Kitabı oxu: «Договор на любовь»

Глава 1. Сделка с Тенью

Вальдор, столица королевства Аэрион, никогда не спит. Этот город — живой, дышащий организм, опутанный венами каналов с чернильно-черной водой, где роскошь соседствует с отчаянием, а магия течет по мостовым так же естественно, как кровь по жилам. Я знаю это лучше многих, потому что я — Лира Дэшвуд, и я — тень. Не в переносном, а в самом прямом смысле. Я — вор, которого не видят, шепот, который не слышат, и рука, которая забирает то, что плохо лежит. Но сегодня ночью я собиралась совершить нечто иное. Нечто, от чего у меня холодели пальцы и сердце билось где-то в горле, словно пойманная птица.

Сегодня я собиралась украсть не золото и не драгоценности. Я собиралась украсть проклятие.

Точнее, артефакт, который его содержит. «Слеза Аэриона» — легендарный камень, способный, по слухам, исполнить любое желание, но ценой, о которой шептались только в самых темных углах города. Ценой, которая не имела ничего общего с золотом. Желание за желание. Жизнь за жизнь. Равноценный обмен, но ставки в этой игре были слишком высоки даже для меня. Моя сестра, Мира, умирала. Медленно, мучительно, от болезни, которую не могли вылечить ни лучшие лекари, ни самые дорогие алхимики. Она таяла на глазах, и вместе с ней угасал мой мир. Долги, оставшиеся после смерти родителей, грозили вот-вот поглотить наш дом, а я... я была готова на все. Даже на сделку с самой Тьмой.

Легенда гласила, что «Слеза» хранится в особняке лорда Кайрона Вейна, человека, чье имя в Вальдоре произносили шепотом, а то и вовсе старались не произносить. Говорили, что он — колдун, заключивший договор с демонами. Что его тень живет собственной жизнью. Что он не стареет и не знает жалости. В общем, идеальный кандидат для ночного визита.

План был прост до безумия: проникнуть в особняк, найти «Слезу», вынести ее и никогда больше не оглядываться. Я готовилась к этому месяцами. Изучила каждую щель в стенах особняка, каждый график смены стражи, каждую магическую сигнализацию. Я была лучшей в своем деле, и я не собиралась провалиться.

Но, как известно, лучшие планы мышей и людей часто идут прахом. Особенно когда в дело вмешивается магия.

Особняк лорда Вейна возвышался на холме в самом центре аристократического квартала, словно хищный зверь, притаившийся в засаде. Его черные шпили пронзали ночное небо, а окна, казалось, смотрели на мир с холодным презрением. Я подобралась к забору, окружавшему владения, и затаилась в тени старого дуба. Сердце колотилось, но руки были тверды. Я изучила этот забор. Зачарованный. Но моя магия, дикая и необученная, была странной. Она позволяла мне быть незаметной. Не невидимой, нет. Просто... незначительной. Взгляд скользил по мне, не задерживаясь. Я могла пройти через переполненный зал, и никто бы не вспомнил моего лица. Это был мой дар. И мое проклятие.

Я коснулась холодного металла забора, концентрируясь. Ощущение было, как будто я погружаю руку в ледяную воду. Магия особняка была сильной, но я не пыталась ее сломать. Я просто... попросила ее меня пропустить. Иногда это работало. Сегодня мне повезло. Зачарование на мгновение дрогнуло, и я проскользнула внутрь, чувствуя, как по коже пробежал холодок.

Сад вокруг особняка был запущенным и мрачным. Черные розы, казалось, пили лунный свет, а их шипы были неестественно длинными. Я кралась вдоль живой изгороди, стараясь не дышать. Стража ходила по периметру, но их шаги были тяжелыми, а внимание — притупленным. Возможно, они считали, что никто не посмеет бросить вызов их хозяину. Они ошибались.

Окно на втором этаже, которое я выбрала, было слегка приоткрыто. Я вскарабкалась по плющу, цепляясь за ветви, и через мгновение уже стояла в темном коридоре. Запах в доме был странным. Смесь старой бумаги, воска и чего-то еще... металлического. Как будто в воздухе витал привкус крови.

Я двигалась бесшумно, словно призрак. Мне нужно было найти кабинет лорда. По моим данным, «Слеза» хранилась именно там, в специальном футляре, защищенном чарами. Я миновала несколько дверей, пока не наткнулась на массивную дверь из черного дерева, украшенную резьбой в виде переплетающихся змей. Это был кабинет.

Дверь была заперта, но для меня это не было проблемой. Я достала из волос шпильку и через минуту услышала тихий щелчок. Внутри было темно, но я не стала зажигать свет. Я полагалась на свои глаза, привыкшие к темноте. Кабинет был огромным. Книжные шкафы до потолка, заваленный бумагами стол, странные артефакты на полках. Я сразу же увидела его. На столе, в центре, стоял небольшой бархатный футляр, излучающий слабое, пульсирующее свечение. «Слеза».

Я сделала шаг вперед, и в этот момент за моей спиной раздался голос. Глубокий, низкий, с ленцой, от которой у меня по спине побежали мурашки.

— Я уж думал, ты никогда не придешь.

Я замерла. Сердце рухнуло куда-то вниз, в живот. Медленно, очень медленно я обернулась. В дверном проеме, прислонившись плечом к косяку, стоял мужчина. Я не слышала, как он вошел. Не почувствовала его присутствия. Этого не могло быть. И все же он был здесь. Лорд Кайрон Вейн собственной персоной.

Он был высок, гораздо выше, чем я представляла. Одет в черную рубашку, расстегнутую у ворота, и темные брюки. Светлые волосы, почти серебряные в лунном свете, падали на лоб. Черты лица были резкими, красивыми, но жесткими, словно высеченными из мрамора. А глаза... Глаза были цвета грозового неба, и в них не было ни капли удивления. Только холодное, оценивающее любопытство.

— Как... — начала я, но голос сорвался. Я сглотнула. — Как вы узнали?

Он усмехнулся, оттолкнулся от косяка и медленно пошел ко мне. Каждый его шаг был наполнен грацией хищника. Я инстинктивно отступила назад, пока не уперлась спиной в стол.

— Дорогая моя, ты действительно думала, что сможешь пробраться в дом, который я защищал веками, и я этого не замечу? — Он остановился в шаге от меня, и я почувствовала запах его парфюма — сандал и что-то дымное. — Твоя магия... она любопытна. Она не ломает барьеры, она их обходит. Такой я еще не видел. Я позволил тебе войти. Мне было интересно.

Меня обвели вокруг пальца. Как последнюю дурочку. Я сжала кулаки, пытаясь сохранить остатки достоинства.

— Что вам нужно? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Это я должен спросить, — он поднял руку и кончиками пальцев коснулся пряди моих волос, выбившейся из-под заколки. Я дернулась, как от ожога. — Что нужно маленькой воровке в моем доме? Неужели ты думаешь, что сможешь просто так взять и унести мою самую ценную вещь?

— Мне нужна «Слеза», — сказала я, гордо вскинув голову. — И я не уйду без нее.

— О, я в этом не сомневаюсь, — он усмехнулся, и в его глазах мелькнул огонек. — Но просто взять и унести — это скучно. В этом нет... игры. А я, знаешь ли, люблю игры.

Он отошел от меня и направился к окну, глядя на ночной город.

— Я знаю, зачем она тебе, — сказал он, не оборачиваясь. — Твоя сестра. Мира. Болезнь, которая пожирает ее изнутри. Долги, которые ты не можешь заплатить. Ты пришла сюда, чтобы выпросить у камня чудо. Или, вернее, купить его.

Я похолодела. Он знал все. Абсолютно все.

— Вы следили за мной? — прошептала я.

— Я знаю все, что происходит в этом городе, — он повернулся ко мне, и его глаза сверкнули. — И я знаю, что «Слеза» может дать тебе то, что ты хочешь. Но у всего есть цена. Ты готова заплатить ее?

— У меня есть деньги, — сказала я, хотя это было ложью. У меня не было ничего, кроме долгов.

— Деньги? — он рассмеялся, и этот смех был холодным и безжалостным. — Девочка, «Слеза Аэриона» не продается за золото. Она требует... другого. Жизненную силу. Годы. Удачу. Перворожденного ребенка. Что ты готова отдать?

Я молчала, потому что не знала ответа. Я была готова отдать все, что угодно, лишь бы спасти Миру.

— Вот видишь, — сказал он, словно прочитав мои мысли. — Ты даже не знаешь, что предложить. Но я знаю.

Он подошел к столу и открыл футляр. Камень внутри был прекрасен. Он пульсировал мягким голубым светом, и в его глубине, казалось, клубился туман. Лорд Вейн не прикоснулся к нему. Он просто смотрел.

— Я могу дать тебе «Слезу», — сказал он тихо. — И даже не потребую платы, которую она возьмет с тебя. Я возьму ее на себя.

Я недоверчиво посмотрела на него. В это было слишком трудно поверить.

— Почему? — спросила я. — Зачем вам это?

— Потому что мне скучно, — просто ответил он. — Моя жизнь... она слишком предсказуема. А ты — нет. Ты — маленькая, отчаянная воровка, которая пробралась в дом самого опасного человека в королевстве. Это... интригует. Я хочу сыграть в игру. И ставки в этой игре — ты.

Я сглотнула. В его словах была какая-то неправильность, что-то пугающее.

— Что за игра? — спросила я.

Он улыбнулся, и эта улыбка была самой опасной вещью, которую я видела в своей жизни.

— Договор, — сказал он. — Ты станешь моей. Не как служанка, не как пленница. Ты станешь моей женой. На один год. Ты будешь жить в этом доме, будешь рядом со мной, будешь играть роль леди Вейн. А я, в свою очередь, вылечу твою сестру и заплачу все твои долги. Ровно через год ты получишь свободу и «Слезу», если захочешь. Ну как?

Я уставилась на него, не веря своим ушам. Выйти замуж за монстра? За человека, которого боится весь город? Жить с ним под одной крышей, зная, что он может сделать со мной все, что угодно?

— Это безумие, — прошептала я.

— Возможно, — согласился он. — Но это единственный шанс спасти твою сестру. Ты ведь не хочешь, чтобы она умерла? А она умрет, Лира. Через месяц, может, меньше. Я видел ее. Она уже едва дышит.

Слезы обожгли мои глаза. Он был прав. У меня не было выбора. Я могла уйти сейчас, сохранить свою гордость и свободу, и похоронить сестру через несколько недель. Или я могла остаться, связать себя с этим человеком, с этой тьмой, и дать Мире шанс на жизнь.

Я думала о Мире. О ее смехе, о том, как она любила заплетать мне волосы, о том, как она верила, что я смогу решить любую проблему. Я не могла ее подвести.

— Хорошо, — сказала я, и мой голос прозвучал тверже, чем я ожидала. — Я согласна.

Лорд Вейн улыбнулся, и в его улыбке не было тепла.

— Прекрасно, — сказал он. — Тогда давай скрепим нашу сделку.

Он протянул мне руку. Я посмотрела на его длинные пальцы, на кольцо с черным камнем на безымянном пальце. Я знала, что, коснувшись его, я подписываю себе приговор. Но я также знала, что это единственный способ спасти Миру.

Я вложила свою руку в его ладонь. Его пальцы сомкнулись вокруг моих, и я почувствовала, как по коже пробежал электрический разряд. Магия. Темная, древняя, пульсирующая.

— Договор заключен, — сказал он, и его голос эхом разнесся по комнате, словно сама тьма скрепляла наши слова.

Он отпустил мою руку, и я почувствовала, как что-то в воздухе изменилось. Словно невидимая цепь обвилась вокруг моего запястья.

— Твоя сестра уже получает лечение, — сказал он, отворачиваясь. — Завтра ты переедешь в особняк. Твои вещи принесут. А пока... иди домой и попрощайся со своей старой жизнью. Она закончилась.

Я не помню, как вышла из особняка. Не помню, как добралась до дома. В моей голове билась только одна мысль: что я натворила? Я продала себя дьяволу, и теперь мне предстоит жить с ним под одной крышей. Я думала о его глазах, о его улыбке, о его словах. И чем больше я думала, тем сильнее меня охватывал страх.

Но когда я вошла в комнату Миры и увидела, как ее щеки впервые за долгое время порозовели, как ее дыхание стало ровным и глубоким, я поняла, что не жалею ни о чем. Даже если мне придется провести год в аду, это того стоило.

Я села на край ее кровати и взяла ее за руку. Она была теплой.

— Я все исправлю, Мира, — прошептала я. — Обещаю.

И в этот момент я услышала тихий стук в дверь. Я нахмурилась. Было слишком поздно для гостей. Я подошла к двери и открыла ее. На пороге стоял незнакомый мужчина в черном плаще. Он молча протянул мне конверт, запечатанный черным воском, и исчез в ночи, словно его и не было.

Я вскрыла конверт. Внутри была всего одна карточка, написанная тем самым почерком, который я уже никогда не забуду.

«Добро пожаловать в семью, Лира. Увидимся завтра. И, кстати, не пытайся сбежать. Договор есть договор. А я... я очень серьезно отношусь к своим сделкам. Особенно когда на кону стоит такая интересная игрушка, как ты».

Я скомкала карточку в руке, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. Я знала, что этот год будет самым тяжелым в моей жизни. И я даже не подозревала, насколько.

Ведь я еще не знала, что за человек на самом деле лорд Кайрон Вейн. И что его интерес ко мне был вызван не только скукой. Он искал не просто жену. Он искал ключ. А я, сама того не ведая, была этим ключом. И теперь, когда я согласилась на сделку, обратного пути не было.

Я легла спать, но сон не шел. Я смотрела в потолок и думала о том, что ждет меня впереди. И в глубине души, где-то очень глубоко, я чувствовала странное, пугающее предвкушение. Как будто я всю жизнь ждала этого. Как будто я всегда знала, что моя судьба связана с этим человеком. С этим монстром.

И это пугало меня больше всего.

Глава 2. Дом, который дышит

Утро пришло слишком быстро. Я не спала — просто лежала с открытыми глазами, слушая, как за окном просыпается Вальдор, как торговцы открывают лавки, как первые экипажи гремят по булыжной мостовой. Всё как обычно. Только я уже была не та Лира Дэшвуд, что вчера. Я была невестой — или, точнее, покупкой — лорда Кайрона Вейна.

Мира спала спокойно. Впервые за многие недели её дыхание было ровным, без хрипов, а щёки порозовели. Я сидела рядом, держала её за руку и пыталась запомнить это ощущение — тепло, жизнь, надежда. Потому что сегодня я уходила в место, где всего этого могло не быть.

Ровно в полдень в дверь постучали. Я открыла и увидела вчерашнего человека в чёрном плаще. Он молча протянул мне конверт, запечатанный чёрным воском, и на этот раз не исчез, а остался стоять, сложив руки за спиной.

Внутри конверта была короткая записка, написанная тем же размашистым почерком:

«Экипаж ждёт. Не заставляй меня посылать за тобой второй раз. К.В.»

Я сглотнула. Внизу, у дома, стоял чёрный экипаж без гербов, запряжённый двумя вороными лошадьми. Кучер был неподвижен, словно изваяние. Я обернулась к Мире, которая уже проснулась и смотрела на меня с тревогой.

— Лира? — её голос был слабым, но в нём уже появилась та самая искорка, которую я так любила. — Куда ты?

Я подошла и села на край кровати, взяв её за руки.

— Мне нужно уехать ненадолго, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Я нашла способ тебя вылечить. Настоящий способ. Ты поправишься, Мира. Обещаю.

— А ты вернёшься? — спросила она, и её пальцы сжали мои.

— Конечно, — я улыбнулась, хотя внутри всё сжималось от страха. — Я всегда возвращаюсь.

Она кивнула, но в её глазах осталась тень сомнения. Я поцеловала её в лоб и вышла, не оглядываясь, потому что знала: если обернусь, не смогу уйти.

Экипаж вёз меня через город, и я смотрела в окно, прощаясь с улицами, которые знала с детства. Вот рынок, где я впервые украла кошелёк в семь лет. Вот переулок, где мы с Мирой прятались от сборщиков долгов. Вот река, чёрная и безмолвная, в которой я едва не утонула прошлой зимой. Вся моя жизнь оставалась позади, а впереди был особняк на холме, и я не знала, что там меня ждёт.

Особняк лорда Вейна днём выглядел не менее устрашающе, чем ночью. Тёмный камень, стрельчатые окна, увитые плющом стены. Казалось, само здание наблюдает за мной, как живое существо. Экипаж остановился у главных ворот, и тотчас же они распахнулись, словно кто-то ждал моего прибытия.

Я вышла из экипажа. Навстречу мне спешила женщина в строгом сером платье, с волосами, собранными в тугой пучок. Её лицо было непроницаемым, но глаза — цепкими, оценивающими.

— Мисс Дэшвуд, — сказала она, и это был не вопрос. — Я — миссис Харлоу, экономка. Лорд Вейн распорядился, чтобы вам показали ваши покои и ознакомили с правилами дома. Следуйте за мной.

Она развернулась и пошла к дому, не дожидаясь ответа. Я последовала за ней, чувствуя, как взгляд особняка сверлит мне спину.

Внутри дом был ещё более странным, чем снаружи. Высокие потолки, тёмные дубовые панели, портреты на стенах — лица на них были бледными и печальными, словно все они умерли молодыми. В воздухе висел тот же запах, что я почувствовала ночью: воск, старая бумага и что-то металлическое. Кровь? Или магия?

— Ваши покои находятся на третьем этаже, в восточном крыле, — говорила миссис Харлоу, ведя меня по бесконечным коридорам. — Лорд Вейн занимает западное крыло. Его покои неприкосновенны. Без его приглашения вы не должны туда входить.

— А если я всё-таки войду? — спросила я, прежде чем успела подумать.

Миссис Харлоу остановилась и обернулась ко мне. Её глаза сузились.

— Мисс Дэшвуд, — сказала она тихо, но с явной угрозой в голосе, — в этом доме есть вещи, которые лучше не видеть. Лорд Вейн... он не обычный человек. И его покои — не место для любопытных. Если вы хотите прожить этот год спокойно, слушайтесь правил.

— Год? — переспросила я. — Вы знаете о договоре?

— Я знаю всё, что происходит в этом доме, — ответила она. — И я видела много... невест. Вы не первая, кого он привёл сюда.

Холод пробежал по моей спине.

— Что с ними случилось?

Миссис Харлоу отвернулась и продолжила идти.

— Они не смогли выполнить свою часть сделки, — сказала она, не оборачиваясь. — Или нарушили правила. Лорд Вейн не прощает ошибок, мисс Дэшвуд. Запомните это.

Мы подошли к двери в конце коридора. Миссис Харлоу открыла её и жестом пригласила меня войти.

Мои покои оказались на удивление красивыми. Большая комната с широкой кроватью под бархатным балдахином, камин, уютное кресло у окна, туалетный столик с зеркалом в золочёной раме. На полу — мягкий ковёр, на стенах — гобелены с изображением сцен охоты. Всё это было бы даже приятно, если бы не одно но: окна были забраны решётками. Тонкими, изящными, почти незаметными, но решётками.

— Это... для моей безопасности? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Это для того, чтобы вы не сбежали, — прямо ответила миссис Харлоу. — Лорд Вейн не любит, когда его игрушки покидают песочницу.

Она подошла к комоду и положила на него стопку одежды.

— Это ваши вещи. Завтрак, обед и ужин подаются в малой столовой. В восемь, в час и в семь. Вы должны присутствовать. Лорд Вейн может присоединиться к вам, а может и нет. Если он не приходит — ешьте одна. Если приходит — ведите себя достойно. Не задавайте лишних вопросов, не смотрите ему в глаза слишком долго и не перечьте. Он этого не любит.

— А что он любит? — вырвалось у меня.

Миссис Харлоу посмотрела на меня с чем-то похожим на жалость.

— Он любит игры, мисс Дэшвуд. И он любит выигрывать. Если вы хотите пережить этот год, вам придётся научиться играть по его правилам.

Она направилась к двери, но на пороге остановилась.

— И ещё одно, — сказала она. — Не открывайте окна на ночь. Что бы вы ни услышали. Что бы вы ни увидели. Не открывайте. И не выходите из комнаты после полуночи.

— Почему?

— Потому что после полуночи дом принадлежит не нам, — ответила она и закрыла за собой дверь.

Я осталась одна в комнате, которая должна была стать моим домом на целый год. Я подошла к окну и посмотрела на решётки. Они были тонкими, но прочными. Я коснулась одной из них — металл был холодным и слегка вибрировал, словно по нему текла магия. Сбежать будет непросто.

Я обернулась и осмотрела комнату. Кровать, комод, туалетный столик, кресло. И зеркало. Большое, в золочёной раме, оно стояло в углу, и в нём отражалась вся комната. Я подошла к нему и посмотрела на своё отражение. Бледная, с растрёпанными волосами, в помятом платье — я выглядела как загнанный зверь. Что ж, возможно, так оно и было.

Внезапно отражение в зеркале дрогнуло. Я моргнула. Показалось. Но когда я снова посмотрела, в зеркале была не только я. За моей спиной стояла тень. Высокая, мужская. Я резко обернулась — никого. Комната была пуста. Я снова посмотрела в зеркало — тень исчезла.

Сердце колотилось. Я отступила от зеркала, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. Этот дом... он был живым. И он наблюдал за мной.

До обеда я успела осмотреть свои покои и даже попытаться открыть окно. Решётки не поддались. Я попробовала использовать свою магию — ту самую, что позволяла мне становиться незаметной, — но ничего не вышло. Дом словно блокировал её. Я чувствовала себя голой и беззащитной.

В час дня я спустилась в малую столовую. Это была уютная комната с длинным дубовым столом, накрытым на две персоны. Миссис Харлоу уже ждала меня.

— Лорд Вейн не придёт, — сказала она, указывая на стул. — Садитесь. Ешьте.

Я села. На столе был суп, свежий хлеб, сыр и вино. Всё выглядело аппетитно, но я едва могла проглотить кусок. Миссис Харлоу стояла в стороне, наблюдая за мной, как ястреб за мышью.

— Миссис Харлоу, — начала я, отложив ложку. — Вы сказали, что я не первая невеста. Что случилось с остальными?

Она помолчала, словно решая, стоит ли отвечать.

— Первая была леди Элиана, — сказала она наконец. — Красивая, знатная, с сильной магией. Она продержалась полгода. Потом попыталась сбежать. Лорд Вейн вернул её. Через неделю она умерла.

У меня перехватило дыхание.

— Он... убил её?

— Никто не знает, — ответила миссис Харлоу. — Говорили, что она сошла с ума. Что она видела что-то в доме, чего не должна была видеть. Её нашли в её комнате, мёртвой. Без единой раны. Просто... мёртвой.

— А другие?

— Вторая была простолюдинкой, как вы. Она прожила три месяца. Потом исчезла. Просто исчезла. Лорд Вейн сказал, что она нарушила договор. Что с ней стало — неизвестно.

Я отодвинула тарелку. Аппетит пропал окончательно.

— Зачем ему это? — спросила я. — Зачем ему жёны, если он... если он их...

— Этого я не знаю, — сказала миссис Харлоу. — Но я знаю одно: лорд Вейн ищет что-то. Или кого-то. И каждая женщина, которую он приводил в этот дом, была похожа на вас.

— Похожа? В каком смысле?

— У всех вас была дикая магия. Необученная. Странная. Такая, которую нельзя купить или украсть. Такая, которая рождается раз в сто лет. Он ищет носительницу этой магии. И, судя по всему, вы — следующая.

Я почувствовала, как пол уходит из-под ног.

— Но зачем? Что ему нужно от моей магии?

Миссис Харлоу покачала головой.

— Этого я не знаю. Но будьте осторожны, мисс Дэшвуд. Очень осторожны. Потому что если вы не оправдаете его ожиданий, вас ждёт судьба ваших предшественниц.

Она забрала тарелки и вышла, оставив меня одну с моими мыслями. Я сидела, глядя в пустоту, и пыталась осознать услышанное. Он ищет носительницу дикой магии. И я — следующая. Значит, я не просто игрушка. Я — инструмент. Но для чего?

Остаток дня прошёл как в тумане. Я вернулась в свою комнату, попыталась читать книгу, которую нашла на полке, но буквы расплывались перед глазами. Я думала о Мире, о том, что она сейчас делает, поправляется ли. Я думала о договоре, о лорде Вейне, о его холодных серых глазах. Я думала о том, что мне делать.

Когда стемнело, я зажгла свечи и села у камина, глядя на огонь. В комнате было тихо, только потрескивание дров нарушало тишину. Я уже начала думать, что этот вечер пройдёт спокойно, как вдруг услышала шаги в коридоре.

Они были медленными, тяжёлыми, словно кто-то шёл, едва передвигая ноги. Я замерла, прислушиваясь. Шаги приближались. Остановились у моей двери. Я смотрела на дверь, ожидая стука, но его не было. Вместо этого я услышала дыхание. Хриплое, неровное, словно у умирающего.

Я встала, подошла к двери и приложила ухо. Дыхание. Оно было совсем близко. Словно кто-то стоял за дверью и ждал.

— Кто там? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Ответа не было. Дыхание продолжалось ещё несколько мгновений, а потом стихло. Я услышала, как шаги удаляются, затихая в глубине коридора. Медленно, очень медленно я отступила от двери. Сердце колотилось так, что казалось, вот-вот вырвется из груди.

Я вернулась к камину и села, обхватив себя руками. Что это было? Призрак? Или что-то похуже?

Время тянулось бесконечно. Я не могла уснуть. Каждый шорох в доме заставлял меня вздрагивать. Я слышала, как где-то в глубине особняка скрипят половицы, как ветер воет в трубах, как часы в коридоре отбивают каждый час. Полночь прошла. Я не выходила из комнаты.

Ближе к трём часам ночи я начала засыпать. Глаза слипались, несмотря на всё моё напряжение. Я легла на кровать, не раздеваясь, и закрыла глаза. Сон накрыл меня, как тёмная волна.

Мне снился коридор. Бесконечный, тёмный, с рядами закрытых дверей. Я шла по нему босиком, и мои шаги отдавались эхом. В конце коридора была дверь, из-под которой пробивался слабый свет. Я шла к ней, зная, что за ней что-то есть. Что-то важное. Что-то, что мне нужно увидеть.

Я открыла дверь. За ней была комната, залитая лунным светом. В центре комнаты стоял лорд Вейн. Он был без рубашки, и на его спине я увидела татуировку — сложный узор из переплетающихся линий и символов, который пульсировал голубым светом. Он стоял ко мне спиной, но я знала, что он чувствует моё присутствие.

— Ты пришла, — сказал он, не оборачиваясь. — Я знал, что ты придёшь.

— Что это? — спросила я, указывая на его спину.

Он обернулся. Его глаза были чёрными, без зрачков, без белков. Просто два чёрных провала.

— Это цена, — сказал он. — Цена, которую я плачу каждый день. И ты... ты — ключ, который может её обнулить. Но сначала ты должна узнать правду.

— Какую правду?

Он улыбнулся, и его улыбка была полна печали.

— Правду о том, кто я на самом деле. И о том, что я сделал. И о том, что ты значишь для меня.

Он протянул ко мне руку, и я почувствовала, как что-то тянет меня к нему. Что-то сильнее моего страха. Что-то сильнее моего разума. Я сделала шаг вперёд...

И проснулась.

Я резко села на кровати. Сердце колотилось, дыхание было рваным. Комната была залита серым предрассветным светом. Всё было как прежде. Но что-то изменилось. Я чувствовала это каждой клеточкой своего тела.

Я посмотрела на свои руки. На левой ладони, там, где вчера лорд Вейн сжал мою руку, скрепляя договор, теперь был тонкий, едва заметный шрам. Он был похож на руну — сложный символ, который я не могла расшифровать. Я провела по нему пальцем, и он отозвался лёгким покалыванием.

Я встала и подошла к зеркалу. В отражении я увидела себя — бледную, с тёмными кругами под глазами, с растрёпанными волосами. Но в глубине зеркала, за моей спиной, я снова увидела тень. На этот раз она не исчезла. Она стояла и смотрела на меня. И я знала, что это не моё воображение.

— Кто ты? — прошептала я.

Тень не ответила. Но я почувствовала, как что-то коснулось моего плеча. Лёгкое, почти невесомое прикосновение. Я обернулась — никого. Но на моём плече остался холод, который не проходил.

Я снова посмотрела в зеркало. Тень исчезла. Но на стекле, прямо перед моим отражением, проступили слова, написанные словно пальцем по запотевшему стеклу:

«Берегись полуночи. Он не всегда тот, кем кажется».

Я отшатнулась от зеркала. Слова медленно растаяли, словно их и не было. Но я их запомнила. Каждое слово.

В дверь постучали. Я вздрогнула и обернулась. На пороге стояла миссис Харлоу.

— Лорд Вейн ждёт вас в столовой, — сказала она. — Он хочет позавтракать с вами.

Я посмотрела на неё, потом снова на зеркало. Оно было чистым. Никаких слов. Никакой тени. Только моё отражение — бледное и испуганное.

— Скажите ему, что я сейчас приду, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Миссис Харлоу кивнула и ушла. Я осталась стоять, глядя на своё отражение. В голове звучали слова из сна и слова из зеркала. «Ты — ключ». «Берегись полуночи». «Он не всегда тот, кем кажется».

Я сжала кулаки. Что ж, если это игра, то я буду играть. Но по своим правилам. Я спущусь к завтраку, посмотрю в его холодные серые глаза и постараюсь понять, что он скрывает. Потому что теперь я знала: у этого договора есть вторая сторона. И эта сторона была гораздо темнее, чем я могла себе представить.

Я вышла из комнаты и направилась в столовую. Коридор казался бесконечным, и с каждым шагом я чувствовала, как дом наблюдает за мной. Стены словно шептали что-то, но я не могла разобрать слов. Я шла вперёд, не оглядываясь.

Лорд Вейн ждал меня в столовой. Он сидел во главе стола, одетый в чёрный камзол, и в его руке был бокал с вином. Увидев меня, он улыбнулся — той самой опасной улыбкой, от которой у меня по спине бежали мурашки.

— Доброе утро, Лира, — сказал он. — Как тебе спалось?

Я посмотрела на него, на его спокойное лицо, на его холодные глаза, и поняла, что он знает. Он знает о моём сне. О тени в зеркале. О словах на стекле. Он знает всё.

— Спасибо, хорошо, — ответила я, садясь напротив него. — Дом у вас... интересный.

— О, ты ещё не видела самого интересного, — сказал он, и его улыбка стала шире. — Но у нас впереди целый год. Успеем.

Я взяла вилку и посмотрела ему прямо в глаза.

— Я хочу знать правду, — сказала я. — Кто вы на самом деле? И зачем вам я?

Лорд Вейн отставил бокал и наклонился вперёд. Его глаза сверкнули, и на мгновение мне показалось, что я вижу в них что-то ещё. Что-то древнее. Что-то голодное.

— Правду? — переспросил он. — Правда, моя дорогая Лира, заключается в том, что я умираю. И ты — единственная, кто может меня спасти. Но цена... цена будет высокой. Для нас обоих.

Он откинулся на спинку стула и улыбнулся.

— Ешь. У тебя впереди долгий день. Сегодня ты узнаешь, что значит быть леди Вейн.

Я смотрела на него, и внутри меня боролись страх и что-то ещё. Что-то, что я не могла назвать. Что-то, что тянуло меня к нему, несмотря на всё, что я знала. Или думала, что знаю.

Я взяла вилку и начала есть. Завтрак тянулся бесконечно. А когда он закончился, лорд Вейн встал и протянул мне руку.

— Пойдём, — сказал он. — Я покажу тебе дом.

Я посмотрела на его руку. На длинные пальцы, на кольцо с чёрным камнем. Я знала, что, взяв его, я сделаю ещё один шаг в неизвестность. Но выбора у меня не было.

Я взяла его за руку. Его пальцы сомкнулись вокруг моих, и я снова почувствовала тот самый электрический разряд. Только на этот раз он был сильнее. И вместе с ним пришло видение — яркое, как вспышка молнии.

Я увидела комнату. Ту самую, из сна. Лорд Вейн стоял в центре, и его спина была покрыта татуировками, пульсирующими голубым светом. Но на этот раз рядом с ним была женщина. Она стояла перед ним на коленях, и её руки были в его руках. Она плакала. А он смотрел на неё сверху вниз, и в его глазах было что-то, что я не могла назвать. Что-то между печалью и голодом.

Видение исчезло так же внезапно, как и появилось. Я моргнула и посмотрела на лорда Вейна. Он смотрел на меня, и в его глазах было любопытство.

— Что ты увидела? — спросил он тихо.

— Ничего, — соврала я. — Просто... голова закружилась.

Он не поверил. Я видела это по его глазам. Но он ничего не сказал. Просто кивнул и повёл меня к двери.

— Пойдём, — повторил он. — У нас много дел.

Мы вышли из столовой и направились вглубь дома. Я шла рядом с ним, чувствуя, как его рука сжимает мою. И в голове у меня билась одна мысль: что это было за видение? Кто была та женщина? И почему я чувствую, что уже видела её раньше?

Мы остановились перед дверью в конце коридора. Лорд Вейн открыл её и жестом пригласил меня войти.

— Это моя библиотека, — сказал он. — Здесь ты найдёшь ответы на многие вопросы. Если, конечно, сможешь их найти.

Я вошла внутрь и ахнула. Библиотека была огромной. Книжные шкафы уходили под потолок, а в центре стоял большой стол, заваленный картами и свитками. На стенах висели странные артефакты, а в углу стоял глобус, который медленно вращался сам по себе.

— Это... впечатляет, — сказала я.

— Это не просто библиотека, — сказал лорд Вейн, подходя к одному из шкафов. — Это хранилище знаний. Здесь есть книги, которые не найдешь ни в одной другой библиотеке мира. Книги о магии, о демонах, о договорах. И о том, как их разорвать.

Он обернулся ко мне, и его глаза сверкнули.

— Ты ведь хочешь разорвать наш договор, не так ли? — спросил он. — Я вижу это в твоих глазах. Ты хочешь найти способ обойти меня.

Я сглотнула. Он читал меня, как открытую книгу.

— А если и так? — спросила я, гордо вскинув голову. — Что вы сделаете? Убьёте меня, как тех женщин?

Его лицо на мгновение исказилось. Что-то тёмное мелькнуло в его глазах. Но потом он снова улыбнулся.

— Нет, — сказал он тихо. — Я не убью тебя. Потому что ты нужна мне. Но я могу сделать так, что ты сама захочешь остаться. Со мной. Навсегда.

Он подошёл ко мне вплотную и взял моё лицо в свои руки. Его пальцы были холодными, но прикосновение обжигало.

— Ты думаешь, что я монстр, — сказал он, глядя мне в глаза. — И, возможно, ты права. Но даже у монстров есть сердце. И моё сердце... оно бьётся только для тебя.

Он отпустил меня и отошёл к окну.

— Изучай библиотеку, — сказал он, не оборачиваясь. — Ищи ответы. Но помни: чем больше ты узнаешь, тем опаснее будет твоя жизнь. Потому что правда, которую ты ищешь, может тебя убить.

Он вышел, оставив меня одну в огромной библиотеке. Я стояла, глядя на книги, на карты, на странные артефакты, и чувствовала, как что-то внутри меня меняется. Я больше не была просто воровкой, которая пыталась спасти сестру. Я была частью чего-то гораздо большего. Чего-то древнего и опасного.

Я подошла к столу и взяла первый попавшийся свиток. Он был старым, пожелтевшим, с обгоревшими краями. Я развернула его и начала читать. Это был договор. Такой же, как тот, что я заключила с лордом Вейном. Но имя внизу было другим. «Леди Элиана Вейн». Та самая первая жена.

Я читала дальше, и с каждой строкой моё сердце билось всё быстрее. В договоре были условия, о которых лорд Вейн мне не сказал. Условия, которые касались не только меня, но и моей магии. И моей души.

Я дочитала до конца и замерла. В самом низу, под подписью леди Элианы, была приписка, сделанная другим почерком. Дрожащим, словно писавший умирал:

«Он не тот, кем кажется. Он проклят. И ты — его последняя надежда. Но помни: если ты полюбишь его, проклятие падёт на тебя. Не позволяй ему приблизиться. Не позволяй ему...

Не позволяй ему...»

Последние слова были смазаны. Словно писавшая не смогла закончить. Я смотрела на свиток, и мои руки дрожали. «Если ты полюбишь его, проклятие падёт на тебя». Вот оно. Вот что скрывал лорд Вейн. Он искал не просто жену. Он искал женщину, которая сможет его полюбить. И тем самым взять его проклятие на себя.

Я опустила свиток. В библиотеке было тихо. Слишком тихо. Я чувствовала, что за мной наблюдают. Я обернулась. В дверях стоял лорд Вейн. Он смотрел на меня, и в его глазах было что-то, чего я раньше не видела. Страх.

— Ты прочитала, — сказал он. Это был не вопрос.

— Да, — ответила я. — Прочитала.

Он медленно подошёл ко мне. Его лицо было бледным, а руки дрожали.

— И теперь ты знаешь правду, — сказал он. — Теперь ты знаешь, что я чудовище. Что я использовал и убил тех женщин. Что я ищу ту, которая сможет меня спасти. И что цена этого спасения — её жизнь.

Он остановился передо мной и посмотрел мне в глаза.

— Так что ты будешь делать, Лира? — спросил он тихо. — Сбежишь? Попытаешься убить меня? Или... останешься?

Я смотрела на него, и внутри меня боролись ненависть и что-то ещё. Что-то, что я не хотела признавать. Что-то, что тянуло меня к нему, несмотря на всё, что я узнала.

— Я останусь, — сказала я, и мой голос звучал твёрдо. — Но не потому, что хочу тебя спасти. А потому, что хочу узнать всю правду. И потому, что ты нужен мне, чтобы спасти Миру. Но запомни, лорд Вейн: я не буду твоей игрушкой. И я не полюблю тебя. Никогда.

Он улыбнулся, и в его улыбке была печаль.

— Никогда — это очень долго, — сказал он. — Посмотрим, кто из нас окажется прав.

Он повернулся и вышел, оставив меня одну в библиотеке. Я стояла, глядя на свиток, и чувствовала, как что-то внутри меня меняется. Я знала, что этот год будет самым тяжёлым в моей жизни. Но я также знала, что не отступлю.

Потому что теперь у меня была цель. Не просто выжить. Не просто спасти Миру. А разгадать тайну лорда Кайрона Вейна. И, возможно, освободить его от проклятия. Даже если для этого мне придётся рискнуть всем.

Я взяла свиток и спрятала его в карман платья. А потом подошла к окну и посмотрела на город. Где-то там, внизу, была Мира. Где-то там была моя старая жизнь. Но теперь я была здесь. В доме, который дышал. С человеком, который был проклят. И с договором, который связывал нас крепче любых цепей.

Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Что ж, лорд Вейн. Игра началась. И я собиралась выиграть.

Но когда я открыла глаза, я увидела в окне отражение. За моей спиной стояла тень. И на этот раз она была не одна. Рядом с ней стояла женщина. Бледная, с длинными тёмными волосами и печальными глазами. Она смотрела на меня, и её губы беззвучно шевелились, произнося одно слово:

«Беги».

Я резко обернулась. Комната была пуста. Но на полу, у моих ног, лежала роза. Чёрная роза. Такая же, как те, что росли в саду. Только эта была свежей, словно её только что сорвали.

Я подняла её. Шипы впились в мою ладонь, и на лепестки упала капля крови. Роза мгновенно почернела ещё сильнее, а моя кровь впиталась в неё, словно вода в песок.

И в этот момент я услышала голос. Тихий, женский, словно из другого мира:

«Он не тот, кем кажется. Но и ты — не та, кем себя считаешь. Вспомни, кто ты. Вспомни, откуда ты. И тогда ты найдёшь ответ».

Голос стих. Я осталась стоять, сжимая чёрную розу в окровавленной руке, и чувствовала, как что-то древнее просыпается внутри меня. Что-то, что спало долгие годы. Что-то, что теперь не остановить.

Я посмотрела на розу, на свою кровь на её лепестках, и прошептала:

— Кто я?

Ответа не было. Но я знала, что скоро узнаю. Даже если для этого мне придётся сжечь этот дом дотла.

Глава 3. Кровь и чернила

Чёрная роза не завяла.

Я проснулась с ней в руке, хотя точно помнила, что не держала её, когда легла. Лепестки были холодными, словно из льда, а шипы оставили на моей ладони ранки, которые уже начали затягиваться — быстрее, чем должны были. Я смотрела на неё, и в голове звучали слова призрака: «Вспомни, кто ты. Вспомни, откуда ты».

Я ничего не помнила. Детство было словно в тумане — обрывки, тени, голоса. Я знала, что родилась в Вальдоре, что мои родители умерли, когда мне было семь, что мы с Мирой остались одни. Но чем старше я становилась, тем больше понимала: в моей памяти были дыры. Провалы. Места, куда я боялась заглядывать.

Кто я? Что за магия течёт в моей крови? И почему лорд Вейн выбрал именно меня?

Я встала, умылась холодной водой из кувшина и оделась. Чёрная роза лежала на подушке, и я не могла заставить себя выбросить её. Вместо этого я спрятала её в карман платья, рядом со свитком леди Элианы.

Завтракать я не пошла. Вместо этого я направилась в библиотеку. Миссис Харлоу встретила меня в коридоре, но не стала останавливать. Только посмотрела на меня долгим взглядом, в котором было что-то похожее на предупреждение. Я проигнорировала его.

Библиотека встретила меня тишиной и запахом старой бумаги. Утренний свет проникал через высокие окна, и в его лучах плясали пылинки. Я подошла к шкафам и начала искать. Мне нужны были не книги о магии и не трактаты о договорах. Мне нужны были записи. Реестры. Списки.

Я нашла то, что искала, в дальнем углу, за столом с глобусом. Огромный фолиант в кожаном переплёте, с вытисненным на обложке гербом Вальдора. «Реестр рождения и смерти, 1600–1650». Я открыла его, и страницы зашелестели, словно птицы.

Дэшвуд. Я искала свою фамилию.

Нашла на букве «Д», в самом низу страницы. «Лира Дэшвуд. Родилась 12 октября 1622 года. Родители: Эдвард и Мари Дэшвуд. Мать — леди Мари Дэшвуд, урождённая...»

Имя было смазано. Я провела пальцем по строчке, но чернила въелись в бумагу так, что разобрать было невозможно. Словно кто-то намеренно уничтожил запись. Я перевернула страницу. Дальше шли другие имена, другие семьи. Но я заметила странность: многие строчки были вычеркнуты. Целые семьи исчезли из реестра, словно их никогда не существовало.

Я отложила фолиант и взяла другой — «Реестр магических родов Аэриона». Здесь было то же самое. Вычеркнутые имена, смазанные чернила, страницы, вырванные с корнем. Кто-то очень старался стереть память о прошлом.

Я почти сдалась, когда мой взгляд упал на тонкую брошюру, зажатую между двумя толстыми томами. Она была старой, потрёпанной, без названия. Я открыла её и увидела генеалогическое древо. В самом верху значилось: «Дом Теней». А внизу, в самом конце длинной ветви, — имя, от которого у меня перехватило дыхание.

«Лира. Дочь Теней. Наследница крови».

Я захлопнула брошюру и оглянулась. Библиотека была пуста. Но я чувствовала, что за мной наблюдают. Стены, книги, сам воздух — всё словно затаилось, ожидая, что я сделаю дальше.

— Дом Теней, — прошептала я. — Что это?

— Это то, что ты пытаешься найти, — раздался голос за моей спиной.

Я обернулась так резко, что чуть не упала. Лорд Вейн стоял в дверях, прислонившись плечом к косяку. На нём была простая чёрная рубашка, рукава закатаны до локтя, и я впервые увидела его руки — длинные, сильные, с тонкими пальцами и странными шрамами на запястьях. Словно следы от цепей.

— Вы всегда так подкрадываетесь? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Я не подкрадываюсь, — он вошёл в библиотеку и закрыл за собой дверь. — Я просто хожу тихо. Это полезный навык, когда имеешь дело с воровками.

Он подошёл ко мне и посмотрел на брошюру в моих руках. Его лицо было непроницаемым, но в глазах мелькнуло что-то — то ли тревога, то ли надежда.

— Ты нашла её быстрее, чем я ожидал, — сказал он. — Дом Теней. Древний род. Один из первых, кто научился использовать магию не для разрушения, а для сокрытия. Они могли становиться незаметными. Растворяться в тенях. Их кровь была... особенной.

— И вы думаете, что я — одна из них? — спросила я.

— Я знаю, что ты одна из них, — ответил он. — Твоя магия — это не просто дар. Это наследство. Ты — последняя из Дома Теней. И твоя кровь — единственное, что может снять с меня проклятие.

Я смотрела на него, и внутри меня всё сжималось. Значит, вот почему он выбрал меня. Не из-за скуки. Не из-за игры. А потому, что я была ключом. Инструментом. Средством.

— Что за проклятие? — спросила я. — И почему вы не сказали мне правду сразу?

Он отошёл к окну и посмотрел на сад. Чёрные розы качались на ветру, и их шипы блестели, словно кинжалы.

— Двести лет назад я заключил договор с существом, которое не следовало тревожить, — начал он тихо. — Я был молод, глуп и хотел власти. Я получил её. Но цена оказалась... высокой. Я не могу умереть. Не могу стареть. Не могу покинуть этот дом больше чем на несколько часов. И каждый год я теряю часть себя. Свои воспоминания, свои чувства, свою человечность. Скоро я стану тем, с кем заключил сделку. Пустым. Голодным. Тенью.

Он обернулся ко мне, и в его глазах была такая боль, что я невольно сделала шаг назад.

— Ты — моя последняя надежда, Лира. Твоя кровь может разорвать договор. Но для этого нужно... нечто большее, чем просто кровь. Нужна связь. Добровольная. Искренняя. Такая, которую нельзя подделать или купить.

— Любовь, — прошептала я. — Вам нужна моя любовь.

Он усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья.

— Не просто любовь. Жертва. Ты должна полюбить меня настолько, чтобы отдать мне часть своей души. Добровольно. Без принуждения. И тогда проклятие падёт. Но ты... ты потеряешь часть себя. Свою магию. Свои воспоминания. Возможно, свою жизнь.

Я молчала. В голове было слишком много мыслей, и все они кричали одновременно.

— Вот почему вы выбрали меня, — сказала я наконец. — Не потому, что я интересная. Не потому, что я воровка. А потому, что я — последняя из Дома Теней. И моя кровь — единственное, что вам нужно.

— Да, — ответил он просто. — Но я не лгал, когда говорил, что ты меня интригуешь. Ты... не такая, как другие. Ты борешься. Ты не сдаёшься. Это... притягивает.

Я фыркнула.

— Притягивает? Вы держите меня в доме с решётками на окнах и запрещаете выходить после полуночи. Это не притяжение. Это плен.

— Возможно, — согласился он. — Но ты сама согласилась на этот плен. И ты знала, на что идёшь.

Он подошёл ко мне и взял мою руку. Его пальцы коснулись шрама на моей ладони — того самого, что остался после договора. Шрам отозвался покалыванием, и я почувствовала, как магия внутри меня шевельнулась, словно проснулась.

— Твоя кровь уже начала меняться, — сказал он тихо. — Я чувствую это. Дом Теней просыпается в тебе. Скоро ты узнаешь, на что способна. И тогда... тогда ты сможешь решить, хочешь ли ты мне помочь. По-настоящему.

Он отпустил мою руку и направился к двери.

— Подождите, — сказала я. — А что случилось с теми женщинами? С леди Элианой? С другими?

Он остановился, но не обернулся.

— Они пытались полюбить меня, — сказал он. — Но они не были тобой. Их кровь не была кровью Дома Теней. Они не могли выдержать проклятие. Оно... поглощало их. Я не хотел этого. Но я не мог остановить.

— Вы их убили, — сказала я, и это был не вопрос.

— Я дал им шанс, — ответил он. — Они согласились. Как и ты. Но они не смогли. А ты... ты можешь. Я верю в это.

Он вышел, и дверь закрылась за ним с тихим щелчком. Я осталась стоять, сжимая брошюру, и чувствовала, как внутри меня борется множество эмоций. Гнев, страх, любопытство, и что-то ещё. Что-то, что я не хотела признавать.

Я вернулась к столу и открыла брошюру снова. Генеалогическое древо Дома Теней. Я проследила взглядом по ветвям, по именам, датам. И заметила, что многие имена были перечёркнуты. Но одно имя повторялось снова и снова. Одно и то же имя в разных веках.

«Лира».

Я смотрела на него, и холод пробегал по спине. Лира. Лира. Лира. Словно это имя было проклятием. Или даром. Или и тем, и другим.

Я закрыла брошюру и спрятала её в карман. Мне нужно было подумать. Мне нужно было понять, что делать.

Я вышла из библиотеки и направилась в свою комнату. Но на полпути меня остановил голос. Тот самый женский шёпот, который я слышала вчера.

«Не доверяй ему. Он не говорит всей правды. Дом Теней — это не только дар. Это проклятие. И ты — его часть».

Я остановилась и оглянулась. Коридор был пуст. Но в конце его, у окна, стояла тень. Женская фигура в длинном платье, с распущенными волосами. Она смотрела на меня, и в её глазах была печаль.

— Кто ты? — спросила я.

Тень не ответила. Она просто подняла руку и указала на дверь в конце коридора. Ту самую, которую миссис Харлоу запретила мне открывать. Западное крыло. Покои лорда Вейна.

А потом она исчезла, растворилась в воздухе, словно её никогда не было.

Я стояла, глядя на закрытую дверь, и чувствовала, как любопытство борется со страхом. Что там, за этой дверью? Что он скрывает? И почему призрак хочет, чтобы я это увидела?

Я сделала шаг вперёд. Потом ещё один. Коридор казался бесконечным, а тишина была такой густой, что её можно было резать ножом. Я подошла к двери и положила руку на холодную ручку. За ней было что-то. Что-то важное.

Я толкнула дверь.

Она открылась без скрипа, словно ждала меня. За ней была комната. Большая, тёмная, с высокими окнами, забранными тяжёлыми шторами. В центре стоял стол, заваленный бумагами, а на стенах висели... портреты.

Я вошла внутрь, и моё сердце остановилось.

На стенах были портреты женщин. Молодых, красивых, с разными чертами лица. Но все они были похожи на меня. Не близнецы, нет. Но что-то общее было в них — в глазах, в линии подбородка, в выражении лица. Словно все они были моими сёстрами. Или... мной.

Я подошла к первому портрету. Внизу была табличка: «Леди Элиана Вейн. 1789 год». Женщина смотрела на меня с холста, и в её глазах была та же печаль, что и у призрака. Я перешла к следующему: «Леди Миранда Вейн. 1812 год». Потом: «Леди Кэтрин Вейн. 1845 год». И так далее. Много портретов. Много женщин. Много жён.

А в самом конце, у окна, висел портрет, который заставил меня замереть. На нём была изображена женщина с моим лицом. Точь-в-точь моим. Те же глаза, те же губы, те же волосы. Она была одета в платье прошлого века, но смотрела на меня так, словно знала меня. Словно ждала меня.

Я подошла ближе и прочитала табличку. «Лира Дэшвуд. 1622 год».

Мир вокруг меня покачнулся. Я схватилась за стол, чтобы не упасть. Лира Дэшвуд. Моё имя. Моё лицо. Но год... 1622. Двести лет назад. Это было невозможно. Это было безумием. Но портрет был здесь. И он был настоящим.

Я смотрела на него, и в голове звучали слова призрака: «Вспомни, кто ты. Вспомни, откуда ты». Я смотрела на женщину с моим лицом, и что-то внутри меня шевелилось. Что-то древнее. Что-то забытое.

— Ты уже была здесь, — раздался голос за моей спиной.

Я обернулась. Лорд Вейн стоял в дверях. Его лицо было бледным, а в глазах было что-то, чего я раньше не видела. Страх. Настоящий, неприкрытый страх.

— Ты уже была здесь, — повторил он. — Двести лет назад. Ты была первой. Ты была той, кто проклял меня. И ты же — та, кто может меня спасти.

Я смотрела на него, и в моей голове всё рушилось. Первой. Я была первой. Я прокляла его. И теперь я вернулась. Чтобы снова стать его женой. Снова полюбить. Снова умереть.

— Что... что это значит? — прошептала я.

Он сделал шаг ко мне. Потом ещё один. Его глаза не отрывались от моего лица.

— Это значит, что наша история началась задолго до того, как ты родилась в этот раз. И она закончится только тогда, когда один из нас умрёт. По-настоящему.

Он протянул руку и коснулся моего лица. Его пальцы были холодными, но прикосновение обжигало.

— Ты — моё проклятие, Лира. И моё спасение. И я не знаю, что из этого победит.

Я стояла, не в силах двинуться. В голове было слишком много вопросов. Слишком много страха. Слишком много всего.

А потом я услышала это. Звук, который заставил моё сердце остановиться. Голос. Мой собственный голос. Но он шёл не из моего горла. Он шёл от портрета.

«Беги, — сказал голос. — Пока можешь. Пока он не забрал тебя снова. Беги».

Я отшатнулась от лорда Вейна и посмотрела на портрет. Женщина с моим лицом смотрела на меня, и её губы не двигались. Но голос был её. Я знала это. Я чувствовала это.

— Что это? — прошептала я. — Что происходит?

Лорд Вейн посмотрел на портрет, и его лицо исказилось.

— Это она, — сказал он тихо. — Первая Лира. Она всё ещё здесь. Она всегда была здесь. И она... она ненавидит меня.

Он снова посмотрел на меня, и в его глазах была мольба.

— Не слушай её, — сказал он. — Она лжёт. Она всегда лгала. Она хочет, чтобы ты сбежала. Потому что если ты останешься, если ты полюбишь меня, она исчезнет. Навсегда.

Я смотрела на него, на портрет, на комнату, полную женщин с моим лицом, и чувствовала, как земля уходит из-под ног. Я не знала, кому верить. Я не знала, что правда, а что ложь. Я знала только одно: я в ловушке. И выхода не было.

— Я хочу уйти, — сказала я. — Сейчас же.

Лорд Вейн кивнул.

— Иди. Но помни: ты не сможешь убежать от того, кто ты есть. Дом Теней не отпускает своих детей. И я... я тоже не отпущу.

Я выбежала из комнаты, не оглядываясь. Я бежала по коридору, мимо закрытых дверей, мимо теней, которые тянулись ко мне из углов. Я ворвалась в свою комнату и захлопнула дверь. Потом прислонилась к ней спиной и сползла на пол.

Я сидела, обхватив колени руками, и пыталась дышать. Но воздух не шёл в лёгкие. В голове билось одно слово, снова и снова. «Проклятие. Проклятие. Проклятие».

Я не знала, сколько времени прошло. Может, час. Может, два. Я сидела на полу, и слёзы текли по моим щекам, хотя я не помнила, когда начала плакать.

А потом я услышала стук. Тихий, осторожный. Не в дверь. В окно.

Я подняла голову. За решёткой, на карнизе, сидела ворона. Чёрная, с глазами, которые светились красным. В её клюве был конверт.

Я встала и подошла к окну. Ворона не двигалась. Она просто смотрела на меня, и в её глазах было что-то... разумное.

Я протянула руку и взяла конверт. Ворона каркнула — громко, резко — и улетела. Я осталась стоять с конвертом в руках. На нём не было ни печати, ни имени. Только одно слово, написанное знакомым почерком.

«Прости».

Я открыла конверт. Внутри был лист бумаги, сложенный вчетверо. Я развернула его и начала читать.

«Лира, если ты это читаешь, значит, ты уже знаешь правду. Или часть её. Я не могу рассказать тебе всё. Не потому, что не хочу. А потому, что не могу. Дом слушает. Дом видит. Дом не прощает.

Но я могу сказать тебе одно: не верь всему, что он говорит. Он не злодей. Но и не герой. Он — человек, который совершил ошибку. И эта ошибка стоит ему всего. Он ищет способ исправить её. Но способ, который он выбрал, убьёт тебя. Как убил меня.

Я знаю, ты хочешь спасти свою сестру. Я понимаю это. Но цена... цена слишком высока. Не соглашайся на ритуал. Не позволяй ему забрать твою душу. Есть другой путь. Я нашла его, но не успела использовать. Ты можешь.

Ищи в библиотеке. В самом дальнем углу, за глобусом. Там есть книга. Чёрная, без названия. Открой её на странице 394. Ты найдёшь то, что ищешь.

И помни: ты не одна. Я всегда с тобой. Даже если ты меня не видишь.

Л. Д.»

Я смотрела на письмо, и мои руки дрожали. Л. Д. Лира Дэшвуд. Первая Лира. Она писала мне. Она пыталась помочь.

Я спрятала письмо в карман, рядом с чёрной розой и свитком. Потом вытерла слёзы и посмотрела на себя в зеркало.

— Хорошо, — сказала я своему отражению. — Если это игра, то я буду играть. Но по своим правилам.

Я вышла из комнаты и направилась в библиотеку. Мне нужно было найти книгу. Чёрную, без названия. Страницу 394.

Я не знала, что там. Но я знала, что это мой шанс. Мой единственный шанс спасти себя. И, возможно, его.

Библиотека была тёмной. Свечи давно догорели, и только лунный свет проникал через окна. Я подошла к дальнему углу, за глобус, и начала искать. Полки были забиты книгами, и я проводила пальцами по корешкам, пока не наткнулась на чёрный переплёт без названия.

Я вытащила книгу. Она была тяжёлой, словно налитой свинцом. Я открыла её на странице 394 и увидела... карту. Старую, пожелтевшую, с нарисованными от руки линиями и символами. В центре карты был особняк. А под ним — подземелье. Тайный ход.

Я смотрела на карту, и в голове звучал голос первой Лиры: «Ты найдёшь то, что ищешь».

Я нашла. Теперь оставалось только одно: последовать по карте. И узнать, что скрывается в подземелье.

Я закрыла книгу и спрятала её под платьем. Потом вышла из библиотеки и направилась к лестнице, ведущей вниз. В подвал. Туда, где, по словам миссис Харлоу, никто никогда не бывает.

Я спускалась по тёмным ступеням, и с каждым шагом моё сердце билось всё быстрее. Внизу было холодно и сыро. Пахло землёй и чем-то ещё. Чем-то старым. Чем-то мёртвым.

Я дошла до конца лестницы и оказалась перед дверью. Тяжёлой, железной, с висячим замком. Замок был старым, но прочным. Я достала из волос шпильку и принялась за работу.

Через минуту замок щёлкнул. Я открыла дверь и вошла.

Внутри было темно. Я зажгла спичку, которую захватила с собой, и увидела... комнату. Большую, с низким потолком и каменными стенами. В центре стоял алтарь. А на алтаре лежала книга. Чёрная, как та, что я нашла в библиотеке. Но эта была... живой. Она пульсировала. Дышала.

Я подошла к алтарю и протянула руку. Книга открылась сама собой. Страницы зашелестели, и на одной из них я увидела рисунок. Ритуал. Тот самый, о котором говорил лорд Вейн. Но здесь был и другой рисунок. Альтернативный. Другой путь.

Я начала читать. И чем больше я читала, тем яснее понимала: первая Лира была права. Был другой путь. Путь, который не требовал моей смерти. Путь, который мог освободить его. И меня.

Но была одна проблема. Для этого ритуала нужна была не только моя кровь. Нужна была его кровь. И его согласие. Добровольное. Искреннее.

Я закрыла книгу и посмотрела на неё. Теперь я знала, что делать. Оставалось только одно: убедить лорда Вейна пойти на это.

Я вышла из подвала и поднялась по лестнице. В коридоре меня ждала миссис Харлоу. Её лицо было бледным, а глаза — испуганными.

— Мисс Дэшвуд, — сказала она. — Что вы делали в подвале?

— Искала ответы, — ответила я.

— И нашли?

— Да.

Она помолчала, потом кивнула.

— Тогда идите, — сказала она. — Он ждёт вас в своём кабинете.

Я посмотрела на неё, потом на дверь в конце коридора. За ней был лорд Вейн. И, возможно, ответы на все мои вопросы.

Я направилась к двери. Сердце билось, но руки были тверды. Я знала, что скажу ему. Я знала, что предложу. И я знала, что это может сработать.

Я открыла дверь и вошла.

Лорд Вейн сидел за столом, глядя на огонь в камине. Услышав меня, он поднял голову. Его глаза были усталыми. Уставшими от всего.

— Ты нашла книгу, — сказал он. Это был не вопрос.

— Да, — ответила я. — И я нашла другой путь.

Он выпрямился. В его глазах вспыхнуло что-то — надежда? Или страх?

— Какой путь?

Я подошла к столу и положила перед ним книгу. Открыла на странице с ритуалом.

— Этот, — сказала я. — Ритуал, который не требует моей смерти. Только твоей крови. И твоего согласия. Добровольного.

Он смотрел на страницу, и его лицо менялось. Сначала недоверие. Потом удивление. Потом... что-то ещё.

— Это невозможно, — прошептал он. — Я искал этот ритуал двести лет. Его не существует.

— Существует, — сказала я. — Первая Лира нашла его. Она пыталась сказать тебе, но не успела. Она умерла до того, как смогла это сделать.

Он посмотрел на меня, и в его глазах были слёзы. Настоящие слёзы.

— Ты... ты хочешь мне помочь? — спросил он. — После всего, что я сделал? После того, как я использовал тебя?

Я смотрела на него и думала о Мире. О первой Лире. О всех женщинах на портретах. О себе. И о том, что я чувствовала, когда он касался меня. Страх. Но и что-то ещё. Что-то, что я не могла назвать.

— Я хочу помочь, — сказала я. — Но не потому, что люблю тебя. А потому, что никто не заслуживает быть проклятым навечно. Даже ты.

Он встал и подошёл ко мне. Взял мою руку и поднёс к губам. Поцеловал шрам на моей ладони.

— Спасибо, — прошептал он. — Ты даже не представляешь, что это значит для меня.

Я высвободила руку.

— Не благодари меня раньше времени, — сказала я. — Ритуал сложный. И опасный. Нам нужно подготовиться. И нам нужна помощь.

— Чья?

Я улыбнулась. Впервые за всё время, что была в этом доме, я улыбнулась искренне.

— Того, кто знает этот дом лучше нас. Того, кто уже пытался это сделать. Первой Лиры.

Лорд Вейн посмотрел на меня, и в его глазах был страх. Но и надежда.

— Она... она ненавидит меня, — сказал он. — Она не поможет.

— Поможет, — сказала я. — Потому что она хочет того же, что и я. Свободы.

Я повернулась к двери.

— Завтра начнём, — сказала я. — А пока... пока я хочу увидеть Миру. Убедиться, что с ней всё хорошо.

Лорд Вейн кивнул.

— Я отвезу тебя, — сказал он. — Завтра утром.

Я вышла из кабинета и направилась в свою комнату. В голове было слишком много мыслей. Слишком много планов. Слишком много страха. Но и надежды.

Я легла спать, и впервые за всё время в этом доме сон пришёл ко мне быстро. И в этом сне я увидела её. Первую Лиру. Она стояла передо мной, и её лицо было спокойным.

— Ты нашла книгу, — сказала она. — Хорошо. Теперь слушай внимательно. Ритуал сложен, но выполним. Ты должна будешь доверять мне. И ему. Но главное — доверяй себе. Ты сильнее, чем думаешь. Ты — Дом Теней. И ты можешь всё.

Она улыбнулась и исчезла. А я проснулась с чувством, что теперь у меня есть план. И есть союзник.

Но когда я открыла глаза, я увидела, что на моей подушке лежит ещё одна роза. На этот раз белая. И рядом с ней — записка, написанная незнакомым почерком:

«Не доверяй первой Лире. Она лжёт. Она хочет занять твоё тело. И она не остановится ни перед чем.

Друг».

Я смотрела на записку, и холод пробегал по моей спине. Кто написал её? Кто этот «друг»? И кому мне верить теперь?

Я сжала записку в кулаке и посмотрела на белую розу. Она была красивой. И deadly. Словно предупреждение.

— Что ж, — прошептала я. — Игра становится интереснее.

Я встала и начала одеваться. Сегодня я увижу Миру. А потом... потом я начну готовиться к ритуалу. И выясню, кто из них говорит правду. Первая Лира или мой таинственный «друг».

Потому что я не собиралась умирать. Ни за него. Ни за неё. Ни за кого.

Я собиралась выжить. И спасти всех. Даже если для этого мне придётся обмануть самого дьявола.

А когда я вышла из комнаты, я увидела его. Лорд Вейн стоял в конце коридора, и в его руках был букет чёрных роз. Он смотрел на меня, и в его глазах было что-то, что я не могла назвать. Что-то, что пугало меня больше всего.

Любовь.

И я поняла, что это только начало. Начало конца. Или начало чего-то нового. Чего-то, что я не могла предсказать.

Я сделала шаг к нему, и в этот момент где-то в глубине дома раздался крик. Женский. Полный боли и ужаса.

Крик Миры.

Я побежала. Не разбирая дороги. Не думая ни о чём. Только одно слово билось в голове: «Мира. Мира. Мира».

А за моей спиной, в тени, стояла фигура. И она улыбалась.

Глава 4. Крик в темноте

Я не помню, как оказалась на улице. Не помню, как выбежала из особняка, как промчалась мимо миссис Харлоу, которая пыталась меня остановить, как лорд Вейн кричал мне вслед. Всё, что я помню, — это стук собственного сердца, гулкий и частый, словно барабанный бой, и одно слово, пульсирующее в висках: Мира. Мира. Мира.

Я бежала по ночному Вальдору, не разбирая дороги. Подол платья цеплялся за булыжники, туфли скользили по мокрой от недавнего дождя мостовой, но я не замедлялась. Улицы, знакомые с детства, казались чужими в свете луны — тёмные переулки, закрытые ставни, редкие фонари, отбрасывающие длинные, уродливые тени. Город словно вымер, и только эхо моих шагов нарушало тишину.

Я свернула в переулок, ведущий к нашему дому, и едва не упала, споткнувшись о выбоину. Дом стоял в конце улицы — маленький, покосившийся, с облупившейся краской и покосившимся крыльцом. Но сейчас он не казался мне убогим. Он казался единственным местом, где я могла найти ответы.

Дверь была приоткрыта. Я толкнула её и ворвалась внутрь, чувствуя, как холодный воздух ударяет в лицо. В доме было темно, только в комнате Миры мерцал слабый огонёк свечи.

— Мира! — крикнула я, бросаясь туда.

Я влетела в комнату и замерла. Мира сидела на кровати, прижавшись спиной к стене, и смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Её лицо было бледным, губы дрожали, а руки судорожно сжимали одеяло. Но она была жива. Жива.

— Лира? — прошептала она. — Лира, это ты?

— Я, — я подбежала к ней и схватила её за руки. Они были холодными, словно лёд. — Что случилось? Что произошло? Я слышала крик.

Мира посмотрела на меня, и в её глазах был такой ужас, что у меня перехватило дыхание.

— Оно приходило, — прошептала она. — Оно приходило за мной.

— Кто? Кто приходил?

— Тень, — она сжала мои руки так сильно, что я поморщилась. — Женщина в чёрном. Она стояла у окна и смотрела на меня. Она говорила... она говорила, что я должна умереть. Что я — плата.

Холод пробежал по моей спине.

— Когда? Когда она приходила?

— Только что, — Мира всхлипнула. — Я спала, а потом почувствовала, что кто-то смотрит. Открыла глаза — а она стоит. Прямо у кровати. Она улыбалась. И у неё были... у неё были твои глаза, Лира. Твои глаза, но чёрные, как уголь.

Я обняла её, прижимая к себе. Моё сердце колотилось, но я заставляла себя дышать ровно. Женщина в чёрном. С моими глазами. Первая Лира? Или кто-то другой?

— Это был сон, — сказала я, хотя сама не верила в это. — Кошмар. Ты просто испугалась.

— Это был не сон, — Мира отстранилась и посмотрела на меня. — Она оставила это.

Она указала на подоконник. Я обернулась и увидела то, от чего кровь застыла в моих жилах. На подоконнике лежала чёрная роза. Такая же, как та, что я нашла у себя в комнате. Только эта была увита паутиной, словно пролежала здесь несколько дней.

Я подошла и взяла её. Лепестки были холодными, как у той, первой. Но на этот раз на них была кровь. Свежая. Ещё не высохшая.

— Она порезала меня, — прошептала Мира. — Когда я попыталась её оттолкнуть. Она порезала меня шипом.

Я обернулась. На руке Миры, у запястья, была тонкая царапина. Кровь уже запеклась, но рана была странной — она светилась слабым голубым светом.

— Мира, — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Тебе нужно уехать. Сейчас же. В другой город, к тёте Агате. Я дам тебе денег.

— Нет, — Мира покачала головой. — Я не оставлю тебя. Я знаю, что ты что-то сделала. Что-то, чтобы вылечить меня. Я чувствую это. И я знаю, что это опасно.

— Мира...

— Я не ребёнок, Лира, — она посмотрела на меня с упрямством, которое я так хорошо знала. — Я не буду прятаться, пока ты рискуешь своей жизнью. Мы вместе. Всегда.

Я хотела возразить, но в этот момент в дверь постучали. Громко, требовательно. Я вздрогнула и обернулась. Кто мог прийти в такой час?

— Не открывай, — прошептала Мира.

Но я уже шла к двери. Я знала, кто там. Знала по тому, как воздух в доме стал тяжелым, словно наэлектризованным.

Я открыла дверь. На пороге стоял лорд Вейн. Его лицо было бледным, волосы растрёпаны, а в глазах горел гнев. Настоящий, неприкрытый гнев.

— Ты сбежала, — сказал он. — Я говорил тебе не выходить из дома после полуночи.

— Моя сестра кричала, — ответила я, скрестив руки на груди. — Или ты забыл, что я пришла сюда не для того, чтобы сидеть в твоей золотой клетке?

Он посмотрел на меня, и его гнев на мгновение сменился чем-то другим. Страхом.

— Что случилось? — спросил он. — Что ты видела?

Я отступила в сторону, пропуская его внутрь. Он вошёл, и я заметила, как его взгляд мгновенно нашёл чёрную розу на подоконнике. Его лицо исказилось.

— Она была здесь, — сказал он тихо. — Первая Лира. Она приходила сюда.

— Ты знал? — я почувствовала, как гнев поднимается во мне. — Ты знал, что она может приходить к моей сестре?

— Я не знал, что она нападёт на ребёнка, — ответил он, и в его голосе была горечь. — Она никогда раньше не покидала особняк. Она... она была связана с домом. Я думал, что она не может выйти.

— Очевидно, ты ошибался, — сказала я. — И теперь моя сестра в опасности.

Лорд Вейн подошёл к Мире. Она смотрела на него с ужасом, прижимаясь к стене. Но он не сделал ничего угрожающего. Он просто опустился на колени перед кроватью и посмотрел на царапину на её запястье.

— Это проклятие, — сказал он. — Она отметила тебя. Теперь ты связана с домом так же, как и я.

— Что это значит? — спросила я.

Он поднялся и обернулся ко мне. В его глазах была усталость, которая говорила о веках, проведённых в этом кошмаре.

— Это значит, что она не сможет покинуть Вальдор. И что её жизнь теперь связана с ритуалом. Если ты не проведёшь его, она умрёт.

Мира вскрикнула, и я бросилась к ней.

— Ты не можешь так поступать, — сказала я, глядя на него через плечо. — Ты не можешь втягивать её в это.

— Я не втягивал, — ответил он. — Это сделала она. Первая Лира. Она хочет, чтобы ритуал провалился. Потому что если он пройдёт, она исчезнет навсегда.

Я посмотрела на него, и внутри меня всё кипело. Я не знала, кому верить. Первая Лира сказала, что хочет помочь. Но она напала на мою сестру. Лорд Вейн сказал, что она лжёт. Но он сам скрывал правду.

— Убирайся, — сказала я. — Уходи. Сейчас же.

— Лира...

— Уходи! — закричала я. — Ты и твой проклятый дом! Я не хочу тебя видеть!

Он посмотрел на меня, и в его глазах было что-то, что я не ожидала увидеть. Боль. Настоящая, глубокая боль.

— Хорошо, — сказал он тихо. — Я уйду. Но помни: у тебя есть время до рассвета. После этого она придёт снова. И на этот раз она не будет просто смотреть.

Он вышел, и дверь закрылась за ним с тихим щелчком. Я осталась стоять, обнимая Миру, и чувствовала, как слёзы текут по моим щекам. Я не знала, что делать. Я не знала, кому верить. Я знала только одно: я должна защитить сестру. Любой ценой.

Мира уснула через час. Я сидела рядом, держа её за руку, и смотрела на царапину на её запястье. Голубое свечение стало слабее, но не исчезло. Оно пульсировало в такт с её сердцебиением.

Я думала о первой Лире. О том, что она сказала. О том, что она сделала. Она хотела помочь. Но она напала на Миру. Почему?

Я достала из кармана письмо, которое она мне оставила. Перечитала его. «Не соглашайся на ритуал. Не позволяй ему забрать твою душу». Но теперь я знала: если я не соглашусь, Мира умрёт. Это был не выбор. Это был приговор.

Я посмотрела на записку от «друга». «Не доверяй первой Лире. Она лжёт. Она хочет занять твоё тело». Занять моё тело. Что это значит? Она хочет вселиться в меня? Использовать меня как сосуд?

Я сжала обе записки в руках. Одна говорила «беги». Другая говорила «не доверяй». И обе, возможно, лгали.

Я подошла к окну и посмотрела на улицу. Лорд Вейн стоял у кареты, глядя на наш дом. Он не уехал. Он ждал. И в его фигуре было что-то, что заставило моё сердце сжаться. Одиночество. Настоящее, бесконечное одиночество.

Я отвернулась. Я не должна его жалеть. Он использовал меня. Он лгал мне. Он втянул Миру в это.

Но чем больше я думала, тем яснее понимала: у меня нет выбора. Мне нужен он. Мне нужен его опыт, его знания, его сила. Мне нужен ритуал. И мне нужна первая Лира. Потому что только она знает, как его провести.

Я приняла решение. Я выйду к нему. Я скажу, что согласна. Я проведу ритуал. Но по своим правилам. Я найду способ спасти Миру. И себя. И, возможно, его.

Я накинула плащ и вышла из дома. Лорд Вейн обернулся, услышав мои шаги. Его лицо было непроницаемым, но в глазах мелькнула надежда.

— Ты передумала? — спросил он.

— Я согласна на ритуал, — сказала я. — Но с одним условием.

— Каким?

— Ты расскажешь мне всё. Всю правду. О первой Лире. О проклятии. О том, что ты скрываешь. Без утайки. Иначе я не сделаю ни шагу.

Он посмотрел на меня долгим взглядом. Потом кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Садись в карету. Я расскажу тебе всё. Но предупреждаю: правда тебе не понравится.

Я села в карету. Он сел напротив. Дверца закрылась, и карета тронулась. Я смотрела на него, на его бледное лицо, на его усталые глаза, и ждала.

— Первая Лира была моей женой, — начал он. — Мы поженились по любви. Настоящей, глубокой любви. Она была из Дома Теней. Сильная, красивая, свободная. Я был молод и глуп. Я хотел власти. И я заключил договор с существом из Бездны. Я думал, что смогу контролировать его. Я ошибался.

Он помолчал, глядя в окно.

— Существо потребовало плату. Жизнь. И Лира... она отдала свою. Добровольно. Чтобы спасти меня. Она думала, что сможет обмануть его. Она была уверена, что найдёт способ вернуться. Но она не вернулась. Она стала призраком. Привязанным к дому. И к моему проклятию.

— И тогда ты начал искать других женщин, — сказала я. — Похожих на неё. Чтобы найти ту, которая сможет снять проклятие.

— Да, — ответил он. — Я искал её. Но каждая женщина, которую я приводил в дом, была лишь тенью. Копией. Ни одна из них не была настоящей. Пока не появилась ты.

— Почему я?

— Потому что ты — не копия, — сказал он. — Ты — реинкарнация. Настоящая. Первая Лира знала, что умрёт. И она попросила у Бездны одну вещь: чтобы её душа вернулась. В новом теле. В новом веке. Чтобы она могла исправить свою ошибку. И ты — это она. Точнее, её душа. Но ты — не она. Ты — Лира. Настоящая. Свободная.

Я смотрела на него, и в голове всё путалось. Реинкарнация. Душа первой Лиры. Вот почему она хочет занять моё тело. Она хочет вернуться. Жить снова.

— А ритуал? — спросила я. — Что он сделает?

— Он освободит меня от проклятия, — сказал он. — Но для этого нужно, чтобы ты отдала мне часть своей души. Добровольно. И первая Лира... она не хочет этого. Потому что если ты отдашь часть души, она исчезнет. Навсегда. И она боится этого.

— Она напала на Миру, чтобы остановить меня, — поняла я. — Она хочет, чтобы я отказалась.

— Да, — ответил он. — Она отчаянна. И опасна. И я не знаю, как её остановить.

Карета остановилась у особняка. Лорд Вейн вышел первым и протянул мне руку. Я посмотрела на его ладонь, на длинные пальцы, на кольцо с чёрным камнем. Я знала, что, взяв его, я сделаю ещё один шаг в неизвестность. Но выбора у меня не было.

Я взяла его за руку. Он помог мне выйти, и мы направились к дому. В холле нас ждала миссис Харлоу. Её лицо было встревоженным.

— Милорд, — сказала она. — В библиотеке... кто-то был. Книги на полу. Страницы вырваны.

Лорд Вейн побледнел.

— Какие книги?

— Те, что о ритуале, — ответила она. — Их нет.

Мы с лордом Вейном переглянулись. Я знала, кто это сделал. Первая Лира. Она не собиралась помогать. Она собиралась саботировать ритуал.

— Она забрала книги, — сказала я. — Как мы теперь проведём ритуал?

Лорд Вейн сжал кулаки.

— Не знаю, — ответил он. — Но у нас есть кое-что другое. Твоя кровь. И твоя память. Ты — Дом Теней. Ты можешь вспомнить ритуал. Ты просто должна захотеть.

Я посмотрела на него, потом на миссис Харлоу, потом на тёмный коридор, ведущий в библиотеку. Где-то там, в тенях, пряталась первая Лира. Она играла с нами. И она не собиралась проигрывать.

— Хорошо, — сказала я. — Я вспомню. Но сначала я хочу увидеть её. Поговорить с ней. Лицом к лицу.

Лорд Вейн покачал головой.

— Это опасно.

— Всё в этом доме опасно, — ответила я. — Но если мы не остановим её, она будет приходить снова и снова. К Мире. К тебе. Ко мне. Я не могу так жить. Я хочу положить этому конец.

Он посмотрел на меня, и в его глазах было что-то, что я не могла назвать. Уважение? Восхищение?

— Хорошо, — сказал он. — Я отведу тебя к ней. Но помни: она будет пытаться манипулировать тобой. Она знает твои слабости. Она знает твои страхи. Не позволяй ей.

Я кивнула. И мы направились в библиотеку. Тёмный коридор казался бесконечным, а тишина была такой густой, что её можно было резать ножом. Я шла за лордом Вейном, и моё сердце билось всё быстрее.

Мы вошли в библиотеку. Книги были разбросаны по полу, страницы вырваны, полки перевёрнуты. В центре комнаты, у окна, стояла она. Женщина в чёрном платье, с распущенными тёмными волосами. Она стояла спиной к нам, но я знала, что она чувствует наше присутствие.

— Я ждала тебя, — сказала она, не оборачиваясь. — Я знала, что ты придёшь.

Она повернулась. И я увидела её лицо. Моё лицо. Но старше. Усталое. С глазами, полными боли и ненависти.

— Привет, Лира, — сказала она. — Я — ты. Или, точнее, та, кем ты станешь, если не остановишься.

Я смотрела на неё, и внутри меня всё сжималось. Это была я. Но не я. Это была она. Первая Лира. И она была права. Она знала меня. Знала мои страхи. Знала мою слабость.

— Зачем ты напала на Миру? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Чтобы остановить тебя, — ответила она. — Чтобы ты поняла, что этот путь ведёт только к смерти. Моей. И твоей.

— Ты не хочешь, чтобы ритуал прошёл, — сказала я. — Потому что тогда ты исчезнешь.

— Я не хочу исчезнуть, — сказала она. — Но дело не только в этом. Ритуал не сработает. Он никогда не работал. Лорд Вейн лжёт тебе. Он не хочет освободиться от проклятия. Он хочет связать тебя с собой навсегда. Как связал меня.

Я обернулась к лорду Вейну. Его лицо было бледным.

— Это правда? — спросила я.

— Нет, — сказал он. — Она лжёт. Она всегда лгала.

— Я не лгу, — сказала первая Лира. — Я пыталась спасти тебя. Как пыталась спасти себя. Но ты не слушаешь. Ты думаешь, что можешь спасти всех. Но ты не можешь. Ты можешь спасти только себя. И ты должна бежать. Пока можешь.

Я смотрела на неё, на него, и чувствовала, как земля уходит из-под ног. Две правды. Две лжи. И я в центре. Одна. Без выбора.

— Довольно, — сказала я. — Я устала от игр. Я проведу ритуал. Но не так, как вы оба хотите. Я найду свой путь. И я спасу Миру. И себя. И даже тебя, — я посмотрела на первую Лиру. — Потому что ты заслуживаешь покоя. А не вечности в этом кошмаре.

Первая Лира посмотрела на меня, и в её глазах что-то изменилось. Ненависть сменилась... надеждой?

— Ты действительно думаешь, что сможешь? — спросила она.

— Я не знаю, — ответила я. — Но я попробую.

Она помолчала, потом кивнула.

— Тогда я помогу тебе, — сказала она. — Но не потому, что верю тебе. А потому, что у меня нет выбора. Ритуал, который ты нашла, — настоящий. Но он опаснее, чем ты думаешь. Он требует не только крови. Он требует жертвы. Ты должна будешь отдать что-то, что любишь больше всего.

— Что? — спросила я.

— Себя, — ответила она. — Свою магию. Свою память. Свою жизнь. Ты должна будешь умереть, чтобы он жил. Но не физически. Ты должна будешь умереть для мира. Стать тенью. Как я.

Я смотрела на неё, и холод пробегал по моей спине. Стать тенью. Навсегда. Это была цена. И она была слишком высока.

— Есть другой путь, — сказал лорд Вейн. — Я искал его двести лет. И я нашёл. Но он требует... твоей любви. Настоящей. Искренней. И тогда ты не умрёшь. Ты просто... отдашь мне часть себя. Добровольно.

— Это одно и то же, — сказала первая Лира. — Ты не понимаешь. Ты никогда не понимал. Любовь — это и есть жертва. Настоящая любовь не бывает без боли.

Я смотрела на них обоих, и в голове билась одна мысль: я не могу выбрать. Я не могу доверять никому. Я должна найти свой путь.

И тогда я поняла. Я знала, что делать. Ритуал, который я нашла в подвале, был неполным. Не хватало одной страницы. Я видела, что страница вырвана. И я знала, кто её взял.

— Первая Лира, — сказала я. — Ты забрала страницу из книги. Ту, где был описан настоящий ритуал. Отдай её мне.

Она посмотрела на меня, и в её глазах мелькнуло удивление.

— Как ты узнала?

— Потому что я — это ты, — ответила я. — И я знаю, как ты думаешь. Ты не хотела, чтобы я нашла настоящий ритуал. Потому что он опасен для тебя. Но он нужен мне. Отдай страницу.

Она помолчала, потом медленно достала из кармана сложенный лист бумаги. Протянула мне.

— Возьми, — сказала она. — Но помни: это твой выбор. И твоя ответственность. Я предупреждала тебя.

Я взяла страницу и развернула её. Текст был написан на древнем языке, но я понимала его. Слова словно всплывали в моей памяти, пробуждая что-то древнее, спящее.

— Что там? — спросил лорд Вейн.

— Ритуал, — ответила я. — Настоящий. Он требует не жертвы. Он требует... равновесия. Я отдаю часть своей магии. Ты отдаёшь часть своей силы. И мы связываемся навечно. Не как муж и жена. А как... партнёры. Равные. Никто не умирает. Никто не исчезает. Мы просто... делим проклятие. Пополам.

Лорд Вейн посмотрел на меня, и в его глазах было что-то, что я не могла назвать. Страх. Надежда. И что-то ещё. Что-то, что заставило моё сердце биться быстрее.

— Ты согласна на это? — спросил он. — Делить со мной проклятие? Навсегда?

Я посмотрела на первую Лиру. Она смотрела на меня, и в её глазах была печаль.

— Это не сработает, — сказала она. — Проклятие нельзя разделить. Оно поглотит вас обоих.

— Тогда мы умрём вместе, — сказала я. — Но, по крайней мере, попробуем.

Я обернулась к лорду Вейну.

— Я согласна. Но с одним условием. Ты отпустишь Миру. Она не должна быть частью этого.

Он кивнул.

— Я отпущу её. Как только ритуал будет завершён.

— Нет, — сказала я. — Сейчас. Ты снимешь с неё метку сейчас. Иначе я не сделаю ни шагу.

Он посмотрел на меня, и в его глазах было что-то, что я не ожидала увидеть. Восхищение.

— Хорошо, — сказал он. — Сейчас.

Он подошёл к окну и что-то прошептал. В воздухе мелькнула тень, и я почувствовала, как что-то изменилось. Словно невидимая нить, связывавшая Миру с домом, оборвалась.

— Готово, — сказал он. — Она свободна.

Я выдохнула. Теперь Мира была в безопасности. Оставалось только одно: провести ритуал. И выжить.

— Когда? — спросила я.

— Завтра, — ответил лорд Вейн. — В полночь. Здесь. В библиотеке.

Я кивнула. И в этот момент первая Лира сделала шаг ко мне. Её лицо было спокойным.

— Ты храбрая, — сказала она. — Храбрее, чем я была. Может быть, у тебя получится. Может быть, ты сможешь то, что не смогла я.

Она улыбнулась, и в этой улыбке была печаль.

— Прости меня, — сказала она. — За Миру. За всё. Я не хотела причинять боль. Я просто... боялась.

— Я знаю, — сказала я. — Я тоже боюсь.

Она кивнула и исчезла, растворилась в воздухе, словно её никогда не было. Я осталась стоять с лордом Вейном в тёмной библиотеке, и в моей руке был лист бумаги с ритуалом. Ритуалом, который мог спасти нас. Или уничтожить.

— Завтра, — сказала я. — В полночь.

Он кивнул.

— Я буду ждать.

Я вышла из библиотеки и направилась в свою комнату. В голове было слишком много мыслей. Слишком много страха. Но и надежды. Завтра всё решится. Завтра я либо спасу всех, либо потеряю всё.

Я легла спать, и впервые за всё время в этом доме сон пришёл ко мне быстро. И в этом сне я увидела Миру. Она стояла в саду, среди чёрных роз, и улыбалась. Улыбалась так, словно всё было хорошо.

— Я верю в тебя, Лира, — сказала она. — Ты справишься.

Я проснулась с рассветом. Сердце билось ровно. Руки были тверды. Я знала, что делать.

Я встала, оделась и направилась в библиотеку. Мне нужно было подготовиться. Ритуал был сложным. И я не собиралась ошибаться.

Но когда я вошла в библиотеку, я увидела, что там уже кто-то есть. Миссис Харлоу стояла у стола, и в её руках был тот самый чёрный фолиант без названия.

— Миссис Харлоу? — удивилась я. — Что вы здесь делаете?

Она обернулась ко мне, и её лицо было бледным.

— Мисс Дэшвуд, — сказала она. — Я должна вам кое-что сказать. Я знаю, кто вы. И я знаю, что вы собираетесь сделать. И я должна предупредить вас.

— О чём?

— Ритуал, который вы нашли, — сказала она. — Он не сработает. Потому что первая Лира солгала. Она не хочет помогать. Она хочет занять ваше тело. И она использует ритуал, чтобы сделать это.

Я смотрела на неё, и холод пробегал по моей спине.

— Откуда вы знаете?

— Потому что я была там, — сказала она. — Двести лет назад. Когда первая Лира умерла. Я была её служанкой. И я видела, что она сделала. Она не отдала свою жизнь, чтобы спасти лорда Вейна. Она попыталась убить его. И проклятие пало на неё. Она стала призраком. И теперь она хочет вернуться. Через вас.

Я смотрела на неё, и в голове всё рушилось. Первая Лира лгала. Всё это время. Она хотела занять моё тело. Она хотела вернуться. И она использовала Миру, чтобы заставить меня согласиться на ритуал.

— Что мне делать? — прошептала я.

— Не проводите ритуал, — сказала миссис Харлоу. — Не сегодня. Не завтра. Никогда. Найдите другой путь. Или бегите. Но не позволяйте ей победить.

Она открыла фолиант и показала мне страницу. Ту самую, которую я нашла в подвале. Но теперь я увидела то, чего не заметила раньше. В самом низу страницы был рисунок. Женщина, стоящая над телом мужчины. В её руке был кинжал. А под рисунком была подпись: «Так заканчивается ритуал. Один должен умереть. Иначе проклятие не снимется».

Я смотрела на рисунок, и мои руки дрожали. Первая Лира не хотела помогать. Она хотела, чтобы я убила лорда Вейна. Или чтобы он убил меня. В любом случае, один из нас должен был умереть.

— Что мне делать? — повторила я.

Миссис Харлоу закрыла книгу.

— Доверьтесь себе, — сказала она. — Вы — Дом Теней. Вы сильнее, чем думаете. Вы можете найти свой путь. Но не через этот ритуал. Через что-то другое.

Она вышла, оставив меня одну в библиотеке. Я стояла, глядя на фолиант, и чувствовала, как внутри меня что-то меняется. Я больше не была испуганной девчонкой, которая пыталась спасти сестру. Я была Лира Дэшвуд. Последняя из Дома Теней. И я собиралась найти свой путь.

Я взяла фолиант и спрятала его под платьем. Потом вышла из библиотеки и направилась в свою комнату. Мне нужно было подумать. Мне нужно было вспомнить.

Я села на кровать и закрыла глаза. Я думала о своей магии. О том, как она работала. Она не ломала барьеры. Она обходила их. Она не была разрушительной. Она была... скрытной. Как тень.

И тогда я поняла. Ритуал не нужен. Мне не нужно было ничьей крови. Мне не нужно было ничьей жертвы. Мне нужно было только одно: использовать свою магию, чтобы разорвать договор. Не сломать его. Обойти.

Я открыла глаза. Теперь я знала, что делать. Я найду лорда Вейна. Я скажу ему, что ритуал отменяется. И я сделаю то, что не смогла сделать первая Лира. Я освобожу его. И себя. И Миру.

Я встала и направилась к двери. Но когда я открыла её, я увидела, что на пороге стоит лорд Вейн. Его лицо было бледным, а в руках он держал кинжал. Тот самый кинжал с рисунка.

— Лира, — сказал он. — Нам нужно поговорить.

Я посмотрела на кинжал в его руке, и холод пробегал по моей спине. Он знал. Он знал о ритуале. И он пришёл, чтобы... что? Убить меня? Или умереть сам?

— Что ты делаешь? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— То, что должен был сделать двести лет назад, — ответил он. — Я не позволю тебе умереть. Ни за меня. Ни за кого.

Он поднял кинжал. И в этот момент я поняла: он собирался убить себя. Чтобы освободить меня. Навсегда.

— Нет! — закричала я, бросаясь к нему.

Но было слишком поздно. Кинжал уже опускался.