Kitabı oxu: «Цветы пиона на снегу. Том 3», səhifə 3
– Молодой господин Шэ, заходите к нам! Как раз привезли ваш любимый чай!
– Молодой господин Шэ, вы только взгляните на эти кольца! Наверняка они приглянутся вашей матушке!
Шэ Яо отвечал всем с вежливой улыбкой. Мысленно Вэнь Шаньяо поразился его терпению: он словно вновь встретился с баловнем судьбы! Вот только Ян Сяо постоянно улыбался как идиот и бежал всем на выручку, а в Шэ Яо чувствовалось благородство.
Лофэнь был тихим городком – совсем крохотным по сравнению с Цзу. В нем никто никуда не спешил и все шло своим чередом, слишком спокойно, чтобы удержать молодых людей. Если бы не школа Зеленой Змеи, здесь остались бы одни старики, все же она была далеко не в списке лидеров и явно не торопилась занять первое место. Да и зачем? Школы здесь окружены горами. Еды и демонов на всех хватит, а из-за Паразитов некогда клыки друг на друга точить.
– Признаться честно, вы второй человек из клана, которого я встречаю, – произнес Шэ Яо. – Если мне не изменяет память, первым был старший мастер Лу, что еще давно посетил нашу школу.
– Разве вы не участвуете в охотах?
– Я… Нет, к сожалению. Ифу14 не отпускает меня.
– Ифу? – удивленно переспросил Вэнь Шаньяо.
– Я не родной сын главы Шэ, хотя мы связаны родством, – с легкой печалью улыбнулся Шэ Яо. – Меня приняли в семью в возрасте семнадцати лет, а что было до этого – я уже и не вспомню. Стыдно признавать, но вся моя жизнь до появления в школе – белый лист без пятна чернил.
– Мне жаль…
– Ничего. Вы не знали, так что не стоит за такое извиняться.
– Вы отсюда?
– Из Лофэня? Нет. Когда-то я жил ближе к Бездне, возможно, на самых ее границах.
Вэнь Шаньяо нахмурился. Туда ссылали провинившихся чиновников и слуг, а порой шли и бедняки, не зная, куда еще деваться. На границе с Бездной вырос городок, однако из-за песчаных бурь и демонов, что стекались к Колыбели, жить там было небезопасно.
– Вам повезло, что господин Шэ забрал вас оттуда.
– Да, не вы первый, кто так говорит, – улыбнулся Шэ Яо. – Я благодарен ифу и госпоже Ло – они растили меня как собственного сына, и мне стоит быть почтительней к ним.
– Так молодой господин Шэ станет следующим главой школы?
– Нет, не думаю. В школе есть более опытные и талантливые заклинатели, я же… Мне стыдно ставить себя на одно место с ними. Скорее всего, я уйду в пилигримы. Неловко признавать, но я не покидал нашу провинцию – ифу далеко не отпускает…
– Молодой господин Шэ, вот вы где! – оборвал Шэ Яо юноша в одеждах школы. Неловко поклонившись, он с беспокойством произнес: – Госпожа Ло ищет вас! Вы снова забыли о лечении! Если продолжите так относиться к своему здоровью, то никогда пилигримом не станете!
– Прошу простить, но вынужден вас покинуть, – со вздохом обратился Шэ Яо к Вэнь Шаньяо. – Надеюсь, вы насладитесь городом и без моего сопровождения.
– Не стоит переживать, и благодарю вас за оказанную заботу.
Проводив заклинателей взглядом, Вэнь Шаньяо облегченно вздохнул. Притворяться учтивым собеседником для кого-то вроде него было тем еще испытанием. С Лу Чуньду можно было снять маску и говорить открыто, впрочем, как и с псом Лэном. Этой собаке точно никто не поверит, что такой адепт, как Ян Сяо, способен на убийство и проклятия.
Зайдя в голубятню на окраине города, Вэнь Шаньяо написал короткое письмо, отправив птицу в Иньин и надеясь, что она успеет долететь до конца завтрашнего дня. Нельзя упустить шанс встретиться с сестрой.
На пути в школу дорогу перегородил выскочивший из-за угла мальчишка. Растрепанный, с заплатками на жилетке и штанах, он напоминал воробья, только что сбежавшего от стаи ворон.
Мальчишка смело взглянул на Вэнь Шаньяо и с важным видом указал на здание позади себя.
– Господин заклинатель, с вами хотят встретиться на втором этаже.
Нахмурившись, Вэнь Шаньяо покосился на дом. На втором этаже было пусто.
– Кто?
– Велели не говорить. Если вам интересно, то зайдите и сами узнайте, если нет… уже не моя беда. Деньги я все равно получил. – Довольно хихикнув, мальчишка похлопал по мешочку на поясе и убежал.
Помедлив, Вэнь Шаньяо все же вошел в чайную. На первом этаже было лишь трое человек, они бросали любопытные взгляды в его сторону.
– Хозяин, есть кто на втором этаже?
– Там ждут гостя в одеждах Байсу Лу, – покосившись на него, ответил мужчина средних лет. – Судя по всему, вас.
Все еще хмурясь, Вэнь Шаньяо поднялся. Второй этаж был небольшим, с балконом и тяжелыми вазами, в которых росли сосны. За дальним столом кто-то оставил две пиалы и чайник, а также аккуратно сложенное печенье. Убедившись, что рядом никого нет, Вэнь Шаньяо сел, налив себе чай и несколько секунд вдыхая аромат. Так ничего и не обнаружив, он сделал небольшой глоток. Обычный чай, разве что отдавал легкой сладостью на языке.
Кожу кольнуло лезвие, и над ухом раздался шепот, от которого пробежали мурашки.
– Так ты и есть та крыса, из-за которой моя душа находится в смятении?
Голос был не громче шуршания травы, но в комнате прозвучал подобно грому. Он таил угрозу, напоминая змею, готовую вот-вот броситься в атаку и вонзить свои острые клыки в горло. Голос, способный одним своим звучанием принести ужасные муки и убить на месте. Как же Вэнь Шаньяо его любил.
– У тебя много вопросов, и у меня их не меньше. От живого человека ты узнаешь больше ответов, чем от трупа.
Тихий вздох согрел ухо, и лезвие пропало с шеи. Напротив, не удосужившись представиться, села девушка в свободной черной одежде и шелковом поясе на тонкой талии. На ее шее ярко сверкали серебряные ожерелья в виде бабочек и кусающих их змей. На лице цвета белого нефрита были нарисованные черной тушью заостренные брови, подведенные сурьмой выразительные глаза и красные пышные губы. У Вэнь Шаньяо невольно затрепетало сердце при виде истинного облика своей сестры. Он уже и позабыл, насколько Вэнь Сяньмин была обворожительна, унаследовав красоту родителей и их ум. Завидовал ли ей Вэнь Шаньяо? Возможно, когда потерял свое тело. Тогда он злился на всех, кто попадался на глаза.
– Даю время до тех пор, пока не потухнет палочка, – сухо произнесла девушка, кивнув на подоконник со стоящими на нем благовониями. – Если не успеешь меня заинтересовать, я убью тебя и уйду.
– Я не буду задерживать, – с улыбкой произнес Вэнь Шаньяо.
Прищурившись, Вэнь Сяньмин внимательно оглядела его, поигрывая длинной иглой.
– Я впервые тебя вижу, однако ты знаешь больше, чем нужно. Откуда информация? Советую говорить правду.
Вэнь Шаньяо сделал неторопливый глоток и спросил:
– А если я совру?
– Уже не сможешь.
– Что-то подмешала в чай?
– Да.
Он не сдержал тихого смеха. Это и вправду его сестра.
– Хорошо, но помни: все, что я скажу, – правда. И она тебе не понравится.
– С каждым словом все меньше времени, – напомнила та.
Облизав губы, Вэнь Шаньяо произнес:
– Мой фамильный знак – Вэнь, а имя – Шаньяо. И мне больше двух тысяч лет. Как? – опередил он ее вопрос. – Я заперт в перерождении самого себя.
В каждой жизни он проходил через это – рассказывал сестре все, что пережил, и та верила ему. По крайней мере, делала вид, что верила. Но сейчас… сейчас все иначе.
Не вдаваясь в подробности, Вэнь Шаньяо рассказал о своей первой жизни, о проклятии Вэньи, о последующих перерождениях и о том, чем обернулось последнее. Вэнь Сяньмин слушала, ни разу не перебив и не показывая своих эмоций. Когда Вэнь Шаньяо закончил свой рассказ, она еще долго молчала. Так долго, что палочка благовоний успела погаснуть.
– Хорошо. Ты меня заинтересовал. Не часто встретишь людей, умеющих обходить отвар правды.
– Значит, не поверила, – не удивился тот.
– Ничуть. Говоришь складно – явно готовился.
– Хорошо, тогда поступим иначе. В детстве ты боялась гроз – один вид молний заставлял тебя прятаться, и только игрушка в виде медведя, которую когда-то давно подарил дядя Хоянь, могла тебя успокоить.
– Многие дети боятся гроз и ищут утешения у игрушек.
– Ты никогда не носишь с собой мечи, считая их слишком громоздкими. В десять лет ты случайно наступила на иглу, и на твоей стопе остался шрам в виде точки. Ты страдаешь бессонницей с тех пор, как погибли родители, и только при помощи дурмана можешь уснуть.
– Вижу, тебя о многом проинформировали. Вот только я так и не услышала то, что позволит поверить твоим словам, – закатила глаза та.
– Ты боишься высоты, как я и наш дядя, и отчаянно это скрываешь.
Вэнь Сяньмин лишь фыркнула, медленно поднявшись с места.
– Пустая трата времени. Не стоило позволять тебе говорить. Я задействовала столько людей, чтобы они следили за тобой, – уму непостижимо! Мой брат мертв. Его тело покоится в могиле, и ни ты, ни кто-либо не является им! – с нарастающей досадой произнесла девушка, до того сильно пнув столик, что тот с грохотом опрокинулся. Чайник разбился, и вода разлилась по полу вместе с чайными листьями.
Тихие голоса внизу замолкли.
– У вас все в порядке? – встревоженно спросил хозяин чайной, не решаясь подняться.
– Да, – не сводя с брата взгляда, уже спокойнее произнесла Вэнь Сяньмин. – Всего лишь небольшое недоразумение.
Хозяин вернулся обратно, и вскоре внизу вновь раздались голоса.
Вэнь Шаньяо закрыл глаза. Это оказалось сложнее, чем он думал.
– Секта Вэньи – это клан Шанбинь, который пал из-за происков Вэньи, – тихо произнес он, взглянув на сестру. Та нависла над ним с длинной тонкой иглой в руках, вот-вот собираясь распороть ему шею.
– Что ты сказал? – одними губами произнесла она, не сводя с него пугающего взгляда.
– Члены секты этого не знают, как и многие потомки семьи Вэнь. В секретной библиотеке есть свиток, на который ты должна была наткнуться. Свиток разрушен и мало что полезного может дать, но в нем есть скрытое послание. Всего было шесть кланов, но последний пал, став сектой Вэньи. Разве такое может знать кто-то еще, кроме тебя?
Присев напротив, Вэнь Сяньмин подставила острую иглу к его шее, угрожающе тихо произнеся:
– Да кто ты такой? Знаешь то, что не позволено, смеешь называть себя именем моего брата, еще и про Шанбинь тебе известно…
– Когда я умер… каким было мое тело? Оно ведь не было похоже на человека, не так ли? Нечто, что имеет сходство только с демоном, с черной кожей и без волос… Ты была в ужасе. Не только ты. Вся семья Вэнь.
Сестра застыла, слегка расширив глаза.
– Я выглядел так же, как он?
Вэнь Шаньяо кивнул ей за спину. Неохотно повернувшись, Сяньмин замерла, смотря на клубящуюся тень в конце комнаты. Та постепенно принимала вид ребенка с белыми глазницами и нечеловеческим телом.
– Как…
– Сяньмин, – мягко произнес Вэнь Шаньяо, взяв ее руку в свою и чувствуя, как дрожат чужие пальцы. – Я вернулся. Ты не можешь в это поверить, и я понимаю тебя. Это тело… оно не принадлежит мне. Я думал, ты смогла вырвать меня из той оболочки и переместить в эту.
С губ девушки сорвался не то смешок, не то тяжелый вздох со всхлипом.
– Я пыталась. Столько раз пыталась, но уже давно смирилась, что мой брат остался в Царстве призраков.
Она высвободила руку и, отступив на шаг, совсем по-другому взглянула на Вэнь Шаньяо. Все еще с неверием, но с крохотной надеждой, которая пробивалась наружу. Как же Вэнь Шаньяо хотел обнять ее, но, боясь спугнуть, удерживал себя на месте и сжимал пальцы.
– Тетушка Фагуань вернула тебя в это тело?
– Я… не уверен. Сдается мне, это сделал его хозяин.
– Зачем?
– Он был идиотом. И где сейчас его душа – я не знаю.
– Тогда тело Яо-Яо… Что с ним? Почему оно умирало? Почему ни мать, ни я не могли ничего сделать?! Мы ведь пытались его… тебя спасти и за это поплатились собственными жизнями.
– Засада на северном хребте псами из Ганшаня?
– Да, – помрачнела Вэнь Сяньмин.
– В моей первой жизни они умерли, когда хотели раздобыть воду из источника, а после умирали, пытаясь помочь моему телу…
– Они умирали каждый раз?
– Да. Я… не мог их спасти. Каждый раз, когда открывал глаза, проходило несколько лет с момента их смерти. Есть вещи, которые ни одно перерождение не может исправить.
– Например?
– Падение секты.
Сестра нахмурилась, наконец сев напротив и спрятав длинную иглу.
– Что с твоим телом? Не с этим – с настоящим. Почему оно… стало таким?
– Я был проклят гулями в первой жизни, и это проклятие преследовало меня и дальше, – неохотно признался Вэнь Шаньяо. – Оказывается, избавиться от него можно, только переселив душу в другое тело. И то отголоски преследуют меня в виде собственной тени…
Он горько усмехнулся.
– Могу кое-что спросить?
– И что же?
– Паразиты – твоих рук дело?
Сестра даже фыркнула.
– Эти твари? По-твоему, я настолько отчаялась, чтобы посылать вместо людей марионеток? Вдобавок мои люди и так прочесывают города и школы в попытках отыскать того, кто создал этих существ.
Вэнь Шаньяо едва заметно выдохнул. Значит, секта непричастна к созданию Паразитов.
– Сестра.
Вэнь Сяньмин невольно напряглась, давно отвыкнув от такого обращения.
– Секта падет и в этой жизни. Ты права – среди нас есть предатель, и не один. Как бы мы ни старались спрятаться, нас находили и убивали, не щадя никого. Но я не хочу, чтобы в этой жизни секту постигла та же участь.
– Я знаю про предателей, – весьма резко произнесла она, склонив голову, – и нескольких уже устранила.
– О, – приятно удивился тот. – Я готов помочь тебе по возвращении…
– По возвращении?
Вэнь Шаньяо растерянно моргнул, услышав странный тон сестры.
– Я хочу вернуться в секту. Сейчас я принадлежу клану Байсу Лу, но мое место с вами. Если ты позволишь…
– Нет, не позволю, – резко произнесла Вэнь Сяньмин. – Я поверю тебе на первое время, но это не значит, что я признала в тебе Яо-Яо.
– Как скажешь, – не стал настаивать Вэнь Шаньяо. – Позволь спросить: Вэньи все так же молчит и не отвечает тебе?
Сестра странно усмехнулась.
– О, он отвечает, и из-за этого секта на грани раскола. Как оказалось, есть люди, которые стали слышать его голос, и среди них наш дядя.
– И что говорит Вэньи? – насторожился Вэнь Шаньяо.
– Что мы слишком сильно погрязли в убийствах, забыв о его существовании. И теперь единственный шанс искупить вину – отдать ему свою жизнь и надеяться, что это поможет на суде у тетушки Фагуань. Ублюдок, – практически выплюнула последнее слово Вэнь Сяньмин. – Дядя уже не понимает, где ложь, а где правда. Он загубил своими руками пять младенцев и отравил тринадцать мужчин, даже меня попытался устранить! Вэньи крепко засел в его голове и не собирается отпускать.
Вэнь Шаньяо пораженно уставился на сестру. Их дядя Вэнь Хоянь был порой жестким, отчасти немногословным человеком, который закрылся в себе после смерти родной сестры и ее мужа. Однако он в жизни не тронул бы младенцев, особенно из собственной секты.
– Где он сейчас?
– В одиночной камере. Я пытаюсь понять, что с ним сделал Вэньи, но это не так просто. Кто еще знает, во сколько голов он успел пробраться и кому теперь можно доверять? Так что даже если я поверю, что ты Яо-Яо, вернуться в секту в ближайшие годы ты не сможешь. Байсу Лу пока что самое безопасное для тебя место, так что лучше там и оставайся.
– Я понял…
– Лучше скажи: что тебя связывает с младшим мастером Лу? Ты и вправду его ученик?
– Это… вышло случайно.
– Он знает, что ты из секты? – сощурила глаза сестра, и Вэнь Шаньяо почувствовал озноб от ее взгляда.
– Да…
– Как он тебя еще не убил?
– Не знаю, но этот человек помогает мне. Я бы предпочел, чтобы ты его не трогала.
Вэнь Шаньяо с трудом поверил в собственные слова. Он просит сестру не убивать Демона в Белых Одеждах? Шифу, которого боится больше, чем высоты?
– Даже если я захочу, мне никогда и на шаг не приблизиться к Лу Чуньду, – фыркнула Вэнь Сяньмин. – Однако если этот человек тебя еще не убил, то мне не стоит переживать о твоей безопасности.
– Мы сможем еще встретиться?
– Не знаю, – прямо ответила сестра, поднявшись со стула. – За мной могут следить, так что лучше не шли мне письма. Если нужно – я найду тебя сама, в каком бы месте ты ни был.
Послушно кивнув, Вэнь Шаньяо с тоской взглянул на то, как Вэнь Сяньмин разрезает кончиком острой иглы пространство и пропадает в образовавшемся проеме. Чай тут же показался безвкусным, а печенье слишком сухим. С трудом его доев, Вэнь Шаньяо направился к школе, по пути раз за разом прокручивая в голове слова сестры.
Вэньи проник в головы некоторых людей, пытаясь уничтожить секту. Неужели он изначально этого и добивался? Люди секты ему надоели, став ненужными, и он решил просто избавиться от них и забыть? Может, и в прошлых жизнях, действуя чужими руками, он раз за разом уничтожал собственную секту?! Вэнь Шаньяо теперь обязан отыскать этого старого демона и отправить его жалкую душу обратно к Хаосу.
Вернувшись в школу Зеленой Змеи, Вэнь Шаньяо не застал ни главу Шэ, ни Лу Чуньду. Оставалось только ждать, от скуки тренируясь на теневом гуцине, то и дело посматривая на постепенно темнеющее небо.
Шифу пришел ближе к часу Сюй15 в запачканной одежде и грязных от сырой земли сапогах.
– Вы нашли Шаня? – поспешил встретить его Вэнь Шаньяо.
– Нет. Глава Шэн прав – гора опасна.
– Думаете, он знает?
– Непохоже, – покачал головой Лу Чуньду, сняв сапоги и верхний халат. Некогда белая ткань стала грязно-серой и пропахла землей. – Гора окутана темной ци, и ее источником может быть сам Шань. Я увидел пару туннелей, но почва слишком неустойчива, вдобавок в этих местах часто бывают землетрясения, возможно, из-за мана. Слишком опасно спускаться вглубь.
– Я бы мог послать тень.
– Мог бы, но твоя тень не умеет говорить, – заметил Демон. – От нее не будет никакого толка, так что забудь. Придумаем что-то другое.
Сев на кушетку, Лу Чуньду закрыл глаза и нахмурился. Между его бровями образовалась едва заметная складка, делая облик шифу едва ли не пугающим. Чтобы хоть как-то разрушить неприятную тишину, Вэнь Шаньяо произнес:
– Я встретился с Вэнь Сяньмин.
– Гадюкой? – припомнил Лу Чуньду, настороженно взглянув на ученика. – Кем ты ей приходишься, раз она согласилась с тобой встретиться?
– Не последним человеком в секте, – туманно ответил тот. – Она не стоит за созданием Паразитов и сама хочет выяснить, кто к этому причастен.
– Хоть одна приятная новость… Собираешься вернуться в секту? Хочешь, чтобы я отпустил тебя? – произнес младший мастер Лу, подперев висок длинными пальцами.
– А это возможно?
– Ты выполнил условие нашей сделки, – со вздохом признался Лу Чуньду, – а я обещал помочь тебе уйти. Разве сейчас не самый подходящий момент? Скажу, что ты пропал в пещерах в поисках Шаня и тело не выдержало концентрации темной ци.
Удивленно моргнув, Вэнь Шаньяо невольно коснулся оранжевых рогов на коже, что, подобно ошейнику, оплетали шею.
– Я не думал, что шифу сдержит обещание, – растерянно признался он. – Вы правда готовы меня отпустить?
– Да.
– Вы ведь знаете, что вас могут отстранить от должности мастера и отправить в штаб?
– Уйду сам и стану пилигримом, – фыркнул Лу Чуньду, с холодом спросив: – Почему ты так переживаешь о ком-то вроде меня? Разве я достоин чьей-то жалости?
Вэнь Шаньяо молчал, не зная, что сказать.
– Почему вы не достойны жалости? – наконец тихо спросил он.
Младший мастер Лу странно усмехнулся, склонил голову и из-под ресниц посмотрел на Вэнь Шаньяо.
– Я знаю, что обо мне говорят ученики и мастера. Моего имени боятся больше меня самого, да и кто я для людей? Демон в Белых Одеждах, который приносит плохие вести. Если меня не станет, все только вздохнут с облегчением, ведь и павильон Наказаний исчезнет раз и навсегда.
– Тогда почему вы до сих пор в клане? Почему не покинули его?
Закрыв глаза, Лу Чуньду покачал головой:
– Не могу сказать.
Тяжело вздохнув, Вэнь Шаньяо помассировал точку между бровями.
– Я не уйду. Глава секты запретила мне покидать Байсу Лу, пока не разберется с внутренними делами. Так что вам придется терпеть меня еще как минимум год, если не все тридцать лет.
– Ты мог бы просто уйти, – заметил Лу Чуньду.
– Мог бы, но как долго я продержусь? С шифу я хотя бы буду в безопасности: по крайней мере, ни один заклинатель не посмеет меня тронуть.
– Ты так уверен, что я тебя защищу? – удивился тот.
– Нет, но, как вы и сказали, ваше имя опережает вас, – улыбнулся Вэнь Шаньяо, потянувшись и хрустнув затекшими позвонками. – Если шифу не против, я бы хотел отдохнуть.
– Иди. Утром вместе сходим на Дуньчан, – разрешил тот и отвернулся, устремив задумчивый взгляд на горы.
Поклонившись, Вэнь Шаньяо покинул комнату. Нужно было отправить тень на разведку и отыскать хотя бы один надежный туннель.
– Молодой господин Ян.
Обернувшись, Вэнь Шаньяо взглянул на юношу в светлых зеленых одеждах, что неторопливо приближался к нему. Желтый свет от фонарей мягко ложился на его заостренные брови, отбрасывая длинные тени от ресниц и подчеркивая резкий изгиб губ, отчего Шэ Яо словно загадочно улыбался. В заплетенных на голове косичках сверкали кольца и камешки из лазурита, а в черных глазах отражались оранжевые огоньки.
– Чем обязан, молодой господин Шэ?
– Прошу простить, что так внезапно покинул вас днем, – опустив глаза, с сожалением произнес Шэ Яо и без особой надежды спросил: – Не прогуляетесь со мной? Сегодня ночь особенно прекрасна, нечасто в наших краях столь чистое небо.
– Не могу вам отказать.
За школой развернулся сад с беседками, спрятанными среди бамбуковых зарослей, и водоемами с золотыми карпами. Тишину разрушала песня сверчков и ночных птиц, не давая чужим ушам подслушать разговор.
– Ваша школа расположилась в тихом месте, – заметил Вэнь Шаньяо. – Жаль, что Паразиты причинили столько неудобств.
– К счастью, мы редко когда их встречаем – в город они не захаживают и обитают в горах. Прошу простить за излишнее любопытство, но отчего вы так заинтересованы в Дунчане? Сколько я себя помню – эта гора всегда оставалась закрыта для людей и заклинателей. Ифу не раз предупреждал не ходить на нее. Чем же Дунчан вас так привлек?
– Один из кланов сейчас находится в шатком положении. Информатор отправил нас сюда, к горе Дунчан, внутри которой якобы находится то, что может помочь. К сожалению, больше я ничего не могу вам рассказать.
Шэ Яо задумался, бросив взгляд в сторону гор, и негромко произнес:
– Мне как-то доводилось быть на Дунчане втайне от отца и матушки. Это действительно опасное место, где важно следить за каждым своим шагом. Наверное, это прозвучит слишком опрометчиво с моей стороны, но я бы мог вас туда проводить.
– Правда? – не поверил Вэнь Шаньяо.
– Да, но нам лучше идти только вдвоем. Если ифу узнает, боюсь, простым выговором мы не отделаемся.
– Вам не стоит так рисковать ради меня, – из вежливости заметил Вэнь Шаньяо.
– Ничего. Мне не впервой нарушать запреты школы, хотя я и не заходил особо глубоко в пещеры Дунчана. Только вам решать, господин Ян.
Поколебавшись лишь на мгновение – и то решая, стоит рассказать об этом шифу сразу или потом, – Вэнь Шаньяо все же кивнул:
– Хорошо.
* * *
Когда свет в окнах погас, двое юношей покинули школу Зеленой Змеи через незаметный лаз. Одетые в прочные черные плащи, они сливались с тенями, избегая фонарей и патрульных, что обходили улицы.
– На гору Дунчан не так просто попасть, – мимоходом произнес Шэ Яо. – Она защищена барьером, через который только ифу способен пройти. Надеюсь, вы не боитесь темных пещер?
– Ничуть.
– Хорошо, тогда пойдем понизу.
Пройдя к реке и спустив одну из рыбацких лодок, юноши неторопливо поплыли в сторону Дунчана. Весла с тихим всплеском погружались в сверкающую на луне воду, пугая мелких рыбешек и заставляя сидящих на кувшинках жаб неодобрительно квакать.
Нос лодки плавно вошел в берег, и юноши, спрыгнув в достающую до щиколоток воду, направились к горе.
Дунчан покрывал густой лес – ветки столь плотно переплетались над головой, что не пропускали и лучика лунного света. Земля была сырой и черной, со старой травой и кое-где белыми островками снега. Стоило сделать шаг, как нога с противным чавканьем утопала в мягкой земле. Идти приходилось аккуратно, следуя за Шэ Яо, который освещал их путь небольшим фонарем.
В воздухе клубилась темная ци, напоминая дым от костра. Она неприятно щипала нос, заставляя кутаться в плащ. Он был жестким, с грубо вышитыми на нем иероглифами защиты, которые не давали темной ци задерживаться в теле. Такие плащи заклинатели из школы Зеленой Змеи надевали в том случае, если приближались к Дунчану.
– Почему здесь нет демонов? Темная ци должна привлекать их.
– Верно, но мы никогда не замечали в этом месте большого скопления демонов. Как правило, на Дунчане их практически и нет, – задумчиво произнес Шэ Яо и остановился. – Мы пришли.
Они оказались у входа в туннель, уходивший глубоко вниз. В свете фонаря Вэнь Шаньяо различил каменный столб, напоминающий тот, что ставили на месте захоронений. Иероглифы на нем давно стерлись, а сам он потрескался и зарос мхом.
– Дальше нам не пройти – стоит барьер, так что это единственный путь в недра горы. Уверены? – спросил Шэ Яо, внимательно взглянув на спутника.
– Да.
Они вошли в туннель, морщась от запаха сырости и разложения. Под ногами хрустели не то ветки, не то кости умерших животных. Один раз Вэнь Шаньяо заметил еще не до конца разложившееся тело оленя, в чьих глазницах копошились личинки.
Это место напоминало последнее пристанище животных. Что их влекло сюда? Темная ци? Или зов мана глубоко внизу?
С каждым чжаном дышать становилось все труднее. Вэнь Шаньяо приходилось прижимать к лицу ткань, смаргивая непрошеные слезы. Скоро будет и не продохнуть.
Туннель начал постепенно расширяться: потолок уходил вверх, а стены в какой-то момент стали теряться в темноте. Впереди послышались голоса и замерцал тусклый свет фонарей. Вмиг потушив свой, юноши сбавили шаг, вжавшись в стены и медленно продвигаясь вперед.
Справа раздались громкие шаги и голоса. Из соседнего туннеля, держа в руках фонарики с зелено-голубым светом, вышли демоны. В белых одеждах мертвецов, они брели вперед, о чем-то радостно переговариваясь и смеясь. Их голоса эхом отражались от стен и сливались воедино, мешая хоть что-то расслышать. Вместе с демонами туннель затопил запах сырого мяса, которое те несли в промокших от крови мешках.
Свет от демонских фонарей плясал на стенах, вырисовывая жуткие тени. Остановившись у обрыва, демоны поочередно бросали куски мяса в пропасть, выкрикивая свои вопросы. Ответ приходил в виде поднимающегося снизу порыва ветра и грохочущего голоса, от которого сверху сыпался камень. Внизу был Шань.
– Что это такое? – пораженно прошептал Шэ Яо.
– Не знаю.
Дождавшись, когда демоны уйдут, юноши выбрались из укрытия и подошли к уступу. За ним была всепоглощающая темнота: ни дна, ни потолка не разглядеть. Темной ци здесь было столько, что кружилась голова, а от зловония содержимое желудка просилось на волю.
– Ничего не видно, – проворчал Вэнь Шаньяо.
– И вниз не спуститься, – заметил Шэ Яо, настороженно оглядываясь по сторонам. – Что за странное место…
Из глубины раздался рокот, с каждым мигом нарастая. Земля задрожала под ногами, и уступ покрылся мелкими трещинками.
– Вот же ж! Уходим! – воскликнул Вэнь Шаньяо.
Повторять дважды Шэ Яо было не нужно. Он столь быстро бросился вперед, что практически пропал из виду, но резко замер при виде застывших у туннеля демонов с новым подношением. Те изумленно раскрыли рты, смотря на двух заклинателей, прежде чем закричать:
– Чужаки! Чужаки!
– Гоните их!
– Убьем, и все!
Огородив их от туннеля, демоны наступали, противно скалясь и рыча. Позади все ближе и ближе был обрыв, и мелкие камешки уже скатывались вниз.
– Боюсь, у нас больше нет иного пути, – сокрушенно выдохнув, заметил Шэ Яо и повернулся к Вэнь Шаньяо. – Прошу меня простить.
Юноша улыбнулся, легонько толкнув его в грудь. Земля под ногами задрожала и обвалилась. Вэнь Шаньяо, с застывшим от страха сердцем, упал. Последнее, что он увидел, так это набросившихся на Шэ Яо демонов. С диким хохотом повалив его, они вонзили острые когти и клыки в живую плоть, раздирая одежду и кожу.
Крик застыл в горле, а откуда-то снизу раздался треск, и тьму осветили два громадных желтых глаза, каждый величиной с небольшой пруд.
Раскрыв пасть с длинными, но уже успевшими затупиться за бесчисленные тысячелетия клыками, ман проглотил «подношение», и пещеру наполнил шипящий голос, от которого стены задрожали, а с потолка посыпался камень:
– Ш-Ш-ШТО ТЫ Ж-ЖЕЛАЕШ-ШЬ З-З-З-ЗНАТЬ?
Дождавшись ответа, прозвучавшего от одного из демонов, Шань на некоторое время застыл, обратившись в каменную статую с глазами из двух сверкающих в темноте солнц. Когда же он вновь заговорил, казалось, содрогнулась вся гора.
– РАЗ-ЗУМ С-СЛАБ. ГОЛОС-СА ВС-СЕ ГРОМЧ-Ш-ШЕ. С-С-СОЛНЦ-С-СЕ И ЛУНА С-С-СКОРО ПОГАС-СНУТ. ТЫ ЛИШ-ШЬ ПЕС-С-СЧИНКА. С-СМИРИС-СЬ.
Больше Шань ничего не произнес, странно содрогнувшись и раскрыв пасть. Его длинный влажный язык обвил задыхающегося Вэнь Шаньяо, поставил на уступ и неохотно отпустил.
– НЕВКУС-С-СНЫЙ, – разочарованно прошипел змей. – С-СЛИШ-ШКОМ МАЛО МЯ-С-СА.
С трудом вытерев слизь, Вэнь Шаньяо откашлялся, пытаясь не задрожать от пристального взгляда древнего мана. То, что он не пришелся ему по вкусу, несомненно, радовало. Не хотелось бы потом прорубать путь через желудок змея.
Оглянувшись и убедившись, что ни Шэ Яо, ни демонов больше нет – не считая кровавой кашицы, – Вэнь Шаньяо прочистил горло и произнес:
– У меня есть вопрос к тебе, Шань.
– Я С-СЛУШ-ШАЮ.
– Одна из семи печатей Цзинь Хуэя на сыне Хаоса сломалась. Ты знаешь способ ее восстановить?
Змей тяжело выдохнул, и Вэнь Шаньяо с трудом удержался на ногах. Темной ци стало так много, что он дышал через раз и затуманенным взглядом смотрел на Шаня. Чешуя со временем стала грязного серого цвета, поросла камнем и мхом, а кое-где и вовсе сошла, являя если не кости, то гниющее мясо. Удивительно, как этот ман окончательно не сросся с горой.
– ЕС-СТЬ С-С-СПОС-С-СОБ, – произнес Шань, и Вэнь Шаньяо чуть не оглох. Зажав ладонями уши, он слезящимися глазами смотрел на змея. – ЕГО ВОЛОС-С. ОН ОТДАЛ ЕГО ПОТОМКУ ТОУ. З-З-ЗАПЕЧАТАТЬ ВОЛОС-СОМ.
– А как очистить землю от гнили?! – чуть не сорвав голос, спросил Вэнь Шаньяо.
– С-С-СЛЕЗ-ЗА. ТОЛЬКО С-С-СЛЕЗ-ЗА ПОМОЖ-Ш-ШЕТ.
– Благодарю великого мана Шаня!
– УБИРАЙС-СЯ, НЕВКУС-С-СНЫЙ ЧЕЛОВЕЧИШ-Ш-ШКА.
Поклонившись на прощание, Вэнь Шаньяо поспешил на выход, слыша за спиной треск камней, – ман вновь улегся на дно пещеры.
Волос, о котором говорил Шань, был не чем иным, как прядью Цзинь Хуэя, которую тот срезал и отдал первому императору Тоу. Созданные с помощью одного волоса амулеты и печати способны были навредить детям Хаоса и запечатать их. Это одно из сокровищ империи, предназначенное для заклинателей и хранившееся в сокровищнице императора. Насколько Вэнь Шаньяо помнил, почти все волосы пошли на создание оружия и были вложены в фундамент императорского дворца, так что ни один демон не мог переступить его порога.
