Kitabı oxu: «Живой лес»

© Михаил Андреевич Загайнов, 2021

ISBN 978-5-4498-0543-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Через двадцать лет мы будем жалеть о том, чего не сделали, а не о тех пустяках и ошибках, получившихся во время очередной бессмысленной глупости с безумным финалом.

Я знаю, страшно попадать в уязвимость, но жить с чувством невыполненного «А что если?», преследует куда больше. Жизнь-штука сложная. А что если? Каким мог быть финал нашей истории?

Звёзды тоже гаснут и та звёздочка, что грела сердце, освещая тебе путь на протяжении всей жизни, может погаснуть в любую минуту.

И неважно, в каком возрасте это произошло: в семнадцать или сорок пять, на этом твоя жизнь остановится. Погрузившись во мрак, она больше не будет приносить тепло и счастье твоей душе. Та звёздочка, твоё маленькое солнышко погасло, смирись с этим.

Живой лес

Кто же придумал любовь?

Шёл уже второй час моего мини-путешествия. Я ехал на своём стареньком горном велосипеде. Такие поездки ни с чем не сравнимое удовольствие, особенно если они имеют цель обрадовать любимого человека.

Я ехал с самого утра в сторону дикого озера, что лежало глубоко в лесах, где-то в ста километрах от моего дома. Именно там росли самые красивые и редкие цветы в нашей области, такие не купишь в магазинах и цветочных бутиках. Сейчас я готов на всё ради её улыбки и даже на то, чтобы поехать в самые дремучие леса, в десятках километров от дома, на велосипеде!

Она отговаривала меня, утверждала, что не стоит настолько сильно рисковать ради неё, но чего греха таить – соблазн оказался слишком велик. Тогда я думал, что это очень милый поступок и она точно оценит, но как же я ошибался…

Глава 1

Велосипед в своём роде – самый уникальный вид транспорта. Он кардинально отличается от того же автомобиля, на нём ты проносишься мимо всей этой красоты, не замечая её, твой взор направлен на уходящую вдаль полоску дороги. А на велосипеде ты сливаешься, становишься частичкой всего того, что тебя окружает – это природа, и ты её часть.

Погружённый в свои мысли, я и не заметил, как очутился на грани, в том месте, где заканчивалась хоть какая-то цивилизация. Этого поворота не было на карте, и я, конечно же, решил повернуть именно туда.

Так получилось, что за всю свою жизнь я практически ни разу не испытывал яркого чувства страха, так и сейчас. Мне совершенно плевать на последствия, я никогда не думал о них, поэтому частенько попадал в серьёзные передряги.

Достав навигатор, я в очередной раз убедился в несовершенстве современной техники. Навигатор дал сбой и уже около часа вёл меня совершенно в другом направлении, и тот поворот вовсе не единственный, который я проехал неправильно.

– Да, ты отличный друг, мистер навигатор… чем же я тебе не угодил?

Осмотревшись, я заметил тропинку, уводящую в глубь леса.

– Может, к деревне? – подумал я и тут же осёкся, ближайшую я проехал километров пятьдесят назад, да и то, за исключением двух домов, она стояла заброшенной.

Я снова достал навигатор, кругом сплошные леса, и ни одной деревни в том направлении. Но передо мной непонятная тропинка, уводящая глубоко в заросли, и непохоже, что по ней кто-то ходил в последнее время.

Наверное, это не самое лучшее решение в моей жизни, но она ведь только началась. Сейчас мне семнадцать, и совсем скоро я буду отмечать своё совершеннолетие, главное, чтобы моя жизнь не закончилась в этом лесу. Я прекрасно понимал все риски, но всё равно принял решение пойти и посмотреть. Любопытство брало верх надо мной практически всегда, и я ничего не мог с этим поделать, а точнее, не хотел.

Что-то подсказывало мне, что нож на пояс повесить стоит, мало ли… И когда я стал таким параноиком? К слову, нож – это чуть ли единственное, что осталось у меня от деда, погибшего при очень странных обстоятельствах. Резная рукоять ручной работы и кованое лезвие, одним словом, самое настоящее произведение искусства.

Велосипед я решил не брать, так как стало ясно, что даже идти там будет трудно, не то чтобы ехать. Своего алюминиевого друга я спрятал в кустах недалеко от дороги.

Военно-спортивные сборы не прошли даром. Я прекрасно освоил базовые навыки маскировки в лесистой местности и, как мне показалось, отлично применил их на деле. Довольный своей работой, я огляделся. Вокруг так же тихо, как и в минуту моего приезда, разбитая дорога по обе стороны, окружённая густым лесом. Стояла невыносимая жара, и только тень могучих сосен спасала меня от полуденного зноя.

Наскоро перекусив домашними пирожками, я проверил своё снаряжение и поставил метку в навигаторе, чтобы в случае чего я мог быстро вернуться и уехать с этого места.

Глава 2

Таинственная тропинка на удивление оказалась не столь заросшей, как показалась в самом начале, и я без особых раздумий двинулся вперёд. Углубляясь в лес, я загонял себя в ловушку природы и того, что в ней обитало…

Первые два километра дались легко, я шёл, насвистывая мотив своей любимой песни, попутно фотографируя картины, нарисованные природой. Если даже с цветами у меня ничего не выйдет, то хотя бы привезу ей целую галерею различных снимков.

Мне казалось, будто лес – это трёхмерный пейзаж, а природа просто гениальный художник, который ежеминутно вливает в свою картину всё больше новых красок. И если вначале краски были яркими и весёлыми, будто приглашали окунуться в них с головой, то сейчас, чем дальше я заходил в лес, тем сильнее они сгущались, становясь темнее.

Время шло, а тропинка так и ни к чему не привела, она тянулась ещё дальше, затягивая меня в смертельную ловушку.

– Глубоко же я зашёл, почти двенадцать километров, и неизвестно, сколько осталось.

Ноги заметно подустали, хотелось пить и есть. Только сейчас я понял, насколько плоха моя ситуация. Воды практически нету, а где её взять я не имею никакого представления, но сижу и допиваю последние капли, ещё оставшиеся в моей фляге.

Идти назад? Нет, я видел на карте что-то наподобие ручейка. Думаю, стоит попробовать дойти до него и на этом уже заканчивать моё путешествие. Идти куда-то без воды – дело гиблое, ещё неизвестно, сколько я буду петлять по этим лесам в поисках нужной мне дороги.

Я сидел на камне, добивая остатки провизии, как вдруг понял: я иду по этому лесу больше трёх часов и ни разу не слышал пения птиц, тут даже нет комаров и оводов, преследовавших меня всю дорогу.

В лесу стояла гробовая тишина, и только лёгкий ветерок играл с макушками деревьев. Странно всё это, отсутствие хоть каких-то звуков настораживало. Не знаю, что меня потянуло осмотреть это место, но лучше бы я этого не делал и бежал обратно без задних ног.

Камень, на котором я сидел, оказался вовсе не камнем, а памятником, надгробием, называйте, как хотите. Почему я сразу не заметил? Он практически полностью покрыт мягким, слегка влажным слоем мха.

Табличка с фотографией и инициалами «счастливого» обладателя каменного надгробия нашлась у моих ног. Она разбита пополам и, мягко говоря, убита временем, но инициалы и фотография отлично сохранились.

Власов Олег Васильевич.

Глава 3

«За три месяца»

Конец учебного года, меня, как одного из лучших спортсменов района, отправляют на военно-спортивные сборы в действующую воинскую часть.

– Здравствуй, небо в облаках!

Здравствуй, юность в сапогах…

Вот дураки, на неделю всего едем, а у них проводы, как будто на год уезжаем. Я бы не удивился, если перед зданием администрации выстроился целый оркестр из мам, бабушек и подруг моих будущих «сослуживцев», который исполнил марш «Прощание славянки» во всём его величии.

К счастью или даже к моему большому удивлению, обошлось без этого. Кстати, нас было всего десять человек. В основном двоечники с более менее крепким телосложением. К коим я, конечно же, не относился. С учёбой у меня всё в порядке, всего лишь пара троек по некоторым предметам, вышедшие благодаря моей лени и отсутствию хоть какой-то тяги к знаниям по этим предметам.

Ехали мы очень долго, воинская часть находилась практически на границе с другой областью, а это около трёхсот километров от моего дома. Старенький автобус не вывозил такой нагрузки и порой просто глох, вставал на месте и не желал больше заводиться, но такой же старенький водитель быстро находил к нему подход, и мы продолжали ехать.

Воинская часть встретила нас достаточно холодно, всем плевать, лишь бы не лазили, где попало. И как это обычно бывает, первое впечатление оказалось обманчивым. Так как мы приехали с опозданием, кормить нас никто не собирался, а одного из моих «сослуживцев» практически сразу избили солдаты-срочники, съязвив что-то про кривой кантик и отсутствие головного убора.

Куда я попал…

После заселения в казарму нас ровным строем повели в солдатский клуб «Патриот», где проходило торжественное открытие сборов. Мы опоздали туда практически на час и сорвали половину выступления, чем не на шутку разозлили командиров других рот и командира дивизии. Несложно догадаться, какое к нам после этого было отношение.

Мы, курсанты, являлись самым низшим звеном армейской пищевой цепочки. Не сказал бы, что я сильно огорчился – трудности закаляют, да и без них никуда. Благодаря ним я быстро вошёл в азарт, и армейская жизнь перестала хоть как-то меня тяготить.

Где-то на третий день пошли практические занятия по стрельбе, маскировке, и пацаны как-то резко изменились в лицах, больше не было тех улыбок и задорных шуточек про армию. Я видел, как они открывали своё «я».

Меня это порядком раздражало, и всё это время я находился особняком от общей массы. Так прошли оставшиеся четыре дня. Курсы медицины, занятия по ориентированию на местности, однозначно пошли мне на пользу, хоть и половину всего я знал ещё с детства по фильмам и книгам.

Для меня эта неделя прошла практически незаметно. Вроде бы только приехал, и вот я уже сижу в протёртом салоне автобуса, погружённый в свои мысли, а он везёт меня прямиком домой.

Глава 4

Власов Олег Васильевич-что? Но как это возможно? По рассказам бабушки, он пропал без вести много лет назад, да и фотография, как у него с выпускного альбома.

На этом фото ему восемнадцать лет, на днях он окончил школу и подал документы в Московскую военную академию.

В двадцать три года мой дед с отличием закончил учёбу и, взяв небольшой отпуск, отправился в родную деревню, где его ждала возлюбленная. Двадцатидвухлетняя красавица Ольга Осипова.

Они были вместе ещё со школы. Сначала просто дружили и вместе гуляли по школьным коридорам во время перемен, а потом бегали на свидания, пока не поняли, что их дружба переросла в нечто большее. После была долгая разлука, Олег учился в Москве и не мог постоянно ездить к любимой, которая жила за тысячу километров от него. Но расстояние не смогло погасить тот огонёк, что горел в их сердцах ещё с детства.

Они тут же сыграли свадьбу, а через четыре года Олега отправили на какую-то спецоперацию, якобы за границу, домой он так и не вернулся. На дворе тогда стоял 1990 год.

Ровно через три месяца после того, как он покинул родной дом, пришло письмо, где указывалось, что полковник разведки Власов Олег Васильевич числится в списках пропавших без вести.

Оля осталась с годовалым сыном-Андреем. Через двадцать пять лет он станет моим отцом. Сомнений не оставалось, именно здесь похоронен мой дед.

И если тут его могила, то логично предположить, что он такой не один, и я нахожусь на кладбище. Достав навигатор, дрожащей рукой поставил метку на карте, чтобы по приезду домой показать это место бабушке.

Надо бы осмотреться…

Через несколько метров нашлись и другие. Сотни крестов надёжно укрыты непроходимыми дебрями кустарников. Некоторые могилы обвалились, где-то кости и черепа лежали на самой поверхности, создавая непередаваемую атмосферу.

Довольно жуткая картина, учитывая, что ты подросток, находишься глубоко в лесу, да ещё и без связи. Связь пропала давно, я заметил это, фотографируя очередное растение около пяти километров назад.

Тогда я не обратил на это никакого внимания, а сейчас всё это давило мне на нервы. Нависла могильная тишина, гул в ушах усиливался. Я слышал, как бьётся моё сердце всё чаще и чаще.

– Чёрт с этой водой, надо валить отсюда и поскорее, – сказал я сам себе, но не успел отойти и десяти метров, как за спиной раздался крик, ни на что не похожий нечеловеческий вопль.

Глава 5

«За месяц до этого»

Капюшон, наушники, безлюдное место на самой окраине парка. Что ещё нужно для молодого романтика?

Я бы сказал, что неплохо проводить такие вечера с любимой девушкой, а не в полном одиночестве. Как бы оно ни было, но я не пользовался вниманием девушек. Я часто задавал себе вопрос: «Почему же так получается?» – и никогда не находил ответа.

С раннего детства я не отличался высоким ростом и почти всегда был на голову ниже своих друзей, а то и ещё меньше. Но, несмотря на рост, обладал прекрасным телом. Идеальная мускулатура вообще не имела жира и являлась результатом многолетних тренировок.

Я упорно тренировался и уже в шестнадцать лет выполнил норматив кандидата в мастера спорта по армейскому рукопашному бою. В свободное от школы и тренировок время я рисовал, играл на гитаре и делал это очень даже неплохо. Но, несмотря на все плюсы, девушки обходили меня стороной, выбирая парней из местной «банды». Деля на ноль они получали желаемое – мнимую видимость счастья, дуры…

– А может, оно и к лучшему? – говорил я себе, наблюдая за «влюблёнными» парочками. У меня хотя бы есть время на самого себя и меня в принципе всё устраивает, но в глубине души я хочу большего.

Уже одиннадцать часов, действительно, когда не ждёшь, время летит незаметно. Делать мне всё равно нечего, и я наслаждаясь прохладой, не спеша отправился домой. Погода сейчас просто божественна, малиново-жёлтый закат прекрасно гармонировал с окружающей меня растительностью и создавал ту самую романтику летней ночи.

Так я дошёл до яблоневой аллеи, к слову, одной из самых ухоженных зон парка. Во всю длину тянулись клумбы с неизвестными мне цветами и стояли три хоть и небольших, но всё-таки фонтана. Так уж вышло, в цветоводстве я совсем не разбираюсь и не смогу назвать цветов, растущих на клумбах, но скажу, что смотрелись они невероятно красиво.

Днём тут любили прогуляться молодые семьи с детьми, и пока глава семейства ходил за мороженым, мама пыталась поймать и собрать в кучу непоседливых детишек. Со стороны это выглядело достаточно забавно и очень мило, как в старом советском мультике про обезьянок.

И, казалось бы, кто здесь может сидеть в столь поздний час, кроме меня? Иногда тут собирались шумные компании и проводили вечер с гитарой и бутылочкой чего-нибудь слабоалкогольного.

Но она сидела совсем одна, в последних лучах заката её силуэт показался мне до боли знакомым, родным и как никогда близким. Плечи девушки слегка подрагивали, а воздух разрезали еле уловимые всхлипывания. Она сидела на скамейке, поджав колени к груди, и плакала, закрыв лицо руками.

Что со мной? Я ведь даже не вижу её лица и, наверное, не знаю её. Но я хочу успокоить, проводить до дома, спрятать, укрыть от всего мира, чтобы никто, и даже я, не видел её слёз. Но как? Я не могу пошевелиться, моё тело парализовало.

Она заметила меня, но я не мог ничего сделать. Можно подумать, что такое бывает только в фильмах или дешёвых романах про любовь, но нет, такое случается в первую очередь в реальной жизни и только потом попадает на строки книг или кадры киноплёнок.

В один момент меня отпустило, ужасный приступ закончился. Неожиданно расстояние между нами резко сократилось, ноги сами вели меня к ней.

Наверное, это глупо, но я не знаю, как начать разговор, как-то неожиданно пропали все нужные слова, я потерял дар речи. А она сидела и смотрела прямо на меня.

– Привет…

Глава 6

Душераздирающий крик разорвал немую тишину тёмного, уже вечернего леса. Нет, не похоже, что это крик испуганного человека, который, как и я, нашёл это кладбище.

Это точно не человек и не животное, но тогда кто? Как бы то ни было, я же не знаю и всего лишь строю свои нелепые догадки, а вдруг это реально человек, и ему нужна помощь, и если так, то я просто не могу пройти мимо.

Большую роль здесь сыграли моя глупость и природное любопытство, я понимал, что добром это не закончится, но всё равно пошёл. Но не успел я сделать и шага, как передо мной выскочило нечто.

Встреча оказалась неожиданной как для меня, так и для этого создания. Тварь вылетела из кустов в трёх метрах от меня и теперь просто стояла. Прожигая злобным взглядом, она щипала самые тревожные струны моего подсознания.

Два чёрных матовых глаза, как мне показалось, совсем не имели зрачков. Её тело, чем-то напоминающее человеческое, с ног до головы покрыто шрамами, а лицо… Если, конечно, это можно назвать лицом: пара узких глаз, утопленных глубоко в голову, вместо носа маленький бугорок, не имеющий отверстий. Дышала тварь через рот. Огромная пасть с длинным треугольным языком, окружённым ровным рядом острых, как бритва зубов, приводила в ужас.

– Бежать! – кричал голос в моей голове, но тело не слушалось. Эти секунды длились целую вечность, я на мгновение застыл в полном оцепенении, пока ноги сами не понесли меня куда-то в неизвестном направлении.

Я потерял ориентир и уже не видел никакой тропинки. Глупо бежать туда, где ни разу не бывал, от твари, обитающей здесь. Понимаю, что вполне вероятно я подписал себе смертный приговор, и сделал это давно, когда ещё только вошёл в этот лес.

Почему так получилось? Я всего лишь поехал за цветами для любимой, а теперь убегаю по лесу от непонятной твари. Она не переживёт, если я не вернусь из этой поездки. Какой же я дурак, разве надо было так рисковать и ради чего?!

Я обязан убежать, обязан вернуться! К счастью, бегает эта тварь не так быстро. Нет же, она просто играет со мной! Играет, растягивая удовольствие, как истинный убийца!

Бежать сквозь лес со скоростью света, а как по-другому, когда за тобой бежит нечто и явно не с добрыми намерениями?!

Я бежал, не разбирая дороги, огибая деревья и перепрыгивая корни, так и норовившие поставить мне подножку. В одну секунду земля под ногами пропала, я почувствовал, как внутри всё сжалось.

Падая я ударился головой о что-то твёрдое, и сразу же потерял сознание…

Глава 7

Её звали Аня, мы были лучшими друзьями в детстве и играли на работе у родителей. Они когда-то работали вместе, но потом её отца сократили, и их семье пришлось переехать, а моя мама в тот момент пошла на повышение.

Наверное, только благодаря нашему детству получилось начать разговор. Несмотря на то что мы не виделись чуть больше восьми лет и общались только через родителей, передавая друг другу приветы и поздравления на редкие праздники, Аня узнала меня, и заметно повеселела. Мы жили очень далеко, в разных регионах, но чудом встретились здесь, в своём родном посёлке.

Салочки, прятки – воспоминания грели душу, хоть и нам тогда было по восемь и девять лет, на удивление мы прекрасно всё помнили. Я родился на год раньше Ани, и она часто обижалась на меня из-за этого, да так, что мне приходилось брать у мамы конфетки и дарить их Ане, чтобы хоть как-то загладить свою вину.

– Саш, а ты помнишь нашу последнюю встречу? —

неожиданно для меня спросила Аня.

– Да, её же не было. Помню, как побежал за автобусом, а ты лишь помахала мне рукой в закрытое окно, я потом плакал всю ночь, это был первый и последний раз, когда я плакал. А потом мне сказали, что ты уехала на поезде в другой город. Нам даже не дали попрощаться.

– Вообще-то, ты не один тогда плакал. Папу уволили, и нам пришлось переехать. Может быть, нам разрешили попрощаться, если бы ты тогда не побежал за автобусом, не споткнулся, упав в лужу, и не разбил себе лоб. Наверное, родители испугались, что мы можем ещё чего нибудь учудить и лишь поэтому…

– Не знаю, а так первые боевые три шва, между прочим, даже шрам остался.

После этих слов мы оба засмеялись. Я даже слегка покраснел, благо в темноте это не так заметно, и Аня не увидела ноток стыда на моём лице. Очередной случай из детства, за который стыдно до сих пор, хоть и не так сильно, но всё же.

Мы бы так и просидели на этой скамейке до рассвета, если не свет фонарика пешего патруля в самом начале аллеи. Они часто обходили такие места в поисках несовершеннолетних гуляк, дабы поймать их и отвести в местное отделение полиции. Свет их фонарика был знаком многим, даже мне приходилось пару раз удирать от них. Что ни говори, но гулять хотелось всегда, а вот сидеть в дежурке до утра я не хотел совсем.

– Ань, видишь свет фонарика вдалеке?

– Да, а что?

– Это менты, пойдём скорее отсюда.

– Испугался?!

Она посмотрела мне прямо в глаза, её искренняя обескураживающая улыбка дразнила меня и как будто брала на слабо, всем своим видом показывая, что ей абсолютно наплевать.

– Нет, но мне бы хотелось встретить рассвет с тобой где-нибудь на берегу реки, а не в отделении за решёткой.

– Хах, ну раз так, тогда побежали скорее.

На этот раз нам повезло, патруль не заметил нас, и мы без особых проблем вышли из парка. Гуляя до самого утра по пустым улицам мы вспоминали, как бегали тут в детстве.

Как и говорил, я потащил Аню встречать рассвет на берег реки, протекающей на самой окраине посёлка, совсем недалеко от моего дома.

Сидя на деревянной скамейке, под козырьком у самого берега, мы молча встречали рассвет. У нас было огромное количество тем для разговора, я чувствовал – о чём бы я ни заговорил, Аня бы тут же подхватила и обязательно поддержала меня. Но я никак не мог подобрать слов.

На воду опустился лёгкий туман, красиво, но очень холодно, Аня сидела в тонкой кофточке и джинсах. От холода по её мягкой, бархатной коже пошли мурашки.

– Ты замёрзла?

– Нет, а что?

Она посмотрела на меня и мило улыбнулась.

– Ань, не ври мне, я вижу, ты вся дрожишь, возьми мою кофту и пошли скорее, я провожу тебя до дома.

В ответ она отвела взгляд и, робко промолчав, кивнула головой. Я отдал ей свою кофту, а сам остался в любимой футболке цвета хаки, и мы пошли в сторону её дома.

– Саш, ты так и не спросил, почему я плакала там в парке. Я думала ты захочешь узнать.

– Нет, я хотел, чтобы ты перестала плакать, и поэтому не стал спрашивать. Так же лучше, зачем давить на то, что вызывает у тебя слёзы?

– Спасибо, мне действительно стало легче, но ты разве не хотел узнать почему?

– Нет, я не стал спрашивать в самом начале, а потом и вовсе не думал об этом.

– Саш, я…

Аня начала что-то говорить, но как-то резко остановилась и внимательно посмотрела на меня…

Глава 8

Темнота не хотела отпускать из своих цепких объятий. Жив ли я? Я не знаю. Может, я уже в раю и мне всего лишь стоит открыть глаза, но как бы я ни пытался этого сделать, у меня ничего не получалось.

Все мои потуги отзывались медленной болью, сползающей по всему телу. Меня окружала кромешная темнота, а может, я в аду, и сейчас из темноты ко мне выйдет сам дьявол и отправит на увлекательнейший марафон, состоящий из девяти кругов ада, но вопреки моим доводам ничего не происходило.

Я успел подумать обо всём на свете, а что если я не вернусь, и моя любимая останется без меня, какой же я дурак, раз полез сюда!

В голову ударил резкий запах дыма, всё тело ломило, как после жёсткой тренировки, коих за мою жизнь было тысячи. Я попытался подвигать всеми частями тела.

– Ай! -вскрикнул я, процедив сквозь зубы:

– Чёрт, как же больно, я не чувствую ног…

Не знаю, на что я рассчитывал, когда говорил это вслух, но результат оказался весьма неожиданным.

– У тебя их нет! -осипшим мужским голосом сказал кто-то в полуметре от меня.

От неожиданности я открыл глаза и буквально подскочил на месте:

– Хе-хе, поверил.

Я быстро осмотрел себя, к счастью, все части тела были на месте, но теперь уже другая проблема начала будоражить мой разум. Кто этот старик и как я здесь оказался?

Я лежал на старой советской раскладушке, судя по всему в каком-то доме или землянке. В грубо отёсанном срубе совсем не было окон, а в самом центре помещения стояла огромная печь, как в сказке про Ивана дурочка.

Повсюду висели разноцветные травы, на печи сушились причудливые корешки, а на специально сколоченных из досок полках стояли различные соленья. Мебели в доме практически не было: стол да пара стульев, ну и раскладушка, на которой я собственно и лежал.

За столом сидел невысокого роста, но очень крепкого телосложения старичок. Одет он в маскхалат, какие я обычно видел в фильмах про войну или на полках исторических музеев. А на плече висел затасканный АК-74. Лицо у него доброе, покрытое густой бородой, во всяком случае, оно внушало доверие. В руке он держал небольшую жестяную баночку, из пробитой крышки тянулась полоска густого дыма.

– Очухался? – спросил дед и, выдержав паузу, добавил:

– Меня Василичем звать.

Я попытался что-то проговорить, но вышла какая-то бессвязная билиберда.

– Ясно, – сказал Василич, вышел из-за стола и подошёл ко мне. Баночку с дымом он поднёс практически к самому носу:

– На вот, понюхай.

Я поморщился, дым был противным, но прекрасно приводил в чувство, потихоньку возвращалась ясность сознания, от былой растерянности не осталось и следа.

– Лучше? Зря ты сюда полез, парень.

– Да, мне лучше, меня Саша зовут, что это за место и что тут происходит?

– Эх, пионер, садись за стол, за чашкой чая разговор получше клеится…

Глава 9

Я никогда не любил серьёзных разговоров, и сейчас именно тот момент, когда я ну никак не смогу уйти от него. И если бы я мог хоть как-то догадаться о сути предстоящей мне беседы то, наверное, не стал бы так волноваться.

Аня могла рассказать мне что угодно, а я в свою очередь мог не ответить или сказать какую угодно глупость, после чего продолжать разговор не имело бы никакого смысла.

– Саш, ты, наверное, не знаешь, но я приехала сюда не просто так. Моя бабушка умерла позавчера вечером. Остановилось сердце, прямо во сне, поначалу никто не понял, что случилось. Все думали, что бабушка Надя просто спит, но…

– Ань, я…

– Саш, пожалуйста, ничего не говори, ты и так очень сильно мне помог сегодня. Именно поэтому мы приехали сюда, скорее всего до самой осени. Надо помочь дедушке, ему уже семьдесят четыре года. У него очень большое хозяйство, и сам он не справится.

– Вот оно что, соболезную. Ань, если я могу чем-то помочь, ты только попроси. Не стоит расстраиваться, если это произошло, значит так нужно, вот увидишь, всё будет хорошо, и ты будешь счастлива. Кстати, где ты сейчас живёшь?

– У тёти, на Гагарина-46.

– Пойдём, я тебя провожу.

– Нет, Саш, не надо, я сама дойду, тут недалеко. Ты не обижайся, просто мне нужно немного побыть одной.

– Хорошо, нет, я не обижаюсь, точно сама дойдёшь?

– Точно.

На прощанье мы обнялись, как же она повзрослела за время, пока мы не виделись. Сейчас напротив меня стояла не маленькая восьмилетняя девочка с забавными косичками, а очень милая и красивая девушка с распущенными волосами. Она немного ниже ростом, чем я, и мне это дико нравится.

За всю свою жизнь я встречал много девушек, но Аня какая-то особенная, она совсем не похожа на других, в ней есть что-то близкое и родное именно мне, я чувствую это. Но что?

– Сладких снов, увидимся завтра, ты ведь не занят? – мило улыбнувшись, спросила меня Аня.

– Нет, я абсолютно свободен. Завтра же воскресенье?

– Да, а что?

– Да так, не волнуйся, завтра я свободен.

– Бываешь занят?

– Нет, тренировки по вечерам, разве что, ну и зарядка утром.

– Понятно, значит завтра, с самого утра идём гулять.

– Прямо так уж завтра?

– Ой, блин, забыла, ну давай тогда ты мне позвонишь сегодня, как только проснёшься, хорошо?

– Хорошо, диктуй номер.

Обменявшись номерами мы ещё раз обнялись на прощанье, только потом Аня пошла в сторону своего дома. А я просто стоял и смотрел ей вслед.

Она мне очень нравится, мне было так хорошо с ней этим вечером. Я даже потерял счёт времени и забыл о своём обещании вернуться домой до полуночи.

Дома меня ждал отменный нагоняй, но что поделать, придётся идти.

Глава 10

– Сашка говоришь, а фамилия? -спрашивал меня Василич, потягивая из стальной кружки душистый травяной чай.

– Власов.

– Ух ты, это что же получается, однофамилец мой?

– Однофамилец? Слушай, я на том кладбище могилу своего деда нашёл – Власов Олег Васильевич, ты знал его?

– Деда? Ты уверен?

– Да, абсолютно, у него ещё сын был Андрей, ну мой отец.

– Ёмаё, ты серьёзно что ли?!

После этих слов кружка с чаем опустилась на стол, а лицо Василича вмиг стало очень серьёзным, он сидел и прощупывал меня взглядом, ожидая ответа.

– Да.

– Ну, ты даёшь, а девку его знаешь? Оля звали.

– Бабушка Оля? Она до сих пор жива.

На глазах Василича читалось искреннее удивление, которое он не мог скрыть.

– Это, что тогда получается? Родственники мы с тобой!

– В смысле, почему?

– Олег мой родной брат, мы с ним вместе служили.

– И как такое возможно?

– Да вот так, просто попали в одну роту, он моим командиром был, только решения мы вместе принимали, а приказы уже он отдавал.

– Да, я не про это. Как такое возможно, почему сюда я попал, а не кто-то другой?

– Ой, Сашка, ты ещё не знаешь, куда попал. Страшные вещи в этом лесу творятся и то, что ты сюда попал, ну я в принципе не удивлён.

– Страшные? Ты про ту тварь?

– Какую?

– Чёрная такая, пасть огромная и глаза без зрачков.

– Так, а вот с этого момента расскажи поподробнее.

Дважды меня спрашивать не пришлось, и я в деталях описал свой поход, как поехал за цветами для своей подруги, как на кладбище попал, зловещую тишину леса, и встречу с неведомым существом. Василич внимательно слушал, поглаживая свою длинную седую бороду.

– Вот что я тебе скажу, Санёк, либо ты в рубашке родился, либо он что-то от тебя хочет, но что, я не знаю. Я тебя на берегу Изады подобрал, речушка местная, покажу потом. Дак вот, я тебя подобрал и сюда приволок, ты без сознания был, я уж думал, не очухаешься. А тварь, что ты видел, я «Хожим» прозвал, он тут один такой, постоянно везде ходит и наблюдает, но меня не трогает, хотя уж столько раз мог на тот свет отправить. А ты, видать, ему чем-то не понравился или он просто кушать захотел. Повезло тебе, что он за тобой спускаться не стал. Василич поднялся из-за стола и, достав с печки небольшую папку бумаг, подошёл ко мне.

– На вот, почитай, я то на растопку хотел уже пустить, но думаю тебе пригодится.

«Журнал учёта. Дело 908. Власов О. В.»

– Это журнал моего деда?

– Ага, почитай, там много про этот лес написано.

Я крутил журнал в руках, осматривая его со всех сторон, но не успел открыть первую страницу, как вдруг снаружи что-то взвыло в протяжном вопле, а через секунду в дверь сильно ударили…

Глава 11

Прошла неделя после нашей встречи с Аней. С тех пор мы гуляли каждый день, встречая рассветы вместе. У нас много общего, мы идеально понимаем друг друга.

Но сегодня вечером мы сильно поругались, и сейчас я шёл один, аккурат по центру дороги. Ночные улицы не радовали своей приветливостью, только что прошёл сильный дождь, было сыро и грязно. В такое время суток машин на улицах практически нет, главное, не наткнуться на патрульку, стоявшую где-нибудь у местной забегаловки. Оно и правильно, мало кто выходит гулять в такую погоду и нет особого смысла патрулировать улицы, разве что так, для виду.

Мы поругались с Аней из-за какого-то пустяка, который, ну, никак не мог стать причиной ссоры. Сейчас мне настолько паршиво, я не хочу никого видеть.

Идти домой тоже не вариант, моё столь раннее появление может вызвать много вопросов, а мне совсем не хочется на них отвечать. Взвесив все «за» и «против», я решил, что лучше всего погулять где-нибудь до полуночи и пойти спать, а уже завтра решать, как быть дальше. Я шёл и думал только об Ане и о том, как нелепо мы с ней поругались. Если бы она только знала, как я отношусь к ней…

Я проходил около школы, как вдруг из-за поворота выскочил автобус и с диким визгом тормозов остановился в метре от меня. Свет жёлтых фар слепил невероятно сильно, я не видел практически ничего, даже номера, размываясь, превращались в непонятную кашу. Двери автобуса открылись, и на улицу кто-то вышел.

Медленно, прихрамывая, он шёл прямо ко мне. Я не мог понять, кто это, пока он не подошёл настолько близко, что перегородил собой свет ближних фар. Это была бабушка Ани! Но как такое возможно?

Бабушка Надя умерла больше недели назад, я лично видел, как несли её открытый гроб. Что с ней?! На её лице висела гримаса ненависти и ужаса, а разорванный рот расплывался в безумной улыбке.

– Мы едем в ад, и я намерена забрать её с собой!

О ком она говорит, я понял сразу, Аня! Я побежал, где-то уже за спиной раздавался ужасающий хохот старушки, так сильно давивший на нервы.

Я бежал настолько быстро, как только мог. Я должен! Обязан успеть! До её улицы я добежал очень быстро, благо она находилась недалеко от школы, и мне не пришлось бежать на другой конец района. Гагарина-44, Гагарина-45, Гагарина-46, вот же он! Я с разбега перепрыгнул калитку и без стука влетел в дом.

– Аня!

Я кричал, звал её, но в ответ лишь тянулась немая тишина. Что здесь произошло?! Все двери настежь открыты, а в доме устроен самый настоящий разгром. Вещи лежат на полу, мебель перевёрнута, а посуда на кухне разбита. Я метался из комнаты в комнату, и в каждой из них стояла картина хаоса, достигшего своего апогея. Но ни в одной из них не было Ани, где же она!? Оставалась последняя, да как я мог забыть, она же говорила! Дверь её комнаты стояла слегка приоткрытой. Нет, нет, нет!

Я опоздал, вся комната перевёрнута вверх дном, а с люстры тонкой полоской свисала верёвка, тугой петлёй затягивающаяся на её шее. Я кинулся снимать её, но было уже поздно.

– Аааааааа!!!

Я проснулся от собственного крика в холодном поту. Это был всего лишь сон, просто страшный сон…

Глава 12

Василич жестами объяснил мне, что сейчас лучше сидеть молча, стараясь издавать как можно меньше звуков. А сам он бесшумно занял позицию по диагонали к старой, закрытой на массивный засов двери.

Дед стоял на одном колене, прислонившись спиной к стене. Автомат в его крепких руках казался совсем игрушечным. Снова раздался крик, нечеловеческие вопли и хруст веток ещё сильнее накаляли обстановку.

Это продолжалось недолго, около семи минут, и всё это время мы сидели, как вкопанные, не издавая ни единого звука. Одно неаккуратное движение могло привести к самым, на мой взгляд, печальным последствиям.

Я был на взводе, руки тряслись, я не знал, что происходит и что за существо сейчас находится за стенами нашего укрытия. К Василичу это не относилось, он внимательно вслушивался в каждый хруст или щелчок, доносившийся из стен его схрона.

К счастью, продолжалось это недолго, после чего все звуки растворились в тягостной тишине зловещего леса. Выждав ещё около двадцати минут и убедившись в отсутствии каких-либо звуков, Василич опустил ствол своего автомата и подошёл ко мне.

– Слыхал, Санёк? У местных видать обострение, не к добру это, ой, не к добру… Ты журнал-то полистай, ознакомься, так сказать, с местной флорой и фауной, а я пока поищу тебе чего-нибудь.

Я подобрал журнал, лежавший у меня под ногами, я даже не заметил, как уронил его. Открыв первую страницу, я увидел список личного состава: рядовые, офицеры, их должности и имена. Из последующих записей можно сделать вывод, что тут находилась самая крутая воинская часть Советского Союза, в которую входила разведрота Власова.

Я не пропускал ничего, читал абсолютно все бумаги и смотрел все отчёты, что были в этом журнале. Спустя час мне стало ясно – здесь что-то изучали ещё с 1941 года, и это «что-то» не поддавалось никакому воздействию, вследствие чего погибало очень много людей.

Здесь использовали самые передовые технологии, некоторые из них, к слову, не поступили на вооружение до сих пор. По крайней мере, я никогда не слышал о таких вещах, и для меня это было в диковинку.

Глава 13

Прошла ровно неделя с нашей первой ночной прогулки, сегодня мы с Аней хотели повторить её и встретить рассвет вместе. Я проснулся очень рано, кошмары не давали мне спокойно спать, с Аней и без, они заставляли меня просыпаться от собственных криков посреди ночи.

Не то чтобы кошмары мучили меня постоянно, по-моему, такого никогда и не было, а если когда-то и снились страшные сны, то к ним я относился, как к хорошей шутке. Но не этой ночью, сегодня в моих снах происходили такие вещи, они попросту приводили в ужас, и я не мог спать дальше.

Часы показывали четыре утра, я дико хотел спать, но я не хотел снова погружаться в этот мир, где меня не ждёт ничего хорошего. Я решил, что попробую поспать днём, просто будет очень неловко, если во время ночной прогулки я усну у Ани на плече.

А сейчас можно сходить, например, на ту же рыбалку. Почему бы и нет? Река недалеко, да и время самое-то для отличного клёва.

Я встал с кровати, всё тело болело и ныло, не зря говорят, мол здоровый сон – неотъемлемая часть любого спортсмена, мой организм попросту не успел восстановиться после вчерашней тренировки. Надо хоть витаминов каких-нибудь выпить, может быть, чем-то да и помогут. Я пошёл на кухню, где на холодильнике стояла заветная баночка с витаминным комплексом «Компливит».

Отчасти, мне сегодня очень повезло, так как икромёт у рыбы кончился в двадцатых числах июня, а сейчас начало июля, да и на рыбалку в этом году я уж точно ни разу не ходил. Я быстро собрал снасти, коих было немного: удочка, ведро и банка консервированной кукурузы, стоявшая в холодильнике ещё с Нового года.

Пройдя всего лишь километр от дома, я оказался на берегу реки, как раз в том месте, где мы встречали рассвет с Аней. Я быстро разложил удочку и запустил крючок с наживкой почти на пять метров от берега. Надеюсь, мне сегодня повезёт и я приду домой не с пустыми руками.

Посидев на берегу реки где-то полчаса, я полностью погрузился в свои мысли, как вдруг за спиной раздался знакомый голос.

– Ну что, клюёт?

Глава 14

Военные прозвали это место «Живой лес», но только я ещё не до конца понимаю, почему он живой. Да я вообще ничего не понимаю, как я здесь оказался, скорее всего, только благодаря своей глупости или нет? И почему же тогда мне, простому школьнику, довелось узнать эти тайны?

Живой лес – аномальная зона, не имеющая строгих границ. Странности этого места замечали с древних веков ещё наши предки и старались обходить данную область стороной.

А потом, где-то в начале сороковых годов, слухи об этом месте дошли до тогдашнего правительства в лице Сталина, лично им было отдано распоряжение о создании специальной научной экспедиции, в ходе которой опросили всех жителей деревень в этом районе, хоть что-то знавших об этом месте. Впоследствии их расстреляли как «государственных изменников» с целью нераспространения стратегически важной информации.

Первая экспедиция в леса оказалась более чем удачной, они нашли то, что искали, но назад вернулась лишь половина личного состава, участвовавшая в походе. После чего практически до девяностых годов в лес отправлялись всё новые и новые экспедиции. В лесу появилась своя инфраструктура: дороги, базы учёных и военных, ещё одной особенностью стало то, что в этот лес отправляли исключительно разведчиков.

В самом центре зоны построили огромный научный комплекс, уходящий глубоко под землю. Информации о нём крайне мало, в журнале мелькали лишь тонкие намёки на то, что они изучали что-то на глубине в один километр, на самом дне Изады.

Эту информацию скрывали от нас много лет и скрывают до сих пор. Но мне «повезло» чуть больше, чем остальным, и я сейчас нахожусь в этой самой аномальной зоне под названием Живой лес.

Более странно то, что тут написано. В 1990 году вследствие неудачного эксперимента связь с основным научным центром пропала, также пропала связь с внешним миром. Перестали поступать пополнения, боеприпасы и провизия. Спустя полгода появились решившие дезертировать, но все, без исключений, погибли на границе зоны.

Значит, связь пропала, как и снаружи, так и изнутри. и все, кто находился в аномальной зоне, оказались в абсолютной изоляции. Это подтвердил Василич, на данный момент он единственный оставшийся в живых человек из всей группировки, находившейся в лесу. Как же он не сошёл с ума за столько лет?

Глава 15
Аня…

Я пришла домой в каких-то одиннадцать часов. Мы весь день гуляли с Сашей и договорились пойти встречать рассвет завтра утром. Поэтому решили не гулять до полуночи и как следует выспаться.

Родителей дома не оказалось, странно, может быть, они остались в саду, мама с папой уехали туда ещё днём. Как бы то ни было, я осталась дома одна, и это факт. Спать я не хотела и первым делом пошла на кухню, я очень любила ночные перекусы, отчасти потому, что они ну никак не отражались на моей фигуре.

На кухне меня ждал сюрприз в виде клубничного торта и записки от мамы, я взяла её и прочитала вслух.

– Этот торт приготовил твой папа. Точнее, он приготовил два, но один мы забрали с собой. Если что, активированный уголь в шкафчике над холодильником. Мы с папой останемся в саду до завтра, а тётя Ира уехала в город по работе, не скучай. Приятного аппетита и сладких снов, твоя мама.

Надеюсь, она пошутила про уголь. Я дождалась, пока закипит вода в чайнике, и заварила себе чашечку чая. Торт оказался неимоверно вкусным, но очень большим для меня одной. Может, позвать Сашу? Но он, наверное, уже спит, да и мне пора.

Допив чай, я отправилась в свою комнату, самую дальнюю в доме. Неужели во всём доме для меня не нашлось комнаты поближе? Чтобы добраться до неё, надо пройти через весь коридор и открыть последнюю дверь справа. Комната представляла собой небольшого размера помещение с двумя большими окнами, выходящими прямо в огород, за которым начинался небольшой лесок. Я, как и Саша, жила на самой окраине посёлка.

В самом центре комнаты стояла шикарная двуспальная кровать, по обе стороны от неё располагались резные тумбочки из красного дерева. А напротив кровати, на стене, висело огромное трёхметровое зеркало.

Этой ночью мне очень плохо спалось, а если я и засыпала, то просыпалась буквально сразу же. Так продолжалось практически всю ночь. Всё бы ничего, но вот только, когда я в очередной раз проснулась, в зеркале, напротив меня стоял большой чёрный силуэт.

Стоял он передо мной или наблюдал из зеркала, я не поняла, мне было как-то всё равно. Может, папа приехал и решил проверить, дома ли я. С этой мыслью я закрыла глаза и провалилась в царство Морфея.

Примерно через час я снова проснулась, и никакого силуэта, понятное дело, уже не было. Стрелка часов, стоявших на прикроватной тумбочке, показывала четыре часа утра. Спать совсем не хотелось, может пойти прогуляться?

Быстро, а главное бесшумно одевшись, я направилась к выходу. Я боялась разбудить родителей, если они приехали ночью, то должны спать у себя в комнате. Но вот незадача, дома никого не было. Но кто тогда был в моей комнате?

Из дома я выбежала, как ошпаренная, не закрыв за собой ни одной двери. Отбежав на приличное расстояние, я резко остановилась. Остатки сна куда-то исчезли, как и паника, охватившая меня дома.

– Ну, нет, назад я точно не пойду!

Решение идти к реке пришло само собой, я даже не думала, ноги сами понесли меня на любимое место под козырьком. Когда я пришла, то сразу заметила, что кто-то сидит на берегу.

Этот кто-то показался мне до мурашек знакомым. Неужели это он? Узнав его по волосам, я тихо, словно кошка, подкралась к нему. Не то чтобы я хотела напугать его, скорее просто удивить.

– Ну что, клюёт?