Kitabı oxu: «Мятежный огонь»

Идут строем. Мужики голодные, злые. Спали… Уже никто не помнит, когда они спали. Смотреть некуда, только в спину впередиидущего. Скучновато. Вокруг колхозные поля. Точнее то, что от них осталось. У Ромки деревенское детство, ему неприятно смотреть, как гибнет урожай. Колосья пшеницы втоптаны в жирную грязь сапогами и гусеницами военной техники.

Вдруг впереди маячит зрелище: дерутся двое. Нельзя сказать, что очень интересно. Но на безрыбье и кастрюля – соловей. Все смотрят на них, насколько хватает глаз. Вдруг Ромка замечает, что у одного из солдат – хвостик. Девушка! От неожиданности он запинается и получает дулом автомата в спину от идущего сзади бойца. Но Ромка не замечает этого. Вообще, он первый раз видит, что баба дерется с мужиком. Девушка разворачивается и бьет парня ногой в самый центр, в «солнышко». Парень складывается почти пополам и по инерции делает несколько шагов назад, безуспешно пытаясь втянуть в себя хоть немного воздуха. Девушка не трогает его, но стоит в стойке, расставив ноги. Вдруг парень разгибается и с перекошенным от боли лицом, бросается вперед. В прыжке набрасывается на девушку и валит ее на землю, головой о песчаный бруствер. Сидя сверху, бьет свирепо, наотмашь, с отчаянной силой. От неожиданности Ромка останавливается, и снова получает в спину от товарищей. Но он не реагирует и выходит из строя. А через минуту не выдерживает, вскидывает автомат и стреляет поверх головы солдата.

- А ну отвали!

Парень мгновенно скатывается на песок и ложится вниз головой. Опытный, зараза!

- Вали, я сказал!

Парень поднимает голову, видит, что Ромка – свой, и тут же вскакивает. На лице – звериный оскал. Но Ромка спокойно вскидывает автомат. Парень отходит, правда медленно. Очевидно еще что-то прикидывает. Ромка наблюдает за ним и про себя думает: «Только дернись!» В этой жопе мира никто в жизни не разберет, куда делся человек. Наконец, незнакомец отбегает назад, хватает на ходу свое оружие и исчезает с глаз долой, продолжая держаться за живот. Ромку вполне устраивает положение дел. Он опускается перед девушкой. Лицо разбито – это понятно. Надавил на ребра. Она вскрикивает сквозь зубы, слышится хруст. Тут тоже ясно. Ромка переворачивает ее на бок, на затылке – рассечение, глубокое, до мяса. Еще и песок прилип. Он кладет голову девушки себе на колени, подтягивает мешок. Щедро поливает рану спиртом. Она снова вскрикивает сквозь зубы.

- Терпи, терпи!

Потом Ромка достает «швейный набор». Хорошие нитки, хирургические.

- Скажи спасибо, что не жилы носорога. Или как раньше – нитки портновские десятый номер, еще и черные, - бормочет Ромка и начинает зашивать.

Девушка вздрагивает, когда кожи касается игла, тихонько скулит, но не сопротивляется. Наконец, Ромка лепит сверху стерильную салфетку.

- Ну вот, голова, как новая! А теперь пошли, здесь нельзя оставаться.

А ребят уже и след простыл. Ромка кидает в мешок флягу, швейный набор. На плечо – автомат. Тянет девушку за предплечье.

- Ну вставай!

Она поднимается, но как-то неуверенно, тяжело. Ромка подталкивает ее и спутница медленно начинает двигаться с ним вперед. Проходят километра два, и она падает на колени.

- Давай, поднимайся!

Ромка знает, что до своих еще километра три пути. А южные ночи темные. Оказаться здесь одним, да еще ночью – это сразу привет родственникам. Поэтому он без особых церемоний тащит девушку дальше. Та слушается, встает и еще метров шестьсот они преодолевают благополучно. Потом проходит двести. На последнем промежутке – всего пятьдесят. Она падает, но больше не встает. Поворачивается на спину. Тяжело дышит, глядя куда-то вверх.

- Ладно, давай отдохнем минутку, - сдается Ромка и растягивается рядом, - отдохнем и пойдем.

- Надо идти, - объясняет он, хотя сам никак не может отдышаться, - наши уже ушли. Останемся здесь – пропадем.

Проходит минут пять, десять. Девушка прижимается к нему горячей мягкой щекой и затихает. Наконец, парень собирается с мыслями и толкает ее в бок.

- Вставай!

Но спутница не отвечает.

- Ну чего ты там? Эй! – кричит Ромка, но его возглас остается без ответа. Она потеряла сознание. И уже непонятно, как давно. Вот блин! Ромка трогает ее за шею. Жива! Тогда Ромка поднимает ее на руки и тащит сам. Пару раз роняет – хорошо, что кругом песок. Опять тащит. В конце уже падает сам. Сначала на локти. Потом уже просто – плашмя. Но он не сдается. Своих не бросаем! Вот уже и госпиталь. Дойти бы… Доползти… Солдат делает последнее усилие и вваливается на больничную территорию.

- Мужики, я донес, донес! Хрипит он и снова падает.

Врач, курящий у крыльца госпиталя, строго провожает его взглядом поверх очков. Впрочем, никакого крыльца тут нет. Да и сам госпиталь - просто большая палатка.

- Донес! - шепчет Ромка и падает на спину без сил, - донес…

Выходят два санитара, привычным движением подхватывают тело девушки и исчезают. Через полчаса они же выходят курить и видят Ромку, распростертого на песке.

- А этот тоже, что ли, помер? - громко кричит один из них вглубь палатки. Но, не получив ответа, берут и Ромку. С размахом закидывают на носилки. Ну, теперь точно перекур!

Ромка спит, наверное, сутки. Солдат же спит, где придётся. Вот и пришлось. Просыпается потому что кто-то дёргает его за плечо и орёт в ухо. Это санитарка. Отстань, старая ведьма! Ромка что-то мычит ей в ответ, переворачивается на бок и снова проваливается в долгожданный глубокий сон.

В следующий раз Ромка к своему удивлению, просыпается во время обхода врача. Тот уже собирается уходить, но парень хватает его за рукав.

- Подождите! А она как?

-Кто?

- Дед Пихто, - думает про себя Ромка, но вслух спрашивает: у вас что, так много девушек?

Врач оглядывается его подозрительно, но отвечает: "Сотрясение, два ребра сломаны, а ещё какой-то идиот зашивал ей голову и занёс инфекцию. Так что нормально. Вон она, стоит.

- Где?

Ромка вскакивает на ноги, но врач неожиданно тормозит его за шиворот футболки. Ткань трещит по швам.

- Не пугайте её. И вообще, сначала штаны бы надел!

- Вот е...

Ромка хватает со стула серые штаны и рубаху. Вот теперь он реально похож на идиота. Ну да ладно! Выходит из "госпиталя". Где она? Елки... Ромка неожиданно видит стройные, очень сильные ноги. Сестры выдали ей не больничный халат, а медицинский. Он на её рост выглядит экстремально коротко. Да ещё она встает на цыпочки, тянется зачем-то наверх. Е... Ромке неожиданно хочется закрыть её от всех. Лучше бы халат был до колен. А еще лучше до пят, чтобы никто кроме него не видел этих сильных красивых ног. Она поворачивается. Блин, у неё ещё и стрижка! Сзади короткие пряди, спереди длинные. Лицо от загара смуглое. Широкие плечи, на руках тоже мышцы рельефом. Ну и ну...

Ромка подходит.

- Ты как?

Она сначала не узнает, а потом вдруг улыбается, по-мужски протягивает руку.

- Спасибо!

- Да ладно, бормочет Ромка, - свои люди.

Потом, наконец, вспоминает:

- Зовут-то тебя как?

- Ланка.

- Я Ромка, если что.