Kitabı oxu: «Рождественская магия: приключение черта и ангела»

Лес был похож на картинку из сказки. Вокруг лежали ровные холмики сугробов, сосны были покрыты самым гладким и нарядным инеем, какой только можно придумать, а на небольшой полянке заяц оставил следы в виде изящной петли. В сосульках красиво переливался лунный свет, и звезды мигали с неба холодными белыми огнями.

В это время деревушка неподалёку тоже радовала глаз. Из труб на припорошенных крышах вился дымок, яркие гирлянды опутывали окна, светившиеся теплым светом. Где-то вдалеке звучала веселая музыка, слышался нестройный шум голосов и звон стаканов. Раздался чей-то смех, его подхватили остальные, в каждом голосе слышалось праздничное настроение.

Близилось Рождество, а, как известно, Рождество – это время радости.

Правда, не для всех.

Черт Вьярг в звании Старшего Дьявола с трудом пробирался сквозь глубокий снег, с каждым шагом проваливаясь сквозь наст. Он, как ему пришлось с раздражением признаться самому себе, замерз и, вполне возможно, потерялся. Кто вообще придумал такую погоду? Вьярг уже давно заметил, что погода на Земле сделана далеко не так логично, как в Аду. Здесь постоянно было сыро, промозгло, да еще и сверху все время что-то падало – ни в какое сравнение не идет с теплой и уютной преисподней. Может быть, Создатель, когда делал погоду в людском мире, просто опаздывал на обеденный перерыв, а потому решил особенно не стараться? Как бы то ни было, Вьярг иногда даже сочувствовал людям. Однако сейчас он больше сочувствовал себе.

Ему нужно было забрать умирающую душу, которая по расчетам Адской канцелярии должна покинуть тело через пятнадцать минут, а он никак не мог найти обладателя этой души. К тому же, душа вообще может достаться не ему, а дежурному ангелу, так что может оказаться, что он вообще зря тащился в этот мороз.

Вьярг отряхнулся от налипшего снега, немного размял окоченевший хвост и прищурился. Он уже почти дошел до ближайшего дома. У избушки в окнах не горел свет, и Вьярг решил, что она вполне может быть местом его назначения.

Черт преодолел пологий склон холма, перепрыгнул через изгородь и, подойдя к дому, прижался к стеклу. Сначала Вьяргу показалось, что он угадал. Внутри было очень тихо и почти совсем темно, лишь несколько свечек стояли на столе. Но, присмотревшись повнимательней, черт заметил у дальней стены обнимающуюся парочку. Нет, ему точно не сюда. Отвернувшись от окна и тяжело вздохнув, он еще раз огляделся.

По соседству стоял еще один дом с выключенным светом, и Вьярг решил попытать свою удачу на нем.

В этом доме никого не оказалось.

В третьем доме была собака, которая зашлась в бешеном лае, едва учуяв дух черта, и Вьяргу пришлось быстро ретироваться. Четвертый дом опять оказался пустым, зато с пятым домом бесу повезло. Там было даже немного светлее, чем в предыдущих домах. Но атмосфера была совершенно иной. Здесь не было ни следа радости, а тяжесть горя вперемешку с надеждой почти физически давила на плечи. Будь Вьярг не опытным дьяволом, а начинающим чертенком, он, вероятно, даже съежился бы. За свое очень долгое существование он всего пару раз видел нечто подобное.

На неширокой кровати лежал старик с закрытыми глазами, а рядом с ним, уткнувшись лицом в одеяло, сидела девочка, от которой исходило то самое всеобъемлющее чувство печали. Вот и все. Никакой привычной толпы родственников или суеты. Но, тем не менее, это было намного более впечатляюще.

Вьярг осторожно прислонился к стене, а потом, рассредоточившись, прошел сквозь нее. Ощущение было таким же, как и всегда: идти было трудно, как будто он двигался сквозь патоку. А затем, уже преодолев стену, он по инерции немного пролетел вперед.

И чуть не врезался в два огромных белых крыла. Едва удержав равновесие, Вьярг остановился и презрительно скривился. Ангел. Он стоял рядом с кроватью больного так, что через окно его не было видно, и Вьярг даже забыл о том, что будет не один.

Крылатое создание тоже заметило чужое присутствие. Ангел развернулся и… Нет, не скривился презрительно в ответ, досадливо заметил Вьярг – ангелам этого не положено. Но бывалый черт знает, что взгляд прекрасных глаз зачастую намного холоднее жаркого гнева преисподней.

А холод конкретно этих глаз Вьярг знал прекрасно.

– Ты?! – завопил он.

Ангел не ответил, только посмотрел на него. Но посмотрел не так, как смотрят на заклятого врага, а так, как ангелы обычно смотрят на неприятные, но неизбежные события – со смесью досады и жалости. Эта жалость вконец вывела Вьярга из себя.

– Тебе здесь делать нечего! – злобно бросил он, – Тебе эта душа точно не достанется, Ариок.

– Как неприятно осознавать, что в этом наши мнения расходятся, Вьярг, – вежливо заметил ангел, продолжая сверлить Вьярга холодным взглядом, – и, к сожалению, присутствие нас обоих необходимо по меморандуму.

– По вашим, современным заоблачным меморандумам! А по традиционным сводкам черта не могут ограничивать никакие правила.

– К сожалению, ваши, чертовские сводки давно устарели, и теперь на всех жителей внереальности действуют одинаковые правила, – все так же вежливо, но с долей язвительности ответил ангел, – А теперь, прошу меня простить, я должен сделать все возможное, чтобы помочь умирающему.

И Ариок, повернувшись к старику и закрыв глаза, начал что-то тихонько напевать. Вьярг уныло наблюдал за ним и людьми. За все это время ни больной, ни девочка, ни разу не пошевелились. Возможно из-за того, что они не видели ни его, ни Ариока, и не слышали их перебранки, а может просто от безнадежности. Продолжая следить за ангелом, Вьярг мрачно сказал:

– Зачем вы это каждый раз делаете? Все равно ваши песни никогда не помогают. Вы всегда приходите слишком поздно.

Маска непорочности и священности на секунду спала с Ариока и он, уныло вздохнув, произнес:

– Я знаю. Но понимаешь… законы. В них написано, когда явиться и что сделать. И шансов кого-то спасти почти никогда не остается.

Вьярг понимающе кивнул. Он не собирался сочувствовать этому крылатому созданию, но здесь даже ангел прав. Законы. Эти новые законы. Про них он знал на своем опыте.

В это время у него все внутри стало чесаться и немного жечь. Начинается. Ангел тоже это понял. Они переглянулись и, вспомнив о своей вражде, высокомерно разошлись на противоположные концы комнаты и стали ждать.

Старик вздрогнул и, впервые за все время присутствия Вьярга, открыл глаза. Девочка почувствовала это. Она оторвала мокрое лицо от одеяла и подавленно посмотрела на старика. Тот встретил ее взгляд и улыбнулся, а потом в последний раз закрыл глаза. Его душа медленно начала отделятся от тела и подниматься. Девочка, разумеется, этого не видела. Ее плечи затряслись, и она вновь спрятала лицо. Но на нее уже никто не смотрел.

Два существа противоположных сущностей мучились в ожидании. Вьярг почувствовал, как ускорился его пульс. Он волновался. Краем глаза он удовлетворённо заметил, что и Ариок тоже волнуется.

Душа, наконец, села. Огляделась. Но еще не встала.

«Давай же» – мысленно подгонял ее Вьярг – «Вставай. Пока ты не встанешь, не сможешь увидеть нас. Меня»

Узкое зрение души оглядело кровать, и ненадолго задержалось на девочке. Потом призрак спустил ноги с кровати, встал и, не смотря по сторонам, вышел на середину комнаты. Вьярг знал, что сейчас настанет момент истины.

Сначала душа повернулась к Ариоку. И ее взгляд, осмотрев деревянные стены, скользнул сквозь ангела. Вьярг ликовал. Старик не заметил ангела! Хоть один грешник! И выглядит интересным собеседником. Давно он не встречал в Аду таких приятных людей.

Он с нетерпением ждал, когда душа повернется. И вот старик развернулся. Посмотрел в его сторону. Скользнул взглядом мимо него, вернулся и скользнул еще раз. Но все равно не увидел черта.

Неверующий.

Вьярг чувствовал горечь. Но, собственно, чего он ожидал? Очередей за билетами в Ад? Преисподняя никогда не пользовалась особым спросом, а теперь, во времена свободного выбора, к ним попадало не больше нескольких десятков душ за год, да и с теми особенно не повеселишься.

– Ну что, видимо не наш сегодня день, – раздался бесстрастный голос Ариока, – до следующих встреч. Надеюсь, больше не увидимся.

– Нет! – отчаянно закричал Вьярг и, бросившись к душе, схватил ее в охапку.

– Что ты делаешь? – воскликнул в ответ ангел и тоже бросился к душе.

Теперь Вьярг тянул душу к себе, а Ариок пытался ее вырвать.

– Нельзя так делать! – голос ангела звенел, – душа сама должна выбрать себе последнее пристанище!

– Ты не понимаешь! Вы, пернатые, никогда этого не поймете!

А душа тем временем таяла. Вьярг схватился за нее из последних сил, выдергивая полупрозрачную субстанцию из ухоженных рук противника. Он чувствовал, что их потасовка искривляет пространство, нарушает законы Поднебесья и бытия, но ничего не мог с собой поделать. Аду нужны души, и они там будут.

– Отпусти! – продолжал убеждать его Ариок, перетягивая душу, – Иначе может произойти все что угодно.

– Хуже уже не будет, – не сдаваясь, процедил Вьярг.

И в этот момент мир словно перевернулся. Они втроем оказались в громадной черной пустоте, то ли падая, то ли поднимаясь. В ушах слышался шум ветра, мимо смазано проносились какие-то места. Вьярг стал непонимающе озираться, все еще не выпуская из рук души. А та, тем временем, летела намного быстрее его и Ариока, поэтому, в конце концов, оказалось, что дух стремительно несется вниз и тянет за собой Вьярга с ангелом. Но никто из них двоих так и не выпустил эфемерных рук души. Они продолжали со свистом рассекать воздух – ну, или то, что было вместо воздуха в этой реальности.

Вьярг перевел взгляд на ангела.

– Что происходит? – прокричал он.

– Не знаю! – отчаянно взвыл Ариок, – Я никогда здесь не был! Возможно, это какое-то переходное пространство и скоро мы должны упа…

Договорить он не успел, потому что чернота под ними внезапно стала очень близкой и угнетающе твердой. Вьярг запомнил только приближение земли и чувства того, что его ноги входят в мягкую сухую почву.

***

Первым, что увидел Вьярг, поднимаясь и отплёвываясь от песка, было небо. Оно было серовато-голубым и очень большим и изгибалось над ним куполом, создавая горизонт со всех сторон. А до этого горизонта тянулась сразу во всех направлениях сплошная клубящаяся белизна. Черт посмотрел себе под ноги. При ближайшем рассмотрении белизна оказалась окутывающими его ноги облаками, вьющимися белыми обрывками. Вьярг пару раз осторожно топнул. В воздух взвился небольшой клуб мелких абсолютно белых песчинок. Так ничего не поняв, черт прыгнул. Ничего не произошло. Он прыгнул еще раз.

Едва он в очередной раз приземлился на твердые, как камень облака, как раздался хлопок, и снизу, раскидывая в разные стороны клочья пелены, вынырнул Ариок.

Ангел приземлился на ноги, непонимающе оглянулся, не заметив черта, сморгнул и, к удивлению черта, сам себе кивнул.

– Что произошло, птичка? – раздраженно окликнул его Вьярг.

Ангел вздрогнул от неожиданности и развернулся.

– К сожалению, я не знаю, – учтиво ответил он. Его лицо так и светилось любезностью и невинностью. Поддельной невинностью.

– Ага, ты солгал! – торжествующе вскричал Вьярг, – а ангелам нельзя лгать!

– Нет, почему ты так решил, – и без того белый Ариок еще сильнее побледнел.

– Вот опять!

– Нет!.. То есть я хотел сказать, да, – вконец запутавшийся ангел потряс головой, – я имел ввиду, что порождение ада не может указывать святым существам на ложь.

– Еще как может, – ухмыльнулся Вьярг, – Потому что порождения ада как никто разбираются во лжи.

– Нет, – замотал головой Ариок, – дело не в этом, ты не прав – собственно, в этом и дело, в том, что ты не прав! Адские твари всегда не правы, в том числе, они не правы в своей лжи, а ангелы правы, но получается, что порождения ада неправы, но они могут лгать, а те, кто правы – нет! – Ариок все сильнее распалялся.

Вьярг был доволен собой. Он смог вывести из себя ангела, а значит, день прошел не зря.

– И в этом совершенно нет смысла…

– Что происходит? – внезапно спросил незнакомый тоненький голосок. Черт и ангел одновременно повернули головы.

Слева в облаках полусидела незнакомая душа. Хотя нет, не совсем незнакомая, кого-то она все же напоминала. Вьярг присмотрелся к призраку, и тут его осенило. Он встретился взглядом с Ариоком и прошептал:

– Девочка.

Глаза ангела округлились.

– Я умерла? – тем временем продолжала душа.

– Эээ, – протянул Ариок и, покосившись на черта, признался, – не знаю.

– Так что же все-таки случилось? И где мы? Можешь ты уже сказать? – недовольно спросил Вьярг.

Ангел посмотрел на девочку, потом на черта, и, глубоко вдохнув, сказал:

– Наверное, придется. Иначе мы отсюда не выберемся. По крайней мере, не все. Итак, – он закрыл глаза, – по моим предположениям, мы нарушили законы пространства из-за поведения нашего знакомого беса, которое, хочу заметить, было более чем неблагоразумным. К тому же, на данные события наложился магический фон, возникший из-за скопления надежд и веры характерный для настоящего периода, а именно, Рождества. И, как показывают результаты, нарушение законов пространства привело к катастрофическим последствиям – перемещению сторонней души.

– До этого я и сам догадался, – пробурчал Вьярг, – объясни лучше, где мы.

Ариок от него лишь отмахнулся и склонился к девочке.

– Скажи, как тебя зовут? – ласково спросил он.

– Звали, – мрачно поправил черт.

– Ранди, – ответила девочка.

– Ранди, ты в ангелов веришь? – все так же приветливо поинтересовался Ариок.

Девочка странно на него посмотрела.

– Теперь, наверное, придется поверить.

– Да к чему это все? – взорвался Вьярг.

– К тому, – терпеливо сказал ангел, – что мы сейчас отделены от Рая всего одним измерением. А Ранди не верит ни в Рай, ни в ангелов. Она сюда не могла попасть по определению.

Вьярг понял. Он понял еще до того, как Ариок это сказал. Он опять вышел злодеем, хоть и непроизвольно.

Но не для того ли нужны черти, чтобы делать жизнь веселее?

Поэтому он заглушил робкий голосок своей совести и с равнодушным видом спросил:

– И как нам теперь отсюда выбраться? Для тебя-то это, наверное, проще простого, ты ведь на своей территории.

– Не совсем, – все также терпеливо ответил Ариок, – мы очень близки к Раю, да, но мы не в самом раю. И преодолеть эту разницу мне представляется очень трудным, почти невозможным. Единственное, что нам остается – это ждать завершения празднования Рождества, чтобы поменялось магическое состояние. После этого нас, скорее всего, перенесет либо обратно в людской мир, либо в Рай.

– Ну, тогда не проблема, – заявил черт и сел на облака.

– Вьярг, можно тебя на секунду? – спросил ангел и, дождавшись неприязненного кивка, сел рядом с ним.

– Ты помнишь, что тебе надо быть в Аду во время Рождества? – тихо спросил он.

Внутри у Вьярга все похолодело. Он совершенно про это забыл. Проклятые новые законы. Раньше было проще – Рождество творилось всеми и для всех. Каждый мог выйти из своего измерения, каким бы оно ни было, и позабавится с людьми в силу своих возможностей. Но нет же.

– К тому же, у Ранди и не будет другой возможности вернуться, кроме как в Рождество, – продолжал Ариок печально глядя на растерянную душу девочки, сидящую неподалеку, – я понимаю, что черти есть черти, это ваша, можно сказать, обязанность, создавать вокруг себя неприятности, и вы совершенно не обязаны что-то исправлять. Я правда понимаю. Но я-то не могу оставить все как есть. Поэтому я обязан предложить объединить усилия, даже зная, что ты не согласишься. Но, может быть, мы все-таки можем сплотиться – и пусть ты будешь делать это не для Ранди, а ради закона. Не обязательно помогать мне из благих побуждений, мы можем рассматривать это просто как сделку.

– Как будто я всегда хочу доставлять всем неприятности, – пробурчал Вьярг.

– Не хочешь? – удивленно спросил ангел.

Вьярга это удивление разозлило.

– Конечно, нет! Ты что, думаешь, что я каждый день хожу и думаю, кому бы сегодня жизнь испортить? Нет. Просто оно само так выходит. На самом деле, хочется только того, чтобы ад тоже был нормальным местом для жизни. Ты не представляешь, как мало у нас народу стало. Никто ничего не делает. А зачем? Все считают, что раз уж я в ад попал, значит, я был злодеем, злодеем и останусь, и стараться больше незачем. А черти страдают. Но я ведь не отказываюсь помочь, только ты сказал, что ситуация безвыходная.

– Не совсем, – в голосе Ариока промелькнула надежда, – И если ты мне поможешь… – ангел быстро оглянулся и прошептал, – Но для этого нам придется сломать пространство.

– Сломать пространство! Как я мог об этом забыть? – и Вьярг предвкушающе ухмыльнулся.

***

Вьярг с Ранди шли по облакам, а Ариок летел над ними и показывал дорогу. Вьярга немного нервировало, что ангел, как обычно, рисуется, но в то же время он понимал, что без его помощи они правильный путь не найдут: в этом странном измерении с земли все стороны выглядели абсолютно одинаковыми.

Честно говоря, Вьярг всегда считал, что, попав на небо, летать могут все. Но, на самом деле, облака оказались чем-то вроде снега: выглядят белыми и пушистыми, а падать на них так же твердо, как и на обычную землю.

– А вы с Ариоком друзья? – внезапно поинтересовалась идущая рядом Ранди, глядя на летящего ангела снизу вверх.

– Нет, – бросил Вьярг, – с чего ты взяла?

– Вы выглядите так, как будто неплохо друг друга знаете.

– Да, знаем. Но я не намерен разговаривать на эту тему, тем более с людьми, – пробурчал черт.

– Но я ведь уже не совсем человек, – немного печально заметила девочка.

– Ну ладно, уговорила, – сдался Вьярг, – Мы общались, когда были еще неопределившимися сущностями. А потом он стал ангелом, а я чертом. Все. Никакой трогательной истории.

– А это разве была не трогательная история? – хлопая глазами, спросила Ранди, – Два лучших друга разлучены по воле судьбы….

– Скорее по воле характеров, – хмыкнул Вьярг, – Мне точно никогда не светило стать ангелом. И вообще хватит об этом. Мы уже давно перестали быть друзьями.

– Значит, вы теперь враги?

– Просто неприятели!

– Но…

– Я же сказал, хватит! – рявкнул черт.

После этого они некоторое время шли молча.

– А моим лучшим другом был Бьёрнар, – наконец сказала Ранди.

– Кто? – машинально переспросил Вьярг. А потом до него дошло, – А, твой родственник.

– Нет, – помотала головой девочка, – он не мой родственник, у меня вообще нет родственников. Просто он взял меня к себе. Нам с ним так хорошо жилось, – от девочки вновь исходила та печаль, которую Вьярг несколько часов назад почувствовал в ее доме – Я ему иногда помогала по дому. А он меня всегда брал летом на рыбалку на Широкое озеро… А может вы с Ариоком сможете сделать так, чтобы Бьёрнар стал ангелом, – вдруг с надеждой спросила она, – Пожалуйста? Я знаю, что невозможно оживить его, но ведь сделать ангелом можно?

– Хмм, – протянул Вьярг, раздумывая, как бы поделикатнее сказать девочке о том, что душа Бьёрнара уже давно канула в небытие. Да и о том, что самой Ранди ангел тоже может уже не понадобиться.

Необходимость придумывать ответ отпала, когда Ариок с высоты прокричал:

– Пришли!

– Куда? – спросила Ранди ангела, запрокидывая голову.

– К магическому узлу, – ответил тот, снижаясь и опускаясь на землю, – здесь Вьяргу будет проще всего устроить хаос.

– Ты уверен? – хоть Вьярг и с нетерпением ждал момента, когда можно будет устроить абсолютный бардак, его все же что-то беспокоило, – Если я сейчас сломаю магию в этой реальности, то слишком много магии появиться на Земле.

– Так Рождество же, – беспечно пожал плечами Ариок, – все так и должно быть. К тому же, этим буду заниматься не я, а с вас, чертей, и взять нечего.

– Логично, – хмыкнул Вьярг, – Но заметь, не я это предложил.

И сказав это, он дернул за все тонкие ниточки, на которых держалось это измерение. В тот же момент они оказались в так называемом подвале этой реальности. И у этой скучной и пустой реальности, оказалась на удивление красивая изнанка. В черном бесконечном пространстве вспыхивали огни всех цветов радуги, и еще нескольких цветов, которых нельзя увидеть на земле. Во все стороны тянулись разноцветные нити, по которым мчались бусины света. Появлялись и исчезали формы, которых никогда не существовало и никогда не будет существовать. А он рвал эти нити, разрушал формы, делал огни еще ярче, не чувствуя угрызений совести за то, что рушит такую красоту. Здесь то, что он делал, было уместно. Вокруг царил истинный хаос, а он был частью этого хаоса.

А потом все кончилось, и они вновь стали падать сквозь громадную черную пустоту, но теперь вокруг не было ни одного цветного сполоха.

***

Вьярг, дрожа, вынырнул из сугроба на заснеженном склоне. Ну вот, он всего несколько секунд провел на Земле, а уже опять закоченел.

В нескольких шагах от него, на вершине холма, стояли Ариок с Ранди и завороженно смотрели куда-то вниз. Видимо, он один никак не может нормально приземлиться. Еще несколько минут Вьярг потратил, чтобы полностью откопаться. За все это время ни ангел, ни девочка ни разу не пошевелились, и даже не посмотрели в его сторону. Это Вьярга немного оскорбило.

– На что вы там смотрите? – спросил он, наконец, вставая и тоже поднимаясь на вершину холма.

Встав рядом с Ариоком, Вьярг посмотрел на лощинку, простирающуюся между холмами, и служащую главной площадью этой деревушке. И тоже застыл.

В лощине все также было не протолкнуться. Все еще звучала музыка, слышались крики радости, а иногда и звук разбитого стакана или вылетевшей пробки. На общий стол приносили все новые блюда, над которыми то и дело летали снежки, люди еле успевали разбегаться с пути очередных санок потерявших управление. И, в общем, в долине все также веселились.

Вот только теперь веселились там не только люди.

Рядом с людским хором самозабвенно пел небольшой хор ангелов. Оба хора фальшивили и расходились не меньше, чем в пол такта, но, с точки зрения Вьярга, звучало вполне неплохо.

Рядом бегали чертята и тоже кидались снежками или подставляли подножки санкам, отчего наездники подпрыгивали на полметра. Людям в руки то и дело падали неизвестно откуда взявшиеся подарки, иногда стараниями ангелов, а иногда из-за излишней магии, находившей выход в воплощении желаний. Кому-то в руки упала большая лопата, под весом которой он свалился в сугроб, за что получил смех и улюлюканье толпы. А вокруг стремительно летали духи, делая свой вклад в общую неразбериху. В общем, празднование было в самом разгаре.

– Пойдем, вернем тебя в твое тело? – взяв себя в руки, обернулся к Ранди Ариок.

– Да, идем, – кивнул черт. Надо же было закончить начатое.

Они съехали со склона холма и пошли через долинку к дому Ранди. Они как раз проходили мимо хора, обсуждая то, насколько хватит высвободившейся магии, когда Ранди кто-то окликнул. Вьярг обернулся и заметил летевшего к ним знакомого призрака.

– Бьёрнар! – взвизгнула Ранди и кинулась к нему. Призрак распростер руки. И тут они вдвоем засияли. Вспышка была недолгой, но очень яркой, как будто взорвалась небольшая звезда. Вьярг, как и Ариок, прикрыл рукой глаза от яркого света, но остальные вокруг, видимо, ничего не видели. А потом свет погас так же внезапно, как и появился и уже вполне материальная Ранди бросилась в объятия такого же материального старика в охотничьей куртке.

Вьярг поймал взгляд ангела.

– Как это произошло?! – удивленно воскликнул черт, – Это же невозможно!

– Магический фон? – улыбнувшись, предположил Ариок.

– Это ты сделал! – догадался Вьярг, – Но как?

– Я же говорю, это не я, просто магический фон, – невинно ответил ангел.

– А ты знаешь, что ангелам нельзя лгать? – весело спросил Вьярг.

– Да, тут ты прав, – согласился Ариок, – Но иногда так хочется!

Некоторое время они смотрели на смеющуюся Ранди, улыбающегося Бьёрнара и окружающее их веселье. После этого ангел спросил:

– Ну что, куда ты теперь, обратно в Ад? Душу-то ты так и не получил.

Вьярг молча запрокинул голову и посмотрел на звезды, а потом, еще раз оглядев долину, усмехнулся и, наконец, ответил:

– Не знаю, как ты, а я останусь здесь. По крайней мере, пока не кончится Рождество.

И тут над их головами цветными звездами разлетелся праздничный фейерверк.