Kitabı oxu: «Тишина между нами»

Глава 1: Приём и последствия

Дождь барабанил по крыше автомобиля, создавая монотонный ритм,

который только усиливал напряжение внутри салона. Драко Малфой сидел за

рулем своего серебристого «Ягуара», крепко сжимая руль и время от времени

бросая взгляды на пассажирское сиденье. Гермиона Грейнджер смотрела в

окно, демонстративно игнорируя его присутствие. Её каштановые волосы,

уложенные в элегантную прическу для вечернего приема, начинали

распадаться, несколько прядей выбились и обрамляли её лицо, на котором

застыло выражение холодной решимости.

Вечер в поместье Малфоев начинался прекрасно. Нарцисса превзошла себя в

организации ежегодного благотворительного приема. Хрустальные люстры,

изысканные закуски, шампанское высшего качества — всё было безупречно.

Гермиона выглядела сногсшибательно в своем темно-синем платье, которое

Драко помог ей выбрать неделю назад. Он гордился тем, как она держалась

среди высшего общества, многие из которых всё еще косо смотрели на

«выскочку из обычной семьи», как они её называли за спиной.

Всё шло хорошо, пока не появилась Астория Гринграсс.

— Ты мог бы хотя бы признать, что я права, — внезапно нарушила тишину

Гермиона, увеличивая громкость радио.

Драко вздохнул, протягивая руку, чтобы уменьшить звук.

— Гермиона, давай поговорим как взрослые люди.

— О, теперь ты хочешь поговорить как взрослый? — она повернулась к нему, её

глаза сверкали от сдерживаемых эмоций. — А где был этот взрослый человек,

когда Астория вешалась на тебя, а ты просто улыбался? — Сказала она снова

прибавляя звук.

— Я просто был вежлив, — Драко старался говорить спокойно,уменьшая звук

музыки, хотя внутри всё кипело. — Ты знаешь что её отец, важный клиент

компании. Я не мог просто…

— Просто что? Сказать ей, что ты помолвлен? Сказать что бы она не пыталась

флиртовать? Отойти от неё на приличное расстояние? — Гермиона снова

увеличила громкость радио. — Или, может быть, не смеяться над её шутками о

том, как «некоторым» не место в высшем обществе?

Драко резко затормозил на светофоре и повернулся к ней.

— Я не слышал этого. Когда она такое сказала?

— Конечно, ты не слышал, — Гермиона закатила глаза. — Ты был слишком занят,

восхищаясь её новым платьем от Шанель.

Драко почувствовал, как краска заливает его лицо. Да, он действительно сделал

комплимент Астории по поводу её платья, но это была просто вежливость. Он не

думал, что Гермиона услышит или придаст этому значение.

— Это был просто комплимент, ничего больше, — он снова тронулся с места,

когда загорелся зеленый свет. — Ты же знаешь, что для меня важны эти связи.

Мой отец…

— Твой отец, твой отец! — перебила его Гермиона. — Всегда твой отец! Когда ты

наконец начнешь жить своей жизнью, Драко?

Эти слова ударили больнее, чем она могла предположить. Драко всю жизнь

пытался оправдать ожидания Люциуса Малфоя, и даже сейчас, работая в

семейной компании, он всё еще чувствовал этот груз на своих плечах.

— Это несправедливо, — тихо сказал он. — Ты знаешь, как много для меня

значит семейный бизнес.

— Знаю, — её голос смягчился на мгновение, но затем она снова нахмурилась. —

Но я тоже часть твоей жизни, Драко. По крайней мере, я думала, что являюсь

важной её частью.

— Ты самая важная часть моей жизни, — он протянул руку, чтобы коснуться её,

но Гермиона отодвинулась.

— Тогда почему ты позволил своей матери посадить меня в другом конце стола?

Почему ты не вступился, когда твой отец начал свою тираду о «современном

образовании»? — её голос дрожал. — И почему, почему ты просто стоял и

улыбался, когда Астория сказала, что мы с тобой «странная пара»?

Драко почувствовал, как внутри всё сжалось. Он действительно не вступился за

Гермиону, и сейчас, слыша боль в её голосе, он ненавидел себя за это.

— Я… я не знал, что делать, — честно признался он. — Я привык к этим людям, к

их разговорам. Я просто… я просто не заметил, как это всё выглядело для тебя.

— Вот именно, Драко, — Гермиона покачала головой. — Ты не заметил. Ты

никогда не замечаешь.

Они подъехали к их общей квартире в центре Лондона. Драко припарковался и

выключил двигатель, но ни один из них не спешил выходить. Дождь усилился,

барабаня по крыше автомобиля с новой силой.

— Я люблю тебя, — сказал Драко, глядя прямо перед собой. — Ты же знаешь это,

правда?

Гермиона не ответила сразу. Она смотрела на кольцо на своем пальце —

простое, но элегантное кольцо с бриллиантом, которое Драко подарил ей три

месяца назад.

— Иногда я не уверена, что ты понимаешь, что значит любить кого-то, —

наконец сказала она. — Любить — значит защищать, поддерживать, ставить

этого человека на первое место.

— Я ставлю тебя на первое место, — возразил Драко.

— Нет, — она покачала головой. — Первое место в твоей жизни занимает

одобрение твоего отца. Затем идут деловые связи. И только потом, может быть, я.

С этими словами она открыла дверь и вышла под дождь, не дожидаясь его.

Драко сидел в машине, наблюдая, как она быстро идет к входу в их дом, её

синее платье темнеет от дождя.

Он знал, что она права. И это осознание причиняло боль сильнее, чем любая

ссора.

Когда Драко вошел в квартиру, Гермиона уже закрылась в ванной. Он слышал

шум воды — она принимала душ. Драко снял промокший пиджак и галстук,

бросив их на спинку стула. Их квартира была просторной и современной, с

большими окнами, выходящими на ночной Лондон. Сейчас огни города

размывались за стеклом из-за дождя, создавая меланхоличную атмосферу,

которая идеально соответствовала его настроению.

Он прошел на кухню и налил себе виски. Алкоголь обжег горло, но не смог

смыть горечь вины. Драко знал, что должен извиниться, но простого «прости»

будет недостаточно. Не в этот раз.

Их отношения с Гермионой всегда были сложными. Они познакомились в

университете — он изучал бизнес и финансы, она — юриспруденцию. Сначала

они не могли терпеть друг друга. Он считал её заучкой и выскочкой, она его

избалованным богатым мальчиком. Но постепенно, работая вместе над

совместным проектом, они обнаружили, что у них гораздо больше общего, чем

казалось.

Их первый поцелуй случился после жаркого спора о этике в бизнесе. Никто из

них не планировал этого, но внезапно аргументы перестали иметь значение, и

они оказались в объятиях друг друга. С тех пор прошло пять лет, и каждый день

Драко благодарил судьбу за то, что она свела его с Гермионой.

Но сегодня он всё испортил. Снова.

Шум воды прекратился. Драко напрягся, ожидая, что Гермиона выйдет, но дверь

ванной оставалась закрытой. Он вздохнул и направился в спальню, чтобы

переодеться. Проходя мимо ванной, он остановился и тихо постучал.

— Гермиона? — позвал он. — Ты в порядке?

— Я в порядке, — её голос звучал приглушенно. — Мне просто нужно время.

Драко прислонился лбом к двери.

— Я знаю, что облажался. Я хочу поговорить, когда ты будешь готова.

Тишина была ему ответом. Он постоял еще немного, затем пошел в спальню.

Переодевшись в домашние брюки и футболку, Драко сел на край кровати и взял

в руки фотографию, стоящую на прикроватной тумбочке. На ней они с

Гермионой были в Париже, смеялись, стоя перед Эйфелевой башней. Это была

их первая совместная поездка, и Драко помнил, как нервничал, планируя

каждую деталь, чтобы всё было идеально. Гермиона тогда сказала ему, что

самое идеальное в их поездке это то, что они вместе, а не дорогие рестораны

или отели.

Драко провел пальцем по улыбающемуся лицу Гермионы на фотографии. Когда

они успели так отдалиться друг от друга? Когда он начал ставить одобрение

отца и деловые связи выше её чувств?

Дверь ванной наконец открылась. Гермиона вошла в спальню, завернутая в

пушистый белый халат, её влажные волосы были собраны в небрежный пучок.

Она выглядела уставшей, но всё равно прекрасной.

— Я постелю в гостевой, — сказала она тихо, избегая его взгляда.

— Гермиона, пожалуйста, — Драко встал. — Давай поговорим.

— Не сегодня, Драко, — она покачала головой. — Я слишком устала. Я не хочу

говорить то, о чем потом пожалею.

Он хотел возразить, но знал, что она права. Когда Гермиона в таком состоянии,

лучше дать ей пространство.

— Хорошо, — сдался он. — Но знай, что я действительно сожалею о том, что

произошло сегодня.

Гермиона наконец посмотрела на него, её карие глаза были полны грусти.

— Проблема в том, Драко, что ты всегда сожалеешь. Но ничего не меняется.

С этими словами она взяла свою пижаму из комода и вышла из комнаты, оставив

Драко одного с тяжестью её слов.