomoea violacea)

• Мир. «Небесная роза» (Rose of Heaven, смолевка небесная роза, Silene coeli-rosa); также «Чудо Мира» (Marvel of the World, шандра обыкновенная, Marrubium vulgare)

15. «Он не идет?». Эдвард Берн-Джонс

Минорные карты

• Туз Чаш. «Золотая Чаша» (Golden Cup, лютик едкий, Ranunculus acris)

• Туз Пентаклей. «Золотые Ворота» (Golden Gate, пеперомия туполистая, Peperomia obtusifolia)

• Туз Жезлов. «Ключ весны» (Key of Spring, первоцвет весенний, Primula officinalis)

• 2 Пентаклей. «Ложный Меркурий» (False Mercury, пролесник многолетний, Mercurialis perennis)

• 2 Жезлов и 3 Жезлов. «Он не идет?» (Comes He Not, амарант хвостатый, Amaranthus caudatus)

• 6 Мечей. «Огненный вереск» (Flame Heath, Astroloma conostephioides)

• 9 Пентаклей. «Любовь в клубке» (Love in a Tangle, селагинелла крючковатая, Selaginella uncinata)

• 9 Мечей. «Проснись, дорогая» (Wake, Dearest; аронник трехлистный, Arum triphyllum)

• 9 Жезлов. «Слезы Елены» (Helen’s Tears, девясил высокий, Inula helenium)

Карты двора

• Рыцарь Пентаклей. «Отвращение Сатурна» (Saturn’s Loathing, тимьян обыкновенный, Thymus vulgaris)

• Рыцарь Мечей. «Награда чести» (Honour’s Prize, лавр благородный, Laurus nobilis)

Секрет театра

Памела была дитя театра. Она даже говорила: «Сцена научила меня почти всему, что я знаю об одежде, действиях и живописных жестах». Она считала, что сцена, наряду с наблюдениями повседневной жизни, – это великая школа для иллюстратора. Как мы увидим в разделе о «музыке Памелы», она также замечала у себя способность видеть музыку в виде образов. В 1908 году она писала: «Между звуком и формой существует более тесная связь, чем мы подозреваем».

Памела знала о театре из личного опыта, а также благодаря знакомству с Ирвингом, Джиллетом, Терри и Эдвардом Гордоном Крэгом¹⁷, внебрачным сыном Эллен Терри. Крэг буквально вырос в театре; он был влиятельным и изобретательным сценографом и написал в 1904 году книгу «Об искусстве театра».

Если взглянуть на совет Памелы по восприятию искусства, основанный на ее личном опыте, сквозь призму нейролингвистического программирования (НЛП), то нам, возможно, удастся смоделировать ее методологию и применить ее на практике. Оказывается, что Памела на самом деле описывает технику, называемую в НЛП «свиш-паттерном», или «паттерном мгновенного переноса». В этой технике используется наша склонность помещать вещи в «уголки» ума.

16. Эдвард Гордон Крэг

Чтобы задействовать этот метод в нашем чтении карт, смоделированном на основе описания Памелой того, как она создавала свое искусство, мы предпримем следующие шаги.

Метод чтения Памелы

Выберите вопрос. Он должен быть максимально лаконичным. Мы будем использовать метод чтения одной карты, однако, попрактиковавшись, вы сможете использовать несколько карт. Перетасуйте колоду, думая о вопросе, и положите ее лицевой стороной вниз – вам надо будет считать верхнюю карту, но не сейчас.

Теперь представьте вопрос в виде текста на большом воображаемом экране. Возможно, будет удобнее, если вы закроете глаза. Подберите для текста оптимальный шрифт и цвет. Прочитайте его несколько раз про себя. Если вы не «визуал», просто представьте, что эти слова существуют или что вы их слышите. Если хотите, вы можете их просто «почувствовать». Главное – чтобы в вашем уме возникло некое отчетливое представление.

Закройте глаза, если вы не сделали этого раньше, и выполните глубокий вдох. При этом «сожмите» ваш воображаемый текст в нижнем левом углу экрана. Должен получиться маленький блок, размером с курсор, в котором невозможно разобрать текст.

Теперь откройте глаза и переверните карту.

Увидев карту, представьте, как текст в вашем уме возвращается к прежнему размеру. Памела говорит: «Верните его… и рассмотрите свою работу на его фоне». Мысленно поставьте изображение перед текстом, как если бы текст был водяным знаком или просвечивался сквозь карту.

Позвольте всплыть чувствам, отвечающим на вопрос. Может быть, вам ничего не придет на сознательном уровне, но со временем появятся ответы, решения или сны-подсказки. Часто этот процесс происходит совершенно бессознательно, черпая из того самого глубокого кладезя, который был источником искусства Памелы.

Вот еще некоторые соображения, которые Памела считала важными для своего искусства и которые можно принять во внимание при чтении колоды Уэйта – Смит:

1. Поза. Памела говорит: «Сначала обратите внимание на простые формы радости, страха, грусти; посмотрите на общую позу тела, затем на лицо».

2. Одежда. Не столько даже сама одежда, сколько то, как она надета: «Посмотрите на одежду, головной убор, накидку, доспехи, пояс, меч, кинжал, кольца, обувь, украшения. Обратите внимание на то, как покачивается накидка, когда человек идет, как задействуются руки. Попробуйте определить, правильно ли подобрана одежда и правильно ли ее носят. Актер должен уметь показывать изображаемую им эпоху тем, как он носит одежду, а также тем, как он держит руки, голову и ноги».

3. Обращайте внимание на любую чрезмерность. Памела считала, что «фальшивой и нереальной» может быть не только сцена, но и иллюстрация. По тому, что она преувеличила в изображении, мы можем догадаться, какие она хотела вызвать у нас чувства. Она говорила: «Главное – чувствуйте всё! И сделайте так, чтобы каждый, кто посмотрит на ваш рисунок, тоже чувствовал это!»

Если, например, применить эти простые наблюдения к 9 Чаш, то можно увидеть, что актер принял чрезмерно широкую сидячую позу. Если самому сесть так, можно сразу почувствовать ее наигранность и претенциозность. Руки свободно скрещены, ноги широко расставлены, правая немного впереди, носки смотрят в разные стороны. Можно даже подумать, что вы вот-вот пуститесь в гопак – танец украинских казаков.

Этот персонаж явно «раздут» и напыщен. Однако он что-то защищает; это также можно почувствовать по его языку тела. Это, вместе со связью с Фальстафом, о которой мы поговорим позже, значительно углубляет смысл карты при чтении.

17. 9 Чаш

Весь мир – театр

Связь между театральной традицией и искусством Памелы продолжила развиваться в других колодах, основанных на театре и других источниках вдохновения Памелы, – например, в «Таро Уильяма Блейка» (автор Эд Берин). Существует по меньшей мере четыре колоды Таро на шекспировскую тематику:

• I Tarocchi di Giulietta e Romeo: автор Луиджи Скапини (также известно как Таро Шекспира и Таро Ромео и Джульетты).

• Шекспировское Таро: идея Долорес Эшкрофт-Новицки; художник Пол Харди.

• Оракул Шекспира: идея А. Бронвин Ллуэлин; художник Синтия фон Бюлер.

• Русское Таро Шекспира: автор Вера Склярова.

В некоторых из этих колод приводятся соответствия между картами и шекспировскими героями и цитатами. В «Оракуле Шекспира» мы находим¹⁸:

В другой главе мы приводим альтернативные варианты, поскольку понимание драматической природы этих героев может углубить актуальность их проекции на наши повседневные драмы.

Трудовая деятельность Памелы

Поскольку Памела выбрала для себя жизнь богемной художницы, ее трудовая деятельность была лишена какого-либо планирования и упорядоченности. Кроме того, она, по-видимому, уделяла недостаточно внимания своим финансам. В своих письмах Памела постоянно жалуется на нехватку денег и на то, как мало она получила от своих издателей или коллег. Очевидно, у нее всегда было много малоприбыльных проектов, которые помогали хоть как-то сводить концы с концами. Среди ее услуг, рекламируемых на последних страницах журнала «Зеленый сноп», были изготовление кружев, обучение ручной раскраске, рисование портретов и рассказывание историй.

По-видимому, ее юмор, непочтительность к авторитетам и наигранно-ребяческий характер помешали развитию ее художественной карьеры. Она описывала У. Б. Йейтса не с благоговением, с которым некоторые к нему относились, а как «выпивоху». Отзыв Памелы о пьесе Йейтса и Флоренс Фарр «Темные воды» также подтверждает ее ребячество: из-за странно подобранных голосов для хора моряков ей пришлось почти все время «смеяться в платок». После таких ее формулировок, как «было так здорово и нам всем очень понравилось» или «всем прям очень-очень приглянулась его цветастая поэзия», возникает подозрение, что она намеренно остановила свое взросление.

В газете «Пэлл-Мэлл газетт» от 28 ноября 1899 года публиковались отзывы на детские рождественские книжки, среди которых была короткая рецензия на книгу для «старших детей» «У камина»¹⁹. Восхищаясь рассказами мистера Макмануса, рецензент отмечает: «Сомневаюсь, что гротескные рисунки мисс Памелы Колман Смит повышают привлекательность книги, однако фантазия, проявленная на иллюстрации фронтисписа, доказывает, что кое-какие способности у нее все же есть».

Памела также рисовала афиши, наподобие тех, которые были замечены на проводившейся в Грантеме Выставке промышленного и изобразительного искусства, о чем сообщалось в журнале «Грантем джорнэл» от 25 января 1902 года. Ее афиша с анонсом драматического представления театра «Лицеум» на борту парохода «Меномини» во время возвращения из тура вызывала особое восхищение, поскольку на ней, помимо портрета Ирвинга, были подписи Ирвинга и Терри.

Нам также известно, что в 1915 году Памела изготовила афишу для Фонда помощи полякам, пострадавшим от Первой мировой войны. Если Памела действительно дружила с Лоранс Альма-Тадемой (1865–1940)²⁰, секретарем Фонда, то, вероятно, она разделяла чувства, выраженные в ее стихотворении:

 
Если никто не женится на мне, —
А я не вижу, зачем кому-то это надо,
Ведь няня говорит, что я некрасива,
Да и доброй я редко бываю, —
Если никто не женится на мне,
Я не сильно огорчусь;
Я куплю себе белочку
И маленькую кроличью клетку.
У меня будет домик рядом с лесом
И свой пони,
И маленький ручной ягненок,
С которым я смогу ходить в город.
А когда я стану действительно старой —
В двадцать восемь или двадцать девять, —
Я удочерю маленькую сиротку
И воспитаю ее, как родную.
 

18. Памела Колман Смит в журнале «Лэмп», 1903

Альма-Тадема читала лекции о секрете счастья, в которых она говорила, что счастье достигается благодаря «тяжелой работе, самоконтролю и развитию собственных способностей до предела». Интересно, разделяла ли Памела эти критерии счастья.

Как и Памела, Альма-Тадема не вышла замуж. Она жила в Уиттерсгеме, в большом особняке Фэйр-Хейвен, который окрестила «Домом счастливых часов». Там она музицировала и ставила пьесы. Любопытно, что Уиттерсгем расположен менее чем в трех милях к югу от Смоллхит-Плейс.

Памела занималась благотворительностью и несколько раз участвовала в акциях в поддержку прав женщин. В газете «Шеффилд дейли телеграф» от 9 декабря 1903 года сообщалось о предстоящей рождественской «ярмарке Ганса Христиана Андерсена», организованной в Лондоне княгиней Долгорукой²¹ в поддержку женской организации «Гильдия служения девичьего мира»²². На этой ярмарке должна была присутствовать мисс Памела Колман Смит, которая «успела завоевать репутацию своими причудливыми вест-индийскими историями в стиле Братца Кролика» и от которой «придут в восторг все дети посетителей».

В нью-йоркской газете «Бруклин дейли игл» от 1 ноября 1904 года была опубликована статья «Обаятельное колдовство в лондонских гостиных», в которой Памела Коулман Смит (искажение имени, с которым часто сталкивалась Памела) превозносилась как виртуозная рассказчица ямайских сказок и странных историй. В этой статье Памелу называют «писательницей, художницей, дизайнером, почти актрисой, мистиком, а теперь и артисткой развлекательного жанра».

В 1907 году Памела в письме Стиглицу сообщала, что ей удалось продать все присланные им платинотипии за 35 долларов «матери миссис Ланс». В этом письме ярко выражено ее деловое и организационное чутье – или, скорее, его отсутствие, – как и, вероятно, ее недостаточная уверенность. Она просит Стиглица вычесть из 35 долларов «его часть». Ее также волновала и смущала литература, которую ей прислали с Филадельфийской выставки, где, вероятно, было представлено ее портфолио. Она спрашивала Стиглица, были ли ее работы выставлены на всеобщее обозрение и «кричали ли люди от восторга или просто смотрели с презрением». Попутно она просила прислать ей копию чего-то, что она потеряла. Далее она пишет, что делает «много всего» для журнала «Геральд». Это ее письмо, как и большинство других, кажется оживленным, но хаотичным.

Раньше в том же году она писала ему, возвращаясь из путешествия на пароходе «Миннегага», чтобы поблагодарить за его «доброту и интерес к ее работе» и сообщить, что она отправила ему свою работу «Хашвуд», а свою предыдущую работу «Вера» она предпочла бы назвать «Триумфом веры».

В 1912 году в газете «Кент энд Суссекс курьер» от 31 мая рассказывалось о концерте мисс Джин Стерлинг Маккинли, которой ассистировала «мисс Памела Колман Смит, рассказывающая увлекательные ямайские народные сказки». Маккинли (вероятно, вместе с Памелой) выступала в Истборне и на специальных утренних сеансах мадам Павловой в Дворцовом театре Лондона летом 1912 года. Весной того же года состоялась выставка работ Памелы в Нью-Йорке, а в 1913 году – в бельгийском Генте.

19. Письмо Памелы Стиглицу, 1907

Пенсы Памелы

У нас имеется лишь одно упоминание об оплате, полученной Памелой за ее работу, которое содержится в письме ее агенту и промоутеру Стиглицу. Она писала, что получила «очень мало денег» за «большую работу». Она закончила ту работу буквально за несколько недель до того, как британское правительство ввело в действие Закон о заработной плате 1909 года, гарантировавший всем работникам минимальную заработную плату. К сожалению, ничто не говорит о том, что этот закон действительно соблюдался до начавшейся через пять лет Первой мировой войны.

Среднее жалованье в то время составляло три шиллинга в день, но Памела, похоже, получала еще меньше, потому что после завершения работы она все еще нуждалась в «деньгах на Рождество». Если во время работы над колодой она жила у Эллен Терри, подрабатывая няней или личной помощницей либо возмещая свое содержание работой по дому, то, в переводе на сегодняшние деньги, за весь проект она должна была получить чуть меньше 700 фунтов.

Издательство «Уильям Райдер и сын» продавало колоду по 5 шиллингов (без стоимости пересылки).

Памела и Шерлок Холмс

На берегах реки Коннектикут, в Ист-Хэддаме, выше паромной переправы, стоит замок. Его построил в 1919 году Уильям Джиллет (1853–1937), один из величайших американских актеров того времени, прославившийся своим исполнением роли Шерлока Холмса. Через семью Хукеров он был связан с родителями Памелы. То ли Памела давно знала об этой связи, то ли познакомилась с Джиллетом благодаря общим театральным контактам, но в 1900 году она создала несколько иллюстраций для его книги воспоминаний.

20. Картина Памелы Колман Смит в замке Джиллета

Кстати, в истории Шерлока Холмса есть и другие интересные факты, пересекающиеся с магией. Знаменитую «шляпу охотника за оленями» и трубку придумал не Конан Дойл, а иллюстратор оригинальных изданий его книг Сидни Пэджет (1860–1908). Джиллет использовал их в своей роли, создав тем самым канонический образ героя. Пэджет состоял в «Золотой Заре» и дружил с Флоренс Фарр, еще одним выдающимся членом этого ордена. Он даже исполнил роль Царя Египта в пьесе Флоренс Фарр «Возлюбленный Хатхор».

На этом интересные переплетения не заканчиваются. Дойл (который в 1898 году подумывал о вступлении в «Золотую Зарю») изначально предложил роль Шерлока Холмса Генри Ирвингу, но затем отдал ее Джиллету, хотя Ирвинг хотел играть и Холмса, и его заклятого врага Мориарти.

Но главный сюрприз, к которому ведут все эти связи, можно обнаружить в замке Джиллета – на его стенах сегодня можно увидеть несколько выполненных Памелой оригинальных портретов, которые собрал сам Джиллет. Мы воспроизводим один из них с любезного разрешения смотрителя.

Вдали от Сада Счастья: Памела и «Золотая Заря»

Судя по всему, участие Памелы в «Золотой Заре» было весьма поверхностным. Она присоединилась к ордену, вероятно, 2 ноября 1901 года, а в 1904 году все еще была в степени Ревнителя. Хотя до настоящего времени точная дата ее инициации не была известна, мы, благодаря доступу к списку членов «Золотой Зари», можем сравнить имя человека, вместе с которым она могла быть инициирована, с данными переписи населения, где мы обнаруживаем, что Этель П. Ф. Фрайер-Фортеск в 1901 году действительно проживала по тому же лондонскому адресу, что и Памела: № 14, Милберн-гроув.

Таким образом, очень вероятно, что они были посвящены вместе, когда Этель было 35, а Памеле 23. Это могла быть та самая «миссис Фортеск», вместе с которой Памела в 1904 году открыла магазин гравюр, картин и книг.

Этель принадлежала к семейству Дэвисов. Ее мать, Эллен Дэвис, в то время была 72-летней вдовой. По их адресу проживало пять человек, не считая одного слуги; именно здесь была прописана и Памела, хотя в их распоряжении также были комнаты в соседнем доме № 13, где Рэнсом как раз и посещал устраиваемые Памелой собрания.

В списке членов дата указана напротив Александра Дэвидсона-Гордона, врача, выбравшего себе имя Lux e Tenebris («Свет во тьме»). Таким образом, они могли быть посвящены втроем – кандидатов часто посвящали небольшими группами. Если это так, то это произошло в странную субботу, когда центр Лондона был окутан «черным туманом», который даже проникал в театры и концертные залы, затемняя сцену. В одном сообщении даже рассказывалось, как богатых людей провожали домой мальчики с фонарями, что придавало городу причудливую средневековую атмосферу. Поэтому в выбранном Дэвидсоном-Гордоном в ту ночь девизе «свет во тьме» можно усмотреть легкую иронию.

21. Список членов «Золотой Зари»

Итак, Памела должна была пройти ритуал Неофита и, вероятно, ритуал Ревнителя, в котором раскрывается немало эзотерических символов.

Один из таких символов отражен в том, что она должна была войти в Зал связанной и с завязанными глазами, и этот мотив можно увидеть в колоде – в частности, в 2 и 8 Мечей. Ее посвятители должны были произнести:

Тройное вервие, опоясывавшее тебя, символизирует тройные оковы Смертности, известной среди Посвященных как земная или материальная предрасположенность, которая привязала душу-странницу к узкому пространству. Повязка на глазах символизирует Тьму, Неведение и Смертность, скрывшие от человека Счастье и Красоту, которые когда-то видели его глаза.

Алтарь, черная и белая колонны, неугасимые светильники – все это должно было запечатлеться в ее сознании во время инициации.

При официальном посвящении в степень Ревнителя ей должны были открыть новые мистерии. Одна из них – мистерия радуги: три нижних пути Древа Жизни соответствуют еврейскому слову QShTh, «радуга». Ей должны были сказать:

Три Портала, которые ты видишь на Востоке, – это Врата Путей, ведущих к следующим Степеням, вместе с которыми Неофит и Ревнитель образуют первый и низший Орден нашего Братства. Кроме того, это Пути, соединяющие Десятую Сефиру Малкут с другими Сефирот. Буквы Тау, Коф и Шин образуют слово Кешет – «Дуга», отражение Радуги Завета, изгибающейся над Землей, но также над Престолом Божьим.

То, что она не продвинулась дальше этой степени до различных расколов, которые впоследствии привели к развалу Ордена, вероятно, можно объяснить ее естественной предрасположенностью к интуитивному искусству, а не к интеллектуальному обучению.

22. Имя Памелы в списке членов «Золотой Зари»

Кандидатам на этом этапе читали различные лекции, но у нас нет никаких свидетельств о том, что Памела усвоила эти материалы и перешла к более сложным. Однако она должна была запомнить опыт и уроки посвятительных церемоний, которые действенны даже для тех, у кого нет интуитивного таланта.

Среди материалов, которые она должна была получить, – начальное описание Древа Жизни (и его диаграмма), основы астрологии и алхимии и, что самое важное, во второй лекции Ревнителя она должна была впервые познакомиться с Таро:

Традиционное Таро представляет собой колоду из 78 карт, включающую четыре масти по 14 карт, а также 22 Козыря, или Мажорных Аркана, которые рассказывают историю Души.

Каждая масть включает 10 номерных карт, как и в современных игральных картах, однако карт двора четыре: Король (или Рыцарь), Королева, Принц (или Император) и Принцесса (или Валет).²³

Вот четыре масти:

1. Жезлы, или Скипетры, соответствующие Бубнам.

2. Чаши, или Кубки, соответствующие Червам.

3. Мечи, соответствующие Пикам.

4. Пентакли, или Монеты, соответствующие Трефам.

Мы можем лишь с удивлением отметить, что этот краткий текст мог быть для Памелы единственным формальным уроком Таро, однако пятью годами позже она всего за пять месяцев создаст самую популярную и чаще всего имитируемую колоду Таро в мире.

Посвященный степени Ревнителя получает мистический титул Periclinus de Faustis, который «означает, что на этой Земле ты странствуешь в пустыне, вдали от Сада Счастья». Возможно, именно к этому саду Памела всегда стремилась.

Колода «Сола-Буска»

«Сола-Буска» – это самая ранняя известная полная колода Таро, которая до недавнего времени принадлежала семейству Сола-Буска. В 2009 году итальянское Министерство наследия и культуры выкупило ее у наследников семейства и передало галерее «Пинакотека Брера», где она доступна для ознакомления и изучения. В конце 2012 года авторы настоящей книги посетили выставку, на которой была представлена эта колода. Мы как бы шли по следам Уэйта и Памелы, которые столетием ранее, в 1907 году, вероятно, посетили выставку фотографий этих самых карт в Британском музее. Черно-белые фотографии всей колоды были выставлены рядом с двадцатью тремя оригинальными гравюрами, приобретенными музеем еще в 1845 году.

Сходство некоторых рисунков из колоды «Сола-Буска» с Таро в исполнении Памелы было впервые отмечено Гертрудой Моукли и задокументировано Стюартом Капланом в третьем томе его «Энциклопедии Таро» (1990).

Согласно последним исследованиям, оригинальные карты были нарисованы в 1491 году в Венеции Никола ди Маэстро Антонио д’Анконой. Таким образом, душа, вдохновившая колоду Уэйта и Смит, и некоторые элементы дизайна – родом из Венеции. Это особенно заметно в некоторых картах (см. ниже), а также в алхимическом символизме.

Уэйт должен был очень хорошо разбираться в алхимическом символизме карт, однако Памела имела об этом лишь самое общее представление (см. 7 Чаш).

Снаффлз и другие: влияние Памелы Колман Смит на современное Таро

То, что Памела изобразила рядом с Королевой Жезлов кота Снаффлза (как мы увидим позже), задает важное направление для поиска источников вдохновения других рисунков колоды. Этот символ – черный кот – был впервые изображен Памелой и безоговорочно воспроизводился в большинстве колод-клонов. Секрет символа прост: при рисовании Королевы Жезлов моделями Памеле послужили Эди Крэг, кресло в Смоллхит-Плейс, подсолнух с огорода, шест из решетки для вьющихся растений, которую они строили, и Снаффлз.

Скорее всего, ее единственным эзотерическим источником в то время была «Книга Т» либо части этого манускрипта «Золотой Зари», данные или рассказанные ей Уэйтом. Королева Жезлов описывается там следующим образом:

Королева Престолов Пламени. Королева в короне с длинными рыжевато-золотыми волосами восседает на троне, под которым горит устойчивое пламя. На ней корсет и высокие ботинки из чешуи. Ее руки почти полностью обнажены. На груди и ботинках – крылатые головы леопарда. Таким же символом увенчана ее корона. Рядом с ней лежит леопард, на которого она положила руки. Она держит очень длинный жезл с тяжелым коническим набалдашником. Лицо красивое и решительное.

На версии этой карты, которая, вероятно, была нарисована Мойной Мазерс, мы видим, что у ног Королевы Жезлов действительно находится леопард, но она не касается его руками. Вероятно, дело в том, что текст был написан не художником (скорее всего, Макгрегором Мазерсом), и при попытке изобразить сидячую фигуру с длинным жезлом в руке, которая бы одновременно положила обе руки на лежащее рядом животное, возникает композиционная проблема. Кошачья морда украшает ее «грудь и ботинки» и корону.

Памела взяла это (или похожее) описание и изобразила в качестве Королевы Жезлов Эди Крэг, а леопарда – который, вероятно, не вписывался в ее колоду – заменил Снаффлз. Подобное искажение и изменение оригинальных соответствий «Золотой Зари» можно наблюдать во всей колоде. Например, вместо четырех животных, которые должны выползать из Чаш на картах двора (черепаха, змея, рак и краб), она изобразила лишь рыбу у Пажа Чаш.

Когда кот из мешка, так сказать, оказался на рисунке, он стал чуть ли не священным символом колоды. Разные авторы интерпретировали его в ретроспективе; например, Иден Грей рассматривала кота как «зловещий аспект Венеры» – это сопоставление не объяснялось, однако его повторяли многие другие. Кота также отождествляли с предрассудками, внутренней природой самой Королевы, проводником, хранителем, символом оккультизма и многим другим. В «Феминистском Таро» кошка вписывается в отождествление Королевы с «Охотницей Дианой, защитницей ее сестер, мстящей их врагам».

Это не значит, что символ кота нельзя интерпретировать при чтении карт в том или ином контексте или что он не должен появляться на будущих колодах, подражающих Таро Уэйта – Смит! Мы всего лишь пытаемся проследить происхождение и эволюцию символа в развивающейся традиции. Мы уверены, что память о Снаффлзе будет жить вечно. И думаем, он был бы очень польщен тем, что заменил леопарда.

Теперь же мы рассмотрим несколько карт из современной колоды, удивительно живого и уникального Таро «Цыганский Дворец», чтобы увидеть, как работа Памелы вдохновила многие современные колоды и стала для них своего рода отправной точкой. Такой анализ можно применить ко многим из тысяч современных колод.

Таро «Цыганский Дворец»

Таро «Цыганский Дворец» опубликовала в 2013 году венгерская художница Нора Хуска. Хотя колода обращается к традиционным корням, нам бы хотелось выбрать несколько карт, чтобы продемонстрировать наследие дизайна и искусства Памелы. Этот процесс можно повторить для любой колоды, вышедшей после 1909 года, показав влияние (или его отсутствие) дизайна Памелы и намерений Уэйта на Таро последовавшего столетия.

Маг, например, зеркально отражает позу Мага Памелы. Одна его рука поднята вверх, а другая опущена вниз, разделяя таким образом карту по диагонали. Нора говорит об этом образе: «Его особая сила основана на соединении мимолетной земли и вечного неба».

Однако жезл уэйт-смитовского Мага здесь превратился в кость, обращенную к земле, что противоположно поднятому вверх жезлу Памелы. Маг «Цыганского Дворца» – профанный, тогда как Маг Памелы сакрален. Эта перевернутость образа превращает герметического Мага Памелы в красочного шамана, но оба они находятся между мирами.

23 и 24. 9 Пентаклей и Маг, Таро «Цыганский Дворец». Автор Нора Хуска

Интересно, что на изображении Норы присутствует черный кот, убегающий за завесу. Думаем, Снаффлз посмеялся бы вместе с нами.

На Девятке Пентаклей женская фигура держит на руке птицу, как и в колоде Уэйта – Смит. Рисунок здесь несколько свободный, однако связь прослеживается. Мы видим здесь символ, который перешел из колоды «Сола-Буска» через Памелу Колман Смит в современные колоды.

Колода Уэйта – Смит в современной культуре

От «голливудских» декораций в туре «Re-Invention» Мадонны (2004) до появления вместе с созданной под заказ Фергюсом Холлом колодой в фильме о Джеймсе Бонде «Живи и дай умереть» (реж. Гай Хэмилтон, 1973) – Таро Уэйта и Смит всегда можно легко узнать. В фильме о Бонде используются карты, изготовленные специально для съемок, с цифрами «007» на рубашке. Следовательно, Солитер достаточно было перевернуть карты, чтобы увидеть номер агента Бонда!

Еще один удивительный пример иконографии колоды в популярной культуре – это видеоклип на песню Розанны Кэш «The Wheel» (Sony BMG, 1993), в котором изображены «живые» версии более чем двадцати карт из Таро Уэйта – Смит.

Поздняя жизнь и религия Памелы

Одно из последних примечательных письменных свидетельств, которые у нас имеются о жизни Памелы сразу после ее обращения в католицизм, содержится в письме Лили Йейтс (сестры Джека и У. Б. Йейтсов) ее отцу Джону Б. Йейтсу за 1913 год. Лили сообщает, что перемена существенно изменила социальный круг Памелы:

Пикси все так же очаровательна, и у нее есть квартира с большими комнатами возле вокзала Виктория с черными стенами и оранжевыми шторами. Теперь она ярая благочестивая католичка, что сделало ее более счастливой, но сократило число ее друзей. Теперь у нее скучнейшие друзья, выбранные только потому, что они католики, – полуобразованные люди, которые в профиле хотят увидеть оба глаза. Каждую субботу она ходит к исповеди – хотя в неделю моего визита она сделала исключение: она не могла вспомнить никаких прегрешений; по-видимому, я оказала на нее благочестивое влияние.

25. Памела Колман Смит в журнале «Крафтсмен», 1912

Заключение

Памела была любопытным созданием, одной из последних представительниц Богемы, одной из последних участниц Движения искусств и ремесел, но впоследствии, судя по всему, она оставила людей и искусство в пользу уединения и религии.

Однако о ее поздней жизни известно так мало, что мы можем лишь сделать некоторые предположения на основе свидетельств о ее смерти. Ее история неполна, однако созданное ею Таро – ее самое полное наследие, картина души и истинных желаний сердца.

Хронология: (Коринн) Памела (Мэри) Колман Смит

Хотя интересы Памелы во многом пересекаются с ее трудовой деятельностью, мы выделили в ее жизни пять этапов – ради простоты и для того, чтобы отметить наиболее интересные для нас периоды. Полная биографическая хронология сейчас создается в Интернете на основе оригинальных источников.

Детство и начало взрослой жизни (1878–1899)

Театральная и художественная жизнь (1900–1909)

Годы Таро (1909–1910)

После Таро и католическая жизнь (1909–1918)

Поздняя жизнь (1918–1951)

1878 16 февраля – родилась на Белгрейв-роуд, Пимлико, Лондон, Англия. Родители: Чарльз Эдвард Смит и Коринн Колман (граждане США).

1881 В воскресенье, 3 апреля, состоялась британская перепись населения. Коринн Памела (три года) проживает по адресу «Оукхерст», Филден-Парк, Дидсбери, Манчестер, Англия, с родителями – Чарльзом Эдвардом Смитом (торговцем) и Коринн Колман Смит. Родители – уроженцы Нью-Йорка и Бостона соответственно. Дидсбери, пригород Манчестера, в то время был популярным среди торговцев районом.

1888 17 декабря семья Смит переезжает в Нью-Йорк, прибыв из Ливерпуля на пассажирском судне «Этрурия». Памеле почти одиннадцать; ее отцу, Чарльзу Эдварду Смиту, – сорок три; Коринн Колман – (предположительно) сорок два.

1893 4 октября Памела с матерью прибывает в Нью-Йорк из Кингстона (Вест-Индия).

1895 30 октября семнадцатилетняя Памела опять прибывает в Нью-Йорк из Кингстона на пассажирском судне «Аллегани» в сопровождении матери, возраст которой указан как всего лишь тридцать восемь лет. Ни у кого из них род занятий не указан. Цель приезда у обеих указана как «временное пребывание» для путешествия.

1896 Мать Памелы, Коринн Колман Смит, умирает в Кингстоне.

1897 10 марта Памела прибывает в Нью-Йорк из Сатуна (Вест-Индия) на пассажирском лайнере «Аллегани», в сопровождении отца.

1899 В декабре отец Памелы неожиданно умирает в Нью-Йорке.

1901 Британская перепись населения: № 14, Милборн-гроув, Саут- Кенсингтон, Лондон; возраст 23 года. Памела записана как «гость» в доме семьи Дэвис. Из дома на Милборн-гроув она рассылала свою совместную с Джеком Йейтсом «Листовку».

1904 Памела проживает по адресу № 3, Парк-Мэншнз-Аркейд, Найтсбридж, Лондон. Реклама услуг Памелы по ручной раскраске и т. п. в последнем издании «Зеленого снопа», № 13.

1906 2 октября Памела прибывает в Нью-Йорк из Лондона (отбыла 22 сентября) на борту пассажирского судна «Месаба».

1908 Памела проживает по адресу № 84, Йорк-Мэншнз, Принс-оф-Уэлс- роуд, Лондон, Англия (согласно реестру избирателей).

1909 28 января Памела отбывает из Лондона в Нью-Йорк на пассажирском судне «Миннетонка». Она путешествует первым классом.

24 мая Памела прибывает в Лондон на пассажирском судне «Минневаска»; она путешествовала первым классом. В нью- йоркской галерее Стиглица состоялась выставка ее работ.

В Лондоне она опять проживает по адресу № 84, Йорк-Мэншнз, Принс-оф-Уэлс-роуд. Однако летом она навещает Эллен Терри в Смоллхите, о чем свидетельствуют фотографии и эскизы.

1910 Памела знакомится с композитором Клодом Дебюсси (1862–1918).

1911 По-прежнему живет в Йорк-Мэншнс. Обращается в католицизм.

1913 Иллюстрации для «Русского балета» Эллен Терри, а также для «Синей Бороды».

1914 Иллюстрации для «Книги дружелюбных великанов» Юнис Фуллер. Последняя запись в ее личной книге посетителей, что говорит о том, что ее перестали беспокоить люди.

1918 Переезжает в Парк-Гарленд на мысе Лизард, самой южной точке острова Великобритания. Это большой дом, от которого пешком можно добраться до нескольких пляжей. Тогда же женщины старше 30 лет получили в Великобритании право голоса, что стало большим шагом вперед в борьбе за равенство прав.

1926 Иллюстрации для «Семьи Синклеров» Эдит Литтлтон. Нам пока не удалось найти никакой дополнительной информации об этой книге или о двенадцати иллюстрациях, которые Памела создала для нее.

1942 Переезжает в Бенкулен-Хаус в Бьюде. Несколькими годами ранее это домовладение рекламировало услуги преподобного Дж. Оллсопа, который «занимается с умственно отсталыми или болезненными мальчиками. Родители рекомендуют».

1951 Памела умирает 18 сентября. В Национальном реестре завещаний записано следующее: «Коринн Памела Мэри Колман (№ 2, Бенкулен- Хаус, Бьюд, Корнуолл) скончалась 18 сентября 1951 года. Завещание освидетельствовано в Бодмине 13 ноября адвокатами Джорджем Лайонсом Эндрю и Ричардом Хью Стадли Джонсом. Состояние: 1048 фунтов, 4 шиллинга и 5 пенсов». Стюарт Каплан пишет, что Памела оставила свои деньги другу.

Глава третья
Ученый муж – Артур Эдвард Уэйт

Практика живописи среди женщин развивалась неуклюже; она остается плохим подражанием Природе, хотя могла бы стать великим искусством.

А. Э. Уэйт, 1907

Когда Памела отправила свое письмо о завершении работы над колодой, Артуру Эдварду Уэйту (1857–1942) только-только исполнилось пятьдесят три года. В то время он жил в Лондоне по адресу № 31 Саут-Илинг-роуд, относительно недалеко от места прописки Памелы. Когда в том году Памела находилась в Лондоне, а не у Эллен Терри в Смоллхите, они могли встречаться без особых трудностей. Как часто они встречались и насколько продолжительными были их встречи, мы не знаем, но нам кажется, что виделись они не очень часто, хотя Уэйт и утверждал, что некоторые картинки ему приходилось «разжевывать» Памеле. Они могли общаться по телефону; нам известно, что у Памелы в Йорк-Мэншнс был телефонный номер «Metropolitan Midland Southern 276». В более поздних сочинениях и мемуарах Уэйта она не предстает как доверенное лицо или друг. Он описывает ее такой, какой ее видели окружающие, без каких-либо личных подробностей.

За год до создания Таро Уэйт стал все больше разочаровываться в том, что он называл «псевдооккультной стороной вещей» (ТСМ, 172). Несмотря на это, он продолжал писать для журнала «Оккалт ревью»²⁴. Он много писал о мистериях Грааля и артурианских легендах, в которых он видел не исторические хроники, а тайную мистическую традицию. Для него Король Артур не принадлежал «ни к этому миру, ни к тому, который идет непосредственно за ним. Это чистый Роман, который правдивее, чем история, потому что он относится к вечному духу вещей».

Его ум также обращался к франкмасонству и его мистериям в поиске тайного святилища, обряда или мистерии, превосходящих те, которые были изобретены воспитанниками «Лож и Таверн в округе Ковент-Гардена и Флит-стрит в начале георгианской эпохи» (ТСМ, 176). Подобные мысли обретали форму в этот период и были опубликованы в книге «Тайная традиция во франкмасонстве» в 1911 году, через год после издания Таро.

Когда у него возникла идея о создании Таро, Уэйт был погружен в легенды о Граале и франкмасонство. Он также работал над новой версией своего сочинения о гримуарах (книгах магических заклинаний) для издательства «Райдер». На это его воодушевлял Ральф Ширли (1865–1946), который, судя по всему, был с Уэйтом в хороших отношениях. Ширли основал «Оккалт ревью» в 1905 году и издавал еще два журнала – астрологический «Гороскоп» и спиритуалистический «Лайт». Возможно даже, что именно Ширли предложил создать колоду – ведь Уэйт достаточно пренебрежительно относился к этой работе, – а Памела была привлечена исключительно для выполнения иллюстраций. Конечно, Уэйт мог видеть работы Памелы и подумать: «Это вполне подойдет для колоды», – или же предложение поступило от самой Памелы.

В то время Уэйт жил с женой и дочерью в доме под названием Сидмут-Лодж, расположенном в Илинге, всего в восьми милях от Памелы, «к северу от реки» (Темзы). Это здание впоследствии было снесено, но нам удалось найти его фотографию. Заполненная Уэйтом анкета переписи населения свидетельствует о том, что он преподносил себя как «секретаря публичных компаний», хотя внизу было добавлено: «В настоящее время не занят». Он также указывал, что его «отец – американец, а мать – англичанка» и что он «всю жизнь живет в Англии». Это объединяло Уэйта со Смит, а десятью годами позже – с Джоном Триником, австралийцем, который большую часть жизни провел в Англии и создал вторую уэйтовскую колоду Таро.

Шаги к Короне

Уэйт видел в Таро историю мистического и духовного восхождения от земного мира к божественному. Схема этого восхождения для него была отражена в Древе Жизни, а карты Таро были иллюстрациями путешествия. Он в основном фокусировался на двадцати двух мажорных картах, которые соответствуют двадцати двум путям Древа Жизни, в отличие от минорных карт и карт двора, соответствующих четырем мирам и десяти Сефирот Древа. Это связано с тем, что, согласно Каббале, мы поднимаемся именно по путям, усваивая уроки каждого из них. Пути также олицетворяют наше восприятие мира при подъеме через десять степеней Сефирот обратно к божественному единству.

Таким образом, мажорные карты – это важнейшие уроки жизни, а минорные – степени божественного творения, преломленного в четырех мирах.

В этой главе мы поговорим о том, как Уэйт сокрыл секреты этого каббалистического учения в своей менее известной работе «Шаги к Короне» и как это проливает свет на его концепцию Таро как иллюстрации этих шагов. Мы также покажем, как предисловие к этой работе резюмирует взгляд Уэйта на четыре мира и уровни человеческого опыта, и применим это к картам двора.

«Шаги к Короне» были опубликованы в 1906 году, за четыре года до колоды Уэйта – Смит. Книга представляла собой собрание того, что в рецензии в газете «Трибьюн» было названо «лаконичными и содержательными» афоризмами. Согласно Гилберту (1983), многие из этих афоризмов были ранее опубликованы Уэйтом в журнале «Хорликс», в котором он был редактором, а позже, в 1910 году, пятнадцать из них были включены Флоренс Фарр в «Календарь философии».

Сам Уэйт отмечает, что некоторые афоризмы заимствованы из «Свободных размышлений неизвестного отшельника» Этьена де Сенанкура (1819). Тремя годами ранее, в 1903 году, он перевел книгу де Сенанкура «Оберман». Творчеством этого французского эссеиста он заинтересовался благодаря поэзии Мэтью Арнолда. Возможно, Уэйт сильно сопереживал одиноким, страдальческим, непризнанным и чрезвычайно чутким сочинениям «неизвестного отшельника». В предисловии к той работе он писал, что в «Обермане» «душа повествует о своих переживаниях, записывая свои рассуждения и запечатлевая свое вопрошание в долине теней».

В «Размышлениях» Уэйт видел духовное продолжение «Обермана».

В предисловии к «Шагам» Уэйт коротко рассказал о Каббале и системе степеней мистических и магических орденов. Он отмечал: «Мы приближаемся к великим вещам через множество этапов и медленных переходов». Эти степени продвижения он и подразумевал под «шагами» в заголовке своей книги афоризмов.

Он также утверждает, называя Каббалу не иначе как «древней тайной доктриной», что четыре мира Каббалы соответствуют в обратном порядке четырем стадиям человеческой мысли. Мы приводим таблицу этих соответствий, используя слова самого Уэйта и отсылки к библейскому странствию израильтян, о котором Уэйт также упоминает. Поскольку четыре мира и уровни мысли соответствуют картам двора, можно ясно увидеть здесь полезную связь.

Все отсылки в «Шагах» составлены тщательно и скрытно – сложно сказать, целенаправленно ли, или же просто по привычке. Книга разделена на четыре части, которые, опять-таки, соответствуют четырем мирам и картам двора.

• Паж: «Формы этого мира»

• Рыцарь: «Пороги множества святилищ»

• Королева: «Тени тайного света»

• Король: «Утешение Высшего Закона»

Наконец, в предпоследнем афоризме Уэйт снова ясно ссылается на все Сефирот Древа Жизни, не упоминая Каббалу. Это можно применить к десяти номерным картам четырех минорных мастей, как видно из следующей таблицы.

Уэйт и Госпожа Звезд

Секрет двадцати двух мажорных арканов Таро для Уэйта был секретом Шекины. Это еврейское слово в иудейском мистицизме означает «божественное присутствие» или «святой дух». Неизданные работы и некоторые недавно опубликованные личные заметки Уэйта ясно свидетельствуют о том, что он рассматривал мажорные арканы как иллюстрированное повествование об отношениях нашей души с этим божественным присутствием. В частности, это явленное присутствие, которое мистик или маг может постичь на пике эзотерического экстаза.

Уэйт считал установление и реализацию этих отношений целью мистика, а схему их разворачивания соотносил с Древом Жизни, на котором распределялись карты Таро. Хотя раньше это делал Герметический Орден Золотой Зари, в котором Уэйт состоял, он разработал собственную схему, которая лучше соответствовала мистической, а не магической перспективе, и преподавал ее в своем тайном ордене – Братстве Розового Креста.

Эта схема, впервые за сто лет, была раскрыта в книге «Пребывая в святилище» (2011), и мы теперь возвращаемся к ней, чтобы показать, как именно определенные карты представляют разные этапы нашего духовного пути к божественному. Мы представим концепцию Шекины, после чего исследуем разные карты, приводя слова самого Уэйта. Мы также покажем, как это можно использовать в глубоком духовном чтении карт для себя или для других. Наконец, мы опишем путь духовного восхождения, каким его видел Уэйт, используя его собственное тайное расположение арканов Таро на Древе Жизни.

Шекина

Выдающийся ученый-каббалист Гершом Шолем (1897–1982) описывает Шекину как «божественное присутствие», соответствующее Малкут, последней Сефире Древа Жизни. То есть это полное проявление божественного через десять стадий и двадцать два пути Древа Жизни. Шекину часто рассматривают как женственное присутствие. Шолем пишет: «Акцент на женском начале в символизме последней Сефиры усиливает мистический язык этих описаний. Появляясь свыше как «конец мысли», последняя Сефира для человека является дверью или вратами, через которые он может начать восхождение по лестнице восприятия Божественной Мистерии». Шекина – это также природа божественного провидения в мире, действие божественного в нашей реальности, даже если она основана на более высоких – более духовных – принципах.

Отделение души от божественного часто описывается в Каббале как история изгнания и искупления и разделения мужчины и женщины, которые часто изображаются как король и королева. Повествование о падшей женщине и ее возвращении в милость – это одна из многих символических историй, которые на более глубоком уровне следует читать как возвращение души к божественному единству.

Уэйт рассматривал эту вечную историю и втайне учил ее мистериям через символы карт Таро, в частности тех, на которых изображено женственное присутствие.

Карты Шекины

Для Уэйта все карты несли в себе аспекты Шекины, однако в некоторых это выражено больше, чем в других. Он писал, что иллюстрации карт не только объясняют, но и расширяют значения путей Древа Жизни. Он исследует эти значения в своих трудах, опираясь на Сефер Йецира — «Книгу Творения», краеугольный камень изучения Каббалы. Он также ссылается на свои собственные соответствия между еврейскими буквами на Древе Жизни и Таро, что проливает дополнительный свет на его представление о каждом из этих священных символов.

Мы представляем здесь карты Шекины и их соответствия и демонстрируем, как с их помощью можно улучшить чтение карт и понять мудрость самого Уэйта.

Умеренность: Госпожа Примирения

Для Уэйта Умеренность примиряет воду и огонь. Это «очищение» и «спасение» божественной связи. Таким образом, Уэйт понимал эту карту более алхимически в сравнении с тем, как ее изобразила Памела в его первой колоде. По сути, во второй версии Умеренности, в колоде Уэйта – Триника, изображена намного более возвышенная концепция этой карты. В «Золотой Заре» у этой карты было два варианта, и Кроули выбрал алхимическую версию, как и Уэйт с Триником (но не Уэйт с Памелой). Возможно, при создании своего первого Таро Уэйт не хотел раскрывать тайны алхимических соответствий широким массам.

Мир: Душа Мира

Уэйт в образе Мира видит архетипичное состояние Рая – который в иврите синонимичен с «садом» – и божественное, пребывающее во всем. К этому идеальному состоянию, когда мир божественный и мир земной едины, и ведет странника символическое путешествие мажорных карт.

Уэйт и Путь Фей в Таро

«Великий Зверь» Алистер Кроули любил высмеивать других магов, оккультистов и поэтов. В частности, он неоднократно атаковал Уэйта и даже написал фальшивый некролог под заголовком «Мертвый Уэйт»²⁵, когда мистер Уэйт все еще был жив. Это высмеивание было настолько масштабным и успешным, что даже сегодня, сто лет спустя, мы часто представляем себе Уэйта скучным бумагомарателем, который исписывал тринадцать страниц, когда достаточно было одного предложения.

Но все не так просто; эмоциональный мир Уэйта, очевидно, был намного глубже, чем мы думаем. Можно даже сказать, что Кроули завидовал естественному развитому мистическому чувству и опыту Уэйта, что и стало причиной его критики. Как писал Уэйт, «все пути ведут рожденного к Поиску».

В этом разделе мы познакомим вас с тайной стороной Уэйта, о которой вы могли не знать, – волшебной, потусторонней, романтической, глубоко личной и мистической стороной, запечатленной в его книге «В поисках Золотой Лестницы» (1927)²⁶. Эта работа была написана спустя 17 лет после создания Таро вместе с Памелой и спустя 10 лет после его второго Таро, так называемого «Таро Уэйта – Триника».

Газета «Спектейтор» от 23 июля 1927 года в короткой положительной рецензии советовала читателям не ожидать «безвкусной напыщенности и серой сентиментальности» обычных сказок, но вместо этого отправиться в путешествие в «более чем сказку, как поймут все почитатели мистера Уэйта».

Это путешествие состоит из двадцати двух глав, и мы, как «почитатели» мистера Уэйта, должны сразу понять, что то, что состоит из двадцати двух глав, может действительно не быть «простой сказкой», а, вероятно, отсылать к путям Древа Жизни и соответствующим им картам Таро. И действительно, в книге содержатся «маргиналии», короткие подписи в определенных местах текста, такие же, как в «Бодрствующем мире» (1907) Кроули – тоже не простой сказке, – где подчеркиваются используемые в тексте соответствия с Древом Жизни.

Таким образом, если взять, например, главу 13, «Темная ночь фей», с подзаголовком «Где же рука, указывающая путь?», возникает мысль о том, не идет ли речь о карте Отшельник, на которой Отшельник ведет нас сквозь темную ночь. Во втором абзаце главы мы читаем: «И вот он снова стоял в присутствии того самого Мудрого Учителя, Отшельника из его первого странствия». В других главах упоминаются Башня, Луна, Солнце и Колесо Фортуны, тогда как в остальных образы мажорных карт не такие явные.

В книге также есть явные отсылки к Каббале и ритуалам «Золотой Зари». В самой первой строчке читаем: «В Стране Фей есть Корона…» – и это намек на первую Сефиру Древа Жизни, Кетер, название которой означает «корона». Последняя глава называется «Вступление на престол», что является отсылкой к Малкут, Царству, десятой Сефире, находящейся в самом низу Древа. Слово «царство» встречается на самой последней странице: «Сила не покинет Страну Фей, и царство не распадется…»

Учения «Золотой Зари» о ритуалах и Каббале отражены в титулах персонажей, которые сопровождают «Принца Мелнора» или указывают ему дорогу в его странствии к воссоединению с невестой. Мы встречаем таких персонажей, как «Владыка Предела» или, например, «Дочь Звезд» – имя, которое Уэйт в своих неопубликованных заметках дает карте Звезда. В других местах мы находим аллюзии на пути Древа Жизни, причем некоторые достаточно явные: «Передо мной открывается путь, и в конце его – корона» (цитата из главы, которая, судя по всему, соответствует Верховной Жрице, чей путь ведет к Кетер, Короне).

Радужный мост QShTh описывается Уэйтом как «облако» между четырьмя низшими «башнями» земного мира и семью «башнями» мира Фей, то есть Сефирами Древа Жизни. Здесь также есть ясное описание Бездны, отделяющей три верхние Сефиры Древа Жизни от семи нижних, явленных.

Не обошлось и без мимолетных отсылок к алхимии, в частности к алхимическому ритуалу и «Алхимической свадьбе Христиана Розенкрейца». То, что Уэйт представил все эти учения в этой сложной сказке, кажется удивительным, если учесть, что и без всех этих наслоений сюжет получился довольно-таки непростым. Тем не менее мы бы хотели представить краткое изложение его взгляда на Таро через призму Страны Фей – хотя на самом деле через призму сложной Каббалы и его собственной версии католического мистицизма.

Этот обзор поможет вам по-новому взглянуть на мажорные арканы при чтении карт, особенно если вы используете колоду Уэйта – Смит. Если же вы работаете с колодами, выполненными в сказочном стиле, вам, возможно, любопытно будет взглянуть на свою колоду глазами Уэйта.

Мы перечисляем карты в том порядке, в каком они появляются в книге, что не обязательно соответствует той последовательности расположения карт на Древе Жизни, которой Уэйт придерживался в то время. Он разработал собственную систему соответствий еще десятью годами ранее, для Таро Уэйта – Триника (которая отличалась от системы «Золотой Зари»), и, возможно, продолжал ее совершенствовать. Этот порядок, безусловно, ближе к Таро Уэйта – Триника, чем, например, к системам «Золотой Зари» или Кроули, так как он начинается с логичной (для Древа) пары Императора и Императрицы – мужчины и женщины.

Числа здесь – это номера глав, а не карт. Мы также приводим цитаты из каждой главы, которые можно использовать в качестве «оракула Страны Фей» при чтении карт.

Например, вопрос: «Будет ли продолжаться задержка в проекте?»

Карта: Иерофант. В системе Уэйта это Жрец Звезд, и вот цитата, которую мы выбрали из соответствующей главы: «Узкая извилистая тропинка, пересекающая зеленые луга и идущая вдоль ручья. Но это путь в Страну Фей». Это значит, что задержка в проекте действительно будет продолжаться, но это единственный путь к цели.

Этот пример взят из реального чтения, и такой ответ оказался очень полезным.

Для самых усердных учеников Таро мы после нижеприведенного списка также представили расклад из трех карт, основанный на сказочном мире Уэйта.

Мажорные арканы Страны Фей

1. Император. Рыцарь Лебедя – праздник начала лета; корона, король, трон и регалии; вершина холма, свидетель: «Поспешите же вы, о те, кто в сердце своем слышит зов: быть может, вы окажетесь избранными».

2. Императрица. Королева Поисков – корабль на якоре, рождение, побережье, наследие, традиционные знания: «Для того, кто способен открыть дверь в Страну Фей, конец может быть где угодно».

3. Повешенный. Мастер или Владыка Портала – видение, голос судьбы, провозглашение: «Двенадцать Небесных Домов ведут к цели через волю других».

4. Колесо. Заколдованный Колодец – приметы и предзнаменования: «В Стране Фей есть Колесо Фортуны, которое способна вращать лишь Доброта».

5. Сила. Голубь – жалость, сострадание, исцеление: «Ржавый ключ может открыть богатый дом, а за калиткой могут скрываться мистерии».

6. Умеренность. Феникс – почитание жизни, миссия, поиск, история, служение: «Путь в Страну Фей – слово сладкое, облаченное во множество форм действия».

7. Звезда. Дочь Звезд – бодрствование, мечтание, видение, гадание, человечность: «Это хорошая находка, истинная в сути своей – но время пока не пришло».

8. Дьявол. Королева Чар (Берил) – обман, страсть, дикость, странность, зло: «Между нами все неправильно».

9. Отшельник. Мудрый Учитель – путешествие, мистерии, речь, пробуждение, ясность: «То, что остается, принадлежит тебе, переходит к тебе».

10. Смерть. Кончина Учителя – смерть, приливы и отливы, легенда, путь душ, переход, связь, наследие: «За тьмой и скорбью – золотые сокровища».

11. Влюбленные. Свадьба в Стране Фей – единение, бракосочетание, здоровье, идеальная пара: «Он заверил его в быстром исполнении всех его желаний».

12. Колесница. Принц Звездный Лучик – фиолетовая пустота, поиск, побег, триумф, странствие, дальнее путешествие, начинания: «Он больше не видел пути, только тернии».

13. Маг. Посланник Двора Звезд – помощь, предупреждения, послания, обман, подлог, обвинение, беда: «Великие вещи не даются просто так, их надо заслужить».

14. Справедливость. Двор Звезд – величие, власть, порог, хроники, честь, правда, уверенность, споры, распоряжения, меры: «Закон для пустяков в Стране Фей – это закон молчания».

15. Верховная Жрица. Принцесса Синтия, Госпожа Жизни (в Доме Сновидений) – раскрытие, милость, молчание, пробуждение, конец поисков: «Ты – конец моих снов и путь, ведущий домой».

16. Иерофант. Жрец Звезд, Верховный Владыка Портала – молитвы, гнозис, освящение, пустота, церковь, песнопения, почитание, ритуал, традиция, поклонение: «Узкая извилистая тропинка, пересекающая зеленые луга и идущая вдоль ручья. Но это путь в Страну Фей».

17. Судный День. Закон Единственной Цели – обращение к другим на их языке, пробуждение, ветер духа: «Утром рождается новая мысль, свет обновляет все вещи».

18. Луна. Магическое Зеркало – сновидения, поверхность вещей, отражение, природа, память, путешествие, блуждание: «В Стране Фей есть один прямой путь – и это путь Луны».

19. Башня. Башня Сновидений – утрата, товарищество, страх, время, освобождение: «Башни Сновидений не достичь в одиночку. Поэтому сначала следует найти того, кто ждет твоего прихода».

20. Солнце. Ауреолус – осуществление, музыка, празднование, озарение, преданность, великолепие, сияние, триумф: «Путь в Страну Фей – слово сладкое; путь Страны Фей – Доброта».

21. Мир. Сфера Неизменной Реальности – Святые Врата, встреча, единение, проявление, завершение, прощание, окончание, вечность: «В видении предстает конец; видение подходит к концу».

22. Дурак. Зодчий Моста Гармонии, Золотой Лестницы, – гармония, завет, благословение, жизнь, цепочка вещей: «Растворить внешний знак – значит обрести внутреннюю милость».