Kitabı oxu: «Паразит»

Глава 1

1

За чередой пьянства и кутежа ожидаемо наступили часы расплаты. Шли вторые сутки, как я находился в полубессознательном состоянии – состоянии комы: бодрствование сменялось забытьем и периодическими затмениями, когда ты теряешь зыбкую границу между явью и сном, а чувства, ощущения, реальность – все перемешивается в сознании, как будто ты одновременно находишься в нескольких параллельных мирах. Терпение, как и силы, покидало меня. Последней каплей, сломившей мое сопротивление, стала галлюцинация, а может быль, это все же был сон. В тот момент как раз случилось очередное затмение, и мне было трудно отделить реальность от вымысла. Лежа в постели, я слушал музыку, доносившуюся из динамиков кассетного магнитофона а-ля девяностые, стоявшего на подоконнике. От нее сильно разболелась голова. Я встал, выключил музыку и лег обратно, а через какое-то время осознал, что у меня нет никакого магнитофона и никогда не было, тем более такого старья. И вот то ли это мне приснилось, то ли я начал сходить с ума, не знаю, но в одном я уверен точно: мой мозг ловко находил причины, чтобы отправить меня за вискарем в «Красное-белое».

В очередной раз объявив капитуляцию и дождавшись наступления темноты, чтобы не было стыдно перед соседями, если случайно попадусь кому-то из них на глаза, я побежал в магазин за бухлом. На обратной дороге, добравшись без неожиданных встреч до подъезда, я решил подняться по лестнице, не хотелось облажаться в конце пути и не дай бог встретиться в лифте лицом к лицу с кем-нибудь из знакомых и дышать на них перегаром. Еще на четвертом этаже я понял, что затея была сомнительной, меня мучила одышка, и сердце выскакивало из груди. Поднявшись на свой этаж, я уже мало что соображал, звенело в ушах, темнело в глазах и жутко хотелось пить. Сознание ускользало от меня, ноги вдруг подкосились, и я упал. Очнулся на лестничной клетке лежа на кафеле у входной двери, в руках – пакет с алкоголем и ключи. Проверил содержимое пакета, не разбилось ли чего. «Слава богу, нет», – подумал я и принялся открывать дверь.

Вернувшись домой с добычей из алкомаркета, я не стал спешить. Организм отвергал спиртное, но в то же время нуждался в нем, как в лекарстве. Налив на глоток в стакан, я собрался с духом и залпом опрокинул его. На удивление алкоголь зашел «как домой», зажгло желудок, на душе потеплело, картинка стала ясней. Почти сразу повторил два раза по столько же, взял паузу с пониманием – не пьянки ради, здоровья для. Захмелел, желудок и голова начали работать. Налил еще полстакана виски, поставил на край стола, наклонил голову на уровень стакана и стал внимательно смотреть сквозь него.

«Настоящий мир не такой, каким кажется, – подумал я. – Я смотрю на него через призму своих ощущений, опыта и абстрактных установок, как через этот граненый стакан с вискарем. И этот стакан – лишь версия происходящих событий, тогда как подлинная реальность от меня ускользает. Вот это приход, – отметил я про себя и продолжил размышлять. – Все, что я чувствую, переживаю, – иллюзия, галлюцинация, произведенная мозгом. Я продукт воспитания и культуры, которые сформировали меня.

Мне кажется, что я – результат собственного сознательного выбора, а на самом деле я лишь случайная производная. Меня создало общество, социальная система, которая сама запуталась в собственных законах, предрассудках и лжи.

Поэтому я чувствую, что живу не своей жизнью. Хочу быть лучше, чем я есть. Например, не показываться в пьяном виде на глаза соседям, чтобы они не подумали обо мне плохо. Мечтаю прожить лучшую жизнь, но не знаю как.

Я мучаюсь от одиночества и внутренней пустоты, бессмысленности собственного существования и тоски по великому. Так хочется быть значимым в этом мире, совершить подвиг, выиграть в лотерею или стать Моргенштерном. Я страдаю от отсутствия целей и нереализованных желаний, от собственных фантазий, заблуждений и нежелания признавать свои ошибки, но продолжаю их совершать как примитивный механизм циклического действия с ограниченным функционалом.

Часто придумываю себе идеалы и мучаюсь, когда другие люди не соответствуют моим ожиданиям. Впрочем, их я тоже заставляю страдать, просто не замечаю этого. Мне искренне кажется, что во всех моих бедах виноваты окружающие. Я уверен, что они меня не понимают, не любят и не ценят. И то же самое эти люди наверняка думают обо мне.

Я слишком долго слушал рассказы об успехе, о счастье и любви. Но никто не упоминал о том, что счастье мимолетно, успех кажется таковым только со стороны. А всякая симпатия заканчивается разочарованием.

Я не понимаю ни себя, ни мир, в котором живу. Этому не учат в школе или университете, скорее, понимание приходит с опытом, с прожитыми годами.

Читая классиков прошлых столетий, понимаешь, что человечество лишь приспосабливается к обстоятельствам и льстит себе, создавая мифы о «человеке», которого никогда не было и не будет. Меня охватывает страх перед собственным «я», и я готов поддаться любой иллюзии, лишь бы не оказаться один на один с правдой о себе. Мне так страшно, что я не замечаю ни фактов, ни собственного ужаса. Единственное, в чем я преуспел – это самовосхваление и самооправдание».

Налив очередную порцию виски в стакан, я расхаживал по гостиной взад и вперед, размышляя о людях и о счастье:

«Я не знаю, существуют ли те, у кого все хорошо и кого все устраивает, а если и существуют, то все ли у них в порядке с головой.

Каждый из нас имеет право на свой стакан виски, как на порцию иллюзии, чтобы не сойти с ума в реальности.

Это мысли слабого человека, ответственность всегда на том, кто делает выбор», – подумал я, подошел к столу и поставил стакан, оттолкнув его от себя.

«Но как невыносимо жить с ощущением, что “что-то не так”, – воскликнул я, – чувствовать в окружающем мире какой-то подвох, несправедливость, угрозу…»

– Ты не один так думаешь, – раздался голос в тишине.

Я напрягся, но алкоголь придавал мне уверенности, подняв голову, я спросил, обращаясь к динамикам, встроенным в подвесной потолок:

– Да?

– Да, – ответил голос. – Но ты не это хотел услышать, не так ли?

– Наверно. – пробормотал я с сомнением.

– Спроси.

– Что спросить?

– Ты знаешь. – продолжал голос.

Я действительно знал, что он имеет в виду, но боялся ответа, ведь в комнате кроме меня никого не было. Или я сошел с ума, или на меня опять нашло затмение.

– Догадываюсь, сейчас ты чувствуешь себя шизофреником, но это не так. Да и откуда тебе знать, что такое шизофрения. Просто ты всю жизнь ощущал мир не так, как другие. Обычное дело. Ты, как и остальные, постоянно сталкивался с противоречиями и невежеством, но воспринимал все по-другому – более остро, чутко, прислушиваясь к себе и окружающим, пытаясь разобраться, что к чему. Это сводило тебя с ума, не давало покоя, и ты старался отрешиться, забыть, не думать. Отчего накопилась масса вопросов, и это привело к нашей встрече. Разве ты не хочешь получить ответы? – допытывался голос.

– Я не знаю. Наверное, хочу. Кто ты? – все еще неуверенно спросил я.

– Пей, и мы продвинемся чуть дальше, – предложил он.

– Ты чертов дьявол, соблазняющий меня снова нажраться! Не на того напал! – выкрикнул я и с силой оттолкнул пустой стакан еще дальше от себя. Он со свистом пролетел через весь стол и задержался на краю, как будто кто-то остановил его.

«Как символично», – подумал я.

– Может, дьявол. А может, и нет. Ты же знаешь, что все в этом мире относительно, – продолжал голос.

Любопытство всегда подталкивало меня к действию, я вернул стакан на место, налил, махнул залпом и стал внимательно слушать голос.

– Думаешь о спасителе? – с насмешкой спросил он.

– О каком еще «спасителе»?

– Который избавит тебя от меня.

– Звучит забавно, – усмехнулся я. – Скорее, я не отказался бы от спасителя, который придет и решит все мои проблемы оптом.

– Ты действительно ждешь такого спасителя? – снова спросил голос и продолжил. – А ты знаешь, что любой хотел бы иметь такого благодетеля? Каждый надеется, что настанет час и придет кто-то добрый и невзъебенный, чтобы спасти его… Многие верят неосознанно, но делают это все, и ты не исключение, – внушал голос. – Основа твоей веры в спасителя – банальный детский комплекс: когда ты был мелким, ты ждал помощи от родителей. Что бы ни случилось, мать должна была прийти и спасти тебя. Теперь ты вырос, а рефлекс остался, и ты все ждешь и ждешь помощи от других…

– А вот это уже любопытно, – заинтересовавшись беседой, перебил я его, – продолжай.

– Многие люди ждут неизвестно чего. У моря погоды. Мучаются, переживают и боятся, как тогда в детской кроватке. Ждут избавления от страданий. Ждут, что все устроится, образуется и наладится. Они верят в эту фантазию, и ничто не в силах поколебать их веру. Всякие попытки открыть им глаза приводят лишь к обратному эффекту – вера в собственные заблуждения только усиливается, – объяснял голос, звучавший из динамиков.

Я присмотрелся к телевизору, он был выключен. «Странно, откуда тогда идет звук?» – подумал я, ощутив, как неприятный холодок заползает в душу, а чувство тревоги потихоньку разъедает меня изнутри.

– Вслушайся! – прохрипел голос, отчего я вздрогнул и с большим усилием стал рассматривать гостиную в надежде найти источник звука. Но он по-прежнему доносился из выключенных динамиков. – Никто не придет, не прилетит и спасать тебя не будет. У тебя есть только твоя жизнь, и на этом все. Она продлится сколько-то лет, и ты проживешь ее так, как проживешь. А потом в один миг все исчезнет. П-п-у-ух! И ты умрешь. Очень короткое и не очень веселое путешествие. Как ты будешь проживать или прожигать эту жизнь – это только твой выбор и твоя забота. И оттого что ты психуешь, сопротивляешься, ничего не изменится, прими это как факт. Все зависит только от тебя, осознай это…

«Ну все, пиздец! – подумал я. – Картина Репина “Приплыли”».

А голос не унимался:

– Кто-то знает правду и пытается прятать ее от себя, а кто-то вглядывается в нее, чтобы изменить свою жизнь…

«Какую правду? Что за хуйню он несет?» – пытался я переварить услышанное.

– Не торопись. Подумай о том, что ты умрешь. Подумай о жизни скоротечной, полной ненужной суеты и бессмысленных забот. Смерть и осознание не терпят чужого присутствия. Человек уходит в одиночестве и постичь себя может только в одиночестве. Другой не умрет за него, не познает. Чудес не предвидится.

– Ебать, да кто ты такой, черт возьми? – выдохнул я, скривив лицо от возмущения.

– Твоя фантазия, – отвечал голос.

– А почему я тебя не вижу, а только слышу, да еще и из динамиков?

– Потому что ты не знаешь, как меня представить. Подумай. И я появлюсь перед тобой в том виде, в котором ты готов будешь меня принять, – предложил мне голос, звонким эхом разносясь по гостиной.

В голове крутилась только одна мысль: «Это дьявол!» Включая воображение, я вспомнил американский сериал «Люцифер». Как раз недавно закончил его смотреть. И черт! О боже, передо мной стоял тот самый чувак из сериала. Высокий черноволосый брюнет с бакенбардами и легкой небритостью на лице. Он сверлил меня своим мрачным пронзительным взглядом и ухмылялся, демонстрируя идеально белые зубы и харизматичную улыбку. На нем был темный костюм и белая рубашка без галстука, верхняя пуговица расстегнута.

– Охренеть! – сказал я вслух.

– А то, – ответил Люций из сериала. – Продолжим?

– Продолжим, – невольно произнес я.

– Все, во что ты привык верить, лишь иллюзия, а истина, как правило, неизвестна. Постарайся увидеть, что твои представления о себе, о жизни и других людях просто вымысел, как «бабайка». Это твой собственный выдуманный мир, и его можно менять. Хочешь родиться заново? Для другой, новой и уже настоящей жизни, да еще бы с тем набором знаний, что у тебя сейчас в голове? Для той самой жизни, которая и вправду будет твоей? Где ты все продумаешь и устранишь препятствия?

– Хочу, – немного успокоившись, ответил я.

– Этого не будет, – резко выпалил дьявол. – Чтобы найти то, что ты ищешь, нужно потерять то, что ты имеешь. Страшно? Вижу по глазам, что ссышь. Но такова реальность. Или ты развиваешься или остаешься с тем, что есть, и на том же месте. – Сказал он, показывая указательным пальцем сначала на меня, а затем на стакан.

– То есть, если я хочу измениться, если я хочу другой жизни, от той, что у меня есть, придется отказаться? – уточнил я и даже уже успел немного взгрустнуть, осознав, что не готов к такому повороту событий.

– Верно, – ответил сатана, как будто прочитал мои мысли. – Ты должен быть готов к жертве – потерять то, что имеешь. В том числе и самого себя. Пока ты цепляешься за старое, новое не придет. Пока ты пытаешься усидеть между двух стульев, твое место – дыра в сельском туалете, пустота, ноль! – Не моргая, экспрессивно добавил он, делая акцент на последних словах и сверля меня взглядом.

– А почему я должен тебя слушать? – с недоверием спросил я и тоже уставился на него.

– Ну ты же привык верить во всякую хрень, – отвечал собеседник, все так же не отводя глаз. – Если взять в качестве примера религию, то вера – это лишь вопрос веры…

– Вера относится к тем вещам, о которых мы ничего не можем знать, – уверенно перебил я. – Мы либо верим, либо нет – это личный выбор каждого. Здесь нельзя что-либо доказать или опровергнуть.

– Согласен, верь во что угодно, но постарайся лишний раз не обманываться, – сказал Люций, усмехнулся, скривив рот как бы в одну сторону, и пододвинул ко мне стакан с виски. Я поморщился и выпил.

2

– Ну что, продолжим наш разговор? Какая тема тебя интересует? – после нескольких секунд молчания спросил Люций.

– Противоречия, – ответил я. – Меня интересуют противоречия. Ты намекаешь мне на то, что нужно меняться, указывая на бутылку, и тут же протягиваешь стакан с виски. Я, полностью отдавая себе отчет в том, что этого делать нельзя, тянусь за ним. Что это, если не противоречие? Почему люди так непостоянны и противоречивы? Почему, когда взрослого человека ловишь на лжи или указываешь на его оплошность, я уж молчу про детей, вместо того чтобы согласиться, понять, осознать и как-то исправить ситуацию, он начинает защищать свои ошибки, промахи, глупость, свои заблуждения и свою позицию (будь она хоть тысячу раз идиотской и проигрышной) до последнего вздоха, как будто бы сам верит в этот бред?

– Верит, – последовал ответ. – В этом и фишка, он действительно сам верит в то, что говорит. Например, подумай, как ты учился в школе? Расскажи мне, что помнишь, – попросил дьявол.

Поудобнее усаживаясь напротив меня, он поставил локти на стол и, подперев подбородок руками, приготовился внимательно слушать.

– Ну, первые пять классов я учился хорошо, – начал я, стараясь расположить его к себе и как бы подчеркивая, что дурачком никогда не был. – Первые четыре класса вообще закончил без троек. Потом мы переехали в другую деревню, и я покатился по наклонной: новая школа, другой иностранный язык (до этого я год изучал английский, а в последней школе был немецкий; так ни одного языка я и не освоил), новый негостеприимный и недоброжелательный коллектив, голод, нищета. Я помню, как не в чем было ходить в школу, а одноклассники смеялись над моим внешним видом. Так у меня пропал всякий интерес к учебе, из-за чего меня и выгнали в девятом классе.

– У-у-у, как ловко ты пиздишь! Простите, путаешь факты, мой друг! – оживился Люций и встал из-за стола. – Прошлое брат, похоже на гадалку, оно тебе скажет только то, что ты хочешь услышать, – покровительственно произнес он и похлопал меня по плечу, а затем продолжил.

– Конечно же, приятно рассказывать о том, какой ты был отличник, но есть один нюанс, ты забыл, кто я, – ухмыльнулся Люцифер. – Придется мне тебе кое о чем напомнить: первые четыре класса ты закончил с тройками, ты неплохо соображал в математике, а вот русский язык давался тебе с большим трудом, на тройбан. В пятом классе английский ты пытался учить только в первой четверти, а дальше просто перестал понимать его и еле вытягивал на тройки, абсолютно не усваивая материал. Немецкий ты в принципе не стал изучать, решив, что он тебе никогда в жизни не пригодится («вряд ли мы опять будем воевать с немцами»). Хотя с Европой еще повоюете, – подметил мой собеседник, пророча войну, а затем продолжил. – Как искусно ты замаскировал собственную лень, переложив ответственность на своих, как тебе казалось, «недалеких и злых одноклассников». Ребята никогда не смеялись над твоим внешним видом, над ним смеялся ты сам. Ты не принимал бедность как факт, а считал наказанием неизвестно за что. Ты был лентяем и распиздяем, но не глупым, нет; каждую четверть валял дурака, а в конце старался выровнять оценки на тройки, чтобы не остаться на второй год. Учителя тянули тебя как могли, но в девятом классе «бензин закончился», и они приняли решение перевести тебя в вечернюю школу, а не выгнали, как ты сейчас утверждаешь. Впрочем, ты даже не врешь. Просто ты так это помнишь, в более выгодном для себя свете, – продолжал дьявол, расхаживая по гостиной.

– Это научный факт – то, что ты помнишь, знаешь или думаешь, зависит не от реального положения дел, а от того, в какую именно игру с тобой играет твой разум. Он не хочет помнить плохое, и бац – ты уже ничего не помнишь. Это подтверждают тысячи проведенных экспериментов. Кстати, на эту тему написано много книг, почитай на досуге. Такая же хрень насчет твоих знаний, опыта, представлений о мире. Вспомни, как на море на Украине ты в баре купил бутылку Hennessy, и выжрал ее, подчеркивая благородный вкус, хотя коньяк ты на дух не переносишь, а вот это пойло полюбилось тебе сразу. И каково было твое разочарование, когда дядька жены смеялся над тобой: «Ты шо, хлопчик, рехнулся, у них здесь «Хеннесси» и «Армянский» разливают из одной бочки». И напиток сразу перестал быть благородным, вдруг откуда ни возьмись появились специфический запах и неприятный привкус. Даже фиктивное название или ценник может сбить тебя с толку и перевернуть все с ног на голову. И не только тебя, всех; вопрос в способе подачи информации. Так что не стоит удивляться врачебным ошибкам или тому, что чаще всего причиной аварий является человеческий фактор. Человек либо чересчур уверен в себе, либо наоборот, – сказал дьявол, достал из кармана десятирублевую монету, подкинул ее, поймал в кулак и протянул руку в мою сторону, продолжая разговор. – И наконец, твои мысли – то, о чем ты думаешь, как воспринимаешь события, относишься к другим людям. Полагаешь, здесь все в порядке? – спрашивал меня сатана, раскрывая кулак.

– Вряд ли, – задумчиво ответил я, увидев пустую ладонь.

– Правильно, – усмехнулся Люций, доставая монету у меня из-за уха.

«Какой дешевый трюк», – подумал я про себя.

– Не дешевле твоих, – подмигнул дьявол. – Вспомни, себя, когда ты продаешь свои услуги или покупаешь чужие, как ты к этому относишься? Стоимость твоих услуг почти всегда сильно завышена. Я к тому, что если у тебя есть что-то, то оно кажется тебе минимум в два раза дороже, чем цена, которую ты готов за это заплатить. Как тебе такой логический трюк? В чем ты действительно преуспел, да и не только ты, а все вы – так это в самообмане, – с уверенностью заявил Люций и снова принялся расхаживать взад и вперед по гостиной. – Но вернемся к противоречиям, давай же посмотрим правде в глаза: ни тебе, ни остальным нахер не нужна эта правда. Ты не хочешь видеть себя неправым. Ты не хочешь, чтобы тебя тыкали носом в противоречия, как кота в его собственные зассанки, которые ты сам же с таким трудом, с такой изобретательностью и страстью создал. Могу доказать.

– Попробуй.

– Давай проведем тест на противоречия. Доволен ли ты своей жизнью? – спросил дьявол и рассмеялся. – Просто честно себе признайся, как есть.

– Нет, не доволен, – немного смутившись, ответил я.

– А че так?

– А ни че, да, не доволен! Мне бы хотелось быть гораздо успешней в делах, которыми я занимаюсь, хотелось бы других отношений, других впечатлений и вообще много чего другого. Чтобы жизнь была наполнена смыслом и новыми идеями, а не только завистью и разочарованием. И мне почему-то кажется, что я не одинок, и нет таких людей, которых бы и в самом деле устраивала их жизнь. Если такие все же имеются, они либо врут, либо сектанты, – уверенно выпалил я, пошутив.

– Да-а-а, для субъективного ощущения счастья важно, не сколько денег у тебя, а сколько денег у твоего соседа, – рассмеявшись, подтвердил дьявол и задал следующий вопрос. – Ок, считаешь ли ты верными решения, которые принимал и принимаешь в своей жизни?

– Думаю, да. Уже пожил, не пацан с рогаткой, глупости вытворять, – жеманно ответил я.

– Ну хорошо, получается опять противоречие, – как будто бы с упреком произнес Люцифер. – Либо ты наебал меня в ответе на первый вопрос, и на самом деле у тебя все хорошо, обалденная жиза, и ты до усрачки счастлив, спасибо за это твоим «правильным мыслям» и «гениальным решениям», ведь ты не «пацан с рогаткой» и так далее. Либо ты наебал меня со втором вопросом, потому что, принимая правильные и взвешенные решения, остаешься, сука, несчастным человеком. И это может означать только одно: ты оцениваешь свою жизнь неверно, как «пацан с рогаткой», – в очередной раз подчеркнул он неудачно приведенную мной фразу. – То, как ты рассуждаешь, принимая решения, – хрень собачья, самообман и иллюзия, делающие тебя несчастным. Фишка в том, что нельзя на оба вопроса ответить утвердительно: да, я, нахер, несчастлив, и да, я думаю правильно. Нет, или одно, или другое. Один из ответов точно был неверным, – разъяснял собеседник, протягивая ко мне уже обе руки, сжатые в кулаки, и как бы спрашивая: в какой руке монетка?

– А…

– Даже не думай, третьего не дано, – перебил дьявол, и я потерял мысль. – Полный идиотизм, считать свое решение правильным, если оно сделало тебя несчастным. Понимаешь, о чем я? Уловил смысл?

– Да понял я, понял. Просто никогда не думал об этом в таком ключе, – оправдывался я.

– Никто так не хочет думать, – продолжал сатана. – Более того, чем несчастнее становится человек, тем с большим пылом и жаром он защищает свои убеждения, свое мнение и свои установки. И напротив, чем человек счастливее, тем больше он склонен считать свое мнение частным, возможно, даже ошибочным, и не слишком претендует на то, чтобы считаться первым. Запомни, лишь несчастному нужна эта правда, счастливый хвататься за нее не будет. Причем собственная правота зачастую становится причиной несчастий.

– Звучит как тост, – подметил я и добавил. – Да, неприятная правда. С учетом всего сказанного могу предположить, что противоречий не существует, потому что какой-то из ответов всегда неверный, нужно лишь проверить исходные данные. В моем случае я должен признать, что принимал неправильные решения, и тогда противоречия исчезнут, – подытожил я и предложил за это выпить.

– По поводу противоречий и неприятной правды: многим очень удобно думать, что начальник – болван, жена – стерва, муж – придурок, а ребенок – и вовсе неблагодарная скотина, – усмехнувшись сказал дьявол, тем самым подсказав мне тему для дальнейшего разговора.

– Когда я работал на стройке электриком, – начал я свой рассказ, – то постоянно выслушивал от своего начальника, критику в адрес директоров нашей компании, его жены-стервы, детей и нас, сотрудников. По его словам, «все решения у директоров были неправильные», «да я бы сделал то, да сделал это». Жена – стерва, пилит без всякой причины, по поводу и без. Дети не слушаются, да и не слышат. Я как-то спросил у него: «Если директора такие дураки, то почему ты до сих пор работаешь на них?» Лично мне эти ребята нравились, и мы до сих пор хорошо общаемся. На что он мне ответил: «Ты тоже меня критикуешь (и это была правда), почему же еще не ушел в другую компанию, не работаешь на моей должности или не откроешь свою фирму по электромонтажным работам»? Я тогда не смог ему возразить, но через два года создал свою фирму и забрал все подряды у их компании, лишив моего бывшего начальника объемов работ. Наверное, я должен сказать Анатольичу спасибо за шикарную идею. После его ответа я уже не спрашивал, почему он критикует жену, нас и детей. Сейчас я понимаю, что он просто не осознавал собственных противоречий, – рассуждал я. – Например, постоянно жаловался на свою жену, называя ее стервой, при этом лично мне было не понятно, а куда он смотрел, когда женился на ней? Если она всегда такой была, тогда ему это должно было нравиться. А если она такой стала, тогда не он ли ее до этого довел? Как говорится в стихах Маяковского: «Свою жену не ругаю. Ее никогда я не брошу. Это ведь со мной она стала плохая. А брал-то я ее хорошей…» А как она на него ругалась, – продолжал я. – При посторонних могла назвать старым чертом, маразматиком, дураком и так далее, и тому подобное. Это тоже понять можно, но зачем тогда она выходила за него замуж? Зачем рожала от него детей (тоже, по-видимому, дураков)? Или он не так уж и плох? Тогда зачем надо было регулярно изводить этим наигранным страданием и его, и себя? Почему недовольна жизнью? Тоже запуталась в собственных противоречиях. Да, та еще семейка. А как он ругал собственных детей! Уши могли свернуться в трубочку. Их, да и нас, он всегда считал неблагодарными…

– Ну дети неблагодарные – это факт, – вмешался дьявол. – Нахер им быть благодарными-то? Они разве понимают, что для них делают родители? Если они мелкие, то точно не въезжают, у них еще нет нужного опыта, чтобы это понимать. А если взрослые дети продолжают не догонять, то, может быть, дело в их «предках», – закончил мою мысль собеседник.

– В точку, бро, – подтвердил я, икнул и потянулся за бутылкой.

3

– Выпьем за несчастного, а лучше за всех несчастных, – сказал я, высоко подняв над головой стакан с виски.

Еще раз негромко выкрикнул: «Выпьем», – встал и махнул.

– А знаешь, мой друг, – сказал дьявол, тоже вставая из-за стола, – ты сам пребываешь в постоянном поиске счастья, требуя его для себя от других, пусть и неосознанно. При этом даже не думаешь о том, что никто не обязан, нахер, делать тебя счастливым, да и сам ты не особо стараешься помочь другим. Если бы ты понимал, что окружающие ничего тебе не должны (а это так!), то испытывал бы к ним чувство благодарности за то, что они для тебя делают. Но нет, ты ненавидишь их за то, чего они для тебя не сделали.

Я возмутился такой прямотой, откровенностью собеседника и переходом на личности и даже успел обидеться, но Люцифер вовремя все понял и перевел разговор в общее русло.

– Это касается всех людей. И неважно, молоды вы или в возрасте, семейные или нет, безработные или занятые, бедные или богатые, победители или проигравшие, управляющие или подчиненные, студенты или преподаватели, врачи или интерны – все одно. Вы также недовольны жизнью, потому что другие люди, как вам кажется, мешают вашему законному счастью. Вы уверены, что они могут вам помочь, просто не хотят, вот тут и кроется ошибка – это ваше заблуждение. Приятно думать, что жизнь несправедлива: вон как кому-то повезло с родителями, с деньгами, с наследством! Или как Бузовой подфартило с внешностью, Блуду с мускулами, Робертсону с длинными ногами, Мигелю в танцах, а Моргенштерну в музыке. И так ведь можно продолжать до бесконечности, верно? Им повезло, а вам нет. Правда в том, что вам только кажется, что все они – богатые, красивые, «силиконовые» и талантливые – счастливы. Это не так, и они себя таковыми не считают. Но вы продолжаете портить себе жизнь подобными сравнениями. Сечешь, о чем я? – спросил дьявол, усевшись обратно на стул и закинув ногу на ногу.

– Я понимаю, о чем ты говоришь, – ответил я Люциферу и сел напротив.

– Не убедил, аргументируй.

– Большинству людей, и мне в том числе, удобно думать, что все вокруг виноваты. Это все объясняет! – начал я умничать. – Мне вообще порой кажется, что люди хотят быть несчастными. По прошествии лет старики вспоминают молодость как лучшие свои годы. Я вспоминаю армию как один из самых ярких периодов в моей жизни. Мне кажется, что все мы со временем будем считать молодые годы по-настоящему счастливыми. Только вот жизнь не отмотать назад и нельзя распробовать юность задним числом. Я думаю, что молодость приобретает для нас особую ценность, когда становится историей, а наслаждаться ей, будучи молодым, задача не из легких. Ведь в мире столько соблазнов таких, например, как алкоголь и прочие «антидепрессанты».

– Ну что ж, тогда тем более имеет смысл смотреть правде в глаза, – сказал дьявол, не отрывая от меня своего проницательного взгляда. – А может у тебя все-таки счастливая жизнь? Достойная работа, дружная семья, да и трахаешься ты регулярно.

– Может быть. Но тогда почему я ощущаю себя несчастным, ну или не очень счастливым? Должно же этому быть какое-то объяснение?

– Да у меня их не один десяток, – подхватил Люцифер, разводя руками и демонстрируя свои пальцы. – Вопрос: готов ли ты их принять?

– Готов, – уверенно парировал я, откинувшись на спинку стула.

– Тогда держи: ты ненавидишь признавать свои ошибки…

– Но заметь, я работаю над этим.

– Ненавидишь смотреть правде в глаза, сталкиваться с противоречиями, осознавать свои заблуждения, неправоту. Иногда пиздишь, мол, все хорошо и по большому счету грех жаловаться. Но пока ты себе врешь, все будет как прежде. Ты должен понимать, что никого, по сути, нет рядом, тебе не на кого положиться. Только ты сам можешь все изменить…

– Да, да, да, – перебил я дьявола, – я понимаю, что никого нет рядом, есть только я и то, что происходит у меня в голове. Даже тебя нет, Люцифер, ты чистой воды иллюзия. В этот самый момент ты, может быть, кого-то пытаешь в аду… Или соблазняешь выпить. Или трахаешься в Лос-Анджелесе, как в сериале. И я сейчас не с тобой дискутирую, а с самим собой. Есть только я, виски и то, что я чувствую и думаю о своей жизни. Если бы меня и вправду все устраивало, значит, я воспринимал бы свою жизнь правильно и знать больше мне было бы не обязательно.

– Но ведь она тебя не устраивает? – сказал дьявол и усмехнулся.

– Или устраивает, но не так, чтобы очень, – усмехнулся я в ответ.

– Тогда нужно и придется разрешить те противоречия, которые портят тебе жизнь. Человек специально устроен таким образом, чтобы не замечать персональных ошибок, как собственного носа. Твои личные промахи: глупая правота и самооценка – они важнее, чем понимание истины. В итоге тебе приходится платить собственной жизнью за подобные ошибки и заблуждения. И это пиздец какой странный обмен, не находишь? Если хочешь что-то поменять в себе и в жизни, – продолжал дьявол, – тебе надо выработать у себя навык активного, неустанного поиска противоречий. Разбуди в себе жажду видеть свои ошибки и недостатки, жажду смотреть правде в глаза, сколь бы неприятной она ни была. Жажду менять себя для себя же, как в песне Nintendo «Инь Янь». Без этой жажды толку не будет, все останется как есть.

– Слушай, а может быть я просто неудачник? – осенило меня вдруг после очередной порции спиртного. – Решения по жизни я принимаю неправильные, мозгов у меня нет, да и вообще жизнь у меня, мягко говоря, не очень.

– Если ты думаешь, что прозрел, натянув на себя умное ебло и согласившись с тем, что ошибаешься, и со всем остальным, что было сказано, то должен тебя огорчить – нет, это не так. Ты продолжаешь пиздеть и игнорировать противоречия, поэтому и страдаешь, – возмущенно объяснял дьявол, тыча пальцем в стол. – Задумайся, нахер ты тогда принимал эти решения, если ты и вправду думал, что они неверные?! Ты что, идиот?!

– Нет, – растерялся я. – Просто тогда они казались мне правильными.

– То есть тогда ты глупостей не замечал, а сейчас, сука, прозрел?!

– Ну, да!

– Но если ты прозрел, тогда какого «меня» ты еще не исправил свою жизнь?! Если ты этого не делаешь, значит, ты еще нихера не понял. Надо быть конченым, чтобы играть с самим собой в эту лукавую, то есть мою, игру. Это игра на выбывание, с гарантированным проигрышем… – Люций схватил бутылку и стал разливать по стаканам виски, продолжая разговор. – Договорной матч не в твою пользу, причем даром, как у Войновича в романе «Москва 2042» между комунянами в Москорепе. Послушай, как это работает: ты или доволен происходящим, а значит, решения принимал верные, или не доволен, и это значит, что ты ошибался, тогда, возможно, продолжаешь ошибаться и сейчас. Ну или ты знаешь, что решения твои неверные, но по какой-то причине сознательно продолжаешь их принимать, что весьма глупо и смахивает на алкоголизм, – с ухмылкой сказал дьявол и покосился на бутылку, а затем на стаканы, как бы намекая, что пора выпить. – Еще скажу тебе по секрету, неудачники больше всех ждут спасителя. Но спасти себя они смогут только сами, когда перестанут валять дурака и прикидываться неудачниками. Знай и пойми, что твой мозг всегда и в любом случае будет создавать противоречия и прятать их от тебя. Про мозг я расскажу тебе чуть позже. Даже не сомневайся, если ты чувствуешь, что что-то идет не так, если что-то тебя не устраивает, значит, противоречия точно есть, выявляй их и решай. Иначе удачи тебе не видать.

– Короче, – перебил я собеседника, – если жизнь меня не устраивает, значит, я точно где-то ошибся? Возможно, неправильно оценил ситуацию или принял неверное решение. Продолжаю обманывать себя, игнорируя то, что уже нельзя игнорировать.

– В точку.

– Хорошо, буду искать, выявлять, разрешать противоречия. Просто мне всегда стыдно, если я делаю что-то не так, а это напрямую мешает искать, выявлять, разрешать, – оправдывался я.

– Стыд – это нежелание того, чтобы другие знали правду о тебе и твоих желаниях, – объяснял дьявол. – Если ты что-то делаешь не так, тебе не должно быть стыдно. Тому стыдно, у кого видно. Это нормально, все люди постоянно ошибаются. На ошибках учатся. Не надо притворяться святым, просто нужно меняться, это трудно. Но никто и не обещал, что будет легко. Никто не говорил, что сделает это за тебя. И уж точно спасителя на горизонте не предвидится. Твоя жизнь – твоя ответственность. Раунд, – выкрикнул Люций, показав жестом, что он закончил.

И снова заскрипел стакан, медленно движущийся в мою сторону.

4

– Итак, давай уясним это раз и навсегда: никто тебя спасать не будет. Помощь не придет, и надеяться тебе не на кого. Другие люди в такой же жопе, им также не на кого положиться, – торжественно объявил дьявол, запивая свои слова вискарем.

– Почему же? – возразил я и окинул взглядом гостиную, как бы оценивая результат моей семейной жизни – совместно нажитое в браке имущество. – Я, например, всегда могу положиться на свою жену или ее родителей.

– И снова ты заблуждаешься, мой наивный друг. Правда в том, что ты нахер никому не нужен. Никому до тебя нет никакого дела, – продолжил мой собеседник. – А если кто-то что-то для тебя и делает, то только потому, что это ему самому по каким-то причинам сейчас нужно. Возьмем, к примеру, твою жену: ей выгодно, чтобы ты был здоров, жил долго и выполнял свои обязанности. Ну а кто будет платить по счетам, если ты вдруг не сможешь? Не думай, что только ты печешься о семейном бюджете, о нем беспокоится еще и твоя жена, только по-своему. Короче, она это делает не для тебя, а в первую очередь для детей и для себя. Для чего она взяла на себя все домашние дела и воспитание детей? Чтобы ты не отвлекался на эти аспекты жизни, а сосредоточился на своих прямых обязанностях добытчика. Стоит тебе перестать выполнять эти обязанности, и ты удивишься, как изменится ее отношение к тебе в целом. Но это не точно, могу предположить и другие варианты. Возможно, она настолько хочет, чтобы ты ее любил, что готова ради этого (заметь, не ради тебя) на все. Или, может быть, план в том, чтобы сначала тебя завлечь, сделать зависимым, обязанным, своего рода должником – подсадить на себя, а потом этим воспользоваться (не факт, кстати, что она это осознает).

– А родители?

– Да, казалось бы, они все делают для вас бескорыстно, но в первую очередь они делают это для себя, пусть даже неосознанно. Если у детей все хорошо, значит и им беспокоиться не о чем. А если хотя бы один ребенок в семье добился успеха, разве не летает в воздухе вопрос «А кто его воспитал?», на который они с гордостью всегда готовы ответить. Кто положил на алтарь успеха любимого отпрыска драгоценное время и здоровье, хотя бы и ради исполнения собственных нереализованных планов? – упиваясь честолюбием, разъяснял дьявол, играя передо мной, как актер перед зрителем в театре. – Или вспомни своего рабочего, Володю, если не ошибаюсь. Как он лизал тебе жопу, чтобы казаться хорошим, а потом из кожи вон лез, чтобы получить твое признание. И чем это закончилось, когда ты перестал его хвалить. По результатам выполнения работ у тебя появились другие фавориты: шустрее, сообразительней и выносливей. Как ревностно он относился к их успеху, стучал на них, как конченый мудак, пытаясь улучшить таким образом собственное положение, исключив вариант просто сосредоточиться на своей работе и увеличить КПД. Ты все видел и наехал на него за это, а он, сученок, взял и убежал, даже не забрав расчета. По сей день не берет трубку, считая себя несправедливо униженным и оскорбленным (прямо как у Достоевского). Володя создал для себя иллюзию – начальника тирана, который ему вдул за то, что он всего лишь следил за порядком и наставлял молодых на путь истинный. И даже ни разу не задумался о том, что он просто был гораздо менее продуктивным, чем эти ребята. Вместо того чтобы повысить свою работоспособность, он начал плести интриги, пытаясь выставить себя в более выгодном свете. Вот такие вот они – человеческие взаимоотношения, и каждый пытается их строить, преследуя лишь собственные интересы, но маскируя их добрыми намерениями. Люди часто предлагают друг другу бесплатный сыр в мышеловке. Искушение воспользоваться предложением слишком велико. Ты же, по сути, вроде бы ничего не теряешь, отвечаешь любовью и благодарностью, а за это получаешь что-то взамен: поддержку, деньги, секс например.

– А почему нет? Мне кажется, что это вполне выгодный и хороший обмен, – спросил я.

– А потому, мой друг, что ты сам того не ведая, влезаешь в долг. И да, считай, что проценты уже капают. Пройдет время, и за эту помощь с тебя спросят; так или иначе, но ты точно не отвертишься, платить придется, – с улыбкой ответил дьявол, показывая на меня пальцем. – Кто-то платит терпением к ненавистному мужу, превозмогая неприязнь, глотая разочарование и сперму. Кто-то нелюбимой работой, которая эмоционально его опустошает, но зарабатывать-то надо. Оплата по этим долгам не буквальная, да и долг этот, возможно, спросит не тот, кто его дал, а некто третий, нечто третье. Чаще всего в самый неподходящий момент, именно с той стороны, откуда не ожидаешь. Кого-то бросят, обменяют на другую или другого, а он или она и не знали, как это – жить без чьей-либо помощи, любви, понимания. Но помочь будет уже некому и есть риск, что бесплатного сыра уже не предложат. Сам этот подход – жить за счет других людей, благодаря их помощи и поддержке – крайне рискованная игра. И неважно, ты только берешь в долг, берешь и даешь или только даешь. Не влезай в долги, потому что берешь ты чужое, а вот отдавать придется свое. Не давай в долг, иначе потом будешь обвинять этого человека в том, что он неблагодарный. И я сейчас не про деньги, а про взаимоотношения в целом.

Мы выпили, и дьявол продолжил:

– Приведу тебе пример. Помнишь своих родственников из Кургана, Звягинцевых?

– Ну так, не то чтобы… – замялся я.

– Не суть, я их взял просто как один из примеров взаимоотношений из прошлого столетия, хотя эта тема актуальна и сегодня. Половое воспитание многих людей, женившихся в советскую эпоху, – разъяснял Люцифер, – в том числе и этой семьи, было далеко от идеала. Как и многие женщины того времени, Ольга считала, что секс нужен только Сергею, ее мужу. За что он как бы ей по жизни и был должен. С ее точки зрения, он вроде как сексуально ее использовал, а за это обязан был содержать, слушать, терпеть любое ее настроение и улыбаться. Ольга, конечно, в открытую всего этого Сереге не говорила, но ей в принципе и не обязательно было что-то высказывать. Вполне достаточно было надуть губы, сменить тон, состряпать недовольное ебло и презрительно зыркнуть, от чего Сережа тут же терял не только свое достоинство, но и волосы на затылке. В общем, эмоционально шантажировала его, что впоследствии привело ко взаимной ненависти. В таком браке пара прожила больше пятнадцати лет. А потом СССР распался, и брак тоже посыпался. Сергей ушел, да что там, убежал от Ольги после стольких лет совместной жизни, как будто все время только и ждал такого шанса. Вылетел из брака со свистом, завел новую семью, любовницу, в общем, зажег не по-детски. А Ольга оказалась у разбитого корыта, но это полбеды, оказалось, что она совершенно не умеет обходиться без бывшего мужа. У женщины, которая столько лет провела за каменной стеной брака, не оказалось дельной профессии и коммерческой хватки, таких необходимых в то время. То есть, по сути, она не могла даже себя прокормить, а тем более зажечь. Детям на нее было наплевать, папа с деньгами казался им ближе. Подруг не было, потому что все эмоции были растрачены на изведение мужа и страдание как таковое. Да и Серж был, прямо скажем, не подарок. Но и он, справедливости ради, не нашел в новой семье и любовнице счастья. После стольких лет существования в патологическом браке это непросто. Не хочу никого осуждать, не мне решать, кто из них был прав, а кто виноват. Хочу подчеркнуть лишь следующий ФАКТ – люди жили в долг, а потому счет, хоть и с большой отсрочкой, был выставлен им обоим. А что ты думаешь по поводу жизни в долг? Чувствуешь ли за собой нечто подобное? – ехидно улыбаясь, спросил дьявол.

– Когда нищий берет в долг у нищего, это почти всегда заканчивается поножовщиной… – отвечал я, как бы объясняя, что я в теме и знаю, о чем идет речь. – Понятно, что до этого разговора я об этом не думал и не замечал за собой ничего подобного, почти уверен, что нет. Мне всегда казалось, что это только близкие наживаются за счет моей доброты. Я раздавал в долг кому чувства, кому силы, а кому и средства. Я давал – у меня брали. Я получал удовольствие от того, что люди мне благодарны, ну, по крайней мере, поначалу.

– Хорошо, допустим. Но посмотри на своих близких сейчас – довольны ли они тобой по-настоящему? Делаешь ли ты их действительно счастливыми? Если да, то ты прав – они точно на тебе наживаются и в неоплатном долгу перед тобой. Но боюсь, что это не совсем так или даже совсем не так. Тебе кажется, что это ты страдаешь из-за них, а не они из-за тебя… – снова ехидно посмотрел на меня Люций.

– Так и есть, – пошутил я. – Жена пилит меня за то, что я, как ей кажется, черствый и равнодушный болван, игнорирующий ее чувства и заботу. Сестра считает, что я ее не понимаю, брат – что я его не уважаю. А друзья и вовсе думают, что я их откровенно использую в своих целях. И все вместе они считают, что я жеманный эгоист, думающий только о себе. Как будто они сами напрочь лишены честолюбия и снобизма.

– Ты действительно считаешь, что они должны вести себя по-другому? Должны, понимать тебя, уважать, любить, ведь ты для них столько всего сделал… А знаешь почему ты так думаешь? – на физиономии Люцифера заиграла довольная улыбка.

– Почему?

– Потому что ты кажешься себе охуительным! Удивительным, замечательным и прекрасным! Просто находка, блядь, какая-то. А знаешь, что самое страшное?

– Что?

– Что они о себе думают точно так же! Все вокруг уверены, что они заветный приз, сказочный клад и неслыханное счастье. Каждый из вас считает себя минимум в два раза дороже той цены, которую другие готовы заплатить. Причем они бы и сами за себя столько не дали, но ценник устанавливают будь здоров. На худой конец всегда можно отдать себя по дешевке, а по сути, сдать в аренду, как квартиру. Только вот с другой стороны обычно находится арендатор, уверенный, что цену он заплатил справедливую и реальную. Да, она будет ниже той, что ты сам себе назначил, но кого это ебет… Так-то и образуются эти виртуальные долги: все товары на рынке переоценены, никто за них платить такую высокую цену не хочет, но жить-то надо, вот и начинаете пользоваться вроде как в кредит, а потом, дескать, разберемся. Ну и разбираетесь потом, только с пеной у рта и с космическим набором претензий. Я веду к тому, что никто ни в чем не виноват. Сложно кого-то упрекнуть в том, что у него изначально был коварный план или злой умысел. Но так работает твой разум, такова его игра. Ты же социальное животное, и не можешь без всего этого: понимания, любви, поддержки, уважения и так далее, – заключил дьявол.

– И как быть? – спросил я, наливая в стакан виски.

– Может, стоит чаще разговаривать на темы, которые вас действительно беспокоят. После чего сбросить свои ценники и искренне порадоваться друг другу. Но что-то мне слабо во все это верится, – прозвучало в ответ, и мы за это выпили.

5

– Итак, дружище, – продолжил дьявол, щелкнув выключателем подсветки кухонного фартука, чтобы привлечь к себе внимание, – готов ли ты избавиться от иллюзии спасения и принять тот факт, что помощи ждать неоткуда? Знаешь ли ты, что нужно делать? Может, ты накидал какой-нибудь план или умеешь выбираться из подобных ситуаций?

– Да! – ответил я, вставая из-за стола, и начал оживленно делиться своими мыслями по этому поводу, как будто проводил презентацию собственного проекта. – Пора брать себя в руки! Хватать свою жизнь, как быка за рога! Нужно идти вперед, засучив рукава, навстречу своему светлому будущему!..

– О-о-о, бро! – перебил меня Люцифер и включил основной свет в гостиной, на мгновение ослепив меня. – Да ты здорово не в себе. Это что еще за инфоцыганщина? Ты никак пересмотрел «Бизнес Молодости» на YouTube? Или переслушал, перечитал мотивационных книжек а-ля «Как стать миллионером»? А может, биографий «успешных» людей? Неужели подхватил эту ебань у Димки Портнягина на тренингах личностного роста? Всю эту хуйню пишут и пропагандируют инфоцыгане – те, кто обещает избавление от невзгод, счастье и дивный новый мир, правда, за твои же деньги. Поскольку иллюзия чудесного спасения глубоко засела в мозгах у современных людей, подобный развод стал чрезвычайно прибыльным бизнесом сегодня. Просто прикинь, может ли существовать такая книга, где была бы полная, а главное – работающая, инструкция, как стать миллионером? Да, хер бы кто и когда поделился такой информацией и уж точно не растиражировал бы ее. Если бы подобная книга существовала, каждый мог бы стать миллионером, и к чему бы это привело? – спросил он, все также балуясь сменой режимов работы светильников.

– К тотальной инфляции, – не задумываясь ответил я.

– Верно. И все деньги превратились бы в фантики. Все бы вернулось на круги своя, в мир, где есть богатые и бедные или относительно одинаково бедные. Любое обещание легкой добычи – чистое наебалово. Почему успешные люди пишут автобиографии?

– Скорее всего, они изрядно поиздержались и пытаются заработать на былой славе, – предположил я.

– Как вариант. Но тогда это может означать, что и успех-то у них был сомнительный, раз они прибегают к такому приему. Так стоит ли у них учиться?

– У этих, может, и нет. Но есть же люди, которые пишут автобиографии на пике своей карьеры.

– Ну, такие пишут, чтобы потешить свое эго. Ты же в курсе, что многие добиваются успеха из-за комплекса неполноценности. Все их головокружительные достижения – результат ущербности: успех компенсирует чувство собственной ущербности. Дяденька уже вырос и даже постарел, но продолжает доказывать маме, папе или девушке, которая отшила его еще в школе, что он не лох. Пусть все видят, кем он стал. О-о-он величина! А не ее муж-тракторист, что пиздил его в школе…

– На что ты намекаешь? – возмутился я, понимая, что этот камень кинут в мой огород.

– Да ни на что, бля, – раздраженно продолжил мой собеседник, – че, разглядел в моем примере себя, сопливого? Я к тому, что не стоит строить планы на жизнь, ориентируясь на истории самолюбования «успешных нарциссов», – странная это затея, если, конечно, ты не стремишься преуспеть именно в самолюбовании. Да и успех у такого типа людей, прямо скажем, с душком. Чем поможет слава, если ты по-прежнему чувствуешь себя ущербным? Да и какой успешный человек напишет про себя правду? Даже ты не согласился со мной на счет тракториста, хотя знаешь, что пиздеть мне бесполезно, – возмущался дьявол, в шутку грозя мне пальцем и усаживаясь обратно за стол поближе к виски.

– Да это было давно и неправда, еще в школе, – начал оправдываться я. – Он, между прочим, был гораздо здоровее меня…

– А кто тогда был не «здоровее тебя»? – рассмеялся дьявол.

– Да, походу, никто, – рассмеялся и я в ответ. – Попробовал бы он сейчас меня ударить, боюсь его б отдача замучила, даже если он до сих пор здоровее меня. Точная двоечка в бороду уравняла бы мои шансы. Да и вообще, пошел он куда подальше вместе с моей одноклассницей, зачем о них вспоминать, – раздухарился я, пробил в воздух двоечку и закончил левым боковым, после чего сел на стул, потеряв равновесие.

– Да? – изображая удивление, спросил собеседник. – А я откуда знаю, нахер ты их вспомнил. Значит, чувствуешь за собой, а, душнила? Да шучу я, шучу. Вообще ты должен сказать спасибо этому парню, если бы он не пиздил тебя в детстве, то ты, может быть, никогда не пошел бы заниматься боксом. А так смотри: и бокс освоил, и комплексы победил, всегда подтянут и готов… Да и вообще с твоим трактористом мы отошли от темы. На чем я остановился?

– Про цыган что-то говорил, – напомнил я.

– Ах, да! – продолжил дьявол. – Вся эта инфоцыганщина рассчитана на наивных людей. Все эти призывы поверить в себя, заниматься саморазвитием, сделать свою судьбу и невозможное возможным… Эти мотивационные тренинги, которыми торгуют коучи типа Аяза Шабутдинова и откровенные долбоебы с аудиторией в три подписчика, сродни преступлению против человечества. Задумайся, почему авторы подобных мантр, заговоров на успех не уточняют смысл используемых слов. Тебе интересно, что они имеют в виду, когда говорят «себя»? Что это, блядь, за «себя» такое? Рост, вес, облысение или навыки скорочтения. Что конкретно в этом ебаном «я» предполагается развивать? Я думаю, ни один инфоцыган на это внятно не сможет ответить.

– Ковалева на них нет, – попытался я пошутить.

– А кто это? – удивился Люций.

– Ну как кто? Лидер общероссийского движения предпринимателей Андрей Ковалев.

– Это тот лысый пенсионер с крашеной бородой и в очках-дурачках, как у кота Базилио?

– Да.

– Все, вспомнил. Ковалев, Рыбаков и подобные им блогеры-предприниматели – это деструктивные организаторы, по сути, сектанты, вербующие в свои ряды предпринимателей.

– Я думаю, это опять-таки вопрос веры, и каждый имеет право сам решать, вступать куда-либо или не вступать, – заступился я за предпринимателей.

– Да, – согласился дьявол, – мы не должны осуждать человека за его выбор. Но проблема с этими сектами в том, что сознанием людей искусно манипулируют, в результате чего они и становятся участниками подобных организаций, то есть ни о какой доброй воле говорить не приходится. Как мы уже обсуждали, счастливых людей нет: у всех есть какие-то детские травмы, мы чувствуем себя недолюбленными, каждому из нас кажется, что к нему относятся хуже, чем он того застуживает и так далее, и тому подобное. Это и есть ахиллесова пята человека, то самое слабое место, куда целятся торговцы счастьем, знанием, успехом. Раньше секты действовали открыто, даже получали государственную регистрацию. Никто и не предполагал насколько это опасно. Но, как известно, все течет, все изменяется: мир стал другим, и сектанты теперь другие – маскируются под успешных бизнесменов и незаметно создают собственное государство внутри государства, а раньше могли бы просто в открытую создать секту и назвать ее, например, «Белое братство». Задача современных «лидеров», как и их предшественников – заработать. Раньше, конечно, было жестче: жертвами становились абсолютно все несчастные, кто попадался на их удочку, независимо от материального положения. Сегодня в основном страдают глупцы и бездельники с капиталом, потому что бедные там нахер никому не нужны – они денег в «общину» не принесут. И вот обеспеченные простофили, вступив в ряды просветленных и осознанных, начинают чувствовать свое предназначение, становятся счастливыми, ведь их теперь понимают, они могут быть полезными – особенно для организаторов любого подобного мероприятия или движения. Все они в первую очередь продают себя, свой бизнес и так далее. В ком-то сильны природные инстинкты: деньги уже заработаны, хочется власти и признания любой ценой.

– Да они все конченые дебилы, – с чувством глубокого презрения выругался я.

– Да ты че, – сочувственно произнес собеседник. – Я думаю, тебе нужно запомнить одно правило: прежде чем что-то сказать, подумай о значении каждого слова, которое собираешься произнести. Следуя ему, ты непременно заметил бы, что в высказывании «все дебилы» первое слово «все», – с усмешкой поучал дьявол. – Включая и того, кто эту мудрость пизданул.

6

Мы пили, болтали о разном, затронули было политику, но, поняв, что эта тема для нас обоих интереса не представляет, снова переключились на человечество.

– Почему человеку так свойственно заблуждаться? – задал я вопрос собутыльнику. – Почему на его чувства и переживания так влияет культура, в которой он формируется? Зачем он тратит время и силы на поиски счастья, когда создан для постоянной борьбы за жизнь?

– Все начинается с заблуждений относительно природы человечества, – отвечал дьявол, – мотивов его поведения, того, что он, человек, есть на самом деле. Чтобы доказать это, я тебе расскажу кое-что такое, после чего твое представление о человеческой природе перевернется с ног на голову. Начнем с теории эволюции. Древнейшей формой человекоподобного существа считается человек умелый (Homo habilis). На смену ему пришел человек прямоходящий (Homo erectus), или архантроп, типичными представителями которого являются питекантроп и синантроп. Понимаешь, о чем я?

– Да не особо, – ответил я, даже не пытаясь при этом вникнуть в суть того, о чем он говорил.

– Ясно, впрочем, это не главное, тут важно сосредоточиться вот на чем, – продолжил Люцифер. – За довольно короткий исторический период архантропы эволюционировали в палеоантропов, известных еще как неандертальцы. В это самое время появились мы.

– Кто вы? – удивленно спросил я.

– Ладно, чтобы ты не затроил и не посчитал себя дурачком, постараюсь объяснить еще раз доступным тебе языком, с помощью слов и понятий, которые ты знаешь и можешь себе представить. Для ясности назову нас «инопланетяне», – вещал мой собеседник. – Под словом «мы» я имею в виду пришельцев с другой планеты. Так вот несколько миллионов лет назад мы покинули привычный нам мир в поисках нового дома, так как он был практически уничтожен захватчиками c планеты COVID-19. Построив огромный космический корабль, мы собрали большую экспедицию из добровольцев и отправились в неизвестность. Путешествуя по просторам галактики, мы бороздили космическое пространство от одной планеты к другой, постоянно корректируя наш маршрут, пока не наткнулись на вашу солнечную систему. Ни одна из тех планет, что мы посетили до этого, не была пригодна для жизни. Нам нужен был кислород, поэтому мы взяли курс на третью планету от Солнца, так как она была единственным небесным телом вашей системы, семьдесят процентов поверхности которого занимала вода. А вода – это что?

– Кислород плюс водород.

– Правильно. Прибыв на вашу планету, мы поняли, что она слишком велика и необъятна для нас, примерно так же, как для вас галактика. Но пути назад уже не было, как и не осталось времени и ресурсов для продолжения экспедиции. Чтобы не раствориться на земных просторах, после множественных попыток приспособиться к самостоятельной жизни на планете, мы пришли к выводу, что нам нужен «аватар», более или менее разумный обитатель Земли, к кому бы мы могли подселиться как паразиты. Выбор пал на ваших предков – неандертальцев. Проанализировав их анатомию, для размещения мы выбрали мозг, так как он управлял всем организмом. На длительные эксперименты времени не было. Поэтому, поверхностно изучив природные особенности планеты, мы разбились на группы и рассредоточились по всей территории Земли. Обнаружили лидеров стай и подселились в их мозг. После внедрения, как это часто бывает практически при любом эксперименте, проявился побочный эффект. Большую часть наших человеческий мозг начал отторгать, в результате кому-то пришлось переехать в кишечник под видом бактерий, другие переместились в ДНК, а остальные рассредоточились по всему телу, встроившись в лимфатическую систему. Но часть наших все-таки прижилась в головах неандертальцев, правда, существенных изменений не произошло: нам удалось поселиться в вашем теле, мы могли ментально поддерживать связь между собой, но управлять неандертальцем – нет. Лишь через несколько поколений этот эксперимент принес свои плоды – на свет появился неоантроп, или кроманьонец, или человек разумный (Homo sapiens) как завершающий этап биологической эволюции человека. С этого момента, благодаря присутствию нашего брата, человек стал стремительно развиваться, ну стремительно с точки зрения миллионов лет эволюции. С тех пор мы живем вместе и пытаемся ладить с друг другом. Короче, мы, паразиты, – хранители кода ДНК человека, его подсознание, а вы – собственное сознание человека, мемы. Так и живем, ебем друг-дружку – деньги в кружку. – Тут дьявол рассмеялся.

– Да ты гонишь, – не поверил я, хоть и слушал его, открыв рот. – Ты же дьявол, мой воображаемый собутыльник!

– А как еще мне с тобой общаться? Я и так стараюсь дозированно преподносить тебе информацию, потихоньку подгружая из твоей памяти образы и звуки, чтобы ты не двинулся кукухой и не отправился куда-нибудь в больничку. Обычно после прямого контакта паразита с человеком второй оказывается в психбольнице. Да и не так-то просто наладить прямой контакт. На него способны далеко не все, лишь единицы ваших, – продолжал он. – Мы по размеру очень маленькие, с молекулу, живем в вашем мозгу целой колонией во главе с предводителем, которого и называем лидером паразитов. Он принимает все решения, остальные ему помогают, в том числе бактерии в кишечнике и другие… Питаемся микроэлементами и кислородом из лейкоцитов, поступающих к нам по кровеносным сосудам. На самом деле ученые даже подтвердили наше присутствие в ваших головах, только сами этого не поняли и интерпретировали результаты эксперимента по-своему. Так, один исследователь доказал, что мозг (то есть мы) принимает решение раньше сознания (то есть вас). Он повесил датчики на человека и отслеживал реакцию. Когда мозг принимал решение пошевелить рукой, сознание об этом еще не знало. Проходило полсекунды, и ваше сознание получало информацию о том, что надо подумать; потом – еще 0,2 секунды, и мышца сокращалась. Данный эксперимент с научной точки зрения доказал, что человек не властен над своим поведением. Человек – кукла, но кукла разумная, а кукловод – мозг, то есть паразит. Так что вот тебе научно установленный факт: все, что ты думал о значении своего сознания в собственной жизни, это чушь собачья, забудь.

– Этого не может быть, – все еще не доверяя словам собеседника, растерянно произнес я.

– Я понимаю, что все это очень сложно осознать, – продолжал убеждать меня дьявол. – И ты до сих пор не понял этого по-настоящему.

– А как тут осознать? Такую ахинею невозможно ни понять, ни принять. Это противоречит здравому смыслу. Паразит в мозгу? Миллионы лет назад? Я чувствую себя идиотом, переваривая этот бред! – возмущался я.

– Но в том-то все и дело: в тебе нет никакого здравого смысла. Тебе это только так кажется. И да, ты идиот. Правда в том, что всеми твоими смыслами и рефлексами заведую я – паразит, твой мозг, а вовсе не сознание, которое в данный момент отвергает факт моего существования. Сознание, которым ты так привык кичиться по поводу и без. Вспомни, сколько раз ты винил себя за решения, которым тараканы в твоей голове аплодировали стоя? Причем в прямом и переносном смысле этих слов. Сколько раз ты корил себя за ошибки и промахи? Сколько раз тебе приходилось оправдываться за свои поступки?

– Оказывается, все это было зря, – недоумевал я.

– Да. Потому что нет смысла винить себя за неправильные решения, ошибки и так далее, если принимал их не ты… – и Люцифер превратился в актера Сергея Безрукова из сериала двухтысячных «Бригада». – А я, Саня Белый, со своими опричниками, – и рассмеялся.

Я тоже рассмеялся и попросил вернуть Люцифера обратно.

– Я могу просто звучать в твоей голове от первого лица без всяких галлюцинаций или объяснять дальше от третьего лица в образе…

– Не, ну конечно, в образе, верни того парня обратно, – пытался я бодриться и выглядеть беззаботным, уговаривая собеседника вернуть образ дьявола.

7

– Слушай, а вас как-то можно вытравить? – как будто уже смирившись с тем фактом, что в моей голове действительно завелись какие-то паразиты, спросил я.

– Блин, чувак, ты что, меня совсем не слушал? – продолжал развлекаться дьявол, или инопланетянин, или паразит. – Понимаю, научные заявления тебя не впечатлили, не хочу в твоих глазах выглядеть глупо, поэтому перейдем от них к практике. Ответь мне, пожалуйста, на вопрос. Почему ты принял решение получить ту профессию, которую в итоге и получил, а не какую-то другую?

– Вообще-то, я не выбирал профессию, – сменив веселый тон на серьезный, ответил я. – Так сложились обстоятельства, просто вместо армии по контракту я выбрал гражданку, а на гражданке без образования можно было пойти работать только на стройку или ментом…

– Тем не менее заметь, ты делал выбор между гражданкой и армией, почему? Почему твой круг общения состоит из тех людей, из которых он состоит? Почему ты влюбился в свою жену и построил с ней семью, а не с какой-то другой девушкой, хотя очевидно, что были варианты? – Забрасывал меня вопросами дьявол.

– Хорошо, у меня нет однозначного и краткого ответа на эти вопросы. Доволен? Может, ты сам сразу все и разъяснишь? – ушел я от ответа и перевел стрелки на собеседника, а он и рад был продолжать.

– Тебе кажется, что каждый раз ты действовал разумно, осознанно, продуманно, но тебе это только кажется. Соответствующие решения принимал и продолжаю принимать я, твой паразит, или мозг. Думаю, будет удобнее, если я продолжу объяснять от третьего лица, – так он и сделал. – Причем всегда сначала паразит, то есть я, принимает какое-то решение, а потом сам же и адаптируется к его последствиям, направляя и тебя – сознание. Ты в свою очередь в буквальном смысле перестраиваешься и начинаешь считать принятое решение не только правильным, но и единственно возможным. Думаю, тебе не стоит объяснять, что любое произошедшее изменение в структуре твоего мозга – в паразите – влияет на все его последующие решения. Например, не так-то просто свернуть с пути, если ты уже покатился по наклонной, неважно, в личной жизни или профессиональной сфере. Более того, даже твое хваленое мировоззрение, то, что ты считаешь глубоко личным, интимным, точно такая же программа паразита. Твое отношение к жизни не то, что ты думаешь, а то, какую программу создал паразит. Все твои мысли, идеология, установки и прочий интеллектуальный мусор являются лишь его автоматизмами. Каким бы разумным ты себе не казался, твой паразит ищет и отмечает только те факты, которые доказывают его правоту. И наоборот, все, что его установкам противоречит, он жестко игнорирует. Сам по себе паразит не будет производить революций, он прокладывает колею, по которой ты лишь катаешься туда-сюда-обратно, то есть он – консерватор привычек. И уже неважно, о чем именно идет речь: о привычке выпивать после работы или съедать тазик пельменей, часами сидеть в интернете или скроллить ленту в Instagram. Неважно, о какой привычке идет речь. Тебя уже поймали, и ты связан по рукам и ногам. Только восприми эту информацию правильно: ты конкретно зависишь от своего паразита. У тебя даже права голоса нет, паразит придумывает его за тебя. Причем до того, как ты действительно решил высказаться. Твоя личность, твое сознание и вообще все, что ты о себе думаешь, – это лишь бутафорский наряд куклы, но не кукловода. Ты не только послушно соглашаешься с тем, что вытворяет твой паразит, ты даже не в курсе, что это паразит так решил, а не твое сознательное «я», – сыпал объяснениями Люцифер, но на минуту взял паузу, разлил виски, мы выпили и он продолжил. – Впрочем, это касается всех твоих решений: сознание, то есть ты, просто соглашается с выбором паразита, то есть со мной, не замечая этого. Ты только вдумайся, за всю жизнь ты не принял ни одного самостоятельного решения. Все решения принимает паразит. А твое сознание лишь подмахивает. Тебе только кажется, что ты действуешь в собственных интересах, на самом деле – в интересах паразита. Так решила природа. Мы рассчитывали всецело управлять вами, но эволюция распорядилась иначе…

– Складно сочиняешь, – улыбнулся я, пытаясь переварить весь этот бред.

– То есть не веришь? – продолжал собеседник. – Тогда объясни мне такой момент: почему тебе сложно принять волевое решение, например взять и перестать пить или бросить курить, начать бегать по утрам? А? Потому что это решение требует больших усилий и нужна серьезная мотивация. А вот если надо надрать задницу товарищу в компьютерной игре или с ним же осилить стягу пива, на это ты всегда готов. Короче, в одном углу ринга паразит, который чего-то хочет, например пить, курить, играть в игрушки, потому что это не требует особых усилий и приносит чувство радости, удовлетворения, а в другом – ты, желающий все это бросить, потому что в порядочном обществе так не принято, неприлично валять дурака, но, как говорится, хотеть не вредно… Тем более, что эти твои решения выбьют нас обоих из зоны комфорта, лишат чувства радости и ничего не принесут взамен, кроме бесполезной траты энергии.

– Но тогда получается, что я лучше, чем он?

– Не совсем так, объясню все по ходу дела. Просто его желания естественны, а твои навязаны тебе внешним фоном, окружением. Не забывай, что вам в принципе по пути. Пусть это звучит нелепо, но такова правда жизни, – разъяснял Люцифер. – Да, и на чем я остановился, на эволюции?

– На том, что вы рассчитывали управлять нами, но как-то не удало-о-о-ось, – протянул я и потер друг о друга руки, тем самым демонстрируя свое превосходство.

– Что поделать, эволюция, – продолжил Люцифер, не обратив ни малейшего внимания на мой выпад. – Такой вот побочный эффект как результат скрещивания двух разных галактик. Ни ты, ни твои близкие, ни твои родители, ни твой начальник, ни даже сам – Владимир Владимирович – никогда не принимали собственных решений, – объяснял дьявол, при этом зачем-то показывая наверх указательным пальцем, затем встал из-за стола, налил вискарь и продолжил мучить меня своими вопросами. – Почему в тебе столько благородных порывов, но почти все они остаются нереализованными? Почему ты так и не можешь принять важное решение, хотя давно пора, потому что время безвозвратно уходит? Почему ты знаешь, что бухать нельзя, но продолжаешь это делать?

– И почему же?

– Ответ прост: он, твой паразит, еще не принял нужного решения, – внушал Люций. – Ты можешь сколько угодно думать, мечтать, строить планы, но действовать будешь только по команде паразита. Это он должен созреть, чтобы принять определенное решение, это он должен осознать, а твоя задача – его заинтересовать. Ну что, тебе до сих пор кажется странным, что твоя жизнь не такая, какой ты ее хочешь видеть?

– Ну хорошо, – отвечаю я, – тогда объясни, как так получается, что мое сознание не участвует в решениях паразита, но я при этом умудряюсь время от времени делать что-то осмысленное?

– Просто эти решения приняты совместно: иногда и вы с паразитом способны принимать неплохие решения, – отвечал дьявол. – Все-таки эволюция трудилась над вами миллионы лет. Но есть некоторые проблемы. Первая: паразит в своих решениях все-таки очень примитивен, эгоистичен, зачастую недальновиден и действует на основе инстинктов, заложенных в ДНК. Мир, в котором ему приходится жить, слишком сложный, чужой. И все удовольствия для него – слабость. Вторая: ты чересчур доверяешь своему сознанию, а твой паразит с его помощью умело прикрывает любую свою глупость красивыми формулировками и мудрыми объяснениями. Короче, в определенном смысле вы работаете синхронно, помогая друг другу.

– Тогда вопрос на засыпку, – решил я подловить дьявола и потянулся за бутылкой. – А кто из нас хочет выпить? Ну или любит выпить?

– А ты подумай, – ответил он и перехватил бутылку.

– Просто, когда долго не пью, – продолжил я, – мне начинает казаться, что я вообще не буду, но стоит только кому-то поставить передо мной бутылку, как все остальное сразу теряет значение. И что же получается: каждый раз, когда напиваюсь, это я веду себя неадекватно или паразит? Если отталкиваться от твоих рассуждений, можно предположить, что когда я выпиваю, пьянею я – сознание, и паразит берет надо мной контроль, значит, это он начинает вести себя неадекватно.

– Ну нет, – рассмеялся дьявол, – паразит тоже пьянеет, но ты выезжаешь гораздо быстрее, ты начинаешь моросить первый, так как происходит сбой в системе, теряются сигналы управления, а он потом тебя на автопилоте доставляет до дома. Но зависимым становится он. И если он на что-то подсел, то будет тебя всячески подталкивать к этому в будущем, – разъяснял дьявол, удерживая в руках бутылку виски. – Когда ты употребляешь алкоголь или наркотики, твое сознание затуманивается и паразит тоже кайфует. Будучи в одурманенном состоянии, он воплощает все свои грязные желания, пока ты вне себя. И то, заметь, твое сознание сопротивляется до поры до времени, пока ты не выпьешь лишнего. Там ты уже во власти паразита, а он, зараза, крайне зависим от всего веселящего: стоит ему только раз попробовать, и, если понравится, он будет придумывать разные способы добиться желаемого.

– И все же твоя история не слишком убедительна, – снова задумался я о подлинности всего сказанного Люцифером.

– Один умный мужик сказал: «Человека легче обмануть, чем убедить, что он обманут». Бесполезно с пеной у рта доказывать тебе что-либо, я лишь стараюсь объяснять. Да ты и сам со временем допрешь. Тем более, что во всем этом есть и положительные стороны для тебя. Паразит не такой уж плохой сосед, и его можно заставить работать себе на пользу, нужно только погрузить его в правильное состояние, подготовить.

– Ха! Интересно, – сказал я. – А как этого добиться, если я – мем и мое сознание подчинено паразиту? Я так понимаю, что при всем желании не могу управлять им: он мной может, а я им – нет, – с сарказмом заметил я, дав понять Люциферу, что хозяин здесь я, а не какой-то паразит…

– Для начала уясни главное, – перебил дьявол. – Не переоценивай свое сознание, его невероятные возможности и гениальность, это все шляпа…

– Слушай, – тут уже я не дал ему договорить, – ты мне напоминаешь прапорщика из кинофильма «Самый лучший фильм», который кричит: «Вы все – говно!»

– Да харэ сбивать меня с мысли! Че, все, уже дебош? – разгорячился дьявол, но тут же усмехнулся. – Отношения между тобой и паразитом крайне запутанные. Ты постоянно подстраиваешься под те решения, которые он принимает, а потом еще самоотверженно сам себе объясняешь, почему они, эти решения, правильные, справедливые, разумные и так далее, какую бы херню ты не творил. Короче, вы в дуэте этом вашем все время друг другу что-то объясняете, в первую очередь ты, конечно, когда тебе что-то не совсем ясно; друг друга прикрываете, сами же перед собой, ну и, разумеется, используете. Вспомни, как ты в любой непонятной ситуации начинаешь паниковать, раздражаться, искать ответы. Вспомнил? – я промолчал в ответ, а Люций продолжил. – Скажи мне, поможешь ли ты человеку, которому вдруг стало плохо на улице?

– Конечно, помогу, я же не сволочь, или правильно теперь говорить мы не сволочи, – провоцировал я.

– Ответ зависит не от того, сволочь ты или нет, хороший или плохой, проще говоря, вообще не от тебя, – с ухмылкой продолжал дьявол, – а от множества факторов, влияния которых ты, может быть, даже не ощутишь, но заметит твой паразит. Он оценит внешний вид несчастного, и если он будет недостаточно презентабельным или подозрительным, то ты пройдешь мимо, так как паразит, например, почувствует угрозу заразиться чем-нибудь от бедолаги, просто измараться или как-то себя скомпрометировать. Если ты спешишь, то шансы нуждающегося уменьшаются в разы, тут уже газуешь ты. А еще паразит будет подсознательно подсчитывать, сколько людей рядом. Если их много, то у того парня, надо сказать, вообще мало шансов, все будут автоматически объяснять себе бездействие тем, что пострадавшему, вероятно, поможет кто-то другой, более компетентный. В результате, возможно, к нему никто не подойдет, в том числе и ты, и совесть тебя не замучает, потому что есть чем оправдать свои действия.

– Слушай, ну хоть убей, но не хочу я осознавать, что все происходящее вокруг – это игры какого-то паразита в моей собственной голове, – рассуждал я. – Неприятно даже просто подумать, что я – всего лишь мем, по сути, не имеющий никакого отношения к происходящему вокруг. Паразит управляет всеми процессами в организме: интеллектуальными, физиологическими, а я, типа, и не в курсе реального положения дел. А знаешь, иногда я и вправду не могу понять, почему принял то или иное решение. Бывает, за какой-нибудь поступок чувствуешь себя неловко, но тут же находишь объяснение, да такое, что все выглядит гладко, логично, правильно.

– Ты всегда нас оправдываешь, что бы мы ни сделали, – шепнул дьявол мне на ухо, незаметно подкравшись сзади, затем взял бутылку и наполнил стакан.

– Вот-вот, и даже сейчас весь этот бред начинает казаться мне логичным! – выкрикнул я. Потом схватил стакан с виски и долго смотрел на него, постукивая ногтями по столу.

– Да бухни уже, – предложил дьявол, снова усевшись за стол напротив меня и приветственно подняв свой стакан. – Понимаю, все это звучит как минимум трешово: мол, твой мозг – это не мозг, как ты думал раньше, а пришелец с другой планеты, паразит, который постоянно находится в конфронтации с твоим же собственным сознанием. Ебануться можно от такой инфы. Но ты же хотел разобраться в противоречиях?

– Хотел, – ответил я и сделал глоток виски.

– Тогда держи кучу лайфхаков по этому поводу, я научу тебя, как разглядеть в человеке паразита», – хлопнул в ладоши мой собеседник, улыбнулся своей белоснежной улыбкой и начал меня поучать. – Внимательно приглядись к своим знакомым: как они ведут себя, что о себе думают, не о тебе (хотя это тоже важно), а о самих себе. У них есть две версии себя: собственная (это видение их сознания) и настоящая – то, что они представляют собой на самом деле, то есть то, что они делают в действительности (это результат работы их паразита). Я думаю, ты не слишком удивишься, когда, начнешь замечать за ними, что их слова расходятся с делами. Они и раньше тебе казались двуличными, но это не так. Просто они, то есть их сознание, хотят быть одними, а паразит считает иначе и делает то, что задумал, нашептывая сознанию. Поэтому человек и не замечает противоречий в собственном поведении. Зато с легкостью и с каким-то непреодолимым рвением видит это в других, – продолжал дьявол, – и это никому не кажется странным. Короче, что хочу сказать: в других людях ты невежду и пиздобола вычислишь сразу, и это факт; пусть не всегда вовремя, но в процессе, безусловно, разглядишь, если он таковым является. Время разоблачения будет зависеть от его маскировки и твоего опыта общения с подобными людьми…

– Это для меня не новость, – перебил я собеседника, – я уже привык, что люди говорят одно, а ведут себя и действуют как-то иначе, может, и не прямо противоположным образом, но как-то по-другому, в общем, не являются хозяевами своих слов. А если начинаешь указывать им на это и пытаться вывести их на чистую воду, то гарантированно сталкиваешься с непониманием и мощной обороной в виде ответного нападения.

– Или получаешь пиздюлей, чего уж там, – добавил дьявол.

– Или так.

– А знаешь почему? – спросил он.

– Почему?

– Потому что другие люди думают о себе ровно то, что они думают о себе, как бы глупо это ни звучало, а не то, что думаешь ты, наблюдая со стороны разные их проявления, обе версии, и видя противоречия между ними. Конечно, они верят себе, иначе и быть не может. Если человек перестает себе верить, значит, у него поехала крыша. Такие начинают искать спасения в иных измерениях или у гадалок и астрологов, хотя нуждаются лишь в скорой психологической помощи, – объяснял дьявол. – А теперь посмотри на самого себя. Ты устроен точно так же. И да, ты себе тоже веришь. Веришь во все, что происходит сейчас и было до этого. Ты веришь в собственную интерпретацию своего поведения, это твое сознание, но есть и твое действительное поведение, то, что происходит с тобой на самом деле, это твой паразит. Это сложно принять, но твой паразит и ты, твое сознание, это два разных человека, которые редко когда оказываются на одной волне. Понимание этого доступно только избранным.

– Избранным? – удивленно спросил я. – Это что-то новенькое.

– Да нет, это старенькое, – ответил Люцифер. – Есть люди, которые на одной волне со своим паразитом. Они научились слышать его и живут с ним в согласии. Как и везде, в природе иногда происходит сбой в системе, и рождаются люди-мутанты, которые по-особому воспринимают этот мир. Они лучше чувствуют других людей, могут считывать их поведение и даже мысли. Могут предсказывать будущее. Давать правильные советы и прогнозы, направлять. Таких людей вы привыкли называть экстрасенсами. Одни рождаются с этим даром и воспринимают его как дефект, другие могут его развить в течение жизни. По замыслу нашего творца, – продолжал объяснять дьявол, – мы, паразиты (или в данном случае лучше сказать инопланетяне) – существа стайные и можем выжить только благодаря друг другу. У нас четкая иерархия, каждый занимается своим делом. У нас нет амбиций. В быту мы не привередливы и даже примитивны. Живем по принципу наименьшего сопротивления, жизненной энергией понапрасну не разбрасываемся. Мы, как огромная нейронная сеть, всегда ощущаем присутствие друг друга и держим связь даже на расстоянии. До подселения к вам могли беспрепятственно передавать друг другу различные сигналы и сообщения на довольно длинные расстояния. Но с переездом базовый функционал начал лагать. Теперь мы способны действовать сообща только в одном аватаре, в котором живем, но иногда рождаются люди, паразиты которых по-прежнему могут чувствовать своих в других аватарах, не так хорошо, как хотелось бы, но все же…

Я слушал с большим интересом, можно сказать, открыв рот, а дьявол все не унимался:

– Вот, например, когда ты заранее сделал какой-то выбор, и он оказался правильным, у тебя возникает ощущение, как будто кто-то тебя направил или интуиция подсказала. Открою тебе страшную тайну: это ни хуя не интуиция, это паразит. Это он действовал сообща со своими и подталкивал тебя к правильным решениям. Так что порой он не так уж плох. Но иногда ты сопротивляешься его наставлениям, и вот обычно в таких случаях в дальнейшем ты сталкиваешься с нежелательным результатом, ошибками и противоречиями. После чего винишь себя за то, что не слушал свою интуицию, а ведь было предчувствие. Это было не предчувствие, а паразит. Очень редко, но бывает, очевидно, когда звезды сойдутся или матушка природа так решит, рождаются избранные, у которых случаются видения, они слышат голоса и ощущают противоречия в собственном сознании. Сначала всегда пугаются, а затем понимают (правда, далеко не все), что уникальны и начинают использовать свой дар. Объединяются в группы, пытаются влиять на человечество в целом, придумывая разные игры с иерархической структурой – религиозной, политической и другими. Зачем? Просто без всех этих игр в царя горы человек неизбежно вернется к истокам – к палке и камням. Если бы не паразиты, вы бы до сих пор жили в пещерах и трахались без света…

– Большинство до сих пор занимается сексом без света, – перебил я. – Так что недалеко ушли.

– А тебя только это интересует? – подмигнул дьявол.

– Нет. В какой-то момент мне показалось, будто ты намекаешь, что я избранный.

– Ты алкаш и псих! – улыбаясь ответил Люцифер. – Но можешь стать избранным, если наладишь контакт со своим паразитом и научишься с ним договариваться. Если вы сойдетесь, тебе откроются совершенно другие возможности.

– Я что-то спьяну запутался или напридумывал лишнего, – вдруг разволновался я. – Если паразит у меня в голове, кто же тогда ты?

– Я – средство коммуникации между тобой и паразитом, проекция, предложенная тебе мной же, паразитом, именно в том виде, в котором ты меня воспримешь, потому что настоящее положение дел скрыто от человеческого сознания, да и приоткрой я тебе завесу, вряд ли ты бы смог там хоть что-то понять. Ну как, ты все еще хочешь продолжить наше знакомство?

– Хочу, если это действительно поможет мне разобраться в себе, лучше понимать других людей и облегчит мое собственное существование, – заинтригованный, ответил я.

И дьявол продолжил, не заставляя себя упрашивать:

– Паразит не выносит неопределенности, а противоречия он с легкостью игнорирует. Он зарисовывает слепые зоны, скрывает недочеты и прячет от самого себя собственные ошибки. Он делает все, чтобы поддерживать для тебя иллюзию понятного и стабильного мира, в котором ты живешь. В этом заключается эволюционное предназначение союза паразита и человека: упорядочение хаоса, устранение раздражителей, фиксация лишь на том, что важно для выживания, алгоритмизация жизни.

– Ну ты завернул друг, – восхитился я, – у меня сейчас голова задымит.

– Предлагаю срочно ее потушить.

– Согласен, наливай.

– А вы уже начинаете ладить, – отметил дьявол, встал из-за стола, разлил по стаканам виски, поставил оба стакана к себе, накрыл их ладонями и возобновил свою лекцию. – И вот ты один на один с новой правдой о себе и о том, что ты на самом деле не один, – я молча соглашался с ним, кивая головой. – И только тебе решать, как жить дальше. Это твоя жизнь и только ты можешь найти нужный тебе ответ, но и он не будет окончательным. Приручи своего паразита, только он сможет помочь тебе. Это великий труд, но он того стоит. А все мысли, идеи, концепции о том, что можно раз и навсегда все решить каким-нибудь вовремя произошедшим чудом или что само рассосется, не работают и сами по себе отдают безумием. Мир не меняется, ты меняешься… Используй свой новый девайс на полную катушку. И да, прежде чем мы продолжим нашу беседу…

– Мы выпьем! – перебил я, не отрывая взгляда от стаканов с виски, поблескивавших в руках у Люцифера.

– Мы выпьем, и ты для себя решишь, чего хочешь по жизни: готовых ответов или научиться самому находить ответы на свои вопросы? Если первое, тогда тебе, друг, прямая дорога к инфоцыганам. А если ты не конченый и готов искать средство, а не следствие, приготовься к пиздецу и пропусти паровоз впереди себя. Моя задача заключается в том, чтобы донести до тебя правду, а избранный ты или нет, решать только тебе.

– Ну давай уже… – заскулил я и потянулся за стаканом.

– Подумай, чего ты хочешь и ждешь на самом деле? Может быть, как раз это ожидание и сковывает твое мышление?.. – сказал дьявол и наконец передал мне стакан.

Глава 2

1

После очередной порции виски я почувствовал, что проголодался, и достал из холодильника колбасу. Тонко нарезал ее, аккуратно выложил на тарелку и поставил закуску на стол. Люций такой поворот одобрил и предложил еще разок выпить, что мы тут же и сделали. И он, довольный, продолжил разговор:

– Думал ли ты когда-нибудь о смысле жизни больше десяти минут подряд? Вот так, чтобы сесть, по-настоящему сосредоточиться, озадачиться, перечислить все возможные варианты, рассмотреть каждый из них в отдельности, взвесить и прочувствовать? – начал дьявол заваливать меня вопросами.

– Думал, – ответил я, – может, не так глубоко, как ты имеешь в виду. Но мне кажется, что я по-настоящему задумывался об этом, хотя после твоих сегодняшних откровений я вряд ли могу быть в чем-то уверен.

– Глубоко – скорее нет, чем да, – продолжал Люцифер. – Никто о смысле своей жизни так не думает. Потому что это невозможно…

– Может быть, и невозможно, – слегка улыбнувшись, перебил я, заламывая руки. – Каждый раз, когда я задавался этим вопросом, неизбежно натыкался на пустоту и начинал судорожно перебирать варианты в голове, идеи про самореализацию, семью и детей, про вклад в общее дело и что после меня останется, тем самым пытаясь эту самую пустоту заполнить. Если, конечно, я сейчас тебя верно понял, рассуждаю в правильном направлении и ничего не путаю.

– В правильном, – подтвердил дьявол. – Этими словами ты пытаешься закрыть зияющую дыру в реальность. Что такое самореализация? Это абстракция. У тебя есть конкретные способности, и ты совершаешь конкретные поступки. А самореализация – это лишь красивое слово, которому в последнее время вы почему-то предаете слишком большое значение. Нет семьи и детей, есть конкретные Миша или Паша, Катя или Саша. Они цель и смысл твоей жизни?

– Ну да! – подтвердил я.

– Ну нет, блядь! – выкрикнул дьявол. – Ты уверен, что другой человек, у которого своя жизнь или будет своя жизнь, свое отношение к жизни, свои нужды и потребности, может быть смыслом и целью твоей жизни? Нет никакого «общего дела» и того, что после тебя останется. Это просто такие общепринятые смыслы у людей, которые когда-то помогали им выжить. Но есть то, что происходит в твоей жизни, и ты либо считаешь важным этим заниматься, либо тебе насрать. А самое смешное, что все это в любом случае превратится в «насрать». Таковы факты. И даже миллионы слов их не изменят. Твой паразит занимается сейчас тем, чем ему действительно важно именно сейчас заниматься, и ничем лишним. Все остальное в вашу жизнь ты тащишь из общества, в котором находишься.

– Тогда объясни, – возмутился я, – как так получилось, что все говорят об этом «смысле жизни», если его на самом деле нет?

– Все говорят, – поспешил ответить Люцифер, – потому что так они спасаются от страха перед бессмысленностью собственного существования. Этот страх зарождается в людях еще в детстве. Но если ты чего-то боишься, это не значит, что это существует. Вспомни, будучи маленьким, ты боялся привидений и домового, но это не значит, что они есть. Боязнь чего-то – это не доказательство присутствия этого чего-то. Так и с «бессмысленностью жизни»: то, что ты можешь переживать из-за ощущения бессмысленности собственного существования, не делает предмет твоего переживания реальным. Достаточно кому-то пиздануть, что смысл у жизни должен быть, чтобы ты в это поверил и начал искать. А где доказательство, что его вообще можно найти? Да и зачем искать, если это чей-то вымысел?

– Просто я, например, постоянно слышу про какие-то цели и смысл, про достижения, личностный рост и самореализацию, – начал я оправдываться. – Слышу убедительные рассказы про святость и прозрение, про то, что вокруг одни звезды, качки и миллионеры. Задумываясь о том, кто же я, начинаю сам себя стыдить, комплексовать, мол, все люди как люди, а я хер на блюде, неуч без цели и смысла! От чего возникает тягостное чувство неловкости и неполноценности…

– Да. И тогда окончательно себя зачморив, – перебил дьявол, – ты ищешь утешения у инфоцыган. Где тебе напомнят, что ты чмо, подчеркнут это, а затем примутся тебя мотивировать: поверь в себя, оторви жопу, ты все можешь, не ссы и так далее. Набор пустых и бессмысленных фраз, но звучит так феерично, так вдохновляюще и так легко продается. Сила этой пропаганды настолько велика, что нет никакой возможности ей противостоять, – продолжал он. – А теперь вдумайся: ты действительно знаешь конкретные примеры нереализованных смыслов и целей? Ты и вправду понимаешь, о чем идет речь, когда кто-то говорит о смысле жизни?

– Слушай, ну мне столько раз говорили про какие-то смыслы и цели человеческой жизни, что, возможно, я просто взял и поверил в их существование, – снова оправдывался я.

– Цель и смысл – оплот всякой религиозной доктрины. Тебя призывают заслужить расположение божества и по гроб жизни следовать его заповедям, – не унимался дьявол.

– Ну и правильно, – поддержал я, – а как еще заставить примитивных, необразованных людей соблюдать общественный порядок и поменьше убивать друг друга? Уж лучше церковь, чем эти, кто они? Инфоцыгане! И если я тебя правильно понял, то у них тот же профиль: пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что, только на светский манер. И цель у них схожая – держать всех в тонусе, направлять и попутно на этом зарабатывать.

– Все правильно, – сказал Люцифер, – и пока народ во всю эту чушь верит, он будет парализован. Всякого рода подобные инструкции-мотивации совершенно непонятны и вилами по воде писаны, что конкретно делать никому не ясно. В результате ты просто стоишь на месте, как вкопанный, в недоумении, а почему, собственно, у других есть эти смыслы и цели, а у меня нет? Правда в том, что этих загадочных других людей тоже нет. Если тебе на трезвую голову кто-то скажет, что у него все это есть: и цели, и смыслы, и развитие, – то либо он пиздобол, либо действительно заблуждается, не осознавая этого. Мир, выстроенный на религии, канул в небытие. Сегодня человек живет в эпоху постмодерна, то есть в такой период времени, когда все устарело и потеряло былую ценность. Больше нет той опоры, что давала человеку религия, подкрепленная безграмотностью большинства. Постмодерн – это диагноз человечеству, поставленный еще в прошлом веке. Сейчас пошли осложнения, вызванные информационным штормом, технологическим переустройством экономики и общества. Но кто об этом задумывался всерьез?..

Хотел было сказать, что я, но было лень перебивать Люцифера, и я решил просто слушать дальше.

– Да не многие, – сам себе ответил дьявол. – Большинству достаточно гаджетов, YouТube и ленты в социальных сетях. Подумать о своей жизни по-настоящему – нет, лень и нет времени, как всегда. Человек может только лишь тешить себя фантазиями насчет счастья, красивыми постами о шикарной жизни в Instagram. Рекламой раскрученных брендов, духоподъемными историями и бесчисленными мифами о счастье от инфоцыган. Убедиться в том, что они пустозвоны, не составит труда. Достаточно попросить любого «цыганенка» дать четкое и внятное описание того, куда и с какой целью он мотивирует тебя идти. Если служители церкви с этой задачей справляются, требуя от народа слепой веры, то инфоцыгане – нет. О чем конкретно говорят эти проповедники развития? Да так убедительно! За проповедниками счастья нужно наблюдать не когда они на сцене, а когда они за кулисами. А там уж, поверь мне, – и тут в глазах дьявола сверкнул огонь, – совсем не то, что на сцене. Вот так за первой бутылкой мы очень подробно обсудили противоречия, надеюсь, тебе все было понятно? – вдруг обратился ко мне Люцифер.

– Конечно, – усмехнулся я и принялся излагать свою интерпретацию противоречий. – Страдать от бессмысленности жизни и поэтому думать, что смысл в ней есть, – это противоречие! Цель – это то, к чему стремятся. Она возникает как результат наличия стремления. А стремление либо есть, либо нет. Цель без действительного стремления – это фикция. Еще я думаю, не страшно, если цель или стремление отсутствуют, от этого не умирают. Нужно начать с того, чтобы признаться себе в этом и оглядеться, присмотреться, может, какой интерес проявится, а там и до стремления недалеко. Продолжать себя обманывать означает быть слепым. А ложь – признак страха. И нет силы, которая ослепляла бы сильнее. По себе знаю: пока боишься, не видишь ничего, кроме собственной лжи.

– Красавчик же, есть! – сказал дьявол и продолжил. – Но миллионы людей живут в неведении, с мыслью, что им нужны цель и смысл, достижение и развитие, они-то как раз и страдают больше всех остальных.

– Не страдают те, кому по барабану, – засмеялся я. – Я понимаю, чтобы изменить себя и свою жизнь, нужно признать, что вся эта система мотиваций и счастья – лишь набор заблуждений. И пора бы уже начать думать по-другому. Но как по-другому?

– Хороший вопрос, – начал Люцифер, – если ты готов расстаться с прежними ценностями, тогда я предложу тебе взять ключи противоречий и открыть ими замки случайностей.

Снова зазвенел стакан, и мы выпили.

– Какова роль случая в твоей жизни? – спросил дьявол.

– Ну, мне везет, – ответил я.

– Твое везение – это явление случайное или закономерное? – напирал Люцифер.

– Думаю, с переменным успехом.

– Нет, в основном всем управляет закономерность, – подчеркнул он. – Если же начать детально исследовать твою жизнь, то обнаружим, что она, с одной стороны, представляет собой сплошную череду случайностей, а с другой – выяснится, что за каждой такой случайностью стоят вполне определенные закономерности. Короче, всякая случайность закономерна. Ты когда-нибудь думал, какой у тебя был шанс появиться на свет?

– Ну да! В общих чертах интересовался, даже пытался высчитать процент, – оживился я и принялся рассказывать, что у меня из этого вышло. – Моя мать, как среднестатистическая представительница женского пола, имела в запасе четыреста яйцеклеток. В одном семяизвержении мужчины содержится примерно миллион сперматозоидов. Вероятность того, что конкретный сперматозоид встретится с определенной яйцеклеткой, составляла примерно один к ста миллиардам. Примерно столько человек жило на планете Земля за всю ее историю.

– Прикинь, парень! – выкрикнул дьявол. – Да, походу, ты счастливчик! Это ли не случайность, что ты родился?

– Получается, что мое появление на свет – это чистая случайность? И в каком-то смысле мне невероятно повезло! – задумался я.

– Но что, если мы разберем ситуацию в другом ключе? Например, половозрелый мужчина вступает в сексуальный контакт с половозрелой женщиной с целью завести детей, в таком случае зачатие и рождение ребенка случайностью уже не назовешь. Теперь давай в качестве примера рассмотрим статистику смертей. Большинство людей умрет от инфарктов и инсультов, чуть меньшая часть – от рака, следующая группа – от травм, и дальше идет длинный хвост из заболеваний, среди которых более-менее равномерно распределяются остальные смертельные случаи, связанные с состоянием здоровья: болезни легких, почек, Паркинсона и прочая медицинская белиберда…

– Лично мне не наплевать, от чего я умру и как это произойдет, – заявил я.

– Ты умрешь от цирроза печени, – пошутил дьявол, – а остальным причина смерти всегда представляется фатальной и непредсказуемой случайностью, впрочем, и тебе тоже. Но на самом деле это мнимая случайность. Все вы умрете от рака, но не каждый до этого доживет. Рак, кстати, это тоже наша фишка, и ее контролирует паразит. Часть наших прижилась в вас в виде раковых клеток и стала своеобразной бомбой замедленного действия для самоуничтожения. Единственное, эволюция опять вмешалась и смешала все карты. Если аватар рождается слабым или слабеет с возрастом от износа, паразит не в силах контролировать развитие раковых клеток, он может их только немного сдерживать, отсюда большая смертность. Но если бы вы помогали паразиту держать свое тело в тонусе, смертность сократилась бы в разы. Буддисты не просто так называют тело храмом души. Короче, не умереть от рака тебе поможет только то, что ты умрешь от чего-то другого, например от бухлишка, – как бы в шутку намекал мой собеседник, продолжая разговор и похлопывая меня по плечу. – То есть все это фундаментальные закономерности. Чем внимательнее и глубже ты будешь вглядываться в то, как все работает в этом мире, тем очевиднее станет для тебя этот факт. Строгие законы управляют всем мирозданием и каждым из вас в отдельности, а вовсе не случай, Бог-изобретатель. Картинку смазывает то, что у тебя как будто бы есть то самое личное мнение, которое на самом деле никого не интересует. Если же взять и вычесть из данного уравнения это твое личное мнение, то ты получишь вовсе не досадную случайность, а совершенно нормальную закономерность. То, что тебе кажется случайностью, есть твое восприятие закономерностей, осознать работу которых ты зачастую просто не в силах… – объяснял дьявол, разливая по стаканам виски.

– Иными словами, – перехватил я разговор, как и стакан с виски, – пока все складывается так, будто бы я бездушный аватар, который движется в потоке неких событий, считая их случайными, хотя на самом деле всем правит невидимый рок закономерностей! И да! А с чего это ты решил, что мое личное мнение никому не интересно? – выдохнул я и одним глотком опустошил стакан.

– Ну, если рассматривать с твоей, сугубо личной, точки зрения, то кого-то оно, может, и интересует. А если взглянуть со стороны других людей, то, конечно же, оно никого в этом мире не колышет, кроме тебя самого. Никого! Уж поверь, – ответил дьявол. – Паразиту твое мнение точно не интересно, это ты его должен заинтересовать. А другим людям оно одинаково безразлично, если, конечно, от него не зависят их интересы, – по сути, тот же принцип, что и с паразитом. Если ты хочешь понять, что такое этот самый рок, – продолжал Люцифер, – тебе нужно прежде всего взглянуть на свою «человечность». Тебе ведь столько про нее рассказывали, что ты, мол, личность, что у тебя есть самость, что у тебя всегда есть выбор, что перед тобой все дороги открыты.

– А разве это не так? – спросил я, перекидывая ногу на ногу.

– Не совсем, у кого-то просто не было выбора, или так и не представилось возможности, потому что человек был ограничен местом, где родился, тем, кем были родители и какой семья в целом, – ответил Люцифер. – Альбинку Гаршиху из деревни, ее семью, помнишь?

– Припоминаю, – копаясь в памяти, отвечал я, – ее родители бухали не просыхая, старшего брата убили в пьяной драке. А еще у нее была старшая сестра, но ее я не очень помню, только что она была на два-три года старше Альбины и в школе уже не училась, по крайней мере в нашей, и я не знаю, как она общалась тогда с ребятами. У Альбинки же было суровое детство, в школе ее сильно травили за неопрятный внешний вид и запах, из-за этого к ней прилипло прозвище Гаршиха, которое потом мы даже использовали в игре в догонялки: того, кто водил, называли Гаршихой. Унизительное зрелище. Ей нечего было есть, надеть, не во что нормально обуться, помню, что ходила она в старых материнских тряпках, хотя сама в этом, естественно, не была виновата, но попробуй объясни это детям, подросткам. Не повезло ей с родителями-пьяницами. Куда смотрела социальная опека, я не знаю. В шестом классе мы переехали жить в другую деревню, и больше я о ней не слышал, пока не встретил, уже будучи взрослым, так что могу только предполагать, что и дальше над ней все так же продолжали издеваться в школе, и она росла замкнутым, скрытным и психологически сломленным ребенком.

– И кто из нее вырос? – спросил дьявол.

– Она стала проституткой. Когда я вернулся из армии, то видел ее пару раз в поселке, она выросла очень красивой девчонкой: стройная, с пышной грудью и изящной задницей. Волосы длинные рыжие, черты лица правильные пропорциональные, губы пухлые, глаза зеленые. Но на лице отражался тот отпечаток боли за прожитые годы в суровых условиях выживания. У нее были отличные природные данные, но как только она открывала рот, становилось понятно, что она не в себе.

– То есть не здорова на голову? Так?

– Ну да, красота ее сразу блекла, да и одежда все так же оставляла желать лучшего.

– Что ты хочешь? – продолжил диалог Люцифер. – Она выросла в ужасных условиях, где с горкой хапнула горя и также с горкой недополучила любви, ласки, образования. Когда она выросла, то обнаружила, что у нее красивое тело, не она красивая, а тело. Себя она все также продолжала считать ничтожеством, и поэтому, когда подвернулась возможность зарабатывать телом, она без раздумий пошла на это. Но через десять лет ее лицо, подобно портрету Дориана Грея, стало безобразным, как и тело. А если бы Альбина родилась в благополучной семье? Да с такими природными данными, кем бы она была сегодня? Угасла бы ее красота сейчас или она стала бы еще желаннее? Но уже ничего не изменить, да и речь сейчас не об этом. Мы говорим о детях, которые изначально росли в ненормальных условиях: кто-то среди животных, кто-то с такими родителями или одноклассниками, как у этой самой Альбины. Так вот те, кто растет среди животных, становятся животными, хотя внешне ничем не отличаются от обычных людей. Жестокая правда состоит в том, что, если ребенка не воспитывать как следует, не обучать языку, общению, прочим социальным навыкам, он не станет человеком в привычном понимании этого слова. Эта одна из причин, почему паразиты не могут полностью захватить власть над вами, людьми: культура, которую вы усваиваете через общение, воспитание и обучение, делает человека человеком… – заключил Люцифер.

– Как здорово получается, – продолжил я. – Без других людей мы не были бы людьми? Получается, что наша «человечность» – это не дар божий, а результат соответствующего обучения и дрессировки?

– Ну, как-то так. Просто ваши самоуверенные ученые сегодня считают, что хорошо представляют себе, как все это формируется, какие процессы происходят на уровне мозга, – подтвердил Люцифер и продолжил. – Все, да не все. Когда человек только появляется на свет, в его мозгу, а мозг – это целый мир для нас, паразитов, существует гигантское количество нервных связей между нами, паразитами, которые генерируют энергию. Когда мы рождаемся, то есть мы, это человек в голове с паразитами, нервные связи между нами, как дорожки, раскинуты хаотично и никуда не ведут, не имеют смысла. Это своего рода заготовка нейронной платы для будущего аватара, на которой можно спаять практически все что угодно. При условии, конечно, что соответствующие связи окажутся задействованными. В процессе взросления только часть из них активизируется в результате контакта аватара с окружающей средой. А те, что остаются невостребованными, просто отмирают. Таким образом в мозгу появляется уникальный рисунок взаимосвязи между паразитами, как карта дорог Земли, но Земли нашей, пусть и ставшей колонией. Если бы ты родился в другой культуре, – продолжал дьявол, – в других обстоятельствах, например, как у Альбинки, то и рисунок в твоем мозгу был бы другим, и ты сам был бы другим.

– Да фу-фу-фу! – выкрикнул я, скривив лицо и представив себя в роли Альбинки, чувствуя нестерпимую жалость к себе. – В своем знаменитом трактате «О Душе», – продолжил я, – Аристотель сравнивал младенца с восковой дощечкой для письма, мол, что напишешь, тем он и будет. После эта идея вошла в историю философии под названием «Tabula rasa», то есть «чистая доска».

– Схема, конечно, упрощенная, но суть ты отразил верно, – сказал дьявол. – Ты был обречен стать тем, кем ты стал. И не ты это выбрал, это выбрал за тебя, если хочешь, рок или созидательная сила, или высший разум, природа, или мы, маленькие паразиты в твоем мозгу. И да, кстати, Аристотель был избранным. Итак, тебя угораздило родиться в определенное историческое время, в конкретной семье и стране. И это в каком-то смысле случай, так карты выпали. Но закономерность в том, что данные конкретные время и место сделали тебя таким, какой ты есть сейчас. Отец твоего отчима Сани, дед Миша, родился прямо перед началом Великой Отечественной войны, его мать, баба Еня, – перед Революцией, а Саня – в застойные времена СССР. Представь себе эти жизненные пути. Бабушка была необразованна, прошла всю войну с тремя малолетними детьми на руках. Дед, колхозник-передовик, уважаемый человек. Саня – распиздяй, появившийся на свет в то время, когда коммунизм обещал ему светлое будущее, а затем произошла перестройка, и он оказался без работы; развалились колхозы, а он так и не научился ничему другому, что было бы востребовано в новых реалиях, да и не хотел… – разъяснял Люцифер.

– Я родился в тех же условиях, – перебил я, поглядывая на бутылку, – просто был мал и не помнил этих обещаний государства. Зато я на себе хорошо прочувствовал детство девяностых, голод и холод.

– Ну не начинай сопливить, – улыбнулся дьявол, налил нам и продолжил. – Твое детство тебя закалило и подготовило к трудностям во взрослой жизни, а вот твои дети родились уже, по сути, в другой стране, в другом веке и не только согласно календарю, но и технологически. И представь, какие у них сейчас возможности. Теперь перемножь сто миллиардов (количество людей, живших когда-либо на Земле) на сто миллиардов (количество сперматозоидов), и ты узнаешь, каковы были твои шансы родиться именно тогда, когда ты родился. Охренеть, да? Представь, местом твоего рождения могла быть индийская деревушка, аул в Афганистане или Лондон. Даже если бы ты сохранил тот же набор генов, те же задатки, на выходе ты получился бы совсем другим человеком. Такова закономерность. Роль случайности лишь в том, что случилось только то, что случилось. Ты пришел в этот мир, – продолжал дьявол, протягивая мне стакан, – ничего толком не соображая, не имея никакой собственной позиции, и на тебя надели то мировоззрение, которое на тот момент и на той территории было в моде. А если бы ты родился в Дагестане, или если быть точнее, где-то в исламском мире, – рассуждал Люцифер, протягивая свой стакан ко мне, чтобы чокнуться, – то верил бы в Аллаха, боготворил бы Коран, имел четыре жены, держал жесткий пост в Рамадан. И все это считал бы предельно важным, был бы готов за это умереть.

– Слава богу, за христианские ценности сейчас вроде как умирать не принято, – перекрестился я, выпил и покосился на собеседника.

– Но были ведь и другие времена, – с улыбкой подхватил дьявол. – Появись ты на свет в римский период, то очень даже возможно, что погиб бы за христианскую веру, так же случайно принятую и усвоенную людьми. Тебя могли сжечь в ските, как старообрядца при Петре Первом, и только потому, что тебя так воспитали. А тот, кто убивал бы тебя, действовал бы так тоже исключительно потому, что его так воспитали. То, что для каждого из вас в отдельности случайность, в целом – закономерность. Вы, люди, – это планеты одной большой галактики (в данном случае галактикой для вас является Земля), движущиеся сквозь пространство на машине времени. Вы такие же носители другого живого вида у себя в головах, как и Земля ваш носитель, только вы поселились на ее поверхности, а не внутри нее. Естественно, вы этого всего не осознаете. С величайшим почтением относитесь вы ко всему, во что уверовали, чему вас так заботливо научили и что было вам привито, и не можете усомниться ни в себе, ни в своих представлениях о мире. А ведь это случайность. Да, случайность, которая при этом так закономерна. И эта ваша уверенность в своей правоте, в том, что ваши предки заблуждались, тоже закономерность, потому что мы, паразиты, всегда были в ваших головах. Истина же в том, что каждый верит только в свою правду, но лишь потому что так получилось. Случайно.

– Слушай, ну есть же и общечеловеческие ценности, они фундаментальны, универсальны и не подлежат сомнению, – возразил я и уронил кусочек колбасы под стол, не успев донести его до рта.

– Хорошая попытка оправдаться, – заявил дьявол. – Но дело в том, что все ваши представления о неких фундаментальных общечеловеческих ценностях на самом деле являются таким же результатом культурной пропаганды, как и все прочие истины подобного рода. Человек – самое агрессивное, самое нетерпимое животное из всех, и мы сожалеем, что выбрали вас как носителей. Об отношении человека к природе я вообще молчу. По количеству уничтоженных вами видов, а также по совокупному разрушающему воздействию на окружающую среду вас можно приравнять разве что к ледниковому периоду.

– Да просто все зависит от уровня развития человечества и личности в частности, – снова возразил я, нагибаясь, чтобы достать из-под стола упавшую колбасу.

– Что ж, хотел бы я посмотреть на эту самую личность, – ответил на мое возражение собеседник и поморщился, увидев, как я закидываю в рот кусок, только что поднятый с пола.

– Неважно, что человек о себе думает, неважно, каковы его личностные установки и мировоззрение, поведение человека определяется ситуацией, в которой он оказался. Вспомни армию, когда тебе выпадала роль быть старшим в рабочке или в наряде, ты начинал играть роль сержанта, главного. Да с такой дотошностью, что удивлялись даже сами сержанты. Хотя изначально тебе отводилась роль духа – новобранца, как и всем новичкам. И ты был самым настоящим духом, с его повадками, ощущениями, даже с мышлением новобранца. А вспомни ингушей твоего же призыва. Они не играли в ваши игры, они не ощущали себя духами, поэтому им было срать, это была ваша игра, не их. Они жили по своим правилам, как привыкли, считая своей опорой силу, дружбу, сплоченность. У них было не принято унижать или как-то ущемлять своих единоверцев и земляков, даже если они младше. Наоборот, они стояли горой друг за друга, что пугало вас, как хозяев земли, боявшихся посягательства на вашу власть. Поэтому старший призыв придерживался в общении с ними нейтралитета, потому что опасался бунта, в котором он бы уж точно проиграл, так как не надеялся на поддержку младшего призыва братьев славян. Ведь младшие считались угнетенными духами, не способными за себя постоять, конечно, не все, были единицы несогласных с системой. Но в целом все так и было, и эта система существует издавна и передается по наследству, и никто даже не задумывается о том, чтобы что-то поменять. Но если бы ты попал в армию, где большинство составляли бы мусульмане, – продолжал свои рассуждения Люцифер, – то ситуация сложилась бы совершенно иная. Тогда бы они между собой стали выстраивать отношения по принципу иерархии и были бы далеко не так дружелюбны друг с другом, как в меньшинстве в чуждой им культуре, что и мотивировало их сплотиться и держаться вместе. Твое же положение в такой среде определила бы сила: если бы ты смог дать им отпор, жил бы, нет – пресмыкался бы. А так у них все было бы как у вас: и духи, и деды, – может, просто назывались бы иначе. Именно этим нехитрым фактом объясняется дедовщина в армии, поведение рядовых граждан, присягающих на верность фашистскому режиму, и множество других вещей, за которые становится стыдно. И где было твое «я» в те моменты в армии? Сейчас бы ты, наверно, так не поступил, как поступал тогда? А ведь твое «я» никуда не делось, точнее его и не существовало. Его, как у других, так и у тебя просто никогда и не было. Всю свою жизнь ты создаешь в своем сознании определенное представление о себе. Но эта фантазия ничего не стоит. Реальный ты определяешься теми обстоятельствами, в которых оказываешься. И не строй иллюзий. Ну как, ты еще удивляешься чувству, что проживаешь не свою жизнь? – с ухмылкой спросил дьявол.

– Я уже ничему не удивляюсь и даже немного боюсь. Алкоголь все-таки меняет сознание и добавляет бравады, из-за которой мне совсем не хочется с тобой соглашаться. Но все же должен признать: мне кажется, что ты прав, – ответил я, доставая изо рта волос.

2

Или я соглашаюсь с самим собой? Ведь тебя-то нет? Ты как собеседник – это просто выдуманный мной персонаж, причем позаимствованный из сериала, – рассуждал я.

– Да ты и сам как личность не более чем плод собственных фантазий, – парировал дьявол.

– Это как? – удивился я.

– Думаю, ты много раз слышал это слово «личность».

– Да уж немало, особенно сегодня, – ерничал я. – Впрочем, слово «туалет» я тоже слышал много раз, и что?

– Надеюсь, ты понимаешь, что слово, пусть будет «туалет», – это всего лишь абстракция. В природе есть много вещей, которые ты можешь называть туалетом, например «подъезд», «за углом» и так далее, но это не туалеты как таковые, а лишь место, где можно справить нужду, если уж сильно хочется, которое ты так воспринимаешь, а если не горит, то, конечно, туалет – это помещение с унитазом или деревянный объект с буквами «М» и «Ж». – Как будто уличая меня в невежестве, объяснял дьявол, подняв одну за другой руки вверх на уровне своей головы, как таблички с произнесенными буквами. – Ты когда-нибудь задумывался над тем, что имеется в виду на самом деле, когда говоришь «личность»? Что ты сам под этим словом понимаешь? – обратился ко мне Люцифер, положив руки на стол.

– Ну, ответ вполне очевиден… – затянул я, думая почему-то при этом о сельском засранном туалете.

– Пока ты не пытаешься на него ответить, – улыбнулся собеседник. – Пока ты думаешь о «шоколадной горке» из детства.

– И что конкретно оно должно означать? – поинтересовался я.

– Что? – переспросил дьявол. – Говно или личность?

– Личность, – смущенно ответил я, подумав про себя, что по сути это одно и то же.

– Помнишь, ты читал книгу «Таинственная история Билли Миллигана»? – спросил дьявол, продолжая тему про личность. – У парня был диагноз – расстройство множественной личности, в его голове соседствовали двадцать четыре личности, и каждая выполняла свою задачу. В каждой ситуации и с конкретным человеком выходила на контакт та или иная личность. У человека происходит так же, и паразит здесь вообще не при делах, у него столько личностей, сколько индивидов признают в нем эту личность и имеют о ней представление. Я к чему, получается, что ты в восторге от собственной личности, пытаешься себя полюбить, реализовать, быть собой и так далее, а речь идет на самом деле лишь о какой-то иллюзии. Личность – это что-то вроде правительственной думы, состоящей из кучки самодовольных идиотов-чиновников. И каждый из них, когда приходит их час, лезет на трибуну твоего сознания, считая себя Жириновским. Похожий сценарий? Только у Миллигана личности выходили в светлое пятно, если помнишь.

– Хорошо, почему я тогда этого не замечаю и при этом все помню в отличие от Миллигана? – снова задал я вопрос, оглядывая при этом гостиную.

– Дело в том, что ты в каждый конкретный момент времени имеешь дело только с одной своей субличностью. Потом ситуация меняется, и ты переходишь к другой, а потом к третьей и так далее. Они, так сказать, редко в тебе встречаются друг с другом и уж точно еще реже встречаются всей бандой сразу. Когда ты сидишь в компании друзей, то имеешь дело с субличностью, которую ты создал специально для этой компании. И, скорее всего, она имеет мало общего с субличностью, которой ты пользуешься, общаясь, например, со своим начальником или подчиненным. Когда ты со своей второй половинкой, в тебе активизируется еще одна субличность. И поверь, она сильно отличается от тех, которые общаются с продавцом в магазине, коллегами в офисе, с ментом на дороге или преподавателем на экзамене. Есть в тебе субличность, воспитывающая твоего ребенка. Но есть и та, которая научилась терпеть нравоучения от собственных родителей. А потому не удивляйся, если ты чувствуешь себя неловко, когда твои дети встречаются с твоими родаками. Да, если обстоятельства сталкивают твои субличности друг с другом, это почти всегда треш, ты можешь испытывать чувство неловкости и даже ужас. Например, вспомни, когда ты работал под началом тещи и не знал, как себя вести с ней на работе, как будто бы боялся спалиться коллегам, что вы родственники, хотя они и так об этом знали. Или не знаешь, как поступить по отношению к супруге, которая очевидно не права и продолжает моросить на парковке с другим водителем, поддержать или успокоить. – Закончил дьявол, ожидая обратной связи.

– Получается, что жизнь состоит из одних противоречий, случайностей, которые все закономерны, и конфликтов субличностей? Но может быть, моя истинная личность – это то, какой я, когда нахожусь в одиночестве? – недовольным тоном возразил я, размахивая руками.

– Ты сейчас в одиночестве. И куда девалась твоя личность? Да шучу я, шучу, ты просто пьян, и она взяла отпуск. Это всего лишь химия, – улыбаясь ответил Люцифер, провоцируя меня на эмоции и показывая на вискарь.

– Что же за личность у меня такая, что ее может уничтожить какой-то алкоголь! – зарычал я и ударил кулаком по столу.

– Ну ладно, ладно, не реви, – подтрунивал дьявол. – Если постараешься, то вспомнишь себя в разных состояниях: испуганным, глубоко несчастным, несправедливо обиженным, в отчаянии, но и невероятно счастливым, одухотворенным, испытывающим страсть. В какой из этих моментов ты был настоящий, а когда ты себе врал? Вспомни, а? В разные периоды жизни и в разных эмоциональных состояниях ты придерживался различных взглядов: где-то был, мягко говоря, не прав, а где-то очень даже прав. – Подмигнув, успокаивал меня собеседник.

– Так как же тогда понять, какое из моих «я» было подлинным, а какое ненастоящим?

– Настоящим ты был всегда. Таков парадокс: ты ощущаешь собственную личность, ты уверен, что обладаешь ей, но она лишь иллюзия, а ее целостность – тем более.

– Итак, и сама моя личность, и вообще все, что я о себе думаю, это просто иллюзия? – спросил я, с силой ударив себе в грудь кулаком.

– Да. Просто ты этого не замечаешь, да и не можешь, эта функция для тебя недоступна, пока ты не начнешь смотреть на себя со стороны. Посмотри, сколько все же завязано на этой твоей ебаной личности. Ты за нее переживаешь, требуешь к ней уважения. Ты ее развиваешь, ну или собираешься развивать и совершенствовать (особенно с понедельника или первого числа любого месяца), искать смыслы и цели, – перечислял дьявол, наслаждаясь моментом.

– Если честно, я все больше ощущаю себя безумцем в процессе нашего разговора, – немного растерянно поддержал я беседу, – теперь еще и без личности. Очень странно и непривычно осознавать, что она лишь мем.

– Конечно, странно, – продолжал дьявол, – когда ты неосознанно придумал себе некий образ, с которым сам себя и идентифицируешь, присваиваешь ему качества, создаешь легенду, имидж, чтобы и тебе, и другим зашло. А потом приходится держать марку, чтобы не обкакаться. Причем исключительно ради чужой оценки, ради идеальной картинки в глазах других людей. Но кто они такие, эти другие, чьи глаза тебя так интересуют? – громко спросил собеседник и сам тут же ответил. – Такие же, как и ты, запутавшиеся в себе и в собственном пиздобольстве, несчастные люди, долбоебы, не понимающие, что каждый из них сам по себе лишь случайность. Прикол в том, что образ ты придумываешь не только себе, но и другим людям. И в действительности ты взаимодействуешь не с ними, а лишь с этими образами, которые сам же и создал у себя в голове. Что из себя представляют другие люди на самом деле, ты наверняка не знаешь. Ты их выдумал. Все не то, чем кажется. Да, ты думаешь, что общаешься с конкретными личностями, но задумайся, они ведь так же, как и ты, рисуют себе образ и впаривают его тебе. Всегда, когда ты пытаешься что-то делать с собой, чтобы понравиться другим, ты не знаешь, что им настоящим нужно на самом деле. Поэтому ты постоянно попадаешь впросак, страдаешь и снова пытаешься им как-то угодить, хотя иногда, бывает, тупо угадываешь, например, их настроение, но это чистый фарт. Да, таким вот загадочным способом ты принимаешь решения, каким тебе быть или не быть, во что верить и так далее. Ты играешь с пустышкой своего «я», как маленький ребенок с куклой, которую он представляет себе живой, потому что кормит ее, одевает, короче заботится о ней, а когда малыш вырастает, место куклы в этой игре занимает он сам, его собственный образ, личность, становится предметом заботы, игры…

– А что ты, собственно, привязался к личности? – возмутился я, перебив собеседника. – Ну, допустим, придумал себе человек личность, и что с того? С ней удобнее жить, это многое объясняет.

– Проблема есть, – настойчиво продолжил дьявол, гипнотизируя меня своим взглядом, – и она заключается в твоем неадекватном отношении к реальности. Нельзя верить во что-то несуществующее, действовать исходя из этого положения означает, что рано или поздно ты обязательно попадешь в дурацкую ситуацию. Поверь в то, что любая неадекватность – это проблема, это твое несоответствие существующему порядку вещей, а если ты далек от действительности, это неизбежно приведет к ошибке. И это будут твои ошибки, и пострадаешь от них ты, а не воображаемая личность. А главное, что никто, кроме тебя, в этом на самом деле не виноват.

– А где тогда в этот момент мой паразит, почему не помогает?

– Он помогает, дергает тебя за ниточки, пытается предупредить через ощущения, посылая сигналы, которые ты воспринимаешь, как интуицию или чуйку. Других способов коммуникации с тобой у него пока нет. Иногда ты слушаешь свою интуицию, а порой нет, все зависит от мотивации и цены, которую нужно заплатить за то или иное решение.

– Короче говоря, я придумал себе образ несуществующей личности и всячески стараюсь его поддерживать. Но чем это для меня закончится, совершенно непонятно, – попытался я подытожить сказанное дьяволом, и как бы обращаясь к нему, чтобы проверить правильность сделанных мной выводов.

– Представь, что у тебя есть ребенок, – предложил Люцифер, уловив вопрос в моем утверждении.

– У меня их вообще-то два, – сходу ответил я, испытывая гордость за свое потомство.

– Нее-е, тот самый ребенок, самый красивый, умный, сильный, ловкий – суперребенок, и у всех есть по такому же ребенку. Наверняка тебе хотелось бы, чтобы твой суперребенок был самый крутой? – спросил дьявол.

– Да я как-то не думал… – растерянно ответил я ему, – просто я всегда считал своих детей самыми обыкновенными и даже туповатыми, в батю короче.

– Я понимаю, что тебе похер, но все-таки представь, что у тебя такое дите есть. Вот твоя жена всегда за здоровый кипиш и считает ваших детей самыми лучшими… А теперь прикинь, что проводятся соревнования среди всех супердетей? И от этих соревнований зависел бы твой рейтинг в социальных сетях и общественное признание. Хотя, что тут прикидывать, возьми за основу современную школу, там сегодня родители как раз этим и занимаются – устраивают соревнование и в первую очередь между собой.

– Ну тут любая мамаша бы точно забилась в истерике и кинулась исступленно собирать образ суперребенка, чтобы заработать лайки и быть первой, – рассмеялся я, подумав при этом про себя, что сделал бы то же самое. – Если надо, то такие мамаши с легкостью смогут освоить все что угодно: лепку, живопись, кулинарию…

– Но кто им их даст, – перебил дьявол, – эти лайки, оценки, если все в аналогичном положении? Сколько лайков наберет такая мамаша? Один, свой собственный. И что она в результате почувствует?

– Разочарование? – вопросом на вопрос ответил я.

– Да, епте, – обрадованно подтвердил дьявол и довольный продолжил объяснять дальше. – Не кто-то и не что-то, а именно твоя фиктивная личность ответственна за все твои неоправданные ожидания и ложные надежды. И это для нее ты рвал жопу, старался, не для себя, потому что ты есть паразит в своей голове, мы это уже обсуждали раньше в нашем разговоре. Поэтому не удивляйся чувству, что ты проживаешь чужую жизнь. Это чувство тебе не врет, его испытывает паразит и пытается тебя предупредить, направить. Но ты хер слышишь, ты же личность! И ладно, если бы твоя личность формировалась по какому-то единому плану, в рамках какой-то внятной социальной структуры. В этом строительстве была бы хоть какая-то логика. Но ее нет. Например, у нас, паразитов, так и происходит. Поэтому и психологических проблем, кстати сказать, тоже нет. У нас нет того, что ты называешь личностью. Все, чем паразиты располагают, – это определенное место в социальной иерархии и набор обязательств. Это реальные вещи, а не фикция. Какие тут могут быть проблемы? А вот формирование личности современного человека – это сплошная импровизация с чередой нелепых случайностей. В одних ситуациях тебя вынуждают играть одни роли, в других другие. Где-то ты соседу пытался угодить, где-то учителю. Где-то просто в стендапе что-то подсмотрел, понравилось, стал веселить почтенную публику. Что-то взял из кино и придумал свой стиль (как тебе показалось)… Потом все это многообразие выученных ролей и отрепетированных спектаклей было благополучно в тебе перемешано. И ты умудрился совместить в голове прямо противоположные убеждения. И удивляешься постоянным внутренним противоречиям, от которых ловишь депресняк. Причем все это ведь случайно и по случаю появилось: тут одно приклеилось, там другое, тут одному хотел понравиться, там перед другой красовался. И попривык к собственной внутренней противоречивости. Привык, что все через жопу. Вот такая вот иллюзия собственной личности, которая мешает вам обоим. Учись слушать своего паразита, он плохого не посоветует, – настоятельно рекомендовал дьявол, постукивая в области виска указательным пальцем.

– Выпьем? – предложил я и, не дожидаясь ответа, налил. Дошел до холодильника, посмотрел, что еще есть из закуски, нашел лимон, помыл, порезал, аккуратно разложил на тарелке и поставил ее на стол. – За личность! – произнес я тост, ни к кому конкретно не обращаясь, и выпил. – Не знаю, – промычал я, закусывая лимоном, – мне кажется, что даже фиктивная личность обеспечивает определенные удобства, по крайней мере представительского свойства. Она позволяет активно заявлять о себе миру и задирать планку для собственных подвигов…

– Как будто мир или кого-то в мире это интересует, – перехватил дьявол и добавил. – За все эти сомнительные удобства приходится платить. Во-первых, ты платишь своей зависимостью от чужого мнения, ты проживаешь не ту жизнь, которую на самом деле хочешь, а ту, которую нужно, чтобы тебя похвалили окружающие. Во-вторых, ты обречен на бесконечный бег по кругу за хорошими оценками своей личности и бесконечное разочарование, потому что все лайки и первые места ты сам себе, естественно, присвоил. В-третьих, если ты не слышишь своего паразита, значит, ты заботишься о благополучии своего мема, и все, на что ты в этом случае можешь рассчитывать, это фейковое благополучие, – перечислял Люцифер, загибая пальцы на левой руке.

– Если честно, то я действительно чувствителен к тому, как люди ко мне относятся, как они меня воспринимают, что они обо мне думают. Да и собственной самооценкой я озабочен сверх меры, удачлив я или нет, лох или мужчина по жизни, всякая такая хрень, – согласился я с дьяволом.

– Вот поэтому время от времени ты загоняешь себя в запой, то есть в состояние полномасштабного душевного кризиса, – точно подметил дьявол и плеснул в пустой стакан еще виски.

– Ну хорошо, если задуматься, о чем на самом деле идет речь, если нет никакого я? – пробормотал я и жадно впился в стакан, сделав три смачных глотка со звуком работающей на износ водяной помпы, – значит, и не стоит переживать за качество фикции, у нее нет качества, это мираж. Выходит, что я беспокоюсь ни о чем. Буквально о пустом месте.

– Правильно, – опять поддержал меня дьявол, – все твои представления о собственной личности, а значит, и о ее роли в твоей жизни, о ее судьбе, об отношении к ней других людей, не более чем внутренняя игра твоего же собственного сознания. Это своего рода естественная галлюцинация. Да, таков парадокс, – безустанно продолжал Люцифер, – ты не можешь ощущать себя без личности, но ее нет. Повторюсь, единственный шанс понять это – посмотреть на себя со стороны. Попробуй разглядеть, насколько это глупая игра. Просто увидь это и прекрати себя обманывать. Если у тебя нет личности, и ты хорошо это понимаешь, то тебе и нечего защищать. Зачем тратить свою жизнь на это бессмысленное и заранее проигранное предприятие. В течение всего периода нашего соседства мы, паразиты, пытаемся объяснить вам это, но вы упорно нас игнорируете: «Если я соглашусь с их мнением, то они подумают, что я мягкий и бесхребетный чмошник, которым можно помыкать при любом удобном случае»! – скорчив рожу, используя противный, писклявый голос, спародировал меня дьявол. – Хотя тебе конкретно в лицо об этом никто не сказал и даже не дал повода, но ты оттолкнулся от собственных ощущений и сделал ложные выводы о других людях. Знакомая ситуация, не правда ли?

То ли из-за выпитого, то ли из-за сказанного я сидел за столом молча, понуро повесив голову и лишь иногда кивая и соглашаясь с собеседником.

– Или: «Я не потерплю такого отношения к себе!» – не унимался дьявол. – Какого такого? Ты че о себе возомнил? Всем абсолютно пофиг, какого ты о себе мнения. Запомни золотое правило – чтобы с тобой считались, надо быть полезным, если ты бесполезен, то пошел ты вон, – звонким пьяным голосом выкрикнул дьявол, указывая на дверь гостиной. – Или твое излюбленное: «Если я не прав, значит, я идиот, а я категорически с этим не согласен»! А я тебе скажу: да, ты идиот! А знаешь, почему ты идиот?

– Почему?

– Потому что только идиот никогда не признает, что он не прав…

– Не знаю, – перебил я дьявола, подняв голову вверх и подперев ее руками, чтобы она не падала предательски, еще и бесконтрольно пуская слюни, – может, оно так все и есть. Может, и вправду все вокруг идиоты, а я на голову выше всех прочих.

– Э-э, бро, тебя просто виски торкнул, – возразил Люцифер. – Нет, не идиоты. Важно знать другое: если мотивация твоих поступков определяется твоим фиктивным «я», то ты находишься в искаженной реальности. Ты застрял в воображаемом мире, ты просто не можешь адекватно оценивать ситуацию и со стопроцентной вероятностью совершишь ошибку. Вот тебе наглядный пример неадекватности человека. Все вы думаете, что ваш партнер должен любить в вас личность, то есть вас самих.

– Нет, ну если никакой личности нет, значит, я не буду ставить задачу партнеру, которую он не в силах выполнить: пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что. Думаю, результат изначально обречен на провал, – пытаясь сосредоточиться на готовой упорхнуть мысли, заявил я, как будто всегда так считал.

– Правильно, – поддержал Люцифер. – Тут важно понять, осознать, вкурить, въехать, как угодно, что если у вас нет личности, то при всем желании ее никак нельзя полюбить. Конечно, многим кажется, что она у них есть, а потому они считают, что и такая любовь возможна, но это не так. В человеке нельзя любить личность, потому что ее там нет. Какой будет результат, если требовать от любимого человека невозможного? Ждать, что он полюбит вашу личность. Да хоть усрись. Не полюбит. А почему?

– Потому что я просто не учел этого парадокса, – задумчиво ответил я.

– Верно!

– Да я раньше и не знал о нем.

– Но теперь-то знаешь.

– А еще я знаю, когда сам влюблюсь в чью-то личность, это будет большим-пребольшим заблуждением. Потому что ее у моего предмета страсти, как и у меня, нет. Я полюблю то, что сам и придумаю. Все это закончится разочарованием и, быть может, трагически, – договорил я и рассмеялся от собственных слов. На что дьявол как дрессированный тюлень размашисто и громко похлопал меня три раза по спине, а затем продолжил разговор, задав следующий вопрос:

– А теперь давай задумайся о том, что ты собрался в себе развивать, раз ее нет?

– Походу, ничего.

– Я имею в виду все это массовое помешательство по поводу развития личности, реализации себя и прочего. Вот уже лет двадцать это мечта идиота какая-то! О чем, собственно, говорят все эти гуру, торгующие «личностным ростом», какую такую химеру они предлагают в себе развивать? Накачать и без того раздутое «я» до необъятных размеров? Надо ли объяснять, с каким треском потом все это вздутие лопнет? Все, что я могу тебе сказать по этому поводу, так это то, что подлинное развитие личности заключается в осознании, что никакой личности у тебя и в помине нет. Нет и не было никогда. И меня нет. Я лишь виртуальная придумка, помутнение сознания, легкая галлюцинация и одно большое заблуждение, – неугомонно поучал меня дьявол.

– Я понял, бро, – сказал я, слегка заплетающимся языком, – давай выпьем, и включи что-нибудь повеселее.

– Может, тогда поболтаем о социальных сетях? – предложил дьявол, достав из кармана свой смартфон.

– Давай, тема незаезженная, – согласился я.

– Смотри, сравним отношения мужчин и женщин с обычным рынком. К примеру, заключение браков и даже просто секс – это что-то вроде похода на рынок, где каждый предлагает другим свой товар. Женщина предлагает мужчинам свою внешность, покладистость или, например, строптивость, а также умение готовить, читать стихи или петь песни. Мужчина, в первую очередь, демонстрирует на этом рынке, какой он охуенный чувак, свои профессиональные достижения, социальное и финансовое положение, а за неимением вышесказанного что-то еще, мускулы, например, или медаль за храбрость. Вспомни, когда у тебя ни хера не было и ты вернулся из армии, чем ты постоянно кичился? – спросил Люций, надеясь на мою память.

– Что я служил. И не просто служил, а достойно. Сначала срочка, потом подписал контракт, участвовал в боевых действиях и так далее, – покрываясь мурашками, вспоминал я.

– Ну, во-первых, ты гордился и гордишься сейчас своей службой в армии, а во-вторых, у тебя тогда больше ничего и не было, кроме рассказов про армию и красивых планов на будущее, но в тот момент тебе хватало и этого, чтобы цеплять девчонок, – одобрительно отозвался обо мне дьявол и продолжил. – Потенциальные партнеры ищут соответствия, они переводят свои достоинства и недостатки в условные единицы, и когда ставки с двух сторон совпадают, заключается союз. Если погрузиться в эту тему и копнуть глубже, отмотать лет на двадцать, тридцать назад, выяснится, например, что раньше, если внешность партнеров более-менее была равнозначна по качеству, то через год отношения в этой паре становились лучше, а если физическая привлекательность сильно разнилась, то хуже. Если, конечно, внешность не компенсируется благосостоянием. Только этой валютой покупается красота. Не умом, не силой. Но все это дела давно минувших дней… Хотя и не многие понимают, насколько радикально социальные сети изменили психологию современного человека. Фокус в том, что жизнь каждого «сетянина» превратилась в самую настоящую витрину, а это привело к ряду весьма специфических последствий. И, возможно, главное из них касается представления себя в сетях как личности. Страница в социальной сети – это, конечно, новый вид блошиного рынка. Соответственно, поскольку товар надо представлять лицом, все здесь стремятся выглядеть лучше, чем они есть на самом деле. То есть надсадно и безосновательно врут. Причем часто совершенно не осознавая этого, а если и понимают, что заврались, то все равно ничего не могут с собой поделать. Это приводит к парадоксальному эффекту. С одной стороны, заядлому «сетянину», который сравнивает себя с другими пиздоболами, начинает казаться, что он живет значительно хуже, чем они. На страницах его друзей дорогие машины, яхты и частные самолеты, плюс фотки еды из крутейших ресторанов и балийские пейзажи. А где у него все это? С другой стороны, анализируя собственный профиль в социальной сети, такой «сетянин» начинает переоценивать самого себя. Разглядывая собственные профильтрованные фотографии и обнаруживая лайки под своими постами, он автоматически считает себя красивее, умнее и перспективнее, чем он есть на самом деле. То есть он и сам теперь уверен, что заслуживает большего. Ему кажется, что жизнь к нему несправедлива. В результате он же заведомо не удовлетворен – это раз, и страдает завышенным ожиданием – два. Все это неизбежно оборачивается разочарованием. Конечно, всякий мог бы посмотреть на это дело здраво, устранить противоречия и одуматься. Чего я и тебе желаю, кстати говоря. А не объяснять себе все так, чтобы выглядело подраматичнее и ничего не надо было с этим делать. По результатам анализа собственной страницы среднестатистический «сетянин», как ты, считает, что он прекрасен. Но если сравнить их с результатами анализа страниц друзей, то ни хуя, и судьба обошла его стороной, отсюда это типа логическое объяснение: жизнь – говно. И что тут поделаешь? Впрочем, это лишь самая верхушка айсберга. Есть и масса других проблем. Например, «сетянин» не может быть разным для разных людей, в социальных сетях тебя обнаружат и твои друзья, и супруги, и родители, и работодатель, и любовник с любовницей.

– И как умудриться все это согласовать? – усмехнулся я, действительно задумавшись над этим.

– Это хороший вопрос… – взял паузу на раздумье дьявол. – К сожалению, «сетянин» решает эту проблему опять-таки парадоксальным образом, он на все это откровенно забивает. И если раньше социальная коммуникация представляла собой сложную игру, которая вынуждала человека и паразита думать и тренировать этот навык, то сейчас объявлено, что всякий имеет право на личное мнение, а потому даже задумываться над чем-либо больше не обязательно и можно творить любую хуйню при всем честном народе, – ответил Люцифер.

– А почему нет? Пусть только кто-нибудь попробует мне за это предъявить! Я личность! Я так самовыражаюсь! – с сарказмом в голосе выкрикнул я и рассмеялся.

3

– Хочешь, дам совет? – спросил дьявол, наливая в стаканы виски.

– Попробуй, – ответил я и бахнул очередную порцию этой дряни, поморщился и приготовился слушать.

– Не относись к себе слишком серьезно, это смешно.

– Да я вроде всегда на лайте.

– Я в целом. Каким бы ты охуенным себе или кому-то еще не казался. Или кто-то не казался охуенным тебе, никто из вас, ничего особенного из себя не представляет, вы все позеры. Миллиарды людей жили до вас, миллиарды живут с вами и миллиарды будут жить после. А потом все это, возможно, исчезнет и превратится в небытие в результате Большого взрыва, ну или просто в аккуратную черную дырочку. Не надо думать, что ты что-то с чем-то! Просто не надо. В общем объеме мироздания ты даже на пылинку не тянешь. Если учесть, что тобой управляет целая цивилизация микроорганизмов. И ни черта не изменится, даже если ты возглавишь планету. Ты сам, как я уже говорил, – это просто твой мозг, паразит, что поселился у твоих предков в голове много лет назад. Но в последнее время вы, мемы, почему-то любите похвастаться заслугами мозга, даже не подозревая, как все работает. Выдвигаете гипотезы, соглашаетесь с ними, в общем, развлекаетесь, как всегда, пока паразит действительно пашет. Человечество коптит эту планету примерно двести тысяч лет. Но для эволюции это абсолютно мизерный срок. Она не скачет галопом, и за это время у паразитов не было шансов значительно измениться. Мы еще на стадии подъема, но когда-нибудь полностью захватим контроль над вами. Поэтому, прежде чем бить себя в грудь, рассказывая про мощь собственного сознания и охуенность уникальной личности, помни, что ты не один и кое-кому обязан, – укоризненно намекнул дьявол, подчеркивая собственную значимость в моем существовании и мою ничтожность без него.

– Так кто же я такой? – выдохнул я, обращаясь к дьяволу, – если мое сознание и личность – это вещи глубоко вторичные, плюс в моей голове живет паразит?

– Паразит – это и есть ты, спокойным тоном отвечал дьявол. – Психика – это, грубо говоря, его производная. С ее помощью ты усваиваешь культуру, навыки, языки, речь, социальные взаимодействия. То есть что-то тебе дала природа, генетика, что-то культура, но сам по себе ты не сделал ничего выдающегося. Задумайся, ты во всю пользуешься языком, хотя не изобрел в нем ни единого слова. Даже твои мысли и те на самом деле позаимствованы. Психика человека определяется психотипом паразита (каких паразитов в голове больше, туда и тянется человек), кто-то из вас более быстрый, кто-то помедленнее, например, гении чаще бывают тугодумами. Кто-то спринтер, кто-то стайер, кто-то больше по образам, кто-то по абстракциям, а кто-то реалист, а кто-то и по алкашке, – пошутил дьявол, улыбнулся и продолжил меня «лечить». – Собственно, все. Ты – кто-то из комбинации этих кого-то. Плюс навыки и опыт. Тут, конечно, вариантов больше, но, по сути, вопрос в количестве автоматизмов, которые ты смог у себя выработать. То есть, если ты будешь заниматься каким-либо делом постоянно, например, водить машину, в течение огромного количества времени – три-четыре года, то ты определенно в нем преуспеешь. И так во всех начинаниях: рассчитывай на успех только после трех-четырех лет. Ты почему-то считаешь, что твое дело – это то занятие, от которого ты сразу начнешь получать удовольствие. Но это не так, потому что интерес по самой своей физиологической природе – вещь очень нестойкая. Интерес – это необдуманная реакция сознания «ух!» и «вау!». Но как только ты начнешь вникать и мало-помалу разбираться, тут же натолкнешься на первые трудности освоения этого навыка, после чего последует: «Да ну его на хуй».

– Я так не считаю, – не согласился я с собеседником в вопросе о занятии, от которого сразу начнешь получать удовольствие. – Лично мне кажется, что настоящее удовольствие можно получить от дела, которое хорошо получается.

– А я тебе про что, бля? Для того чтобы начать получать удовольствие от того, чем ты занимаешься, нужно научиться делать это хорошо, а для того чтобы научиться, нужно пахать не менее трех-четырех лет.

– Наверное, ты прав, – согласился я с дьяволом и продолжил мысль. – Каждый раз, когда я берусь за что-то новое, то через какое-то время начинаю ощущать, что занимаюсь не своим делом и не знаю, как вести себя дальше, продолжать себя насиловать или бросить все и взяться за другой проект. А можно как-то заранее проверить, твое это дело или нет? – спросил я у дьявола.

– Твое это или не твое, – медленно, с томным видом отвечал дьявол, – ты сможешь узнать только тогда, когда станешь в нем профессионалом. Но после того, как ты им станешь, оно и вправду скорее всего начнет тебе нравиться, о чем мы только что говорили. А коли так, то ты будешь думать, что оно твое, – закончил Люцифер, показывая на бутылку.

– А я уж подумал, что ты мне подскажешь, как лучше поладить с паразитом, и что только он мне может помочь в этом вопросе, – немного расстроившись, отреагировал я на ответ, который меня не устраивал.

– Ты опять ищешь спасителя или волшебную пилюлю, – усмехнулся дьявол и спросил. – А как ты думаешь, что нужно, для того чтобы вы с паразитом друг друга лучше понимали?

– Я думаю, постараться быть осознанным, прислушиваться к интуиции (то есть к паразиту), ну и много трудиться совместно, отрабатывать привычку быть на связи, – запинаясь ответил я.

– Убедил, – одобрительно сказал дьявол, и снова зазвенел стакан с виски. – Хочешь, я научу тебя некоторым лайфхакам, которые помогут тебе приручить паразита? – предложил Люцифер.

– Валяй, пока я еще в состоянии слушать, – усмехнулся я, скривив рот в сторону и оскалив при этом желтые зубы, сквозь которые втянул в себя холодный воздух.

– Первый лайфхак. Если ты хочешь, чтобы человек думал, что у него хорошая жизнь, попроси его вспомнить о трех радостных событиях за последние пять лет.

– А причем тут паразит?

– Не забывай, человеком управляет паразит, таким трюком мы обоих вводим в заблуждение, – на секунду прервался дьявол. И напротив, – продолжил он, – если тебе захотелось заставить человека почувствовать, что его жизнь – говно, спроси его о трех последних несчастьях, а затем, что его радовало те самые пять лет. Проведи этот трюк с одним и тем же человеком, и ты увидишь, его самооценка будет разной в зависимости от того, какую последовательность воспоминаний ты задашь.

– Даже не знаю, где мне это может пригодиться, – усмехнулся я, – если мне захочется заставить человека почувствовать, что его жизнь – говно, я просто начну жестко критиковать его действия и придираться по любому поводу.

– Да, это ты умеешь, – подтвердил собеседник, – я же про деликатный подход к делу, а не варварское нападение. Слушай второй лайфхак. Если тебе вдруг нужно узнать, что человек думает о своем состоянии на самом деле, то сначала реши вопрос с погодой.

– С погодой? – удивленно спросил я.

– Да, я не шучу. Плохая погода делает наши самоотчеты более пессимистичными, а хорошая, наоборот, более позитивными. Но, если ты сначала расспросишь человека о погоде, то влияние «погодного эффекта» на его самооценку будет сглажено, станет незначительным.

– Это вообще какой-то бесполезный лайфхак. Зачем мне знать, что человек думает о своем состоянии на самом деле, мне это просто неинтересно.

– Да тебе все неинтересно, что конкретно тебя не касается. Мне продолжать?

– Прости. Продолжай.

– Лайфхак третий. Чтобы получить одобрение или нужный тебе результат вследствие коммуникации с другим человеком, дай ему побольше узнать о тебе с человеческой стороны или о человеке, за которого просишь: каким был в детстве, кем работали родители, держишь ли домашних животных. И еще старайся подгадать, чтобы твой собеседник был сытый, таким образом твои шансы увеличатся в два раза. Отсюда пошло правило решать вопросы за обедом.

– Вот это уже другое дело, – взбодрился я, – давай еще что-нибудь полезное!

– Четвертый лайфхак. Если ты идешь с кем-то пешком, но твой спутник – длинноногий хер – бежит вперед, а тебе не в жилу просить его сбавить шаг, спроси его, что он помнит о своих бабушке и дедушке. Стопудово он пойдет медленнее.

«Ну это проверю при случае на Егоре, он парень высоченный», – уже про себя подумал я и стал слушать следующий совет.

– Лайфхак пятый. Также пригодится при каких-нибудь переговорах или встречах в кафе; лучше, чтобы твой собеседник пил горячий напиток. В этом случае он будет тебя воспринимать как более теплого и достойного собеседника. Или если хочешь расположить к себе человека, то при встрече постарайся его пощупать, то есть поздороваться за руку, похлопать по плечу или еще как-то до него дотронуться. Этот обезьяний груминг способствует доверительным отношениям. Обрати внимание, как политики все время тискают друг друга на встречах.

– Ну это я и без тебя знал.

– Как и все остальное, – отметил дьявол и закончил таким советом. – Если вдруг надумаешь зарегистрироваться на сайте знакомств, сделай так, чтобы на фотке ты был в красном, или фон красный, не суть, ну ты понял.

– Думаю, последний совет мне вряд ли пригодится, – отчего-то засмущался я.

– Уверен? – рассмеялся дьявол. – Ты забываешь, кто я.

– Интересно было бы узнать принцип работы твоих советов, – уточнил я.

– Да на самом деле все просто. Потому что ничто в этом мире не случайно. – Как я и говорил раньше, поведение человека определяется четкими закономерностями. Да, не все они очевидны, и их настолько много, что они часто заслоняют, перекрывают друг друга. Но это вовсе не означает, что ты что-то делаешь просто так, бесплатно или случайно. Человек подчинен закономерностям жизни, потому что является ее частью. Твое поведение продиктовано огромным количеством самых разных факторов. Все их учитывает твой паразит, и лишь маленькая часть доступна тебе, твоему сознанию. Хотя ты уверен, что это ты, сука, такой умный. Твое сознание или сознание других людей не видит, как паразит приходит к тому или иному решению, потому что механика этого процесса скрыта от вас. И когда паразит такое решение принимает, то оно не является случайным! Ему помогают различные действующие на него факторы: ощущение сытости, комфорта, информация о личности и так далее. Поэтому абсолютно закономерно, что при наличии таких факторов он будет вести себя иначе, нежели в условиях, например, чувства голода или отсутствия информации. Понял? – спросил дьявол.

– Да, – ответил я.

– Тогда разберем еще одну из наболевших случайностей, – предложил Люцифер, – например, предательство друга, измену партнера или крушение бизнеса. Есть причина, по которой ты не видишь, не замечаешь и не осознаешь закономерностей, она в том, что ты ощущаешь себя центром земли, хотя это далеко не так. Считая себя центром мироздания, ты все меряешь по себе и даже не сомневаешься в точности своего измерительного прибора…

– Это как? – перебил я дьявола.

– Это когда ты, например, считаешь, что если ты можешь что-либо сделать, то и другие должны справляться. При этом не учитываешь компетентность этих людей, заблуждаешься насчет их возможностей, в следствие чего получаешь не тот результат, на который рассчитывал, в итоге разочаровываешься, причем в них, а заблуждался ты, – ответил дьявол на вопрос и продолжил:

– А на самом деле ты даже не являешься центром собственной жизни. В результате этого заблуждения происходит масса казусов, которые ты в ней обнаруживаешь. Эти «не жданчики» являются побочным эффектом твоего эгоизма. Все мнимые случайности, происходящие в твоей жизни, возникают в результате действия двух механизмов: первый – ты допускаешь ошибки в своих расчетах просто потому, что не замечаешь всего, что делает твой паразит, и какие факты он учитывает для принятия решений; второй – это то, что я описывал выше. Ты фундаментально страдаешь погрешностью своего измерительного прибора, то есть себя. Ты соотносишь все события с собой, имеешь на все свое мнение, слово «я» для тебя центр Вселенной, а это, бро, вообще не так. Надеюсь, ты сможешь осмыслить этот парадоксальный вывод, что все в этом мире закономерно, и все, что кажется тебе случайным, – это только твое восприятие. А из этого следует: все, что представляет собой твоя жизнь в личном плане, профессиональном или в каком-либо ином, случилось не просто так. Все это произошло закономерно…

– Я понял, – вклинился я в разговор, но на этот раз дьявол не дал себя перебить.

– Это еще не все. Пока я в ударе, сделаем следующий шаг. Задайся вопросом: когда тебе приходится придумывать нелепые объяснения собственным поступкам или событиям? Не отвечай. Тогда, когда ты не видишь закономерностей. То есть всегда, когда ты сталкиваешься со случайностью, тебе нужно объяснение, потому что неизвестность пугает. Придумаешь ли ты что-нибудь такое умное? Не факт, но даже если и придумаешь, то это, скорее всего, будет ошибкой. Understand? – спросил дьявол.

– Understand, – ответил я.

– И все же, как ты считаешь, почему друзья предают? – спросил собеседник и сам же ответил. – Думаю, если ты поразмыслишь, то ответ быстро выплывет на поверхность. Возможно, они плохие люди, или, например, деньги способны испортить любого. Ты перевернешь то, что казалось тебе случайностью, в некую ложную закономерность. Не думая о том, что предательство с их стороны неизбежно и закономерно. Из-за нежелания разобраться в истинных мотивах этого предательства или из-за собственной недалекости ты начинаешь искать для себя удобные объяснения, то есть ложные закономерности. А объясняя, прячешь от себя реальное положение вещей, скрывая истинные противоречия. Если ты хочешь добиться действительных результатов, тебе нужно не скрывать от себя противоречия, а настойчиво и последовательно выявлять их, – закончил дьявол, встал со стула и наклонился ко мне через стол.

– Что тут выяснять? Друг предал, потому что он гондон, – рассуждал я.

– Да и ты предавал, значит, и ты гондон, – верно подметил мой собутыльник, уставившись на меня в упор.

– Нет, – возмутился я, – мне пришлось, тот, кого я предал, не оставил мне выбора…

– Может, и ты ему не оставил выбора, а?

– Может, и так, – язвительно ответил я и замолчал.

– Запомни, бро, – разбавил тишину дьявол, выйдя из-за стола, – люди всегда остаются людьми, друзья они или не друзья, не имеет значения, они всегда действуют в собственных интересах. Иногда ты входишь в сферу чьих-то интересов, а иногда нет, и именно это важно. Когда входишь, с тобой дружат, а когда не входишь, не дружат. Такова голая правда. Если ты человеку интересен, приятен и ваше общение ему нравится, то он с тобой будет дружить, приятельствовать, а может, даже и влюбится в тебя. Но помни, это все не просто так. Будь бдительным, – и дьявол рассмеялся, а затем продолжил, расхаживая по гостиной. – В основе этой дружелюбности всегда лежит некая маржа: секс, красивые глаза, фигура, капитал или чувство юмора. Потому что всегда есть что-то, что является для данного человека ценным в ваших с ним отношениях. Узнал себя, меркантильную сволочь? – сказал Люций и опять рассмеялся, а затем снова продолжил. – Если же ты вдруг по какой-то причине, о которой знает только паразит твоего друга, приятеля или любовницы, перестаешь входить в сферу их интересов, они перестают с тобой дружить, приятельствовать, спать. И это нормально. А вот твое сознание, то есть ты, всегда будет заблуждаться по этому поводу и нести самую нелепую объяснительную чушь. И ты ведь точно такой же! Если тебе человек нравится или нужен, то ты с ним дружишь. Но потом что-то происходит (ты не осознаешь, что именно, а возможных факторов много), ты перестаешь в этом человеке нуждаться. Чувства тут же исчезают, как дым. Ты можешь хорошо к нему относиться, но если он тебе больше не нужен, то уже не будет как раньше, твое поведение по отношению к нему, конечно, изменится, и он, вполне вероятно, может почувствовать себя преданным. Закономерно твое поведение?

– Да.

– Может ли оно показаться кому-то аморальным, несправедливым, гнилым?

– Может.

– Но то, что кому-то что-то кажется, по сути, не меняет дела. Закономерно ли в таком случае, что время от времени друзья, партнеры, любовники от тебя отворачиваются?

– Получается, что да.

– Повлияло ли какое-то твое собственное действие на то, что другой человек так поступил?

– Думаю, да.

– Будет здорово, если ты начнешь лучше разбираться в людях и сможешь определить причины ваших разногласий, но полного списка факторов у тебя не будет никогда. Случайность – это иллюзия. Если же тебе что-то покажется случайным, странным или мистическим, приглядись внимательнее, и ты точно найдешь там противоречие. А если ты найдешь противоречие, то сможешь его разрешить и перестанешь по этому поводу страдать. Надеюсь, я не зря всю вторую бутылку рассказываю тебе о том, что никакой личности у тебя нет, а культурные нормы – это все пиздежь и провокация, – уточнил дьявол, из центра гостиной показывая пальцем в сторону стола.

– Не зря, – ответил я и кивнул.

– Надеюсь также, что я не зря объясняю, что нет такого правила, которое не мог бы нарушить паразит, если ему вдруг приспичит. Не зря говорю о том, что он всегда найдет способ наебать тебя – «супермена», возомнившего себя центровым. И до тех пор, пока ты будешь верить в существование своей личности, исповедовать нормы, смыслы и ценности, ты с неизбежностью будешь наблюдать вокруг себя массу случайностей. Какие-то из них, возможно, и будут тебя радовать, но так или иначе дело кончится плохо. Когда ошибаешься, всегда так: неизбежно крушение карточных домиков и последующее разочарование. И большинство случайностей, как Майк Тайсон, сразу отправляют тебя в нокаут, в депрессию, – закончил дьявол и в прыжке пробил левый боковой удар, имитируя бой с тенью.

– И что с этим делать? – спросил я и тоже встал из-за стола, чтобы размяться. Люцифер оживился, встал в боевую стойку боксера и выкинул переднюю руку в мою сторону, прощупывая дистанцию.

– Тебе нужна смелость смотреть правде в глаза, – отвечал Люцифер, пронзая меня своим взглядом и вызывая на бой. – Даже если стремно, лучше горькая правда, чем удар, которого ты не видишь. Везде действуют закономерности, и ты должен выявлять их, а поможет тебе в этом разрешение соответствующих противоречий. Как только ты разглядишь в случайностях противоречия, а затем разрулишь их, мир предстанет перед тобой другим. Ты увидишь его подлинным и настоящим в красоте его противоречий…

– Да ну тебя, – махнул я рукой в сторону собеседника, всем своим видом показывая, что не намерен с ним боксировать, и уселся обратно за стол, – все, что ты мне поведал сегодня, вызывает у меня лишь тревогу и депресняк. Ну правда, получается, что вроде бы и на других людей нельзя положиться, и друзья – не друзья, и любимые люди – как будто себе на уме.

– В каком-то смысле да, это так, – подтвердил дьявол. – Но прислушайся к себе, в тебе говорит твоя личность, которой нет. Если ты действительно понимаешь, что твоя личность – это лишь надуманная иллюзия охуительного тебя, а ценности – просто условности и понты, которые приняты в обществе, чтобы управлять массами граждан, то ты освободишься от заблуждений и пиздежа, а будучи свободным, ты иначе увидишь все то, что кажется тебе ужасным. Мир не ужасный, но то, как ты поставишь себя в нем, – проблема. Не для мира конечно, а для тебя. Сечешь, о чем я? – спросил дьявол, пытаясь прочитать в моих глазах настоящий ответ. Для этого ему пришлось снова сесть за стол напротив меня и взяться за бутылку…

Глава 3

1

Разлив по стаканам виски, мы выпили. После пары глотков я хотел было закусить, но тарелка с нарезкой оказалась пуста.

– Кажется, мне выпало жить в совсем не простое время, – поморщившись, сказал я, пережидая, когда пройдет рвотный рефлекс.

– Что?! – громко и удивленно переспросил дьявол, оторвав пятую точку от стула.

По его интонации в голосе я понял, что зря прибедняюсь, и продолжил уже без пафоса:

– Не, ну хотя, если смотреть в целом, то все хорошо…

– Я бы даже сказал, что у тебя все заебись! – экспрессивно продолжил дьявол, буквально выпрыгивая из-за стола. – Сегодня большинство людей, и ты в их числе, сыты и обуты, имеете крышу над головой, широкий круг общения и неограниченный доступ к различным развлечения и ништякам. Именно вас, бля, балуют изо всех сил социальные медиа и голливудская киноиндустрия. Если сравнить вашу жизнь с прежними временами, то вы и вовсе счастливчики! Электричество, телефоны, интернет, антибиотики, обезболивающее, – загибал пальцы собеседник. – Вы живете так, сука, словно эти ништяки были и будут всегда. И самое главное, совершенно не задумываетесь, что в любой момент вам может прийти пиздец. Да если вас всех вдруг оставить без электричества, то уже через год от голода, эпидемий и рубки за выживание население сократится в десять раз. Так что нет ничего более опасного, чем думать, что все заебись, – стуча по кухонному столу ладонью, с надрывом продолжал кричать дьявол. – А пиздец – это трудно прогнозируемое событие, хотя и вовсе не случайное, оно происходит как бы внезапно и имеет самые драматические последствия. Так вот, пиздец заявляется к вам как раз тогда, когда все заебись. Ваш пиздец уже близко, и имя ему – богатство выбора…

– Богатство выбора? – не обращая внимания на возбужденный вид Люцифера, переспросил я. – Как это?

– Сейчас постараюсь разложить все по полочкам, – немного сбавив обороты, начал разъяснять дьявол. – Человек не осознает того, с какой скоростью и насколько радикально меняется все вокруг. Из-за повсеместной роботизации люди скоро окажутся тотально безработными. А безработными – это значит, по сути, без средств к существованию. Кассиров и продавцов в магазине «Лента», где ты закупаешься раз в неделю, уже частично заменили системы автоматического расчета покупателей. Компьютерные алгоритмы начинают заменять биржевых брокеров. Таксисты потеряют работу из-за машин, работающих на автопилоте. Производство масштабно роботизируется во всем мире, особенно в Китае, – продолжал вещать дьявол, прямо как Ленин перед рабочими. – Впрочем, дело не только в роботах и генно-модифицированных продуктах, дело в изменении самой структуры потребления. Еще недавно сотни тысяч сотрудников по всему миру трудились на компанию Kodak. Но после появления мобильного приложения Instagram, упс, компания разорилась. Мальчиков и девочек на кассах стремительно меняют аппараты самообслуживания. И уже создан робот, который способен не только сделать гамбургер, но и полностью заменить человека, на хуй, на кухне ресторана. Так на какую работу может рассчитывать человек будущего? – брызгая слюной и перейдя практически на крик, спросил дьявол.

– Ну, например, перебирать бумажки в офисе, – ответил я, искренне не понимая, отчего он так завелся.

– Да через десять лет сами понятия «бумажки» и «офис» забудутся, как и не бывало, – продолжал дьявол.

– А как же творческие профессии? – уточнил я, откинувшись на спинку кресла, довольный происходящим.

– Искусственный интеллект уже прекрасно рисует, сочиняет музыку и даже пишет заметки на сайтах, которые хер отличишь от написанных журналистом. В ближайшем будущем люди будут интересоваться экономикой исключительно как потребители. Да только откуда у безработного потребителя деньги? Так о каких, на хуй, возможностях для реализации своего потенциала вы говорите, которых якобы до хуя? Если выбор в супермаркете огромен, а у тебя нет ни копейки, это не выбор – это полный пиздец, – и тут дьявол с силой ударил рукой по кухонному столу. – И в личном плане такая же хуйня. Благодаря социальным сетям, специальным мобильным приложениям, казалось бы, человек должен легко устроить свое личное счастье. Но ни хуя, посмотри вокруг, люди становятся все более и более одинокими. Человек отравлен иллюзией выбора. Тебе кажется (даже если ты этого не осознаешь), что перед тобой открыто множество дорог, что у тебя масса разнообразных возможностей, что вокруг толпы людей, которые думают, как бы тебя осчастливить. Нет! Ни хуя! Они могут думать только о том, как бы тебя наебать. Если бы не эта иллюзия, конкретно ты не воротил бы свое ебало от мелких халтур, а хватался бы за каждую возможность заработать, но ты лишь привередливо выбираешь: и это тебе не нравится, и то тебя не устраивает, тут неинтересно, а здесь мало платят. И так во всем и абсолютно у всех. Ты воротишь нос от всего, с чем сталкиваешься, и все ждешь, что тебе, наконец, подвернется что-то идеальное, по тебе сшитое. Но тебе ни хуя не подворачивается. А все разваливается именно потому, что ты как специалист, как профессионал, как друг или любовник для кого-то – такой же не лучший выбор. И они, твои коллеги, клиенты, друзья и любовницы, тоже надеются найти кого-нибудь более достойного. Так что не заблуждайся, иллюзией выбора отравлены все поголовно. Если учитывать все взаимные претензии и ожидания, у тебя вообще нет выбора, – закончил дьявол, тряся перед самым моим носом указательным пальцем, тем самым, видимо, пытаясь произвести на меня впечатление.

– То есть выбора нет? – действительно весьма впечатленный его монологом, спросил я.

– Нет! Есть классная пословица: дают – бери, бьют – беги. Она актуальна во все времена, – ответил дьявол и предложил выпить. – Бахнем?

И мы бахнули. После чего я поинтересовался:

– Имеет ли отношение паразит к богатству выбора?

На что Люцифер ответил:

– Отчасти да. Паразит, сука, буддист, всегда стремится к созданию вокруг себя благоприятных условий. Он в этом плане прямолинеен, чист, в нем нет зависти, обмана или азарта. А все остальные запросы человека – это от лукавого, – и дьявол рассмеялся. – Это все загоны вашего разума, создание ненужных систем для того, чтобы потешить свое самолюбие, гордость и прочее, создание постоянных проблем, препятствий и соперничества, так устроен человек. Когда мы прилетели на вашу планету, у нас не было времени более подробно изучить вас, и мы не учли многих факторов, говорящих о несовместимости наших видов, из-за чего сегодня и страдаем. Один из главных принципов несхожести – это то, что паразит стремится к спокойному умиротворенному существованию и создает для этого все условия. Чувствуя это стремление к благу, но не понимая откуда ветер дует, человек, то есть сознание, живет странной мечтой об идеальном мире. Но такого мира не существует, а главное – он невозможен для людей и любых животных на земле в принципе. Райское существование для человека означает скучное прозябание и скорую погибель. Когда все хорошо, люди начинают жрать друг друга. Такова логика эволюции, и этого мы не учли. В отличие от нашего вида эволюция не создавала человека для жизни в благоприятных условиях, для счастья, она создала вас для борьбы за выживание. Нарушение этого фундаментального принципа парадоксальным образом приводит к трагическому эффекту. Не возьмусь предположить, как конкретно тот или иной вид человеческого общества сведет с собой счеты в идеальных для него условиях, но очевидно, что, если вдруг ни с того, ни с сего все станет хорошо, человек сойдет с ума. И мы, паразиты, пока не готовы к этому. Думаю, сменится еще не одна цивилизация, пока наступит рай на земле под руководством паразита, – с грустью в голосе закончил дьявол и глубоко вздохнул.

– Получается, что нате, суки, выкусите! Парадом-то все-таки рулим мы! – оживленно воскликнул я, тыча собеседнику в лицо скрученную из пальцев фигушку.

– Тебе только так кажется, не забывай про пиздец, зима уже близко, – улыбнувшись, пошутил Люцифер и оттолкнул мою руку от своего лица. – Помнишь, у вас в деревне жили Полыгаловы? – спросил дьявол.

– Ну что-то смутно так припоминаю.

– Это тебе пример пиздеца под видом неожиданного счастья, – начал рассказывать Люцифер, расставляя в ряд стаканы бутылки, тарелки, в общем все, что стояло на столе. – Тебе, наверное, тогда было лет четырнадцать, когда они выиграли в лотерею сто тысяч рублей. Пошел Гришка на вокзале в Челябинске купить стакан пива, чтобы сбить похмелье и взял на сдачу лотерейный билет, и вот оно счастье – билет оказался выигрышным. Сто штук для деревни тогда, казалось бы, живи не хочу. Но ни хуя, денег хватило едва ли на год. Как их тогда не убили? Ведь «жечь костры» они начали прямо в Челябинске. Трое суток Гришаня гудел по барам и ресторанам вместе со своей благоверной. До дому они довезли лишь половину суммы, спасибо Ладке, жене, положила на книжку, а паспорт умудрилась тут же проебать), а иначе и этого бы не довезли, а то, что довезли, прокутили в течение года. После чего то ли от сердечной недостаточности, то ли от великого горя утраты иссякшего богатства скончался Гриша, а у Ладки парализовало всю левую сторону.

– Все, вспомнил, – сочувственно ответил я, пытаясь тут же вычеркнуть из памяти двух этих мерзких персонажей.

– Или вспомни Колю Логунова, – продолжил собеседник, – которому в наследство от бабушки досталась квартира в Кургане. Он тогда сидел в тюрьме за убийство Сереги Горшка, старшего брата Альбинки Горшихи, а когда вышел, воспользовался наследством, продал хату, купил домик у вас в деревне и принялся пропивать нажитое. Когда бабки закончились, он продал и дом. Последний раз его видели несколько лет назад в Кургане, на вокзале бутылки собирал да мелочь у знакомых сшибал. Ну что, ты все еще хочешь выиграть денег в лотерею? – Ехидно спросил дьявол.

– Да, – без сомнений ответил я. – Меня историями про бедолаг не запугаешь. Что, нет достойных примеров?

– Да и такой случай есть, – продолжил Люцифер, быстро моргнув несколько раз, как будто перематывая плейлист у себя в голове. – Вспомни Сережу Анохина. Как он на выборах вытянул счастливый билет, автомобиль. Был порядочный парень, женат, не пил, работал вахтовым методом на севере, но имел непорядочных родственников, которые пришли ночью и силой заставили переписать автомобиль на них. А когда он это сделал, напугались, что сдаст, и убили его. Блядь, из-за куска железа и лютой зависти замочили кузена! – возмущенно рассказывал дьявол. – Да что далеко ходить. Ты родному брату сколько раз давал денег? Помогло ему это хоть как-то? Да ни хуя ни разу. После этого он только хуже стал жить. Продолжать перечислять подобные счастливые случаи могу и дальше, но какой в этом толк? Чтобы примеры были не нужны, надо осознать простое правило: если человек не заработал своих денег или, по крайней мере, не был правильно подготовлен к их получению, он не сможет ими здраво распорядиться. Заработанные человеком деньги – это материализация его усилий, а затраченными усилиями люди не разбрасываются, – закончил дьявол, сдвинув ряд посуды в общую кучу на край стола, рядом с подоконником.

– Если деньги падают на человека с неба, по счастливой случайности, и у него нет навыков, как ими распоряжаться, быть беде. Это я по себе знаю, – вздохнул я, вспоминая счастливое время, когда казалось, что деньги никогда не кончатся. – Как же просто вдруг заработанные деньги побуждают человека к бессмысленным тратам, какие когда-то делал и я. Богатство уходит так же легко, как и появляется, оставляя, правда, человека гораздо более несчастным, нежели он был до этого. Но я прошел этот путь от взлета до падения, выжил, стал сильнее и готов к реваншу.

– Если выпадет еще один шанс, ты уверен, что не повторишь тех же ошибок? – спросил дьявол, доставая из общей груды посуды бутылку с виски.

– Хочется в это верить, – не слишком уверенно ответил я.

– Ну это уже ближе к правде, – подтвердил собеседник, доставая из общей кучи стаканы. – Проблема ведь не в том, что тебе пока что не везет. А в том, что ты ждешь этого счастливого случая, ничего для этого не делая. А он не придет! Это так не работает. И молитвы не помогут. И план твой – говно!

– Да сам ты говно! Знаю я! Сам все знаю, – занервничал я, перехватывая у него бутылку.

– А насчет говна… Тут не поспоришь, ведь я твое воображение, – и снова раздался смех дьявола.

2

– Да ты сегодня в ударе, прям стендапер, бля, – раздраженно сказал я и достал лед из морозилки.

– Сергей Орлов собственной персоной, прошу любить и жаловать! – продолжал юморить дьявол и превратился в стендапера Орлова.

– Фу! – скривился я и попытался пошутить. – Это что за хер с дебильным выражением лица? Как будто он неловко пошутил, а за это на него жестко наехали, и он при этом обосрался. И вот его хуесосят, а он на все это продолжает парализованно улыбаться во все тридцать два брекета. Убери это мерзкое хлебало, верни Люцифера.

– Ок, а про Серегу это ты зря, завидуй молча, – вернулся Люций. Мы замахнули, и дьявол продолжил:

– Помимо фактора борьбы за выживание, есть еще кое-что.

– И что же это? – спросил я.

– Поскольку человек – животное стайное, он представляет собой, во-первых, биологическую особь, во-вторых, члена стаи (стада, группы, общества, как угодно), а в-третьих, он еще и представитель своего биологического вида. И мы, паразиты, этого тоже не учли. Так какое же шило мешает тебе наслаждаться счастьем даже в тех случаях, когда, казалось бы, все условия для этого созданы? – спросил дьявол.

– Я думаю, опять виновата эволюция человеческой природы, – ответил я.

– Ты прав, – продолжил собеседник. – Все это накладывает на человека определенные, так сказать, эволюционные обязательства: как биологическая особь он должен выжить, как член стаи – занять в ней определенное место, помогая ее коллективному выживанию, а как представитель биологического вида – произвести потомство с целью самосохранения этого самого вида. Короче, помимо паразита, тобой движут еще и базовые инстинкты: инстинкт самосохранения, иерархический и половой, иными словами, страх, власть и секс. Как бы парадоксально это ни звучало, но, когда мы выбирали аватара, инстинкт самосохранения человека, то есть ваш, немного отличался от подобного инстинкта у других животных. Человек, испытывая потребность в безопасности, одновременно с этим ощущает и любопытство. А животные, хоть инстинктивно и борются за выживание, но не осознают своей смерти. Да и вы поначалу о ней тоже не думали, пока мы с культурой не повлияли на ваше сознание. Но впоследствии, когда вам ее показали во всей красе и рассказали о ней со всеми возможными подробностями, естественно, вы стали ее опасаться. Именно поэтому вы боитесь авиакатастроф, войн, рака, СПИДа, ДТП и сердечного приступа, а животные – нет. В некотором смысле вы страшитесь даже не реальных угроз, которых в вашей жизни не так уж и много, а собственных знаний о том, что может быть рискованным. Знакомство с опасностями происходит поэтапно в течение всей жизни: сначала родители учат детей тому, чего им следует избегать, с чем обращаться с осторожностью и прочее, потом примерно с семи лет вы начинаете обучаться этому самостоятельно. Некоторые преуспевают в этом настолько, что растворяются в невротическом страхе смерти, страдают от панических атак и других навязчивых фобий. Индивидуальный инстинкт самосохранения – это желание безопасности и любопытства. Иерархический инстинкт – это инстинкт самосохранения группы, желание власти и защищенности. По сути, это инстинкт, обеспечивающий животным стабильность их социальных групп. Любая стая представляет собой иерархическую структуру, где позиция каждого ее члена строго определена. Если бы животные не сбивались в стаи, а конфликтовали друг с другом, то это привело бы их к вымиранию. И чем выше позиция, занимаемая животным в иерархии, тем у него больше шансов выжить и оставить потомство. Человек следует тем же иерархическим стратегиям: каждый хочет как можно выше забраться вверх по социальной лестнице. Но в отличие от животных вы, извращенцы, придумали много разных лестниц. Видимо, чтобы было побольше первых мест. Любая конкуренция в политике, в бизнесе, в искусстве, в отношениях, в том, кто прав, а кто виноват, – это проявление иерархического инстинкта, то есть желания человека стать лидером. При этом одни пытаются получить именно официальные «погоны» – начальника, командира, директора, мэра, губернатора, президента и прочее. Для таких людей важно видеть прямые признаки подчинения: «Есть», «Так точно», «Разрешите исполнять». Другие добиваются социального господства окольными путями, стремятся стать выразителями мнений, нравственными ориентирами, авторитетами, стендаперами, самыми умными, самыми первыми, самыми продвинутыми, самыми модными и так далее. Короче, человек использует силу этого инстинкта на всю катушку! Ваша сегодняшняя действительность, если разобраться, это одно сплошное строительство этих социальных пирамид власти и бесконечная игра в царя горы, и все вы с удовольствием в ней участвуете. Наконец, третий инстинкт, тоже чрезвычайно важный и так же сильно видоизмененный культурой, – это инстинкт самосохранения самого вашего биологического вида, половой инстинкт, стремление быть желанным и испытывать желание. И что тут необходимо знать про свою сексуальность, так это то, что она сильно отличается от первоначального вида. Секс, вроде бы, является обычной физиологической потребностью, как еда и вода, но не все люди готовы трахаться с первым встречным, чтобы удовлетворить свою потребность. Большинство хотят, кроме прочего, отношений, чувств и обязательств. Вот и приходится самцам дрочить! Хотя и дамам сегодня тоже приходится заниматься самоудовлетворением. Проще говоря, вы секс связываете с другими потребностями. К нему вы привязываете чувства, любовь, отношения, ответственность, обязательства, материальные блага и так далее. И от этого он становится, сука, мегасложным: тебе всего лишь хотелось потрахаться, но в комплект входит еще куча ненужных опций. А ведь когда-то это был просто зов природы, – закончил дьявол.

– Слушай, – обратился я к Люциферу, вытягивая руки то вверх, то в стороны и разминая суставы, – по твоим словам, мы представляем собой некую помесь природы с культурой, помноженную на инопланетное существо, живущее у нас под капотом в черепной коробке. Если у нормального животного, не испорченного культурой и не соседствующего с паразитом, все три базовых инстинкта служат одной цели – выживанию, то у человека – хуй поймешь. Животное, значит, выживает как особь, как член стаи и как представитель вида, одно цепляется за другое, все просто и логично. С нами же все не так. Я правильно рассуждаю? – спросил я дьявола, пытаясь привлечь его внимание щелчком пальцев.

– Да, с вами все не так, – встряхнулся дьявол. – Вы же дохнете, как мухи, непонятно из-за чего: один желает доказать свою правоту и, повинуясь иерархическому инстинкту, готов даже идти на смерть. Или, как Навальный, принести себя в жертву во имя идеи. Кто-то стреляется из-за любви, что, как мне кажется, и смешно, и грешно. Белогривый конь «культура» несет вас по бездорожью инстинктов, и лишь паразит, как наездник, изо всех сил старается сдержать удила, чтобы предотвратить катастрофу, – выдал дьявол, натягивая на себя воображаемые вожжи.

– Ну ты завернул, прямо Аристотель! – восхитился я и задал следующий вопрос. – Скажи, а существует ли любовь до гроба?

– Как-то резко ты поменял тему, – удивился дьявол, но ответил. – Любви до гроба не бывает. Бывают отношения, которые длятся, пока смерть не разлучит… Но любовь, будучи сексуально-эротическим переживанием, не может продолжаться дольше трех лет. К этому моменту биологический запас физически истощается. У мужика острая фаза любви, если она случилась, длится месяц. Через полгода совместной жизни постоянное эротическое желание к этому партнеру уже не прощупывается.

– Я так и думал.

– Что ты «так и думал»? В целом оба хороши, я про сексуальных партнеров вашего вида, они любопытны, оба хотят новизны, переживаний, страстей… Ставят в приоритет то, что является недостижимой целью. Хотя, если подходить к вопросу разумно, всегда можно найти чем заняться. Плюс ебать мозги друг другу – это у вас заложено в генах, – игриво сказал дьявол, махнув рукой.

– Да, только заниматься семьей и работать над отношениями с партнером быстро надоедает, по себе знаю. Но что делать, когда цели уже заявлены? – спросил я.

– Когда цель заявлена, – приступил к объяснению Люций, – а по пути к ней возникают трудности, а то и нет-нет промелькнет статус недостижимости, возникает противоречие, которое ты, конечно, с легкостью себе объясняешь: все же просто, во всем виноват твой партнер! Не любит, не понимает, не ценит, ни во что не ставит. А чтобы тебе на себя обратить внимание, это ни хуя. Культура вложила тебе в голову, что ты должен быть порядочным семьянином, что брак – это венец всему и высшая ценность, и, как только что-то идет вразрез с общепринятой моделью, ты нервничаешь и психуешь.

– Ты хочешь сказать, что брак – это треш? – спросил я собеседника.

– Нет. Если брак – это партнерство, в котором оба понимают всю сложность данной «концессии», – отвечал дьявол. – Многие люди наивно полагаются на то, что некая «святая аура брака» осветит их союз и все сложности исчезнут сами собой. Не исчезнут, нельзя надеяться на счастливый случай, лучше положиться на честный и взаимовыгодный обмен, устраивающий обоих партнеров.

– Слушай, звучит диковато, – с сомнением сказал я.

– Такова правда, – невозмутимо продолжил дьявол. – В конце концов все этим и заканчивается, выяснением отношений, кто кому и что должен или не должен. Общественное мнение все еще транслирует идею брака, но фактическая социальная среда никак поддержанию этого общественного института более не способствует. Очевидно, что уже в скором времени брак существенно трансформируется. И вроде бы все хорошо, и даже мечты есть, ожидания, стремления разные… Только вот все они безнадежно устарели. Сама прежняя идеология жизни не работает. Раньше многие проблемы, возникающие в семейных парах, решались просто потому, что этому и культура содействовала, и среда поддерживала. Но вот сегодня среда изменилась, а культура все еще остается в сознании прежней. И никто, кроме тебя самого, в этом бардаке не разберется. Впрочем, осознавая открывающиеся противоречия, человек вполне может, как мне кажется, создать те отношения, которые будут стоить затраченных усилий. Таким образом, ключ к решению проблем не в богатстве выбора, а в том, насколько хорошо человек понимает реальное положение дел, в том, насколько смело и ответственно он смотрит этой правде в глаза, – закончил дьявол.

– Сильно сказано! За это надо выпить, – выкрикнул я и потянулся за бутылкой.

– А как ты объяснишь само понятие «воля к власти»? – спросил я собеседника.

– Что разговоры про отношения, как я тебя и предупреждал, быстро надоедают, и ты решил перескочить на тему власти? – съязвил дьявол.

– Ты слышал вопрос, – настаивал я.

– «Воля к власти, влечение всего живого к самоутверждению – есть основа жизни», – так сказал какой-то хер, – отвечал собеседник. – Мое мнение: власть – это естественное проявление иерархического инстинкта, а человек – это социальное животное, ориентированное на достижение цели.

– По-моему, хер имел в виду то же самое, – пошутил я.

– Ну да, я подумал, что ты бухой и не поймешь сути сказанного, поэтому постарался перевести на твой «синий» язык, – ответно пошутил дьявол.

– На мой «синий» язык? Да ты сам-то еле языком ворочаешь и материшься, как сапожник.

– Согласен, это от выпитого, но не забывай, что я все-таки твое воображение. И заметь, мы уже конкурируем за власть. Скажи, почему ты выбрал в качестве собеседника Люцифера из сериала, а не Гену Букина, например? Думаю, вы бы тоже мило побеседовали, – спросил дьявол.

– Не знаю. Ты мне скажи.

– Да потому что Гена – слабый персонаж и клоун, он для тебя не авторитет. А Люцифер – персонаж сильный, независимый, могущественный, ты им восхищаешься, вот он для тебя достойный соперник, собеседник. Сечешь, какая тут мораль? Человек обучается только у тех, кто стоит выше него на иерархической лестнице, а с теми, кто стоит ниже, он не церемонится. Понимаешь, о чем я? Ты выбрал Люция как авторитетного собеседника, для того чтобы слушать и учиться, а тех, кто ниже тебя, ты попросту не услышишь. Вы все так устроены, кто-то более социален, кто-то менее. Кто-то более дружелюбен, кто-то менее, как кошка, которая гуляет сама по себе. Кстати, от степени твоей социальности зависит количество паразитов в твоей голове. Чем больше у тебя в голове людей, тем больше паразитов.

– Да у меня в смартфоне тысячи социальных контактов, – похвалился я, достал Айфон и начал скроллить ленту с номерами в телефонной книге.

– А ты их пролистай на досуге и обрати внимание вот на что, сможешь ли ты вспомнить больше двухсот по-настоящему знакомых тебе людей среди этих бесчисленных контактов. Ладно, сэкономлю твое время – вряд ли. С таким же успехом любой может продемонстрировать телефонный справочник как доказательство своей насыщенной социальной жизни, – ответил дьявол. – Это не я придумал, таков средний объем памяти человека: в районе двухсот знакомых крутятся вокруг, и ты как-то соприкасаешься с ними; при этом людей, которые для тебя хоть немного важны, и ты, например, помнишь, когда у них день рождения, в разы меньше – около двадцати пяти. Человек – самое социальное из всех животных, а потому иерархический инстинкт имеет для тебя первостепенное значение. Нежелание людей сдохнуть и постоянное желание трахаться – дело, конечно, абсолютно понятное. Но фундамент своей жизни человек выстраивает именно на социальной конкуренции. Скажи мне как отец, что лучше всего сделать, чтобы добиться от ребенка желаемого? – спросил дьявол.

– Взять ремень? – предположил я, улыбаясь и положив айфон на стол.

– Нет. Нужно превратить это «что-то» в соревнование. Куда эффективнее, чем ремень…

– Ну да, мои за какой-нибудь жетон или дешевую игрушку в «Игротеке» на хер все разнесут, – перебил я.

– Причем важно, – продолжил дьявол, – чтобы этот жетон или какой-нибудь приз достался им в соревновании. Они всегда хотят быть лучше, кто первый, кого похвалят, кому уделят больше внимания, кто из них главный и так далее. Это фундаментальный инстинкт, который сидит в человеке, как заноза, и не сравнится ни с каким страхом или сексом! Причем, если половой инстинкт и инстинкт самосохранения прошли апгрейд культурой, то иерархический сохранился в человеке почти в первозданном виде. Хотя, конечно, и он тоже сильно раздут. С одной стороны, из-за психологического давления старших или сильных. С другой – это самый лучший способ вас подначить. Все вы играете в царя горы.

– Да, – улыбнулся я, вспоминая собственные примеры, – так я мотивирую своих рабочих. Постоянно ставлю их в пример друг другу, как бы дразню: «посмотри, как у них, а у вас». Тема рабочая, они потом жопы рвут будь здоров, чтобы оказаться на вершине этой «шоколадной глыбы».

– Вот видишь, ты научился использовать инстинкт власти в свою пользу! – похвалил меня дьявол и тут же предупредил, – только смотри не заигрывайся, частенько эта забава приводит к обратному эффекту: люди замыкаются, озлобляются и тешат себя другими глупостями. Человека не надо учить быть первым, это его автоматизм, задача, поставленная природой. Само ваше общество организовано по принципу такой блядской системы, желания власти и защищенности. Всегда кто-то живет сверху, кто-то сбоку, кто-то снизу, и всегда кто-то кому-то вдувает. Многоквартирник, блядь. Всегда будут виртуальные вожаки твоей стаи, которых ты, с одной стороны, боишься, а с другой – заглядывая им в попу, метишь на их место, даже если не вполне осознаешь это. И все эти игры в царя горы по большей части переходят в горизонтальные отношения: то есть супруги выясняют отношения: кто из них прав, а кто не прав, родители с детьми занимаются примерно тем же, на работе конкуренция между сотрудниками, некоторые даже дружат, чтобы помериться писунами, потому что для субъективного ощущения счастья человеку важно, не сколько денег у него, а сколько денег у его соседа. Потому что главная цель социальных коммуникаций – это определить свое место в иерархии, а затем оборонять его ото всех, кто стоит ниже. Ну и, конечно, не оставлять попыток конкурентам забраться еще выше. Стремление быть первым и правым в человеке неистребимо: в спорте, в бизнесе, в массмедиа, в политике и так далее. Только оно приносит человеку, ну и паразиту, мгновение особого торжествующего счастья! Но вот незадача, количество первых мест ограничено, поэтому многие самоутверждаются иначе. Например, болельщики. Что далеко ходить, ты смотришь Hardcore, бои на голых кулаках, болеешь за разных ребят, а сам так ни разу и не решился подать заявку, зато сколько обсуждений у экрана, сколько гордости за одержавшего победу бойца, которого ты поддерживаешь. Отсюда сразу перейдем к хейтерам – такая же суррогатная хуйня. Если посмотреть на это здраво, то человек имеет набор дурацких игр с нулевым балансом. Но, когда вы в игре, сознанию остается только все это безумие как-то оправдать, выгородить собственный эгоцентризм с помощью многосложных, витиеватых интеллектуальных конструкций. В результате подобные конструкторы, наскоро слепленные сознанием, то есть тобой, часто становятся идеологиями, политическими взглядами, личностным ростом, религиозными доктринами и прочей требухой межличностных коммуникаций. Только вот реальных по-настоящему человеческих отношений в этой требухе нет. Вот почему за всей этой кипучей социальной жизнью ты чувствуешь себя одиноким, оправданно считая, что проживаешь не свою жизнь. Паразит посылает тебе сигналы, которые ты принимаешь из глубины души, о том, что вся эта конкуренция за право считаться лучшим лишь игра, но ты об этом не сильно-то и задумываешься. Ведь если ты все-таки задумаешься, если осознаешь, чего на самом деле стоят все эти надуманные победы, если ты, конечно, не конченый, тебе, должно быть, станет стремно и неловко. Что они на самом деле тебе дали? Сделали ли тебя лучше? В этих бессмысленных схватках за виртуальный верх ты наломал немало дров, заплатил за это человеческими отношениями с другими людьми, например потерял друга. Оправдана ли твоя цель? – вопросом закончил дьявол, как бы спрашивая с меня за мои поступки.

В ответ он ничего не услышал. Стояла гробовая тишина, я сидел за столом, подпирая обеими руками подбородок, смотрел на бутылку и заново переживал чувства, которые испытывал в те моменты жизни, о которых напомнил мне Люцифер.

– Нет правды там, где все игра. Но пока есть возможность выиграть, ты будешь играть. Таков иерархический инстинкт, – добавил мой собеседник.

– Социальные сети, – выдавил я, поперхнувшись и глядя на лежащий на столе айфон.

– Что социальные сети? – переспросил дьявол и тоже взглянул на него.

– Новая реальность нашей общественной жизни, которая стала кривым зеркалом, отражающим бессмысленные игры в «первого», – чуть громче объяснил я.

– Вообще, сети должны были стать (и отчасти такими являются) идеальным средством для коммуникации, – подхватил собеседник, – а превратились в способ формирования новых социальных пирамид. Та же самая история: одни превращаются в блогеров-тысячников, другие страдают от недостатка лайков и пытаются присоединиться к какой-нибудь успешной стае с харизматичным вождем, типа Амирана Сардарова. Само социальное общение становится при этом не только поверхностным, но и на самом деле виртуальным. Чтобы понимать другого человека, недостаточно знать, что он говорит, важно быть в курсе его отношений с социальным кругом. А что ты можешь знать о социальном круге своего «друга» в социальной сети? – спросил дьявол, показывая на айфон.

– Ни хуя, кроме того, что у него тысячи накрученных подписчиков для статуса, – ответил я с раздражением в голосе.

– А сейчас мне показалось, что кто-то кому-то завидует, – подмигнул дьявол и продолжил. – Таким образом, ты общаешься не с ним, а с выдуманным образом в твоей голове. Переписываясь с ним, ты, по сути, разговариваешь с самим собой, как сейчас со мной. И все это сильно отдает шизофренией. А с кого ты срисовал образ этого человека, если реальный персонаж тебе не известен? – снова задал мне вопрос собеседник.

– С себя, разумеется, – подметил я и улыбнулся.

– В точку, – ответил дьявол. – Этот виртуальный мир, как алкоголь, способен затянуть человека целиком, лишив его подлинных отношений, того круга лиц, которым ты будешь по-настоящему нужен, как и они тебе. Я к чему, бро, без других людей ты не человек. Только взаимодействие с ними определяет твое место под солнцем. А аватар в социальной сети – это химера.

3

От длительных рассуждений наш разговор зашел в тупик. Чтобы разбавить тишину и вдохновиться на новую тему для разговора, я решил налить еще, хотя чувствовал себя уже достаточно пьяным, но когда меня это останавливало? Я же почти всегда напивался до беспамятства, слава богу, пока не ссался под себя. Выпил. Задумался о смерти, представил, как меня хоронят, загрустил. И вдруг дьявол неожиданно хлопнул в ладоши, от чего я вздрогнул и оживился.

– Итак, мой друг, я смотрю, ты хапнул лишнего и немного обмяк, – звонко зазвучал голос Люцифера. – Не стоит думать о смерти, это удручает. Скажу тебе по секрету: ни ты, ни паразит не хотите умирать и боитесь смерти. Да-да, боитесь, причем паразит ее страшится только тогда, когда угроза действительна, например, есть риск попасть в аварию и разбиться, когда за рулем неадекватный незнакомый водитель. Ну а ты можешь переживать о смерти, когда тебе вздумается или просто что-то померещится, причем по поводу и без. Твое любопытство познать смерть романтизируется и почти всегда граничит с желанием испытать любовь, как в голливудских фильмах. Ты так наивен, – усмехнулся собеседник, – но это только твои загоны, паразита любовь не интересует. Во-первых, ее, к твоему сожалению или счастью, познать не получится из-за ее отсутствия в принципе как таковой. Во-вторых, паразита интересует только результат спаривания, продолжение рода, вот он и нашептывает тебе сигналы, подталкивая к любовным играм.

Дьявол достал из стеклянной банки, стоявшей на столе, два маринованных огурца и устроил сцену спаривания, используя добытый реквизит, затем один огурец положил на банку, а второй съел, попутно объясняя:

– Твое истинное желание – забраться на самый верх социальной пирамиды, а потом обороняться от тех, кто также на нее претендует, осуществляя следующую свою мечту из списка неисполненных. Какое желание из этого списка ты хотел бы сделать центральным пунктом своей жизни? – спросил собеседник.

– Даже не знаю, – ответил я.

– Сказать почему?

– Почему?

– Сама идея этих твоих желаний, причем только твоих (не паразита), – это фикция. Подлинное желание – это не приобретение чего-то лишнего, ненужного или в коллекцию, а восполнение недостатка, устранение дефицита, утоление голода, – пояснял дьявол, доедая второй огурец.

– Но дефицит в чем я испытываю по-настоящему? – спросил я, подумав при этом про огурец, которым неплохо было бы закусить, пока собеседник их все не прикончил. – Кроме как перманентное желание выпить, мне и в голову-то больше ничего не приходит…

– А ты подумай. Если я сейчас перекрою тебе доступ к кислороду, – дьявол резко приблизился ко мне и схватил за горло, – у тебя начнется асфиксия. Если тебя не кормить неделю, ты будешь испытывать голод. Ты действительно будешь нуждаться, ощущать настоящую потребность в этом. Сечешь? – шептал на ухо дьявол, все еще удерживая меня за горло.

– Да понял я, понял, отпусти, – прохрипел я, отталкивая руку Люцифера. – Все эти проблемы гипотетические и бла-бла-бла, а чего мне реально не хватает, я просто не знаю.

– Все правильно, ты просто давно уже не испытываешь настоящего дефицита! – убрал руки дьявол и сел как ни в чем не бывало напротив. – Твоей жизни намеренно и очевидно никто не угрожает. Сексуальная потребность тобой же и переоценена, а любовь – иллюзия. Центром мира и шапочкой социальной пирамиды ты себя и так считаешь, – ехидно улыбнулся дьявол, показывая руками пирамиду.

– Наверно, ты прав, – с горечью в голосе согласился я. – Если честно, от всего этого дерьма часто скучаю по детству, там все было по-другому. Тогда я не боялся нищеты, а это для меня сейчас страшнее смерти. Не нужен был секс. И было реальное желание быть первым, лучшим. Это двигало вперед, заставляло чему-то постоянно учиться, развивать новые навыки, прыгать выше собственной головы.

– Но теперь-то ты уже прыгнул. Прыгнул и сел сверху, – произнес дьявол, вскочив на стол с ногами, и, как гопник, уселся на корточки, глядя сверху вниз прямо мне в глаза. – Скажи мне, а кого ты считаешь, так сказать, авторитетом или умнее себя?

– Да много кого, – помявшись, ответил я, отодвигаясь от Люцифера.

– И этих «много кого» ты будешь слушать и подчиняться им, что бы они тебе не сказали и не приказали? – сидя все в той же позе, напирал дьявол.

– Нет, ну это другое, – с сомнением в голосе ответил я.

– Нет, все то же, просто вопрос поставлен иначе, – продолжал он давить на меня. – Точнее, нет такого персонажа, которого ты бы слушал беспрекословно. Хотя есть – это ты сам. Ведь что бы ты ни делал, ты считаешь себя правым. И не начинай. С этим ты тоже не согласен, я в курсе. На самом деле ты знаешь, чего действительно хочешь, – продолжал Люцифер, тыча указательным пальцем мне в грудь.

– Да ты достал, то знаю, это не знаю! – возмутился я, прижимаясь спиной к спинке стула и пытаясь встать из-за стола, но не смог.

– Нет, действительно знаешь, я не шучу, – улыбнувшись, сказал дьявол и, спрыгнув со стола на пол, приземлил пятую точку на стул и развел руками. – Оглянись вокруг – это то, чего ты на самом деле хочешь. Твое сознание переполнено мифами и легендами о несбывшихся мечтах. Но мы помним, что сознание, то есть ты, ничего не решает. «Решала» внутри твоей черепной коробки, и это твой паразит. Он привел тебя именно туда, куда считал нужным, и больше не испытывает дефицита. Так что твоя реальная жизнь и есть исполнение желаний паразитом. Твои желания, будучи реализованными, выглядят именно так. Что бы ты ни думал как сознание, твой паразит привел тебя сюда, в эту точку. Он хотел этого. Такова правда. Тебе как сознанию все это не нравится, хочется другой жизни. Но какое это имеет значение? Разве паразит считается с твоим мнением? Нет, конечно. Иначе ты бы всегда следовал тому, о чем как сознание не раз говорил себе: занимался спортом, соблюдал диету, не раздражался по пустякам и на идиотов… У тебя куча предложений от собственного сознания, но ты же на них не реагируешь, отмахиваешься от них, как от надоедливых цыган, откладываешь, перекладываешь, забалтываешь и просто игнорируешь. Да, ты не слушаешь самого себя, ты делаешь только то, что решил паразит. Вот какая у тебя работа? – спросил дьявол, – я сейчас не про престиж, а про твое – не твое.

– Та, которую хотел паразит! – ответил я, застыв в ожидании подтверждения правильности моего ответа.

– Да, – подтвердил собеседник. – А не захочет паразит трудиться, и не будет у тебя работы. Лежишь ты на диване и мечтаешь: вот бы мне сейчас пять миллионов долларов. И что бы ты сделал?

– Лежал бы на диване и ни хера не делал, – ответил я, понимая, что опять попал в точку.

– Да ты ж мой дорогой, – хлопнув в ладоши, съязвил дьявол. – Все правильно, потому, что ты уже лежишь на диване и ни хера не делаешь, да еще и пьяный, вот истинное желание твоего паразита. Чего паразит хочет, то он и делает. И если он желает лежать на диване, то лежит на диване. Все остальное – гипотетические хотелки. Даже жену тебе тоже выбрал паразит. Кстати, как тебе выбор?

Я промолчал.

– Вижу, как всегда не доволен, – продолжал дьявол. – Вот с детьми эта тема не канает. Ребенок какой родился, такой родился, его хер выберешь. Но если он появился на свет здоровым, то его можно хотя бы воспитать как тебе нравится, если тебе как сознанию, конечно, не станет лень, потому что с паразитом они и так найдут общий язык. А когда вырастут, тем более договорятся, – закончил дьявол двусмысленную речь, потянувшись за бутылкой и стаканами.

Мы выпили.

– То есть, если я испытываю реальный дефицит, тогда у меня и нет проблем с желанием, то, чем я занимаюсь, и есть мое желание? – снова спросил я собеседника.

– Да, – ответил дьявол, почесав нос, – Тебе все еще кажется данное рассуждение парадоксальным?

– Ну-у-у, – медлил я с ответом, думая, что именно хочу сказать, – я нахожусь в стадии принятия.

– Принимай, – как бы поторапливая, сказал Люций, – это классный инструмент для разрешения соответствующих противоречий. Тебе надо учиться думать непротиворечиво, – настаивал собеседник, – на самом деле все просто: есть ты – это твой паразит, а то место, в которое он тебя приводит, – это то, чего он хочет. А что думает по этому поводу твое сознание, ему по барабану. Все, что тебе не нравится, паразит изо всех сил пытается от тебя спрятать, вытеснить куда-то в тень. И даже если сокрытое находится на видном месте, он сделает все, чтобы ты его не заметил, как собственный нос. Смотри, – щелкнув пальцами, привлек к себе внимание дьявол, показывая наверх, – допустим, ты чего-то достиг: выиграл контракт, повысил стоимость своих услуг, охмурил жопастую бабу или написал умную книгу. Кто все это сделал?

– Я, конечно! – жеманно ответил я.

– Но это ведь не вся правда, – помотав головой из стороны в сторону, продолжил дьявол. – Были и другие помощники на пути к успеху, партнер, который оказал тебе доверие. Курс доллара. Друг, который представил тебя этой даме. Книга тоже не возникла сама по себе без посторонней помощи, кто-то посодействовал ее созданию, например, бестселлеры других авторов. Но ты эту вторую, скрытую от собственного сознания, часть игнорируешь, потому что подвиг должен быть целиком твой, потому что человеком движет власть, страх и секс. Все верят в свою правду только потому, что так получилось. В общем, много здесь всегда лукавства, хотя допускаю, что непреднамеренного, а еще вполне объяснимого: все вы хотите быть лучше, чем есть.

– Ну и что в этом плохого? Да пускай кинет в меня камень тот, кто не такой, – возмутился я и ударил кулаком по столу. – Да и с чего это вдруг я имею все, что хочу, если, например, моя работа – говно, и она мне не нравится? От дополнительных денег за мои услуги я бы не отказался, считаю, что мне недоплачивают, сама работа скучная и уж точно не «дело всей жизни», – продолжал я жаловаться, все еще стуча кулаком.

– Но это только часть картины, которую ты видишь, есть еще та, которую ты предпочитаешь не замечать, – перебил дьявол и схватил мою руку.

– И какая? – моментально успокоившись, спросил я.

– А приглядись повнимательнее, готов ли ты, например, действительно идти на профессиональный риск, взять на себя дополнительную ответственность и нагрузку, трудиться сверхурочно, пренебречь семьей, родными и даже где-то здоровьем, чтобы сделать работу центром своей жизни? – сжимая мою руку, говорил дьявол. – Молчишь? Ответ нет. Потому что, если бы хотел, уже давно бы сделал или хотя бы был на пути к этому. Но ты ничего не делаешь, а просто оправдываешься тем, что работа – говно, партнер – пидарас и вообще «Путин во всем виноват». Классика замкнутого круга, как в анекдоте: «нет секса, потому что прыщи, а прыщи, потому что нет секса». Факт состоит в том, что ты там, где ты есть. И ты не делаешь всего, что следовало бы сделать, чтобы оказаться в другом месте. А если ты этого не делаешь, то значит не испытываешь действительного дефицита и тебя все устраивает…

– Но если это все так, то почему я не доволен тем, что имею? – перебил я Люцифера и выдернул свою руку из захвата собутыльника.

– Твой дискомфорт обуславливается, тем, что ты мудак! – продолжал дьявол. – Да шучу я, шучу, просто тебе хочется еще чего-нибудь. Например, сладкого, а в магазин идти в падлу.

– То есть всегда стоит вопрос цены – количества усилий, которые от тебя потребуются взамен, и чаще всего выясняется, что платить адекватную цену ты не согласен, – заключил я.

– И ты прав. Есть товар, есть цена, а есть покупатель, которому это или нужно за такую цену, или нет. Тебе может не нравиться то, чего хочет твой паразит, не удивляйся этому. Но сложно спорить с тем фактом, что паразит это и есть ты, а он привел тебя туда, где ты сейчас себя обнаружил, – утверждал дьявол, разведя руками.

– А обнаружил я себя в темной комнате, пьяным в хлам, беседующим с воображаемым собутыльником, – усмехнулся я, окидывая взглядом помещение.

– А у тебя есть еще варианты? – спросил собутыльник.

– По-моему, если бы я захотел, то решил бы вопрос… – ответил я, кивнув головой.

– Но твоя готовность платить за это определяется лишь уровнем дефицита, – перебил дьявол и пожал плечами.– Если тебе не хватает компании или хорошего собеседника, ты можешь позвонить другу или легко вообразить меня. Когда у тебя закончится алкоголь, ты за ним снова сгоняешь в магазин, на крайняк закажешь доставку, это для тебя не сложно, и ты готов за это платить. А вот если тебе не хватает пяти миллионов долларов, какую цену ты за них готов отдать? Не отвечай. Достижения человека прямо пропорциональны его фактическим амбициям, – с грустным видом подытожил дьявол.

– И обратно пропорциональны сопротивлению, это я тебе как инженер-электрик говорю, закон Ома, епте, – с умным видом произнес я, икнул и отключился.

Глава 4

1

Проснулся я от сильного чувства жажды, лежа на диване, животом вниз, видимо за столом спать было неудобно, и я каким-то чудом попал на диван. Язык во рту прилип к небу и засох, как кирзовый сапог. Левая рука и нога свисали с дивана, правая щека прилипла к подушке, как раз там, где были засохшие слюни. «Слава богу, – подумал я, – что диван кожаный, заебался бы убирать». Телик в гостиной был включен, освещения от экрана хватало, чтобы ориентироваться в комнате. Рядом с диваном на ламинате образовалась лужа, и судя по всему, свое начало она брала на диване. Посмотрев под себя и сунув руку между ног, я понял, что обоссался. Блядь, ведь только сегодня думал о том, что не ссусь. И на тебе – такой конфуз. Я сел на диване и начал вспоминать, как здесь оказался. Первым в памяти всплыл разговор с дьяволом, и в очередной раз я поблагодарил Бога за то, что все это мне лишь приснилось, и даже попытался подумать о том, что пора завязывать с бухлом, а то действительно есть ощущение, что я потихоньку схожу с ума, проживая не свою жизнь.

– И все же не стоит удивляться чувству, будто бы ты проживаешь не свою жизнь, – вновь раздался голос из колонок.

– Блядь! – выкрикнул я, держась за голову. – Это что, все-таки был не сон?

– Нет, ты просто вырубился на часок и обоссался, а говорил, что не ссышься, – с усмешкой подколол меня дьявол, показывая на лужу возле дивана. – На, попей водички, – протянул он мне бутылку с минералкой, – и пойди переоденься, да подотри за собой, поросенок, а я пока опохмел организую.

Убрав за собой, я сел за стол, выпил налитое, затем еще и потихоньку начал приходить в себя. А дьявол все не унимался, ходил из угла в угол по гостиной и читал мне нотации:

– Ощущение проживания чужой жизни, мой друг, – чувство, конечно, неприятное, но верное и важное, поэтому не гони его. Именно оно заставляет тебя задуматься о том, кто ты есть на самом деле. После нашего разговора многие мифы в твоей голове растворятся, ты должен понять, что дела твои не столь оптимистичны, как тебе кажется. Вспомни те чувства, которые ты испытывал, когда твои планы срывались, а мечты не сбывались из-за наивной веры в чудо и надежды на авось. Когда утрачиваешь красивую иллюзию, всегда так. Не важно, идет ли речь о планах или о разочаровании в человеке. Когда понимаешь вдруг, что тебе уже не двадцать один и даже не тридцать. Терять иллюзию всегда страшно. Столкновение с реальностью кажется болезненным ударом. Но я не думаю, что ты заслуживаешь сочувствия, потому что никакого удара о реальность на самом деле и не было. Это был лишь дурной сон, навеянный виски, а сейчас ты просто проснулся. Нужно понять, что при всем желании ты не можешь столкнуться с реальностью. Этого нельзя сделать даже чисто технически: нельзя столкнуться с тем, чего ты никогда не покидал, с тем, кем ты в действительности являешься. Ты никогда не терял ни реальности, ни правды о себе. Ты лишь делал вид, притворяясь и прячась от себя. Тебе было по кайфу верить во всякие там сказки и красивые истории. Верить, что ты принимаешь решения. Но в глубине души ты всегда знал – что-то тут не так. Знал, но не хотел этого признавать. И накапливал долги. Никакая иллюзия не сделает тебя счастливым. Возможно, лишь на какой-то миг, но за него потом придется платить втридорога. Это как с бухлом – процесс занятный и веселый, но отдача в виде похмелья и депрессии обеспечена. Отравленный алкоголем паразит истратил дофамин и теперь испытывает жесткий дефицит этого гормона. Повторная попытка вернуться к спиртному только ухудшит положение. Короче говоря, даже если ты сейчас хоть капельку расстроен – не беда, есть трава, да шучу я шучу, – веселился дьявол, расхаживая по гостиной.

– Зато я не шучу, приведи меня в чувство, – разорался я, наблюдая, как передо мной дефилирует собеседник.

– Привести себя в чувство можешь только ты сам, когда научишься отличать правду от иллюзий и разглядишь свое предназначение, – объяснил дьявол, остановился у стола и стукнул пальцем по бутылке.

– Я не знаю, с чего начать, – сказал я и потянулся за виски.

– Прекрасно, – оживился Люций, схватил бутылку и налил. – Начни с рассуждений. Итак, что ты теперь думаешь о богатстве выбора?

– То, что никакого выбора нет, не говоря уже о богатстве, – выпалил я и выпил.

– А что с реальностью, местом и временем твоего рождения? – спросил дьявол и тоже выпил.

– Реальность ровно такова, какова она есть, так же, как время и место моего рождения. У меня нет ничего, кроме того, что досталось мне по случаю, – с грустью в голосе ответил я, закрывая ладонями свое лицо.

– Но, как ты уже усвоил, все случайности в действительности закономерны, – продолжил дьявол, усевшись за стол. – Ты можешь поспорить с закономерностью, но это ничего не изменит, поскольку другой случайности у тебя нет. Закономерности надо заставлять работать на себя. Как сказал двадцать шестой президент США Теодор Рузвельт: «Делай, что можешь, с тем, что имеешь, там, где ты есть». Задумайся, слова-то правильные. Что будет, если ты не будешь делать то, что ты можешь, с тем, что ты имеешь, там, где ты есть? Ты просто не преуспеешь ни в чем, когда бы и что бы тебе не подвернулось! Богатство выбора – это гипотетическая хрень. Фактически же ты там, где ты есть, у тебя есть то, что есть, и ты или делаешь с этим то, что можешь, или не делаешь этого. Если не действовать, а ждать какого-нибудь другого счастливого случая, это утопия, хотя бы потому, что, если даже такой случай представится, не факт, что он тебя осчастливит. К любому случаю надо быть готовым. Или ты готов действовать, или нет. Но как говорил премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль: «Всякая хорошая возможность заявляется к нам в рабочем комбинезоне и с лопатой в руках». Это обстоятельство является фундаментальным: каким бы крутым не был случай, он потребует от тебя много усилий. Возникает вопрос: готов ли ты приложить необходимые усилия и заплатить запрашиваемую цену? И тут вмешивается паразит, ему комфортно, зачем что-то предпринимать? Да, жить можно, секс не проблема, а в остальном я и так самый умный. Зачем себя нагружать, платить рисковать? Зачем брать на себя ответственность, что-то придумывать, изобретать? Это значит, что надо работать над собой, а ради чего? – продолжал рассуждать дьявол, активно жестикулируя руками.

– Я понял, – перебил я собеседника, – не надо ждать загадочных перспектив, надо что-то менять, делать то, что я могу, с тем, что у меня есть, там, где я есть.

– Все верно, – подтвердил Люцифер и продолжил, – других рецептов нет, но зато этот рабочий, не думай о перспективах, их нет. Возможно, ты завтра умрешь, о каких перспективах тут говорить? Используй возможности, которые у тебя есть, и они откроют тебе новые, которыми тоже надо будет воспользоваться. Как мы уже с тобой обсуждали, цель появляется после возникновения подлинного стремления, а не до него. То есть как ты думаешь, это заяц порождает голод у лисы, или у нее сначала возникает голод, а потом она ловит зайца? В лесу зайцев много, можно сказать даже, что там целое «богатство выбора» зайцев. Но дело не в них, дело в том, голодна лиса или нет. Если ты не готов покорять вершины, не испытываешь голода достижений, значит, таков уровень твоих амбиций. Обманывать себя бесполезно, ни к чему хорошему это не приведет. Бессмысленно сравнивать себя с другими. Не нужно выдумывать и изводить себя нелепой завистью, фантазиями и прочей херней. На диване можно и так полежать, обоссанным, и без пяти миллионов долларов. С долларами, кстати, лежать даже тяжелее – они тебе покоя не дадут. Итак, закрепим ранее сказанное. Перспективы появляются сами собой и всегда постфактум, когда ты уже оглянешься назад и увидишь, каким образом ты оказался на этой ступени. А те перспективы, которые тебе только мерещатся, это приятная морковка, не более того. В реальности ты все равно достигнешь чего-то другого, а не того, что тебе когда-то и почему-то привиделось, показалось, захотелось, – закончил дьявол, размахивая руками, как дирижер.

– Да, жизнь всегда вносила в мои планы коррективы, – немного захмелев, оживился я и развалился на стуле. – Иногда я действительно чего-то желал, а порой хотелки были с частицей «бы». И до сих пор я не разобрался, к чему я больше стремлюсь: быть счастливым или успешным. Наверное, все же успешным, поскольку я часто пренебрегал семьей и друзьями ради выгоды.

– Но действительно ли ты хочешь того, что считается успехом? – прищурившись, спросил собеседник.

– Я же говорю, я не знаю. Мне вообще кажется, что сам по себе успех не является ценностью.

– Да, успех не является ценностью и не приносит человеку счастья, – как бы отговаривая меня от желания быть успешным продолжал дьявол. – В конце концов, это лишь оценка другими твоих достижений. На самом же деле важно только то, что ты чувствуешь. И если ты ощущаешь себя счастливым, если ты всем доволен, этого вполне достаточно. Признание со стороны других людей – штука, конечно, приятная, но прока в ней нет, если ты несчастлив, одинок или мучаешься бессмысленностью собственного существования. Искать признания – это тупиковый путь. Если мотивировать себя признанием, попадешь в зависимость от чужой оценки и не сможешь уже заниматься тем, что считаешь по-настоящему важным. Да и понятно, что никакой успех, каким бы бомбическим он ни был, не вечен. На смену одному успеху приходит другой. То есть, если ты взобрался на вершину пирамиды, будь готов с нее спуститься, – договорил дьявол и упал на диван.

– Но как же стремиться вверх, если понимаешь, что всякие перспективы призрачны, а признание не только эфемерно, но еще и не безобидно? – спросил я Люцифера, повернувшись к нему лицом.

– Прислушайся к своему иерархическому инстинкту, желанию власти и защищенности, – уже лежа на диване, отвечал дьявол. – Не надо искать смысл в каких-нибудь мотивационных тренингах и вообще в чем-то еще, если в человеке уже заложен механизм стремления к лидерству. Задаешься ли ты вопросом: «Могу ли я сделать это лучше, чем другие»? И если задаешься, начинаешь ли делать? – спросил собеседник, покачивая ногой.

– Задаюсь, и бодро начинаю, но увы так же бодро и заканчиваю, – с лицом виноватой собаки ответил я.

– Главное, чаще начинай, выработаешь привычку, – как бы хозяйским голосом давал команды дьявол. – Только это специфическое ощущение, что что-то сделано недостаточно хорошо, а ты можешь лучше, и является той силой, которая способна заставить тебя заниматься соответствующим делом как следует. Здоровая конкуренция естественна и необходима. Главное, не думай, что соперничать ты должен со всем миром сразу…

– Ну это же очевидно, задача из списка бредовых и нереалистичных, – протянув руку вперед, перебил я.

– Поверь, многие так не считают, – говорил дьявол, и я с ним мысленно соглашался. – Не все понимают, что не существует никакого «всего мира сразу», а есть отдельные дела, конкретные вопросы и узконаправленные темы. Побеждать нужно у себя. Если ты подрядчик какой-нибудь строительной компании, то будь первым среди всех ее подрядчиков, работай так, как не могут другие.

– Сегодня это вряд ли имеет смысл, все решает более низкая цена, предлагаемая конкурентом, или родство, – протестовал я, отрицая принцип здоровой конкуренции и намекая на кумовство.

– Не все работают только из-за низкой цены, – ответил дьявол, вставая с дивана. – Тем более стоит иногда и прогнуться ради имиджа. О тебе узнают, будут рекомендовать, а это обязательно выстрелит. Важно как можно дольше оставаться в игре. Конечно, если ты один раз попробовал, из этого ничего не вышло, и ты поспешно сделал выводы, что это так не работает, ничего не будет. Одного раза мало, это не статистика – одна попытка с одним результатом. И пяти проб мало. Нужно сделать как минимум десять попыток прежде, чем что-либо утверждать. Конечно, бывает, что и с первого раза получается, но это всего лишь воля случая, фарт. Хотя и он закономерен. Ты никогда не знаешь, как будет. Не знаешь, когда конкретно к тебе придет успех. Но это не имеет значения. Важно последовательно, шаг за шагом, идти вперед. Сейчас у тебя есть одни возможности, но с каждым следующим движением будут появляться и другие. Заблуждение – думать, что великие дела складываются из великих же дел. Великие дела начинаются с того, что вы побеждаете в малом, и тем самым учитесь побеждать, репетируя выигрывать, – расхаживая по гостиной, вещал дьявол.

– Для меня нет ничего зазорного в соперничестве, – подхватил я, все так же сидя за столом. – Я понимаю, что настоящая конкуренция происходит между мной сегодняшним, который учится, и мной будущим, который может.

– Ты прав, – перехватил инициативу дьявол, подойдя к столу напротив меня. – Но все это работает только в том случае, если ты умеешь восхищаться талантами других. Помнишь, человек учится только у других и самых-самых, а если ты не умеешь восхищаться другими, вряд ли ты научишься чему-либо без примера. Всегда есть образец, с которого ты рисуешь свою модель. Да, результат может быть вторичным, но ты всегда можешь обновить свои данные, модель, пример. Если ты чему-то учишься, важно понимать, что, когда ты сталкиваешься со своим незнанием, вот тут-то и появляется подлинная заинтересованность, тут-то и возникает умение ориентироваться. Понимаешь, о чем я?

– О дефиците?

– В точку. Только благодаря этому внутреннему дефициту работает подлинный, не трансформированный культурой в зависть и комплексы иерархический инстинкт. Незнание – это вызов. Другие знают, а ты нет, как так, надо разобраться. Это же круть! Не бойся быть первым. Если у тебя хватит мозгов восхищаться достижениями других людей, это тебя не испортит. Не бойся своего желания быть лучшим, кинь себе вызов, по этой причине от тебя никто не отвернется. Когда ты делаешь что-то лучше остальных, у тебя начинают учиться, тебя начинают уважать, а это круто. Ну уж если кто-то от тебя и отвернулся, как, например, твой друг Володя, который частенько глотал слюни от твоих успехов, это, мужик, зависть: он просто не умеет восхищаться достижениями других людей, и это его беда. Тебе повезло, что он показал себя настоящего и сам отвернулся от тебя, иначе пришлось бы «отворачивать» силой, – закончил дьявол и принялся за пробку на бутылке.

– А вот это уже попахивает какой-то инфоцыганщиной! – весело выкрикнул я, рассмеялся и ухватился за бутылку.

– Один – один, – сказал дьявол и тоже рассмеялся, передавая мне виски.

2

Разлив драгоценный напиток, мы выпили, и я задал собеседнику давно интересующий меня вопрос:

– Мне всегда казалось, что путь к успеху – это когда ты видишь и понимаешь нужды, желания и мотивацию других людей. Хочу знать их нужды и желания, скажи, это возможно?

– Все вы хотите безопасности и удовольствий, власти и защищенности, а также удовлетворения собственных чувственных потребностей, – возбужденно ответил дьявол и громко поставил пустой стакан из-под виски на стол, – если хочешь понимать других, пристальнее смотри в самого себя и научись слушать паразита. Поскольку в основе всей вашей социальной и культурной жизни лежит иерархический инстинкт, по-другому и быть не может. И эти наблюдения откроют тебе путь не только к сердцам других людей. Дело в том, что посредством этих знаний ты найдешь дорогу к союзу со своим паразитом. Он любит просчитывать будущее и изучать окружающих. Но для того чтобы предсказывать дальнейшее развитие событий, нужен опыт. Прикол в том, что ты как старый телефон (Sony Ericsson K500) с небольшой уже встроенной памятью, а паразит – это флешка с большим объемом, которая вставлена в тебя. Поэтому все пишется на нее, то есть все запоминает паразит. Опыт – это проживание различных действий на практике, когда не теоретически что-то изучено и виртуально прощупано, а по-настоящему прожито и не один раз. Самые опытные люди – любопытные. У таких паразит более активный и постоянно призывает человека к действию. Любопытство рождает трудолюбие, упорство, но и притупляет инстинкт самосохранения. Огромным любопытством и трудолюбием отличаются такие люди, как пассионарии. В пассионарной теории это люди, обладающие врожденной способностью впитывать из внешней среды энергии больше, чем это требуется только для личного и видового самосохранения, и выдавать эту энергию в виде целенаправленной работы по видоизменению окружающей их среды. И ты прав, знание желаний других людей может привести тебя куда тебе угодно, главное, понимать, как это работает. Возьмем к примеру рэпера Басту. Как ты думаешь, почему он стал популярным? – спросил дьявол.

– Потому что сильно хотел стать популярным, – ответил я.

– Это само собой, но как? – подталкивал меня собеседник к более точному ответу.

– Хотел читать свой рэп, наверное, – неуверенно сделал я вторую попытку .

– Да он мог где угодно читать свой рэп, – продолжил дьявол, – для этого публика ему не нужна. Он хочет получить определенное ощущение сверх самого этого действия. Например, не просто зачитать, а так, чтобы публика на стадионе «Лужники» охуела от восторга. То есть его подлинная цель не просто читать рэп. Настоящая цель глубже – получить некую специфическую реакцию со стороны окружающих: восторги, восхищение, признание, – закончил дьявол и сложил руки крестом на груди.

– Если я правильно понял на примере Басты, – продолжил я разговор, – то получается, что его действительная цель не исполнение рэпа, не собственное ощущение от исполнения, а ощущение от реакции других людей, которые охуели от его рэпа. То есть и моей настоящей целью должен быть восторг моей публики или клиента, или родных, неважно. Важно чувствовать их настроение.

– Бинго, мой друг, – выкрикнул дьявол и соскочил со стула. – А ты пока сосредоточен на собственных ощущениях, в этом и заключается твоя ошибка. Тут еще важно не путать: одно дело – хотеть, чтобы тобой восхищались (хвалили тебя, лелеяли или восторгались твоим фото на аватарке), и совсем другое – желать, чтобы другой человек пришел в восторг. Первое чувство – это твои желания, а второе – это желания паразита. И если вдруг ты захочешь написать про наш разговор и вызвать восхищение публики, ты должен думать не о собственных предпочтениях, а о том, что эту публику способно ввести в состояние соответствующего восторга. Короче, цель по-настоящему успешного человека – не его собственное ощущение от произведенного эффекта, его цель – понять, как заставить других людей восхищаться, угадать, а то и буквально просчитать это. Не получится мотивировать себя постоянно повышением дохода или мыслями о том, что тебя где-то похвалят. В этом случае, к сожалению, твой паразит пойдет не в том направлении. А вот какую задачу он себе поставит, зависит от тебя. Чтобы заинтересовать паразита сработать как надо, цель должна быть поставлена правильно. А правильно она будет поставлена только в том случае, если ты действительно думаешь о нуждах окружающих. Если ты чувствуешь в себе желание работать в интересах других людей, не самореализовываться, не «тебе так нравится», не «творить»; думаешь о фактическом адресате твоего творчества или потребителях продукта твоего труда, то ты с паразитом заживешь в гармонии, и будет вам обязательно счастье. К сожалению, идея самореализации, за которой ничего, кроме вдохновенных слов, не стоит, приводит к тому, что человек забывает главное – то, что он делает, он делает не для себя, а для других. Улови эту разницу, своего рода хитрость. Человек нуждается в удовлетворении иерархического инстинкта: хочет чувствовать себя в коллективе, который хорошо к нему относится, понимает и поддерживает. Но коллектив не будет ничего делать просто так, особенно, если ты им не нужен. Если ты хочешь успеха для себя, ты должен думать о том, как осчастливить других.

«Слушай, с одной стороны звучит странно, с другой – просто», – подумал я и сказал вслух:

– Да и альтернативы никакой нет, как я понимаю?

– Нет, – ответил дьявол, помотав головой.

3

Плеснув себе еще виски, я сделал глоток, поставил стакан на край стола и сказал:

– Синька – это чертов предлог, из-за которого я откладываю все свои самые важные дела на потом.

– Это называется прокрастинация, – поправил меня дьявол, – новая модная болезнь современного человека. Причем не просто болезнь, а самая настоящая эпидемия, как коронавирус. Миллионы людей сражены ею. Лекарства от нее нет, как лечиться – хуй знает. Но насчет тебя я, конечно, загнул, ты просто алкаш, – сказал дьявол и засмеялся.

– А что такое прокрастинация? – спросил я.

– Это психическое расстройство, которое не дает человеку приступить к решению важных и насущных дел, – объяснял дьявол, отбивая чечетку пальцами по столу. – Вместо этого он занимается всякой хуйней, решает мелкие бытовые проблемы и развлекается с паразитом на пару: киношки смотрят и сериалы, в интернете сидят, фотки в Instagram рассматривают, ленту скроллят, жрут, бухают, нюхают и так далее. В общем, заняты важным делом – получают удовольствие. Как и у всех болезней, у этой тоже есть негативные проявления: срываются сроки заказов, заторы в делах, конфликты вокруг и по кругу, жизнь превращается в полную задницу. В промежутках очухивается паразит, сигнализирует об опасности в виде стресса, чувства вины и потери продуктивности. Тебе это никого не напоминает? – спросил дьявол, в очередной раз приблизив через стол свое лицо вплотную к моему.

– А нормально ли это, что паразит между работой и удовольствием выбирает последнее, – проигнорировал я его вопрос и задал встречный, отвернулся и отошел от стола. – Ладно я, бездумный примат, но он же типа умный?

– Все любят удовольствия – это нормально, – вздохнул дьявол и посмотрел на бутылку, затем спросил. – А ты думаешь, от чего развалилась наша планета? – и сам же ответил с грустью в голосе. – После очередного прокастинационного запоя мы расслабились, и враг воспользовался моментом. С удовольствиями так бывает: получив их, испытываешь и одно, и другое, и третье, и такое, что приходит пиздец… Да и если по-честному, удовольствие получает паразит, а не ты. Тебе только кажется, что ты кайфуешь. Просто он же не может есть еду и пить воду. Он получает удовольствие от еды, а ты толстеешь. Он хочет трахаться, а ты уже не можешь. Он бухает, а ты болеешь. Ну, в общем, ты понял смысл. Но знакомишь со всем этим дерьмом ты его, пока он фактически не попробовал, он и не знает, что это за хрень, ему это не надо. А тебя твое любопытство толкает на эксперименты, общество нашептывает свое мнение, приводит аргументы, и ты пробуешь. Тебе кажется, что ничего не поменялось, но паразит уже распробовал это и подсел на удовольствия, а дальше его уже, как героинового наркомана, не остановить. Так же он кайфует от прокручивания новостной ленты в социальных сетях. Раз за разом ему попадаются какие-то картинки с надписями под ними, разглядев картинку и прочитав надпись, он понимает, о чем речь, от чего и получает удовольствие. Он скроллит ленту еще, так проходит час, другой, третий… И всего этого он не замечает, потому что ты убиваешь время, страдая о несбыточных мечтах, а он всячески убивает время, чтобы не заскучать. Ты никогда не задумывался о том, что такое массмедиа? – снова прилетел вопрос в мою сторону.

– Нет, – безразлично ответил я.

– Это индустрия, созданная паразитами, для проживания своей жизни в кайф, как по сценарию, – перешел на откровения дьявол, встал и потянулся. – Любое информационное сообщение, интернет-мем, кинофильм, сериал – это загадка с разгадкой и подсознательный сбор себе подобных на лобном месте, то есть у экранов своих девайсов. Здесь не надо специально думать, выживать или что-то понимать. Складывай пазлы и получай удовольствие. Если говорить о кино, то там сначала озадачат, затем идет решение и наконец ожидание результата. Обрати внимание на заголовки статей или названия видеороликов: каждый из них содержит интригующий вопрос – кликай и получи ответ. Если ответ не удовлетворил, ничего страшного, едем дальше. Тот же эффект стоит и за ожиданием лайков под фотографиями, новых подписчиков, приглашений в «друзья». Паразит ждет, ему дают, он получает удовольствие.

– В целом, быть может, это не плохо? – задумчиво спросил я, расхаживая по гостиной.

– Ну как, – отвечал возмущенно дьявол, устремившись за мной, – ты же впустую растрачиваешь ресурсы: энергию и время. Это твой собственный размен: откладывание какого-то важного дела в своей жизни на потом. А может, у тебя этого «потом» просто не будет. Ты разменял его на мелкие делишки: интрижки в интернете, сериальчики и другие пустые удовольствия. И это нормально, если тебя устраивает, и ты доволен. А не совмещаешь это с нытьем о чем-то великом. Чтобы создать что-то великое, надо долго думать, а не залипать в экранах. Во всем нужна дисциплина и мера, вырабатывай в себе эти качества.

– Хорошо, и как их в себе вырабатывать? – раздраженно спросил я, пытаясь преодолеть дистанцию между мной и собеседником.

– Смолоду, в прямом смысле этого слова, – сказал дьявол и подошел к стоящей на полке фотографии моих детей. – Когда человек появляется на свет, в его голове рождается и целая колония паразитов. Они занимают различные зоны или, можно сказать, участки, каждый из которых за что-то отвечает: за удовольствие, координацию, выносливость и так далее. Когда человек растет, он питается той культурой, в которой живет. Какие-то качества ему передаются генетически, к чему-то он более предрасположен от природы. Этой же информацией извне питается и твой паразит в голове. И чем большим количеством информации (или дополнительно выполняешь какие-то действия, упражнения) ты кормишь паразитов, отвечающих за определенный участок, тем дружнее и сильнее они становятся в этой зоне. И если перестать их кормить, они слабеют и умирают. Так формируются привычки и навыки. Если ты будешь делать постоянно одно и то же, например, заниматься спортом, то паразиты, отвечающие за это направление, станут сильнее, укрепят связь между собой и начнут вызывать у тебя тягу к спорту. И если ты сдержан в удовольствиях, то паразиты, отвечающие за этот участок, хилые и слабые, ждут своего часа, когда ты их начнешь кормить. В итоге каких паразитов ты больше кормишь, тем ты и являешься. Поэтому большинство великих дел, научных открытий и даже философских прозрений принадлежит молодым, а не седовласым старцам. Человек формируется смолоду до двацати пяти лет, а дальше идет прокачка модели. И все зависит от того, какую дорогу ты выбрал: развитие или деградацию, – дьявол, как по сценарию, налил виски и протянул мне стакан, как бы намекая: выбирай. И я снова выбрал стакан.

4

– Утверждаешь, что все понял, а сам тянешься за бухлишком, – укоризненно подметил дьявол, наливая себе.

– Сегодня я уже не могу отказаться, сам понимаешь – запой, а вот завтра обязательно брошу. Мне все стало ясно и понятно, поэтому завтра начинаю новую жизнь, – ответил я и, жадно глотая, опрокинул стакан в себя.

– Говоришь, что тебе вдруг все стало ясно и понятно, ты начинаешь понимать, как жить и какие решения принимать, не торопись! – продолжал говорить дьявол, окидывая меня изучающим взглядом. – Учись испытывать удовольствие от незнания, радость от неопределенности, от перспектив. До тех пор, пока ты способен испытывать любопытство и живой интерес, твоя жизнь и соседство с паразитом тебе будут нравиться. Как только тебе покажется, что ты вдруг все знаешь, она потеряет для тебя ценность, как все прочее, чего ты добивался, добился и к чему сразу потерял интерес. Познания делают тебя живым, а жизнь интересным приключением. Уверенность, что ты все понял, только приумножит скорбь. А жажда – это дефицит, и пока она есть, в тебе есть стремление, и ты будешь видеть перед собой цели. Когда же перед тобой есть цели, твой сосед-паразит сам развлекает себя, изыскивая способы достичь их, и получает за это в награду заслуженное удовольствие. Ему нравится решать интеллектуальные задачи, прибегать к помощи себе подобных ментально. Главное, не подсовывай ему фуфло, бессмысленные ребусы и глупые головоломки, а ставь перед ним серьезную задачу. От того, какой выбор ты сделаешь – размениваться на медяки, или сделать действительно что-нибудь стоящее – будет зависеть и качество твоей жизни, – шептал дьявол и сверлил меня взглядом.

– Я все понял, я все помню, завтра, все грандиозные задачи завтра, – постарался убедить я Люцифера, чувствуя себя неловко от его взгляда.

– Да! И на память я бы на твоем месте не сильно надеялся, – с сарказмом подметил собеседник. – Не забывай, что она у тебя короткая, ты помнишь только то, что происходило недавно, а остальное додумываешь по ходу пьесы.

– А как же паразит, он разве не запоминает?

– Запоминает и глубоко прячет, да так, что и не докопаться. Он запоминает ощущения, которые ты испытывал в тот или иной момент. Например, ты стукнулся, да не один раз о низкий дверной косяк в доме у бабушки, а потом стал нагибаться и избегать удара. Просто на уровне подсознания ты помнишь, что было больно и наклоняешь голову каждый раз, когда заходишь в эту дверь, делаешь это на автомате, а не осознанно. Вот за какую память отвечает паразит, – объяснял дьявол, стуча указательным пальцем себе по виску. – Короче, – задумчиво выдохнул собеседник, – память – это штука как минимум странная, впрочем, как и все, что сейчас происходит. У тебя вроде бы есть воспоминания, которые ты считаешь вполне точными, но на самом деле это просто шляпа, фильм, снятый по мотивам реальных событий. Вспомни, как ты выясняешь отношения с кем-нибудь из своих близких. А в этом случае как никогда важны детали, нюансы, подробности: не так посмотрел, не то сказал, не так понял, не так отреагировал и так далее. Вероятность, что вы придете к общему знаменателю, невелика. В лучшем случае не подеретесь и узнаете что-то новенькое друг от друга, о чем раньше и не догадывались. Вроде бы говорите об одном и том же, вспоминаете одни и те же ситуации, приводите их в пример и аргументируете ими в свою пользу. Я сейчас обоих оппонентов имею в виду. Для тебя эта ситуация – аргумент, а для него – нет. И он не врет…

– Как такое вообще возможно? – перебил я. – Почему мы живем вместе, переживаем что-то вместе, а воспоминания сохраняем об этом разные, иногда пиздец какие противоположные?

– Все зависит от контекста, – продолжил дьявол. – Запомни несколько правил относительно памяти: во-первых, она избирательна, во-вторых, истолковывает события так, как ей удобно, в-третьих, она интегративна, то есть у нее к разным событиям разный подход, и в-четвертых, паразит запоминает физические ощущения. Иными словами, прошлое похоже на гадалку, оно тебе скажет только то, что ты хочешь услышать.

– И что это значит?

– Это значит, что ты запоминаешь то, что отвечает твоим представлениям о случившемся, твои мысли влияют на то, как ты запоминаешь смысл произошедших событий, и они неотделимы от твоих воспоминаний, ну а про паразита я уже объяснял. Таким образом, то какой ты есть, определяет то, что ты запоминаешь, то есть ты сам и есть свой контент. Тебе удобно помнить все так, как у тебя это в сознании складывается и объясняется. Тебе хочется видеть себя таким, каким ты сам себя представляешь. Так что, например, та подборка историй, которыми человек презентует тебе себя в живом общении или в социальных сетях, говорит о нем больше, чем конкретное содержание этих историй. Парадокс в том, что, хотя твои воспоминания и ложны, а зачастую и вовсе противоречат фактам, ты не можешь в них сомневаться, ведь каждый раз ты создаешь их заново. Если тебе вдруг стало удобно что-то помнить иначе, в более выгодном свете, ты этого просто не заметишь, одна версия прошлого поменяется на другую, и все, – закончил говорить дьявол и поменял наши стаканы местами, наглядно демонстрируя процесс подмены одних воспоминаний другими.

– Мне всегда казалось, у меня такая насыщенная жизнь, что обо мне целый роман можно написать. Получается, что я могу и ошибаться, так как память меня может подъебать, и я могу неправильно что-то помнить и воспринимать, – задумался я, озвучивая при этом свои мысли вслух.

– Во-первых, да, – подтвердил дьявол. – Во-вторых, это относится ко всему человечеству, вы все по сути одинаковы, как китайские игрушки с конвейера, банальны, дешевы и не оригинальны. Все идентичные. Да, с какими-то особенностями, но в пределах нормы. И если кто-то думает, что он уникальный… – дьявол улыбнулся и окинул меня хитрым взглядом, – какой-то неземной и вообще космический, то он, скорее всего, псих.

– Но это ты же сейчас не про меня, я же так не думаю, – попытался возразить я, понимая, на что намекает мой собеседник.

– Ну нет, конечно, нет! – и дьявол снова растекся в улыбке, продолжая меня лечить. – Оригинальность может быть хороша только для антуража, а если по существу, то лучше без затей, сухие факты, как есть. Только с таким подходом ты сможешь в себе разобраться. Потому что твои воспоминания и мысли в некотором смысле ложные. Они не отражают реальной действительности, а говорят о местах, где ты заплутал. Но есть факты – это то, что ты действительно можешь зафиксировать. Например, когда ты признаешься кому-то в любви, факт в том, что ты признаешься кому-то в любви. Но не факт, что любишь. Если ты думаешь, что ты кого-то любишь, факт в том, что ты думаешь, что ты любишь, но не факт, что это любовь. Ты ведь не знаешь, что такое любовь. Слишком это многозначное и неопределенное понятие, а потому факт в данном случае просто нельзя установить. Скажи, какие ты знаешь факты проявления любви? – спросил меня дьявол, чтобы я своим же ответом помог ему доказать, что он прав.

– Допустим, чувство, что человек тебе нужен, – ответил я.

– Это может означать, что ты эмоционально или как-то еще от него зависишь, тут нет факта любви, – ответил шахом собеседник.

– Хорошо. Если, например, тебе без него плохо, – прикрылся я.

– Это на самом деле свидетельствует о том, что у тебя есть такая привычка – быть с этим человеком. Любовь ли это? Не факт, – снова опроверг дьявол.

– Может быть, забота о любимом человеке, кому-то это важно и на любовь вроде похоже, – попытался отбиться я.

– Тут важно понимать: чувствует ли тот человек, о котором пекутся, эту заботу? Если да, то это неплохо, пока вроде как все сходится. А если нет, может быть, тому, кто заботится, только кажется, что он это делает? Может быть, он проявляет заботу только потому, что считает, что так нужно. То есть это по любви или по необходимости? Или баш на баш? Может ли быть, что он заботится, потому что хочет выглядеть в глазах окружающих хорошим человеком, достойным гражданином или порядочным пацаном? На любовь не очень похоже. А может быть, просто боится, что останется в одиночестве? И все, что он делает, это спасает себя от сиротства, и этот человек вовсе не любимый, а просто средство борьбы с одиночеством, как снотворное от бессонницы, – поставил мат дьявол.

– Да я уже и не знаю, – сдался я.

– Все это очень важные рассуждения, – продолжил он, – они позволяют очнуться от иллюзий, нелепых ожиданий или что-то предпринять, чего ты до сих пор не делал, а имело бы смысл сделать. В любом случае любовь не является фактом. Это просто слово. Красивое, желанное, но только слово. Да, есть поведение, которое можно фиксировать как факт.

– А если любимые люди постоянно ругаются, похоже это на любовь? – спросил я и посмотрел на нашу с женой фотографию, стоявшую на столе.

– То, что они ругаются, – это факт. Значит ли это, что они любят друг друга, – нет. На пользу ли ругань? Вряд ли, – закончил дьявол, взял нашу фотографию и протянул мне.

Я взял фото и молча смотрел на него, затем спросил.

– Может, лучше разберем мое отношение к работе? Если мне не нравится то, чем я занимаюсь, это является фактом?

– Да, – подтвердил дьявол и продолжил. – А вот, твое это или не твое – нет такого факта, пока ты не освоишь работу на сто процентов, не узнаешь. Мы уже обсуждали это. Подобные вопросы: твое это дело или нет, свою ты жизнь проживаешь или не свою – все это чистые абстракции. Они сбивают с толку, они ничем помочь тебе не могут. Они сами по себе токсичны.

– Рассуждая как ты, можно начать сомневаться буквально во всем, – подметил я и поставил фотографию на место.

– Поэтому и нужны чистые факты, которые фиксируют закономерности. Множество закономерностей. Не изучать их – недальновидно, а игнорировать – непростительная глупость. Хотя решать тебе, – закончил говорить дьявол и снова разлил по стаканам виски.

5

Я выпил, посмотрел на пустой стакан, мне показалось мало. Дьявол налил еще, я снова выпил и спросил:

– Зачем?.. – тишина, не услышав обратной связи, я продолжил размышлять вслух:

– Из нашей с тобой дискуссии я сделал определенные выводы о том, что выбор жизненного пути иллюзорен, и человек не хозяин своей судьбы как минимум по нескольким причинам. Во-первых, как я понял, человек при всем желании не может делать выбор осознанно, так как он находится в слишком сложных отношениях с паразитом у себя в голове, который туда заехал, не спросив хозяина, и смешал природе все карты, разбавив ее культурой. А у нее, может быть, были на нас совсем другие планы. Своим появлением вы, скорее всего, их изменили. Это как родители тоже обычно имеют большие планы на ребенка, а он выбирает свой путь и не оправдывает их надежды. И все, что теперь остается человеку, это постараться обуздать паразита, как дикую лошадь, и заставить работать на себя, но извозчик здесь пока паразит. Во-вторых, люди ограничены в свободе действий. Например, я родился в конкретный исторический период времени со всеми его плюсами и минусами и получил то воспитание, знания и опыт, которые получил. В-третьих, человек находится в тех ситуациях, в которых находится, и может использовать только те возможности, которые у него есть. И нельзя предсказать, где он конкретно окажется, пройдя этот уровень жизненного квеста, и какие возможности ему откроются на следующем, – задумчиво закончил я, ожидая ответа собеседника.

– На вас, судя по всему, пока не появились мы, паразиты, ни у кого никаких планов не было, – прокомментировал дьявол, показывая указательными пальцами то на меня, то на себя. – Если бы такой план был у природы, сверхъестественных сил или у сильных мира сего, то мы бы в него уж точно не входили. Мы – закономерная случайность в вашей жизни, странники в поисках нового дома. Если бы нашу планету не захватили, мы бы не оказались на вашей, перед нами стояла простая задача – выжить. Наше желание заключалось в том, чтобы использовать человека как аватара и жить дальше, но эволюция – непредсказуемая штука, а это значит, что и у нас теперь на вас нет плана, но пока еще стоит все та же задача – выжить. А если плана ни у кого нет, то и всякий выбор будущего или судьбы является лишь иллюзией…

– То есть если я верю в судьбу, то я заблуждаюсь? – перебил я собеседника и схватил его за руку через стол.

– Ты сам здесь и сейчас выбираешь свою судьбу, – ответил дьявол и выдернул руку из моего захвата, – и от сегодняшнего выбора будет зависеть твой следующий выбор и так далее, – подмигнул дьявол и продолжил. – Но не забывай, когда ты будешь принимать решение, то столкнешься со следующей проблемой: паразит – лентяй. И он категорически против траты сил, если потребность не слишком сильна, и в каком-то смысле он прав. Но он сам создал мир культуры и общественных отношений, где ты побеждаешь только в том случае, если действуешь с запасом и на опережение. Человек не был создан природой для жизни в культурной среде. Паразит пытался развить в нем новые функции для выживания, а развил культуру. А культура дрессирует человека. Надо оно человеку или не надо – вопрос риторический. Родившись, человек обречен на жизнь. Став человеком разумным, с поселенцем в голове, он обречен на жизнь в культуре, а она сложна и противоречива, – закончил дьявол, разводя руками.

– Жизнь – это страдание, – выдохнул я, демонстрируя усталость.

– Да, и вы пиздец как любите себя пожалеть, – возмутился дьявол. – Сука, ты только вдумайся, ты жалеешь себя за то, что ты родился. Такой бедный и несчастный. Родился и теперь придется жить.

– А что, рождение нужно считать счастьем? – укоризненно спросил я, перебив собеседника, – и кстати, ты мне так и не ответил на вопрос «Зачем?»

– Нет. Но если ты уже родился, – отвечал дьявол, – возможно, единственное, что имеет смысл сделать, так это перестать быть кретином и научиться жить осознанно, принимая и понимая других людей. Выключить режим блаженного и развивать в себе эффективное мышление, не создавая самому себе дополнительных сложностей и проблем. И кстати, это ответ на твой вопрос «Зачем?», – ответил дьявол и хлопнул ладонью по столу, затем оперся руками и грудью о край стола, вытянулся вперед, уставившись прямо на меня, и произнес:

– После всего услышанного прошу тебя, постарайся жить разумно. Зачем делать глупости, чтобы потом героически преодолевать их последствия. Перестань оправдывать себя по поводу и без, все эти причитания в пользу бедных. Оглянись, твои мечты гибнут под ежедневным напором бессмысленной прокрастинации. Это плохая привычка бро, закругляйся с этим. Вроде не глупый, и не лентяй, но продолжаешь заниматься хуйней. Я понимаю бро, культура как иллюзионист, запутала тебя, смешав все карты, заполонив твое сознание ложными представлениями, мифами, пустыми словами и фантастическими обещаниями счастья. Но если ты все же понял, что сама ваша культура условна, надуманна и существует виртуально, то, просто зная это, разрешай противоречия и постарайся справиться со своей жизнью. Если что-то идет не так, отступи назад, перепроверь данные, скорее всего, ты где-то ошибся. Не бойся результата ревизии, все ошибаются, но не все это признают. Не принимай близко к сердцу те неудачи, когда что-то идет не так, как ты задумал, ведь никто и не обещал, что будет именно так, как ты себе вообразил, чаще всего задуманное – это твоя гипотеза, а неудача – это ее доказательство или опровержение, но уж точно не «бабка сглазила», – закончил свою речь дьявол, встал из-за стола, встряхнулся, затем поклонился, как артист, кланяющийся со сцены своим зрителям. И быстрым шагом устремился к входной двери, растворяясь в дверном проеме.

Не совсем понимая, что произошло, я крикнул:

– Сатана, ты куда?! – и по инерции побежал за ним, открыл дверь на лестничную площадку, затем прошел к лифту, там никого не оказалось. Вдруг я почувствовал сильную боль в груди, как будто пропустил удар с колена в область солнечного сплетения, у меня перехватило дыхание, я упал на пол, ударился головой о кафель, в глазах резко потемнело, все куда-то уплывало, в ушах стоял звон. Подъезд озарило ярким светом как на ринге во время боя, отчего я закрыл глаза, крепко стиснул зубы, скривив рот от боли и попытался встать. Сквозь шум и звон в ушах где-то вдалеке я слышал голос дьявола, но не мог разобрать, что он говорит, кажется он отчитывал мне нокдаун. Что это означало? Хватаясь за воздух руками как за канаты ринга, я пытался позвать собеседника на помощь, но вместо него я увидел лишь силуэт Александра Сидорина, рефери HARDCORE FC показывающего мне десять пальцев и отключился.

Очнулся я уже в палате на больничной койке, было светло, из руки торчала игла с трубкой от капельницы. Оглядевшись вокруг, я почувствовал слабость и снова отключился. В другой раз я пришел в себя уже ночью, палату через окно освещал уличный фонарь. Вдруг дверь отворилась, и на пороге появилась медсестра, увидев меня в сознании, поздоровалась и справилась о моем самочувствии. На что я невнятно помотал головой, и она убежала. Через несколько минут пришел дежурный врач и осмотрел меня. Он спросил, слышу ли я его, в ответ на что я кивал головой и зачем-то строил рожи.

– Да ты везунчик, парень, – сказал доктор, – еле тебя откачали. Поступил к нам две недели назад с сильнейшим алкогольным отравлением. Говорят, тебя нашли соседи в подъезде и вызвали скорую. Вот уж почти две недели наблюдаем тебя, слава богу, очнулся.

– Пакет при мне был? – перебил я доктора.

– Что?

– При мне был пакет?

– Этого я не знаю, сейчас еще раз поставим капельницу, поспишь, а завтра начнем возвращать тебя к нормальной жизни, – подмигнул доктор и покинул палату, отправившись прямиком в ординаторскую прокрастинировать дальше, залипая в айфоне, а я задумался над тем, в какой момент меня обнаружили соседи.

Пришла медсестра и поставила капельницу, я уснул. Проснулся от яркого света, попадавшего в палату все так же через окно. Наступил рассвет. Как все-таки приятно ощущать себя живым. Я лежал на кровати, чувствуя слабость во всем теле, и мог шевелить только глазами, а это означало, что у меня есть время подумать. Наверняка сейчас прибегут близкие, усядутся вокруг меня и начнут причитать, распуская сопли, а я буду отводить глаза в сторону и сгорать от стыда.

Но пока их нет, надо разобраться, что это было. Пьянка с дьяволом происходила как наяву. Я помню все детально, каждое слово. Что же это было? Качественная галлюцинация как следствие недельного запоя или действительно разговор с самим дьяволом? Но почему я не принимаю во внимание роль паразита? Просто эта гипотеза не укладывается у меня в голове, такого не может быть, но как все складно получается. И если в моей голове сидит возничий, то как его обхитрить, как с его помощью из вечно ноющего мальчика превратиться в невероятно крутого мужика, избавиться от лени и определить цели и смысл дальнейшей жизни. Звучит как симптом страшной болезни – «надежда на легкий успех». «А ведь я ею болен. «План таков, – с сарказмом подумал я, – обхитрить свою лень (то есть себя и паразита), найти свое предназначение (которого нет) и стать феноменом, мать твою, – звучит роскошно, но как это все исполнить?»

Вместо того чтобы разобраться, как обстоят дела на самом деле, я снова катаю в голове эти глупости, теша свое самолюбие приятными заблуждениями, которые меня вполне устраивают и оберегают от стресса.

Хватит рассуждать, пора приобретать знания. Все эти мантры инфоцыган не работают. Легких путей не существует, иначе все были бы успешными и счастливыми, какими показывают себя в Instagram. Только сложный путь даст результат, на нем меньше всего конкуренции, потому что далеко не все готовы по нему пройти. Сегодня качество эксклюзивно, и в этом отношении мир справедлив: он дает лучшее тем, кто готов заплатить за это должную цену сполна, и лишь тем, кто платит сам за себя.

Если в моей голове действительно живет паразит, то мне он абсолютно не нравится. Получается, что это он чуть не убил меня алкоголем и привел сюда на больничную койку. Или мне просто удобно так думать, перекладывая всю ответственность за случившееся на какого-то там выдуманного паразита в голове. Что я опять как бы ни при чем, я-то хороший, это все он… Но теперь мне кажется, что это не так. Неважно, паразит в моей голове, или у меня проблемы с мозгом, задачи, которые передо мной стоят, требуют не просто хороших мозгов, а, быть может, действительно, мозгов инопланетянина, но стоит начать с малого. Для начала сброшу с себя все ценники, ярлыки и регалии, которые сам себе же и присвоил, а затем приму себя такого – наглого, лживого, вороватого примата, каким и являюсь. После чего постараюсь быть осознанным, начну искать те самые ключи противоречий, тренировать мышление и объединяться с людьми схожих интересов. Все меняется, все течет, и я должен быть готов к любой ситуации без иллюзий и отговорок, быть честным с самим собой и для этого мне необходимо для начала разглядеть в себе идиота, это неприятный, но необходимый шаг, для того чтобы действительно перестать им быть. Я всегда стремился к успеху и праздной жизни достигая своих целей. Так и было, пока я не зажрался, пока не сбылись все мои искренние и настоящие мечты и желания. Видимо, их было не так много, и они были доступными для моего мозга, раз на их осуществление мне понадобилось всего лишь тридцать лет. Дальше мои желания перестали быть подлинными. Чувствовал ли я их в действительности, ощущал? Хотеть чего-то неискренне – это иллюзия, заблуждение. Скорее всего, я не испытывал истинных желаний и продолжал глупо обманывать себя придумывая чужие мечты. У меня их просто не было, а без них ничего не получалось. Нельзя хотеть вымысел, по-настоящему можно стремиться только лишь к чему-то конкретному, хорошо продуманному. Всякое действительное желание рождается из понимания и осознания. Оно наполняет жизнь смыслом и ценностью. Это то, что должно возникнуть внутри меня. Я понимаю свою ограниченность и готов добиваться большего. Именно для этого мне нужно разобраться в своем мышлении и сделать его эффективным, не забывая при этом про отношения с другими людьми. Только благодаря ему я смогу понять, чего я хочу на самом деле. Лишь оно подскажет мне, как получить желаемое. Оно будет в тренде всегда, на него не наложат санкции, оно не объявит тебе войну. С помощью него я могу защитить себя, своих близких и то, что для меня на самом деле дорого.

Для начала откажусь от алкоголя полностью. Лучшее время бросить пить было двадцать лет назад, следующее время – сегодня.